АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА МОСКВЫ

115225, <...>

http://www.msk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Москва Дело № А40-164784/2025-146-1310 24 ноября 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 24 октября 2025 года

Полный текст решения изготовлен 24 ноября 2025года

Арбитражный суд Москвы в составе судьи Вихарева А.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Асриянцем А.Ю., рассмотрел в открытом судебном заседании дело по заявлению

ООО "АБП" (ИНН <***>)

к Цэлт (ИНН <***>)

о признании незаконным решения от 29.04.2025 о внесении изменений в сведения, заявленные в ДТ № 10131010/260125/5025967,

при участии:

от заявителя – ФИО1 по дов. № 11 от 01.03.2025, паспорт, диплом, от ответчика – ФИО2 о дов. № 03-20/0059 от 07.07.2025, удоств., диплом,

УСТАНОВИЛ:

ООО "АБП" (далее также – заявитель, общество, декларант) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением к ЦЭЛТ (далее также – ответчик, таможенный орган) о признании незаконным решения от 29.04.2025 о внесении изменений в сведения, заявленные в ДТ № 10131010/260125/5025967.

Ответчиком в материалы дела представлен письменный отзыв на заявление, согласно которому просит суд в удовлетворении заявленных требований отказать.

В ходе судебного заседания представитель заявителя поддержал заявленные требования.

Представитель ответчика в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований.

Исследовав материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив все доводы заявления, суд признает заявление подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 26 января 2025 года ООО "АБП" на таможенный пост Центральный (центр электронного декларирования) Центральной электронной таможни под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления по декларации на товары (Далее - ДТ) № 10131010/260125/5025967 помещен товар «ФИО3 L-ЛИЗИН МОНОГИДРОХЛОРИД 98.5% (RUAMIN L-LYSINE MONOHYDROCHLORIDE) кормовой. Кормовая добавка для производства премиксов и комбикормов, а также балансирования рационов сельскохозяйственных животных, в том числе птиц, рыб, собак и кошек лизином. Представляет собой микрогранулированный порошок от белого до светло-коричневого цвета без запаха, растворимый в воде. Не содержит генно-инженерно-модифицированных организмов. РОИС:06277/11351-001/ТЗ-040823.». Производитель: HEILONGJIANG EPPEN BIOTECH CO., LTD., страна происхождения: Китай. Товарный знак: RUAMIN ФИО3. Количество - 26 тонн. Товар был задекларирован в субпозиции 2922410000 Товарной номенклатуры Евразийского экономического союза.

Поставка товара осуществлена в рамках внешнеторгового контракта, заключенного с компанией ASIA СНЕМ INC. (Малайзия) от 01 марта 2022 года № 02/AC-ABP/2022-RFZ (далее - Контракт) и приложением № 21 от 24 декабря 2024 года к указанному Контракту, на условиях FCA Чанчунь. Индекс таможенной стоимости (далее - ИТС) при регистрации ДТ составил 1,67 usd/кг.

Для определения таможенной стоимости товара заявителем применялся метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1) в соответствии со ст. 39 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза.

В соответствии с указанным методом сумма таможенных платежей, подлежащих уплате заявителем по его расчетам, составила 1 137 710 рублей 25 коп.

В ходе осуществления контроля таможенной стоимости товара по ДТ № 10131010/260125/5025967 таможенным органом были выявлены признаки, указывающие на то, что сведения о таможенной стоимости товаров, заявленных в таможенной декларации, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными.

26 января 2025 года, таможенный орган направил Обществу запрос о предоставлении документов и сведений, в соответствии со ст.325 ТК ЕАЭС, на который общество направило ответ № ИР-ЕК/160 от 27 марта 2025 года и запрашиваемые документы, полученный таможенным органом 27 марта 2025 года. По результатам анализа предоставленных сведений и документов таможенным органом 31 марта 2025 года направлен дополнительный запрос, ответ ( № ИР-ЕК/174 от 02 апреля 2025 года) на который поступил в таможенный орган 04 апреля 2025 года.

29 апреля 2025 года по результатам рассмотрения имеющихся в распоряжении таможенного органа документов и сведений предоставленных декларантом на запросы таможенного органа, в соответствии с пунктом 17 статьи 325 ТК ЕАЭС Центральной электронной таможней было принято решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации № 10131010/260125/5025967 (далее - Решение).

Согласно принятому решению о внесении изменений в ДТ таможенный орган подтвердил правильность определения Обществом метода 1 определения таможенной

стоимости, но указал на документальную неподтвержденность расходов, связанных с перевозкой товара.

В результате, таможенный орган включил в таможенную стоимость товара по ДТ № 10131010/260125/5025967 полную стоимость перевозки товара как до границы ЕАЭС, так и после границы ЕАЭС. Сумма доначисленных таможенных платежей составила 100 045 рубля 50 коп.

