АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, <...>, тел. <***>

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-1931/2025

г. Казань Дело № А65-21034/2024

20 мая 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 мая 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 20 мая 2025 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Нагимуллина И.Р.,

судей Хлебникова А.Д., Галиуллина Э.Р.,

при участии представителей:

акционерного общества «Лизинговая компания «КАМАЗ» – ФИО1 (доверенность от 23.12.2024 № 4457),

акционерного общества «АльфаСтрахование» – ФИО2 (доверенность от 23.03.2023 № 1614/23N),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «АльфаСтрахование»

на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 12.12.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2025

по делу № А65-21034/2024

по исковому заявлению акционерного общества «Лизинговая компания «КАМАЗ», г. Набережные Челны Республики Татарстан (ОГРН <***>, ИНН <***>) к акционерному обществу «АльфаСтрахование», г. Москва (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании 66 266 942,13 руб. страхового возмещения, с привлечением третьего лица – общества с ограниченной ответственностью Управляющая транспортная компания «Мегаполис»,

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Лизинговая компания «КАМАЗ» (далее – АО «Лизинговая компания «КАМАЗ», Лизинговая компания) с учетом уточнений обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к акционерному обществу «АльфаСтрахование» (далее – АО «АльфаСтрахование») о взыскании 54 773 932,18 руб. страхового возмещения.

Суд первой инстанции привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, общество с ограниченной ответственностью Управляющая транспортная компания «Мегаполис» (далее – ООО УТК «Мегаполис»).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12.12.2024, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2025, иск удовлетворен.

В кассационной жалобе АО «АльфаСтрахование» просит отменить судебные акты и принять по делу новое решение, которым в иске АО «Лизинговая компания «КАМАЗ» к АО «АльфаСтрахование» отказать.

В обоснование жалобы указывается, что суды первой и апелляционной инстанций, неполно исследовав условия страхования, содержание генеральных договоров страхования, применили пункт генеральных договоров страхования, который в рассматриваемом случае не может быть применен, и не применили пункт генеральных договоров страхования, который должен был быть применен, в результате чего сделали ошибочный вывод о наступлении страхового случая.

Заявитель жалобы утверждает, что из подпункта «д» пункта 3.2 генеральных договоров страхования следует, что по настоящему договору застрахованы имущественные интересы страхователя на случай наступления следующего события – кража, угон транспортного средства с целью хищения (в том числе отдельных деталей и узлов), грабеж, разбой., а согласно пункту 3.2.2 Правил страхования, являющихся неотъемлемой частью договора страхования, «Хищение» – утрата ТС исключительно в результате кражи, грабежа, разбоя, угона в соответствие со статьями 158, 161, 162 и 166 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ).

Никаких противоречий между условиями генеральных договоров страхования и Правил страхования нет, все условия между собой согласуются.

Наступившее событие было квалифицировано правоохранительными органами по части 4 статьи 159 УК РФ – мошенничество.

Заявитель жалобы утверждает, что исходя из буквального толкования положений пункта 3.2 генеральных договоров страхования, пункта 3.2.2 Правил страхования, хищение техники в результате мошеннических действий, предусмотренных частью 4 статьи 159 УК РФ, вопреки ошибочным выводам судов, не относится к застрахованному риску «Хищение», на данное событие не распространяется страховое покрытие.

Суды первой и апелляционной инстанций в нарушение норм материального права не применили положения статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), сделали ошибочный вывод о том, что срок исковой давности истцом не пропущен.

Суды, отказывая в применении срока исковой давности, ошибочно указали, что факт обращения лизингодателя к лизингополучателю с иском в суд с требованиями о взыскании задолженности, расторжении договоров лизинга, возврате транспортных средств, не свидетельствует об осведомленности лизингополучателя о хищении транспортных средств и наступлении факта страхового события.

Вывод суда апелляционной инстанции о том, что до вынесения постановления о возбуждении уголовного дела истец не мог сделать вывод о наступлении страхового случая и был вынужден дождаться вынесения постановления по уголовному делу, после чего обратился к страховщику, является ошибочным, поскольку о нарушении своих прав АО «Лизинговая компания «КАМАЗ» знало еще в октябре 2018 года, при этом в правоохранительные органы обратилось только 23.05.2023.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав представителей сторон, Арбитражный суд Поволжского округа для удовлетворения жалобы оснований не находит.

Судами установлено и следует из материалов дела, между истцом (страхователь) и ответчиком (страховщик) заключены генеральные договоры страхования автотранспортных средств, переданных в финансовую аренду (лизинг) от 01.01.2017 № 49297/046/03900/6 и от 01.09.2020 № 49297/046/0001656/20, объектом страхования по которому являются имущественные интересы страхователя, связанные с пользованием, распоряжением и передачей в финансовую аренду (лизинг) транспортных средств, указанных страхователем.

Индивидуальные характеристики транспортных средств, период страхования, страховая сумма определены полисами, выданными на каждое транспортное средство.

Транспортные средства выступают предметом лизинга и переданы по соответствующим актам лизингополучателю – ООО УТК «Мегаполис».

По условиям страхования выгодоприобретателем по рискам ущерб и хищение выступает лизинговая компания (истец).

По факту хищения транспортных средств возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 УК РФ, о чём следователем СО ОМВД России по г.о. Истра ФИО3 вынесено постановление от 09.02.2024 № 12401460011000126.

Из фабулы дела следует, что в период с октября 2018 года по 22.12.2022, более точные дата и время следствием не установлены, неустановленные лица из числа руководства общества «Мегаполис» и иных аффилированных обществу лиц, из корыстных побуждений, с целью незаконного обогащения, имея умысел на хищение имущества лизинговой компании, путём обмана, разработали преступный план, согласно которому решили искусственно создать ситуацию неплатёжеспособности общества «Мегаполис» по заключённым договорам лизинга путём вывода денежных средств общества «Мегаполис», полученных в качестве дохода от предпринимательской деятельности общества, на счета аффилированных компаний, при этом понимая, что в случае возникновения задолженности по лизинговым платежам техника, переданная по договорам, будет подлежать возвращению лизингодателю, однако, изначально не имея намерений о возврате транспортных средств, решили распорядиться ими по своему усмотрению.

Постановлением следователя от 09.02.2024 АО «Лизинговая компания «КАМАЗ» признано потерпевшим.

До настоящего времени местонахождение транспортных средств, являющихся предметом лизинга и выступающих объектами страхования, не установлено, транспортные средства продолжают находиться в розыске, Лизинговой компании не возвращены. Данное обстоятельство никем не оспорено и подтверждено участвующими в деле лицам в ходе рассмотрения настоящего спора.

С заявлением о страховой выплате истец обратился посредством электронного документооборота в феврале 2024 года.

Последующая претензия истца от 28.05.2024 о выплате страхового возмещения оставлена ответчиком без удовлетворения, что и явилось основанием обращения лизинговой компании в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Руководствуясь положениями статей 309, 310, 929, 943 ГК РФ, разъяснениями, изложенными в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2024 № 19 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества», исследовав представленные доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив на основании пунктов 1.2, 3.2 генерального договора страхования приоритет применения условий этого договора перед Правилами страхования и признав утрату имущества в результате умышленных действий лизингополучателя страховым событием, суд первой инстанции удовлетворил заявленные требования.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции согласился.

У суда кассационной инстанции отсутствуют основания для переоценки выводов судов обеих инстанций.

Доводы заявителя кассационной жалобы подлежат отклонению в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключён договор (выгодоприобретателю), причинённые вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определённой договором суммы (страховой суммы).

По договору имущественного страхования может быть, в частности, застрахован риск утраты (гибели) или повреждения определённого имущества (статья 930 ГК РФ).

При заключении договора добровольного страхования имущества в письменной форме не включённые в текст договора страхования (страхового полиса) условия правил страхования обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если иное не установлено договором (пункты 2, 3 статьи 943 ГК РФ).

Как указано в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2024 № 19 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества» если условия договора страхования, документы, предусмотренные пунктом 2 статьи 940 ГК РФ, и правила страхования, на основании которых заключён договор, противоречат друг другу, то приоритет отдаётся тем условиям, которые индивидуально согласованы сторонами договора (пункт 3 статьи 943 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 3.2.2 Правил страхования под хищением понимается утрата ТС исключительно в результате кражи, грабежа, разбоя, угона в соответствии со статьями 158, 161, 162 и 166 УК РФ.

Суды установили, что согласно подпунктам «д», «е» пункта 3.2 генерального договора страхования под страховым риском понимаются, в том числе утрата транспортных средств в результате умышленных противоправных действий третьих лиц, в том числе умышленных действий лизингополучателя, что и имеет место в рассматриваемом случае.

При этом пунктом 1.2 генерального договора страхования (как и пунктом 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2024 № 19 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества») прямо предусмотрен приоритет применения условий этого договора перед Правилами страхования.

Действие пункта 3.2 генерального договора страхования страховыми полисами также не исключено.

Хищение транспортных средств в результате неправомерных действий неустановленных лиц следует из представленных арбитражному суду материалов, включая постановления следователя по уголовному делу, а также показаний сторон. Сведения о возврате транспортных средств истцу в материалах арбитражного дела отсутствуют, такие сведения арбитражному суду не добыты и не представлены.

Суд округа считает необоснованным довод заявителя жалобы о том, что исходя из буквального толкования положений пункта 3.2 генеральных договоров страхования, пункта 3.2.2 Правил страхования, хищение техники в результате мошеннических действий, предусмотренных частью 4 статьи 159 УК РФ, не относится к застрахованному риску «Хищение», на данное событие не распространяется страховое покрытие.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, указал, что они являются обоснованными на основании подпунктов «д», «е» пункта 3.2 генерального договора страхования.

Из подпункта «д» пункта 3.2 генерального договора страхования следует, что по настоящему договору застрахованы имущественные интересы страхователя на случай наступления хищения вне зависимости от его формы и способа (кража, угон транспортного средства с целью хищения (в том числе с ключами и (или) документами), включая хищение отдельных деталей и узлов, грабеж, разбой).

Данный подпункт договора допускает двоякое понимание, так как содержит как положение о том, что страховым случаем является наступление хищения вне зависимости от его формы и способа, так и перечисление (в скобках) способов хищения, в котором такой способ хищения как мошенничество отсутствует.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце втором пункте 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», при разрешении споров, возникающих из договоров, в случае неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон с учетом цели договора, в том числе исходя из текста договора, предшествующих заключению договора переговоров, переписки сторон, практики, установившейся во взаимных отношениях сторон, обычаев, а также последующего поведения сторон договора (статья 431 ГК РФ), толкование судом условий договора должно осуществляться в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия.

Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, являющееся профессионалом в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.).

Следовательно, приведенной правовой позицией бремя доказывания авторства спорного условия возложено на страховщика, при рассмотрении настоящего дела ответчик таких доказательств не представил.

Суд округа также учитывает, что в страховых полисах, приобщенных к материалам дела, страховые риски указаны как КАСКО полное (повреждение, хищение) без исключения какого-либо способа хищения.

При таких обстоятельствах судами сделан правильный вывод о том, что требование истца о выплате страхового возмещения является правомерным.

Согласно пункту 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2024 № 19 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества» если по обстоятельствам дела момент возникновения ущерба не может быть с разумной степенью достоверности определён, страховой случай считается наступившим в момент выявления.

Поскольку уголовное дело возбуждено 09.02.2024, то судами сделан правильный вывод, что на дату возникновения ущерба (возбуждения уголовного дела) необходимо руководствоваться страховой стоимостью транспортных средств с учетом положений пункта 4.2 генерального договора страхования.

