ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12
адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru
адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
№ 09АП-67799/2023
г. Москва Дело № А40-227666/22
25.10.2023
Резолютивная часть постановления объявлена 16 октября 2023 года
Постановление изготовлено в полном объеме 25 октября 2023 года
Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Скворцовой Е.А.,
судей Григорьева А.Н., Гажур О.В.,
при ведении протокола секретарем судебного заседания Волковым Е.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу
ФИО1 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 05.09.2023 г. по делу № А40-227666/22 об отказе во включении требований ФИО1 в реестр требований кредиторов должника ООО «ГАРАНТ-СБ»при участии в судебном заседании:
от ФИО1: ФИО2 по дов. от 16.10.2023
иные лица не явились, извещены.
УСТАНОВИЛ:
Определением Арбитражного суда города Москвы от 20.02.2023 в отношении ООО «ГАРАНТ-СБ» (ОГРН <***>, ИНН <***>) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3 (член Союза АУ «СРО СС»). В Арбитражный суд города Москвы 23.03.2023 (направлено посредством системы «Мой Арбитр») поступило заявление ФИО1 о включении требований в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 36 310 000 руб.
Определением Арбитражного суда города Москвы от 05.09.2023 во включении требований ФИО1 в реестр требований кредиторов должника ООО «ГАРАНТ-СБ» отказано.
Не согласившись с вынесенным определением, ФИО1 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 05.09.2023 отменить, принять новый судебный акт.
От ПАО «Банк Уралсиб» поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором ПАО «Банк Уралсиб» просит оспариваемое определение оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.
В судебном заседании представитель ФИО1 поддерживал доводы, изложенные в апелляционной жалобе.
Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьей 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).
В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.
Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 АПК РФ, выслушав объяснения представителей, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.
Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).
При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником. Целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приведет к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).
Общие правила доказывания при рассмотрении обособленного спора по включению в реестр требований кредиторов предполагают, что заявитель, обратившийся с требованием о включении в реестр, обязан представить первичные документы в подтверждение факта передачи кредитором должнику какого-либо имущества, выполнения работ, оказания услуг, иные участники процесса при наличии возражений обязаны подтвердить их документально (например, представить доказательства встречного предоставления со стороны должника по рассматриваемому обязательству).
В силу статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве и пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны, требование кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.
С учетом специфики дел о банкротстве, при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). При этом при установлении требований в деле о банкротстве признание должником обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования, само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее Постановление Пленума ВАС РФ № 35) в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляются судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточны, доказательства наличия и размера задолженности.
Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку включение таких требований приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также интересов должника.
В соответствии с пунктом 1 статьи 71 Закона о банкротстве, для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения.
Сообщение о введении в отношении ООО «ГАРАНТ-СБ» процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 38(7483) от 04.03.2023.
Требование ФИО1 направлено в Арбитражный суд города Москвы 23.03.2023 посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой Арбитр».
Таким образом, требование было заявлено в срок.
Как установлено судом первой инстанции, требования ФИО1 основаны на Агентском договоре №1-10/06/21 от 10.06.2021, Агентском договоре №2-20-/09/21 от 20.09.2021 и возникли при следующих обстоятельствах.
10.06.2021 между ФИО1 (Агент) и ООО «Гарант-СБ» (Принципал) заключен Агентский договор №1-10/06/21, согласно которому Агент обязуется за вознаграждение совершать от своего имени, но за счет Принципала указанные в пункте 1.2 настоящего Договора юридические и иные действия, а Принципал обязуется выплатить Агенту вознаграждение за исполнение поручения.
Пунктом 1.2 Договора установлено, что Агент обязуется по поручению Принципала осуществить комплекс юридических и фактических действий, направленных на поиск объектов недвижимости – земельных участков. Требования к земельным участкам предусмотрены подпунктами 1.2.2. и 1.2.3. Договора.
ФИО1 выполнены обязательства по договору, в подтверждение чего представлен отчет от 10.09.2021, в котором отражено, что агентом 08.07.2021 и 01.09.2021 проведены переговоры с двумя собственниками земельных участков.
