ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
№ 18АП-2210/2025
г. Челябинск
15 мая 2025 года
Дело № А07-4176/2020
Резолютивная часть постановления объявлена 12 мая 2025 года.
Постановление изготовлено в полном объеме 15 мая 2025 года.
Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Волковой И.В.,
судей Забутыриной Л.В., Матвеевой С.В.,
при ведении протокола помощником судьи Андреевой И.Л., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО1 - ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 09.01.2025 по делу № А07-4176/2020 об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной.
В судебном заседании, проведенном на основании статьи 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в режиме веб-конференции, принял участие представитель ФИО3 - ФИО4 (паспорт, доверенность от 28.08.2024).
Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 02.03.2020 на основании заявления публичного акционерного общества «Сбербанк России» возбуждено дело о признании несостоятельным (банкротом) должника ФИО1 (далее – должник, ФИО1).
Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 24.09.2020 (резолютивная часть от 17.09.2020) требование кредитора признано обоснованным, в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2, член Саморегулируемой организации Ассоциация арбитражных управляющих «Синергия».
Информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов опубликовано в официальном издании газеты «Коммерсантъ» №181(6902) от 03.10.2020.
Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.05.2021 (резолютивная часть от 21.05.2021) в отношении ФИО1 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2, член Ассоциации арбитражных управляющих «Гарантия».
Информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликовано в официальном издании газеты «Коммерсантъ» №96(7058) от 05.06.2021.
Финансовый управляющий ФИО2 26.03.2024 направил в арбитражный суд заявление, в котором просил признать недействительной сделку по передаче ФИО1 ФИО3 ценной бумаги сберегательного сертификата СЧ 3735958 от 15.01.2018 на сумму 8 630 049,65 руб., выданного ПАО «Сбербанк России».
Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 09.01.2025 (резолютивная часть от 20.11.2024) в удовлетворении заявленных требований отказано.
Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда от 09.01.2025.
В обоснование доводов апелляционной жалобы финансовый управляющий ФИО2 указывает, что на момент передачи Сберегательного сертификата от 15.01.2018 СЧ3735958 на сумму 8 630 000 руб. (05.02.2018), должник обладал признаками неплатежеспособности, что подтверждается материалами дела о банкротстве А07-4176/2020. В результате оспариваемой сделки, а именно передачи Сберегательного сертификата от 15.01.2018 СЧ3735958 на сумму 8 630 000 руб., имущественным правам кредиторов причинен вред в виде уменьшения размера имущества. По мнению управляющего, срок исковой давности по данному заявлению начинает течь с 10 июля 2023, то есть с того момента, когда он узнал о совершении соответствующей сделки.
Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2025 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 05.05.2025.
Судом на основании статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщен отзыв на апелляционную жалобу, поступивший от ФИО3 (вх.№22535 от 28.04.2025).
Протокольным определением от 05.05.2025 в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании объявлен перерыв до 12.05.2025.
В судебном заседании 12.05.2025 представитель ФИО3 возражал по доводам жалобы, просил оставить без изменения определение суда от 09.01.2025.
Иные лица, участвующие в деле, не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда. Апелляционная жалоба рассмотрена судом в их отсутствие в порядке статей 123, 156 АПК РФ.
Законность и обоснованность судебного акта проверены в порядке статей 266, 268 АПК РФ.
Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, в ходе проведения мероприятий процедуры банкротства финансовым управляющим получен ответ от ПАО «Сбербанк России» от 08.04.2022 №10, из которого следует, что по сберегательному сертификату от 15.01.2018 СЧ3735958 данного банка, первым держателем которого являлся ФИО1, 05.02.2018 произведена выплата в сумме 8 630 049,65 руб. в пользу последнего держателя сертификата - ФИО5
Финансовый управляющий должника обратился с заявлением о признании недействительной сделки, заключенной между ФИО1 и ФИО5, в виде передачи (переоформления) ценной бумаги – сберегательного сертификата СЧ 3735958 от 15.01.2018, выданного ПАО «Сбербанк» на сумму 8 630 049,65 руб.
Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.07.2023, оставленным в силе Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2023 по делу №А07-4176/2020, отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО2 о признании недействительной сделки, заключенной между ФИО1 и ФИО5, в виде передачи (переоформления) ценной бумаги - сберегательного сертификата СЧ 3735958 от 15.01.2018, выданного ПАО «Сбербанк России» на сумму в размере 8 630 049,65 руб.
Обращаясь с рассматриваемым заявлением, финансовый управляющий отмечает, что указанными судебными актами установлены следующие обстоятельства.
19.02.2017 между ФИО3 (ответчик) и ФИО1 (должник) заключен договор займа на сумму в размере 59 957 905,53 руб. ФИО3 по договору займа ФИО1 переданы сберегательные сертификаты серии СЧ 1134367 от 01.04.2016 и серии СЧ 1665875 от 07.04.2016.
Согласно ответу ПАО «Сбербанк России» № 0137457306 от 31.12.2020 с диском, который был предоставлен на запрос финансового управляющего (имеется в материалах дела), 19.04.2017 на счет ФИО1 (№ 40817810606002686662) зачислена сумма в размере 59 957 905,53 руб.
19.02.2017 вышеуказанные сберегательные сертификаты предъявлены в ПАО «Сбербанк России».
Данное обстоятельство подтверждается ответом ПАО «Сбербанк России» на запрос ФИО1 15.01.2018, согласно неопровергнутым пояснениям должника, ФИО1 передал ФИО3 сберегательный сертификат от 15.01.2018 СЧ3735958 на сумму в размере 8 630 000 руб.
Материалами дела установлено, что сберегательный сертификат от 15.01.2018 СЧ3735958 на сумму в размере 8 630 000 руб. передан ФИО1 по акту приема-передачи от 15.01.2018 ФИО3 для частичного погашения долга по договору займа от 19.02.2017.
Однако, никаких действий по возврату оставшихся 50 млн. руб. ФИО3 не предпринималось.
Финансовый управляющий отмечает, что на момент передачи сберегательного сертификата от 15.01.2018 СЧ3735958 на сумму 8 630 000 руб. (05.02.2018), должник обладал признаками неплатежеспособности, что подтверждается материалами дела о банкротстве №А07-4176/2020. В результате оспариваемой сделки, а именно передачи сберегательного сертификата от 15.01.2018 СЧ3735958 на сумму 8 630 000 руб., имущественным правам кредиторов причинен вред в виде уменьшения размера имущества.
Доказательства осуществления ответчиком встречного представления либо возврата денежных средств отсутствуют.
Ссылаясь на заинтересованность ответчика по отношению к должнику, отсутствие встречного представления со стороны ответчика на полученную сумму денежных средств, финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о признании недействительной сделки по передаче сберегательного сертификата в адрес ответчика и применении последствий ее недействительности.
По мнению финансового управляющего, сделка подлежит признанию недействительной на основании с пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.
На момент совершения платежа должник уже имел неисполненные обязательства. Так, определением Орджоникидзевского районного суда г. Уфы от 15.02.2019 по делу № 2-1364/2019 наложен арест на имущество, в том числе денежные средства, принадлежащие ФИО1, находящемуся у него или других лиц в пределах суммы 100 000 000 рублей. Судом 15.02.2019 выдан исполнительный лист ФС №003646630.
21.02.2019 судебным приставом-исполнителем МО по ИОИП УФССП по РБ возбуждено исполнительное производство №8457/19/02068-ИП о наложении ареста на имущество ФИО1 В рамках возбужденного исполнительного производства был наложен арест денежных средств, находящихся на счетах должника.