Не согласившись с вынесенным решением, ООО "АБП" обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании его незаконным.

В силу части 3 статьи 189 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания законности оспариваемого решения государственного органа возлагается на орган, который принял оспариваемое решение.

Согласно ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Предусмотренный законом срок для обжалования ненормативного правового акта заявителем не пропущен.

Таким образом, в силу положений Главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 13 Гражданского кодекса Российской Федерации, руководящих разъяснений, содержащихся в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 8 от 01 июля 1996 г. «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса РФ», основанием для удовлетворения требований заявителя является наличие одновременно двух установленных в ходе судебного разбирательства и подтвержденных надлежащими доказательствами обстоятельств: несоответствие оспариваемого ненормативного правового акта требованиям закона, а также нарушение материальных прав заявителя принятием данного документа.

Согласно ч. 4 ст. 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли, оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, для признания ненормативного акта недействительным, решения и действия (бездействия) незаконными необходимо наличие одновременно двух условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту и

нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо (часть 5 статьи 200 АПК РФ).

В случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 ТК ЕАЭС, применяемыми последовательно.

При этом могут быть проведены консультации между таможенным органом и декларантом в целях обоснованного выбора стоимостной основы для определения таможенной стоимости ввозимых товаров, соответствующей статьям 41 и 42 ТК ЕАЭС. В процессе консультаций таможенный орган и декларант могут обмениваться имеющейся у них информацией при условии соблюдения законодательства государств-членов о коммерческой тайне (абзац 2 п. 15 ст. 38 ТК ЕАЭС).

Консультации проводятся в соответствии с законодательством государств-членов о таможенном регулировании (абзац 3).

При невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии со статьями 41 и 42 ТК ЕАЭС в качестве основы для определения таможенной стоимости товаров может использоваться либо цена, по которой оцениваемые, идентичные или однородные товары были проданы на таможенной территории Союза, в соответствии со статьей 43 ТК ЕАЭС, либо расчетная стоимость товаров в соответствии со статьей 44 ТК ЕАЭС.

Декларант имеет право выбрать очередность применения указанных статей при определении таможенной стоимости ввозимых товаров (абзац 4).

В случае если для определения таможенной стоимости ввозимых товаров невозможно применить статьи 39, 41 - 44 настоящего Кодекса, определение таможенной стоимости товаров осуществляется в соответствии со статьей 45 настоящего Кодекса (абзац 5).

В соответствии с пунктом 3 статьи 40 ТК ЕАЭС последующие методы таможенной оценки используются, в частности, при отсутствии достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации, необходимой для осуществления дополнительных начислений к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, предусмотренных данной статьей (пункт 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 N 49 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза" (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 26.11.2019 N 49)).

Согласно пункту 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную

территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров: установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса могут быть произведены дополнительные начисления;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

В силу пункта 2 статьи 39 ТК ЕАЭС в случае, если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не выполняется, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и метод 1 не применяется.

На основании пункта 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

В силу пункта 5.1 Правил применения метода определения таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1), утвержденных

Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 20.12.2012 N 283 (далее - Правила N 283), ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платеж может быть произведен не только посредством перевода денежных средств, но и путем расчетов по аккредитиву или расчетов с использованием финансовых инструментов (акция, облигация, чек, простой или переводной вексель, ордер, варрант, сертификат и др.). При заключении сделок взаимосвязанными лицами расчеты между продавцом и покупателем могут осуществляться без фактического перечисления денежных средств и отражаться только в бухгалтерских документах.

Таможенная стоимость ввозимых товаров в соответствии с пунктом 3 статьи 2 и пунктом 3 статьи 5 Соглашения определяется по методу 1 при наличии достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации, в том числе информации, необходимой для подтверждения цены, фактически уплаченной

или подлежащей уплате, и осуществления дополнительных начислений к этой цене (пункт 7 Правил N 283).

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 8 Постановления Пленума ВС РФ от 26.11.2019 N 49, принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС судам следует исходить из презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе (часть 5 статьи 200 АПК РФ).

Согласно пункту 9 названного Постановления Пленума ВС РФ от 26.11.2019 N 49 при оценке выполнения декларантом требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС судам следует принимать во внимание, что таможенная стоимость, определяемая исходя из установленной договором цены товаров, не может считаться количественно определяемой и документально подтвержденной, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме, или содержащаяся в представленных им документах ценовая информация не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара.

В соответствии с пунктом 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 N 49 примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле. В то же время отличие заявленной декларантом стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок - данных иных официальных и (или) общедоступных источников информации, включая сведения изготовителей и официальных распространителей товаров, а также товарно-ценовых каталогов, может рассматриваться в качестве одного из признаков недостоверного (не соответствующего действительной стоимости) определения таможенной стоимости, если такое отклонение является существенным.

