Судья Цаплин А.Н. Дело № 22 – 2108/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

19 июля 2023 года город Архангельск

Судебная коллегия по уголовным делам Архангельского областного суда в составе председательствующего Шпанова А.С.

судей Богрова М.Н. и Кочебуровой А.В.

при помощнике судьи Рудкиной И.М.

с участием прокурора Ворсина Д.В.,

осуждённого ФИО1, участвовавшего путём использования системы видеоконференц-связи,

защитника – адвоката Негодяева А.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осуждённого ФИО1 и адвоката Негодяева А.А. на приговор Вельского районного суда Архангельской области от 22 марта 2023 года в отношении ФИО1.

Заслушав доклад судьи Богрова М.Н., изложившего обстоятельства дела, содержание приговора, доводы, изложенные в апелляционных жалобах, в возражении на жалобы, выслушав объяснение осуждённого ФИО1 и выступление адвоката Негодяева А.А. об отмене приговора, мнение прокурора Ворсина Д.В. о законности приговора, судебная коллегия

установил а:

По приговору Вельского районного суда Архангельской области от 22 марта 2023 года

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, судимый

29 июня 2018 года Верховажским районным судом Вологодской области, с учётом изменений, внесённых апелляционным постановлением Вологодского областного суда от 12 сентября 2018 года, по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы,

18 декабря 2018 года Верховажским районным судом Вологодской области по п. «а» ч. 2 ст. 260, п. «а» ч. 2 ст. 158, ч.2 и ч.5 ст.69 УК РФ к 3 годам лишения свободы,

11 июля 2019 года Вельским районным судом Архангельской области по ч.1 ст. 166, ст. 264.1, ч.2 и ч.5 ст. 69 УК РФ к 4 годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года, освобождённый по отбытии наказания 28 июня 2022 года, неотбытая часть дополнительного наказания составляет 1 год 3 месяца 5 дней;

осуждён по ч. 2 ст. 264.1 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года, по ч. 2 ст. 318 УК РФ к 5 годам лишения свободы.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний назначено наказание в виде лишения свободы на срок 5 лет 6 месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года.

На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию частично присоединено неотбытое дополнительное наказание по приговору Вельского районного суда Архангельской области от 11 июля 2019 года и окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 5 лет 6 месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года 6 месяцев, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

ФИО1 признан виновным в управлении автомобилем лицом, находящимся в состоянии опьянения, имеющим судимость за совершение в состоянии опьянения преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ, а также в применении насилия, опасного для жизни и здоровья, в отношении представителей власти в связи с исполнением ими своих должностных обязанностей.

