№RS0№-75 (2-2537/2023)

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

ДД.ММ.ГГГГ <адрес>, РБ

Октябрьский городской суд Республики Башкортостан в составе

председательствующего судьи Сиразевой Н.Р.,

при секретаре Гайфуллиной Ю.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка и признании права собственности на данное имущество,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка и признании права собственности на данное имущество. Требования мотивировал тем, что в производстве Октябрьского городского суда Республики Башкортостан находится гражданское дело № по иску ФИО2 к ФИО1 о признании утратившим право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>, выселении и снятии с регистрационного учета по указанному адресу. После получения искового заявления ФИО1 стала известно, что указанный жилой дом и земельный участок принадлежит его сестре на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО3 и ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 умер. Впервые ФИО2 заявила ФИО1 о том, что дом принадлежит ей и она его намерена продать в апреле 2023 года. Стали приходить покупатели и риелтор. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 заказал выписки из ЕГРН, но в данных выписках было указано, что собственником является физическое лицо без указания данных. На основании указанного истец считает, что ФИО3 в момент совершения сделки не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, как в силу возраста, так и как следствие заболевания - рак четвертой стадии с приёмом сильнодействующих наркотических препаратов. Кроме того, ФИО3 другого жилья не имел и лишиться единственного жилья не мог. ФИО1 не мог знать о совершённой сделке, так как участником сделки не являлся. Данная сделка нарушает права истца на право владения на праве собственности жилым домом и земельным участком. В связи с чем просит суд признать недействительной сделку дарения от ДД.ММ.ГГГГ жилого дома и земельного участка по адресу: <адрес>, заключенную между ФИО3 и ФИО2; признать за ФИО1 право собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные исковые требования поддержал, просил их удовлетворить в полном объеме, ссылаясь на доводы искового заявления.

Ответчик ФИО2 и её представитель по доверенности ФИО4 в судебное заседание не явились, о месте и времени судебного разбирательства извещались надлежащим образом, правом на участие не воспользовались, представлено ходатайство о рассмотрении дела без участия ФИО2

Третье лицо нотариус НО <адрес> РБ ФИО5, извещенная надлежащим образом, в судебное заседание не явилась, ранее заявлено ходатайство о рассмотрении дела без её участия (л.д. 134).

Изучив и оценив материалы дела, в пределах заявленных исковых требований и представленных доказательств, выслушав истца, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 153 ГК РФ, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу ч. 3 ст. 154 ГК РФ, для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В соответствии с ч. 2 ст. 218 ГК РФ, право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Частью 1 ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Из содержания ч. 2 ст. 434 ГК РФ следует, что договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена документами посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.

Согласно ст. 572 ГК РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии со ст. 574 ГК РФ, договор дарения недвижимого имущества должен быть совершен в письменной форме и подлежит государственной регистрации.

По своему содержанию договор дарения является двусторонним договором: каждая сторона имеет права и обязанности. Основной обязанностью продавца по договору является передача вещи в собственность одаряемого, а одаряемый обязан принять вещь (является реальной сделкой).

Согласно ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Положениями ст. 167 ГК РФ установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу ч. 4 ст. 1152 ГК РФ, принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

В соответствии со ст. 301 ГК РФ, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 безвозмездно передал в собственность ФИО2 жилой дом с земельным участком, находящиеся по адресу: <адрес>, о чем следует из договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, копия которой приобщена к материалам дела.

Согласием № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 дала согласие ФИО3 подарить на его условиях и по его усмотрению ФИО2 нажитое ими в браке имущество, состоящее из земельного участка и жилого дома, находящихся по адресу: <адрес>.

Доверенностью серия <адрес>9 от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 уполномочила ФИО6 подарить ФИО3 земельный участок и объект индивидуального жилищного строительства, расположенные по адресу: <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 от имени которой действовала ФИО6 передала в собственность вышеуказанные жилой дом и земельный участок ответчику ФИО1, что подтверждается представленным договором дарения от ДД.ММ.ГГГГ, копия которого приобщена к материалам дела.

После, ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 подарил ФИО2 земельный участок и размещенный на нем жилой дом, расположенные по адресу: <адрес>, о чем представлен договор дарения земельного участка с жилым домом от ДД.ММ.ГГГГ, копия данного договора имеется в материалах дела.

