Дело № 22-1665/23 Судья Бокин Е.А.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

29 августа 2023 года г.Благовещенск

Судебная коллегия по уголовным делам Амурского областного суда в составе:

председательствующего Лисниченко Д.А.,

судей Данилина Д.А., Пономарёвой О.А.,

при ведении протокола секретарями Поповой Н.Н., Конопко Я.В.,

с участием осуждённого Ярёменко А.А., его защитника Романовой Т.И., осуждённого Токарева И.А., его защитника Цыбуля А.А., прокурора Середа О.А.,

рассмотрела апелляционные жалобы осуждённых Ярёменко А.А., Токарева И.А., адвоката Романовой Т.И. на приговор Благовещенского городского суда Амурской области от 12 мая 2023 года, которым

Ярёменко Александр Алексеевич, <дата> года рождения, уроженец <адрес>, не судимый,

осуждён по ч.4 ст.159 УК РФ к трём годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Ярёменко А.А. лишён почётного звания «Заслуженный мелиоратор Российской Федерации».

Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу; в срок отбывания наказания зачтено время содержания под стражей с 12 февраля по 27 ноября 2020 года, с 12 мая 2023 года до дня вступления приговора в законную силу из расчёта один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы;

Токарев Игорь Александрович, <дата> года рождения, уроженец <адрес>, не судимый,

осуждён по ч.4 ст.159 УК РФ к трём годам двум месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу; в срок отбывания наказания зачтено время содержания под стражей с 4 февраля по 27 ноября 2020 года, с 12 мая 2023 года до дня вступления приговора в законную силу из расчёта один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы.

Решены вопросы о мере пресечения, гражданском иске, аресте на имущество Ярёменко А.А. и о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад председательствующего, выступления осуждённого Ярёменко А.А., его защитника Романовой Т.И., осуждённого Токарева И.А., его защитника Цыбуля А.А., прокурора Середа О.А., судебная коллегия

УСТАНОВИЛ

А:

Ярёменко А.А. и Токарев И.А. осуждены за совершение мошенничества, то есть хищения чужого имущества путём обмана, группой лиц по предварительному сговору, с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере.

В апелляционных жалобах осуждённый Ярёменко А.А. и его защитник Романова Т.И., ссылаясь на ст.123 Конституции РФ, ч.1 ст.6, ст.7, ч.1 ст.11, ч.2 ст.43 УК РФ, ст.15, п.2 ч.1 ст.153, 244, 297, 389.2, 389.15, 389.18 УПК РФ, Федеральный закон «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2010 года №28 «О судебной экспертизе по уголовным делам», от 22 декабря 2015 года №58 «О практике назначения судами РФ уголовного наказания», ч.1, 2 и 3 ст.10 Кодекса судейской этики, а также на доказательства по делу, которым дают собственную оценку и анализ, просят приговор отменить, уголовное дело вернуть прокурору, при этом указывают:

- суд необоснованно неоднократно отказывал стороне защиты в удовлетворении ходатайств о назначении строительно-технической экспертизы, о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ и о соединении уголовных дел;

- в отношении Ярёменко А.А. и Токарева И.А. было возбуждено 2 уголовных дела по ч.4 ст.159 УК РФ, касающихся невыполнения работ по контракту №01-2015 на объекте «Реконструкция Ракитной осушительной системы Ивановского района Амурской области» и по контракту №03-2015 на объекте «Реконструкция Димской осушительной системы Ивановского района Амурской области», которые расследовались следователем в рамках одного производства, однако 16 октября 2021 года без достаточных к тому оснований данное уголовное дело было выделено в отдельное производство и в настоящее время второе уголовное дело, касающееся Димской осушительной системы, находится в производстве судьи Благовещенского городского суда, однако раздельное рассмотрение указанных дел может отразиться на всесторонности и объективности их рассмотрения, поскольку могут быть установлены взаимоисключающие обстоятельства и нарушено право на защиту, в связи с чем указанные уголовные дела должны быть соединены в одно производство (аналогичный довод содержится в апелляционной жалобе осуждённого Токарева И.А.);

- в приговоре не приведены мотивы и цель совершения преступления, не определён реальный размер ущерба, не раскрыта объективная сторона преступления, не раскрыт способ совершения преступления, в частности, не указано, когда и где Ярёменко А.А. обманывал потерпевшего и использовал своё служебное положение; при описании преступного деяния не указано, какие конкретно работы, указанные в документах по форме КС-2 и КС-3, предусмотренные проектно-сметной документацией, не выполнены и на какую сумму, что нарушает право Ярёменко А.А. на защиту;

- суд необоснованно принял во внимание признательные показания осуждённого Токарева И.А., поскольку он не указал, в чём выражается объективная и субъективная стороны преступления, способ и мотивы совершения преступления;

- в основу приговора необоснованно положены показания свидетелей Свидетель №1, привлечённого в качестве специалиста, не имеющего при этом технического и строительного образования, Свидетель №25, которая по реконструкции Ракитной осушительной системы ничего не смогла пояснить, поскольку не работала в то время и пояснила, что по слухам ей известно, что руководителем ООО «Амурмелиорация» являлся Ярёменко А.А., а также Свидетель №24 и Пократьева, которым об обстоятельствах выполнения работ по Ракитной осушительной системе ничего не известно; показания свидетеля Свидетель №2 являются противоречивыми и опровергаются показаниями Ф.И.О.20 и Свидетель №7;

- суд необоснованно признал допустимым доказательством заключение строительно-технической судебной экспертизы №27-2021 от 27 августа 2021 года; которое не отвечает требованиям обоснованности, достоверности и полноты, поскольку: не учтены нормативно-правовые и рекомендуемые документы, имеющие отношение к объекту экспертизы; неверно применён ориентировочный коэффициент запаса на уплотнение взамен фактического коэффициента уплотнения; ошибочно применена методика определения годового износа макрошероховатых дорожных покрытий, которая не применима к внутрихозяйственным автомобильным дорогам местного значения, выполненным из песчано-гравийной смеси; отсутствуют результаты полевого исследования по оценке технического состояния автомобильных дорог; отсутствуют результаты определения фактических качественных показателей ПГС исследуемых дорог, полученных по результатам лабораторных испытаний проб ПГС, отобранных из дорожной одежды исследуемых дорог; не уточнена дорожно-климатическая зона на период эксплуатации объекта экспертизы; проигнорированы сроки службы автомобильных дорог до проведения капитального ремонта; эксперт Ф.И.О.21, проводивший экспертизу №27-2021 от 27 августа 2021 года, в судебном заседании на вопрос – почему была применена методика определения годового износа макрошероховатых дорожных покрытий, пояснил, что другой методики не нашёл; в связи с неправильно выбранной экспертом методикой, неправильно применённым коэффициентом запаса на уплотнение, игнорированием срока службы автомобильных дорог до проведения капитального ремонта, экспертами неверно была определена сумма износа дороги, в связи с чем неправильно установлен размер причинённого ущерба в сумме 8472369 рублей (аналогичный довод содержится в апелляционной жалобе осуждённого Токарева И.А.);

- судом первой инстанции не были выполнены указания суда апелляционной инстанции, данные при отмене постановления о возвращении уголовного дела прокурору, стороне защиты было необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства о назначении повторной или дополнительной судебной экспертизы;

- выводы суда первой инстанции противоречивы, поскольку при возвращении уголовного дела прокурору, суд пришёл к выводу, что обвинительное заключение не соответствует требованиям УПК РФ, однако в приговоре суд указал, что органом следствия не допущено нарушений УПК РФ;

- суд, не приняв во внимание показания специалистов Ф.И.О.29, Ф.И.О.30, признав допустимым доказательством показания специалиста Свидетель №1, и отвергнув все доводы защиты, проявил обвинительный уклон;

- отступление от проекта и невнесение соответствующих изменений в проектную и рабочую документацию ФГБУ «Управление Амурмелиоводхоз» по дороге П-9 не может служить основанием для признания осуждённых виновными в хищении денежных средств применительно к дороге П-9 (аналогичный довод содержится в апелляционной жалобе осуждённого Токарева И.А.);

- назначенное Ярёменко А.А. наказание является чрезмерно суровым; суд лишь перечислил смягчающие наказание обстоятельства, приняв во внимание их не в полной мере; Ярёменко А.А. является ветераном труда, почётным работником агропромышленного комплекса России, награждён знаком за заслуги в мелиорации, является кандидатом сельскохозяйственных наук, положительно характеризуется, награждён званием «Заслуженный мелиоратор Российской Федерации», имеет многочисленные благодарственные письма, грамоты, не судим, находится в преклонном возрасте, на учётах у нарколога и психиатра не состоит, имеет заболевания; судом необоснованно не изменена категория преступления в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ; судом не приведено мотивов для необходимости лишения Ярёменко А.А. почётного звания «Заслуженный мелиоратор Российской Федерации»; просят суд апелляционной инстанции применить правила ч.6 ст.15 УК РФ, а также ст.73 УК РФ.