Преступления совершены ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней осуждённый ФИО1 считает приговор незаконным, а выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствующими фактическим обстоятельствам дела. Суд не дал оценки его показаниям и расценил их как попытку уйти от уголовной ответственности, тем самым нарушил право на защиту и положения закона о презумпции невиновности. Суд выступал на стороне обвинения, доводы стороны защиты опровергнуты не были. В основу приговора положены противоречивые показания потерпевших и свидетелей, которые опровергаются видеозаписями. Показания потерпевших и свидетелей считает недопустимыми доказательствами. Также считает недопустимым доказательством протокол осмотра места происшествия с участием специалистов П. и Г., поскольку в протоколе не приведены сведения об этих специалистах, в том числе об их образовании. Не согласен с актом, которым установлено его алкогольное опьянение. В приговоре отсутствуют ссылка на техпаспорт алкотестера, не указано где и когда алкотестер проходил поверку. Показания алкотестера считает недостоверными. Усматривает в действиях сотрудника Росгвардии К.В.А. нарушения, который видел, что автомобиль «МАЗ» движется задним ходом и не предпринял мер для того, чтобы избежать ДТП. Автомобиль Росгвардии был выпущен на патрулирование без видеорегистратора, что является нарушением. Оспаривает, что К.В.А. получил телесные повреждения в результате ДТП. Обращает внимание, что К.В.А. обратился за медицинской помощью через 13 часов после происшествия. Экспертом не установлено время образования телесного повреждения у К.В.А.. Заключение эксперта в приговоре полностью не раскрыто. В приговоре не указано, почему суд принял одни доказательства и отверг другие. Не дана оценка тому обстоятельству, что настройка зеркал на автомобиле «МАЗ» была сбита. В протоколе осмотра места происшествия не зафиксировано положение зеркал на автомобиле «МАЗ». Его (ФИО1) показания о том, что он хотел развернуться, но этому помешал автомобиль, суд не опроверг. Умысла на совершение преступления, предусмотренного ч.2 ст.318 УК РФ, у него не было. Показания потерпевших и свидетелей не подтверждают умысел на совершение им (ФИО1) вышеуказанного преступления. Отмечает, что не был ознакомлен с аудиопротоколом. Ссылаясь на УПК РФ, Конституцию РФ, международные правовые акты, просит приговор отменить, по ст. 318 УК РФ оправдать, в остальной части уголовное дело направить в суд на новое рассмотрение.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат ФИО18 считает приговор незаконным, необоснованным и несправедливым. По его мнению, выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, не подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании. Обжалуемый приговор не соответствует разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного суда РФ от 29.11.2016 г. «О судебном приговоре». Суд необоснованно взял за основу приговора показания потерпевших и свидетелей. Показания потерпевших и свидетелей считает противоречивыми, они опровергаются видеозаписями с видеорегистратора. В ходе судебного разбирательства стороне защиты не были созданы условия для предоставления доказательств. Свидетели пользовались распечаткой своих показаний на предварительном следствии, фактически оглашали их в судебном заседании. Считает нарушенным принцип непосредственного исследования судом доказательств. Суд создал преимущество для стороны обвинения, нарушил право подсудимого на защиту, не дал оценку доводам стороны защиты. По его мнению, ФИО1 не убедился в безопасности движения задним ходом и не заметил автомобиль вневедомственной охраны, так как правое зеркало заднего вида у автомобиля «МАЗ» было в неисправном состоянии. Умысла на совершение преступления в отношении сотрудников правоохранительных органов у ФИО1 не было. Через левое зеркало заднего вида своего автомобиля ФИО1 не мог видеть находившийся сзади другой автомобиль. Наличие включённых световых приборов на автомобиле стоявшем сзади, значения не имеет. Вывод следователя о правильно настроенных зеркалах не подтверждается фототаблицей. Протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ считает недопустимым доказательством. Следователь необоснованно отказал стороне защиты в проверке показаний обвиняемого на месте, не проверил версию стороны защиты, не установил истину по делу. Обвинение ФИО1 основано на предположениях заинтересованных по делу лиц. Полагает, суд неправильно толкует нормы процессуального закона. ДТП около кафе с участием автомобиля «МАЗ» под управлением ФИО1, которым стал свидетель М.А.О., является копией ДТП с автомобилем на месте происшествия, что может свидетельствовать о неосторожности в действиях осуждённого, не убедившегося в безопасности при движении задним ходом. Ссылаясь на видеозапись с регистратора, считает, что ФИО1 на автомобиле «МАЗ» не шёл на таран автомобиля, в котором находился сотрудник ДПС Д.П.В.. Суд не был объективен и беспристрастен. Ссылаясь на Конституцию РФ, международные правовые акты, судебную практику, просит приговор отменить.

В письменных возражениях государственный обвинитель Демидова А.М. считает приговор законным и обоснованным, апелляционные жалобы не подлежащими удовлетворению.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах, в возражении на жалобы, судебная коллегия считает, что выводы суда о доказанности вины ФИО1 в совершении инкриминируемых ему преступлений соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на представленных сторонами и проверенных в судебном заседании доказательствах, подробно изложенных в приговоре.