Представленными ответами на судебные запросы и документами - свидетельство о рождении ФИО1 серия № от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельство о браке серия № от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что истец ФИО1 и ответчик ФИО2 являются родными братом и сестрой, их родителями являются мать ФИО6, отец ФИО3

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ, о чем усматривается из представленного свидетельства о смерти серия № от ДД.ММ.ГГГГ, выданного Отделом ЗАГС <адрес> комитета Республики Башкортостан по делам юстиции.

Согласно свидетельству о смерти серия № от ДД.ММ.ГГГГ, выданного Отделом ЗАГС <адрес> комитета Республики Башкортостан по делам юстиции, ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла ДД.ММ.ГГГГ

В обоснование заявленных требований о признании сделки в отношении спорных объектов недвижимости недействительной ФИО1, в исковом заявлении указано на то, что заключая договор дарения, умерший ФИО3 не мог отдавать себе отчет в своих действиях, так как страдал тяжелым заболеванием.

В силу ст. 1142 ГК РФ истец ФИО1 и ответчик ФИО2 относится к наследникам первой очереди.

С учетом доводов и возражений сторон, а также, с целью полного и всестороннего исследования всех обстоятельств дела, на основании определения Октябрьского городского суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ по делу было назначено проведение судебно-психиатрической (посмертной) экспертизы, порученной экспертам Республиканской клинической психиатрической больницы № Министерства здравоохранения Республики Башкортостан.

Согласно выводам заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 на момент подписания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ обнаруживал признаки других непсихотических расстройств в связи со смешанными заболеваниями (F06.828). Об этом свидетельствуют данные о возрасте подэкспертного, имеющихся у него заболеваниях (ишемическая болезнь сердца, хроническая сердечная недостаточность, дыхательная недостаточность, сахарный диабет), длительное течение которых могло сопровождаться снижением интеллектуально-мнестических функций и изменениями в эмоционально-волевой сфере. Однако, как показывает анализ материалов гражданского дела и медицинской документации, у него не наблюдалось грубых нарушений памяти, мышления, интеллекта, критических и прогностических способностей, в его поведении не отмечалось признаков нарушенного сознания, обманов восприятия, бредовой симптоматики (в противном случае, это нашло бы свое отражение в представленной медицинской документации) и, следовательно, на момент подписаниядоговора дарения от ДД.ММ.ГГГГ он был способен к самостоятельному принятию решений, произвольному поведению, реализации своих решений, к критической оценке и прогнозированию последствий совершаемой сделки, он понимал юридические особенности сделки и прогнозировал ее последствия, и мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Суд не находит оснований ставить под сомнение выводы, изложенные в акте проведенной по делу судебной экспертизы, комиссия экспертов, состояла из квалифицированных врачей-специалистов в области психиатрии и психологии с длительным стажем экспертной работы, комиссией экспертов дана соответствующая оценка всем письменным материалам дела, медицинской документации, выводы экспертов основаны на имеющихся в материалах дела доказательствах, в том числе показаниях свидетелей, допрошенных в рамках рассмотрения дела, оснований сомневаться в правильности выводов экспертов у суда не имеется, ни один из экспертов, входящих в состав комиссии, не высказал особого мнения по поставленным на разрешение экспертов вопросов, судебная экспертиза проведена с соблюдением требований ст.ст. 84 - 86ГПК РФ.

Кроме того, проанализировав содержание заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, является полным и последовательным, согласуется с другими имеющимися в материалах дела доказательствами, в связи с чем оснований ставить под сомнение данное заключение не имеется.

Каких-либо доказательств, ставивших под сомнение выводы комиссии экспертов о невозможности установить степень тяжести психических нарушений ФИО3 и о невозможности однозначно утверждать о его неспособности понимать значение своих действий, истцом суду представлено не было.

Кроме того, суд принимает во внимание те обстоятельства, что эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения и не является лицом, заинтересованным в исходе дела, в связи с чем полагает необходимым принять указанное экспертное заключение в качестве доказательства по делу.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

Вместе с тем, каких-либо иных допустимых доказательств, опровергающих выводы проведенной по делу судебной экспертизы, суду не представлено.

Допрошенные в качестве свидетелей ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 ФИО11, суду однозначных, сведений о том, что ФИО3 не понимать значение своих действий и не мог руководить ими, не сообщили, указывали лишь на то, что он при жизни узнавал их, при этом, тяжело болел, был малоподвижен и необщителен.