Согласно пункту 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 N 49 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза", в соответствии с пунктом 10 статьи 38 Таможенного кодекса таможенная стоимость ввозимых товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом требований ТК ЕАЭС следует исходить из презумпции достоверности представленной информации, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

В связи с этим непредставление декларантом тех или иных документов, запрошенных таможенным органом, не может однозначно свидетельствовать о неопределенности и недостоверности, заявленных в таможенных целях сведений, если они подтверждены и не опровергнуты иными документами. Таким образом,

обязанность декларанта представить по требованию таможенного органа объяснения и дополнительные документы возникает лишь при наличии признаков недостоверности сведений о таможенной стоимости товаров либо в случае, когда заявленные сведения должным образом не подтверждены.

Таможенный орган отметил, что в распоряжении таможенного органа имеется информация о декларировании товаров однородных заявленному в анализируемой ДТ № 10131010/260125/5025967 - Товар 1 «ФИО3 L-ЛИЗИН МОНОГИДРОХЛОРИД 98.5% сопоставимых условиях ввоза. При этом сопоставимым товаром и условиями таможенный орган называет следующие: товар L-лизина гидрохлорид по ДТ № 10228010/041224/5345279; ТС 205 521 рубль 34 коп., условия поставки FCA, Китай, вес 1 000 (одна тысяча) кг, ИТС 1,97 - Товар 2.

Суд соглашается с доводами заявителя о том, что Товар 1 (ввозимый Обществом) и Товар 2 (выбранный для сравнения) не являются идентичными и ввозятся на совершенно различных (не сопоставимых) условиях.

Так, таможенным органом предлагается для сравнения Товар 1 - «ФИО3 L- ЛИЗИН МОНОГИДРОХЛОРИД 98.5% (ввозимый Обществом) и Товар 2 - «L-ЛИЗИН ГИДРОХЛОРИД». Кормовой добавки с названием «L-ЛИЗИН ГИДРОХЛОРИД» не существует, в страны ЕАЭС такой товар не ввозится и на рынке не продается.

Условия поставки Товара 1 - FCA Чанчунь (данные обстоятельства подтверждаются приложением № 21 от 24 декабря 2024 года к договору поставки № 02/AC-ABP/2022-RFZ от 01 марта 2022 года) отличаются от условий поставки Товара 2 - FCA Китай. При таких данных сравнение условий поставки поставщиком товара до конкретного места не может быть корректным, в связи с отсутствием указания на это конкретное место (FCA Китай). При таких обстоятельствах расходы на транспортно-экспедиционное обслуживание, включаемые в стоимость Товара 1 и Товара 2 не могут быть сопоставимыми или несопоставимыми, поскольку отсутствует информация для сравнения.

Дата начала таможенного оформления Товара 1, как следует их таможенной декларации № 10131010/260125/5025967 - 26 января 2025 года, в свою очередь дата начала таможенного оформления Товара 2 ДТ № 10228010/041224/5345279 - 04 декабря 2024 года, разница 2 месяца. В этой связи следует отметить, что цена товара зависит от многих факторов, в том числе от даты закупки, поскольку она может меняться и меняется с течением времени.

Товар 1 ввозится Обществом под собственным товарным знаком «ФИО3», что подтверждается свидетельством о регистрации товарного знака № 759777 с регистрацией в Государственном реестре товарных знаков 29 мая 2020 года. Товар 2 ввозится без использования товарного знака.

Общий вес Товара 1 - 1 430 (одна тысяч четыреста тридцать) тн, что подтверждается приложением № 21 от 24 декабря 2024 года к договору поставки № 02/AC-ABP/2022-RFZ от 01 марта 2022 года, в то время как вес Товара 2 - 1 (одна) тн. Естественно, что стоимость товара зависит от размера партии и в данном случае разница составляет 1 430 (одна тысяча четыреста тридцать) раз.

Основанием для признания представленных сведений недостоверными стали сведения, полученные в результате анализа ценовой информации с использованием программных средств таможенных органов об оформлении идентичных/однородных

товаров другими участниками ВЭД с более высокими стоимостными показателями при сопоставимых условиях поставки.

Однако, сам по себе факт отклонения заявленной таможенной стоимости декларируемых товаров от ценовой информации на идентичные и однородные товары, имеющейся в распоряжении таможенного органа, не может являться основанием для отказа в применении основного метода определения таможенной стоимости товаров, а также не является доказательством недостоверности условий сделки и не может служить основанием для корректировки таможенной стоимости.

