ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, <...>, https://10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-3332/2025

г. Москва

27 марта 2025 года

Дело № А41-18506/23

Резолютивная часть постановления объявлена 25 марта 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 27 марта 2025 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Муриной В.А.,

судей Терешина А.В., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от МРИФНС России №9 по Московской области: ФИО2 по доверенности от 10.01.25,

от ФИО3: ФИО4 по ордеру № 1546/Б от 25.03.25,

от иных участвующих в деле лиц: не явились, извещены,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Московской области от 15 января 2025 года по делу №А41-18506/23,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 16.05.2023 ООО «Пан Азия Трейд» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника.

Требования МРИФНС России № 9 по Московской области в размере 442 064,85 рублей включены во вторую очередь реестра требований кредиторов должника; требования в размере 249 812,34 рублей - основной задолженности, 61 646,91 рублей – пени, 328 064,88 рублей - штрафы, с учетом пеней и штрафов отдельно, в третью очередь реестра требований кредиторов должника ООО "ПАН АЗИЯ ТРЕИД".

Конкурсным управляющим должником утверждена ФИО5, член Союза арбитражных управляющих "Саморегулируемая организация "Северная Столица".

Определением арбитражного суда Московской области от 19.03.2024 ФИО5 отстранена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО "Пан Азия Трейд».

Определением Арбитражного суда Московской области от 19.03.2024 конкурсным управляющим утверждена ФИО6.

МРИФНС России №9 по Московской области обратилась в суд с заявлением о признании недействительными сделками платежи, совершенные в период 25.01.2018 по 10.09.2019 должником в пользу ИП ФИО3 в сумме 14 300 769,79 руб.

Заявление подано на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Московской области от 15.01.2025 заявленные требования удовлетворены.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела и несоответствие выводов фактическим обстоятельствам дела.

В своей апелляционной жалобе заявитель ссылается на то, что платежи совершались в рамках длительных правоотношений с должником по поставке последнему продукции и материалов для производства продукции швейного производства, что следует из выписки по счету должника. Заявитель жалобы, не опровергая по существу факт аффилированности сторон сделок, указывает, что спорные платежи являлись реальными, совершались в рамках осуществления сторонами предпринимательской деятельности при равноценном встречном предоставлении. Как указал заявитель жалобы, деятельность ФИО3 прекращена еще в 2020 году, ввиду чего какая-либо документация, связанная с ней (в том числе по спорным платежам) у ответчика отсутствует. Апеллянт указывает, что на даты платежей у Должника задолженность перед иными кредиторами отсутствовала.

В связи с чем, по мнению апеллянта, оснований для признания платежей недействительными сделками, у суда не имелось.

В судебном заседании представитель ФИО3 доводы апелляционной жалобы поддержал.

Представитель уполномоченного органа возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил оспариваемое определение оставить без изменения.

Отзыв МРИФНС России № 9 по Московской области на апелляционную жалобу ФИО3 приобщен апелляционной коллегией к материалам дела в порядке ст. 262 АПК РФ.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте "Электронное правосудие" www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 АПК РФ.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Как следует из заявления, в ходе анализа движения денежных средств по счетам должника, МРИФНС России №9 по Московской области установлено, что ООО «Пан Азия Трейд» в период 25.01.2018 по 10.09.2019 в адрес ИП ФИО3 перечислило денежные средства в общем размере 14 300 769,79 рублей.

Полагая, что данные сделки являются недействительными, как совершенные в условиях неравноценного встречного предоставления в пользу аффилированного лица, соответственно, с целью причинения вреда иным кредиторам, уполномоченный орган обратился в суд с заявлением о признании платежей недействительными и применении последствий их недействительности на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как установлено судом, определением Арбитражного суда Московской области 16.03.2023 возбуждено производство по делу о банкротстве ООО «Пан Азия Трейд».

Оспариваемые уполномоченным органом платежи, совершенные за период с 25.01.2018 по 10.09.20219 совершены за пределами трехлетнего периода подозрительности, установленного статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, пришел к выводу о доказанности наличия оснований для признания оспариваемых Инспекцией сделок недействительными.

Между тем, проверив доводы апелляционной жалобы и повторно исследовав материалы дела, апелляционная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения заявления инспекции и признании недействительными сделками платежей по заявленным основаниям, в связи со следующим.

ФИО3 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 28.07.2016. Деятельность ответчика по сделкам в качестве индивидуального предпринимателя прекращена 13.01.2020.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

В соответствии с пп. 7 п. 1 ст. 9 Закона «О защите конкуренции» группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков: физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры. При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абз. 26 ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

Согласно справки органа ЗАГС от 18.03.2022 ФИО3 является братом учредителя (100%) и генерального директора ООО «Пан Азия Трейд» ФИО7 Кроме того, ФИО3 совместно с ФИО7 являлись учредителями, с долями в уставном капитале 15%, ООО «Ориентекс».