Применяя страховую стоимость транспортных средств для 5 года страхования, суды признали, что заявленные истцом требования подлежат удовлетворению в размере 54 773 932,18 руб.

Поскольку ответчиком данная сумма долга не выплачена добровольно, то она подлежит взысканию с него в пользу истца в принудительном судебном порядке.

Довод заявителя жалобы о пропуске истцом срока исковой давности рассмотрен судами и отклонен как основанный на неверном толковании норм материального права.

Согласно части 1 статьи 966 ГК РФ срок исковой давности по требованиям, вытекающим из договора имущественного страхования, за исключением договора страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, составляет два года.

Суды также правомерно указали, что факт обращения лизингодателя к лизингополучателю с иском в суд с требованиями о взыскании задолженности, расторжении договоров лизинга, возврате транспортных средств, не свидетельствует об осведомленности лизингополучателя о хищении транспортных средств и наступлении факта страхового события.

Со ссылкой на пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2024 № 19 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества» суды указали, что страховой случай считается наступившим в момент выявления.

Наступление страхового случая в рамках рассматриваемого дела подтверждено уголовно-процессуальными документами (постановлением о возбуждении уголовного дела, постановлением о признании потерпевшим), вынесенными следственным отделом ОМВД России по г.о Истра от 09.02.2024, которые были получены истцом 19.02.2024, когда истец и узнал о нарушении своего права.

До вынесения постановления о возбуждении уголовного дела истец не располагал и не мог располагать сведениями о квалификации совершенного деяния, следовательно, не мог сделать вывод о наступлении страхового случая. Как следует из материалов дела, заявление о наступлении страхового события подано в феврале 2024 года. Иск подан в суд в июле 2024 года.

Таким образом, срок исковой давности истцом не пропущен.

Утверждая о пропуске истцом срока исковой давности, заявитель жалобы утверждает, что о нарушении своих прав АО «Лизинговая компания «КАМАЗ» знало еще в октябре 2018 года, при этом в правоохранительные органы обратилось только 23.05.2023.

По мнению заявителя жалобы, постановлением о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству от 09.02.2024 установлено совершение хищения имущества АО «Лизинговая компания «КАМАЗ» неустановленными лицами в период с октября 2018 года по 22.12.2022, что, как полагает заявитель жалобы, свидетельствует об осведомленности истца о совершенном хищении в октябре 2018 года.

Суд округа находит данный довод несостоятельным, так как в том же постановлении указано, что в период с октября 2018 года по ноябрь 2019 года между АО «Лизинговая компания «КАМАЗ» (лизингодатель) и ООО «УТК «Мегаполис» (лизингополучатель) заключены договоры финансовой аренды (лизинга), в рамках которых ООО «УТК «Мегаполис» получило 1100 единиц техники.

Таким образом, в постановлении о возбуждении уголовного дела начало периода заключения договоров финансовой аренды (лизинга) и начало предполагаемого периода хищения совпадают, в связи с чем данный процессуальный документ не может свидетельствовать о том, что о совершенном хищении транспортных средств истцу стало известно в 2018 году.

Доводы заявителя являлись предметом рассмотрения судебных инстанций, получили соответствующую правовую оценку и по существу направлены на иную оценку доказательств и фактических обстоятельств дела.

Иная оценка заявителем кассационной жалобы обстоятельств спора не подтверждает существенных нарушений судами норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела, и не является достаточным основанием для пересмотра судебных актов в кассационном порядке.

Переоценка установленных судами обстоятельств дела и имеющихся в деле доказательств не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами первой и апелляционной инстанций на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом доводов и возражений участвующих в деле лиц, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, в связи с чем у суда кассационной инстанции отсутствуют основания для отмены либо изменения принятых по делу судебных актов.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 12.12.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2025 по делу № А65-21034/2024 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья И.Р. Нагимуллин

Судьи А.Д. Хлебников

Э.Р. Галиуллин