Решение по делу № 2А-2292/2023 от 29.03.2023 - о признании незаконными действий сотрудников № отдела ОРЧ (УР) № ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области и сотрудников № отдела полиции УМВД России по Калининскому району Санкт-Петербурга.

Дело №2а-2292/2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 марта 2023 года Санкт-Петербург

Калининский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Смирновой О.А.,

при секретаре Николаевой Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО1 к № отделу ОРЧ (УР) № ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, № отделу полиции УМВД России по Калининскому району Санкт-Петербурга, УМВД России по Калининскому району Санкт-Петербурга, ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, старшему оперуполномоченному ОРЧ (УР) № ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО3 о признании незаконными действий сотрудников № отдела ОРЧ (УР) № ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области и сотрудников № отдела полиции УМВД России по Калининскому району Санкт-Петербурга,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Калининский районный суд города Санкт-Петербурга с административным иском к № отделу ОРЧ (УР) № ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, № отделу полиции УМВД России по Калининскому району Санкт-Петербурга о признании незаконными действий сотрудников данных отделов, выразившихся в составлении протокола административного задержания в отношении ФИО1, водворении его в камеру административно-задержанных и содержании в камере административно-задержанных с 23 час. 00 мин. 11.08.2021 до 02 час. 40 мин. 13.08.2021. Свои требования административный истец обосновал тем, что 11.08.2021 в 22 час. 07 мин. следователем в помещении УМВД России по Калининскому району Санкт-Петербурга был составлен протокол задержания ФИО1 в соответствии со ст. 91 Уголовно-процессуального кодекса РФ. Однако ФИО1 не был помещен в МИВС ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, как указано в протоколе задержания, а был водворен в камеру административно-задержанных, откуда освобожден 13.08.2021 в 2 час. 40 мин. Вместе с тем, административные материалы в полиции в отношении ФИО1 отсутствуют, копия протокола административного задержания ФИО1 не выдана. То есть, в отношении административного истца не возбуждалось дело об административном правонарушении, в связи с чем отсутствовали основания для его задержания. Данные обстоятельства нарушают права административного истца, а именно право на свободу и неприкосновенность личности, регламентированные ст. 22 Конституции РФ, ст. 10 Уголовно-процессуального кодекса РФ, ст. 1.6 Кодекса РФ об административных правонарушениях.

На основании определения Калининского районного суда города Санкт-Петербурга от 16.11.2022 к участию в деле в качестве административных соответчиков привлечены ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, УМВД России по Калининскому району Санкт-Петербурга (л.д. 45-46).

09.03.2023 к участию в деле в качестве соответчика привлечен сотрудник № отдела ОРЧ (УР) № ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО3

В судебном заседании административный истец, его представитель требования поддержали в полном объеме по мотивам, указанным в административном иске, дополнив, что о нарушении своего права узнал после получения ответа из прокуратуры, в котором указывалось на отсутствие протокола об административном правонарушении. В связи с этим, просит восстановить срок на обращение в суд с настоящим административным иском.

Представитель административного ответчика – УМВД России по Калининскому району Санкт-Петербурга в судебном заседании возражала против удовлетворения требований, указав, что административный истец не отрицает, что его административное задержание связано с совершением преступления, в связи с чем он в последующем задерживался. В связи с этим, у сотрудников полиции имелись основания для задержания ФИО1 Кроме того, поскольку задержанию ФИО1 предшествовал рапорт сотрудника полиции об обнаружении в действиях ФИО1 признаков противоправного деяния, то было оформлено административное задержание. В дальнейшем, в действиях ФИО1 сотрудники полиции усмотрели признаки преступления, предусмотренного № Уголовного кодекса РФ, в связи с чем административный истец был задержан в соответствии со ст. 91 Уголовно-процессуального кодекса РФ. Тот факт, что ФИО1 не был привлечен к административной ответственности, не является основанием для признания действий сотрудников полиции незаконными. Кроме того, административным истцом нарушен срок обжалования действий сотрудников полиции, который следует исчислять с момента задержания, а не с момента получения ответа из прокуратуры.