В апелляционной жалобе осуждённый Токарев И.А., цитируя ст.2, 6, 43, 60 УК РФ, ст.297, 389.15 УПК РФ, Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года №58, приводя доводы, по большей части схожие с доводами апелляционных жалоб осуждённого Ярёменко А.А. и адвоката Романовой Т.И., просит приговор отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение, при этом дополнительно указывает, что назначенное ему наказание является чрезмерно суровым, его данные о личности исследованы судом поверхностно, не принято во внимание, что он ранее не судим, на учётах у нарколога и психиатра не состоит, состоит в браке, имеет положительную характеристику с мест работы, учёбы, жительства, к административной ответственности не привлекался, судом в должной мере не принято во внимание, что он в ходе следствия и в судебном заседании признал вину в полном объёме, раскаялся в содеянном, принял меры к частичному возмещению ущерба, что свидетельствует об активном способствовании раскрытию и расследованию преступления, в судебном заседании он принёс извинения потерпевшему; все перечисленные обстоятельства уменьшают степень общественной опасности совершённого преступления и позволяют назначить ему наказание с применением положений ч.6 ст.15, ст.64 и ст.73 УК РФ.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Митичкина Е.Ю. и представитель потерпевшего – Министерства сельского хозяйства РФ Ф.И.О.64 просят оставить приговор без изменения, а апелляционные жалобы осуждённых Токарева И.А., Ярёменко А.А. и адвоката Романовой Т.И. без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Обстоятельства, при которых осуждённые совершили преступление и которые в силу ст.73 УПК РФ подлежали доказыванию по делу, судом установлены правильно.

Вопреки доводам жалоб, выводы суда о виновности Ярёменко А.А. и Токарева И.А. в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, подтверждаются достаточной совокупностью допустимых и достоверных доказательств, исследованных в судебном заседании, которым судом дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст.88 УПК РФ, в том числе:

- показаниями осуждённого Токарева И.А., согласно которым в ФГБУ «Управление «Амурмелиоводхоз» он работал с 2003 года, в разных должностях, с мая 2017 года по февраль 2020 года был его руководителем. До его назначения на должность руководителя состоял в комиссии по приёмке выполненных работ по реконструкции Ракитной осушительной системы. Подрядчиком этих работ являлось ООО «Амурмелиорация». В процессе приёмки работ возникали ситуации, что работы были выполнены некачественно, однако они принимались и оплачивались. Об этом он докладывал Ярёменко А.А., который всё знал. Он признаёт вину в совершении мошенничества группой лиц по предварительному сговору. Сговор заключался в том, что они принимали не полностью выполненные работы, которые затем оплачивались. Ему было известно, что ООО «Амурмелиорация» создал Ярёменко А.А., который курировал её деятельность, ставил задачи, определял порядок выполнения работ;

- показаниями представителя потерпевшего – Министерства сельского хозяйства РФ Ф.И.О.35, согласно которым учредителем ФГБУ «Управление «Амурмелиоводхоз» является Министерство сельского хозяйства РФ. Приказом заместителя Министра сельского хозяйства РФ от 12.05.2017 года №66-кр с 16.05.2017 временное исполнение обязанностей директора возложено на Токарева И.А., приказом врио директора ФГБУ «Управление «Амурмелиоводхоз» от 19.05.2017 года №07-л на должность заместителя директора принят Ярёменко А.А., который ранее в период с 16.12.2010 года по 16.05.2017 года занимал должность директора указанного Учреждения.

27.01.2015 года по результатам проведённого электронного аукциона между ФГБУ «Управление «Амурмелиоводхоз» и ООО «Амурмелиорация» заключен государственный контракт №01-2015 стоимостью 184 247 437 рублей 62 копейки на выполнение комплекса работ по объекту «Реконструкция Ракитной осушительной системы Ивановского района Амурской области». Государственный контракт со стороны ФГБУ «Управление «Амурмелиоводхоз» подписан директором Ярёменко А.А. В рамках выполнения данного государственного контракта со счёта Минсельхоза России на счёт ООО «Амурмелиорация» в период с 02.06.2015 года по 27.11.2017 года перечислены денежные средства на общую сумму 184 247 437 рублей 62 копейки.

Вместе с тем, часть работ по нему принята и оплачена на основании актов приёмки выполненных работ, подписанных Ярёменко А.А., без фактического их выполнения подрядчиком ООО «Амурмелиорация».

До настоящего времени материальный ущерб, причинённый преступными действиями Ярёменко А.А. и Токарева И.А., не возмещён, дорожно-строительные работы по государственному контракту на выполнение комплекса работ по объекту реконструкция Ракитной осушительной системы Ивановского района Амурской области не выполнены;

- показаниями свидетеля Свидетель №1, согласно которым в течение 2019 года он привлекался сотрудниками правоохранительных органов в качестве специалиста к осмотру Ракитной осушительной системы Ивановского района Амурской области. Перед осмотром ему была предъявлена проектная и рабочая документация, по которым производились работы по её реконструкции. Он проверял соответствие проектной документации фактически выполненным работам. С применением технических средств измерения им совместно со специалистом-маркшейдером были произведены измерительные работы, в результате которых установлено, что часть работ не были выполнены. В представленной им в ходе проверки проектной документации каких-либо согласованных, утверждённых изменений нет, то есть отступления от проекта при фактическом выполнении работ быть не должно;

- показаниями свидетеля Свидетель №2 о том, что с 1 декабря 2010 года он работает в ФГБУ «Управление «Амурмелиоводхоз». На момент заключения государственного контракта №01-2015 он входил в состав единой приёмочной комиссии. Неоднократно, в результате запланированных выездов членов комиссии на места производства работ по контракту, ими выявлялись нарушения при строительстве, а также расхождения выполненных работ с проектной документацией, о чём лично в устной форме сообщалось директору Ярёменко А.А. Выявленные нарушения были очевидны. Ему известно, что работы по «Реконструкции Ракитной осушительной системы Амурской области» для Ярёменко А.А. представляли личную заинтересованность. Понял он это из разговоров с Токаревым И.А., который от имени Ярёменко А.А. неоднократно просил его и других членов комиссии принять некачественно выполненные или выполненные не в полном объёме работы по указанному контракту, в том числе и те, о которых он указал выше. В связи с тем, что Ярёменко А.А. и Токарев И.А. на тот момент времени являлись его непосредственными руководителями, не желая иметь проблем в повседневной трудовой деятельности, он был вынужден в числе других членов приёмочной комиссии, выполнять просьбу Токарева И.А. и, закрывая глаза на нарушения строительства, неполноту и несвоевременность выполнения работ по контракту, подписывал акты принятия выполненных работ. Кроме того, с момента назначения Токарева И.А. 16 мая 2017 года на должность врио директора ФГБУ «Управление «Амурмелиоводхоз», аналогичным образом тот лично подписывал формы КС-2, КС-3 на фактически выполненные работы по контракту №01-2015 по объекту: «Реконструкция Ракитной осушительной системы Амурской области». При этом нарушения по-прежнему имели место быть, однако Токарев И.А. просил, чтобы он и другие члены комиссии, несмотря на наличие нарушений, подписывали акты принятия выполненных работ;

- показаниями свидетеля Свидетель №3 о том, что в 2006 году она устроилась бухгалтером в ООО «Амурмелиорация», на работу её принимал Ярёменко А.А. В конце 2013 года ей от Ярёменко А.А. поступило предложение о покупке у него ООО «Амурмелиорация». Ярёменко А.А. заверил и убедил её в том, что фирма будет работать как и раньше, она как исполняла обязанности бухгалтера, так и будет их исполнять и лишь формально становилась директором и учредителем. Как и прежде управлял обществом, а также распоряжался его ресурсами и финансами Ярёменко А.А. В январе 2015 года по результатам проведённого электронного аукциона между ФГБУ «Управление «Амурмелиоводхоз» и ООО «Амурмелиорация» заключен государственный контракт №01-2015 стоимостью более 100 000 000 рублей на выполнение комплекса работ по объекту «Реконструкция Ракитной осушительной системы Ивановского района Амурской области». Как подавалась заявка на участие в аукционе ей не известно, этим всем занимался Ярёменко А.А., она лишь подписала договор, поскольку являлась формально руководителем общества. Оплаты по контракту за выполненные работы производились ежемесячно, после принятия работ и подписания актов КС. Вся прибыль предприятия распределялась лично Ярёменко А.А., она никакого участия в этом не принимала, только подписывала по указанию Ярёменко А.А. бухгалтерские документы. Дивиденды лично она никогда не получала, их получал Ярёменко А.А. В каких суммах начислялись дивиденды она не знает. Так как она была номинальным директором и учредителем ООО «Амурмелиорация», то дивиденды предназначались фактического директору – Ярёменко А.А. Документы на выплату дивидендов готовила главный бухгалтер ООО «Амурмелиорация» Свидетель №4 по распоряжениям Ярёменко А.А.;