Оценив показания допрошенных свидетелей, суд находит содержание показаний свидетелей о состоянии здоровья ФИО3 не могут быть признаны достаточными доказательствами психического состояния ФИО3, при котором он не понимала значение своих действий и не мог руководить ими.

Согласно ч. 1 ст. 177 ГК РФ, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Необходимым условием действительности сделки является соответствие волеизъявления воле лица, совершающего сделку. Таким образом, сделку, совершенную гражданином в состоянии, когда он не осознавал окружающей его обстановки, не отдавал отчета в совершаемых действиях и не мог ими руководить, нельзя считать действительной.

Для разрешения данного спора юридическое значение имеет не только наличие психического расстройства, но и степень тяжести такого расстройства, степень нарушения личностных характеристик, что и оказывает влияние на способность человека понимать значение своих действий.

Оспаривая договор дарения как недействительную сделку, истец ссылается на то, что ФИО3 при заключении договора дарения принадлежащие ему земельного участка и жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ не понимал значение своих действий и не мог руководить ими в силу своего болезненного состояния.

Руководствуясь положениями ст. 177 ГК РФ, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, учитывая, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих обстоятельства, на которых он основывает свои требования, а именно не доказано, что в момент заключения указанного договора дарения ФИО3 не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, учитывая, что в силу положений Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» действует презумпция полноценного психического состояния здоровья гражданина пока не доказано иное, суд приходит к выводу о том, что при изложенных обстоятельствах указание в экспертном заключении на то обстоятельство, что ФИО3 обнаруживал признаки Других непсихотических расстройств в связи со смешанными заболеваниями (F06.828), само по себе не может служить безусловным и достаточным основанием для признания названного договора дарения недействительным по основаниям ст. 177 ГК РФ.

Вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ истцом не доказана вся совокупность обстоятельств, при наличии которых оспариваемый договор дарения, могло быть квалифицировано как сделка, совершенная лицом не способным понимать значение своих действий или руководить ими, доводы истца о наличии оснований, приведенных в иске, для признания договора дарения квартиры недействительным, не нашли своего объективного подтверждения в ходе рассмотрения дела.

Обусловленная тем или иным психическим нарушением неспособность при осуществлении определенных прав и обязанностей в полной мере понимать значение своих действий или руководить ими далеко не всегда означает, что гражданин не в состоянии принимать осознанные самостоятельные решения во всех сферах социальной жизни и совершать юридически значимые действия.

Сами по себе различные заболевания (в том числе, ишемическая болезнь сердца, хроническая сердечная недостаточность, дыхательная недостаточность, сахарный диабет), умеренные когнитивные нарушения и нуждаемость в помощи в быту в юридически значимый период, на что ссылается истец, не свидетельствуют о том, что у ФИО3 на момент совершения оспариваемого договора дарения имелись именно устойчивые психические и интеллектуальные нарушения, которые могли мешать его полному и эффективному участию в жизни общества наравне с другими.

Оценив заключение судебной экспертизы в совокупности с иными собранными по делу доказательствами по правилам ст. ст. 12, 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что в ходе судебного разбирательства истцом в нарушение ст. 56 ГПК РФ допустимых и достоверных доказательств наличия обстоятельств, являющихся основанием к признанию договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ недействительным по основаниям ст. 177 ГК РФ, не представлено, а судом таковых добыто не было.

Таким образом, обстоятельств, свидетельствующих о том, что в юридически значимый период времени, относящийся к моменту заключения договора дарения ДД.ММ.ГГГГ, страдал каким-либо психическим расстройством, по своему психическому состоянию не мог понимать значение своих действий и руководить ими, не установлено.

Учитывая изложенное, поскольку доказательств, свидетельствующих о том, что на момент заключения договора дарения ФИО3 не осознавал значение своих действий и не мог руководить ими, представлено не было, а также обращая внимание, что само по себе наличие у ФИО3 заболевания, о его неспособности понимать значение своих действий при заключении договора дарения не свидетельствует, суд отказывает в удовлетворении исковых требований ФИО1, в том числе в части признания за ним право собственности на спорное недвижимое имущество в виде жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 (ИНН № к ФИО2 (ИНН № о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ и признании права собственности на данное имущество, отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан через Октябрьский городской суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья Н.Р. Сиразева