Представитель административного ответчика ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области в судебном заседании требования не признал, указав, что в отношении ФИО1 применена мера по задержанию. ФИО1 с момента задержания знал об этом, отсутствие протокола административного задержания не указывает на то, что ФИО1 не мог знать о нарушении своего права. Административный истец был задержан по подозрению в совершении преступления, после содержания в камере административно-задержанных он находился в МИВС ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. ФИО1 было известно, что в отношении него применено задержание в соответствии со ст. ст. 91, 92 Уголовно-процессуального кодекса РФ, и нахождение в камере административно-задержанных лиц не нарушает его прав. В связи с этим, просит в удовлетворении административного иска отказать, оснований для восстановления срока на обжалование действий сотрудников не имеется.

Административный ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен, что подтверждается его подписью в судебной повестке, а кроме того, подтверждено представителем ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

Представители № отдела ОРЧ (УР) № ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, № отдела полиции УМВД России по Калининскому району Санкт-Петербурга в судебное заседание не вызывались, поскольку указанные лица не являются юридическими лицами, являются структурными подразделениями ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, УМВД России по Калининскому району Санкт-Петербурга соответственно, о чем судом было указано административному истцу и представителю административного истца, предложено уточнить требования. Вместе с тем, административный истец требования в этой части не уточнил.

В связи с этим, а также в соответствии со ст. 150 Кодекса административного судопроизводства РФ, суд считает возможным рассмотреть дело при данной явке, учитывая, что представители ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области и УМВД России по Калининскому району Санкт-Петербурга присутствуют в судебном заседании.

Выслушав пояснения административного истца, его представителя, представителей административных ответчиков, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Конституция Российской Федерации провозглашает человека, его права и свободы высшей ценностью и, исходя из того, что права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими, определяют смысл, содержание и применение законов и обеспечиваются правосудием, возлагает на государство обязанность признавать, соблюдать и защищать эти права и свободы и охранять достоинство личности (статьи 2, 18, 21).

Согласно ч. 1 ст. 4 Кодекса административного судопроизводства РФ каждому заинтересованному лицу гарантируется право на обращение в суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, в том числе в случае, если, по мнению этого лица, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов либо на него незаконно возложена какая-либо обязанность, а также право на обращение в суд в защиту прав других лиц или в защиту публичных интересов в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами.

В соответствии со ст. 218 Кодекса административного судопроизводства РФ гражданин, вправе обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагает, что нарушены или оспорены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Гражданин, организация, иные лица могут обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчиненности орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров.

Исходя из положений п. 1 ч. 2 ст. 227 Кодекса административного судопроизводства РФ, действия и решения могут быть признаны незаконными при наличии одновременно двух условий: несоответствия действий (бездействия) закону и нарушения таким решением, действиями (бездействием) прав и законных интересов заявителя.

Согласно п. 9 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства РФ, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет: нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление; соблюдены ли сроки обращения в суд; соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих: полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия); порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами; соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

Обязанность доказывания обстоятельств, указанных в п.п. 1 и 2 ч. 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, предусмотренных в п.п. 3 и 4 ч. 9 настоящей статьи - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие) (ч. 11 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства РФ).

В судебном заседании установлено, что 08.06.2021 следователем СУ УМВД России по Калининскому району Санкт-Петербурга в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного № Уголовного кодекса РФ (л.д. 98-99).

11.08.2021 в отношении ФИО1 составлен протокол задержания подозреваемого в соответствии с требованиями ст.ст. 91,92 Уголовно-процессуального кодекса РФ (л.д. 69-72), ФИО1 задержан 11.08.2021 в 22 час. 10 мин.

Данный протокол получен ФИО1 лично.

Согласно протоколу задержания от 11.08.2021 ФИО1 направлен для содержания в <адрес>.

Из книги учета лиц, доставленных в дежурную часть территориального органа Министерства внутренних дел РФ по № отделу полиции, ФИО1 доставлен в указанный отдел сотрудником № отдела ОРЧ (УР) № ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО3 11.08.2021 в 23 час. 00 мин. и освобожден 13.08.2021 в 02 час. 40 мин. (л.д. 104-105).

Притом, в указанной книге имеется отметка о задержании ФИО1 в соответствии с протоколом задержания в порядке ст. 91 Уголовно-процессуального кодекса РФ.