Потерпевший Д.П.В. показал, что является инспектором дорожно-патрульной службы ОГИБДД ОМВД России по <адрес>. В один из дней октября 2022 года в составе наряда ДПС ОГИБДД ОМВД России по <адрес> находился на дежурстве совместно с инспектором ДПС Г.Н.С.. В ночное время от оперативного дежурного ему поступило сообщение о том, что водитель автомобиля «МАЗ» с государственным регистрационным знаком <данные изъяты> управляет автомобилем в состоянии алкогольного опьянения. Данный автомобиль был обнаружен на <адрес> в <адрес>. На патрульном автомобиле ГИБДД с включёнными проблесковыми маячками они поехали за этим автомобилем и пытались его обогнать. Водитель автомобиля «МАЗ» контролировал в зеркала передвижение патрульного автомобиля, не давал обойти свой автомобиль ни слева, ни справа, выезжал на полосу встречного движения, увеличивал скорость, пытался скрыться. Он (Д.П.В.) запросил помощь у оперативного дежурного ОМВД. В помощь им был направлен патруль Росгвардии в составе К.В.А. и Т.А.В., которые на автомобиле «Лада Гранта» с включенными проблесковыми маячками подъехали к ним и также стали осуществлять преследование автомобиля «МАЗ». Водитель автомобиля «МАЗ» выехав за город и двигаясь вперёд, включил дополнительные яркие фонари заднего хода, которые «слепили», что создавало трудности в преследовании вышеуказанного автомобиля. Он (Д.П.В.) неоднократно через громкоговорящее устройство требовал водителя автомобиля «МАЗ» остановиться, включал звуковой сигнал, но тот не останавливался. Водитель автомобиля «МАЗ» реагировал на попытки патрульного автомобиля ГИБДД его обогнать, перемещаясь по дороге в ту сторону, куда смещался патрульный автомобиль. Потом автомобиль «МАЗ» остановился посередине проезжей части. Он (Д.П.В.) остановил патрульный автомобиль ГИБДД на полосе для встречного движения позади автомобиля «МАЗ». Автомобиль Росгвардии с включёнными проблесковыми маячками остановился за автомобилем «МАЗ» на полосе по ходу движения. Сотрудник ДПС Г.Н.С. пошёл к автомобилю «МАЗ». В это время водитель автомобиля «МАЗ» поехал задним ходом, увеличивая скорость, наехал на автомобиль Росгвардии, в котором находился водитель К.В.А., и протащил этот автомобиль назад по дороге около 10 метров. В результате этого автомобиль Росгвардии был сильно повреждён и отброшен в правый кювет дороги. Водитель автомобиля «МАЗ» пытался умышленно причинить вред сотрудникам полиции и их технике, чтобы его перестали преследовать. Он (Д.П.В.) развернул патрульный автомобиль ГИБДД и начал движение в сторону автомобиля «МАЗ», водитель которого начал движение навстречу его (Д.П.В.) автомобилю. Автомобиль «МАЗ» быстро набирал скорость и смещался в ту же сторону, куда он (Д.П.В.) смещал свой патрульный автомобиль, двигаясь вперед. Он (Д.П.В.) понимал, что в случае наезда автомобиля «МАЗ» на патрульный автомобиль ГИБДД его (Д.П.В.) жизни и здоровью реально угрожает опасность, он опасался этого. Ему (Д.П.В.) удалось свернуть патрульный автомобиль на обочину перед ехавшим в него автомобилем «МАЗ», таким образом, удалось избежать столкновения. В период всех описанных событий автомобилем управлял ФИО1, его видел Г.Н.С..