- показаниями свидетеля Свидетель №4, согласно которым до 2013 года директором ООО «Амурмелиорация» был Ярёменко А.А., который в 2013 году в связи с тем, что не мог совмещать должность директора ФГУП «Управление «Амурмелиоводхоз» и ООО «Амурмелиорация» продал ООО «Амурмелиорация» Свидетель №3 После оформления сделки к ней обратился Ярёменко А.А., сообщив, что, несмотря на юридическую смену директора он по прежнему будет являться руководителем предприятия и ей необходимо будет по прежнему выполнять его распоряжения, а Свидетель №3 является директором номинально, что также в разговоре и подтвердила сама Свидетель №3 В дальнейшем порядок работы не изменился, она исполняла указания Ярёменко А.А., а документы, подготовленные ею, по указанию Ярёменко А.А. подписывала Свидетель №3 В январе 2015 года по результатам проведённого электронного аукциона между ФГБУ «Управление «Амурмелиоводхоз» и ООО «Амурмелиорация» заключен государственный контракт №01-2015 стоимостью более 100 000 000 рублей на выполнение комплекса работ по объекту «Реконструкция Ракитной осушительной системы Ивановского района Амурской области». Оплаты по контракту за выполненные работы производились согласно графику сдачи работ. Часть прибыли предприятия ООО «Амурмелиорация» передавалась лично Ярёменко А.А. по его же указанию, а Свидетель №3 лишь подписывала изготовленные ею (Свидетель №4) расходно-кассовые ордера. Свидетель №3 иного вознаграждения, кроме своей заработной платы, не получала. Все дивиденды от ООО «Амурмелиорация» получал Ярёменко А.А., как фактический учредитель. По указанию Ярёменко А.А. она готовила документы на выплату дивидендов, потом в банке получала деньги, которые впоследствии передавала Ярёменко А.А.;

фактическими данными, зафиксированными в:

- заключении экономической судебной экспертизы №19/б от 8 июля 2020 года, согласно которому сумма поступивших лимитов бюджетных обязательств от главного распорядителя бюджетных средств – Министерства сельского хозяйства России в адрес получателя бюджетных средств – ФГБУ Управление «Амурмелиоводхоз» за период с 01.01.2014 года по 31.12.2019 года, составила 1 013 473 437, 62 рублей. Из них сумма израсходованных лимитов бюджетных обязательств за выполненные работы по реконструкции Ракитной осушительной системы Ивановского района Амурской области составила 194 247 437, 62 рублей, сумма израсходованных лимитов бюджетных обязательств, поступивших в адрес контрагента ООО «Амурмелиорация», составила 364 347 437, 62 рублей (т.10 л.д.252-318);

- протоколах осмотров дорожной сети Ракитной осушительной системы Ивановского района Амурской области, согласно которым осмотрена дорожная сеть указанной осушительной системы, которая представлена в виде грунтовых дорог: ПД, ВД, ВД-1, П-1, П-2, П-3, П-4, П-5, П-6, П-7 и П-8. Установлено, что покрытие проезжей части осматриваемых дорог выполнено песко-гравийной смесью. Рассчитана общая площадь дорог, которая составила 266 317,12 м2. Также установлено отсутствие дороги П-9 в месте, предусмотренном проектной документацией (т.6 л.д.131-236, т.12 л.д.1-8);

- заключении строительно-технической судебной экспертизы №27-2021 от 27 августа 2021 года, согласно которому стоимость невыполненных работ по устройству дорожной одежды из песчано-гравийной смеси, с учётом износа покрытия дорожной одежды на объекте «Реконструкция Ракитной осушительной системы, Ивановский район, Амурская область», составляет 8 472 369 рублей (т.10 л.д.151-196);

- заключении экономической судебной экспертизы № 37/б от 24 июля 2020 года, согласно которому сумма выплаченных ООО «Амурмелиорация» дивидендов за период с 01.01.2014 года по 31.12.2019 года составила 30 520 000 рублей (т.10 л.д.206-243).

Виновность Ярёменко А.А. и Токарева И.А. в совершении преступления подтверждается и иными доказательствами по делу, приведёнными в приговоре.

Вопросы допустимости и относимости доказательств были рассмотрены судом согласно требованиям главы 10 УПК РФ. Суд, вопреки доводам жалоб, привёл в приговоре мотивы, по которым признал одни доказательства достоверными и допустимыми, и отверг другие (показания осуждённого Ярёменко А.А. об отсутствии в его действиях состава преступления, о том, что он не являлся фактическим руководителем ООО «Амурмелиорация», о том, что он не давал указания членам комиссии по приёмке невыполненных работ, а также показания осуждённых Ярёменко А.А. и Токарева И.А. о неверно установленном размере причинённого ущерба) в части, противоречащей фактическим обстоятельствам дела, правомерно признав их недостоверными, и, придя к правильному выводу о доказанности вины Ярёменко А.А. и Токарева И.А. в совершении инкриминируемого им преступления, обоснованно постановил обвинительный приговор.

Таким образом, лишены оснований утверждения в жалобах о том, что приговор является незаконным и необоснованным, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, в действиях осуждённых отсутствует состав преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, вина осуждённых не доказана, предъявленное обвинение не подтверждается исследованными доказательствами.

Несогласие стороны защиты с положенными в основу приговора доказательствами, как и с приведённой их оценкой, не может свидетельствовать о неправильном применении уголовного и уголовно-процессуального законов, о допущенных существенных нарушениях УПК РФ и об обвинительном уклоне суда.

Судом были проверены и получили мотивированную оценку все доводы стороны защиты, а несовпадение выводов суда с позицией защиты не влечёт отмену приговора и оправдание осуждённых.

Оценивая показания представителя потерпевшего и свидетелей, суд правильно указал, что они являются допустимыми и достоверными, согласуются между собой и с другими собранными по делу доказательствами, существенных противоречий не содержат, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, оснований сомневаться в их правильности не имеется.

Утверждения осуждённого Ярёменко А.А. и его защитника о том, что суд необоснованно принял во внимание признательные показания осуждённого Токарева И.А., не указавшего, в чём выражается объективная и субъективная стороны преступления, способ и мотивы совершения преступления, несостоятельны, поскольку уголовно-процессуальный закон не возлагает на суд полномочие принимать во внимание признательные показания осуждённого только при условии подробного раскрытия им всех объективных и субъективных признаков состава преступления.

Ссылка осуждённого Ярёменко А.А. и его защитника в жалобах на то, что из показаний свидетелей Свидетель №21, Свидетель №20, Свидетель №19, Свидетель №16, Свидетель №17, Свидетель №14, Свидетель №13 следует, что когда в ходе приёмки работ выявлялись недостатки, они устранялись по указанию Свидетель №5 и Свидетель №8, после чего снова приезжала комиссия для изучения устранённых недостатков, как и на показания свидетелей Свидетель №12, Свидетель №11, Свидетель №9, Свидетель №8, Свидетель №7, Свидетель №22 и Свидетель №18 и допрошенных в заседании суда апелляционной инстанции Ф.И.О.27 и Ф.И.О.28, которые, по мнению стороны защиты, содержат сведения о надлежащем выполнении Ярёменко А.А. и Токаревым И.А. своих обязанностей, не свидетельствует о невиновности осуждённых и незаконности постановленного приговора, поскольку в материалах дела содержится достаточная совокупность доказательств, подтверждающих вину Ярёменко А.А. и Токарева И.А. в совершении инкриминируемого преступления, в том числе:

- показания Токарева И.А. в судебном заседании, согласно которым им приходилось принимать недоделанные работы и оплачивать их, когда у них горели сроки, они закрывали на это глаза и подписывали, все руководители заказчиков, подрядчиков знали, что были нарушения, им были подписаны акты с нарушениями, он докладывал Ярёменко А.А., ему известно, что ООО «Амурмелиорация» создал Ярёменко А.А., который курировал её деятельность, ставил задачи, определял порядок выполнения работ;

- показания свидетеля Свидетель №2, данные в ходе предварительного следствия, согласно которым ему известно, что контракт №01-2015 для Ярёменко А.А. представлял личную заинтересованность, понял он это из разговоров с Токаревым И.А., который от имени Ярёменко А.А. неоднократно просил его и других членов комиссии принять некачественно выполненные или выполненные не в полном объёме работы по указанному контракту;

- показания свидетеля Свидетель №15, данные на предварительном следствии, согласно которым в ходе приёмки выполненных работ неоднократно комиссией выявлялись недостатки, которые устранялись лишь частично, так как к моменту их выявления членами приёмочной комиссии и руководством ФГБУ прилежащие к осушительным каналам поля были уже засеяны сельхозпредприятиями, поэтому работа спецтехники там была уже невозможна, урожай был бы уничтожен, на его вопросы о ненадлежащем качестве выполненных работ начальник участка Свидетель №8 говорила, что переделывать ничего не нужно, нужно выполнять работы на следующем участке, в связи с чем, недостатки в большей части не устранялись, всё это, по его мнению, происходило потому, что заказчиком производства работ, фактическим исполнителем и приёмщиком этих работ являлось ФГБУ «Амурмелиоводхоз» в лице его руководителей Ярёменко А.А. и Токарева И.А., при таких обстоятельствах работы принимались в любом виде, в том числе не надлежаще выполненном, как экскаваторщик, может с уверенностью сказать, что учёт объёмов выкопанного грунта ни он, никто другой, в том числе и Свидетель №8, при производстве строительных работ не вёл, объёмы определялись «на глаз» только приблизительно, измерения объёмов никто не производил;