Согласно карточке КУД № ФИО1 помещен в камеру содержания задержанных лиц 11.08.2021 в 23 час. 24 мин. в связи с совершением преступления, предусмотренного № Уголовного кодекса РФ (л.д. 106).

Из журнала выдачи постельного белья и журнала учета питания лиц, содержащихся в специальном помещении задержанных лиц более 3 часов, оформленных в № отделе полиции УМВД России по Калининскому району Санкт-Петербурга, следует, что ФИО1 предлагалось постельное белье и питание, от которых он отказался (л.д. 100-103).

Из ответа прокуратуры Калининского района Санкт-Петербурга от 21.06.2022 № следует, что в отношении ФИО1 должностным лицом № отдела ОРЧ № ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области составлен протокол административного задержания №. Также установлено, что ФИО1 11.08.2021 в 23 час. 00 мин. доставлен в № отдел полиции УМВД России по Калининскому району Санкт-Петербурга и помещен для содержания в камеру административно-задержанных, откуда освобожден 13.08.2021 в 02 час. 40 мин. В ходе проведенной проверки установлено, что в отделе полиции административные материалы, составленные в отношении ФИО1, отсутствуют, установить их местонахождение за время проведения проверки, и как следствие, проверить законность и обоснованность доставления в отдел полиции и помещения заявителя в камеру административно-задержанных, не представилось возможным (л.д. 48-51).

Административный истец указывает, что нахождение его в специальном помещении задержанных лиц нарушает его права, в частности, право на свободу передвижения, а также право на задержание в соответствии со ст. 91 Уголовно-процессуального кодекса РФ.

Условия содержания подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, содержащихся под стражей, осужденных, а также лиц, подвергнутых административному задержанию определены Федеральным законом от 15 июля 1995 г. №403-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», Уголовно-исполнительным кодексом РФ, Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 16 декабря 2016 г. №295, Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденными приказом Минюста России от 14 октября 2005 г. №189, постановлением Правительства РФ от 15 октября 2003 г. №627, Федеральным законом от 26 апреля 2013 г. №67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста».

В п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. №47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений (далее - режим мест принудительного содержания) реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления, в общественные наблюдательные комиссии (ст. 33 Конституции Российской Федерации, ст. 2 Федерального закона от 02 мая 2006 г. №59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», п. 2 ч. 1 ст. 15 Федерального закона от 10 июня 2008 г. №76-ФЗ «Об общественном контроле за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания и о содействии лицам, находящимся в местах принудительного содержания», п. 4 ч. 1 ст. 7 Федерального закона от 26 апреля 2013 г. №67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», п. 7 ст. 17 Федерального закона от 15 июля 1995 г. №403-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», ч. 4 ст. 12, ст. 15 Уголовно-исполнительного кодекса РФ, п. 2 ст. 8 Федерального закона от 24 июня 1999 г. №420-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних»).

В силу п.п. 45-47.5 Правил внутреннего распорядка в местах отбывания административного ареста, утвержденных Приказом МВД России от 10.02.2014 №83 лицам, подвергнутым административному аресту, предоставляется индивидуальное спальное место, выдается туалетная бумага, а также по их просьбе мыло, зубная щетка, зубная паста, одноразовая бритва, средства личной гигиены (для женщин). Во временное бесплатное пользование выдаются: постельные принадлежности (матрац, подушка, одеяло), постельное белье (две простыни, наволочка), два полотенца, столовая посуда и столовые приборы (миска, кружка, ложка), только на время приема пищи, для общего пользования в помещения для содержания лиц, подвергнутых административному аресту, выдаются: мыло хозяйственное, настольные игры, издания периодической печати, приобретаемые администрацией места отбывания административного ареста в пределах выделяемых на эти цели средств, уборочный инвентарь для поддержания чистоты в помещении, тазы для гигиенических целей и стирки одежды.