Решением Орджоникидзевского районного суда г. Уфы от 02 апреля 2019 года по делу №2-1364/2019 удовлетворены требования ФИО6 о взыскании с ФИО1 100 000 000 рублей основного долга, 1 889 040 рублей - процентов на сумму займа за период с 12.12.2018 года по 12.02.2019 года, 2 675 342,46 рублей - неустойки за период с 12.12.2018 года по 12.02.2019 года. Судом 22 августа 2019 года выдан исполнительный лист ФС № 026328475.
27.08.2019 года судебным приставом-исполнителем МО по ИОИП УФССП по РБ возбуждено исполнительное производство № 57527/19/02068- ИП о взыскании с ФИО1 задолженности в размере 104 624 382,46 руб.
Ответчиком представлены письменные возражения (отзыв) на заявление, в которых указал, что 19.02.2017 между ФИО3 (займодавец) и ФИО1 (заемщик) заключен договор займа на сумму в размере 59 957 905,53 руб. ФИО3 по договору займа ФИО1 переданы сберегательные сертификаты серии СЧ 1134367 от 01.04.2016 и серии СЧ 1665875 от 07.04.2016. В рамках рассмотрения обособленного спора по заявлению финансового управляющего ФИО2 о признании недействительной сделки между ФИО1 и ФИО5 в виде передачи (переоформления) ценной бумаги - сберегательного сертификата СЧ 3735958 от 15.01.2018, выданного ПАО «Сбербанк России», на сумму в размере 8 630 049,65 руб., по запросу финансового управляющего получен ответ ПАО «Сбербанк России» № 0137457306 от 31.12.2020 с диском (имеется в материалах дела), согласно которому на счет ФИО1 (№40817810606002686662) зачислена сумма в размере 59 957 905,53 руб.
19.04.2017 ФИО1 перечислил на счет ООО «Чекмагушмолзавод» (ИНН <***>) (№ 40702810562040000032) сумму в размере 55 000 000 руб.
Более того, в рамках дела №А07-4176/2020 рассматривался спор по заявлению финансового управляющего ФИО7 о признании недействительной сделки, заключенной между ФИО1 и обществом с ограниченной ответственностью «Чекмагушмолзавод», по перечислению денежных средств в пользу ООО «Чекмагушмолзавод» суммы в размере 55 000 000 руб. и применении последствий недействительности сделки.
15.01.2018 ФИО1 по акту приема-передачи для погашения долга по договору займа ФИО3 передан Сберегательный сертификат на сумму в размере 8 630 000 руб.
01.03.2017 между ФИО3 и ФИО5 заключен договор денежного займа. 01.03.2017 по расписке в получении суммы займа ФИО5 ФИО3 передана сумма в размере 9 000 000 руб. 05.02.2018 по акту приема-передачи к договору денежного займа от 01.03.2017 ФИО3 ФИО5 передан Сберегательный сертификат на сумму в размере 8 630 049,65 руб.
ФИО3 и ФИО1 между собой ни юридически, ни фактически не аффилированы. Когда ФИО1 по акту приема-передачи от 05.02.2018 передал ФИО3 Сберегательный сертификат, ФИО3 не мог знать о том, что у ФИО1 могли быть трудности в расчетах со своими кредиторами. Таким образом, между ФИО3 и ФИО1 возникли самостоятельные отношения по договору займа.
Также ответчик отмечал, что на момент совершения оспариваемой сделки (период с 2017 по 2018 годы) ФИО1 не отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, данная сделка не причинила вреда имущественным правам кредиторов. Финансовым управляющим ФИО2 не установлена дата объективного банкротства.
