ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ессентуки Дело № А25-2651/2021

11 декабря 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 04 декабря 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 11 декабря 2023 года.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Бейтуганова З.А., судей: Белова Д.А., Макаровой Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Марковой М.Е., при участии в судебном заседании представителя ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 01.10.2021), представителя ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 01.02.2022), представителя ФИО5 – ФИО6 (доверенность от 02.08.2023), представителя финансового управляющего ФИО7 – ФИО8 (доверенность от 07.12.2022), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО3 и ФИО5 на определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 08.06.2023 по делу № А25-2651/2021, принятое по заявлению финансового управляющего ФИО9 об оспаривании сделки должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО3 (ИНН <***>),

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 24.03.2022 признано обоснованным заявление кредитора ФИО10 о признании должника-гражданина ФИО3 (далее по тексту – Должник) несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО9.

Решением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 16.09.2022 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО9.

22.07.2022 финансовый управляющий ФИО9 обратился в арбитражный суд с заявлениями о признании недействительными: - договора купли-продажи от 20.08.2019, заключенного между ФИО3 (продавец) и ФИО11 (покупатель), и договора купли-продажи недвижимого имущества от 16.02.2022, заключенного между ФИО11 (продавец) и ФИО5 (покупатель), а именно: жилого дома с кадастровым номером 09:06:0200105:281 и земельного участка с кадастровым номером 09:06:0200105:7, расположенных по адресу: КЧР, <...> (Сделка №1); - договора купли-продажи от 20.08.2019, заключенного между ФИО3 (продавец) и ФИО11 (покупатель), и договора купли-продажи от 16.02.2022 недвижимого имущества, заключенного между ФИО11 (продавец) и ФИО5 (покупатель), а именно: жилого дома с кадастровым номером 09:06:0200105:193 и земельного участка с кадастровым номером 09:06:0200105:8, расположенных по адресу КЧР, <...> (Сделка №2), и применении последствий недействительности сделок в виде возврата имущества в конкурсную массу (уточненные требования).

Определением от 25.07.2022 суд принял указанное заявление к производству и назначил его рассмотрение в судебном заседании. Этим же определением суд привлек к участию в рассмотрении обособленного спора о признании сделки недействительной в качестве в качестве соответчиков ФИО11 (369000, <...>), ФИО5 (369177, <...>), предложив им к дате судебного заседания представить в материалы дела письменный мотивированный отзыв относительно заявленных финансовым управляющим требований.

Определением от 03.02.2023 бывшая супруга должника ФИО12 привлечена к участию в рассмотрении обособленного спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора (л.д.17-19 т.4).

Определением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 08.06.2023 заявленные требования удовлетворены. Суд признал недействительными договор купли-продажи от 20.08.2019, заключенный между ФИО3 (продавец) и ФИО11 (покупатель), в отношении жилого дома общей площадью 111 кв.м., этажность – 2; литер А; кадастровый номер 09:06:0200105:281 и земельного участка площадью 450 кв.м., кадастровый номер 09:06:0200105:7, категория земель – земли населенных пунктов, для ведения личного подсобного хозяйства, расположенных по адресу: КЧР, <...> Д. № 34/1А; договор купли-продажи от 20.08.2019, заключенный между ФИО3 (продавец) и ФИО11 (покупатель), в отношении жилого дома общей площадью 100,4 кв.м., этажность – 2; литер А; кадастровый номер 09:06:0200105:193 и земельного участка площадью 450 кв.м., кадастровый номер 09:06:0200105:8, категория земель – земли населенных пунктов, для ведения личного подсобного хозяйства, расположенных по адресу: КЧР, <...> Д. № 34/1В; договор купли-продажи от 16.02.2022 недвижимого имущества, заключенный между ФИО11 (продавец) и ФИО5 (покупатель), в части купли-продажи следующих объектов: - жилой дом общей площадью 111 кв.м., этажность – 2; литер А; кадастровый номер 09:06:0200105:281 и земельный участок площадью 450 кв.м., кадастровый номер 09:06:0200105:7, категория земель – земли населенных пунктов, для ведения личного подсобного хозяйства, расположенные по адресу: КЧР, <...> Д. № 34/1А, - жилой дом общей площадью 100,4 кв.м., этажность – 2; литер А; кадастровый номер 09:06:0200105:193 и земельный участок площадью 450 кв.м., кадастровый номер 09:06:0200105:8, категория земель – земли населенных пунктов, для ведения личного подсобного хозяйства, расположенные по адресу: КЧР, <...> Д. № 34/1В. Применил последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО5 возвратить в конкурсную массу должника спорное имущество. Распределены судебные расходы. Судебный акт мотивирован тем, что оспариваемые сделки являются едиными сделками, направленными на вывод ликвидного имущества из конкурсной массы.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО3 и ФИО5 обратились в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобами, в которых просили определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