Помещения для содержания лиц, подвергнутых административному аресту, места отбывания административного ареста оборудуются: столом и скамейками по установленному количеству мест в помещении; шкафом для хранения продуктов питания, предметов первой необходимости, обуви, одежды и других промышленных товаров, которые лица, подвергнутые административному аресту, могут иметь при себе, хранить и получать в передачах, посылках и бандеролях; санитарным узлом (с соблюдением необходимых требований приватности) и умывальником с подводкой холодной и горячей воды; вешалкой для верхней одежды; бачком для питьевой воды, качество которой соответствует санитарно-эпидемиологическим требованиям.

Согласно п. п. 4, 11, 12 Положения №627, задержанные лица, находящиеся в специальных помещениях, располагаются на скамьях (диванах). Задержанные на срок более 3 часов лица обеспечиваются питанием и в ночное время местом для сна. Норма площади, устанавливаемая для одного задержанного лица, составляет не менее 2 кв.м.

Как следует из разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. №47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» (п. 14), условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Согласно ст. 9 Федерального закона от 15.07.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел и пограничных органов федеральной службы безопасности предназначены для содержания под стражей задержанных по подозрению в совершении преступлений.

В изоляторах временного содержания в случаях, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом РФ, могут временно содержаться подозреваемые и обвиняемые, в отношении которых в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу.

Согласно ст. ст. 22, 23 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД России от 22.11.2005 №950, подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются бесплатным питанием, достаточным для поддержания здоровья и сил по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется право приобретать по безналичному расчету продукты питания, предметы первой необходимости, а также другие промышленные товары.

Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место.

Подозреваемым и обвиняемым бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин).

Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. По заявлению подозреваемых и обвиняемых радиовещание в камере может быть приостановлено либо установлен график прослушивания радиопередач. В камеры выдаются литература и издания периодической печати из библиотеки места содержания под стражей либо приобретенные через администрацию места содержания под стражей в торговой сети, а также настольные игры.

Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных ч.1 ст. 30 настоящего Федерального закона.

Таким образом, условия содержания в изоляторе временного содержания и в специальном помещении задержанных лиц отличаются в части метража помещений для одного человека.

Вместе с тем, ФИО1 не обжаловал условия содержания, а указывал не незаконность его помещения в специальное помещение задержанных лиц.

Действительно, ФИО1 был задержан в порядке ст. 91 Уголовно-процессуального кодекса РФ, в связи с чем следователем в протоколе задержания указано на дальнейшее помещение ФИО1 в <адрес>

Однако следует учесть, что в соответствии с п. 11 ст. 5 Уголовно-процессуального кодекса РФ под задержанием подозреваемого понимается мера процессуального принуждения, применяемая органом дознания, дознавателем, следователем на срок не более 48 часов с момента фактического задержания лица по подозрению в совершении преступления.

При этом п. 15 ст. 5 Уголовно-процессуального кодекса РФ определен момент фактического задержания, под которым понимается момент производимого в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом РФ, фактического лишения свободы передвижения лица, подозреваемого в совершении преступления.

В силу положений п. 1 ст. 92 Уголовного процессуального кодекса РФ, после доставления подозреваемого в орган дознания или к следователю в срок не более 3 часов должен быть составлен протокол задержания, в котором делается отметка о том, что подозреваемому разъяснены права, предусмотренные ст. 46 Уголовно-процессуального кодекса РФ.

Таким образом, исходя из анализа приведенных положений закона, следует, что уголовно-процессуальное задержание представляет собой продолжительный процесс, к основным элементам которого относятся фактическое лишение свободы передвижения лица, подозреваемого в совершении преступления (п. 15 ст. 5 Уголовного процессуального кодекса РФ), доставление подозреваемого к должностному лицу или в орган, правомочному на применение данной меры процессуального принуждения (ч. 1 ст. 92 Уголовно-процессуального кодекса РФ) и составление протокола уполномоченным на то субъектом уголовно-процессуальной деятельности (ч. 1 ст. 91, ч. 1 ст. 92 Уголовно-процессуального кодекса РФ).

Иными словами, действующее законодательство предусматривает два вида задержания: фактическое и процессуальное, при этом процессуальному задержанию, по итогам которого, а именно после составления протокола о задержании, задержанное лицо приобретает статус подозреваемого, как правило, предшествует фактическое задержание, целью которого являются пресечение противоправной деятельности лица и (или) выяснение его причастности к совершению преступления.