Как установлено судом и не оспаривается ответчиком, ФИО3 является аффилированным лицом по отношению к ООО «Пан Азия Трейд».

В то же время, наличие аффилированности сторон сделки само по себе не свидетельствует о наличии у сделки признаков недействительности.

Действующее законодательство Российской Федерации не содержит положений, запрещающих заключение сделок между аффилированными лицами, при этом сама по себе аффилированность лиц не является обстоятельством, свидетельствующим о несоответствии сделки закону, ее ничтожности или недействительности по иным основаниям, соответственно, не является достаточным основанием для вывода о мнимом характере сделки или ее совершении с целью вывода имущества, поскольку не исключает возможности вступления кредитора и должника в гражданские правоотношения, а лишь возлагает на указанных лиц обязанность подтвердить наличие разумных экономических мотивов сделки и реальность соответствующих хозяйственных операций, направленных на достижение непротиворечащей закону цели.

Вне зависимости от аффилированности участников оспариваемой сделки именно на заявителе первоначально лежит бремя доказывания наличия у сделки признаков выходящих за пределы специальных составов, предусмотренных Законом о банкротстве.

Между тем, уполномоченный орган не обосновал, в чем конкретно пороки оспариваемых им сделок выходят за пределы диспозиции статей 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, и не указал, чем условия оспариваемых сделок отличаются от условий, на которых заключаются подобные сделки независимыми участниками рынка.

Все обстоятельства, на которые указывает заявитель, составляют совокупность условий для признания сделок недействительными по основаниям, предусмотренным диспозицией пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 10 ГК РФ необходимо установить, что такая сделка направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов и должника, при этом пороки сделки, совершенной со злоупотреблением правом, не охватываются составом недействительности сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом, в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, ее стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

В качестве основания для признания сделок недействительными, уполномоченный орган указал, что ответчик не представил доказательства встречного исполнения по сделкам.

Также заявитель указал, что исходя из того, что видом экономической деятельности, являлась розничная торговля текстильными изделиями, ИП ФИО3 не мог оптом поставлять ткань ООО «Пан Азия Трейд», также ответчик не имел в собственности объекты недвижимости (производственные объекты) для производства текстильной продукции.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 4 Постановления N 63 и пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 32 от 30.04.09 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2).

В силу пункта 3 статьи 10 ГК РФ в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

По смыслу вышеприведенных норм, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

В то же время, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). Злоупотребление правом по своей сути есть неразумное и недобросовестное действие, имеющее своей целью причинить вред другим лицам.

В силу презумпции разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений бремя доказывания этих обстоятельств лежит на утверждающей стороне.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу разъяснений, данных в пункте 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, суду необходимо установить, что такая сделка совершена с намерением причинить вред другому лицу, либо имело место злоупотребление правом в иных формах.

Для квалификации сделки, как совершенной с нарушениями положений ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимо установить наличие либо сговора между сторонами договора, либо осведомленность одной стороны договора о подобных действиях другой стороны.

Согласно п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 г. N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В соответствии с ч. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна и является недействительной.

Пункт 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" предусматривает, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 указанного Кодекса).

Уполномоченным органом в материалы дела не представлены бесспорные доказательства, свидетельствующие о том, что платежи в пользу ИП ФИО3 были совершены при злоупотреблении правом обеими сторонами (должником и ответчиком), представляют собой вывод денежных средств (безвозмездный характер перечислений) в пользу контрагента, не представлены доказательств неравноценного встречного исполнения со стороны ответчика.

Как указывает ФИО3 и установлено апелляционной коллегией, платежи должником совершались в его пользу в рамках длительных правоотношений по поставке Обществу продукции и материалов для производства продукции швейного производства, что следует из выписки по счету должника (назначение платежей «оплата по счету за ткань») и соответствует видам деятельности, осуществляемым самим должником.

Заявитель жалобы, не оспаривая по существу факт аффилированности сторон сделок (родственная связь ответчика и генерального директора должника), указывает, что спорные платежи являлись реальными, совершались в рамках осуществления сторонами предпринимательской деятельности при равноценном встречном предоставлении.

Согласно пояснениям ответчика, которые подтверждены представленной в дело выпиской по движению денежных средств, ФИО3 осуществлялась предпринимательская деятельность в соответствии с основными видами деятельности ИП. Из выписки, в том числе, следует, что ответчиком закупались товары и фурнитура с целью дальнейшей их реализации в пользу контрагентов, в том числе, должника. Деятельность ИП ФИО3 не ограничивалась правоотношения с должником.