В настоящем случае, предлагаемые таможенным органом к сравнению товары не являются однородными, а условия поставки несопоставимы, следовательно, вывод таможенного органа о том, что другими участниками ВЭД идентичные/однородные товары при сопоставимых условиях поставки оформляются по более высокой стоимости - ошибочен.

В Решении таможенного органа указывается, что таможенная декларация страны вывоза не содержит информацию о дате вывоза товаров, а указанное наименование товара не соответствует наименованию товара, указанному в декларации № 10131010/260125/5025967.

Указанный довод таможенного органа не соответствует действительности, поскольку таможенная декларация № 153120250000000297 содержит и дату экспорта - 23 января 2025 года и наименование товара, указанного в таможенной декларация страны вывоза, соответствует наименованию товара, указанному в декларации на товары № 10131010/260125/5025967.

Данные обстоятельства подтверждаются таможенной декларация страны вывоза № 153120250000000297 с переводом на русский язык и декларацией на товары № 10131010/260125/5025967.

Таможенный орган указывает, что Обществом не представлена карточка счета 41, однако данное утверждение не соответствует действительности. Ответ Общества № ИР-ЕК/160 от 27 марта 2025 года на запрос таможенного органа от 26 января 2025 года содержит прилагаемые документы (ответ на вопросы 8 и 13), в том числе карточку 41 счета. В распоряжении таможенного органа имеется карточка счета 41 за период 01 января - 27 марта 2025 года контейнер TKRU4347029 и карточка счета 41 за период с 01 декабря 2024 по 05 марта 2025 года по всей партии. Данные обстоятельства подтверждаются снимком экрана отправки ответа на запрос таможенного органа по ДТ № 10131010/260125/5025967 (контейнер TKRU4347029), а также описью документов к ДТ № 10131010/260125/5025967.

В ответе № ИР-ЕК/174 от 02 апреля 2025 года на повторный запрос таможенного органа от 31 марта 2025 года, Общество повторно направило таможенному органу карточку 41 счета.

В силу ст. 38 ТК ЕАЭС, таможенная стоимость товаров, перемещаемых через таможенную границу союза, определяется в соответствии с гл. 5 ТК ЕАЭС, основанной на принципах и общих правилах, установленных CT.VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года (ГАТТ 1994) и Соглашением по применению CT.VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года (Соглашение VII).

В ст. 38 ТК ЕАЭС установлена система определения таможенной стоимости ввозимых товаров, в соответствии с которой таможенная стоимость определяется с использованием методов определения таможенной стоимости (методы с 1 по 6), при

этом основой определения таможенной стоимости должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с ними (метод 1).

Согласно п. 1 ст. 39 ТК ЕАЭС, стоимостью сделки является цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на единую таможенную территорию Таможенного союза и дополненная в соответствии с положениями ст. 40 ТК ЕАЭС.

В соответствии с пп. 4 п. ст. 40 ТК ЕАЭС, таможенная стоимость ввозимых товаров должна включать в себя расходы на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров до места прибытия таких товаров на таможенную территорию ЕАЭС.

В пп. 2 п. 2 ст. 40 ТК ЕАЭС установлено, что таможенная стоимость ввозимых товаров не должна включать в себя расходы на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров по таможенной территории ЕАЭС от места прибытия таких товаров на таможенную территорию ЕАЭС при условии, что они выделены из цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате, заявлены декларантом и подтверждены им документально.

Действующее в настоящее время решение Коллегии Евразийской экономической комиссии от 16 октября 2018 года № 160 «О случаях заполнения декларации таможенной стоимости, утверждении форм декларации таможенной стоимости и порядка заполнения декларации таможенной стоимости» не устанавливает заранее определенного перечня документов, которые представляются при декларировании для целей подтверждения размера транспортных расходов до места прибытия на таможенную территорию ЕАЭС.

В соответствии с п.7 Положения об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию ЕАЭС, утвержденного решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27 марта 2018 года № 42 (далее - Положение), перечень документов и (или) сведений, в том числе письменных пояснений, запрашиваемых таможенным органом у декларанта при проведении контроля таможенной стоимости товаров, определяется с учетом выявленных признаков недостоверного определения таможенной стоимости ввозимых товаров, а также с учетом условий и обстоятельств сделки, физических характеристик, качества и репутации ввозимых товаров.

Согласно п. 8 Положения, при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенным органом могут быть запрошены (истребованы) документы и (или) сведения, включая письменные пояснения, в том числе документы и сведения о перевозке (транспортировке) ввозимых товаров, их погрузке, разгрузке или перегрузке и проведении иных операций, связанных с перевозкой (транспортировкой) ввозимых товаров (пп. «л»); иные документы и сведения, в том числе полученные декларантом от иных лиц, включая лиц, имеющих отношение к производству, перевозке (транспортировке) и реализации ввозимых товаров (пп. «и»).