Потерпевший К.В.А. показал, что является старшим полицейским взвода полиции Вельского филиала ФГКУ «УВО ВНГ России по <адрес>» (Росгвардии). ДД.ММ.ГГГГ он совместно с Т.А.В. на служебном автомобиле «Лада-Гранта», имеющим специальные обозначения Росгвардии и спецсигналы, заступил на службу. ДД.ММ.ГГГГ около 4 часов по радиосвязи дежурный ОМВД России по <адрес> сообщил, что в <адрес> ездит автомобиль «МАЗ» с государственным регистрационным номером <данные изъяты>, водитель которого возможно находится в состоянии алкогольного опьянения. Около 4 часов 20 минут сотрудники ГИБДД запросили помощь в преследовании автомобиля «МАЗ», предупредили, что водитель этого автомобиля не останавливается, выезжает на полосы встречного движения. Затем он (К.В.А.) увидел автомобиль «МАЗ» за которым двигался автомобиль ГИБДД с включенными светозвуковыми сигналами. В составе наряда ГИБДД были Д.П.В. и Г.Н.С.. Он (К.В.А.) и Т.А.В. с включёнными светозвуковыми сигналами также поехали за автомобилем «МАЗ», который следовал с большой скоростью. Водитель автомобиля «МАЗ» постоянно перестраивался из одной полосы движения в другую, не давая сотрудникам ГИБДД себя обогнать ни слева, ни справа. Через громкоговоритель сотрудники ГИБДД неоднократно требовали от водителя автомобиля «МАЗ» остановиться, но тот продолжал движение. Двигаясь по дороге в сторону дачных поселков автомобиль «МАЗ» остановился по центру проезжей части. За этим автомобилем ближе к левой обочине остановился автомобиль ГИБДД. Автомобиль Росгвардии остановился за автомобилем «МАЗ» ближе к правой обочине. Из автомобиля ГИБДД выбежал сотрудник ДПС и побежал к автомобилю «МАЗ». На помощь сотруднику ГИБДД пошёл сотрудник Росгвардии Т.А.В.. В это время автомобиль Росгвардии стоял с включенными проблесковыми маячками, светом фар и звуковой сиреной. Водитель автомобиля «МАЗ» видел все, что происходит за его автомобилем в зеркала, на его автомобиле горели яркие нештатные фонари, которые освещали всё за автомобилем «МАЗ». Расстояние между автомобилем «МАЗ» и автомобилем Росгвардии было около 20 метров. Водитель автомобиля «МАЗ» резко поехал задним ходом на автомобиль Росгвардии, в котором он (К.В.А.) находился, совершил наезд на служебный автомобиль, проволочив по дороге назад около 10 метров. Сила удара была такой, что автомобиль «Лада- Гранта» откинуло на обочину, а потом в лесополосу. Автомобиль «МАЗ» по инерции проехал ещё задним ходом около 10 метров. Затем этот автомобиль остановился и поехал прямо в автомобиль ГИБДД, водителю которого удалось уклониться от столкновения с автомобилем «МАЗ». После этого автомобиль «МАЗ» скрылся. В результате действий водителя автомобиля «МАЗ» он (К.В.А.) ударился головой об руль служебного автомобиля, испытал при этом резкую боль и получил телесное повреждение в виде ушиба и гематомы лба. Автомобиль Росгвардии получил значительные повреждения и не мог самостоятельно передвигаться.

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта при медицинском обследовании ДД.ММ.ГГГГ в 19 часов 40 минут К.В.А. у него выявлено повреждение – гематома лобной области слева, которое расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью, и образовалось не менее чем от одного ударного воздействия лобной областью с твердым тупым предметом.

Свидетель Т.А.В., старший полицейским ФГКУ «УВО ВНГ России по <адрес>», по фактическим обстоятельствам дела дал такие же показания, как и потерпевший К.В.А. Уточнил, что перед заступлением на службу у К.В.А. видимых повреждений не было.

Свидетель Г.Н.С., инспектор ДПС ОГИБДД ОМВД России по <адрес>, по фактическим обстоятельствам дела дал такие же показания, как и потерпевший Д.П.В. показал, что видел водителя автомобиля «МАЗ», им был ФИО1, именно он на своём автомобиле совершил наезд на автомобиль Росгвардии и пытался въехать в автомобиль ГИБДД. После наезда автомобилем «МАЗ» на автомобиль Росгвардии, в котором был К.В.А., у последнего он видел покраснение на лбу.

Свидетель М.А.О. показал, что ДД.ММ.ГГГГ около 3 часов он видел как автомобиль «МАЗ» с регистрационным знаком <данные изъяты> совершил наезд на автомобиль у кафе в <адрес>. Водитель автомобиля «МАЗ» ехал по дороге неадекватно, выезжал на встречную полосу, мог находится в состоянии алкогольного опьянения, о чём он сообщил в дежурную часть ОМВД России по <адрес>.