Обязательства должника по оплате вознаграждения не исполнены.
На основании пункта 3.1 Договора, ФИО1 заявляет о включении в реестр требований кредиторов суммы вознаграждения в размере 100 000 рублей.
20.09.2021 между ФИО1 (Агент) и ООО «Гарант-СБ» (Принципал) заключен Агентский договор №2-20/09/21, в соответствии с которым Агент также обязуется за вознаграждение совершать от своего имени, но за счет Принципала указанные в пункте 1.2 настоящего Договора юридические и иные действия, а Принципал обязуется выплатить Агенту вознаграждение за исполнение поручения.
Пунктом 1.2. Договора установлено, что Агент обязуется по поручению Принципала заключить Предварительные договоры купли-продажи недвижимого имущества с собственниками земельных участков с кадастровыми номерами: 36:16:5300002:804, 36:16:5300002:805, гражданами РФ ФИО4 и ФИО5 соответственно.
Как указывает ФИО1 для целей исполнения настоящего поручения Агент, действуя от своего имени, заключил Предварительный Договор купли-продажи земельного участка №1 от 01.10.2021 с ФИО5 и Предварительный договор купли-продажи земельного участка №2 от 01.10.2021 с ФИО4
При этом, стороны согласовали, что до 31.12.2021 обязуются заключить основной Договор купли-продажи.
Также условиями договоров было предусмотрено применение задатка для целей обеспечения исполнения обязательств, принятых в размере 15 000 000 рублей и 21 000 000 рублей соответственно.
Передача задатка по предварительным договорам купли-продажи подтверждается копиями расписок об исполнении обязательств по Предварительному договору купли-продажи земельного участка №1 от 01.10.2021 и по Предварительному договору купли-продажи земельного участка №2 от 01.10.2021.
По результатам проведенных мероприятий ФИО1 составлен отчет Агента от 02.10.2021, в котором отражено, что агентом заключены предварительные договоры купли-продажи.
Обязательства должника по оплате вознаграждения не исполнены.
На основании пункта 3.1 Договора, ФИО1 заявляет о включении в реестр требований кредиторов суммы вознаграждения в размере 150 000 рублей, а также расходов, понесенных в связи с исполнением договора (пункт 2.5.2. Договора) в размере сумм задатков – 36 000 000 руб.
Впоследствии, как указывает ФИО1 ввиду принятых на себя обязательств по Предварительным договорам купли-продажи земельных участков №1 и №2 от 01.10.2021 им были заключены Договоры купли-продажи земельного участка №1 от 20.12.2021 и купли-продажи земельного участка №2 от 20.12.2021.
ФИО1 осуществил государственную регистрацию права собственности на земельные участки с кадастровыми номерами: 36:16:5300002:804, 36:16:5300002:805, что подтверждается выписками из ЕГРН.
Кроме того, в связи с длительным неисполнением принятых на себя обязательств на стороне ООО «Гарант-СБ», ФИО1 обратился в Симоновский районный суд города Москвы с исковым заявлением о взыскании вознаграждения и расходов, понесенных при исполнении вышеперечисленных Агентских договоров.
Решением Симоновского районного суда города Москвы от 15.12.2022 по делу №02- 6480/2022 исковое заявление ФИО1 удовлетворено, с ООО «Гарант-СБ» взыскана задолженность в размере 100 000 руб., 150 000 руб., 36 000 000 руб. и 60 000 руб. – расходов по оплате государственной пошлины.
В соответствии с частью 1 статьи16 АПК РФ вступившее в законную силу судебное решение является обязательным для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежит исполнению на всей территории Российской Федерации.
В соответствии с частью 3 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.
Преюдиция - это установление судом конкретных фактов, которые закрепляются в мотивировочной части судебного акта и не подлежат повторному судебному установлению при последующем разбирательстве иного спора между теми же лицами. Преюдициальность предусматривает не только отсутствие необходимости повторно доказывать установленные в судебном акте факты, но и запрет на их опровержение.
При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности (пункт 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от 22.06.2012).
В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П разъяснено, что признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения, принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.