- показания свидетелей Свидетель №4 и Свидетель №3, из которых следует, что до того, как директором ООО «Амурмелиорация» стала Свидетель №3, директором являлся Ярёменко А.А., который в 2013 году в связи с тем, что не мог совмещать должность директора ФГУП «Управление «Амурмелиоводхоз» и ООО «Амурмелицорация», продал ООО «Амурмелиорация» Свидетель №3, однако, несмотря на юридическую смену директора, Ярёменко А.А. по прежнему являлся руководителем предприятия, распоряжался его ресурсами, финансами и получал дивиденды;

- показания осуждённого Ярёменко А.А., не отрицающего в судебном заседании, что он дважды получал от ООО «Амурмелиорация» дивиденды (т.17 л.д.4);

- заключение эксперта № 37/б экономической судебной экспертизы от 24 июля 2020 года, согласно которому из кассы ООО «Амурмелиорация» за период с 01.01.2014 года по 15.05.2017 года были выплачены дивиденды в сумме 5 600 000 рублей, за период с 16.05.2017 года по 31.12.2019 года были выплачены дивиденды в сумме 24 920 000 рублей (т.10 л.д.206-243);

- заключение дополнительной комиссионной строительно-технической судебной экспертизы №27-2021 от 27 августа 2021 года, согласно которому стоимость выполненных работ по устройству дорожной одежды из песчано-гравийной смеси, с учётом износа покрытия дорожной одежды на объекте «Реконструкция Ракитной осушительной системы Амурской области» составляет 43 137 315 рублей 00 копеек; разница между стоимостью работ согласно проектной документации и стоимостью выполненных работ согласно расчёту составила 8 472 369 рублей (т.10 л.д.151-196).

Утверждение осуждённого Ярёменко А.А. и адвоката Романовой Т.И. о противоречивости показаний свидетеля Свидетель №2, данных в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, не свидетельствует о том, что суд необоснованно принял во внимание его показания в судебном заседании только в той части, которая не противоречит его собственным показаниям, данным в ходе предварительного следствия, которые свидетель Свидетель №2 подтвердил в судебном заседании, пояснив, что тогда память была свежее, а сейчас прошло много времени (т.15 л.д.64).

Довод стороны защиты о том, что показания свидетеля Свидетель №2 в части подписания актов, несмотря на нарушения, не подтвердил ни один свидетель, несостоятелен и опровергается положенными в основу приговора показаниями осуждённого Токарева И.А. и свидетеля Свидетель №15

Лишена оснований ссылка осуждённого Ярёменко А.А. и адвоката Романовой Т.И. в жалобах на то, что в основу приговора необоснованно положены показания свидетелей Свидетель №25, Свидетель №24 и Ф.И.О.26, поскольку указанные свидетели пояснили об известных им обстоятельствах дела, а уголовно-процессуальный закон не разделяет свидетелей на очевидцев и не очевидцев происшествия.

Несогласие стороны защиты с показаниями свидетеля Свидетель №1 не может служить основанием для признания его показаний недействительными, как и не может свидетельствовать об обвинительном уклоне суда, положившего эти показания в основу приговора.

Перед допросом, как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании Свидетель №1 предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, пояснял, что неприязненных отношений у него к осуждённым нет (т.3 л.д.1-4, т.15 л.д.70 оборот).

Из пояснений свидетеля Свидетель №1 следует, что у него высшее юридическое образование, он имеет опыт мелиоративной работы более 10 лет, работал заместителем директора ООО «Борокко», специализировавшемся на мелиоративных и гидротехнических работах, также он руководил мелиоративными работами на осушительных системах Гильчинская, Михайловская, Димская, Ключевская Амурской области и других.

Таким образом, поскольку уголовно-процессуальный закон не содержит запрета на привлечение в качестве специалиста лица, имеющего большой опыт работы в интересующей следователя сфере, но не имеющего при этом специального образования, называя в ст.58 УПК РФ специалистом лицо, обладающее специальными знаниями, суд обоснованно, вопреки доводам стороны защиты, положил в основу приговора показания свидетеля Свидетель №1

Перед дачей показаний в ходе предварительного следствия свидетель Свидетель №1 в рамках проводимой проверки привлекался к осмотру Ракитной осушительной системы Ивановского района Амурской области, перед осмотром ему была предъявлена проектная и рабочая документация, по которой производились работы по её реконструкции, он проверял соответствие проектной документации фактически выполненным работам (т.3 л.д.1-4), в связи с чем не может быть признано заслуживающим внимания утверждение осуждённого Ярёменко А.А. и адвоката Романовой Т.И. о том, что из показаний свидетеля Свидетель №1 следует, что стоимость невыполненных работ оценивается им на сумму свыше 2 500 000 рублей, однако в приговоре нет указания на то, что именно этот объём невыполненных работ вменялся в вину Ярёменко А.А.

Суд обоснованно, на основании исследованных доказательств, указал, что после заключения 27 января 2015 года государственного контракта №01-2015 в г.Благовещенске Амурской области Ярёменко А.А., осуществляя фактическое руководство финансово-хозяйственной и производственной деятельностью ООО «Амурмелиорация» в целях извлечения прибыли, а также одновременно являясь директором ФГБУ «Управление «Амурмеливодхоз» и выполняя в силу занимаемой должности организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, в том числе связанные с управлением всеми делами Учреждения и распоряжением денежными средствами, находящимися на его счёте, из корыстных побуждений совместно с главным инженером проекта – начальником отдела ФГБУ «Управление «Амурмеливодхоз» Токаревым И.А., включённым с 12 января 2015 года в комиссию для приёмки выполненных работ, а затем с 16 мая 2017 года по 27 ноября 2017 года временно исполняющим обязанности директора ФГБУ «Управление «Амурмеливодхоз», с использованием своего служебного положения и служебного положения Токарева И.А., совершили хищение денежных средств федерального бюджета Российской Федерации в особо крупном размере, выделенных в рамках Федеральной целевой программы «Развитие мелиорации сельскохозяйственных земель России на 2014-2020 годы» для целей исполнения государственного контракта от 27 января 2015 года №01-2015.

В период с 28 мая 2015 года по 16 мая 2017 года Ярёменко А.А. под своим непосредственным контролем организовал выполнение аффилированным ему ООО «Амурмелиорация» работ по государственному контракту №01-2015 таким образом, чтобы часть работ оказалась невыполненной, после чего неоднократно давал Токареву И.А. незаконные указания принять лично и организовать другими членами комиссии приёмку невыполненных работ, что Токаревым И.А. было исполнено.

После этого Ярёменко А.А. подписал акты приёмки выполненных работ по форме КС-2 и справки о стоимости работ по форме КС-3, на основании которых подчинёнными ему работниками бухгалтерии подготовлены документы для осуществления расходных операций со счёта Учреждения в пользу ООО «Амурмелиорация».

Задуманный Ярёменко А.А. способ хищения заключался в безвозмездном изъятии указанных денежных средств и обращении их в свою пользу путём обмана представителей Министерства финансов Российской Федерации в лице работников УФК по Амурской области и Министерства сельского хозяйства Российской Федерации, осуществляющих контроль использования средств федерального бюджета, который состоял в умышленном сокрытии от них информации относительно ненадлежащего исполнения подконтрольной ему (Ярёменко А.А.) организацией (ООО «Амурмелиорация») обязательств по государственному контракту №01-2015, поскольку исполнение таких обязательств в строгом соответствии с требованиями контракта и документальное подтверждение этого факта является обязательным и единственным законным основанием для списания денежных средств бюджета Российской Федерации со счёта ФГБУ «Управление «Амурмеливодхоз», то есть сокрытия факта умышленного невыполнения части работ по устройству оснований и покрытий дорожного полотна из песчано-гравийной смеси в рамках контракта по объекту «Реконструкция Ракитной осушительной системы, Ивановский район, Амурская область» в целях сокращения издержек ООО «Амурмелиорация» и безвозмездного изъятия за счёт этого дополнительных денежных средств под видом полученной Обществом прибыли, организации приёмки подчинёнными ему и Токареву И.А. работниками в составе комиссии якобы выполненных подрядчиком работ, предъявленных ООО «Амурмелиорация» к приёмке и оплате согласно документов по форме КС-2 и КС-3, подписания уполномоченным лицом этих документов, содержащих заведомо ложные сведения в части объёмов выполненных работ, и последующего предоставления указанных подложных документов в УФК по Амурской области в целях незаконной оплаты работ заказчиком – ФГБУ «Управление «Амурмелиоводхоз».