ФИО5 в апелляционной жалобе просит отменить определение суда в части признания недействительными договора между ФИО11 и ФИО5 Жалоба мотивирована тем, что оспариваемые управляющим договоры не являются единой сделкой и ФИО5 не является конечным бенефициаром или аффилированным лицом по отношению к должнику. Указывает, что она является добросовестным приобретателем и в материалы дела представлены доказательства наличия у нее финансовой возможности для покупки недвижимости. Спорное имущество приобретено ею в 2022 году по рыночной стоимости, с учетом произошедшего пожара. Отмечает, что после пожара спорное имущество практически полностью разрушено и ФИО5 после покупки практически возведен новый объект, а также подведены коммуникации, которые ранее отсутствовали, что существенно увеличило стоимость, так ранее спорный объект имел статус жилого дома. ФИО5 является добросовестным приобретателем, имущество приобретено ею по рыночной цене для использования в коммерческих целях, в строительство объектов вложено более 27 млн. руб. Также суд пришел к необоснованному выводу о признании оспариваемых сделок цепочкой сделок, т.к. ФИО5 не является аффилированным лицом как по отношению к должнику так и продавцу.

Должник в апелляционной жалобе также просит определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего. Жалоба мотивирована недоказанностью финансовым управляющим всей совокупности условий, необходимых для признания сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Обращает внимание на то, что первоначальный договор заключен в 2019 году, а последующий договор в 2022 году, в связи с чем, они не могут рассматриваться в качестве единой сделки. Объект, который ранее приобретен ФИО11, и который суд обязал вернуть в конкурсную массу, разрушен и фактически суд изъял у ФИО5 иной объект, возведенный ею за счет собственных средств, который никогда не принадлежал должнику.

От представителя ФИО1 поступило ходатайство о приостановлении производства по делу.

Рассмотрев заявленное ходатайство, суд апелляционной инстанции отказывает в его удовлетворении в связи с отсутствием правовых оснований.

Так в соответствии с п. 1 ч. 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.

Так подача кассационной жалобы в Верховый Суд Российской Федерации на постановления суда апелляционной инстанции и кассационной инстанции по иному обособленному спору, не является основанием для приостановления производства по настоящему обособленному спору.

С учетом вышеизложенного ходатайство подлежит отклонению, поскольку для приостановления производства по настоящему делу не имеется оснований, предусмотренных статьей 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представители сторон озвучили свои правовые позиции, одновременно дали пояснения по существу спора.

Иные лица, участвующие в данном обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем, на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена 24.10.2023 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации был объявлен перерыв до 04.12.2023. Соответствующая информация размещена на официальном интернет-портале Федеральных арбитражных судов в разделе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru/).

После перерыва представители сторон поддержали заявленные ранее правовые позиции.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, отзыва, заслушав представителей лиц, участвующих в настоящем обособленном споре и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 08.06.2023 по делу № А25-2651/2021 подлежит отмене, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 20.08.2019 между должником ФИО3 (продавец) и ФИО11 (покупатель) заключён договор купли-продажи б/н от 20.08.2019, в соответствии с которым должник ФИО3 продал, а ФИО11 купила жилой дом общей площадью 111 кв.м., этажность – 2; литер А; кадастровый номер 09:06:0200105:281 и земельный участок площадью 450 кв.м., кадастровый номер 09:06:0200105:7, категория земель – земли населенных пунктов, для ведения личного подсобного хозяйства, расположенные по адресу: КЧР, <...> Д. № 34/1А.