В соответствии с п. 9 и п. 10 Положения, одновременно с запрошенными (истребованными) документами и (или) сведениями, в том числе письменными пояснениями, могут быть представлены иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, в целях подтверждения достоверности и полноты сведений, заявленных в декларации на товары, и (или) сведений, содержащихся в иных документах.

Учитывая изложенное, положения законодательства относительно декларирования и контроля таможенной стоимости ввозимых товаров, не устанавливают требования о необходимости представления заранее определенных документов, в частности, документов непосредственного перевозчика с разбивкой стоимости до и после места прибытия на таможенную территорию ЕАЭС, в качестве подтверждения размера расходов на транспортировку, подлежащих включению в таможенную стоимость ввозимых товаров в соответствии с пп. 4 п. 1 ст.40 ТК ЕАЭС.

Указанные выводы подтверждаются практикой Верховного Суда Российской Федерации (определения от 22 декабря 2020 года № 307-ЭС20-13121, от 23 декабря 2020 года № 305-ЭС20-14096, от 23 марта 2021 года № 305-ЭС20-20798, от 01 апреля 2021 года № 303-ЭС20-21700).

Таким образом, вывод таможенного органа о том, что только документы непосредственного перевозчика, содержащие разбивку расходов на транспортировку до и после места прибытия на таможенную территорию ЕАЭС, подтверждают размер соответствующих расходов, является незаконным и необоснованным.

Согласно ст. 801 ГК РФ по договору транспортной экспедиции одна сторона (экспедитор) обязуется за вознаграждение и за счет другой стороны (клиента грузоотправителя или грузополучателя) выполнить или организовать выполнение определенных договором экспедиции услуг, связанных с перевозкой груза.

Договором транспортной экспедиции могут быть предусмотрены обязанности экспедитора организовать перевозку груза транспортом и по маршруту, избранными экспедитором или клиентом, обязанность экспедитора заключить от имени клиента или от своего имени договор (договоры) перевозки груза, обеспечить отправку и получение груза, а также другие обязанности, связанные с перевозкой.

В качестве дополнительных услуг договором транспортной экспедиции может быть предусмотрено осуществление таких необходимых для доставки груза операций, как получение требующихся для экспорта или импорта документов, выполнение таможенных и иных формальностей, проверка количества и состояния груза, его погрузка и выгрузка, уплата пошлин, сборов и других расходов, возлагаемых на клиента, хранение груза, его получение в пункте назначения, а также выполнение иных операций и услуг, предусмотренных договором.

Согласно ст. 803 ГК РФ за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по договору экспедиции экспедитор несет ответственность по основаниям и в размере, которые определяются в соответствии с правилами главы 25 настоящего Кодекса.

Согласно п. 2 Правил транспортно-экспедиционной деятельности, утвержденных постановлением Правительства РФ от 08 сентября 2006 года № 554, «транспортно-экспедиционные услуги» - услуги по организации перевозки груза, заключению договоров перевозки груза, обеспечению отправки и получения груза, а также иные услуги, связанные с перевозкой груза; «экспедитор» - лицо, выполняющее или организующее выполнение определенных договором транспортной экспедиции транспортно-экспедиционных услуг.

Как следует из п. 12 постановления Пленума от 26 ноября 2019 года № 49, предъявляемые к декларанту требования по подтверждению таможенной стоимости должны быть совместимы с коммерческой практикой.

В пунктах 25-26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 июня 2018 года № 26 «О некоторых вопросах применения законодательства о договоре перевозки автомобильным транспортом грузов, пассажиров и багажа и о договоре транспортной экспедиции» установлено следующее:

В зависимости от условий договора содержание обязательства экспедитора может значительно отличаться: заключение договоров перевозки от имени клиента, оформление провозных документов, обеспечение отправки или получения груза и т.п. (п.1 ст.801 ГК РФ). На основании абз. первого ст.803 ГК РФ и п.1 ст.6 Закона о транспортной экспедиции суд при возложении ответственности на экспедитора должен установить содержание его обязанностей и их ненадлежащее исполнение.

Экспедитор несет ответственность за утрату, недостачу или повреждение (порчу) груза на основании п.2 ст.6 и ст.7 Закона о транспортной экспедиции, если он:

1) фактически осуществлял перевозку своими собственными транспортными средствами либо

2) выписал свой транспортный документ, например экспедиторскую расписку, или иным образом выразил намерение гарантировать сохранную доставку груза, в том числе принял на себя ручательство за исполнение договора перевозки (далее – договорный перевозчик).

На экспедитора не может быть возложена ответственность за утрату, недостачу или повреждение (порчу) груза перевозчиком, если в силу договора экспедитор обязан выполнять только такие отдельные функции грузоотправителя, как, например, осуществление расчетов с перевозчиком либо подготовка документов, необходимых для перевозки.