При этом фактическое лишение свободы передвижения лица, подозреваемого в совершении преступлении, может осуществляться в ходе административно-правовой и оперативно-розыскной деятельности уполномоченными на то лицами, то есть за рамками уголовного судопроизводства.

Указанный вывод также согласуется и с положениями п. 15 ст. 5 Уголовно-процессуального кодекса РФ, ст. ст. 91, 92 Уголовно-процессуального кодекса РФ, которые устанавливают для производства задержания единственную процессуальную форму фиксации указанного процессуального действия - составление соответствующего протокола, поскольку вынесение каких-либо иных процессуальных документов при производстве задержания, как длящегося действия, Уголовно-процессуальный закон не предусматривает.

Кроме того, следует учесть, что Законом РФ «О полиции, Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности» обязанность выявлять, предупреждать, пресекать и раскрывать преступления, а также выявлять и устанавливать лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших, - в целях защиты жизни, здоровья, прав и свобод человека и гражданина, собственности, обеспечения безопасности общества и государства от преступных посягательств - возлагается на полицию и органы, осуществляющие оперативно-розыскную деятельность, которые в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 7 и по смыслу ст. ст. 1, 2, ч. 2 ст. 8, ст. 10 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», определяющих цели, задачи, основания и условия проведения оперативно-розыскных мероприятий, вправе проводить оперативно-розыскные мероприятия, в том числе, связанные с ограничениями конституционных прав граждан, при наличии сведений о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, а также о лицах, его подготавливающих, совершающих или совершивших.

Таким образом, осуществление задержания, представляющего собой совокупность определенных действий, может производиться следователем или дознавателем в полном объеме, начиная с момента фактического лишения свободы лица, подозреваемого в совершении преступления, и заканчивая составлением протокола задержания.

Вместе с тем, при соблюдении требований о составлении протокола о задержании именно следователем или дознавателем, следует иметь в виду, что законодательством предусматривается и возможность осуществления действий по фактическому лишению лица свободы, подозреваемого в совершении преступления, а также по доставлению его в орган дознания или следствия уполномоченными сотрудниками правоохранительных органов в рамках выполнения задач, возложенных на них Законом «О полиции» и Законом «Об оперативно-розыскной деятельности» в отсутствие каких-либо иных дополнительных процессуальных документов, регламентирующих их деятельность.

Принимая во внимание, что представленный в материалах дела протокол о задержании ФИО1 был оформлен в его присутствии, а также в присутствии защитника, и с ним ФИО1 был ознакомлен и при этом каких-либо замечаний не представил, этим протоколом подтверждается факт его фактического задержания именно 11.08.2021 в 22 час. 07 мин.

Кроме того, согласно п. 3 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 16.06.2009 №9-П «По делу о проверке конституционности ряда положений статей 24.5, 27.1, 27.3, 27.5 и 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации», само по себе то обстоятельство, что задержанное лицо не было впоследствии привлечено к административной ответственности и не предстало перед судом, не обязательно означает, что задержание было незаконным и нарушало требования ст. 22 Конституции Российской Федерации. Факты и сведения, которые дают основания для применения задержания как предварительной меры принуждения с целью обеспечения производства по делу об административном правонарушении, могут оказаться впоследствии недостаточными для принятия решения об административной ответственности. Требования, обусловливающие правомерность задержания, не предполагают, что компетентное должностное лицо уже в момент задержания должно иметь доказательства, достаточные для разрешения дела по существу. Целью задержания как обеспечительной меры является создание условий для проведения производства по делу о соответствующем административном правонарушении, с тем чтобы были проверены факты, подтверждены или устранены конкретные подозрения, обосновывающие задержание, подготовлены необходимые документы для передачи дела на рассмотрение суда.

Тот факт, что вместо <адрес> ФИО1 был доставлен в специальное помещение для задержанных лиц, расположенное в № отделе полиции УМВД России по Калининскому району Санкт-Петербурга, право ФИО1 на свободу передвижения не ограничивает, поскольку ФИО1 и так был задержан в связи с подозрением в совершении преступления.

Притом, данное время задержания в случае вынесения обвинительного приговора в отношении ФИО1 в силу п. 15 ст. 5 Уголовно-процессуального кодекса РФ засчитывается в срок содержания под стражей и в этом случае права ФИО1 также не нарушает.

