ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А
http://13aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
г. Санкт-Петербург
03 декабря 2025 года
Дело №А56-74043/2024
Резолютивная часть постановления объявлена 25 ноября 2025 года
Постановление изготовлено в полном объеме 03 декабря 2025 года
Тринадцатый арбитражный апелляционный суд
в составе:
председательствующего Аносовой Н.В.
судей Бурденкова Д.В., Юркова И.В.
при ведении протокола судебного заседания: секретарем судебного заседания Аласовым Э.Б.
при участии: согласно протоколу судебного заседания от 25.11.2025
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-20434/2025) Скрипченко Валентины Вячеславовны на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.06.2025 по делу № А56-74043/2024 (судья Овчинникова Н.Ю.), принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Курганский Приборостроительный Завод» о привлечении к субсидиарной ответственности Скрипченко Валентины Вячеславовны
в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Олчип СПб»,
установил:
В Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области посредством системы «Мой Арбитр» 17.03.2023 поступило (зарегистрировано 17.03.2023) заявление общества с ограниченной ответственностью «Курганский Приборостроительный Завод» (далее – заявитель, кредитор, ООО «КПЗ», Компания) о признании общества с ограниченной ответственностью «ОЛЧИП СПБ» (далее – должник, ООО «ОЛЧИП СПБ», Общество) несостоятельным (банкротом).
Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.05.2023 заявление принято к производству, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника.
Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.08.2023 (резолютивная часть определения оглашена 01.08.2023) в отношении ООО «ОЛЧИП СПБ» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.
Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.03.2024 (резолютивная часть определения оглашена 12.03.2024) производство по делу № А56-23635/2023 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Олчип СПб» прекращено.
В Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области посредством системы «Мой Арбитр» 24.07.2024 поступило (зарегистрировано 29.07.2024) заявление ООО «КПЗ» о привлечении к субсидиарной ответственности по долгам ООО «ОЛЧИП СПБ» ФИО1 и взыскании с нее 2 145 120,34 руб.
Решением от 30.06.2025 суд заявление удовлетворил.
Ответчик не согласился с вынесенным решением и обратился с апелляционной жалобой, в которой просил решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.
По мнению подателя жалобы, судом перой инстанции не учтено, что прекращение процедуры банкротства должника - Общества «Олчип Спб исключило возможность дальнейшего рассмотрения заявления временного управляющего ФИО2, поскольку в производстве суда отсутствовало дело о банкротстве, должник уже не находился в процедуре банкротства, обязанности по передачи документации временному управляющему не имелось у ответчика. При этом, ответчик отмечал, что наличие в материалах дела анализа сделок должника, выполненного временным управляющим, свидетельствует о том, что в распоряжении управляющего было достаточное количество сведений (документов, информации) полученной им от государственных органов, налоговой службы, банковских организаций, что не повлияло на течение процедуры банкротства наблюдение.
Также, по мнению ответчика, судом неправомерно приняты во внимание вероятностные доводы истца о том, что перечисление дивидендов в период с 12.05.2020 по 26.11.2020, оплата за электронный компоненты по договору № 312 от 20.04.2017 с 12.05.2020 по 02.02.2021, привели к причинению вреда имущественным правам истца, поскольку выплата дивидендов совершена ответчиком в период май-ноябрь 2020 года, то есть за три года до введения в отношении должника процедуры банкротства, а платежи в пользу ООО «Адвансед Эл» осуществлены в ходе обычной хозяйственной деятельности.
Более того, ответчик отмечал, что в период ведения хозяйственной деятельности 2020 году ООО «Олчип Спб» не было долговых обязательств перед истцом, так как до 2021 года в рамках заключенного договора № 24/20 от 27.07.2020 обязательства по поставке Товара истцу со стороны ООО «Олчип Спб» выполнялись надлежащим образом.
Таким образом, ответчик указывал на то, что на момент выплаты дивидендов и осуществление платежей в рамках обычной хозяйственной деятельности, у общества «Олчип Спб» не было и могло быть финансовых обязательств перед ООО «Курганский Приборостроительный Завод».
Кроме этого, по мнению ответчика, судом первой инстанции, не была дана оценка письменным пояснениям нового директора ООО «Олчид Спо» ФИО3, согласно которым Товар по операциям с ООО «Адвансед Эл» по УПД №84 от 9 июня 2021; УПД №83 от 9 июня 2021; УПД №82 от 31 марта 2021; УПД №11 от 18 января 2021; УПД №918 от 17 декабря 2020; УПІД №774 от 10 ноября 2020; УПД №754 от 23 октября 2020; УПД №725 от 13 октября 2020; УПД №710 от 7 октября 2020; УПД №596 от 7 сентября 2020; УПД №556 от 17 августа 2020; УПД №521 от 10 августа 2020; УПД №519 от 6 августа 2020; УПД №496 от 27 июля 2020; УПД №455 от 15 июля 2020; УПД №437 от 7 июля 2020; УПД №52 от 6 февраля 2020; до сих пор находится на складе. Предприятие является в настоящее время действующим и за счет имеющегося на складе Товара на сумму более 2,5 млн. рублей истец может получить удовлетворения своих требований.