При квалификации правоотношения участников спора необходимо исходить из признаков договора, предусмотренных главами 40, 41 ГК РФ, независимо от наименования договора, названия его сторон и т.п. Согласование сторонами договора ответственности экспедитора в качестве договорного перевозчика может подтверждаться, в частности, тем, что по условиям договора клиент не выбирает кандидатуры конкретных перевозчиков, цена оказываемых экспедитором услуг выражена в твердой сумме без выделения расходов на перевозку и сопоставима с рыночными ценами за перевозку соответствующих грузов, экспедитор в документах, связанных с договором, сам характеризовал свое обязательство как обеспечение сохранной доставки груза, например, на сайте экспедитора в сети «Интернет», через который заключался договор.

Таким образом, вывод таможенного органа о том, что договор транспортной экспедиции является посредническим договором не соответствует положениям действующего законодательства РФ.

В качестве документов, подтверждающих расходы по доставке товаров по ДТ № 10131010/260125/5025967, Общество предоставило: контракт на транспортно-экспедиционное обслуживание № 1247-ZY-ABP/RZB от 08 января 2024 года; ДС № 1 от 10 января 2024 года к контракту на транспортно-экспедиционное обслуживание № 1247-ZY-ABP/RZB от 08 января 2024 года; заявка (экспедиторская расписка) № 49 от 26 декабря 2024 года; коммерческий инвойс № АВР250122 от 22 января 2025 года к контракту на транспортно-экспедиционное обслуживание № 1247-ZY-ABP/RZB от 08 января 2024 года; акт оказанных услуг № АВР250122 от 22 января 2025 года; калькуляцию затрат перевозчика по перевозке контейнера TKRU4347029 от 03 февраля

2025 года; письмо перевозчика от 13 февраля 2025 года о стоимости транспортных услуг по перевозке контейнера TKRU4347029.

Доводы таможенного органа о том, что представленные декларантом документы и пояснения экспедитора не содержат документально подтвержденные сведения о размере вознаграждения экспедитора, подлежащего включению в структуру таможенной стоимости товаров в полном объеме, судом также отклоняются.

Для подтверждения включения вознаграждения экспедитора Общество предоставило письмо Shenzhen Super Logistics Co., Ltd от 13 февраля 2025 года, в котором указано, общая стоимость транспортных услуг по перевозке контейнера из Китая до границы ЕАЭС, которые были дополнительно исчислены Обществом при подаче декларации на товары.

Вместе с тем, из обжалуемого Решения от 29 апреля 2025 года не усматривается, что таможенным органом установлена недостоверность размера расходов на перевозку (транспортировку) исходя из представленных Обществом документов и сведений, которыми последнее располагало с учетом характера гражданско-правовых отношений, сложившихся с его контрагентами - международными перевозчиками (в рассматриваемом случае экспедитором - Shenzhen Super Logistics Co., Ltd).

Верховный суд РФ в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам по делам N А66-5900/2019, N А51-18634/2019 и Арбитражный суд Московского округа в постановлениях по делам N А40-138426/2021, N А40-86591/2022 сформировали следующие правовые позиции:

- тип гражданско-правового договора, в рамках исполнения которого декларантом товаров понесены затраты (договоры перевозки, транспортной экспедиции, договор агентирования или комиссии и др.) число привлеченных к перемещению товаров субъектов (перевозчики, экспедиторы, агенты и т.п.) и иные подобные обстоятельства юридического значения для целей таможенной оценки не имеют.

- соблюдение условий для подтверждения расходов на перевозку (транспортировку), может подтверждаться различными доказательствами, в зависимости от особенностей условий договоров, избранных поставщиком средств перевозки (транспортировки) товаров, типов заключенных гражданско-правовых договоров, включая договор транспортной экспедиции.

Общество в письме № ИР-ЕК/160 от 27 марта 2025 года, в ответе на вопрос 8 запроса ЦЭлТ от 26 января 2025 года указало: «По условиям п. 3.2 контракта на транспортно-экспедиционное обслуживание № 1247-ZY-ABP/RZB от 08 января 2024 года, Клиент производит оплату экспедитору после фактического оказания услуг и подписания акта оказанных услуг, то есть после получения контейнеров на складе клиента. В настоящий момент клиент получил часть из общего объема контейнеров, что и подтверждается карточкой счета № 41. Оплата в размере 5 997 607 рублей (платежное поручение № 335 от 27 февраля 2025 года) произведена в соответствии с условиями ДС № 9 от 21 февраля 2025 года к договору № 1247-ZY-ABP/RZB от 08 января 2024 года.