Свидетеля Ч.К.В. показал, что является начальником дежурной части ОМВД России по <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ около 4 часов 30 минут поступило сообщение о ДТП с участием сотрудников полиции. Он (Ч.К.В.) и начальник ГИБДД ОМВД России по <адрес> О.А.Ю. выехали на место происшествия, где были сотрудники ДПС Д.П.В. и Г.Н.С., а также сотрудники Росгвардии К.В.А. и Т.А.В., которые рассказали, что по поступившему от оперативного дежурного сообщению организовали преследование автомобиля «МАЗ», водитель которого мог находится в состоянии опьянения. Во время преследования водитель автомобиля «МАЗ» задним ходом наехал на автомобиль Росгвардии, где находился водитель К.В.А., который ударился о руль автомобиля, то есть ему были причинены телесные повреждения. Автомобиль Росгвардии имел повреждения передней части и находился за пределами дороги в кювете. Сотрудники полиции показали куда поехал автомобиль «МАЗ». Он (Ч.К.В.) и О.А.Ю. поехали в сторону железнодорожного переезда и обнаружили автомобиль «МАЗ» съехавший с насыпи, идущей вдоль железнодорожного полотна. В кабине сидел ФИО1 с явными признаками алкогольного опьянения. ФИО1 был доставлен в отдел полиции.

Свидетель О.А.Ю., начальник ОГИБДД ОМВД России по <адрес> дал такие же показания, как и свидетель Ч.К.В., уточнив, что приехав на место происшествия, видел у водителя автомобиля Росгвардии К.В.А. телесные повреждения в виде припухлости и покраснения в районе лба.

Свидетель Е.П.П. показал, что у него имеется автомобиль «МАЗ», которым в ночь на ДД.ММ.ГГГГ управлял его брат ФИО1 и совершил ДТП с автомобилем Росгвардии. Показал, что у автомобиля «МАЗ» для обзора назад имелись зеркала, одно из которых слева и два справа.

Свидетель К.Д.С. показал, что является инспектором ОДПС ОГИБДД ОМВД России по <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ утром после заступления на службу ему для проведения проверки был передан ФИО1, который являлся участником ДТП. У ФИО1 имелись явные признаки алкогольного опьянения. В присутствии понятых с использованием прибора алкотектора было проведено освидетельствование ФИО1 на состояние опьянения, по результатам которого было установлено, что ФИО1 находится в состоянии алкогольного опьянения. Он составил протоколы об отстранении ФИО1 от управления транспортным средством и о задержании транспортного средства – автомобиля «МАЗ» с государственным регистрационным знаком <данные изъяты> В последующем от сотрудников ДПС Д.П.В. и Г.Н.С. ему стало известно, что в ходе преследования автомобиля «МАЗ», которым управлял ФИО1. Данный автомобиль задним ходом совершил наезд на автомобиль Росгвардии, в результате чего пострадал водитель К.В.А.. Потом ФИО1 пытался совершить наезд на автомобиль ГИБДД.

В ходе выемки потерпевший Д.П.В. выдал следователю диск с видеозаписями, сделанными ДД.ММ.ГГГГ видеорегистраторами установленными в автомобиле ГИБДД.

Видеозаписи с вышеуказанных видеорегистраторов осмотрены, они подтверждают обстоятельства совершённых ФИО1 преступлений, о которых сообщили потерпевшие и свидетели.

Из протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ следует, что на 1 км автодороги «ж/д переезд – дачи «<данные изъяты>» на территории <адрес> (вблизи <адрес>), за пределами проезжей части автодороги, в лесополосе находится автомобиль «Лада-Гранта», имеющий цветографические наклейки Росгвардии, наличие на крыше автомобиля системы СГУ с проблесковыми маячками. Передняя часть автомобиля имеет повреждения.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ на участке местности вблизи железнодорожного полотна <данные изъяты> <данные изъяты> Северной железной дороги обнаружен автомобиль «МАЗ» с государственным регистрационным знаком <данные изъяты>, который частично съехал в кювет. Автомобиль имеет зеркала заднего вида, одно из которых слева и два справа. На задней части автомобиля имеются повреждения.