Так, 24.09.2020 (резолютивная часть от 17.09.2020) определением суда в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. В тексте судебного акта указано, что в обеспечение исполнения обязательств по договору об открытии возобновляемой кредитной линии №12731 заключен договор поручительства с ФИО1 № 318214 от 14.01.2019, в обеспечение исполнения обязательств по договору об открытии возобновляемой кредитной линии №13070АСРМ заключен договор поручительства с ФИО1 №317684 от 08.08.2018. Также в определении указано на наличие решения Бирского межрайонного суда Республики Башкортостан от 23.12.2019 по делу № 2-1250/2019, которым удовлетворены требования ПАО «Сбербанк России» о взыскании с ФИО1 задолженности по договору об открытии возобновляемой кредитной линии №12731 от 21.09.2017 в размере 71 399 004 рублей 32 копеек, из которых просроченная задолженность по процентам - 717 260,27 руб.; просроченная ссудная задолженность - 70 000 000 руб., неустойка за несвоевременную уплату процентов - 6 675,55 руб., неустойка за несвоевременное погашение кредита - 675 068,50 руб.; по договору об открытии возобновляемой кредитной линии №13070АСРМ от 25.07.2018г. в размере 96 607 187 рублей 80 копеек, из которых просроченная задолженность по процентам - 1 600 684,93 руб., просроченная ссудная задолженность - 95 000 000 руб., неустойка за несвоевременную уплату процентов - 6 502,87 руб. Исходя из данного судебного акта следует, что 08.08.2018 между ПАО «Сбербанк России» и ФИО1 заключен договор поручительства. При заключении договора поручительства основное требование, предъявляемое банками к поручителям - достаточный уровень дохода, чтобы обеспечить исполнение кредитных обязательств. Поручившийся гражданин не должен иметь открытых кредитных обязательств. В противном случае, банк может отказать в заключении договора поручительства. Тем не менее, ПАО «Сбербанк России», проведя анализ финансового состояния ФИО1 и установив, что в случае невозможности основного заемщика погасить задолженность, ФИО1 сможет отвечать по обязательствам основного заемщика, одобрил поручительство ФИО1
Ответчик в отзыве ссылается на наличие определений Арбитражного суда Республики Башкортостан от 03.02.2021, 18.02.2021, 14.12.2022, 19.01.2023, 16.03.2023, 17.03.2023, в которых отражены факты активной хозяйственной деятельности должника, подконтрольных ему ООО «Чекмагушевский молочный завод» и АО «Дюртюлинский комбинат молочных продуктов» в конце 2018 года, получение должником стабильного дохода, наличие у должника большего количества имущества. В своем финальном отчете от 03.06.2021 года финансовый управляющий по состоянию на 21.09.2020 указывает предположительную стоимость недвижимого имущества ФИО1 в размере 124 203 849,00 рублей. Таким образом, на 2018 год ФИО1 не имел признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества. Из определения Арбитражного суда Республики Башкортостан от 15.12.2020 следует, что 11.09.2018 между ФИО6 (займодавец) и ФИО1 (заемщик) заключен договор займа №82-з, по условиям которого заемщик обязался возвратить займодавцу полученные денежные средства в размере 100 000 000 руб. и выплатить проценты на нее на условиях и в порядке, предусмотренных договором. Сумма займа предоставлена сроком до 11.12.2018 (пункт 1.3. договора). Перечисление денежных средств заемщику подтверждается платежным поручением № 76671469 от 12.09.2018 на 100 000 000 руб. ФИО6 перечислил денежные средства ФИО1 после совершения оспариваемой сделки. Таким образом, на момент совершения оспариваемой сделки (период с 2017 по 2018 годы) ФИО1 не отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, и данная сделка не причинила вреда имущественным правам кредиторов.
Ответчик также указал на то, что указанная в заявлении финансового управляющего спорная сделка совершена за пределами годичного срока, заявление о признании должника банкротом было принято судом 02.03.2020, просил применить срок исковой давности в отношении требований финансового управляющего и отказать в удовлетворении заявленных требований.
Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из передачи сберегательного сертификата до наступления у должника признаков объективного банкротства, недоказанности финансовым управляющим совокупности обстоятельств, необходимых для признания данной сделки недействительной, как по основаниям, указанным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по общегражданским основаниям в порядке статей 10, 168 ГК РФ, а также из пропуска срока исковой давности.
