Постановление по делу № 18АП-1980/2025 от 18.04.2025

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-1980/2025, 18АП-1981/2025

г. Челябинск

18 апреля 2025 года

Дело № А76-10980/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 10 апреля 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 18 апреля 2025 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Кожевниковой А.Г.,

судей Поздняковой Е.А., Румянцева А.А.,

при ведении протокола помощником судьи Андреевой И.Л., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс», конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Светлое» ФИО1 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 17.01.2025 по делу № А76-10980/2016.

В судебное заседание посредством явился представитель:

конкурсного управляющего ООО «Светлое» ФИО1 - ФИО2 (паспорт, доверенность от 09.04.2025).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 16.05.2016 возбуждено производство по делу о банкротстве ликвидируемого должника общества с ограниченной ответственностью «Светлое» (далее – общество «Светлое»).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 18.08.2016 ликвидируемый должник общество «Светлое» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО3.

Информационное сообщение о введении процедуры наблюдения опубликовано в официальном издании «Коммерсантъ» от 27.08.2020.

Определением от 29.08.2017 произведена замена судьи Хаванцева А.А., дело №А76-10980/2016 передано на рассмотрение судье Шаминой А.А.

Определением от 24.04.2020 конкурсный управляющий ФИО3 отстранена от исполнения обязанностей в деле о банкротстве общества Светлое».

Определением от 23.06.2020 конкурсным управляющим общества «Светлое» утвержден ФИО1.

Конкурсный управляющий 10.12.2021 обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением, в котором просит взыскать убытки с бывшего конкурсного управляющего ФИО3 в сумме 5 242 632 руб. 53 коп.

Определением от 21.12.2021 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: 1) Союз «СО АУ Альянс» (ОГРН <***>), 2) общество с ограниченной ответственностью «Страховая компания Арсеналъ» (ИНН <***>, ОГРН <***> г. Москва), 3) акционерное общество «Страховая компания «СТЕРХ» в лице ГК «АСВ» (ОГРН <***>, Республика Саха, г. Якутск), 4) САО «Южуралжасо» в лице ГК «АСВ» (ОГРН <***>, г. Москва), 5) акционерное общество «НАСКО» в лице ГК «АСВ» (ОГРН <***>), 6) общество с ограниченной ответственностью Страховая компания «Гелиос» (ОГРН <***> г. Краснодар)., в порядке ст. 51 АПК РФ.

Определением от 17.01.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета рассматриваемого спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «АгроЛидер», Челябинская область, с. Светлое (ИНН <***>, ОГРН <***>).

Определением от 17.05.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечён временный управляющий обществом с ограниченной ответственностью «АгроЛидер» - ФИО4

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 17.01.2025 по делу № А76-10980/2016 заявление удовлетворено частично, с ФИО3 взысканы убытки в размере 2 080 532,01 рублей.

Не согласившись с принятым судом определением от 17.01.2025, Союз «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс», конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Светлое» ФИО1 обратились в апелляционный суд с самостоятельными апелляционными жалобами, в которых просят судебный акт отменить.

Союз «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс» в своей апелляционной жалобе указывает, что судом не исследованы в полном объеме представленные сторонами доказательства, выводы суда не соответствуют материалам дела, в связи с чем указанный судебный акт подлежит отмене. В данном случае в нарушение ст. 65 АПК заявителем не представлено доказательств и судом не установлено, что оставшееся имущество, в отношении которого отсутствуют объяснения ФИО3 было бы реализовано в принципе и реализовано за 2 080 532,01 руб. и безусловно бы привело к увеличению конкурсной массы на данную сумму.

Кроме того, в заявлении о взыскании убытков относительно данной техники указано, что поскольку данное имущество обнаружено у третьего лица в разукомплектованном состоянии, стоимость данного имущества рассчитана из разницы между оценочной стоимостью, в соответствии с проведенной ФИО3 оценкой и стоимостью на текущий момент с учетом технического состояния. Доказательства того, что спорное имущество могло быть реализовано по более высокой цене, заявителем не представлены. Кроме того, некоторые единицы имущества (сельхозтехника) выпущены в 1986-1999 годах, что указывает на их физическое устаревание с утратой стоимости в силу их естественного эксплуатационного износа и на дату введения в отношении должника процедуры банкротства исключает вероятность реализации такой техники в рабочем состоянии по цене, указанной заявителем. Более того, отсутствуют доказательства возможности реализовать данную технику по той цене, по которой заявителем рассчитан убыток. Сведений о том, что на неё имеются интересанты, готовые были приобрести при её фактическом наличии, материалы дела не содержат.

Для взыскания убытков с арбитражного управляющего суду необходимо исследовать фактические обстоятельства дела и определить что сумма, взыскиваемая в качестве убытков, была бы возвращена в конкурсную массу.

