ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, <...>

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

13 ноября 2025 года г. Вологда Дело № А05-5473/2025

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Докшиной А.Ю., рассмотрев без вызова сторон в порядке упрощенного производства по имеющимся в деле доказательствам апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Сбербанк России» на решение Арбитражного суда Архангельской области от 14 августа 2025 года по делу

№ А05-5473/2025,

установил:

публичное акционерное общество «Сбербанк России»

(ОГРН <***>; ИНН <***>; адрес: 117312, Москва, улица Вавилова, дом 19; далее – ПАО «Сбербанк России», общество, банк) обратилось в Арбитражный суд Архангельской области с заявлением к Управлению Федеральной службы судебных приставов по Архангельской области и Ненецкому автономному округу (ОГРН <***>,

ИНН <***>; адрес: 163072, <...>; далее – управление) о признании незаконным и отмене постановления от 18.04.2025 № 15/25/29000-АП о привлечении к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), в виде штрафа в размере 50 000 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО1 (адрес: 163026, город Архангельск).

На основании статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) заявление рассмотрено судом в порядке упрощенного производства.

Решением Арбитражного суда Архангельской области от 11 июля

2025 года, принятым в виде резолютивной части, в удовлетворении заявленных требований отказано.

По заявлению общества Арбитражным судом Архангельской области на основании части 2 статьи 229 АПК РФ составлено мотивированное решение

от 14 августа 2025 года.

Общество с решением суда не согласилось и обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. В обоснование жалобы ссылается на нарушение судом норм материального и процессуального права. Полагает, что суд первой инстанции не дал надлежащую оценку доводам, изложенному в заявлении, о том, что управлением нарушена процедура возбуждения дела об административном правонарушении, доказательства, использованные при рассмотрении дела об административном правонарушении и вынесении постановления, получены с нарушением закона, нарушен порядок привлечения банка к административной ответственности, поскольку, по мнению апеллянта, производство по делу не могло быть возбуждено без проведения контрольного (надзорного) мероприятия и в связи с этим подлежало прекращению. Настаивает на отсутствии в деянии общества события и состава вмененного ему в вину административного правонарушения по эпизоду нарушения банком требований, предусмотренных пункта 4 части 2 и подпункта «б» пункта 5 части 2 статьи 6 Федерального закона от 03.07.2016 № 230-ФЗ «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях» (далее – Закон № 230-ФЗ), поскольку, по мнению апеллянта, банком не использовались выражения и иные действия, унижающие честь и достоинство должника. Кроме того, не оспаривая событие и состав по эпизоду нарушения пункта 3 части 4 статьи 7 Закона № 230-ФЗ, просит признать данное правонарушение малозначительным.

От общества через ресурс «Мой арбитр» и по почте с ходатайством от 16.09.2026 № СР-CASE-7822011 о приобщении к материалам дела поступили копии протеста заместителя прокурора города Москвы от 25.06.2025

№ 7/2-01-2025, постановления Главного управления Федеральной службы судебных приставов по г. Москве от июля 2025 год об отмене постановления от 10.06.2025 № 256/25/922/77-АП, вынесенные по иному административному делу.

Вместе с тем в силу части 2 статьи 272.1 АПК РФ дополнительные доказательства по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, арбитражным судом апелляционной инстанции не принимаются, за исключением случаев, если в соответствии с положениями части 6.1 статьи 268 настоящего Кодекса арбитражный суд апелляционной инстанции рассматривает дела по правилам, установленным для рассмотрения дел в арбитражном суде первой инстанции.

Аналогичные разъяснения содержатся в абзаце втором пункта 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18.04.2017 № 10 «О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве», согласно которому арбитражным судом при рассмотрении апелляционной жалобы могут быть приняты дополнительные доказательства

только в случае, если суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 3-5 части 4 статьи 270 АПК РФ (часть 2 статьи 272.1 АПК РФ).

Таким образом, по общему правилу нормами АПК РФ установлен запрет на принятие апелляционным судом при рассмотрении апелляционных жалоб на решения суда, принятые в порядке упрощенного производства, дополнительных доказательств.

В рассматриваемом случае оснований для перехода в порядке части 4 статьи 270 АПК РФ к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, не имеется.

В связи с этим копии протеста заместителя прокурора города Москвы от 25.06.2025 № 7/2-01-2025, постановления Главного управления Федеральной службы судебных приставов по г. Москве от июля 2025 год об отмене постановления от 10.06.2025 № 256/25/922/77-АП, вынесенные по иному административному делу, не могут быть приобщены судом апелляционной инстанции к материалам настоящего дела и не подлежат правовой оценке.

От управления и третьего лица отзывы на апелляционную жалобу не поступили.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о принятии апелляционной жалобы к производству в порядке упрощенного производства и ее рассмотрении без вызова сторон в соответствии с частью 1 статьи 272.1

АПК РФ.

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность решения суда, изучив доводы жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для ее удовлетворения.

Как следует из материалов дела, 10.01.2025 в управление поступила жалоба ФИО1 о том, что им были заключены кредитные займы с

ПАО «Сбербакнк России», акционерным обществом «ТБанк» и публичным акционерным обществом «Банк Уралсиб», в связи со сложной финансовой ситуацией, начиная с октября 2024 года, не имеет возможности погашать кредиты; в декабре 2024 года на его мобильный телефон стали поступать звонки и сообщения от вышеуказанных организаций с требованиями немедленно погасить задолженность; считает, что при взыскании просроченной задолженности по кредитным договорам нарушаются требования Закона № 230-ФЗ, просит провести проверку законности действий сотрудников, указанных выше организаций (листы дела 30-31).

Управлением вынесено определение от 03.02.2025 № 6/2025-АР о возбуждении дела об административном правонарушении по части 1

статьи 14.57 КоАП РФ в отношении неустановленного лица и проведении административного расследования.

Из полученных от банка ответа от 14.02.2025 № 367И-01-07-05-514 с приложенным к нему информации, касающейся оснований и порядка осуществления с ФИО1 взаимодействия, а также детализации услуг телефонной связи ответчиком установлено, что у ФИО1 с 01.04.2024

образовалась задолженность в рамках заключенных им и

ПАО «Сбербанк России» кредитных договоров от 28.09.2022 № 517444,

от 11.12.2018 № 0701-Р-12438483760. Также банк пояснил, что иные лица по вопросу возврата просроченной третьим лицом задолженности не привлекались.

По результатам анализа предоставленного ПАО «Сбербанк России» реестра взаимодействий административным органом установлено, что в нарушение части 1 статьи 6, пункта 4 части 2 статьи 6, подпункта «б» пункта 5 части 2 статьи 6, подпункта 3 части 4 статьи 7 Закона № 230-ФЗ банк с целью возврата просроченной задолженности ФИО1 03.11.2024 в 09 час

43 мин и 20.12.2024 в 18 час 41 мин осуществил на его мобильный номер телефона звонки, в ходе которых, по мнению управления, сообщены фразы, свидетельствующие об оказании на должника психологического давления, кроме того, в ходе звонка, совершенного 08.07.2024 в 14 час 28 мин, сотрудник банка не озвучил размер и структуру просроченной задолженности.

По итогам административного расследования управлением в отношении ПАО «Сбербанк России» составлен протокол от 07.04.2025

№ 15/25/29000-АП об административном правонарушении, ответственность за которое установлена частью 1 статьи 14.57 КоАП РФ, и принято постановление от 18.04.2025 № 15/25/29000-АП о привлечении общества к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 14.57 названного Кодекса, в виде штрафа в размере 50 000 руб.

Не согласившись с названным постановлением, общество оспорило его в судебном порядке.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленных требований.

Апелляционная инстанция не находит оснований для отмены обжалуемого решения.

Частью 1 статьи 14.57 КоАП РФ предусмотрено, что совершение кредитором или лицом, действующим от его имени и (или) в его интересах, действий, направленных на возврат просроченной задолженности и нарушающих законодательство Российской Федерации о защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 настоящей статьи, влечет наложение административного штрафа на юридических лиц в размере от пятидесяти тысяч до пятисот тысяч рублей.

Объектом данного правонарушения являются общественные отношения в сфере потребительского кредита (займа).

Объективную сторону рассматриваемого административного правонарушения образует совершение указанным в названной норме субъектом действий, направленных на возврат просроченной задолженности и нарушающих законодательство Российской Федерации о защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности.

Субъектом правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 14.57 КоАП РФ, является кредитор или лицо, действующие от его имени и (или) в его интересах.

Законом № 230-ФЗ в целях защиты прав и законных интересов физических лиц установлены правовые основы деятельности по возврату просроченной задолженности физических лиц (совершения действий, направленных на возврат просроченной задолженности физических лиц), возникшей из денежных обязательств.

Банк включен в перечень кредитных организаций, осуществляющих деятельность по возврату задолженности с физических лиц.

Согласно части 1 статьи 4 названного Закона при совершении действий, направленных на возврат просроченной задолженности, кредитор или представитель кредитора вправе взаимодействовать с должником, используя:

1) личные встречи, телефонные переговоры, автоматизированного интеллектуального агента (непосредственное взаимодействие);

2) телеграфные сообщения, текстовые, голосовые и иные сообщения, передаваемые по сети связи общего пользования или с использованием сайтов и (или) страниц сайтов в сети Интернет, а также с использованием федеральной государственной информационной системы «Единый портал государственных и муниципальных услуг (функций)» в случае, предусмотренном частью 11 настоящей статьи, либо информационных систем и (или) программ для электронных вычислительных машин, которые предназначены и (или) используются для приема, передачи, доставки и (или) обработки электронных сообщений пользователей сети Интернет;

3) письменную корреспонденцию, доставляемую по месту жительства или месту пребывания должника операторами почтовой связи, курьером или специальными (курьерскими) службами доставки без непосредственного взаимодействия.

В силу части 1 статьи 6 Закона № 230-ФЗ при осуществлении действий, направленных на возврат просроченной задолженности, кредитор или лицо, действующее от его имени и (или) в его интересах, обязаны действовать добросовестно и разумно.

Согласно подпункту «б» пункта 5 части 2 статьи 6 Закона № 230-ФЗ не допускаются направленные на возврат просроченной задолженности действия кредитора или лица, действующего от его имени и (или) в его интересах, связанные в том числе с введением должника и иных лиц в заблуждение относительно передачи вопроса о возврате просроченной задолженности на рассмотрение суда, последствий неисполнения обязательства для должника и иных лиц, возможности применения к должнику мер административного и уголовно-процессуального воздействия и уголовного преследования.

В пунктах 4, 6 части 2 статьи 6 Закона № 230-ФЗ предусмотрено, что не допускаются направленные на возврат просроченной задолженности действия кредитора или лица, действующего от его имени и (или) в его интересах, связанные с оказанием психологического давления на должника и иных лиц, с использованием выражений и совершением иных действий, унижающих честь

и достоинство должника и иных лиц, а также любым другим неправомерным причинением вреда должнику и иным лицам или злоупотреблением правом.

Под психологическим давлением понимается воздействие, оказываемое на человека помимо его воли с помощью специально подобранных психологических средств и рассчитанное на оказание определенного влияния на его психику и поведение.

Как психологическое давление могут быть квалифицированы следующие действия кредитора и (или) лица, действующего от его имени и (или) в его интересах: сообщение должнику о том, что в случае неуплаты долга его будут разыскивать, в том числе посредством обхода соседей; звонки на работу третьему лицу с целью побудить его повлиять на должника, повлекшие невозможность использования рабочего телефона, в том числе звонку начальству; поступление должнику в социальных сетях сообщений с угрозами распространения о нем информации, не подлежащей распространению, с упоминанием осуществленных звонков на работу, в том числе начальству, с требованиями оплаты задолженности, при одновременном сопровождении таких сообщений прикрепленной фотографией должника и угрозой ее распространения неопределенному кругу лиц; осуществление многочисленных звонков, «автодозвон»; неоднократные звонки должнику с последующей тишиной в трубке.

При этом круг действий, который может быть расценен как психологическое давление, не определен и не является исчерпывающим.

Как разъяснено в части 6 раздела V Руководства по соблюдению юридическими лицами, включенными в государственный реестр юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности, обязательных требований, утвержденного ФССП России от 28.06.2022 № 2, при этом круг действий, который может быть расценен как психологическое давление, не определен и не является исчерпывающим. У каждого человека свой характер, порог терпимости. Люди могут по-разному оценивать одно и то же действие, в том числе при взаимодействии с ними кредитора и (или) лица, действующего от его имени и (или) в его интересах.

Одним из способов психологического давления является указание на возможность применения социальных, правовых и иных санкций или физических средств воздействия, возможность наступления негативных последствий или совершения негативных действий в отношении адресата вследствие его действий («угроза» – «предупреждение»).

По результатам анализа предоставленной банком информации, касающейся оснований и порядка осуществления с ФИО1 взаимодействия, а также детализации услуг телефонной связи, управлением установлено, что у ФИО1 образовалась задолженность в рамках заключенных им и ПАО «Сбербанк России» кредитных договоров от 11.12.2018 № 0701-Р-12438483760 и от 28.09.2022 № 517444.

Материалами дела подтверждается и подателем жалобы не отрицается тот факт, что ПАО «Сбербанк России» осуществляло действия, направленные

на возврат просроченной задолженности путем совершения 03.11.2024 в 09 час

43 мин и 20.12.2024 в 18 час 41 мин телефонных звонков на абонентский номер, принадлежащий должнику.

При этом управлением установлено, что в нарушение подпункта «б» пункта 5 части 2 статьи 6 Закона № 230-ФЗ на ФИО1 психологическое давление путем использования сотрудником банка следующих слов и выражений: «…Подработки есть у вас?... Ну а на что вы сейчас живете, если не работаете?...Наверное, какие-то подработки есть у вас? Либо вам все-таки кто-то помогает?... Если дело дойдет до суда и начнут работать приставы, они на данном моменте не будут ждать, когда вы устроитесь на работу. Есть исполнительный документ, если на счетах нет средств, понятно, что они могут направить ходатайство на опись имущества, поэтому надо решить вопрос… Какая-то бытовая техника, телефон, телевизор, все то, что не является средством первой необходимости. .. это надо будет знаете как доказывать приставам… если до этого дойдет, что это не ваше имущество… Эта процедура длительная и неприятная, поэтому лучше начать решать вопрос»; «…потому что намерены ходатайствовать и произвести опись имущества... А вы что, миллион просто так потратили? … Это уже приставам будете рассказывать… Регистрация ваша, по крайней мере, есть, по данному адресу будет направлено ходатайство судебному приставу на проверку имущественного положения. Моя вам рекомендация – предупредить всех, кто там проживает, чтобы визит судебного пристава не был неожиданностью, когда они увидят их на пороге… Если их в первый раз не впустят, второй раз уже впустят без вашего ведома с сотрудниками полиции…».

В данном случае апелляционная инстанция поддерживает выводы суда первой инстанции о том, что используемые в ходе телефонных переговоров сотрудником банка выражения не соответствуют требованиям

Закона № 230-ФЗ, поскольку, вопреки доводам апеллянта, материалами дела достоверно подтверждается, что фактически оказывалось воздействие на психическую сферу должника – на его сознание, мысли, чувства и психические состояние путем высказывания угрозы о возможности неизбежного наступления для него неблагоприятных последствий в виде информирования посторонних лиц о наличии непогашенного долга перед банком, давления в виде побуждения должника к совершению им действий по залогу имущества в ломбард, что направлено на формирование у должника представления о том, что для него возможен и целесообразен только один вариант действий – тот, который предлагается кредитором – оплатить задолженность незамедлительно. При этом указанными действиями и словами сотрудник общества пытался убедить должника в том, что в противном случае его ждут крайние, необратимые и крайне негативные последствия, в связи с этим для должника невозможен какой-либо иной вариант действий.

При этом в материалах дела отсутствуют сведения о том, что на момент совершения указанных выше телефонных переговоров, а также на дату составления протокола об административном правонарушении в отношении ФИО1 имелись исполнительные производства в пользу заявителя.

Следовательно, как верно указал суд первой инстанции, общество, используя такой формат уведомления, намеренно формировало у заемщика чувство безысходности, вызывая страх последствий неисполнения обязательства.

Указанные обстоятельства банком не опровергнуты.

Вопреки доводам подателя жалобы, требование о возврате задолженности содержит информацию, вводящую должника в заблуждение относительно мер принудительного взыскания, отнесенных к полномочиям судебных приставов- исполнителей, в то время как отсутствовало исполнительное производство в отношении должника; последствия непогашения в виде передачи вопроса о взыскании задолженности на рассмотрение суда, однако до настоящего времени обращения в суд не имеется.

Упоминание в телефонном разговоре разнообразных негативных последствий, а также упоминание о возможности посещения должника судебными приставами-исполнителями имеет целью вызвать у гражданина негативные переживания, страх, повлиять на его поведение, в связи с чем доводы об оказании на должника психологического воздействия признаны судом первой инстанции обоснованными.

Использование перечисленных выше выражений, в том числе с учетом используемой при этом интонации, свидетельствует об оказании на заемщика психологического давления, направленного на моральное подавление

ФИО1, с использованием выражений, унижающих его честь и достоинство, а не просто об информировании о наличии задолженности.

При этом факт психологического давления на должника следует оценивать с позиции обычного потребителя, а потому для установления в действиях лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности, психологического давления назначения экспертизы не требуется.

Значимым моментом в установлении наличия психологического давления является личное отношение (восприятие) к полученной информации обратившегося с жалобой заявителя.

Как верно установлено судом, в данном случае общество имело своей целью не уведомить должника об имеющейся у него задолженности в соответствии с положениями Закона № 230-ФЗ, а оказывало на должника психологическое воздействие путем формирования чувства безысходности, воздействия на социально значимые сферы адресата. Данные действия направлены на развитие у должника негативных переживаний (страха, чувства тревоги и нервного напряжения), формирование представления об отсутствии выхода за исключением возврата задолженности.

Таким образом, из материалов дела усматривается, что взаимодействие общества с должником имеет своей целью оказать психологическое давление на адресата с целью побуждения его совершить действия по оплате просроченной задолженности, вызвав у него страх.

Управление пришло к обоснованному выводу о том, что общество, указывая на то, что в отношении ФИО1 может быть запущена

процедура принудительного взыскания задолженности с применением допустимых процессуальных механизмов, искажает принципы исполнительного производства: принцип законности, принцип неприкосновенности минимума имущества, необходимого дня существования должника-гражданина и членов его семьи, и принцип соотносимости объема требований взыскателя и мер принудительного исполнения.

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, в деянии общества подтверждается несоблюдение обществом положений пункта 4 и подпункта «б» пункта 5 части 2 статьи 6 Закона № 230-ФЗ по рассматриваемому эпизоду, что, в свою очередь, свидетельствует о доказанности по данному эпизоду события административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 1

статьи 14.57 КоАП РФ.

В статье 7 Закона № 230-ФЗ содержатся условия осуществления отдельных способов взаимодействия с должником.

В соответствии с частью 4 статьи 7 названого Закона в начале каждого случая непосредственного взаимодействия по инициативе кредитора или представителя кредитора посредством личных встреч или телефонных переговоров должнику должны быть сообщены:

1) имя и индивидуальный идентификационный код физического лица, осуществляющего такое взаимодействие, присвоенный кредитором или представителем кредитора, либо при отсутствии индивидуального идентификационного кода фамилия, имя и отчество (при наличии) физического лица, осуществляющего такое взаимодействие;

2) фамилия, имя и отчество (при наличии) либо наименование кредитора, а также наименование представителя кредитора;

3) сведения о наличии просроченной задолженности, в том числе ее размер и структура.

Как установлено судом, следует из материалов дела и не отрицается подателем жалобы, в ходе телефонного разговора, состоявшегося 08.07.2024 в 14 час 28 мин, сотрудник банка не озвучил сведения о размере и структуре просроченной задолженности, что свидетельствует о нарушении заявителем требований пункта 3 части 4 статьи 7 Закона № 230-ФЗ.

Событие правонарушения по данному эпизоду банком не отрицается.

Таким образом, материалами дела подтверждается несоблюдение обществом положений пункта 3 части 4 статьи 7 Закона № 230-ФЗ.

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии в деянии заявителя события правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 1 статьи 14.57 КоАП РФ.

Согласно части 1 статьи 1.5 названного Кодекса лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ обязанность доказывания обстоятельств, приведенных в обоснование отсутствия вины, в рассматриваемом случае возлагается на заявителя.

В данном случае заявителем не представлено доказательств, подтверждающих невозможность соблюдения им требований законодательства в силу чрезвычайных событий и обстоятельств, которые оно не могло предвидеть и предотвратить, равно как и доказывающих принятие обществом необходимых и своевременных мер, направленных на недопущение правонарушения при соблюдении той степени заботливости и осмотрительности, которая от него требовалась.

Какие-либо неустранимые сомнения в виновности общества отсутствуют.

Следовательно, материалами дела подтверждается наличие в деянии банка состава административного правонарушения, предусмотренного

частью 1 статьи 14.57 КоАП РФ.

Судом первой инстанции оценен и правомерно отклонен довод банка о том, что управлением нарушена процедура возбуждения дела об административном правонарушении, доказательства, использованные при рассмотрении дела об административном правонарушении и вынесении постановления, получены с нарушением закона, нарушен порядок привлечения банка к административной ответственности, поскольку, по мнению апеллянта, производство по делу не могло быть возбуждено без проведения контрольного (надзорного) мероприятия и в связи с этим подлежало прекращению.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в решении от 30.08.2022 № АКПИ22-494, введение Правительством Российской Федерации ограничений для возбуждения дел об административных правонарушениях по результатам государственного контроля (надзора), муниципального контроля не отменяет предусмотренные КоАП РФ процессуальные механизмы получения доказательств по делу и производства по нему, включая возможность проведения административного расследования, которое согласно подпункту «а» пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» представляет собой комплекс требующих значительных временных затрат процессуальных действий уполномоченных лиц, направленных на выяснение всех обстоятельств административного правонарушения, их фиксирование, юридическую квалификацию и процессуальное оформление.

Комплекс контрольных (надзорных) мероприятий и действий, осуществляемых в соответствии с главами 13, 14 Федерального закона от 31.07.2020 № 248-ФЗ «О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации» при проведении государственного контроля (надзора), муниципального контроля, не подменяет собой порядок возбуждения и рассмотрения дел об административных правонарушениях, предусмотренный КоАП РФ.

В рассматриваемом случае, как следует из материалов дела, управление при возбуждении дела об административном правонарушении в отношении общества реализовало предусмотренные КоАП РФ процессуальные механизмы установления обстоятельств, которые подлежат выяснению по делу об

административном правонарушении, а также получения доказательств по делу и производства по нему, проведено административное расследование, а поводом к возбуждению дела об административном правонарушении явилось заявление ФИО1, указывающее на наличие события административного правонарушения (пункт 3 части 1 статьи 28.1 КоАП РФ).

Таким образом, нарушений процедуры привлечения к административной ответственности, вопреки доводам подателя жалобы, апелляционным судом также не установлено.

Предусмотренный в статье 4.5 КоАП РФ годичный срок давности привлечения общества к административной ответственности на момент вынесения оспариваемого постановления не истек.

Апелляционная инстанция поддерживает вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания совершенного правонарушения малозначительным, поскольку в силу нормы, содержащейся в статье 2.9 КоАП РФ, а также разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в пунктах 18 и 18.1 постановления от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях», следует, что квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится с учетом положений пункта 18 указанного постановления применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния.

В рассматриваемом случае таких исключительных обстоятельств по делу не усматривается.

В соответствии с частью 3 статьи 4.1 КоАП РФ при назначении административного наказания юридическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, имущественное и финансовое положение юридического лица, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность.

Основания для замены административного наказания в виде штрафа на предупреждение в порядке статьи 3.4, части 1 статьи 4.1.1 КоАП РФ отсутствуют, поскольку, как усматривается из сведений, содержащихся в общедоступном информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел», на момент вынесения оспариваемого постановления банк неоднократно привлекался к административной ответственности, предусмотренной статьей 14.57 КоАП РФ.

В связи с этим основания для замены административного наказания в виде штрафа на предупреждение в порядке части 1 статьи 4.1.1 КоАП РФ также отсутствуют.

Условий, при которых наказание назначается с учетом особенностей, предусмотренных статьей 4.1.2 КоАП РФ, в данном случае не имеется. Иного в материалах дела не усматривается.

Принимая во внимание изложенное, апелляционный суд считает, что штраф в сумме 50 000 руб., назначенный обществу в минимальном размере

санкции, предусмотренной частью 1 статьи 14.57 КоАП РФ, отвечает принципам разумности и справедливости, соответствует тяжести совершенного правонарушения и обеспечивает достижение целей административного наказания, предусмотренных частью 1 статьи 3.1 настоящего Кодекса.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Несогласие апеллянта с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судом первой инстанции правовых норм, подлежащих применению в деле, не свидетельствует о том, что судом допущены существенные нарушения норм материального (или) процессуального права, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, а лишь выражают несогласие с ними, поэтому не могут являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

С учетом изложенного апелляционная инстанция приходит к выводу о том, что спор разрешен в соответствии с требованиями действующего законодательства, основания для отмены решения суда, а также для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ в связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы расходы по уплате государственной пошлины в сумме 30 000 руб. относятся на ее подателя.

Руководствуясь статьями 269, 271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил :

решение Арбитражного суда Архангельской области от 14 августа

2025 года по делу № А05-5473/2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Сбербанк России» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд

Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья А.Ю. Докшина