Вышеуказанные автомобили осмотрены и признаны вещественными доказательствами по делу.

Судом были исследованы документы (выписки из приказов, копии должностных регламентов сотрудников отделения дорожно-патрульной службы ГИБДД ОМВД России по <адрес>, дорожно-патрульной службы ГИБДД и сотрудников ВФ ФГКУ УВО ВНГ России по <адрес>), полное и подробное содержание которых приведено в приговоре, подтверждающие, что Д.П.В. назначен на должность инспектора ДПС отделения дорожно-патрульной службы ГИБДД ОМВД России по <адрес>, а К.В.А. назначен на должность старшего полицейского взвода полиции ВФ ФГКУ УВО ВНГ России по <адрес>. В ночь с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ они находились при исполнении своих должностных обязанностей.

В судебном заседании были исследованы протокол об отстранении ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ от управления автомобилем <данные изъяты> с государственным регистрационным знаком <данные изъяты> акт об освидетельствовании на состояние алкогольного опьянения, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ в 10 часов 31 минуту установлено, что ФИО1 находится в состоянии алкогольного опьянения (0,585 мг/л).

Все вышеприведённые доказательства были тщательно исследованы, проанализированы, проверены и оценены судом с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а собранные доказательства в совокупности – с точки зрения достаточности для постановления приговора.

Также в приговоре приведены иные доказательства, исследованные в судебном заседании.

При этом в приговоре полно и правильно изложено содержание всех исследованных по делу доказательств, приведены касающиеся проверки и оценки каждого доказательства выводы, которые судом надлежащим образом мотивированы, приведённые аргументы убедительны, сомнений в своей объективности и правильности у суда апелляционной инстанции не вызывают.

Суд обоснованно пришёл к выводу о достоверности показаний потерпевших, поскольку они не имеют существенных противоречий, влияющих на правильность установления судом обстоятельств совершения осуждённым преступлений и доказанность его вины. Показания потерпевших подтверждаются показаниями свидетелей стороны обвинения, протоколами осмотра места происшествия, выемки, осмотра вещественных доказательств, заключением судебно-медицинского эксперта, документами об освидетельствовании ФИО1 на состояние алкогольного опьянения, поэтому правомерно положены судом в основу обвинительного приговора.

Вопреки доводам стороны защиты потерпевшим и свидетелям согласно ст.279 УПК РФ разрешается прочтение имеющихся у них документов, относящихся к их показаниям.

Совокупность исследованных по делу доказательств позволила суду критически отнестись к показаниям ФИО1, который свою вину в совершении инкриминируемых ему преступлений не признал. Показания ФИО1 суд обоснованно расценил как способ его защиты от предъявленного обвинения.

Доказательства, которые осуждённый и защитник считают недопустимыми, а именно показания потерпевших и свидетелей стороны обвинения, протокол выемки, протоколы осмотров места происшествия, заключение судебно-медицинского эксперта, получены в соответствии с уголовно-процессуальным законом, поэтому оснований для признания данных доказательств недопустимыми у судебной коллегии не имеется. Поскольку указанные доказательства согласуются между собой и взаимодополняют друг друга они обоснованно признаны достоверными.

Ссылка защитника на непроведение по делу проверки показаний обвиняемого на месте является безосновательной, поскольку в соответствии со ст. 38 УПК РФ следователь уполномочен самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных действий.

Судебно-медицинская экспертиза по телесным повреждениям К.В.А. проводилась экспертом по медицинской карте пациента, получившего медицинскую помощь в амбулаторных условиях ДД.ММ.ГГГГ в 19 часов 40 минут. Эксперт установил, что у К.В.А. выявлена гематома лобной области, однако, как указано в заключении эксперта достоверно судить о данности образования выявленной гематомы не представляется возможным, так как её первоначальные морфологические свойства в представленной на исследование медицинской карте не были описаны.

Заключение эксперта не опровергает, а подтверждает предъявленное ФИО1 обвинение. Экспертом установлено наличие у потерпевшего К.В.А. ДД.ММ.ГГГГ телесного повреждения.