Таким образом, необходимо прийти к выводу, что материалами дела размер убытков не доказан, а выводы суда первой инстанции в данной части не согласуются с представленными доказательствами.

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Светлое» ФИО1 в своей апелляционной жалобе указывает, что судом неправомерно отказано в удовлетворении части требований, входящих в часть 1 заявления конкурсного управляющего в связи со следующим. Отказ в данной части мотивирован судом тем фактом, что данное имущество было отражено в акте осмотра, проведенном ФИО5, ФИО6, ФИО7 от 09.11.2020, т.е. уже после отстранения ФИО3, от исполнения обязанностей, что исключает возможность сокрытия или присвоения такого имущества ответчиком. Конкурсный управляющий полагает, что данный акт не имеет какого-либо самостоятельного доказательного значения в рамках данного спора. Кроме того, суд указывает, что сам по себе процесс передачи имущества должника новому управляющему продолжался длительный период времени, в том числе сопровождался многочисленными судебными разбирательствами. Условия хранения имущества (размещение его под открытым небом на большом удалении друг от друга) могли повлиять на состояние имущества, в связи с чем оно могло к настоящему времени превратиться в металлолом. Не отрицая данного факта, конкурсный управляющий ФИО1 между тем замечает, что если бы имущество было передано в течение 2020 года, то его удалось бы реализовать, поскольку после сбора всего имущества ФИО1 были оперативно организованы торги по продаже имущества единым лотом, которые состоялись уже в 2021 году и завершились успешной реализацией единого лота. На основании вышеизложенного, конкурсный управляющий ООО «Светлое» ФИО1 полагает отказ в части пунктов 1-3, 13, 16-17 неправомерным.

Отказ в части п. 12 части 1 заявления. Отказывая в удовлетворении заявления в данной части, судом были приняты пояснения о том, что данный прицеп при инвентаризации был ошибочно указан как прицеп с гос.номером 5062 ХН, а на самом деле является прицепом с гос.номером 5063ХН, который был реализован ФИО1 Конкурсный управляющий не может согласиться с данными доводами. Как следует из выписки Гостехнадзора, представленной в материалы дела, за должником были зарегистрированы и прицеп 1ПТС-9 с гос.номером <***> и прицеп 1ПТС-9 с гос.номером 5063ХН74. Конкурсный управляющий исключает возможность путаницы с указанием неверного государственного номера в инвентаризации, поскольку в отчете об оценке № 01/1-17-3 от 20.12.2017 (приложенные к материалам дела фотоматериалы к такому отчету) на фото явно виден прицеп с государственным номером <***> (стр. 27 отчета).

Отказ в части п. 24 и 27 части 1 заявления. Как установлено судом, факт нахождения данного имущества во владении общества «Агро Лидер» на дату отстранения ФИО3 в числе прочего установлен решением Арбитражного суда Челябинской области от 26.08.2020 по делу № А76-21544/2020, что соответствует пояснениям самой ФИО3 Между тем, нахождение имущества в распоряжении третьего лица не свидетельствует об отсутствии убытков, причиненных конкурсным управляющим, которым допущена утрата контроля за принадлежащим должнику имуществом. Соответственно, освобождение ФИО3, которая утратила контроль за обеспечением сохранности имущества (поскольку имущество было передано в Агро-Лидер ранее освобождения ФИО3) от ответственности в настоящем случае недопустимо.

Отказ в части п. 26, 29, 33, 36 части 1 заявления. Отказывая в удовлетворении заявления в данной части, суд ссылается на факт истребования конкурсным управляющим ФИО1 данного имущества у ООО «Агро-Лидер» в рамках настоящего дела, а также на факт банкротства ООО «Агро-Лидер» и заявление ООО «Светлое» в лице конкурсного управляющего о включении денежного требования (в связи с непередачей имущества) в реестр требований ООО «Агро-Лидер». В связи с чем полагает, что конкурсным управляющим избран механизм восстановления прав должника и кредиторов путем получения удовлетворения от общества «Агро-Лидер». Однако данные факты не являются достаточными для отказана в удовлетворении заявления о взыскании убытков.

Поскольку имущественные потери за счет ООО «Агро-Лидер» не возмещены, постольку взыскание убытков с ФИО3 в данной части необходимо для полного восстановления прав ООО «Светлое».

Определениями Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2025 и 24.03.2025 апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание назначено на 10.04.2025.

К материалам дела в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) приобщен отзыв, поступивший от Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс» на апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Светлое» ФИО1

До начала судебного заседания от страхового акционерного общества «Южуралжасо» поступило ходатайство о рассмотрении апелляционных жалоб без участия представителя.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, их представителей.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, проверив доводы апелляционной жалобы и возражения по ней, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ, п. 1 ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленным федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно п. 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Ответственность арбитражного управляющего за причинение им убытков носит гражданско-правовой характер и ее применение возможно лишь при наличии определенных условий, предусмотренных статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п.2 ст.15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из правового анализа вышеперечисленных норм следует, что применение такой меры гражданско-правовой ответственности, как возмещение убытков, возможно при доказанности совокупности нескольких условий: противоправности действий причинителя убытков, причинной связи между противоправными действиями и возникшими убытками, наличия и размера понесенных убытков. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения исковых требований.

Арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен

вступившим в законную силу решением суда (п. 4 ст. 20.4 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего (информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих»).

В п. 53 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» указано, что с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим, могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве (п. 4 ст. 20.4 Закона о банкротстве).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО5, ФИО6, ФИО8 09.11.2020 был проведён осмотр территорий должника, по результатам которого составлен акт, в котором отражено нахождение имущества на территориях должника.

Указанный осмотр назначался судом при рассмотрении обособленного спора об истребовании от ФИО3 имущества (определение от 23.11.2022).

На дату проведения указанного осмотра и составления соответствующего акта (09.11.2020) ФИО3 уже была отстранена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Из материалов дела следует, что общество «Светлое» являясь сельскохозяйственным предприятием, имело в своей собственности ряд земельных участков, в основном не граничащих друг с другом, на данных земельных участках располагалась сельскохозяйственная техника, транспортные средства, инструменты и приборы, применяемые в сельском хозяйстве.

При проведении ФИО3 инвентаризации выявленное имущество было отражено ею в инвентаризационной описи.

После её отстранения от исполнения обязанностей был запущен процесс передачи имущества должника новому конкурсному управляющему ФИО1

С целью полной передачи всего имущественного комплекса должника судом назначались осмотры территорий и объектов, принадлежащих обществу должнику находящихся в с. Светлое.

ФИО3, в свою очередь, также принимала участие в данных осмотрах.

В судебном заседании ответчик указал, что осмотры территорий и помещений должника, ввиду их значительной удалённости друг от друга, проводились на протяжении определённого промежутка времени несколькими группами.

В частности перечень имущества, указанный в пунктах 1-3, 13, 16-17 заявления ФИО1, был отражен в акте осмотра, проводимом ФИО5, ФИО6, ФИО8 (указанные лица были связаны с деятельностью должника и принимали участие в ведении должником хозяйственной деятельности до начала банкротства холдинга «Иволга», в который входило общество «Светлое»).

Между тем, после завершения процедуры передачи имущества ФИО1, поименованные объекты фактически переданы не были.

Как указано действующим конкурсным управляющим, на текущий момент судьба данного имущества не известна.

Арбитражный суд в отношении указанного имущества не нашел оснований для возложения ответственности в виде возмещения убытков, выразившихся в утрате возможности реализации такого имущества на ФИО3

Как указывалось ранее, акт от 09.11.2020 составлен после отстранения ФИО3 от исполнения обязанностей, что исключает возможность сокрытия или присвоения такого имущества ответчиком.

Арбитражный суд при этом учитывает, что сам по себе процесс передачи имущества должника новому управляющему продолжался длительный период времени, в том числе сопровождался различными судебными разбирательствами, как в рамках настоящего дела, так и в иных делах.

Спорное имущество фактически находилось на полевой территории села Светлое, на протяжении значительного периода времени по назначению не использовалось.

В материалы дела представлены фотоснимки, на которых прослеживается состояние и условия хранения имущества должника (т. 3 л.д. 74-77, 89-148).

На большинстве фотоснимков видно, что металлические конструкции покрыты коррозией, находятся в зарослях травы, под открытым небом, на не ограждённой забором территории и пр.

Арбитражный суд при этом учитывает, что имущество, поименованное в рассматриваемых пунктах, представляло собой: компрессоры, сеялки, жатки и пр.

Указанные предметы по своей природе являются громоздкими, не могут передвигаться без специальной техники, в большом количестве (ассортименте) трудно идентифицируемы.

Не использование такого имущества по назначению на протяжении длительного времени закономерно приводит к его постепенному ухудшению и утрате им своих полезных свойств.

При использовании такого вида имущества в сельском хозяйстве оно постоянно очищается, смазывается, обслуживается и пр.

В настоящем случае такое имущество, начиная с 2016 по 2020 год (срок исполнения обязанностей управляющего ФИО3), находилось в полях и не эксплуатировалось.

После утверждения конкурсным управляющим ФИО1 оно также продолжило храниться в аналогичных условиях.

За столь длительный период времени спорное имущество могло полностью утратить идентифицирующие свойства. Суд также не исключает, что указанное в пунктах 1-3, 13, 16-17 имущество до настоящего времени продолжает находиться в тех же местах, где и было выявлено, однако за столь длительный период времени и неоднократную смену сезонов года могло превратиться в обычный металлолом.

Конкурсным управляющим ФИО3 в ходе конкурсного производства был заключен договор ответственного хранения с обществом «Авангард», которое обеспечивало сохранность всего имущества должника.