Согласно договору купли-продажи от 20.08.2019 указанный жилой дом и земельный участок были проданы за 1 000 000 рублей, из которых дом был оценен в 900 000,00 руб., а земельный участок в 100 000 рублей.

В договоре указано, что расчёты между сторонами произведены полностью до подписания договора.

20.08.2019 между должником ФИО3 (продавец) и ФИО11 (покупатель) заключён договор купли-продажи б/н от 20.08.2019г., в соответствии с которым должник ФИО3 продал, а ФИО11 купила жилой дом общей площадью 100,4 кв.м., этажность – 2; литер А; кадастровый номер 09:06:0200105:193 и земельный участок площадью 450 кв.м., кадастровый номер 09:06:0200105:8, категория земель – земли населенных пунктов, для ведения личного подсобного хозяйства, расположенные по адресу: КЧР, <...> Д. № 34/1В.

Согласно договору купли-продажи от 20.08.2019г. указанный жилой дом и земельный участок были проданы за 1 000 000 рублей, из которых: дом был оценен в 900 000 руб., а земельный участок в 100 000 рублей.

Право собственности на спорные объекты были зарегистрированы за ФИО11 в ЕГРН 03.09.2019.

16.02.2022 между ФИО11 (продавец), от имени которой в качестве представителя, действующего по доверенности, выступал должник ФИО3, и ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (покупатель), был заключен договор купли продажи объектов недвижимости, в соответствии с которым продавец продал покупателю, в том числе, вышеуказанные объекты недвижимости. Договор купли продажи объектов недвижимости от 16.02.2022 удостоверен нотариусом Прикубанского нотариального округа Карачаево-Черкесской Республики ФИО13 Переход права собственности на объекты зарегистрирован в ЕГРН 17.02.2022.

В договоре купли продажи объектов недвижимости от 16.02.2022 стороны установили следующую стоимость объектов недвижимости: - земельный участок, кадастровый номер 09:06:0200105:7 - 100000 руб.; - жилой дом (объект индивидуального жилищного строительства), кадастровый номер 09:06:0200105:281 - 900000 руб.; - земельный участок, кадастровый номер 09:06:0200105:8 - 100000 руб.; - жилой дом (объект индивидуального жилищного строительства), кадастровый номер 09:06:0200105:193 - 900000 руб.

В договоре указано, что расчёт между сторонами произведен полностью до подписания договора; продавец получила от представителя покупателя сумму, составляющую стоимость объектов, наличным путем до подписания договора.

Полагая, что указанные сделки являются недействительными в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 10, 168 ГК РФ, поскольку передача имущества совершена безвозмездно в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий должника обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования в полном объеме, суд первой инстанции не учел следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI данного Федерального закона.

Исходя из пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или статьей 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона нала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно пункту 9 постановления Пленума № 63, при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 постановления Пленума № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции посчитал, что оспариваемые финансовым управляющим договоры являются единой сделкой, направленной на вывод ликвидного имущества в пользу аффилированных лиц, а конечным бенефициаром в цепочке сделок является ФИО5 На момент совершения первоначального договора должник обладал признаками неплатежеспособности. Стоимость имущества, указанная в договорах купли-продажи существенно ниже его рыночной стоимости, что подтверждается представленным финансовым управляющим отчетом об оценке от 26.12.2022 и сведениями о продаже туристического комплекса в сети «Интернет». Доказательства фактической оплаты стоимости имущества стороны не представили. Кроме того, суд посчитал, что договоры между ФИО11 и должником являются притворными сделками, то есть прикрывающими единую сделку по отчуждению имущества ФИО5, которая является заинтересованным по отношению к должнику лицом.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу, что в результате совершения спорных сделок стороны договора создали условия для вывода имущества должника, исключившие возможность последующей реализации объектов недвижимости для расчетов с кредиторами должника. Вышеуказанные обстоятельства привели к существенному уменьшению размера имущества должника, которое могло привести и привело к полной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет отчужденных по сделкам объектов недвижимого имущества.

Между тем, суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда первой инстанции ввиду следующего.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом наличие доверительных отношений между формальными участниками притворных сделок позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому само по себе не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок.

Таким образом, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна единственная сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной.

Указанная правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации изложена в определении от 27.08.2020 № 306-ЭС17-11031.

Делая вывод о том, что оспариваемые договоры являются единой сделкой, совершенной в пользу конечного бенефициара - ФИО5, суд первой инстанции исходил из того, что фактически имущество приобретено ФИО5 безвозмездно у аффилированного лица, у нее отсутствовала финансовой возможность покупки недвижимости. Суд указал, что приобретение имущества безвозмездно либо по многократно, очевидно заниженной стоимости не может не породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности отчуждения. В данном случае ФИО5 приобрела имущество на условиях, недоступных независимым участникам рынка, что свидетельствует о наличии доверительных отношений между участниками сделок и фактической заинтересованности ответчика.

Вместе с тем, в рассматриваемом случае, между заключением первоначальных договоров между должником и ФИО11 (20.08.2019) и последующего договора между ФИО11 и ФИО5 (16.02.2022) прошло более 2,5 лет, что само по себе свидетельствует о невозможности квалификации спорных сделок в качестве единой.

При этом, финансовым управляющим в материалы дела не представлены доказательства аффилированности ФИО5 по отношению к кому-либо из сторон сделок. Доводы относительно заинтересованности покупателя приведены только в отношении ФИО11

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции ФИО5 указывала на отсутствие у нее аффилированности, а также обосновала причины низкой стоимости приобретаемого имущества, а также представила документы в качестве подтверждения наличия у нее финансовой возможности для покупки недвижимости.

Так, ФИО5 указывала, что с членами своей семьи ведет крупное личное подсобное хозяйство, с начала 1990-ых годов семье принадлежит база отдыха «Кишкет» в 7 км. от с. Хасаут Греческое, магазин в ст. Зеленчукской.

В подтверждение финансовой возможности приобретения имущества ФИО5 представлены: договоры купли-продажи сельско-хозяйственных животных; договор купли-продажи жилого дома и земельного участка в ст. Зеленчукской; договоры аренды помещений; налоговые декларации.

Оценив представленные документы, апелляционный суд считает, что они являются достоверным доказательством финансовой возможности приобретения спорного имущества по цене 2 000 000 руб. у ФИО11

Выводы суда первой инстанции о превышении расходов ФИО5 по отношению к ее расходам документально не подтверждены и признаются ошибочными. При этом, указанный вывод основан исключительно на предположениях финансового управляющего.

Относительно занижения стоимости имущества, полученного ФИО5 от ФИО11, суд первой инстанции принял во внимание отчет от 16.02.2022, между тем, проведенная оценка имущества не может быть принята за основу ввиду того, что осмотр имущества оценщиком не проводился и фактическое состояние имущества не исследовалось.

При этом, материалами дела подтверждается наличия у ФИО5 финансовой возможности для приобретения имущества по указанной стоимости.

Приобретатель признается добросовестным, если докажет, что при совершении сделки он не знал и не должен был знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом, в частности принял все разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества. Приобретатель не может быть признан добросовестным, если на момент совершения сделки по приобретению имущества право собственности в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним было зарегистрировано не за отчуждателем или в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним имелась отметка о судебном споре в отношении этого имущества. Кроме того, собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества (пункт 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

Материалами дела подтверждается, что ФИО5 проявила разумную степень осмотрительности и заботливости, которая требовалась от нее при совершении подобного рода сделок, и имеет все признаки добросовестности приобретения. С момента регистрации договора от 16.02.2022 недвижимое имущество поступило в полное исключительное распоряжение и владение ФИО5

На момент совершения сделки по покупке недвижимого имущества приобретатель - ФИО5 не знала, и не могла знать, что отчуждатель – ФИО11 приобрела имущество на сомнительных основаниях.