Так же по условиям Дополнительного соглашения № 1от 10 января 2024 года к договору № 1247-ZY-ABP/RZB от 08 января 2024 года Клиент по согласованию с Экспедитором производит оплату с отсрочкой в 60 (шестьдесят) банковских дней.

Таким образом, обязательства клиента перед Экспедитором исполнялись в полном объеме без нарушения условий контракта».

Данные обстоятельства оплаты транспортно-экспедиционных услуг всего товара по приложению № 21 от 24 декабря 2024 года № 02/AC-ABP/2022-RFZ от 01 марта 2022 года подтверждаются следующими документами: Ведомость банковского контроля по контракту от 29 февраля 2024 года Северо-западный банк ПАО Сбербанк; Коммерческий инвойс № АВР25012802 от 28 января 2025 года (CNY); Акт оказанных услуг № АВР25012802 от 28 января 2025 года; Дополнительное соглашение № 9 от 25 февраля 2025 года к контракту на транспортно-экспедиционное обслуживание № 1247-ZY-ABP/RZB от 08 января 2024 года; Платежное поручение № 335 от 27 февраля 2025 года; Коммерческий инвойс № АВР25012801 от 28 января 2025 года (CNY); Коммерческий инвойс № АВР25012801 от 28 января 2025 года (USD); SWIFT 62 284,28 USD; Акт оказанных услуг № АВР25012801 от 28 января 2025 года; Акт-отчет № БП6757 от 31 марта 2025 года; Акцепт на присоединение к договору на присоединение (ООО «А7-Агент») от 19 марта 2025 года; Дополнительное соглашение № 10 от 24 марта 2025 года; Поручение Принципала № 1 от 25 марта 2025 года к договору присоединения; Платежное поручение № 490 от 26 марта 2025 года; Коммерческий инвойс № АВР250122 от 22 января 2025 года; Акт оказанных услуг № АВР250122 от 22 января 2025 года; Договор уступки права требования от 01 апреля 2025 года; Платежное поручение № 541 от 03 апреля 2025 года; Коммерческий инвойс № АВР25021901 от 19 февраля 2025 года (CNY); Коммерческий инвойс № АВР25021902 от 19 февраля 2025 года (CNY); Акт оказанных услуг № АВР25021901 от 19 февраля 2025 года; Акт оказанных услуг № АВР25021902 от 19 февраля 2025 года; Договор уступки права требования от 07 апреля 2025 года; Платежное поручение № 557 от 10 апреля 2025 года.

Таким образом, обязательства Общества, по оплате услуг Экспедитора исполнены в полном объеме.

В качестве подтверждения расходов на перевозку (транспортировку) были приложены достаточные и действительные документы и исчерпывающие пояснения, в том числе калькуляция затрат Shenzhen Super Logistics Co., Ltd от 03 февраля 2025 года и письмо о стоимости транспортных услуг от 13 февраля 2025 года, которые однозначно подтверждают сумму расходов на перевозку, понесенных до места прибытия товаров на таможенную территорию ЕАЭС.

Таможенный орган указывает, что представленная Ведомость банковского контроля не подписана ЭЦП.

В соответствии с Инструкцией Банка России от 16 августа 2017 года № 181-И «О порядке представления резидентами и нерезидентами уполномоченным банкам подтверждающих документов и информации при осуществлении валютных операций, о единых формах учета и отчетности по валютным операциям, порядке и сроках их представления» (далее - Инструкция N 181-И), при обмене с банком документами и информацией в электронном виде могут передаваться как документы, сформированные в электронном виде, так и полученные с использованием сканирующих устройств изображения документов, оформленных первоначально на бумажном носителе с применением электронно-цифровых подписей сторон.

В соответствии со ст. 1 Федерального закона от 06 апреля 2011 года N 63-ФЗ «Об электронной подписи», электронная подпись — это цифровой аналог

собственноручной подписи, с помощью которого можно подписывать электронные документы. Такая подпись гарантирует, что документ исходит от конкретного лица, а для ряда электронных подписей - также то, что в него не вносились изменения с того момента, как он был подписан. Информация в электронной форме, подписанная квалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, и может применяться в любых правоотношениях в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Представленная Обществом Ведомость банковского контроля подписана ЭЦП электронного сервиса «СберБизнес» от Сбербанка. «СберБизнес» это цифровая платформа с набором инструментов для ведения бизнеса. Предназначена для комплексного решения для предпринимателей и компаний, в целях реализации онлайн-управления финансами, получения аналитики, продвижения и взаимодействия между банком и клиентами, а также повышения операционной эффективности, в т.ч. для автоматизации рутинных задач, ведение электронного документооборота, повышение производительности и минимизация человеческого фактора. Кроме того, представленный таможенному органу документ заверен подписью должностного лица и печатью Общества.