Суд апелляционной инстанции, повторно исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства и рассмотрев доводы апелляционной жалобы, не установил наличия оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции ввиду следующего.
В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).
Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные соответствующей главой (т.е. главой X «Банкротство граждан»), регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.
В пункте 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве установлено право финансового управляющего подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок.
Пунктом 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве установлено, что заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.
По пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.
Во избежание нарушения имущественных прав и законных интересов конкурсных кредиторов Законом о банкротстве закреплен правовой механизм оспаривания сделок по статье 61.2 Закона о банкротстве.
Совершенная должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов сделка может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в случае ее совершения в пределах трехгодичного периода подозрительности и доказанности оспаривающим ее лицом соответствующих критериев подозрительности (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки).
Для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее ее лицо доказало совокупность следующих обстоятельств:
- сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;
- в результате совершения сделки такой вред причинен;
- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели в момент совершения сделки (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ № 63)).
При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.
В случае доказанности обстоятельств, составляющих основания презумпций, закрепленных в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. В свою очередь, в абзаце первом пункта 2 статьи 61.2 Закона названы обстоятельства, при доказанности которых предполагается, что контрагент должника знал о противоправной цели совершения сделки.
Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункты 6 и 7 постановления Пленума ВАС РФ № 63).
По смыслу статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.
В силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.
Согласно разъяснениям абзаца 5 пункта 6 постановления Пленума ВАС РФ № 63 при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.
Закон о банкротстве устанавливает презумпцию неплатежеспособности гражданина в случае прекращения им расчетов с кредиторами, то есть прекращения исполнения денежных обязательств, срок исполнения которых наступил (абзац третий пункта 3 статьи 213.6 Закона о банкротстве).
Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 постановления Пленума ВАС РФ № 63).
При этом в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 28.04.2016 № 306- ЭС15-20034 и др.).
Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Иной подход приводит к тому, что содержание части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом.
Исходя из содержания статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.
При решении вопроса о наличии в поведении того или иного лица признаков злоупотребления правом суд должен установить, в чем заключалась недобросовестность его поведения при заключении оспариваемых договоров, имела ли место направленность поведения лица на причинение вреда другим участникам гражданского оборота, их правам и законным интересам (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.08.2014 № 67-КГ14-5).
Кроме того, как указано в пунктах 7 и 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 указанного Кодекса, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункт 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). Однако, при наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).
По смыслу положений статьи 6, части 1 статьи 168, части 4 статьи 170 АПК РФ арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагает истец, а должен сам правильно квалифицировать спорные правоотношения и определить нормы права, подлежащие применению в рамках фактического основания и предмета иска.
Кроме того, следует учитывать, что согласно статье 195 ГК РФ судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности.
В силу статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.
Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком (пункт 1 статьи 197 ГК РФ).
В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.
Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).
Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки (пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве).
Таким образом, начало течения срока исковой давности связано не только с моментом, когда лицо фактически узнало о наличии оснований для оспаривания, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность, узнать об этом.
При этом необходимо принимать во внимание, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.
Потенциальная осведомленность арбитражного управляющего об обстоятельствах заключения сделки устанавливается с учетом требований о стандартах поведения, предъявляемых к профессиональному арбитражному управляющему, действующему разумно и проявляющему требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность в аналогичной ситуации.
Как профессиональный участник процедуры конкурсного производства арбитражный управляющий должен знать положения законодательства о последствиях пропуска срока исковой давности оспаривания сделок. Действуя разумно и осмотрительно, конкурсный управляющий должен осознавать, что другая сторона оспариваемой сделки может получить защиту против иска об оспаривании сделки путем применения исковой давности.
Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.
Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности, которая имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений (поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов), защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2016 № 3-П).
В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.