В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 22 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах связанных с рассмотрением дел о банкротстве", арбитражный суд при рассмотрении требования кредитора, основанного на решении суда, вступившего в законную силу, не проверяет вновь установленные вступившим в законную силу решением суда обстоятельства при предъявлении кредитором денежных требований к должнику.
Однако, по смыслу приведенной процессуальной нормы преюдициальное значение приобретают лишь те фактические обстоятельства, установление которых судом ранее (по другому делу) основано на оценке спорных правоотношений в определенном объеме. Преюдициальное значение судебного акта следует воспринимать с учетом тех или иных особенностей ранее рассмотренного дела: предмета и основания заявленных требований, предмета доказывания, доводов участников спора, выводов суда по существу спора в связи с конкретными доказательствами, представленными лицами, участвующими в деле, и исследованными и оцененными судом. При этом одна лишь оценка конкретного доказательства (в той или иной части) не может рассматриваться как основание, необходимое и достаточное для окончательного вывода о преюдиции.
Стандарты доказывания в деле о банкротстве являются более строгими, чем в условиях не осложненного процедурой банкротства состязательного процесса. Арбитражный суд вправе и должен устанавливать реальность положенных в основу оспариваемой сделки хозяйственных отношений, проверять действительность и объем совершенного по такой сделке экономического предоставления должнику, предлагая всем заинтересованным лицам представить достаточные и взаимно не противоречивые доказательства.
Процедура банкротства носит публично-правовой характер. Публично-правовой целью института банкротства является обеспечение баланса прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, имеющих различные, зачастую диаметрально противоположные интересы. Эта цель достигается посредством соблюдения закрепленного в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации принципа, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.
Поэтому нарушением публичного порядка Российской Федерации является создание в преддверии банкротства видимости спора с отнесением его на рассмотрение суда для получения в последующем формальных оснований для упрощенного включения необоснованной задолженности в реестр требований кредиторов должника в целях влияния на ход дела о банкротстве. Такие действия затрагивают не только частные интересы должника и его кредитора, но и всех иных кредиторов, вовлеченных в процесс банкротства, препятствуя справедливому рассмотрению дела о несостоятельности и окончательному его разрешению (как в части определения судьбы должника и его имущества, так и в части распределения конкурсной массы между добросовестными кредиторами).
В такой ситуации арбитражный суд должен обеспечить эффективное средство судебной защиты конкурсной массы путем полного и всестороннего установления относящихся к заявленным финансовым управляющим обстоятельств, которые суд общей юрисдикции при рассмотрении дела самостоятельного не исследовал и не устанавливал (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 03.06.2020 № Ф05-22814/2019 по делу № А41-80277/2018).
В данном конкретном случае, Симоновским районным судом города Москвы сделан вывод о выполнении ФИО1 действий в соответствии с агентскими договорами, поскольку доводы истца ответчиком не опровергнуты представитель ответчика наличие задолженности перед истцом не отрицал
Возможность переоценки доказательств и необходимость дополнительного исследования и установления обстоятельств, реальности правоотношений кредитора и должника связана в первую очередь с необходимостью соблюдения баланса публичных и частных интересов в деле о банкротстве и защиты прав кредиторов от необоснованного включения в реестр требований кредиторов требований, основанных на искусственно инициированном судебном споре, в котором обе стороны, будучи так или иначе связанными между собой, по сути заинтересованы в одном и том же исходе дела и обращаются в суд лишь для формального соблюдения требований пункта 1 статьи 71 и пункта 1 статьи 100 Закона о банкротстве с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр требований кредиторов.
Исходя из объема оценки судами спорных правоотношений, состава лиц, участвующих в рассмотрении спора, принятое Симоновским районным судом города Москвы решение о взыскании с должника в пользу ФИО1 денежных средств не имеет преюдициального значения для настоящего обособленного спора и с учетом заявленных доводов не исключает возможности исследования сделки, на которой основаны требования, на предмет ее недействительности.
Передача денежных средств (задатков по предварительным договорам купли-продажи) подтверждается копиями расписок об исполнении обязательств от 01.10.2021.
В соответствии с пунктом 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от 22.06.2012 при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.
Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).
В подтверждение наличия финансовой возможности передачи денежных средств в качестве задатков по предварительным договорам купли-продажи ФИО1 представлена выписка по счету дебетовой карты за период с 01.01.2021 по 31.12.2021, согласно которой всего было произведено списаний на сумму 122 381 749,20 руб.
Изучив представленную ФИО1 выписку по карте, которая была приобщена к материалам дела 31.05.2023, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что ФИО1 не доказан факт наличия денежных средств в размере, необходимом для оплаты по предварительным договорам.
Так, например, за сентябрь 2021 по счету ФИО1 периодически поступали денежные средства в размере от 1 000 000 руб. до 4 000 000 руб., однако эти денежные средства сразу же переводились на счета неких физических лиц.
В итоге за сентябрь ФИО1 поступила на счет сумма в размере порядка 28 000 000 руб., которая переведена на счета физических лиц и израсходована на покупки в размере порядка 22 000 000 руб. и так аналогично за другие периоды.
Таким образом, представленная выписка не является неопровержимым доказательством того, что на 01.10.2021 (дата расписок) у ФИО1 имелись денежные средства в размере 36 310 000 руб. (общая сумма по распискам).
Отказывая во включении в реестр требований кредиторов должника требования ФИО1, суд первой инстанции указал на отсутствие экономической целесообразности заключения агентского договора, а также о фиктивности задолженности с учетом приобретения имущества в собственность ФИО1, а не ООО «Гарант-СБ».
У апелляционной коллегии отсутствуют основания для переоценки данных выводов суда первой инстанции.
Согласно пункту 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63"О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" наличие у сделки, на которой основывает требование кредитор, оснований для признания ее недействительной в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве не может использоваться в качестве возражения при установлении этого требования в деле о банкротстве, а дает только право на подачу соответствующего заявления об оспаривании сделки в порядке, определенном этой главой.
В то же время наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.
Как правило, для установления обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора (далее также - "дружественный" кредитор) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов.
Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки.
Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора.
Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").
Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).
Во избежание нарушения прав кредиторов должника все обстоятельства сделок с ним подлежат судебному исследованию.
Проверяя заявление о дефектах сделки, суду следует установить реальность хозяйственных правоотношений по договору, в том числе с учетом наличия внутригрупповых отношений между сторонами сделки и, как следствие, общности хозяйственных интересов участников спорных отношений.
При оценке возражений независимого кредитора следует учесть, что конкурирующий кредитор не является стороной сделки, в силу чего объективно ограничен в возможности доказывания необоснованности требования другого кредитора. Поэтому предъявление к конкурирующему кредитору высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов.
В данном случае достаточно подтвердить существенность сомнений в наличии долга. Напротив, стороны сделки не лишены возможности представить в суд как прямые, так и косвенные доказательства, опровергающие сомнения в реальности ее исполнения.
Таким образом, при наличии убедительных доводов и доказательств невозможности хранения бремя доказывания обратного возлагается в данном споре на истца и ответчика.
В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.
По смыслу пункта 1 статьи 170 ГК РФ, лицо, требующее признания сделки ничтожной в силу ее мнимости, должно доказать, что стороны, заключая соглашение, не намеревались создать соответствующие правовые последствия, характерные для сделок данного вида; обязательным условием для признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон; а также доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц (Постановление Президиума ВАС РФ от 07.02.2012 года № 11746/11).
Как следует из разъяснений, изложенных в п.86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» судам следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.
В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.05.2011 № 17020/10 указано, что данная норма (статья 170 ГК РФ) применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление того факта, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.
Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16- 2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Таким образом, мнимые сделки обладают пороком воли и совершаются для того, чтобы произвести ложное представление у третьих лиц о намерениях участников сделки изменить свое правовое положение.
Такая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий, в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.
Исходя из условий агентских договоров следует, что совершение действий, предусмотренных договором, осуществляется Агентом за счет Принципала.
По агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала (пункт 1 статьи 1005 ГК РФ).
В соответствии статьей 1011 ГК РФ к отношениям, вытекающим из агентского договора, соответственно применяются правила, предусмотренные главой 49 или главой 51 настоящего Кодекса, в зависимости от того, действует агент по условиям этого договора от имени принципала или от своего имени, если эти правила не противоречат положениям настоящей главы или существу агентского договора.
Из условий Агентских договоров, следует, что отношения выстроены по комиссионной модели, то есть агент действует от своего имени и за счет принципала.
Согласно пункту 1 статьи 996 ГК РФ вещи, приобретенные комиссионером за счет комитента, являются собственностью последнего. Аналогичное правило предусмотрено агентскими договорами (пункт 2.3.).
Как указывает ФИО1 в счет задатка по предварительным договорам купли-продажи им были переданы собственные денежные средства, которые ООО «ГАРАНТ-СБ» обязан ему возместить.
В то же время, расчеты с контрагентами из собственных средств агента, особенно в таком значительном размере, не соответствуют природе агентского договора.
Исходя из существа конструкции агентского договора, не представляется возможным сделать вывод о разумности и добросовестности действий агента по оплате договоров за счет собственных средств, поскольку приобретение имущества должно производиться за счет принципала и в его собственность.
В настоящем случае ФИО1 передал контрагентам в качестве задатка 36 000 000 руб., при этом в материалах дела отсутствуют доказательства получениями денежных средств от ООО «ГАРАНТ-СБ», а также требования предоставить денежные средства для расчетов с контрагентами.
Доказательств выражения ООО «ГАРАНТ-СБ» согласия на использование ФИО1 собственных денежных средств с последующим возмещением их ООО «ГАРАНТ-СБ» также не имеется.
Пунктом 2 статьи 996 ГК РФ установлено, что комиссионер вправе в соответствии со статьей 359 настоящего Кодекса удерживать находящиеся у него вещи, которые подлежат передаче комитенту либо лицу, указанному комитентом, в обеспечение своих требований по договору комиссии. Агентские договоры также содержат аналогичные условия. В данном случае также необходимо учитывать, что исполнение кредитором производилось по предварительным договорам купли-продажи, имеющим особую правовую природу.
В силу положений пункта 1 статьи 429 ГК РФ по предварительному договору стороны или одна из них обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ, об оказании услуг и т.п. (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором.
Так, по предварительному договору, у сторон возникает лишь обязанность заключить основной договор, какое-либо право на предполагаемое к приобретению имущество у покупателя не возникает.
Следовательно, целесообразность исполнения договора лично ФИО1 (передачи денежных средств в общем размере 36 000 000 руб. в качестве задатка), в отсутствие возможности возмещения израсходованных денежных средств за счет приобретаемого Принципалу имущества, подвергается сомнению, в случае, если он действовал не в своих личных интересах.
Кроме того, как указано ранее, 36 000 000 руб. были переданы по предварительным договорам купли-продажи в качестве задатка.
Исполнение предварительного договора может быть обеспечено задатком (пункт 4 статьи 380 ГК РФ).
При этом, задаток, выданный в обеспечение обязательств по предварительному договору лицом, обязанным совершить платеж (платежи) по основному договору, зачисляется в счет цены по заключенному основному договору (пункт 1 статьи 380 ГК РФ).
Аналогичное условие предусмотрено пунктом 3.3. предварительных договоров купли-продажи.
Следовательно, в случае, если ФИО1 требует возмещения ООО «ГАРАНТ-СБ» 36 000 000 руб. как расходов, понесенных по агентскому договору, приобретенное имущество в размере, соответствующем суммам задатков, с учетом изложенного и в силу пункта 1 статьи 996 ГК РФ и пункта 2.3. договоров должно являться собственностью ООО «ГАРАНТ-СБ».
Из выписок из ЕГРН и пояснений кредитора, собственником приобретенного имущества в полном объеме является ФИО1
В данном случае заслуживает внимания позиция, выраженная в пункте 8 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 17.11.2004 № 85 «Обзор практики разрешения споров по договору комиссии», из которой следует, что право определить, в чьих интересах комиссионером была заключена сделка покупки товара, предоставлено комиссионеру, если из обстоятельств дела не следует, что имущество было приобретено за счет определенного комитента, в частности с использованием принадлежащих ему денежных средств. При отсутствии воли комиссионера на то, чтобы заключенная им сделка была признана совершенной в чужих интересах, эта сделка таковой не является. Комиссионер также не лишен возможности оставить соответствующий товар за собой, признав тем самым, что сделка заключена им за свой собственный счет.
Таким образом, с учетом изложенных обстоятельств ФИО1 за собственный счет (из материалов дела не следует обратного) были приобретены земельные участки, которые перешли в собственность ФИО1
Исполнение обязательств по оплате задатка, и в последующем цены договора купли-продажи, а также регистрация перехода права собственности на недвижимое имущество в свою пользу фактически подтверждают совершение ФИО1 сделки за свой счет и в своих интересах.
О попытке создать фиктивную задолженность для целей включения в реестр требований кредиторов свидетельствуют также следующие обстоятельства.
Сторонами не раскрыта целесообразность заключения должником агентских договоров для поиска контрагента и заключения предварительного договора купли-продажи, а также выбора ФИО1 в качестве агента.
ФИО1 не является индивидуальным предпринимателем, не ведет профессиональную деятельность в данной сфере, не обладает какими-либо специальными познаниями, необходимыми для совершения действий, предусмотренных агентским договором. ФИО1 не доказаны реальность намерения ООО «ГАРАНТ-СБ» приобрести в собственность земельные участки и осуществление им действий по поиску контрагента и заключению предварительных договоров купли-продажи именно в интересах ООО «ГАРАНТ-СБ».
Поведение сторон в рамках агентских договоров не соответствует добросовестному и общепринятому.
В соответствии со статьей 922 ГК РФ принятое на себя поручение комиссионер обязан исполнить на наиболее выгодных для комитента условиях в соответствии с указаниями комитента, а при отсутствии в договоре комиссии таких указаний - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.
ФИО1 самостоятельно определены условия предварительных договоров купли-продажи (доказательств согласования условий с принципалом не представлено) в части обеспечения договоров задатком, в то время как данное условие в принципе не является необходимым, а передача в качестве задатка существенной части (почти 1/3) цены имущества и вовсе излишней.
Агентский договор на заключение предварительных договоров купли-продажи также не содержит выражения воли ООО «ГАРАНТ-СБ» на передачу денежных средств по таким договорам продавцам. Между тем, заявитель обязан подтвердить допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств, имея при этом в виду, что в обособленных спорах в рамках дел о банкротстве применим повышенный стандарт доказывания, поскольку затрагиваются права не только сторон сделки, но и иных лиц, в том числе, кредиторов должника.
Определением Арбитражного суда города Москвы от 31.05.2023 суд предложил кредитору представить доказательства фактического оказания услуг, раскрыть экономические мотивы заключения агентского договора, и оплаты договоров собственными средствами с учетом условий договора; должнику - раскрыть экономические мотивы заключения агентского договора, сведения о выдаче денежных средств кредитору. Определение суда в данной части не исполнено.
Кроме того, агентские договоры между должником и ФИО1 были заключены 10.06.2021 и 20.09.2021, то есть после того, как у ООО «ГАРАНТ-СБ» возникла задолженность перед независимым кредитором ПАО «Банк УРАЛСИБ» (по банковской гарантии от 14.12.2020, требование об уплате суммы по банковской гарантии от 18.02.2021).
Таким образом, с учетом изложенных фактических обстоятельств, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, отказывает во включении в реестр требований кредиторов должника требования ФИО1
Судом апелляционной инстанции рассмотрены все доводы апелляционной жалобы, однако они не опровергают правильность выводов суда первой инстанции, положенные в основу судебного акта и не могут служить основанием для отмены обжалуемого определения.
В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.
Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.
На основании изложенного, коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции в полном объеме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы материального и процессуального права.
При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе.
Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.
Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.
Руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 АПК РФ, Девятый арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
Определение Арбитражного суда г. Москвы от 05.09.2023 г. по делу № А40-227666/22 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.
Председательствующий судья: Скворцова Е.А.
Судьи: Григорьев А.Н.
Гажур О.В.