Таким образом, представленная Ведомость банковского контроля получена из банка в электронном виде с применением электронно-цифровой подписи, в связи с чем не может считаться ненадлежащим образом заверенной.

Таможенный орган указывает, что платежное поручение № 335 от 27 февраля 2025 года не содержит ссылку на счет № АВР250122 от 22 января 2025 года. Указанное платежное поручение содержит ссылку на контракт на транспортно-экспедиционное обслуживание № 1247-ZY-ABP/RZB от 08 января 2024 года, в рамках которого осуществлен платеж.

Таможенный орган в Решении ссылается на приложение № 19 к договору поставки № 02/AC-ABP/2022-RFZ от 01 марта 2022 года и заявление на перевод от 21 января 2025 года на сумму 795 600 USD и в связи с этим приходит к выводу о непредоставлении декларантом документов подтверждающих существенные условия сделки.

Данный довод таможенного органа не корректен, поскольку: Во-первых, по запросам таможенного органа от 26 января и 31 марта 2025 года по ДТ № 10131010/260125/5025967, Обществом не предоставлялись приложение № 19 и заявление на перевод от 21 января 2025 года: Во-вторых, Обществом представлены заявление на перевод № 10 от 13 февраля 2025 года на сумму 596 700 USD и № 11 от 26 февраля 2025 года на сумму 716 040 USD.

Также обществом предоставлены банковские SWIFTы от 13 и 27 февраля 2025 года.

В дальнейшем подано заявление на перевод № 14 от 19 марта 2025 года на сумму 875 160 USD, что в совокупности составляет сумму 2 187 900 USD, соответствующую приложению № 21 от 24 декабря 2024 года к договору поставки № 02/AC-ABP/2022-RFZ от 01 марта 2022 года. Таким образом, Общество полностью оплатило партию товара, поставленную по договору поставки № 02/AC-ABP/2022-RFZ от 01 марта 2022 года.

В то же время выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых

товаров и др.) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса (абзац 2 пункта 9 Постановления Пленума ВС РФ от 26.11.2019 N 49).

Отказывая Обществу в применении первого метода таможенной стоимости на основании вышеприведенного довода, таможенный орган в ходе таможенного контроля не установил, каким образом несоответствие условий поставки влияет на документальное подтверждение цены сделки, учитывая, что сведения в представленной экспортной декларации КНР полностью соответствуют данным товаросопроводительных и коммерческих документов в части наименования транспортного средства, веса, количества товаров, описания товаров, стоимости за единицу, отправителя, производителя, получателя товаров, полностью соотносятся со сведениями о товарах, заявленными в ДТ, и позволяют однозначно идентифицировать экспортную декларацию с настоящей поставкой товара.

Следует также отметить, что ни в одном запросе от таможенного органа, направленного Обществу в рамках таможенного контроля, не истребовались разрешения на использование товарного знака либо лицензионные договоры. Фактически таможенный орган лишил Общество какой-либо возможности устранить сомнения таможенного органа.

На основании положений ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

Согласно требованиям ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Рассмотрев материалы дела и оценив представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о том, что спорные товары верно классифицированы декларантом.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что решение таможенного органа противоречат нормам законодательства, а также нарушают права заявителя в предпринимательской сфере.

Учитывая изложенное, требования заявителя являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Следовательно, в данном случае имеются основания, предусмотренные ст. 13 ГК РФ и ч. 1 ст. 198 АПК РФ, которые одновременно необходимы для признания

ненормативного акта органа, осуществляющего публичные полномочия, недействительным, а решения или действия незаконными.

В соответствии с ч. 2 ст. 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

В соответствии с п. 3 ч. 4 ст. 201 АПК РФ суд считает необходимым обязать Центральную электронную таможню устранить допущенные нарушения прав и законных интересов ООО "АБП".

В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Освобождение государственных органов от уплаты государственной пошлины на основании подпункта 1.1 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации не влечет за собой освобождение от исполнения обязанности по возмещению судебных расходов, понесенных стороной, в пользу которой принято решение, в соответствии со статьей 110 Кодекса. Данная позиция соответствует разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 N 46 «О применении 9 законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» (абзац третий пункта 21).

На основании изложенного, руководствуясь ст. 65, 71, 110, 167-170, 176, 199-201 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Проверив на соответствие таможенному законодательству, признать незаконным решение Цэлт от 29.04.2025 о внесении изменений в сведения, заявленные в ДТ № 10131010/260125/5025967.

Обязать Цэлт устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя, в установленном законном порядке.

Взыскать с Цэлт (ИНН <***>) в пользу ООО "АБП" (ИНН <***>) расходы по уплате государственной пошлины в размере 50 000,00 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья А.В.Вихарев