Помимо прочего, ответчик обращал внимание на то, что оспариваемое решение не содержит обоснования взыскания с ответчика судебных расходов, заявленных истцом на сумму 354 474,71 рубля, которые являются оплатой истцом, как заявителем по делу о банкротстве, расходов временного управляющего ООО «Олчип СПб» в порядке статьи 59 Закона о банкротстве.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика доводы жалобы поддержал.
Представитель истца возражал против удовлетворения жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.
Законность и обоснованность решения суда проверены в апелляционном порядке.
Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.05.2023 заявление принято к производству, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника.
Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.08.2023 (резолютивная часть определения оглашена 01.08.2023) в отношении ООО "Олчип СПБ" введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.
Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.03.2024 (резолютивная часть определения оглашена 12.03.2024) производство по делу № А56- 23635/2023 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Олчип СПб» прекращено, ввиду отсутствия финансирования процедуры.
ФИО1 с 2017 до 2024 года являлась единственным участником Общества, с 2020 до 2024 года ФИО1 также занимала должность руководителя Общества.
По мнению, Компании к объективному банкротству Общества привели в числе прочего следующие сделки:
- выплата в пользу ФИО1 дивидендов на сумму 2 163 000 руб. за период с 24.03.2020 по 30.04.2020; на сумму 2 790 000 руб. за период с 12.05.2020 по 26.11.2020, а всего 4 953 000 руб.;
- перечисление денежных средств в пользу аффилированного лица - ООО «Адвансед Эл», ИНН <***>, за период с 12.05.2020 по 02.02.2021 на общую сумму 12 866 500 руб.; за период с 24.01.2020 по 30.04.2020 на общую сумму 3 662 000 руб.
Требование Компании к Обществу подтверждено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Курганской области от 18.11.2022 по делу № А34-7842/2022.
Названным решением установлены следующие обстоятельства возникновения задолженности Общества перед Компанией. 7 июля 2020 года между обществом с ограниченной ответственностью «Курганский Приборостроительный Завод» (далее - Покупатель) и обществом с ограниченной ответственностью «Олчип Спб» (далее - Поставщик) заключен договор поставки №24/20 (далее - договор).
Согласно пункту 2.1 договора Поставщик обязуется поставить Покупателю, а Покупатель обязуется принять и оплатить Поставщику продукцию в согласованном обеими сторонами количестве, качестве, комплектности на условиях, предусмотренных договором и приложениями к нему.
В соответствии с пунктом 2.2 договора поставка продукции будет осуществляться партиями. Наименование продукции, её технические характеристики, комплектность, цена и общая стоимость каждой партии, а также условия оплаты определяется сторонами в спецификациях, которые будут являться неотъемлемой частью настоящего договора.
В рамках указанного договора между сторонами согласованы Спецификация №5 от 19.01.2021 к договору (далее - Спецификация №5) и Спецификация №6 от 21.01.2021 (далее - Спецификация №6). Истец произвел оплату авансового платежа в следующем порядке:
- 19.01.2021 платежным поручением №66 оплату первого аванса в размере 20% от стоимости спецификации, что составляет 331 401 руб. 28 коп.;
- 25.01.2021 платежным поручением №115 оплату второго аванса в размере 30% от стоимости партии продукции, что составляет 499 709 руб. 28 коп.
Общая сумма авансовых платежей по Спецификации №5 составляет 11 200 долларов США или 831 110 руб. 56 коп. на дату платежей.
Принимая во внимание, что Покупателем уплачен первый авансовый платеж 19.01.2021, срок поставки по Спецификации №5 - 24.02.2021.
Согласно пункту 2 Спецификации №6 цена продукции, поставляемой по настоящей спецификации, составляет 17 325 долларов США.
В соответствии с пунктом 3 Спецификации №6, Поставщик обязан поставить продукцию в течение 4 недель с даты проведения авансового платежа.
Пунктом 5.4 Спецификации №6 установлено, что оплата производится в рублях РФ по курсу ЦБ на день оплаты. 22.01.2021 истец платежным поручением № 102 произвел оплату авансового платежа в размере 635 562 руб. 43 коп., что составляет 50% от стоимости спецификации.
Общая сумма авансовых платежей по Спецификации №6 составляет 8 662 доллара США 50 центов или 635 562 руб.43 коп. на дату платежа.