Услуги по охране в конечном итоге были оказаны надлежащим образом.

Фактически имущество оставалось в тех же местах, в которых оно находилось, при этом охранялось специальными лицами.

Арбитражный суд, с учётом специфики настоящего дела, вида деятельности должника, расположения имущества и земельных участков (в разных не граничащих населённых пунктах: с. Светлое, п. Углицкий, п. Тогузак) не может прийти к выводу о том, что такой вид хранения оказался ненадлежащим.

Концентрирование всего имущественного комплекса в одном месте (перевозка сеялок, жатв и пр.; складирование их в крытых объектах и пр.) оказалось бы чрезмерно финансово и трудно затратным.

Суд также не усмотрел возможности хранения спорного имущества в каком-либо ином виде.

Указанные обстоятельства, по мнению суда первой инстанции, свидетельствували о том, что утрата возможности реализации указанного конкурсным управляющим имущества обусловлена объективными причинами и не связана с противоправным поведением ФИО3

Данные обстоятельства исключают возможность возложения на ответчика убытков за не передачу имущества, указанного ФИО1 в пунктах 1-3, 13, 16-17 первой части своего заявления.

В части п. 12 заявления ФИО3 указала на следующее.

При проведении инвентаризации ею был обнаружен прицеп, который был отражен, как прицеп с государственным номером <***>

В процедуре конкурсного производства конкурсным управляющим ФИО1 был реализован прицеп с государственным номером <***> однако такого прицепа ФИО3 в инвентаризации отражено не было.

Ответчик указал, что ввиду большого объема имущества должника в ходе проведения инвентаризации ей могли быть допущены опечатки.

Арбитражный суд с учётом реализации ФИО1 прицепа с номером 5063 и не отражения такого прицепа ФИО3, с такими доводами согласился и допустил, что при проведении инвентаризации столь значительного имущественного комплекса первым управляющим могла быть допущена опечатка в части указания другого государственного номера.

И при проведении инвентаризации, и в ходе непосредственной реализации был установлен единственный прицеп марки ПТС 9, что, с учётом изложенных доводов ответчика, исключает возможность возложения на него убытков за не передачу имущества, указанного в п. 12.

Имущество, указанное в п. 18 отзыва ответчика, исключено управляющим в последнем уточнении заявленных требований.

В части имущества, указанного в п. 24 и 27, арбитражный суд обратил внимание на следующее.

Как указано ФИО3, данное имущество находилось во владении и пользовании общества «Агро-Лидер» и было передано ему на хранение.

Факт нахождения указанного имущества во владении обществе «Агро-Лидер» на дату отстранения ФИО3 в числе прочего установлен решением Арбитражного суда Челябинской области от 26.08.2020 по делу №А76-21544/2020.

В рамках указанного дела был рассмотрен иск общества Торговый дом «Тракторосервис» к обществу «Агро-Лидер» о взыскании задолженности по оплате услуг ремонта.

Между обществом Торговый дом «Тракторосервис» (исполнитель) и обществом «Агро-Лидер» (заказчик) 14.01.2019 был заключен договор № КР 33/19, по условиям п. 1.1 которого заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательства по осуществлению ремонта трактора К-700/К701.

В гарантийном письме общество «Агро-Лидер» обязалось оплатить ремонт тракторов К700 и К701, а также монтаж шин и ободов К744 Р2 (гарантийное письмо представлено посредством информационной системы «Мой Арбитр» 10.06.2020 в деле №А76-21544/2020).

По результатам рассмотрения дела №А76-21544/2020 с общества с ограниченной ответственностью «Агро-Лидер» в пользу общества с ограниченной ответственностью Торговый дом «Тракторосервис» взыскана задолженность по договору № КР 33/19 от 14.01.2019 в размере 4 477 664 руб., пени за период с 31.01.2020 по 01.06.2020 в размере 2 753 763 руб. 36 коп, пени, начисленные на сумму долга 4 477 664 руб. исходя из 0,5 % за каждый день просрочки, начиная с 02.06.2020 по день фактической уплаты долга.

В настоящий момент общество «Агро-Лидер» признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство (дело №А76-41/2023).

Как было указанного временным управляющим общества «Агро-Лидер», на стадии наблюдения какого-либо имущества обнаружено не было, на текущий момент такого имущества у общества «Агро-Лидер» также не имеется.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что на 2019 год спорное имущество находилось у иного лица (не в обществе «Светлое»), которое осуществляло его ремонт за счёт собственных средств.

Универсальные передаточные документы по ремонту имущества были подписаны в начале 2020 года, что также указывает на то, что в период отстранения ФИО3 имущество находилось не во владении должника и тем более самой ответчицы.

В конечном итоге имущество во владение должника не вернулось.

Между тем, по убеждению суда, указанные обстоятельства не могло быть вменены конкурсному управляющему в качестве факта причинения убытков конкурсной массе должника.

На дату отстранения ФИО3 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего обществом «Светлое» имущество находилось во владении иного лица.

Факт не передачи последующему конкурсному управляющему подтверждающих изложенные обстоятельства документов также несвидетельствует о необходимости применения к ФИО3 убытков.

Арбитражный суд также принял во внимание изложенные ранее обстоятельства относительно специфики деятельности должника-банкрота, хранения имущества и пр.

Суд не исключил, что в конечном итоге спорное имущество могло быть утрачено по иным объективным причинам, не связанным с неправомерным поведением конкурсного управляющего ФИО3

С учётом изложенного заявление конкурсного управляющего ФИО1 по п. 24 и 27 первой части удовлетворению не подлежало.

Рассматривая заявление управляющего в части п. 26, 29, 33, 36 суд принял во внимание следующее.

Определением от 08.11.2021 по настоящему делу, судом рассмотрен обособленный спор по заявлению ФИО1 об истребовании имущества из чужого незаконного владения общества «Агро-Лидер».

Поименованное в названных пунктах имущество было истребовано от общества «Агро-Лидер» в пользу должника, то есть права должника и конкурсной массы указанным актом были восстановлены.

Фактически судебный акт не был исполнен, в настоящее время общество «Агро-Лидер» признано банкротом, действующим конкурсным управляющим приняты меры к включению требований, вытекающих из не передачи спорного имущества обществу «Светлое», в реестр требований общества «Агро-Лидер» (до настоящего времени заявление не рассмотрено, судебное заседание по делу №А76-41/2023 отложено на 18.02.2025 (определение от 16.12.2024).

Конкурсным управляющим, по сути, избран механизм восстановления прав должника и кредиторов путём получения удовлетворения от общества «Агро-Лидер», что исключает возможность предъявления требования в виде взыскания убытков к ФИО3, которое, в свою очередь, может породить двойное взыскание.

Факт того, что требование общества «Светлое» в деле о банкротстве общества «Агро-Лидер» до настоящего времени не рассмотрено самостоятельного правового значения не имеет.

С учётом изложенного заявление управляющего по п. 26, 29, 33, 36 удовлетворению также не подлежало.

По оставшимся пунктам предъявленных требований (<...> 19-23, 25, 28, 30-31, 34-35), ФИО3 каких-либо разумных, допустимых и минимальных объяснений не представлено.

По п. 6-8, 14, 22-23 ФИО3 указала, что данное имущество было передано в аренду на основании лимитно-заборных ведомостей (т.2 л.д. 127-134).

Между тем, указанные обстоятельства не свидетельствуют о том, что в настоящее время такое имущество находится в пользовании третьих лиц и было передано им в целях защиты интересов должника.

ФИО3 в судебном заседании пояснила, что на основании данных ведомостей имущество сдавалось в аренду (ведомости составлены в 2017 году).

В свою очередь, составление таких ведомостей не может служить основанием полагать, что такое имущество передавалось в аренду.

Сама по себе лимитно-заборная ведомость правоустанавливающим документом не является, такой документ в первую очередь составляется в целях контроля за отпуском имущества (материалов), внутреннего учёта товарно-материальных ценностей на предприятии и пр.

Спорное имущество было проинвентаризировано конкурсным управляющим ФИО3 и передано неизвестным лицам (в 2017 году в должности конкурсного управляющего).

В конечном итоге имущество в конкурсную массу возвращено не было, ФИО3 свою обязанность по обеспечению сохранности имущества должника надлежащим образом не исполнила.

Права должника указанными обстоятельствами оказались нарушенными, между тем, с учётом прошедшего периода времени, восстановлены иными способами, кроме как взысканием убытков с ответчика, не могут.

Изложенные обстоятельства, свидетельствуют о том, что действия (бездействие) ФИО3 по передаче имущества неизвестным лицам и последующая его утрата причинила вред должнику и конкурсной массе.

По остальным пунктам заявленных требований, ФИО3 вовсе не представлено каких-либо объяснений относительно судьбы спорного имущества.

Документов, подтверждающих законное выбытие такого имущества из собственности должника, материалы дела не содержат.

Доводы о том, что на транспортных средствах могли быть изменены государственные номера, в результате чего была утрачена возможность их идентификации, никакими документами не подтверждены, основаны только на устных заявлениях ответчика, а потому во внимание не приняты судом первой иснтнции.

Проводя инвентаризацию и отражая имущество в соответствующем акте, конкурсный управляющий ФИО3 была обязана обеспечить сохранность соответствующего имущества, между тем, такие меры в части спорного имущества приняты не были.

В итоге имущество оказалось утрачено, должнику и кредиторскому сообществу был причинён имущественный вред, в отсутствии каких-либо подтверждающих документов и разумных объяснений, обязанность по возмещению такого вреда подлежит отнесению на бывшего конкурсного управляющего ФИО3

По результатам рассмотрения первой части заявленных ФИО1 требований, арбитражный суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости удовлетворения заявленных требований по пунктам <...> 19-23, 25, 28, 30-31, 34-35.

В оставшейся части заявленных требований (ч. 2 и ч. 3 заявления) арбитражный суд не нашел оснований для удовлетворения заявления.

По мнению конкурсного управляющего, с ФИО3 подлежат взысканию убытки за не передачу имущества, зарегистрированного за должником в органах ГИБДД и Гостехнадзора.

Как указано ФИО1, названное имущество былозарегистрировано за должником до возбуждения дела о банкротстве, после открытия конкурсного производства ФИО3 оно инвентаризировано не было, совокупная стоимость такого имущества составляла 13 837 691 руб.

В судебном заседании ФИО3 пояснила, что фактически спорное имущество у должника отсутствовало, ею как конкурсным управляющим обнаружено не было.

Ответчик также пояснил, что по результатам работы, проведённой с бывшим руководством общества «Светлое», ей дали пояснения, согласно которым за должником действительно длительное время числилось фактически отсутствующее имущество, в ходе осуществления хозяйственной деятельности какие-то транспортные средства и устройства утилизировались, какие-то списывались, однако с регистрационного учёта они не снимались с целью сохранения их на балансе и раскрытия более высоких имущественно-финансовых показателей перед кредиторами.

Арбитражный суд с учётом специфики вида деятельности должника, способа хранения имущества и пр. полагает такие объяснения допустимыми.

ФИО3 в ходе рассмотрения настоящего спора поясняла, что в период осуществления полномочий конкурсного управляющего ей принимались минимально необходимые меры по розыску и поиску такого имущества.

Арбитражный суд при этом учитывал, что после отстранения ФИО3 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, ФИО1 заявленное имущество также не было обнаружено, до настоящего времени его юридическая и фактическая судьба не известна.

Из материалов дела не следует, а представленными документами не подтверждено, что ФИО3 данное имущество было сокрыто, либо ввиду её бездействия была утрачена возможность его фактического включения в конкурсную массу.

Суд также отмечает, что регистрация самих автомототранспортных средств и технических устройств, в первую очередь, носит учетный характер и не служит основанием для возникновения на них права собственности.

Сам по себе факт регистрации транспортного средства не свидетельствует о его существовании в натуре либо о том, что оно находится во владении лица, на чьё имя оно зарегистрировано.

Доказательств, опровергающих доводы ФИО3, либо указывающих на то, что спорное имущество фактически находится у ответчицы, а невозможность его реализации обусловлена её противоправным поведением, материалы дела не содержат, суд таких обстоятельств не усматривает.

С учётом изложенных обстоятельств заявление конкурсного управляющего ФИО1 в названной части удовлетворению не подлежало.

По результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего суд пришел к выводу о том, что по вине предыдущего конкурсного управляющего ФИО3 в рамках настоящего дела о банкротстве не поступило в конкурсную массу и не было реализовано имущество, поименованное в <...> 19-23, 25, 28, 30-31, 34-35 части 1 последней редакции заявленных требований.

Указанными действиями (бездействием) должнику и кредиторскому сообществу были причинены убытки в размере равном рыночной стоимости не переданного в конкурсную массу имущества.

Рыночная стоимость спорного имущества определена конкурсным управляющим на основании отчёта об оценке приложенного конкурсным управляющим к первоначальному заявлению.

Представленный отчёт никем не оспорен и не опровергнут, кроме того данный отчёт был подготовлен по заявке самой ФИО3 в период осуществления ей соответствующих полномочий.

Рыночная стоимость имущества, отраженного в п. 23, определена ФИО1 исходя из балансовой стоимости, указанной в инвентаризационной описи от 16.12.2016 № 122, поскольку данное имущество ФИО3 в последствие не оценивалось.

Возражений, относительно определённой рыночной стоимости, ФИО3 не представлено, а потому суд посчитал необходимым взыскать с ответчика сумму убытков, образованную в результате сложения рыночной стоимости не переданного в конкурсную массу (новому управляющему) имущества (<...> 19-23, 25, 28, 30-31, 34-35 части 1 последней редакции заявленных требований) в размере 2 080 532 руб. 01 коп.

Ввиду вышеизложенного доводы апелляционной жалобы Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс», подлежат отклонению.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 судом апелляционной инстанции отклоняются, ввиду следующего.

Так судом первой инстанции правомерно учтено, что имущество, отраженное в некоторых пунктах таблицы заявителя, начиная с 2016 по 2020 год (срок исполнения обязанностей управляющего ФИО3), находилось в полях и не эксплуатировалось.

После утверждения конкурсным управляющим ФИО1 оно также продолжило храниться в аналогичных условиях.

За столь длительный период времени спорное имущество могло полностью утратить идентифицирующие свойства.

Указанное в пунктах 1-3, 13, 16-17 имущество до настоящего времени продолжает находиться в тех же местах, где и было выявлено, однако за столь длительный период времени и неоднократную смену сезонов года могло превратиться в обычный металлолом.

Указанные обстоятельства, по мнению суда апелляционной инстнции, свидетельствуют о том, что утрата возможности реализации указанного конкурсным управляющим имущества обусловлена объективными причинами и не связана с противоправным поведением ФИО3

В частности перечень имущества, указанный в пунктах 1-3, 13, 16-17 заявления ФИО1, был отражен в акте осмотра, проводимом ФИО5, ФИО9, ФИО8 (указанные лица были связаны с деятельностью должника и принимали участие в ведении должником хозяйственной деятельности до начала банкротства холдинга «Иволга», в который входило общество «Светлое»).

Довод апелляционной жалобы ФИО1 о том, что на фотографиях, оформленных в приложениях к акту осмотра от 09.11.2020 имущество, содержащееся в пунктах 1-13, 13, 16, 17 части 1 заявления идентифицировать невозможно, поскольку отсутствуют фотографии номерных узлов и/или инвентарных номеров, что не позволяет с достоверностью установить наличие или отсутствие данного имущества в натуре, судом апелляционной инстанции отклоняются, ввиду следующего.

Указанное имущество, начиная с 2016 по 2020 год (срок исполнения обязанностей управляющего ФИО3), находилось в полях и не эксплуатировалось.

После утверждения конкурсным управляющим ФИО1 оно также продолжило храниться в аналогичных условиях. За столь длительный период времени спорное имущество могло полностью утратить идентифицирующие свойства.

Суд также не исключил, что указанное в пунктах 1-3, 13, 16-17 имущество до настоящего времени продолжает находиться в тех же местах, где и было выявлено, однако за столь длительный период времени и неоднократную смену сезонов года могло превратиться в обычный металлолом.

В свою очередь ФИО1 не представлено сведений о том, что на фотографиях, оформленных в приложениях к акту осмотра от 09.11.2020 находится имущество, принадлежащее не должнику, а третьим лицам или имущество, которое не соответствует характеру имущества, указанного в пунктах 1-13, 13, 16, 17 части 1 заявления. Сама по себе невозможность идентификации по инвентарным номерам в отсутствие доказательств принадлежности имущества иным лицам, не позволяет сложит выводы об утрате имущества ФИО3

Таким образом, поскольку акт от 09.11.2020, на который правомерно сослался суд первой инстанции, составлен после отстранения ФИО3 от исполнения обязанностей, то исключается возможность сокрытия или присвоения такого имущества ответчиком.

В этой связи указанные обстоятельства, по мнению суда апелляционной инстанции, свидетельствовали о том, что утрата возможности реализации указанного конкурсным управляющим имущества обусловлена объективными причинами и не связана с противоправным поведением ФИО3

Так же по вопросу наличия (отсутствия) прицепов марки 1ПТС-9 с госномерами <***>, 5063ХН74, суд отмечает следующее.

По мнению ФИО3, при проведении инвентаризации ею был обнаружен прицеп, который был отражен, как прицеп с государственным номером <***> В процедуре конкурсного производства конкурсным управляющим ФИО1 был реализован прицеп с государственным номером <***> однако такого прицепа ФИО3 в инвентаризации отражено не было.

Суд первой инстанции правомерно согласился с тем, что ввиду большого объема имущества должника в ходе проведения инвентаризации ФИО3 могли быть допущены опечатки.

Возражая против выводов суда в данной части ФИО1 ссылается на то, что согласно данным Гостехнадзора за должником зарегистрированы два прицепа марки 1ПТС-9 с госномерами <***>, 5063ХН74.

При этом доказательств того, что ФИО3 было проинвентаризировано два прицепа материалы дела, в частности, инвентаризационные описи не содержат, из фототаблицы к отчету об оценку №01/1-17-3 также не следует, что на дату его составления должник располагал обоими прицепами и оба прицепа были проинвентаризированы и приняты ФИО3

Относительно трактора Кировец К-744 (п. 24 таблицы заявления о взыскании убытков) и Трактора К-700 (п. 27 таблицы заявления о взыскании убытков), которые, по мнению самого заявителя, обнаружены в разукомплектованном виде у третьего лица, подлежат исключению последствия в виде убытков, т.к. само наличие в каком бы то ни было виде данной техники и осведомленность заявителя о месте её нахождения позволяет в дальнейшем осуществить её реализацию, в связи с чем уменьшения или утрата возможности увеличения конкурсной массы отсутствует, как и какая-либо виновность в действиях конкурсного управляющего ФИО3, обратного материалы дела не содержат.

Более того, заявитель сообщением на сайте ЕФРСБ № 7997336 от 11.01.2022 опубликовал сообщение, согласно которому трактор Кировец К-744 реализован по цене 49 000 руб. и К-700 по цене 51 000 руб. победителю торгов ООО «ТД Тракторосервис» по адресу: 454053, <...>.

Таким образом, исключается возможность взыскания убытков с ответчика в части стоимости трактора Кировец К-744 в размере 988 741 руб. и трактора К-700 в размере 345 618 руб., поскольку данная техника при заявленной ФИО1 стоимости 1 334 359 руб. им же была реализована по цене 100 000 руб., то есть в 13 раз ниже. Доказательств того, что тринадцатикратное снижение стоимости имущества произошло в результате действий ответчика, материалы дела не содержат.

Относительно доводов апеллянта в части пунктов 26, 29, 33, 36 части 1 заявления, то вероятные предположения об отсутствии имущества в конкурсной массе общества «Агро-Лидер» не могут быть поставлены в вину ФИО3 при разрешении вопроса о наличии убытков.

Фактически судебный акт не был исполнен, в настоящее время общество «Агро-Лидер» признано банкротом, действующим конкурсным управляющим приняты меры к включению требований, вытекающих из не передачи спорного имущества обществу «Светлое», в реестр требований общества «Агро-Лидер» (до настоящего времени заявление не рассмотрено, судебное заседание по делу №А76-41/2023 отложено на 28.04.2025 (определение от 18.02.2025).

Сообщением №13751793 от 24.02.2024 опубликованы сведения о результатах инвентаризации имущества общества «Агро-Лидер».

Сообщением №14340039 от 07.05.2024 опубликован отчет оценщика об оценке имущества общества «Агро-Лидер», согласно которому рыночная стоимость 16 объектов недвижимости по состоянию на дату оценки, с учетом сделанных допущений и ограничительных условий, составляет 26 873 209 рублей.

Кроме того в числе имущества общества «Агро-Лидер» имеются транспортные средства, что в случае реализации в рамках дела о банкротстве позволит погасить право требования ООО «Светлое».

Юридически значимые обстоятельства, порядок распределения бремени доказывания, а также законодательные презумпции в отношении требований о возмещении убытков разъяснены в пункте 12 Постановления N 25 и пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств».

В частности в пункте 12 Постановления N 25 разъяснено, что размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Из разъяснений, изложенных в пункте 5 Постановления N 7, следует, что по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

Верховный Суд в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 26.10.2017 N 305-ЭС17-8225 отметил, что для целей определения размера убытков необходимо оценивать, в том числе и размер денежных средств, которые подлежали бы возвращению в конкурсную массу.

При этом, наличие сведений об активе должника не свидетельствует о реальности его взыскания. Само по себе несовершение каких-либо действий, безусловно, не свидетельствует о том, что возможность пополнения конкурсной массы утрачена исключительно ввиду допущенного бездействия арбитражного управляющего.

Даже ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве не является достаточным доказательством причинения должнику убытков и основанием для их взыскания при недоказанности наличия причинно-следственной связи между поведением арбитражного управляющего и возможным причинением вреда.

То есть, с учетом изложенного, для взыскания убытков с арбитражного управляющего суду необходимо исследовать фактические обстоятельства дела и определить что сумма, взыскиваемая в качестве убытков, была бы возвращена в конкурсную массу.

В данном случае, апеллянт, возражая против судебного акта не приводит убедительных доводов в пользу того, что в период исполнения обязанностей конкурсного управляющего ФИО3 ею действительно были получены перечисленные им транспортные средства, а те, что были переданы обществу «Агро-Лидер» были возвращены в надлежащем виде. Кроме того, в материалы дела не представлены сведения о том, что общество «Агро-Лидер» не обладает достаточным количеством имущества, реализация которого не позволила бы компенсировать издержки общества «Светлое» в связи с несвоевременным невозвратом обществом «Агро-Лидер» имущества общества «Светлое».

Поскольку факт того, что требование общества «Светлое» в деле о банкротстве общества «Агро-Лидер» до настоящего времени не рассмотрено самостоятельного правового значения не имеет.

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы, доводы, изложенные в апелляционных жалобах, проверены и им дана надлежащая оценка. Изложенные в апелляционных жалобах доводы не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ основаниями для безусловной отмены судебного акта либо повлекших принятие неправильного акта, при рассмотрении дела апелляционным судом не установлено.

При указанных обстоятельствах определение суда первой инстанции от 17.01.2025 отмене не подлежит, а апелляционные жалобы - удовлетворению.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционным жалобам распределяются в соответствии с положениями ст. 110 АПК РФ и в связи с оставлением апелляционных жалоб без удовлетворения относятся на их подателей.

Руководствуясь статьями 176, 268 - 272 АПК РФ, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 17.01.2025 по делу № А76-10980/2016 оставить без изменения, апелляционные жалобы Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс», конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Светлое» ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья А.Г. Кожевникова

Судьи Е.А. Позднякова

А.А. Румянцев