Роль Ярёменко А.А. при совершении указанного преступления заключалась в осуществлении непосредственного контроля за выполнением аффилированным ему юридическим лицом работ по государственному контракту №01-2015 и организации выполнения этих работ таким образом, чтобы не выполнять часть предусмотренных контрактом работ и преднамеренно сократить затраты ООО «Амурмелиорация», незаконно получить денежные средства под видом прибыли, а также в беспрепятственном подписании им лично от имени заказчика с учётом имеющихся у него служебных полномочий актов приёмки выполненных работ по форме КС-2 и справок о стоимости работ по форме КС-3 в период его руководства ФГБУ «Управление «Амурмелиоводхоз», на основании которых подчинёнными ему работниками бухгалтерии подготовлены документы для осуществления расходных операций со счёта Учреждения в пользу ООО «Амурмелиорация».

В приговоре обоснованно указано, что мотивом совершения данного преступления явилась корысть, действия Ярёменко А.А. и Токарева И.А. были направлены на достижение единого результата – хищение денежных средств Министерства сельского хозяйства РФ.

Стоимость невыполненных работ по устройству оснований и покрытий из песчано-гравийной смеси по объекту «Реконструкция Ракитной осушительной системы, Ивановский район, Амурская область» составила 8 472 369 рублей. Совместными умышленными действиями Ярёменко А.А. и Токарев И.А., действуя группой лиц по предварительному сговору, с использованием своего служебного положения, похитили путём обмана денежные средства бюджета Российской Федерации в особо крупном размере, причинив Министерству сельского хозяйства РФ имущественный ущерб на сумму похищенных средств - 8 472 369 рублей, которые впоследствии Ярёменко А.А. обналичил через кассу ООО «Амурмелиорация» и распорядился ими по своему усмотрению».

Таким образом, утверждения осуждённого Ярёменко А.А. и его защитника о том, что в приговоре не приведены мотивы и цель совершения преступления, не определён реальный размер ущерба, не раскрыта объективная сторона преступления, не раскрыт способ совершения преступления, при описании преступного деяния не указано, какие конкретно работы, предусмотренные проектно-сметной документацией, не выполнены и на какую сумму, лишены оснований.

Размер причинённого Министерству сельского хозяйства Российской Федерации в результате преступных действий Ярёменко А.А. и Токарева И.А. материального ущерба, выразившегося в разнице между стоимостью работ согласно проектной документации и стоимостью выполненных работ, судом на основании выводов строительно-технической судебной экспертизы от 27 августа 2021 года №27-2021 установлен правильно.

Не может быть признано состоятельным утверждение осуждённых, а также адвоката Романовой Т.И. о том, что заключение эксперта №27-2021 от 27 августа 2021 года является недопустимым доказательством в связи с тем, что экспертом неправильно была выбрана методика, неправильно применён коэффициент запаса на уплотнение, проигнорированы сроки службы автомобильных дорог до проведения капитального ремонта, неверно определена сумма износа дороги, в связи с чем неправильно установлен размер причинённого ущерба.

Положенная в основу приговора дополнительная комиссионная строительно-техническая судебная экспертиза №27-2021 от 27 августа 2021 года в полной мере соответствует требованиям, предусмотренным ст.204 УПК РФ. Выводы экспертов понимаемы, мотивированы, противоречий, которые не были бы устранены, в частности, при допросе эксперта в судебном заседании, не содержит, имеет ссылки на применённые методы. Экспертиза проведена экспертами, имеющими соответствующую квалификацию и опыт работы, с соблюдением предъявляемых требований, при этом экспертам разъяснялись процессуальные права и обязанности, они предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения (т.10 л.д.150). Для производства указанной экспертизы в распоряжение экспертов были представлены все необходимые материалы и документы, оснований считать его полученным с нарушением требований закона не имеется. Данное экспертное заключение содержит подробную исследовательскую часть, а также выводы по поставленным экспертам вопросам и их обоснование. При этом ни у суда первой инстанции, ни у судебной коллегии сомнений в обоснованности экспертного заключения не возникло.

При этом судебная коллегия отмечает, что расчёт стоимости работ согласно проектной документации, установленный в размере 51 609 684 рубля, произведён экспертом правильно, с учётом сведений, указанных в локальных сметах, в частности путём сложения расходов, связанных с выполнением работ по устройству дорожного покрытия полевых дорог, в сумме 39 741 142 рублей, и расходов, связанных с выполнением работ по устройству дорожного покрытия подъездной дороги, в сумме 11 868 542 рублей. Также экспертами верно установлена стоимость выполненных работ в сумме 43 137 315 рублей, складывающаяся из средств, потраченных на выполнение работ по устройству дорожного покрытия полевых дорог, в сумме 32 077 199 рублей, и средств, потраченных на выполнение работ по устройству дорожного покрытия подъездной дороги, в сумме 11 060 116 рублей. Таким образом, не вызывает сомнений установленная экспертным путём разница в стоимости работ согласно проектной документации и стоимости фактически выполненных работ, которая равна 8 472 369 рублям и является размером причинённого Ярёменко А.А. и Токаревым И.А. Министерству сельского хозяйства РФ ущерба.

Допрошенный в судебном заседании эксперт Ф.И.О.21 полностью подтвердил выводы, изложенные им в экспертизе, и пояснил, что при определении износа автомобильной дороги им были применены рекомендации по проектированию макрошероховатых дорожных покрытий, поскольку нигде не написано, что эту методику нельзя применять, она была оптимальная для применения, в своём заключении эксперт уверен (т.15 л.д.251 оборот).

Таким образом, вопреки доводам жалоб, из протокола судебного заседания не усматривается, что эксперт подтвердил, что выбранную им методику для макрошероховатых покрытий он применил ввиду своей некомпетентности.

То, что Свидетель №11, Свидетель №7, Свидетель №2 в судебном заседании суда первой инстанции, а также Ф.И.О.27 и Ф.И.О.28 в заседании суда апелляционной инстанции пояснили, что дорожное покрытие на объекте «Реконструкция Ракитной осушительной системы, Ивановский район, Амурская область» не относится к макрошероховатым, а относится к внутрихозяйственным автомобильным дорогам местного значения, выполненным из песчано-гравийной смеси, вопреки доводам апелляционных жалоб, с учётом пояснений в судебном заседании эксперта, не ставит под сомнение выводы экспертного заключения и не свидетельствует о недопустимости дополнительной комиссионной строительно-технической судебной экспертизы №27-2021 от 27 августа 2021 года.

Вопреки доводам жалоб, следователь на основании п.2 ч.3 ст.57 УПК РФ по ходатайству эксперта (т.10 л.д.20) предоставил для производства экспертизы дополнительные материалы, в том числе протокол осмотра места происшествия, в ходе которого он с участием специалиста – ведущего инженера по эксплуатации мелиоративных систем ФГБУ «Управление «Амурмелиоводхоз» Свидетель №2 осуществил замеры дорожного полотна дорожной сети Ракитной осушительной системы с привязкой местности, указанием координат и проведением геодезической сьёмки.

Доводам осуждённого Ярёменко А.А. и адвоката Романовой Т.И. об отсутствии в материалах дела и в экспертом заключении фотографий шурфов и геодезической привязки, о том, что геодезические координаты не соответствуют координатам дороги, установленным следователем в ходе осмотра места происшествия, в заключении эксперта не указано, по какой схеме отобраны образцы толщины ПГС, дана надлежащая оценка в приговору суда, оснований для несогласия с которыми судебная коллегия не усматривает.

Утверждения в апелляционных жалобах о том, что в дополнительной комиссионной строительно-технической судебной экспертизе №27-2021 от 27 августа 2021 года отсутствуют результаты полевого исследования по оценке технического состояния автомобильных дорог, проведённого с учётом требований ГОСТ 33388-2015, отсутствуют результаты определения фактических качественных показателей ПГС исследуемых дорог, полученных по результатам лабораторных испытаний проб ПГС, отобранных из дорожной одежды исследуемых дорог, с учётом пояснений в судебном заседании эксперта Ф.И.О.21 о том, что предоставленных для проведения экспертизы документов им было достаточно, а если бы было недостаточно, они бы заявили соответствующее ходатайство (т.15 л.д.252), не свидетельствуют о неполноте и необъективности указанного экспертного заключения.

Отсутствие в экспертном заключении №27-2021 от 27 августа 2021 года указаний на замеры устройства покрытия дороги П-9 (которые не производились ввиду отсутствия указанной дороги в определённом проектной документацией месте, о чём обоснованно указано в протоколе осмотра места происшествия от 25 марта 2021 года), вопреки доводам апелляционных жалоб осуждённых и адвоката Романовой Т.И., не может свидетельствовать о том, что экспертами была определена сумма износа дороги, а не реальный размер ущерба.

Судом были исследованы представленные стороной защиты заключение специалиста №14662/Ц по результатам проведённого исследования (рецензирования) заключения эксперта №27-2021 от 27 августа 2021 года и заключение специалиста ООО «Дальневосточный экспертно-юридический центр «Элатея» от 2 июля 2021 года, которые обоснованно и мотивированно отвергнуты судом, и не признаны доказательствами, опровергающими имеющиеся в деле заключения экспертов.

