ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
644024, <...> Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
город Омск
19 мая 2025 года
Дело № А75-22969/2022
Резолютивная часть постановления объявлена 07 мая 2025 года
Постановление изготовлено в полном объеме 19 мая 2025 года
Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Целых М.П.,
судей Аристовой Е.В., Самович Е.А.
при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-1229/2025) публичного акционерного общества «Сбербанк России» на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 26 декабря 2024 года по делу № А75-22969/2022 (судья Триль С.А.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего имуществом ФИО2 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>, дата рождения: ДД.ММ.ГГГГ, место рождения: поселок Таежный Советского района Тюменской области, место жительства: Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, <...>) о признании сделок должника недействительными (договор дарения от 29.03.2022) ответчики: ФИО3,
в отсутствие представителей участвующих в деле лиц,
установил:
индивидуальный предприниматель ФИО4 (далее – ИП ФИО4) обратился в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – ИП ФИО2, должник).
Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 17.12.2022 указанное заявление принято к рассмотрению, возбуждено производство по делу № А75-22969/2022, назначено судебное заседание по проверке обоснованности предъявленных к должнику требований.
Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 12.05.2023 (резолютивная часть от 05.05.2023) требования ИП ФИО4 признаны обоснованными, в отношении ИП ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО5 (далее - ФИО5, финансовый управляющий).
27.11.2023 финансовый управляющий ФИО5 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании договор дарения от 29.03.2022, заключенного между ФИО2 и ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик) недействительным и применении последствий недействительности сделки в виде обязания ФИО3 возвратить в конкурную массу должника 5/6 долей в праве общей собственности на нежилое здание, овощехранилище № 28, с кадастровым номером 86:13:0202003:72, находящееся по адресу: улица Сибирская, дом 13А (тринадцать «А»), корпус 1 (один), бокс 3 (три), город Нягань Ханты-Мансийского автономного округа - Югры, общей площадью 898,3 кв.м., количество этажей - 1, в том числе подземных 0 (далее - спорное имущество).
К участию в рассмотрении спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО6 (далее – ФИО6), являющаяся сособственником данного имущества.
Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 26.12.2024 в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано. Определено взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 000 руб.
Не согласившись с указанным судебным актом, публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее – ПАО Сбербанк, Банк, кредитор) обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.
В обоснование жалобы указывает, что в настоящем случае суд первой инстанции не установил факт значительного превышения рыночной стоимости принадлежащего должнику имущества над размером денежных обязательств, а также не учел, что должник не является единственным собственником установленного движимого и недвижимого имущества, поскольку состоит в зарегистрированном браке, а значит, указанное имущество является совместной собственностью, от реализации которого часть денежных средств будет выплачена супруге ФИО2; учитывая доли супруги должника погашение требований за счет выручки от реализации совместно заложенного имуществ не повлечет полного погашения обязательств, поскольку права требования частично перейдут к другому супругу как исполнившему обязательства перед залогодателем. Считает, что нельзя также учитывать исключительно рыночную стоимость имущества должника с учетом особенностей реализации имущества на торгах. Таким образом, полагает, что имущества должника недостаточно для удовлетворения требований всех кредиторов, безвозмездная передача 5/6 долей в праве общей собственности на нежилое здание причинила вред имущественным интересам кредиторов должника, чьи требования могли бы быть удовлетворены за счет реализации этого имуществ.
Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2025 апелляционная жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению в судебном заседании на 21.04.2025.
Возражая против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, ФИО3 представила письменный отзыв, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.
В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 21.04.2025, в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) объявлен перерыв до 07.05.2025 для предоставления финансовым управляющим актуальной выписки из Единого государственного реестра недвижимости (далее - ЕГРП) в отношении спорного объекта недвижимости, после окончания которого судебное заседание продолжено. Информация о перерыве в судебном заседании размещена в информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.
За время перерыва в материалы дела от финансового управляющего поступили письменные пояснения с приложением актуальной выписки из ЕГРН в отношении объекта недвижимости, а также заявлено ходатайство о приостановлении производства по апелляционной жалобе до момента реализации имущества ФИО2, находящегося в залоге ПАО Сбербанк. Также просил рассмотреть дело в его отсутствие.