Учитывая, что Покупателем уплачен авансовый платеж 19.01.2021, срок поставки по Спецификации №6 - 19.02.2021.
Между тем указанные сроки поставки (24.02.2021 и 19.02.2021) Обществом были нарушены, товар поставлен не был.
Ссылаясь на то, что требования Компании не погашены, а ФИО1 совершены действия, приведшие к невозможности погашения требований кредиторов, Компания обратилась в суд с настоящим заявлением
Применив нормы материального и процессуального законодательства, а также законодательства о банкротстве, исследовав представленные доказательства, суд первой инстанции счел заявление обоснованным.
Суд апелляционной инстанции, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для удовлетворения жалобы и отмены или изменения обжалуемого судебного акта.
В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.
Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В силу положений пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.
В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.
В соответствии с пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.
В соответствии с пунктом 16 Постановления N 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.
Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и тому подобное), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и так далее.
В пункте 17 Постановления N 53 разъяснено, что, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.
Судом первой инстанции установлено и ответчиком документально не оспорено, что уже по состоянию 31.12.2020 экономическое состояние Общества стабильным не являлось; хозяйственная деятельность Общества не позволяла достигать основной ее цели – получения прибыли.
Так, чистая прибыль за 2019 год у ООО «Олчип СПБ» составила 2 960 000,00 рублей.
При этом, ответчиком в период с 12.05.2020 по 26.11.2020 распределена сумма прибыли в размере 4 953 000,00 рублей по решению от 11.01.2020.
Таим образом, чистая прибыль Общества по итогам 2019 года составила 2 960 000 руб., тогда как выплаченные дивиденды равны 4 953 000 руб.
Доказательства, анализ которых свидетельствует о том, что распределение чистой прибыли, в том числе путем выплаты дивидендов, не привело должника к фактическому банкротству, материалы дела не содержат.
Как указано выше, в феврале 2021 года у ООО «Олчип СПБ» появились долговые обязательства по Спецификации № 5 от 19.01.2021 и Спецификации № 6 от 21.01.2021.
Судом первой инстанции установлено, что ответчиком с 12.05.2020 по 02.02.2021 перечислялись денежные средства в размере 12 866 500,00 рублей по Договору № 312 от 20.04.2017 в пользу ООО «Адвансед Эл», которое является аффилированным по отношению к должнику.
Ответчик указал на приоритетность гашения долговых обязательств перед ООО «Адвансед Эл», не давая пояснения причин такого приоритета.
Более того, 31.03.2021 отражена сделка одной суммой 9 496 702 руб., тем временем в отношении ООО «КПЗ» обязательства должником не исполнялись должным образом.
Помимо прочего, реальность правоотношений между должником и ООО «Адвансед Эл», как с контрагентом, подтверждается лишь минимальным набором документов, составленным самими аффилированными лицами.
Таким образом, при заключении между истцом и ООО «Олчип СПБ» Спецификации № 5 от 19.01.2021 и Спецификации № 6 от 21.01.2021, ответчик знал о краткосрочных обязательствах подконтрольного ей Общества, однако, продолжал увеличивать обязательства перед другими кредиторами.
Как верно указал суд первой инстанции, ФИО1, будучи единственным участником Общества и его руководителем, не могла не знать о неудовлетворительном экономическом состоянии подконтрольного общества, равно как и не могла иметь разумных ожиданий относительно того, что обязательства перед Компанией будут исполнены Обществом надлежащим образом.
Более того, апелляционный суд отмечает, что Закон о банкротстве допускает установление невозможности погашения требований кредиторов как через доказывание непосредственного причинения вреда контролирующим лицом, например, путем совершения (одобрения) порочных сделок (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11), так и опосредованно через доказывание сокрытия следов причинения вреда (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 25 марта 2024 N 303-ЭС23-26138, от 30 января 2020 N 305-ЭС18-14622(4,5,6), от 26 апреля 2024 N 305-ЭС23-29091).
Вместе с тем контролирующие лица, тем более, если банкротство хозяйственного общества вызвано их противоправной деятельностью, не заинтересованы в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот в подконтрольных обществах (предприятиях). Однако, как следует из пункта 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление N 53), это обстоятельство не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если кредитор с помощью косвенных доказательств убедительно обосновал утверждение о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения его требований вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо.
При этом оно должно доказать, почему доказательства кредитора не могут быть приняты в подтверждение его доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.
Закон о банкротстве прямо предписывает контролирующему должника лицу активное процессуальное поведение при доказывании возражений относительно предъявленных к нему требований под угрозой принятия решения не в его пользу (пункт 2 статьи 61.15, пункт 4 статьи 61.16, пункт 2 статьи 61.19 Закона о банкротстве, пункт 2 статьи 9, пункт 3.1 статьи 70 АПК РФ).
В силу абзаца 2 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица.
В данном случае ответчиком такие доказательства не представлены, а также не даны пояснения относительно объективных причин банкротства (невозможности оплаты требования кредитора), вызванные независимыми от ответчика обстоятельствами.
При этом, на протяжении всей процедуры до прекращения производства по делу о банкротстве Общества бухгалтерские документы и сведения о материальных ценностях должника временному управляющему должника не переданы.
Отсутствие документов в отношении имущества должника (запасов) не позволило временному управляющему Общества достоверно оценить финансовое состояние должника, что в последующем повлекло прекращение производство по делу о банкротстве в связи с отсутствием финансирования процедуры банкротства.
Временный управляющий также лишен был возможности определить признаки преднамеренного банкротства ввиду отсутствия документов о бухгалтерской отчетности по состоянию на 01.01.2022 и на 01.01.2023.
С учетом сложившихся тенденций, несмотря на отсутствие положительных финансовых результатов, в отсутствие документации должника невозможно было определить имел ли должник в наличии имущество и материальные ресурсы, при реализации которых возможно было бы покрыть требования кредиторов, судебные расходы и расходы на выплату вознаграждения арбитражному управляющему, с учетом того, что в настоящее время должник является действующим общество, реальная возможность восстановить платежеспособность имелась.
Отсутствие первичных документов как факт сам по себе создает презумпцию вины контролирующих лиц в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. Непредставление бухгалтерской документации существенно затрудняет проведение процедур банкротства, включая формирование конкурсной массы и анализ финансового состояния должника. Отсутствие документов лишает возможности проверить судьбу активов должника и подтвердить добросовестность действий его руководства.
Поскольку ответчиком не опровергнуты презумпции доведения должника до банкротства, установленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, суд правомерно привлекли ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника перед истцом.
По смыслу действующего правового регулирования вознаграждение и расходы арбитражного управляющего могут быть возложены на три категории лиц.
Как правило, соответствующие расходы погашаются за счет должника (пункт 1 статьи 59 Закона о банкротстве).
При недостаточности у должника имущества для погашения расходов обязанность осуществить соответствующие выплаты может быть возложена на его учредителей и участников (пункт 5 статьи 61, пункт 2 статьи 62 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.10.2022 N 307-ЭС20-1134(2)). Таким образом, как указывает Верховный Суд, учредители (участники) должника и заявитель по делу о банкротстве отвечают перед арбитражным управляющим по долгам о возмещении расходов субсидиарно по отношению к должнику.
Также при недостаточности у должника имущества арбитражный управляющий вправе обратиться с требованием о компенсации расходов к заявителю по делу о банкротстве (пункт 3 статьи 59 Закона о банкротстве).
При доказанности оснований для обращения к учредителям (участникам) или заявителю по делу о банкротстве с требованием о взыскании расходов указанные лица наряду с должником отвечают перед арбитражным управляющим солидарно (статьи 322, 323 и 325 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В данном случае заявителем по делу о банкротстве являлось ООО «КПЗ».
Временный управляющий должника ООО «Олчип СПБ», обращаясь к Истцу с заявлением о компенсации судебных расходов, указывал, что определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.03.2024 (резолютивная часть от 12.03.2024) производство по делу о банкротстве прекращено по мотиву отсутствия у должника средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. Следовательно, факт недостаточности средств подтвержден вступившим в законную силу судебным актом.
Согласно части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.
Таким образом, прекращение производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве уже само по себе является достаточным основанием для взыскания расходов с заявителя по делу.
При этом, из существа отношений несостоятельности следует, что в случае исполнения требования о возмещении расходов заявитель по делу имеет право регрессного требования на всю сумму к должнику и его учредителям (участника), так как они являются лицами, на которых лежит конечная обязанность профинансировать процедуру банкротства (абзац первый пункта 2 статьи 325 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Следовательно, судебные расходы, понесенные при рассмотрении дела о несостоятельности ООО «ОЛЧИП СПБ», в размере 354 474,71 руб., возмещенные заявителем, подлежат взысканию в порядке регрессного требования с ответчика как учредителя, так как он является лицом, на котором лежит конечная обязанность профинансировать процедуру банкротства.
Иные доводы жалобы не являются существенными и не способны повлиять на выводы суда, содержащиеся в обжалуемом судебном акте, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела и оснований для его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ апелляционная инстанция не усматривает.
Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.
Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа.
Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд
постановил:
Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.06.2025 по делу № А56-74043/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.
Председательствующий
Н.В. Аносова
Судьи
Д.В. Бурденков
И.В. Юрков