Согласно ч.1 ст.58 УПК РФ специалист – это лицо, обладающее специальными знаниями, привлекаемое к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном УПК РФ, для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию.

Специалист, в отличие от эксперта, не проводит исследований в порядке, предусмотренном главой 27 УПК РФ, а даёт разъяснения по вопросам, входящим в его профессиональную компетенцию.

К компетенции специалиста не относится оценка заключения эксперта, с точки зрения его допустимости как доказательства, поскольку в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона проверка и оценка доказательств по уголовному делу, находящемуся в производстве суда, относится к исключительной компетенции суда.

В данном случае суд в приговоре дал соответствующую оценку экспертному заключению №27-2021 от 27 августа 2021 года, представленному стороной обвинения, обоснованно признав его относимым и допустимым доказательством по делу.

Кроме того, суд обоснованно указал, что доказательствами по делу специалисты Ф.И.О.29 и Ф.И.О.30 не располагают, с материалами уголовного дела они не знакомились, а изложенные в их заключениях выводы, как и их показания в судебном заседании, являются их субъективным мнением, которое опровергается совокупностью исследованных судом доказательств.

С учётом указанных выше обстоятельств, ссылки стороны защиты на то, что Ф.И.О.29 и Ф.И.О.30 обладают специальными познаниями в области строительства, имеют квалификацию «инженер-строитель», высшее образование, большой стаж работы, не дают оснований для признания проведённой дополнительной комиссионной строительно-технической судебной экспертизы №27-2021 от 27 августа 2021 года недопустимым доказательством.

Судебная коллегия полагает, что судом первой инстанции обоснованно поставлено под сомнение и не принято во внимание изготовленное специалистом Ф.И.О.30 заключение от 2 июля 2021 года, поскольку из его же показаний в судебном заседании следует, что образцы на пробу он не брал, для грунтовой дороги нормативов он не нашёл, с заключениями экспертов Кучера и Стратечука (проводивших судебную экспертизу №27-2021 от 27 августа 2021 года) он не знакомился, коэффициент уплотнения на данном участке применять было технически невозможно, он не видит смысла применения коэффициента уплотнения, у песчано-гравийных дорог нельзя определить износ, никакие документы он не изучал, у него была только схема (т.17 л.д.14-15).

С учётом правильно установленных судом обстоятельств совершения осуждёнными преступления, ссылка стороны защиты на то, что суд, не приняв во внимание показания специалистов Ф.И.О.29, Ф.И.О.30, указал, что перед дачей заключений им не разъяснялись права и обязанности, предусмотренные ст.57 УПК РФ, они не предупреждались об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, однако должен был руководствоваться ст.58, 164, 168, 270 УПК РФ, не свидетельствует о незаконности постановленного приговора.

Все ходатайства, заявленные в ходе судебного заседания, были рассмотрены надлежащим образом, с учётом мнения участников судебного процесса, в предусмотренной законом процессуальной форме, по ним судом принимались обоснованные решения, не согласиться с которыми оснований не имеется. В частности, суд, вопреки доводам стороны защиты, обоснованно отказал в удовлетворении ходатайств о назначении строительно-технической экспертизы, о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ и о соединении уголовных дел, надлежащим образом мотивировав принятые решения (т.15 л.д.224-228, л.д.261, т.16 л.д.227-229).

Тот факт, что изначально в отношении Ярёменко А.А. и Токарева И.А. было возбуждено 2 уголовных дела по ч.4 ст.159 УК РФ, касающихся невыполнения работ по контракту №01-2015 на объекте «Реконструкция Ракитной осушительной системы Ивановского района Амурской области» и по контракту №03-2015 на объекте «Реконструкция Димской осушительной системы Ивановского района Амурской области», которые расследовались следователем в рамках одного производства, однако 16 октября 2021 года уголовное дело, касающееся выполнения работ по контракту №03-2015, было выделено в отдельное производство и в настоящее время находится в производстве судьи Благовещенского городского суда, вопреки доводам стороны защиты, не свидетельствует о том, что раздельное рассмотрение указанных дел может отразиться на всесторонности и объективности их рассмотрения, как и не свидетельствует о том, что будут установлены взаимоисключающие обстоятельства и нарушено право осуждённых на защиту.

Принимая решение о выделении из настоящего уголовного дела в отдельное производство уголовного дела, касающегося невыполнения работ по контракту №03-2015 на объекте «Реконструкция Димской осушительной системы Ивановского района Амурской области», следователь обоснованно указал, что это делается с целью завершения предварительного расследования по уголовному делу, касающемуся невыполнения работ по контракту №01-2015 на объекте «Реконструкция Ракитной осушительной системы Ивановского района Амурской области» (т.9 л.д.143-153).

Действительно, при принятии решения о возвращении дела прокурору, судом был сделан вывод о том, что поскольку замеры дороги П-9 не проводились, невозможно проверить стоимость невыполненных работ по устройству оснований и покрытий из песчано-гравийной смеси по объекту «Реконструкция Ракитной осушительной системы, Ивановский район, Амурская область».

Однако вывод о том, что заключение эксперта №27-2021 от 27 августа 2021 года является недопустимым доказательством, судом, вопреки доводам осуждённого Ярёменко А.А. и адвоката Романовой Т.И., в постановлении от 30 сентября 2022 года о возвращении уголовного дела прокурору не делался.

Постановление суда о возвращении уголовного дела прокурору было отменено судом апелляционной инстанции, дело передано на новое судебное рассмотрение в тот же суд тем же составом, поскольку судом первой инстанции в постановлении не были приведены суждения относительно обоснованности предъявленного обвинения, наличия либо отсутствия события преступления, виновности лиц в его совершении либо иных обстоятельств, которые могут стать предметом дальнейшего судебного разбирательства.

Вместе с тем, данные обстоятельства, вопреки доводам апелляционных жалоб, не свидетельствуют о том, что указания суда апелляционной инстанции не были выполнены судом первой инстанции в связи с отказом стороне защиты в удовлетворении ходатайства о назначении повторной или дополнительной судебной экспертизы, поскольку суд апелляционной инстанции, отменяя постановление суда о возвращении дела прокурору, указал, что у суда отсутствуют препятствия в случае возникновения сомнений в размере ущерба, причинённого преступлением, а также при наличии противоречий между заключениями экспертов, которые невозможно преодолеть в судебном заседании путём допроса экспертов, назначить повторную или дополнительную судебную экспертизу.

Кроме того, суд апелляционной инстанции посчитал заслуживающими внимание и требующими проверки в судебном заседании доводы апелляционного представления о том, вносились ли какие-либо изменения в проектную и рабочую документацию ФГБУ «Управление «Амурмелиоводхоз», проводились ли инженерные изыскания возможности таких изменений, осуществлялась ли соответствующая государственная экспертиза изменений проектной документации.

Таким образом, на суд первой инстанции не была возложена обязанность провести повторную или дополнительную судебную экспертизу, а после выполнения указаний вышестоящего суда и установления факта того, что соответствующие изменения в проектную и рабочую документацию ФГБУ «Управление Амурмелиоводхоз» по дороге П-9 не вносились, инженерные изыскания возможности таких изменений не проводились, соответствующая государственная экспертиза изменений проектной документации и достоверности определения сметной стоимости не осуществлялась, суд пришёл к правильному выводу, что составленное по делу обвинительное заключение не исключает возможность постановления судом приговора и что работы по дороге П-9 не выполнялись в рамках государственного контракта №01-2015 от 27 января 2015 года.

Суд обоснованно указал, что в документах по государственному контракту №01-2015 от 27 января 2015 года отсутствуют какие-либо отметки о внесённых изменениях, а также дополнительные документы с планами изменений и новой сметой, а документы, на которые ссылается сторона защиты, как на подтверждающие факт выполнения работ по дороге П-9, подтверждают лишь тот факт, что государственным контрактом данные работы были предусмотрены и в дальнейшем оплачены согласно первоначальному проекту.

Вместе с тем, в ходе осмотра места происшествия следователем было установлено, что фактически дорожное полотно П-9 в месте, предусмотренном проектной документацией, отсутствует, занято посевными площадями, следов производства строительно-дорожных работ не имеется.

Ссылка в жалобах на то, что отступление от проекта и невнесение соответствующих изменений в проектную и рабочую документацию ФГБУ «Управление Амурмелиоводхоз» по дороге П-9 не может служить основанием для признания осуждённых виновными в хищении денежных средств применительно к дороге П-9, не может быть признана состоятельной, поскольку является ничем не подтверждённым предположением.

Кроме того, делая такой вывод, судебная коллегия также принимает во внимание тот факт, что ФИО1 и ФИО2 являются специалистами в области мелиоративных систем, имеющими большой опыт работы, которые не могли не знать о необходимости внесения изменений в проектную и рабочую документацию.