Лица, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся лиц.
Рассмотрев ходатайство о приостановлении производства по делу, суд апелляционной инстанции отказал в его удовлетворении.
Порядок и основания для обязательного приостановления арбитражным судом производства по делу изложены в статье 143 АПК РФ.
При этом статьей 143 АПК РФ предусмотрены основания, при которых суд обязан приостановить производство по делу.
Статья 144 АПК РФ устанавливает случаи, при которых суд имеет право это сделать.
В рассматриваемой ситуации суд апелляционной инстанции не усматривает условий, необходимых для приостановления производства по настоящему обособленному спору, поскольку результаты проведения торгов по реализации имущества должника, находящегося в залоге у Банка по существу не повлияют на итог рассмотрения апелляционной жалобы, ввиду того, что имеются иные основания для отказа в удовлетворении требований финансового управляющего.
В данном случае заявленное ходатайство не согласуется с положениями статьи 143 АПК РФ в силу того, что фактически управляющий просит приостановить производство по делу с целью сбора доказательств после принятия обжалуемого определения, что также не соответствует положениям статьи 268 АПК РФ.
Изучив материалы дела, апелляционную жалобу, отзыв на нее, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 26.12.2024 по настоящему делу.
Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).
В силу положений пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Закона.
Одним из специальных последствий введения в отношении гражданина процедуры реструктуризации его долгов является допустимость рассмотрения требований о признании недействительными сделок и о применении последствий недействительности ничтожных сделок только в рамках дела о его банкротстве (абзац 3 пункта 2 статьи 213.11 Закона о банкротстве).
Аналогичное право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 названного Закона основаниям с даты введения реструктуризации долгов гражданина указанно в пункте 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве.
Положения Закона о банкротстве, позволяющие гражданину претендовать на реструктуризацию долгов в процедурах банкротства (статьи 213.11 – 213.22), не исключают необходимость оспаривания сделок должника, нарушающих права кредиторов, поскольку имеют цель учета имущественного положения гражданина-должника при вынесении арбитражным судом решения о признании его банкротом. Они обеспечивают особый режим имущественных требований к должнику, не допускающий удовлетворения этих требований в индивидуальном порядке, а также баланс имущественных интересов всех лиц, участвующих в деле о банкротстве гражданина, но не исключают возможности наполнения конкурсной массы, в том числе посредством получения стоимости отчужденного имущества в порядке применения последствий недействительности сделок, что позволило бы осуществить расчеты с кредиторами и, тем самым, исключило как таковую необходимость дальнейшего осуществления процедур банкротства гражданина.
Таким образом, суд первой инстанции обоснованно рассмотрел заявленные финансовым управляющим требования по существу.
Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.
В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) даны разъяснения о том, что под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).
В рассматриваемом случае в обоснование заявленных требований финансовый управляющий указывает, что в рамках проведения мероприятий в процедуре банкротства им были получены сведения из регистрирующего органа, из которых установлено, что 09.03.2022, то есть в преддверии возбуждения производства по настоящему делу о банкротстве, должником по договору дарения в пользу ФИО3, приходящейся материю должнику, произведено безвозмездное отчуждение 5/6 долей в праве общей собственности на нежилое здание – овощехранилище № 28.
Финансовый управляющий, ссылаясь на то, что спорная сделка совершена должником с заинтересованным лицом (матерью должника) с целью причинения вреда кредиторам, перед которыми на момент совершения сделки имелась задолженность, другая сторона сделки в силу наличия заинтересованности знала о цели должника, обратился в суд с настоящим заявлением о признании договора дарения от 09.03.2022 недействительной сделкой на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных финансовым управляющим требований, исходил из того, что доказательства цели причинения вреда кредиторам при совершении спорной сделки отсутствуют.
Повторно рассмотрев материалы обособленного спора, апелляционный суд приходит к следующим выводам.
Статьей 61.2 Закона о банкротстве предусмотрена возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).
В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).
Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.
Таким образом, на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.
Согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, данным в пункте 8 Постановления № 63, судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2. Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.
В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).
Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.
В пункте 5 Постановления № 63 разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).
В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления № 63).
Из разъяснений, изложенных в пункте 6 Постановления № 63, следует, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.
При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.
В статье 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.
Судом первой инстанции установлено, что на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности ввиду значительного размера непогашенной кредиторской задолженности, что участвующими в деле лицами не оспаривается.
Однако наличие неисполненных обязательств само по себе не имеет определяющего значения и не влечет недействительность сделок должника.
В данном случае судом первой инстанции обоснованно были приняты во внимание обстоятельства того, на каком основании данное имущество было зарегистрировано в собственность должника.
В частности, из материалов дела следует, что с 02.08.2005 собственником спорного имущества являлся ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ г.р. (далее – ФИО7), являющийся отцом должника.
В связи со смертью ФИО7 спорное имущество составило наследственную массу. Наследниками первой очереди умершего ФИО7 являлись: супруга ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.), дочь ФИО6 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.), сын ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.).
На основании свидетельства о праве на наследство по закону № 1385359 от 15.07.2014 за ФИО6 было зарегистрировано 1/6 общей долевой собственности.
На основании свидетельства о праве на наследство по закону № 1385360 от 15.07.2014 за ФИО2 было зарегистрировано 1/6 общей долевой собственности.
На основании свидетельства о праве на наследство по закону № 1115128 от 27.09.2014, а также свидетельства о праве собственности № 1115122 от 27.09.2014 за ФИО3, было зарегистрировано 4/6 общей долевой собственности.
25.04.2016 между ФИО3 и ФИО2 заключен договор дарения, по которому ФИО3, подарила ФИО2, 2/3 доли в общей долевой собственности на здание общей площадью 898,3 кв.м., расположенное по адресу улица Сибирская, дом 13А (тринадцать «А»), корпус 1 (один), бокс 3 (три). Дата государственной регистрации сделки 25.04.2016.
В результате совершенной сделки за ФИО2 было зарегистрировано 5/6 долей в праве общей долевой собственности на спорное имущество.
Указанные обстоятельства подтверждаются материалами дела.
09.03.2022 между ФИО2, и ФИО3 достигнуто соглашение о возврате раннее подаренного имущества путем заключения договора дарения от 09.03.2022.
10.03.2022 в результате государственной регистрации договора дарения заключенного между ФИО2, и ФИО3, 5/6 доли в праве собственности на спорное имущество перешло к ФИО3
Таким образом, ранее, спорные доли в праве собственности на объект недвижимости были получены должником в результате наследования имущества и по договору дарения от матери, при этом должник изначально не участвовал в приобщении самого объекта недвижимости в 2002 году, спорные 5/6 долей приобрел по безвозмездной сделке и по результатам принятия наследства после смерти отца, а не на кредитные средства либо денежные средства, полученные от кредиторов.
Спорный объект недвижимости находился в собственности родителей должника задолго до возникновения у последнего признаков банкротства, в связи с чем отсутствуют основания для вывода о приобретении ФИО2 указанного имущества за счет неисполнения обязательств перед кредиторами, которые в настоящее время включены в реестр требований кредиторов должника.
Доказательств того, что действительная воля сторон сделки, при которой должник возвратил матери имущество, ранее находившееся в правообладании ФИО3 и её умершего супруга, была направлена не на возникновение правовых последствий, вытекающих из договора дарения, в материалы дела также не представлено.
Поддерживая выводы суда первой инстанции, апелляционная коллегия судей также отмечает, что принципиальная допустимость правилами гражданского оборота какой-либо сделки в условиях нормального функционирования ее субъектов (то есть отсутствие риска признания сделки недействительной или договора незаключенным по правилам ГК РФ) не исключает недопустимость ее совершения во вред кредиторам лица, находящегося в состоянии финансового кризиса, что запрещено нормами законодательства о банкротстве. Иными словами, заключение договоров дарения или иных безвозмездных договоров в обычной ситуации не влечет неблагоприятных последствий для сторон, какой-либо ответственности для них, поскольку прямо предусмотрено либо допускается гражданским законодательством, однако накануне банкротства хозяйствующих субъектов законодательство о банкротстве вводит дополнительные ограничения на совершение некоторых сделок, если они направлены на нарушение законных интересов кредиторов, в первую очередь, сделок безвозмездных.
Вместе с тем, заключение договора дарения между лицами, состоящими в родственных отношениях, само по себе не свидетельствует о совершении сделки с пороками, выходящими за пределы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
В данном случае договор заключен сторонами на обычных условиях, характерных для таких правоотношений. Тот факт, что ответчик является матерью должника и признается заинтересованным лицом, сам по себе не порочит данную сделку. Должником раскрыты обстоятельства такого дарения, оснований полагать его действия по передаче, а действия ответчика – по принятию имущества в дар недобросовестными, совершенными в целях нарушения прав кредиторов, не имеется.
Само по себе стремление должника возвратить матери доли в праве собственности на имущество, которое было приобретено ранее его отцом, не свидетельствует о нарушении дарением принципа добросовестности, выходе договора дарения за пределы обычной внутрисемейной сделки.
Материалами дела подтверждается, что договор дарения фактически исполнен сторонами, о чем свидетельствуют представленные в материалы дела документы, 10.03.2022 за ответчиком зарегистрировано право собственности на спорные доли в объекте недвижимости.
Как обоснованно отмечено судом первой инстанции, об отсутствии цели причинения вреда кредитором при совершении оспариваемой сделки также свидетельствуют обстоятельства наличия в собственности должника иного ликвидного имущества в существенном размере, которое в том числе позволило согласовать план реструктуризации долгов, при активном участии самого должника.
Доводы о том, что с учетом реализации иного имущества не торгах, не исключена ситуация при которой оно будет реализовано с существенным дисконтом, что приведет к нехватке денежных средств для погашения всех требований кредиторов, признаются несостоятельными, как основанные в настоящее время на предположениях кредитора и управляющего. Равным образом, довод о том, что в отношении имеющегося в настоящее время у должника имущества действует режим совместной собственности супругов, что при погашении значительно уменьшит объем денежных средств, которые могут быть направлены на погашение требований кредиторов, не принимаются, поскольку какими-либо доказательствами не подтверждены.
Более того, по состоянию на 2023 кадастровая стоимость спорного объекта недвижимости согласно сведениям выписки из ЕГРН составляла 10 976 477 руб. 02 коп., в то время как по состоянию на 2025 год стоимость указана в размере 6 969 82 руб. 75 коп., то есть кадастровая стоимость объекта в целом уменьшилась, в связи с чем оснований полагать, что его рыночная стоимость с даты заключения договора дарения увеличилась, у суда не имеется.
Таким образом оснований полагать, что при передаче в дар матери (а фактически возврата такого имущества в семью) по кадастровой стоимости всего объекта чуть более 10 млн.руб., но в условиях наличия в собственности должника иного многочисленного и ликвидного движимого и недвижимого имущества (приблизительно общей стоимостью более 148 млн.руб.), должник преследовал одну единственную цель – нарушить интересы своих кредиторов, судом апелляционной инстанции не усматривается.
Принимая во внимание вышеизложенного, по результатам оценки представленных в дело документов, коллегия судей приходит к выводу о том, что приведенные финансовым управляющим и кредитором обстоятельства не свидетельствуют о выходе оспариваемой сделки за пределы подозрительности, предусмотренные специальным законом, что в ситуации отсутствия вредоносности последней (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) обусловливает безосновательность настоящих требований.
Таким образом, выводы судов первой инстанции соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и действующему законодательству.
Каких-либо доводов, основанных на доказательствах, которые имели бы правовое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, либо опровергали выводы арбитражного суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.
Несогласие заявителя жалобы с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального и процессуального права.
Нормы материального права применены арбитражным судом первой инстанции правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.
При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 26.12.2024 по настоящему делу.
Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.
В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в связи с отказом в её удовлетворении относятся на подателя жалобы.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 26 декабря 2024 года по делу № А75-22969/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.
Председательствующий
М.П. Целых
Судьи
Е.В. Аристова
Е.А. Самович