Из материалов дела следует, на момент заключения договора от 16.02.2022 недвижимое имущество было свободным и не было никаких обстоятельств, вызывающих подозрения об отсутствии права пользования и распоряжения продавца этим имуществом.

На момент заключения договора от 16.02.2022 в отношении недвижимого имущества отсутствовали записи об оспаривании права в судебном порядке, и возражении в отношении зарегистрированного права, о правопритязаниях третьих лиц, о наличии ограничений прав и обременении объектов недвижимости.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

ФИО5 не является заинтересованным лицом ни по отношению к ФИО11, ни по отношению к должнику ФИО14 Иное материалами дела не подтверждается.

Сделка была заключена ФИО5 с целью использования в личных целях, в том числе в предпринимательской деятельности, приобретенного недвижимого имущества.

С момента совершения сделки ни ФИО11, ни должник недвижимым имуществом не пользуются, контроль над ним не осуществляют.

ФИО5 является реальным собственником приобретенного недвижимого имущества: использует приобретенное имущество в предпринимательской деятельности (сдача в аренду), оплачивает налоги, несет расходы по содержанию недвижимости, что подтверждается представленными в материалы дела доказательствами.

Вышеизложенное позволяет прийти к выводу, что договор купли-продажи недвижимого имущества от 16.02.2022, заключенный между ФИО11 и ФИО5, соответствует нормам действующего законодательства, доказательств неравноценности либо неденежности оспариваемого договора, в материалы дела не представлено.

Кроме того, в рассматриваемом случае, апелляционная коллегия отмечает, что имущество приобретено ФИО5 не у должника, а у ФИО11, в связи с чем, само по себе возможное отклонение в цене не образует состава по статье 61.2 Закона о банкротстве.

Определение продавцом более низкой стоимости имущества может быть обусловлено оперативным поиском потенциальных покупателей (инвесторов) с целью быстрой реализации, а интерес покупателей в такой ситуации заключается в приобретении имущества по такой цене с целью получения дальнейшей выгоды в результате развития бизнеса или последующей перепродаже имущества по более высокой стоимости.

Следовательно, такой покупатель не может быть автоматически признан аффилированным лицом и ему не может быть вменена вина в приобретении имущества по цене имеющее отклонение от рыночной, при условии соблюдении им необходимых мер по проверке юридической чистоты приобретаемого имущества (проверка правоустанавливающих документов, проверка фактического владения продавцом спорного имущества, проверка на наличие/отсутствие арестов и иных ограничений).

В данном случае, ФИО5 раскрыто обоснование приобретения ею имущества, а также осуществлена юридическая проверка перед продажей, в связи с чем, ее поведение является добросовестным и отвечающим критериям обычного делового оборота.

Воля ФИО5 направлена именно на возникновение тех гражданско-правовых последствий, которые отражены в договоре купли-продажи от 16.02.2022; после приобретения она фактически использовала спорное имущество, несла расходы на ремонт и строительство.

В связи с чем, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для признания указанного договора частью единой сделки по отчуждению должником имущества, в связи с чем, он не подлежит признанию недействительным в силу статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку ФИО5 является добросовестным приобретателем недвижимого имущества.

Аналогичный правовой подход изложен в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 23.11.2023 по делу № А25-2651/2021.

При этом, апелляционная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции относительно необходимости признания недействительными договоров купли-продажи от 20.08.2019, заключенных между должником и ФИО11

Как верно указал суд, на момент совершения спорных сделок с ФИО11 у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами на сумму около 86 000 000 руб.

Покупатель ФИО11 является матерью должника ФИО3, которая знала или должна была знать о финансовом состоянии своего сына. Регистрация должника с ФИО11 по одному адресу дополнительно подтверждает осведомленность ФИО11 о неплатежеспособности должника, так как все уведомления и требования о погашении задолженности направлялись по указанному адресу.

Стоимость имущества, указанная в договорах купли-продажи от 20.08.2019, заключённых между должником и ФИО11, существенно ниже его рыночной стоимости, что подтверждается общедоступными сведениями, размещенными в сети интернет.

Также в материалах дела отсутствуют доказательства фактической оплаты стоимости имущества со стороны ФИО15

С учетом вышеизложенного, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд приходит к выводу о недействительности договоров купли-продажи от 20.08.2019, заключенных между должником и ФИО11 в отношении объектов недвижимости по адресу: <...> и д. 34/1В, на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Выводы суда первой инстанции о недействительности договоров купли-продажи от 20.08.2019 по признаку их притворности на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации являются ошибочными, вместе с тем, не привели к принятию неправильного судебного акта в указанной части.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

Согласно пункту 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 в случае признания на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства (путем зачета встречного однородного требования, предоставления отступного или иным способом), обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора по этому обязательству к должнику (далее - восстановленное требование) считается существовавшим независимо от совершения этой сделки (абзац первый пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве).

Таким образом, в условиях безвозмездного отчуждения имущества должника в пользу первоначального покупателя – ФИО11, признания последующего покупателя - ФИО5 добросовестным приобретателем, произведения ей улучшений и работ на территории туристической базы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о невозможности применения последствий недействительности сделки в виде возврата спорного имущества в конкурсную массу должника.

В данном случае, подлежит применению односторонняя реституция в виде взыскания с ФИО11 в конкурсную массу должника действительной стоимости объектов недвижимости по состоянию на 20.08.2019 в общем размере 10 421 809 руб. (5 472 189 руб. + 4 949 620 руб.), определенная отчетом об оценке от 26.12.2022.

При этом, апелляционный суд полагает, что представленный отчет об оценке № 36 от 31.01.2022 не может быть положен в основу определения рыночной стоимости объектов, так как оценщик оценил здания в качестве объектов жилого фонда, а земельные участки - как имеющие назначение - для ведения личного подсобного хозяйства. При применении сравнительного подхода оценки оценщиком использованы в качестве объектов-аналогов не объекты гостиничного, туристического назначения, а жилые дома и земельные участки под индивидуальное жилищное строительство или личное подсобное хозяйство

С учетом изложенного, определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 08.06.2023 по делу № А25-2651/2021, в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с не соответствием выводов, изложенных в определении, фактическим обстоятельствам дела, подлежит отмене с принятием по делу нового судебного акта о частичном удовлетворении заявленных требований.

Доводы апелляционной жалобы ФИО3 были предметом исследования суда первой инстанции, им дана надлежащая правовая оценка, с которой апелляционная коллегия согласна, в связи с чем, не могут являться основанием для отказа в признании недействительными первоначальных договоров купли-продажи от 20.08.2019.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и являющихся безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не допущено.

В абзаце четвертом пункта 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что заявление об оспаривании сделки по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве уплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина по заявлению и апелляционной жалобе подлежит отнесению на сторону.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

в удовлетворении ходатайства ФИО1 о приостановлении производства по делу отказать.

Определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 08.06.2023 по делу № А25-2651/2021 отменить, апелляционную жалобу ФИО5 – удовлетворить.

Заявление финансового управляющего ФИО9 удовлетворить частично.

Признать недействительным договор купли-продажи от 20.08.2019, заключенный между ФИО3 и ФИО11, в отношении жилого дома с кадастровым номером 09:06:0200105:281 и земельного участка с кадастровым номером 09:06:0200105:7, расположенных по адресу: КЧР, <...>.

Признать недействительным договор купли-продажи от 20.08.2019, заключенный между ФИО3 и ФИО11, в отношении жилого дома с кадастровым номером 09:06:0200105:193 и земельного участка с кадастровым номером 09:06:0200105:8, расположенных по адресу КЧР, <...>.

Применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО11 в конкурсную массу денежных средств в размере 10 421 809 руб.

В удовлетворении остальной части заявленных требований финансового управляющего ФИО9 отказать.

В удовлетворении апелляционной жалобы ФИО3 отказать.

Взыскать с ФИО11 в доход федерального бюджета 12 000 руб. государственной пошлины за подачу заявления.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета 3 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО5 судебные расходы по апелляционной жалобе в размере 3 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

З.А. Бейтуганов

Судьи

Д.А. Белов

Н.В. Макарова