Также судебной коллегией учитываются пояснения в судебном заседании свидетеля Ф.И.О.31, работающей главным специалистом-сметчиком, согласно которым при переносе дороги изменения в проект может внести любая проектная организация, а строительство дороги без проекта не соответствует требованиям законодательства (т.17 л.д.9 оборот).

Таким образом, судом сделан правильный вывод о том, что работы, предусмотренные государственным контрактом №01-2015 года в части устройства дороги П-9, не были выполнены подрядчиком ООО «Амурмелиорация», в связи с чем не подлежали приёмке ФГБУ «Управление «Амурмеливодхоз» и оплате в рамках указанного государственного контракта, а представленные стороной защиты документы и доводы направлены на минимизацию размера причинённого ущерба.

Квалифицирующий признак мошенничества, совершённого «группой лиц по предварительному сговору», обоснованно вменён осуждённым, мотивы принятого судом решения в приговоре приведены и сомнений у судебной коллегии не вызывают.

Так, суд обоснованно указал, что ФИО1 и ФИО2 заранее договорились о совершении преступления и совместно, согласованно участвовали в нём, действовали целенаправленно, а все их действия были взаимно обусловлены достижением единого результата – хищением денежных средств Министерства сельского хозяйства РФ.

Судом верно установлено, что в результате мошеннических действий ФИО1 и ФИО2 у Министерства сельского хозяйства РФ путём обмана были похищены денежные средства на сумму 8 472 369 рублей, что в соответствии с примечанием к ст.158 УК РФ относится к особо крупному размеру.

При таких обстоятельствах, в действиях ФИО1 и ФИО2 нашёл своё подтверждение квалифицирующий признак мошенничества – «в особо крупном размере».

Квалифицирующий признак мошенничества, «совершённого лицом с использованием своего служебного положения», также нашёл свое подтверждение, поскольку ФИО1 и ФИО2, совершая преступление, являлись должностными лицами ФГБУ «Управление «Амурмелиоводхоз», где выполняли административно-хозяйственные и организационно-распорядительные функции.

Квалификация действий ФИО1 и ФИО2 по ч.4 ст.159 УК РФ является правильной и надлежащим образом в приговоре мотивирована. Правовых оснований для иной юридической оценки действий осуждённых, как и для их оправдания, судебная коллегия не усматривает, поскольку судом на основании совокупности исследованных доказательств достоверно установлено, что они совершили мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана, совершённое группой лиц по предварительному сговору, лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере.

Ссылки в апелляционных жалобах на ст.123 Конституции РФ, ст.2, ч.1 ст.6, ст.7, ч.1 ст.11, ч.2 ст.43, ст.60 УК РФ, ст.15, п.2 ч.1 ст.153, 244, 297, 389.2, 389.15, 389.18 УПК РФ, Федеральный закон о государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации, Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2010 года №28 и от 22 декабря 2015 года №58, ч.1, 2 и 3 ст.10 Кодекса судейской этики носят общий декларационный характер и не влияют на законность и обоснованность обжалуемого приговора.

При назначении ФИО1 и ФИО2 наказания судом учтены характер и степень общественной опасности совершённого преступления, данные о личностях виновных, состояние их здоровья, смягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённых и на условия жизни их семей.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, судом признаны состояние здоровья, возраст, положительные характеристики, наличие почётного звания – Заслуженный мелиоратор РФ, присвоенного указом Президента РФ, наличие ведомственных наград.

Таким образом, смягчающие наказание обстоятельства, на которые ФИО1 и его защитник ссылаются в своих жалобах, в частности то, что ФИО1 положительно характеризуется по месту работы, содержания, является ветераном труда, почётным работником агропромышленного комплекса России, награждён знаком за заслуги в мелиорации, является кандидатом сельскохозяйственных наук, награждён званием «Заслуженный мелиоратор Российской Федерации», находится в преклонном возрасте, имеет заболевания – первичный двусторонний гонартроз, артроз правого акромиально-ключичного сочленения, суставов стоп, гипертоническая болезнь II аретриальная гипертензия 3 ст., риск IV, стенокардия напряжения, сахарный диабет 2 тип, были в полной мере учтены судом при назначении наказания, в связи с чем оснований для их повторного учёта не имеется.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2, судом признаны признание вины и раскаяние в содеянном, наличие малолетнего ребёнка на момент совершения преступления, который в настоящее время является совершеннолетним, добровольное частичное возмещение имущественного ущерба, причинённого в результате преступления, положительные характеристики.

Следовательно, смягчающие наказание обстоятельства, на которые осуждённый ФИО2 ссылается в своей жалобе, в частности то, что он в ходе следствия и в судебном заседании признал вину в полном объёме, раскаялся в содеянном, принял меры к частичному возмещению ущерба, были в полной мере учтены судом при назначении наказания, в связи с чем оснований для их повторного учёта не имеется.

Вместе с тем, оснований полагать, что данные обстоятельства свидетельствуют об активном способствовании раскрытию и расследованию преступления, вопреки доводам осуждённого ФИО2, не имеется, поскольку, как правильно указал суд, признательная позиция ФИО2 в суде не предоставила какой-либо значимой дополнительной информации, сведений об его активном способствовании в раскрытии и расследовании преступления в ходе судебного разбирательства установлено не было.

Утверждения в жалобах осуждённого ФИО1 и адвоката Романовой Т.И. о том, что ФИО1 имеет многочисленные благодарственные письма, грамоты, не судим, на учётах у нарколога и психиатра не состоит, положительно характеризуется по месту жительства, как и утверждения в жалобе осуждённого ФИО2 о том, что он ранее не судим, на учётах у нарколога и психиатра не состоит, состоит в браке, имеет положительные характеристики с места работы, учёбы, места жительства, к административной ответственности не привлекался, не отнесены к числу обстоятельств, подлежащих обязательному признанию в качестве смягчающих наказание в соответствии с ч.1 ст.61 УК РФ. Оснований для признания их таковыми в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ суд не усмотрел, не усматривает их и судебная коллегия. Вместе с тем, данные обстоятельства, как влияющие на наказание, не остались без внимания суда, поскольку учтены им при определении вида и размера наказания в качестве данных о личности осуждённых.

Принесение осуждённым ФИО2 в судебном заседании извинений потерпевшему не влияет на меру назначенного осуждённому наказания и не является безусловным основанием для его смягчения.

Довод осуждённого ФИО1 и адвоката Романовой Т.И. о том, что суд лишь перечислил смягчающие наказание обстоятельства, приняв во внимание их не в полной мере, и довод осуждённого ФИО2 о том, что данные о его личности исследованы судом поверхностно, следует расценивать как субъективное суждение авторов жалоб, которое не ставит под сомнение в этой части обоснованность выводов суда по вопросам назначения осуждённым наказания.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1 и ФИО2, судом установлено не было.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершённого деяния, что в свою очередь могло бы свидетельствовать о необходимости назначения осуждённым наказания с учётом положений ст.64 УК РФ, вопреки доводу жалобы осуждённого ФИО2, по делу не установлено.

В соответствии с положениями ч.6 ст.15 УК РФ, с учётом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, суд вправе при наличии смягчающих наказание обстоятельств и при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств изменить категорию преступления на менее тяжкую.

При разрешении данного вопроса суд должен принимать во внимание способ совершения преступления, степень реализации преступных намерений, вид умысла, мотив, цель совершения деяния, характер и размер наступивших последствий, а также другие фактические обстоятельства преступления, влияющие на степень его общественной опасности. Вывод о наличии оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ может быть сделан судом, если фактические обстоятельства совершённого преступления свидетельствуют о меньшей степени его общественной опасности.

Однако ввиду отсутствия фактических и правовых оснований для изменения категории преступления, суд, вопреки доводам жалоб, правомерно не нашёл оснований для применения к осуждённым положений ч.6 ст.15 УК РФ.

Согласно сведениям, поступившим из филиала «Больница» ФКУЗ МСЧ №28 ФСИН России, ФИО1 не имеет заболеваний, препятствующих отбыванию наказания в виде лишения свободы и содержанию под стражей.

С учётом конкретных обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности совершённого преступления, данных о личностях осуждённых, суд в целях исправления осуждённых и предупреждения совершения ими новых преступлений пришёл к верному выводу о необходимости назначения ФИО1 и ФИО2 наказания в виде реального лишения свободы без применения дополнительных наказаний в виде штрафа и ограничения свободы, а также об отсутствии оснований для применения положений ст.73 УК РФ.

Судебная коллегия также не усматривает оснований для назначения осуждённым наказания, не связанного с лишением свободы, в том числе для назначения ФИО2 наказания с применением ст.73 УК РФ, о чём осуждённый ФИО2 просит в своей жалобе.

Назначенное осуждённому ФИО1 наказание за совершённое преступление в виде лишения свободы соответствует требованиям уголовного закона, данным об его личности, его нельзя признать чрезмерно суровым, оно является справедливым и соразмерным содеянному, а потому оснований для его смягчения, вопреки доводам жалоб, не имеется.