Согласно положениям части 1 статьи 64 и статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.
Оспариваемая сделка совершена 15.01.2018, то есть с учетом возбуждения дела о банкротстве ФИО1 определением от 02.03.2020, она подпадает под период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Обстоятельства, на которые ссылается финансовый управляющий в обоснование заявления об оспаривании передачи сберегательного сертификата в пользу ФИО3, укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве как специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, нарушающим права кредиторов. Какие-либо иные обстоятельства, выходящие за пределы признаков подозрительной сделки, финансовым управляющим в рассматриваемом случае не приведены.
Ввиду заявления о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям судом установлено следующее.
Процедура реструктуризации долгов гражданина в отношении ФИО1 введена определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 24.09.2020.
Затем решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.05.2021 должник признан банкротом с введением процедуры реализации имущества гражданина.
Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника - гражданина возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве).
На начало 2020 года финансовым управляющим составлено несколько отчетов, в которых ФИО2 размещает сведения об имеющих у должника расчетных / банковских счетах в соответствующих кредитных организациях.
17.11.2020 финансовый управляющий направил запрос в ПАО «Сбербанк России».
31.12.2020 ПАО «Сбербанк России» предоставлен финансовому управляющему ответ (№ 0137457306) с диском, в котором указано, что 15.01.2018 совершена операция «продажа сертификатов за счет средств во вкладах (резиденту)» на сумму в размере 8 630 000 руб.
31.05.2021 (по истечении 5 месяцев после получения ответа (№ 0137457306)) финансовым управляющим направлен запрос в адрес ПАО «Сбербанк России».
09.06.2021 ПАО «Сбербанк России» предоставлен финансовому управляющему ответ (№ 0150763293) с диском, в котором также указано, что 15.01.2018 совершена операция «продажа сертификатов за счет средств во вкладах (резиденту)» на сумму в размере 8 630 000 руб.
03.06.2021 финансовым управляющим направлен запрос в адрес ПАО «Сбербанк России».
18.06.2021 ПАО «Сбербанк России» предоставлен финансовому управляющему ответ (№ 0151065754) с диском, в котором также указано, что 15.01.2018 совершена операция «продажа сертификатов за счет средств во вкладах (резиденту)» на сумму в размере 8 630 000 руб.
При этом заявление о признании совершенной должником передачи сберегательного сертификата в адрес ФИО3 недействительной сделкой подано финансовым управляющим только 26.03.2024.
Учитывая, что финансовый управляющий, действуя разумно и добросовестно, объективно мог получить полную необходимую информацию о банковских операциях по счетам должника ранее чем в марте 2024 года (с учетом разумного срока на анализ деятельности должника), а также то, что рассматриваемое заявление подано управляющим по истечении более года с даты фактического получения соответствующих сведений на свои запросы, суд сделал обоснованный вывод о том, что требования заявлены с пропуском подлежащего применению годичного срока исковой давности.
Суды в определении Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.07.2023 по делу №А07-4176/2020, в Постановлении Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2023 по делу №А07-4176/2020, в Постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 08.02.2024 по делу №А07-4176/2020, установили, что сведения о сберегательных сертификатах содержались в ответах Банка от 31.05.2021, от 09.06.2021 и от 18.06.2021. В таком случае заявление об оспаривании вышеуказанной сделки подано с пропуском годичного и трехгодичного сроков исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требования.
ФИО2 мог получить сведения о спорных сделках должника еще в процедуре реструктуризации долгов гражданина до введения в отношении должника процедуры реализации имущества (т.е. до 28.05.2021), и обратиться в суд с заявлением об их оспаривании в пределах срока исковой давности.
Исходя из вышеизложенного в своей совокупности, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требований финансового управляющего.
Доводы апелляционной жалобы финансового управляющего, касающиеся несогласия с выводом суда первой инстанции о том, что рассмотренное заявление подано с пропуском исковой давности, подлежат отклонению.
Суд при рассмотрении обособленного спора по заявлению о признании сделки недействительной, заключенной с ФИО5, предлагал финансовому управляющему рассмотреть возможность замены ответчика или привлечения соответчиком ФИО3 При этом, ни финансовый управляющий, ни кредиторы не заявили ходатайство о замене ответчика или привлечении соответчиком ФИО3 Суд определением от 20.02.2023, руководствуясь статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО8, о чем указано в абз.6 стр.9 определения Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.07.2023. В свою очередь, с настоящим заявлением финансовый управляющий обратился в суд 26.03.2024.
Кроме того, в период совершения оспариваемой сделки (15.01.2018) должник по настоящему делу признаков неплатежеспособности, либо недостаточности имущества не имел.
Так, в своем отчете от 03.06.2021 № 244103 финансовый управляющий по состоянию на 21.09.2020 указывает предположительную стоимость недвижимого имущества ФИО1 равную 124 203 849 руб.; доход ФИО1 составил: согласно налоговых деклараций за 2017 год - 14 134 026 руб., за 2018 год - 60 661 361 руб., за 2019 год - 31 662 873 руб., за 2020 год - 5 131 000 руб.; согласно справкам формы 2-НДФЛ: в обществе «Чегмагушевский молочный завод» за 2018-2020 гг. соответственно 115 333,76 руб., 30 661,69 руб. и 73 225,99 руб., в обществе с ограниченной ответственностью «Милка» за 2018 год - 74 834,19 руб.
Определения Арбитражного суда Республики Башкортостан по настоящему делу от 24.09.2020, от 08.06.2021, от 18.02.2021 и от 03.02.2021 свидетельствуют о том, что обязательства перед кредиторами, требования которых затем включены в реестр требований кредиторов должника, либо прекратили надлежащим образом исполняться позднее названных обстоятельств, либо вообще как таковые возникли позднее, в частности это касается заключения договоров поручительства по обязательствам обществ «Чекмагушевский молочный завод» и «ДМКП», требования по которым, согласно пояснениям финансового управляющего, на момент осуществления сделки предъявлены не были.
Основания для вывода о том, что поручитель является неплатежеспособным в силу самого факта выдачи такого обеспечения вне зависимости от даты его оформления и от даты начала просрочки исполнения кредитных обязательств у суда первой инстанции отсутствовали.
Просрочка исполнения обязательств перед ФИО6 по договору займа, задолженность по которому взыскана с ФИО1 решением Орджоникидзевского районного суда г. Уфы от 02.04.2019 по делу № 2-1364/2019 и, в последующем, включена определением от 15.10.2020 по настоящему делу в реестр требований кредиторов должника, возникла не ранее 12.12.2018.
В отсутствие доказательств существования перед конкретными кредиторами на момент совершения сделки неисполненных обязательств наряду со значительными доходами ФИО1 суд первой инстанции сделал обоснованный вывод об отсутствии доказательств наличия у оспариваемых сделок противоправной цели.
Доводы финансового управляющего, изложенные в апелляционной жалобе, подлежат отклонению, так как, по своей сути сводятся к несогласию с итоговыми выводами суда первой инстанции по существу спора, при этом не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом и опровергали бы такие выводы, в связи с чем данные доводы не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.
Суд апелляционной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом первой инстанции установлены, все доказательства исследованы и оценены с учетом требований статьи 71 АПК РФ, а итоговые выводы, основанные на конкретных фактических обстоятельствах дела, соответствуют подлежащим применению нормам материального права и разъяснениям практики их применения.
Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.
Таким образом, определение арбитражного суда следует оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.
Руководствуясь статьями 176, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 09.01.2025 по делу № А07-4176/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО1 ФИО2 - без удовлетворения.
Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.
Председательствующий судья И.В. Волкова
Судьи: Л.В. Забутырина
С.В. Матвеева