С целью осуществления предпринимательской деятельности (в том числе в рамках спорных правоотношений с должником) ФИО3 также арендовалось помещение по адресу: <...> (арендная плата осуществлялась регулярно) и иные помещения на территории Российской Федерации, в частности, при проведении ярмарок в регионах. Помимо прочего, ответчиком производилась оплата рекламных кампаний по продвижению реализуемой продукции.

Кроме того, при осуществлении предпринимательской деятельности ответчиком приобретались ткани, пуговицы, нитки и иные сопутствующие товары и готовая продукция, которая впоследствии реализовывалась в частности и в пользу ООО «Пан Азия Трейд».

Таким образом, вопреки доводам уполномоченного органа, ФИО3 осуществлялась как оптовая, так и розничная торговля товарами.

Заявитель жалобы указал, что деятельность ФИО3 прекращена еще в 2020 году, ввиду чего какая-либо первичная документация, связанная с ее осуществлением (в том числе по спорным платежам) у ответчика не сохранилась (уничтожены) в связи с отсутствием на то необходимости и возможности хранения.

Данные доводы и обстоятельства не были приняты во внимание судом первой инстанции при вынесении оспариваемого определения.

На основании изложенного, с учетом совокупности обстоятельств, доводов уполномоченного органа и позиции заявителя жалобы, у апелляционной коллегии отсутствуют основания полагать, что платежи в пользу ИП ФИО3 осуществлялись должником в отсутствие встречного предоставления и каких-либо правоотношений.

Какие-либо доказательства проведения мероприятий налогового контроля в отношении должника в материалах дела отсутствуют.

Реально исполненная сделка не может быть признана мнимой или притворной.

В связи с чем, оснований полагать, что целью сторон являлся вывод активов, платежи имели мнимый характер, у апелляционной коллегии не имеется.

Кроме того, при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

Под неплатежеспособностью должника в соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества представляет собой превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Как указано в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2020 N 305-ЭС20-12206, конкурсное оспаривание может осуществляться в интересах только тех кредиторов, требования которых существовали к моменту совершения должником предполагаемого противоправного действия либо с большой долей вероятности могли возникнуть в обозримом будущем. При отсутствии кредиторов как таковых намерение причинить им вред у должника возникнуть не может.

В данном случае, уполномоченным органом не представлено доказательств того, что в период осуществления деятельности между должником и ответчиком, Общество имело задолженность перед иными кредиторами, в том числе, по обязательным платежам, то есть обладало признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

Деятельность осуществлялась сторонами за 5 лет до банкротства Общества.

Доказательств того, что целью деятельности сторон был вывод активов, не представлено, равно как и доказательств того, что в результате этой деятельности возникли признаки банкротства.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельные составы правонарушения, предусмотренные пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, либо сделки с неравноценным встречным исполнением по статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Оспаривание сделки по статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по тем же основаниям, что и в пункте 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода периода подозрительности, что не соответствует воле законодателя.

Наличия в действиях сторон признаков, выходящих за пределы специальных составов недействительности, судом не установлено, заявителем не доказано.

Сам по себе факт аффилированности лиц не свидетельствует ни о нереальности хозяйственных операций, не свидетельствует ни о злоупотреблении правом при исполнении обязательств в рамках правоотношений сторон. Учитывая установленную в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпцию добросовестности, конкурсный кредитор не раскрыл, чем условия оспариваемых сделок отличаются от условий, на которых заключаются подобные сделки независимыми участниками рынка.

Материалами дела подтверждено, что спорные перечисления осуществлены должником в пользу ответчика в рамках конкретных правоотношений, за пределами периода подозрительности, предусмотренного статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Основания, предусмотренные статьями 10, 168, 170 ГК РФ отсутствуют.

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ).

С учетом изложенного, апелляционная коллегия приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных уполномоченным органом требований, в связи с чем, определение суда от 15.01.2025 подлежит отмене.

В связи с удовлетворением апелляционной жалобы ФИО3 в силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы по госпошлине по апелляционной жалобе в размере 10 000 рублей подлежат взысканию в пользу апеллянта с МРИФНС России №9 по Московской области.

Руководствуясь статьями 223, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 15 января 2025 года по делу № А41-18506/23 отменить. В удовлетворении заявления отказать.

Взыскать с МРИФНС России №9 по Московской области в пользу ФИО3 10 000 рублей.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня принятия.

Председательствующий

В.А. Мурина

Судьи

А.В. Терешин

Н.В. Шальнева