Гражданский иск потерпевшего – Министерства сельского хозяйства Российской Федерации к осуждённым ФИО1 и ФИО2 рассмотрен судом в соответствии с требованиями закона.

Вместе с тем, судебная коллегия находит приговор суда подлежащим изменению по следующим основаниям.

Во вводной части приговора (т.17 л.д.29) судом неверно указано место рождения осуждённого ФИО1 как <адрес>, в то время как из копии его паспорта следует, что он родился в <адрес> (т.15 л.д.19), что признаётся технической опиской, подлежащей исправлению.

Обоснованно указав при описании преступного деяния, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, что 27.01.2015 года по результатам электронного аукциона между ФГБУ «Управление «Амурмелиоводхоз» в лице его директора ФИО1 и аффилированной ему организацией – ООО «Амурмелиорация» в лице номинального директора Свидетель №3 заключен государственный контракт №01-2015, суд на странице 12 приговора дважды ошибочно указал дату государственного контракта №01-2015 как 27.02.2015.

Таким образом, в целях устранения возникшей неясности в описательно-мотивировочную часть приговора необходимо внести соответствующее изменение, которое не влечёт за собой изменение квалификации содеянного и смягчение назначенного осуждённым наказания.

Далее, судебная коллегия считает необходимым исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку на показания свидетеля Свидетель №25, данные в судебном заседании, о том, что ей по слухам известно, что фактически руководителем ООО «Амурмелиорация» являлся ФИО1, как на доказательство виновности ФИО1 и ФИО2, поскольку, о чём обоснованно указано стороной защиты, показания свидетеля, основанные на слухе, в силу п.2 ч.2 ст.75 УПК РФ являются недопустимым доказательством, а потому в соответствии с ч.1 ст.75 УПК РФ не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст.73 УПК РФ.

Исключение из приговора данного доказательства не ставит под сомнение вывод суда о виновности ФИО1 и ФИО2 в совершении преступления, поскольку он подтверждается совокупностью иных исследованных судом и признанных достоверными доказательств.

Судебная коллегия также не может признать верными мотивы назначения судом первой инстанции ФИО1 с применением положений ст.48 УК РФ дополнительного наказания в виде лишения почётного звания «Заслуженный мелиоратор Российской Федерации» - с учётом конкретных обстоятельств дела и личности подсудимого, поскольку в этой части судом допущены существенные противоречия при мотивировке принятого решения. Так, признав смягчающим наказание осуждённого ФИО1 обстоятельством наличие почётного звания - Заслуженный мелиоратор РФ, присвоенного указом Президента РФ, одновременно с этим суд посчитал необходимым применить положения ст.48 УК РФ и лишить ФИО1 указанного почётного звания, что не может быть признано законным с учётом признания этого же обстоятельства смягчающим наказание.

Таким образом, судебная коллегия считает необходимым исключить из приговора указание о назначении ФИО1 на основании ст.48 УК РФ дополнительного наказания в виде лишения почётного звания «Заслуженный мелиоратор Российской Федерации».

Кроме того, в соответствии с положениями ст.67 УК РФ при назначении наказания за преступление, совершённое в соучастии, учитываются характер и степень фактического участия лица в его совершении, значение этого участия для достижения цели преступления, его влияние на характер и размер причинённого вреда.

Однако при назначении наказания осуждённому ФИО2 суд не учёл степень его фактического участия в данном преступлении, и, несмотря на то, что его роль в совершении преступления в соучастии была менее общественно опасной, чем роль ФИО1, назначил ему более строгое наказание.

Принимая во внимание положения ст.6 УК РФ о принципе справедливости при назначении наказания и положения ст.67 УК РФ об индивидуализации ответственности за преступление, совершённое в соучастии, исходя из доказанных и установленных обстоятельств, с учётом степени участия ФИО2 в преступлении, значения этого участия для достижения преступной цели, учитывая то, что все дивиденды от ООО «Амурмелиорация» получал ФИО1, а также то, что ФИО1, занимая должность директора ФГБУ «Управление «Амурмелиоводхоз», был инициатором совершения преступных действий, в которые в дальнейшем им был вовлечён ФИО2, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости смягчения назначенного ФИО2 наказания.

В нарушение ст.307 УПК РФ в приговоре не приведено обоснование обращения взыскания на денежные средства, изъятые по месту жительства ФИО1

Судом не учтено, что положения ч.3 ст.81 УПК РФ не предусматривают возможность обращения взыскания на имущество, признанное вещественным доказательством.

Таким образом, отсутствовали правовые и фактические основания для обращения взыскания на денежные средства, изъятые по месту жительства ФИО1 и признанные вещественными доказательствами.

Процедура обращения взыскания на имущество предусмотрена Федеральным законом от 2 октября 2007 года №229-ФЗ «Об исполнительном производстве» и относится к полномочиям судебного пристава-исполнителя.

Кроме того, суд принял решение о возвращении после обращения взыскания оставшихся денежных средств, хранящихся в индивидуальном сейфе <номер> ПАО «Сбербанк России» по адресу: <адрес>, ФИО1

Вместе с тем, в силу п.4 ч.3 ст.81 УПК РФ деньги, ценности и иное имущество, полученные в результате совершения преступления, и доходы от этого имущества подлежат возвращению законному владельцу, в силу п.6 ч.3 ст.81 УПК РФ предметы, признанные вещественными доказательствами, подлежат передаче законным владельцам.

Однако, судебная коллегия, с учётом наличия в материалах дела ходатайства дочери ФИО1 – Ф.И.О.32 о возврате денежных средств собственникам, в котором она утверждает, что все изъятые в ходе обыска денежные средства принадлежат ей и её сыну (т.9 л.д.264-278), пояснений осуждённого ФИО1 в последнем слове о том, что арестовано всё имущество, в том числе его денежные средства, денежные средства его дочери, внука (т.17 л.д.27 оборот), а также принимая во внимание, что судом первой инстанции не выяснялся в судебном заседании вопрос о том, получены указанные денежные средства в результате совершения преступления или нет, а также о принадлежности указанных денежных средств и не приведено никаких суждений в указанной части, не может сделать однозначный вывод о том, кто является законным владельцем денежных средств, изъятых по месту жительства ФИО3 по адресу: <адрес>, в сумме 400 000 рублей, 2 165 000 рублей, 1 420 000 рублей и 104 200 долларов США, находящихся на хранении в индивидуальном сейфе <номер> ПАО «Сбербанк России», по адресу: <адрес>.

Поскольку допущенные нарушения уголовно-процессуального закона являются существенными, повлиявшими на исход дела, приговор в части решения об обращении взыскания на денежные средства, изъятые по месту жительства ФИО1, в части взыскания гражданского иска с ФИО1 и о возвращении оставшихся денежных средств, хранящихся в индивидуальном сейфе <номер> ПАО «Сбербанк России» по адресу: <адрес>, ФИО1 подлежит отмене, а судьба денежных средств, изъятых по месту жительства ФИО1, подлежит разрешению судом первой инстанции в порядке, предусмотренном ст.399 УПК РФ.

Поскольку судом первой инстанции в приговоре не приведены суждения относительно принадлежности указанных денежных средств, не исследовались никакие доказательства в данной части, а также не приводились никакие иные обстоятельства, которые могут стать предметом дальнейшего судебного разбирательства, то уголовное дело в указанной части подлежит передаче тому же судье на новое судебное рассмотрение.

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А:

Приговор Благовещенского городского суда Амурской области от 12 мая 2023 года в отношении ФИО1 и ФИО2 изменить.

Указание во вводной части приговора на то, что ФИО1 родился в <адрес> заменить указанием на то, что он родился в <адрес>.

Указание в описательно-мотивировочной части приговора даты государственного контракта №01-2015 как 27.02.2015 заменить указанием на дату 27.01.2015.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку на показания свидетеля Свидетель №25, данные в судебном заседании, о том, что ей по слухам известно, что фактически руководителем общества «Благмелиоводстрой» и «Амурмелиорация» являлся ФИО1

Исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора указание о назначении ФИО1 на основании ст.48 УК РФ дополнительного наказания в виде лишения почётного звания «Заслуженный мелиоратор Российской Федерации».

Смягчить наказание, назначенное ФИО2 по ч.4 ст.159 УК РФ, до двух лет шести месяцев лишения свободы.

Приговор в части решения об обращении взыскания на денежные средства, изъятые по месту жительства ФИО1, и о возвращении оставшихся денежных средств, хранящихся в индивидуальном сейфе <номер> ПАО «Сбербанк России» по адресу: <адрес>, ФИО1 – отменить, и передать вопрос о разрешении судьбы указанных денежных средств как вещественных доказательств на новое судебное рассмотрение в тот же суд, тем же составом суда, в порядке, предусмотренном ст.399 УПК РФ.

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осуждённых ФИО1, ФИО2, адвоката Романовой Т.И. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в шестимесячный срок в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции через суд, постановивший приговор; в случае пропуска срока или отказа в его восстановлении кассационные жалобы, представление на приговор подаются непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции.

Осуждённые вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: