ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
ФИО1 ул., д. 4, <...>
http://1aas.arbitr.ru, тел/факс: <***>, 44-73-10
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
город Владимир Дело № А11-11121/2022
26 января 2026 года
Резолютивная часть постановления объявлена 21 января 2026 года. Полный текст постановления изготовлен 26 января 2026 года.
Первый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Волгиной О.А.,
судей Кузьминой С.Г., Сарри Д.В.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Завьяловой А.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу
индивидуального предпринимателя ФИО2
на определение Арбитражного суда Владимирской области от 24.09.2025 по делу № А11-11121/2022, принятое по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 о признании обязательства ФИО3 по кредитному договору от 16.05.2013 № 774-36513025-810/13ф общим обязательством супругов,
в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных
о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы,
установил:
в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (далее ‒ ФИО3, должник) в Арбитражный суд Владимирской области обратился ФИО2 (далее ‒
ФИО2, заявитель) с заявлением о признании денежных обязательств должника по кредитному договору от 16.05.2013 № 774-36513025-810/13ф общим обязательством супругов ФИО3 и ФИО4 (далее ‒ ФИО4).
Определением от 13.02.2025 к участию в настоящем обособленном споре в качестве ответчика привлечен гражданин ФИО4
Арбитражный суд Владимирской области определением от 24.09.2025 в удовлетворении заявления отказал.
Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемое определение и принять новый судебный акт.
По мнению заявителя апелляционной жалобы, судом первой инстанции не принято во внимание, что должником и его супругом не представлено
доказательств, что денежные средства по кредитному договору использованы не на нужды семьи.
Заявитель также указал на несостоятельность доводов супругов о раздельном бюджете, об отсутствии информации у ФИО4 о наличии кредита, о тратах по кредитной карте, поскольку из решения Судогодского районного суда Владимирской области от 21.02.2019 по делу № 2-33/2019 по исковому заявлению конкурсного управляющего открытого акционерного общества акционерного коммерческого банка «Пробизнесбанк» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» к ФИО3 о взыскании задолженности по кредитному договору от 16.05.2013 № 774-36513025-810/13ф следует, что ФИО3 и ее супруг ФИО4, являющийся ее представителем в судебном заседании, каждый в отдельности исковые требования признали. Из указанного следует, что супруг не мог не знать о наличии кредитного договора, следовательно, доводы супругов являются необоснованными.
Кроме того, заявитель обращает внимание на то, что в материалы основного дела и настоящего обособленного спора не представлены доказательства ведения супругами раздельного хозяйства, раздельного проживания во время привлечения и расходования заемных денежных средств, отсутствия взаимных отношений между супругами, в частности, отсутствуют сведения о трудовой деятельности супруга ФИО3, в период привлечения заемных средств, учитывая его заявления о потере работы в 2013 году.
ФИО2 считает, что должник, в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в материалы дела не представил доказательств расходования денежных средств в личных целях.
По мнению заявителя, учитывая то обстоятельства, что обязательство ФИО3 оформлено в период брака с ФИО4, брак супругами
не расторгнут, доказательств раздельного проживания супругов не представлено, сведения о заключении брачного договора отсутствуют, отсутствие доказательств, что заемные денежные средства в сумме 105 000 руб. были направлены на личные нужды ФИО3, поэтому обязательство ФИО3 подлежит признанию общим обязательством супругов К-вых.
Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.
Представитель ФИО4 – ФИО5 – не допущена к участию в судебном заседании 21.01.2026 в качестве полномочного представителя, так как не подтвердила полномочия надлежащим образом (письменной доверенностью, оформленной в установленном законом порядке). Суд учел, что в прежнем заседании представитель участвовал по устному ходатайству ответчика, который в судебное заседание 21.01.2026 не явился.
ФИО3 в отзыве на апелляционную жалобу поддержала возражения на доводы, изложенные в апелляционной жалобе; считает обжалуемый судебный акт законным и обоснованным; просила определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения; просила применить срок исковой давности.
ФИО4 в отзыве указал на необоснованность доводов апелляционной жалобы; просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Кроме того, просил применить срок исковой давности.
Финансовый управляющий должника ФИО6 в отзыве на апелляционную жалобу указала на законность и обоснованность принятого по делу
судебного акта и несостоятельность доводов заявителя жалобы, просила оставить определение суда без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.
ФИО2 в возражениях на отзывы на апелляционную жалобу с доводами, изложенными в отзывах, не согласился, просил апелляционную жалобу удовлетворить, определение суда первой инстанции отменить; ходатайствовал о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие его представителя.
Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных о месте и времени судебного заседания в порядке статей 121 (части 6) и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.
Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, с 11.12.1997 ФИО3 состоит в зарегистрированном браке с ФИО4
В период брака, между должником и открытым акционерным обществом акционерным коммерческим банком «Пробизнесбанк» (далее ‒
ОАО АКБ «Пробизнесбанк») заключен кредитный договор от 16.05.2013
№ 774-36513025-810/13ф.
Определением Арбитражного суда Владимирской области от 08.11.2022 по заявлению ФИО3 возбуждено производство по делу № А11-11121/2022 о признании ее несостоятельной (банкротом).
Определением Арбитражного суда Владимирской области от 03.02.2023 в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО7 Определением суда от 29.11.2023 финансовым управляющим должника утверждена ФИО8 (далее ‒ ФИО8, финансовый управляющий).
Решением Арбитражного суда Владимирской области от 27.05.2024 ФИО3 признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО8
Определением суда от 22.09.2025 ФИО8 отстранена от исполнения обязанностей финансового управляющего гражданки ФИО3 Определением суда от 17.11.2025 финансовым управляющим должника утверждена ФИО6.
На основании договора цессии от 28.07.2023 № 2023-8757/85 индивидуальный предприниматель ФИО2 приобрел у
ОАО АКБ «Пробизнесбанк» право требования по возврату денежных средств в размере 1 957 386 руб. 44 коп. (из них: основной долг ‒ 45 902 руб. 82 коп., проценты ‒ 48 352 руб. 42 коп., неустойка ‒ 1 863 131 руб. 20 коп.), возникшее из кредитных договоров от 16.05.2013 № 774-36513025-810/13ф, от 30.07.2014
№ 967-38367032-810/14ф.
Полагая, что полученные от ОАО АКБ «Пробизнесбанк» по кредитному договору от 16.05.2013 № 774-36513025-810/13ф денежные средства использованы ФИО3 на нужды ее семьи, ФИО2 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.
В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ
«О несостоятельности (банкротстве)» (далее ‒ Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).
Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные соответствующей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.
В соответствии с пунктом 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи.
С даты признания гражданина банкротом все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично (абзац 2 пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве).
На основании пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей.
В соответствии с пунктом 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.
В силу пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации взыскание обращается на общее имущество супругов по общим обязательствам супругов, а также по обязательствам одного из супругов, если судом установлено, что все, полученное по обязательствам одним из супругов, было использовано на нужды семьи.
Пунктом 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, пунктом 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом.
Согласно пункту 3 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество, находящееся в его собственности, а также на его долю в общем имуществе супругов, которая причиталась бы ему при разделе этого имущества.
Исходя из положений приведенных выше правовых норм для распределения
долга в соответствии с пунктом 3 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации обязательство должно являться общим, то есть возникнуть по инициативе обоих супругов в интересах семьи, либо являться обязательством одного из супругов, по которому все полученное было использовано на нужды семьи.
В статье 2 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли
от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.
Абзацем вторым пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» предусмотрено, что если кредитор, заявляя в деле о банкротстве требование, не ссылался на наличие общего обязательства супругов, вследствие чего арбитражный суд установил требование как личное, то впоследствии такой кредитор вправе обратиться с заявлением о признании его требования общим обязательством супругов.
Согласно пункту 5 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016, в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации, согласно которым, взыскание обращается на общее имущество супругов по общим обязательствам супругов, а также по обязательствам одного из супругов, если судом установлено, что все, полученное по обязательствам одним из супругов, было использовано на нужды семьи. Бремя доказывания обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации, лежит на стороне, претендующей на распределение долга.
В то же время в рамках дел о банкротстве граждан с учетом конфликта интересов кредиторов и должника и высокой степени вероятности злоупотребления правом супругами, преследующими цель сокрытия совместно нажитого имущества от обращения на него взыскания, данный подход неприемлем и противоречит предназначению института банкротства.
Исходя из рассматриваемого спора, бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.
С учетом изложенного, в обоснование требования о признании долга общим независимому кредитору достаточно в отсутствие сведений об ином сослаться на поступление полученных от него денежных средств в совместную собственность супругов. При этом бремя доказывания обратного переходит на супругов, обладающих реальной возможностью представить исчерпывающие доказательства в опровержение разумных сомнений кредитора об их расходовании не на нужды семьи, а на иные цели, в том числе на осуществление должником предпринимательской деятельности.
С учетом сформированного судебной практикой подхода, в силу специфики рассмотрения обособленных споров в рамках дела о банкротстве должника (конфликт между кредиторами и должником ввиду недостаточности средств, а также между кредиторами и супругом должника, не желающим отвечать по обязательству, стороной которого он предположительно является; конкуренция кредиторов; высокая вероятность злоупотребления правом) и объективную сложность в получении кредитором соответствующих прямых доказательств (кредиторы ограничены в средствах доказывания расходования спорных денежных средств на нужды семьи), в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания личного характера данного обязательства переходит на супругов.
Принимая обжалуемый судебный акт, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО2 не доказал факт расходования кредитных денежных средств на нужды семьи.
Между тем, судом первой инстанции не учтено следующее.
Исходя из специфики дел о банкротстве (конфликт между кредиторами и должником ввиду недостаточности средств, конкуренция кредиторов, высокая вероятность злоупотребления правом) необходимо учитывать подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым.
В рассматриваемом споре бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.
Предъявление в таком случае к кредиторам высоких требований по доказыванию, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей, так как они по существу оказываются вынужденными представлять доказательства, доступ к которым у них отсутствует в силу их невовлеченности в спорные правоотношения.
Вместе с тем, супругам не представляет сложности представить суду доказательства, объективно свидетельствующие о том, на какие цели были израсходованы заемные денежные средства.
Таким образом, если кредитор приводит достаточно серьезные доводы и представляет существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительным его аргумент о предоставлении денежных средств на нужды семьи, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, бремя доказывания личного характера данного обязательства переходит на супругов.
Существуют объективные основания для возложения на супругов, возражающих против обращения взыскания на общее имущество или против признания обязательства общим, бремени опровержения общего характера обязательства, поскольку в силу доверительных, личных и, как правило, закрытых от третьих лиц внутрисемейных отношений пояснить обстоятельства и представить доказательства того, что денежные средства, полученные от кредитора одним из супругов (или обоими), были израсходованы на личные нужды или на нужды семьи, могут лишь сами супруги.
Очевидно, что супруги не заинтересованы в том, чтобы обязательство,
оформленное на одного из них, было признано общим, поскольку это увеличит объем ответственности того супруга, который не был стороной договора. Поэтому они не заинтересованы и в том, чтобы оказывать кредитору содействие и представлять доказательства того, что все полученное по обязательству потрачено на нужды семьи.
В силу изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что судом первой инстанции неверно распределено бремя доказывания, применительно к рассматриваемому обособленному спору.
В законодательстве отсутствует четкое определение нужд семьи, однако в судебной практике сложилось понимание под указанным определением расходов на жилище, питание, одежду, медицинские услуги, образование детей, приобретение и ремонт жилья для совместного проживания и иные расходы на поддержание необходимого уровня жизни семьи.
Таким образом, юридически значимым обстоятельством по настоящему обособленному спору является установление цели получения кредита (займа), а также использование привлеченных денежных средств на нужды семьи.
Согласно пункту 1.1 кредитного договора, денежные средства были предоставлены заемщику на неотложные нужды.
В ходе рассмотрения спора у должника и его супруга не имелось объективных препятствий опровергнуть доводы кредитора о расходовании кредитных средств на нужды семьи, однако этого сделано не было.
Так, по утверждению ФИО3 денежные средства были потрачены ею на лечение зубов, операцию глаз.
Вместе с тем, указанные доводы признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, поскольку каких-либо доказательств получения таких услуг и несения соответствующих расходов в последующий период не представлены.
Аргумент о том, что у должника и Банков отсутствует возможность в предоставлении выписок по счету за 2013-2014 года, признается несостоятельным, поскольку помимо отсутствия доказательств оплаты услуг, в материалах дела также отсутствуют доказательства оказания каким-либо медицинским учреждением указанных платных услуг ФИО3 При этом, указание должника о том, что подтверждающих документов у нее не сохранилось по прошествии длительного периода времени, не принимается судебной коллегией, поскольку должник не лишен был права обратиться в соответствующие медицинские учреждения для истребования необходимых сведений, содержащихся в карточке пациента, подтверждающих факт оказании медицинских услуг, тем более сведения о медицинских вмешательствах (операции, лечении зубов).
Утверждение должника о том, что клиника, в которой она делала операцию на глаза объединена с иной клиникой в другом городе, также является голословным. В рассматриваемом случае не указана, в какой клинике проводилась операция, не подтверждена ее упразднение, не доказана невозможность получения выписки с карты в учреждении, с которой объединена медицинская клиника.
Ответчики, возражая относительно удовлетворения заявления, ссылаются на то, что денежные средства расходовались на личные нужды должника и отсутствие согласие супруга на получение кредитных средств.
Однако, суд апелляционной инстанции учитывает, что согласно доказательствам по делу, ФИО3 состоит в браке с ФИО4 с
11.01.1997. Брачный договор между супругами не заключался. Раздел общего совместного имущества не производился. Супруги проживают совместно.
Доказательств, свидетельствующих об отсутствии ведения совместного хозяйства должника с ФИО4, в материалы дела не представлено.
Доводы о заключении кредитного договора без согласия супруга на правовую квалификацию спорных правоотношений не влияют, поскольку данная сделка наличия такого согласия не требует.
Таким образом, вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации супруги К-вы не представили доказательств, опровергающих доводы кредитора, бесспорных доказательств того, что кредитные средства потрачены исключительно в личных интересах супруги, материалы обособленного спора не содержат, равно как и того, что супруги прекратили фактические семейные отношения либо, находясь в зарегистрированном браке, не вели совместного хозяйства. Надлежащие доказательства расходования денежных средств именно и только на нужды должника, не представлены.
Суд первой инстанции основывал свои выводы лишь на позиции должника, которая не подтверждена никакими письменными доказательствами.
Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что в пункте 44 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18.06.2025 (далее – Обзор) закреплено, что в законодательстве отсутствует четкое определение нужд семьи, однако в судебной практике сложилось понимание под указанным определением расходов на жилище, питание, одежду, медицинские услуги, образование детей и иные расходы на поддержание необходимого уровня жизни семьи.
Следовательно, расходы на медицинские услуги, на которые ссылается должник, относятся к расходам на нужды семьи.
Более того, при наличии от кредитора разумных возражений в отношении расходования денежных средств на нужды семьи, суд первой инстанции указал на недоказанность кредитором, что кредитные денежные средства потрачены именно на эти нужды.