Притом, административными ответчиками было заявлено о пропуске ФИО1 срока на обращение с данным административным иском в суд.

Ч. 1 ст. 219 Кодекса административного судопроизводства РФ предусмотрена подача административного искового заявления в суд такой категории дел в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Пропуск срока на обращение в суд без уважительной причины является самостоятельным и достаточным основанием для отказа в удовлетворении административного иска в силу ч. 8 ст. 219 Кодекса административного судопроизводства РФ.

ФИО1 оспаривает законность действий сотрудников полиции, направленных в отношении него и имевших место 11.08.2021, следовательно о нарушении его прав ему стало известно с момента доставления в 21 отдел полиции УМВД России по Санкт-Петербургу в специальное помещение задержанных лиц.

Фактически ФИО1 обратился с настоящим административным иском 14.07.2022, в связи с чем пропустил установленные ст. 219 Кодекса административного судопроизводства РФ процессуальные сроки.

Доводы ФИО1 об уважительности причин пропуска на обжалование действий сотрудников полиции, изложенные в ходатайстве о восстановлении пропущенного процессуального срока (л.д. 95-97), сводятся к тому, что ФИО1 не было достоверно известно о наличии поводов и оснований для задержания в порядке административного законодательства. Как указывает ФИО1, напротив, ему было известно, что такие поводы и основания отсутствуют.

Следовательно, ФИО1 знал, что в отношении него отсутствуют какие-либо материалы, рассматриваемые в порядке Кодекса РФ об административных правонарушениях, а потому имел возможность самостоятельно или через своего защитника подать соответствующий административный иск.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих в своих решениях, Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому право на судебную защиту его прав и свобод и на обжалование в суд решений, действий (или бездействия) органов государственной власти, не устанавливает непосредственно определенный порядок реализации этого права; способы и процедуры судебной защиты, их особенности применительно к отдельным видам судопроизводства и конкретным категориям дел определяются, исходя из Конституции Российской Федерации, федеральными законами. Это предполагает, что федеральный законодатель в соответствии со ст. 71 Конституции Российской Федерации уполномочен, в частности в пределах имеющейся у него свободы усмотрения, устанавливать сроки для обращения в суд, порядок их течения во времени, момент начала и окончания, с тем, чтобы обеспечивать как реальную возможность судебной защиты прав, свобод и законных интересов граждан и их объединений, так и стабильность, определенность и предсказуемость правовых условий для субъектов соответствующих правоотношений.

В целях гарантирования правовой определенности и устойчивости сложившихся правоотношений законодатель, во всяком случае, должен стремиться к тому, чтобы судебно-юрисдикционные механизмы обеспечивали эффективное и своевременное, без неоправданного отлагательства, разрешение вопросов, связанных с предполагаемым нарушением прав и законных интересов, и исключить возникновение ситуаций, при которых такие механизмы могли бы использоваться - в том числе путем возбуждения судебной процедуры спустя чрезмерно длительный после наступления обстоятельств, с которыми заявитель связывает обращение в суд, период - вопреки их основному предназначению, вытекающему из самой сущности правосудия, отвечающего требованиям справедливости, с единственной целью причинения вреда интересам других лиц, что означало бы злоупотребление правом.

С учетом приведенных положений суд приходит к выводу, что помимо указанных выше оснований для отказа в удовлетворении требований, ФИО1 пропущен срок на обжалование действий сотрудников полиции, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 177 Кодекса административного судопроизводства РФ, суд

РЕШИЛ:

Требования ФИО1 к № отделу ОРЧ (УР) № ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, № отделу полиции УМВД России по Калининскому району Санкт-Петербурга, УМВД России по Калининскому району Санкт-Петербурга, ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, старшему оперуполномоченному ОРЧ (УР) № ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО3 о признании незаконными действий сотрудников № отдела ОРЧ (УР) № ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области и сотрудников № отдела полиции УМВД России по Калининскому району Санкт-Петербурга, - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы через Калининский районный суд города Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья

Решение в окончательной форме принято 05.04.2023

УИД 78RS0005-01-2022-008070-57