Между тем, суд не учел разъяснения, изложенные в пункте 44 Обзора, согласно которым существуют объективные основания для возложения на супругов, возражающих против обращения взыскания на общее имущество или против признания обязательства общим, бремени опровержения общего характера обязательства, поскольку в силу доверительных, личных и, как правило, закрытых от третьих лиц внутрисемейных отношений пояснить обстоятельства и представить в опровержение приводимых кредитором доводов доказательства того, что денежные средства, полученные от кредитора одним из супругов (или обоими), были израсходованы на личные нужды или на нужды семьи, могут лишь сами супруги.
В рассматриваемом случае, учитывая данные разъяснения, вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в материалы дела не представлено супругами каких-либо доказательств расходования кредитных средств именно на личные нужды должника.
Доводы ФИО3 и ФИО4 о пропуске срока исковой давности, судом апелляционной инстанции отклоняются по следующим
основаниям.
Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.
Из материалов дела усматривается, что довод о пропуске срока исковой давности в суде первой инстанции ответчиком не заявлялся.
Суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность принятого судебного акта, спор не рассматривается по правилам суда первой инстанции.
Следовательно, ходатайство о применении срока исковой давности заявлено после вынесения судебного акта по рассмотрению по существу.
Поскольку ходатайство о пропуске срока исковой давности не было заявлено в суде первой инстанции, суд апелляционной инстанции, в свою очередь, не обладает на это полномочиями в силу статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку спор уже разрешен по существу и вынесен итоговый судебный акт, основания для применения срока исковой давности (или отказа в его применении) у суда апелляционной инстанции отсутствуют.
Ходатайство о необходимости снижении суммы неустойки, включенной в реестр требований кредиторов должника определением Арбитражного суда Владимирской области от 03.04.2024, не подлежит удовлетворению судом апелляционной инстанции, поскольку утверждения о несоразмерности суммы неустойки по кредитным обязательствам, не подлежат проверке при рассмотрении настоящих требований, заявленные доводы относятся к предмету рассматриваемого обособленного спора об установлении обязательств супругов общими.
Руководствуясь названными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что кредитный договор от 16.05.2013 № 774-36513025-810/13ф заключен должником в период брака с ФИО4, при том, что доказательства ведения раздельного хозяйства, раздельного проживания длительное время и отсутствия взаимных отношений между супругами в деле отсутствуют и на наличие таких обстоятельств ни должник, ни ее супруг не ссылались; поскольку полученные по кредитному договору денежные средства потрачены должником на потребительские нужды; факт того, что доказательства, подтверждающие расходование спорных кредитных средств не во благо семьи, а на иные личные нужды должника, не связанные с семейными, с учетом возложения на ответчиков опровержения доводов кредитора, супругами в материалы дела не представлены, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что спорные требования являются общим обязательством супругов ФИО3 и ФИО4
В силу изложенного, определение Арбитражного суда Владимирской области от 24.09.2025 по делу № А11-11121/2022 подлежит отмене на основании пунктов 2 и 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ввиду недоказанности имеющих значение для дела
обстоятельств, которые суд считал установленными, и неправильного применения норм материального права, с принятием постановления о признании задолженности по кредитному договору от 16.05.2013 № 774-36513025-810/13ф общим обязательством супругов ФИО3 и ФИО4
Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.
Учитывая, что ФИО2 в порядке статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации предоставлялась отсрочка по уплате государственной пошлины, ввиду удовлетворения апелляционной жалобы, в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 10 000 руб. взыскиваются с ФИО4 в доход федерального бюджета.
Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Владимирской области от 24.09.2025 по делу
№ А11-11121/2022 отменить, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 – удовлетворить.
Заявление индивидуального предпринимателя ФИО2 удовлетворить.
Признать общим обязательством супругов ФИО3 и ФИО4 по кредитному договору
от 16.05.2013 № 774-36513025-810/13ф.
Взыскать с ФИО4 в доход федерального бюджета 10 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.
Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд
Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Владимирской области.
Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.
Председательствующий судья О.А. Волгина
Судьи С.Г. Кузьмина
Д.В. Сарри