Свидетели стороны обвинения показали, что телесное повреждение у К.В.А. появилось после того, как ФИО1 на автомобиле «МАЗ» наехал на автомобиль Росгвардии, в котором был К.В.А.

Таким образом, вопреки доводам стороны защиты, судом установлено время получения потерпевшим К.В.А. вышеуказанного телесного повреждения.

Доводы осуждённого о том, что К.В.А. выехал на служебном автомобиле без видеорегистратора и мог избежать наезда автомобиля «МАЗ» на автомобиль Росгвардии, не ставят под сомнение законность и обоснованность приговора.

Согласно исследованным в судебном заседании материалам дела установлено, что техническое средство алкотектор, используемый для измерения концентрации паров этанола в выдыхаемом воздухе у ФИО1, проходил поверку ДД.ММ.ГГГГ, то есть незадолго до использования этого технического средства ДД.ММ.ГГГГ. Свидетельство о поверке алкотектора в судебном заседании исследовалось.

С помощью вышеуказанного технического средства установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 управлял автомобилем «МАЗ» в состоянии алкогольного опьянения, чего сам ФИО1 не отрицал.

Доводы стороны защиты об отсутствие у ФИО1 умысла на применение насилия в отношении представителей власти, о том, что поехав на автомобиле «МАЗ» задним ходом он не видел стоявший сзади автомобиль росгвардии, так как зеркала не были отрегулированы, судом проверялись и обоснованно отвергнуты, поскольку опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Судом достоверно установлено, что ФИО1 управляя автомобилем «МАЗ», скрываясь от преследования автомобилей ГИБДД и Росгвардии, видел эти автомобили, поскольку на них были включены проблесковые маячки. Кроме того, ФИО1 не давал обогнать свой автомобиль патрульному автомобилю ГИБДД ни слева, ни справа, то есть полностью контролировал по зеркалам заднего вида обстановку за автомобилем «МАЗ». Когда ФИО1 остановил автомобиль «МАЗ», он видел, как за ним остановился автомобиль Росгвардии «Лада-Гранта» и сразу же задним ходом поехал в этот автомобиль, которым управлял сотрудник Росгвардии К.В.А., отчего автомобиль Росгвардии был отброшен с дороги в кювет. В результате этого автомобиль Росгвардии был существенно поврежден, а находящийся в нём водитель К.В.А. получил телесное повреждение характера гематомы лобной области. После этого ФИО1 увидев, что ему навстречу движется легковой автомобиль ГИБДД <данные изъяты> с включенными проблесковыми маячками, которым управлял сотрудник ДПС Д.П.В., включил переднюю передачу автомобиля «МАЗ» и направил свой автомобиль в автомобиль ГИБДД, однако Д.П.В. удалось избежать столкновения путём съезда на обочину.

То обстоятельство, что ФИО1 грузовым многотонным автомобилем умышленно задним ходом протаранил легковой автомобиль Росгвардии, которым управлял сотрудник Росгвардии К.В.А., значительно повредив данный автомобиль и причинив его водителю телесные повреждения, а затем этим же многотонным автомобилем пытался протаранить подъезжающий к нему легковой автомобиль ГИБДД, которым управлял сотрудник ДПС Д.П.В., указывает на прямой умысел ФИО1 на применение насилия опасного для жизни и здоровья в отношении представителей власти.

По смыслу закона по ч.2 ст. 318 УК РФ также квалифицируется применение в отношении представителя власти насилия, опасного для жизни или здоровья, которое хотя и не причинило вред здоровью потерпевшего, однако в момент применения создавало реальную опасность для его жизни или здоровья.

При таких обстоятельствах суд правильно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 2 ст. 264.1, ч.2 ст.318 УК РФ.

Оснований к изменению правовой оценки действий осуждённого ФИО1 не имеется.

При назначении наказания суд в соответствии со ст.ст.6, 43, 60 УК РФ учёл все требования уголовного закона, общественную опасность и тяжесть содеянного, личность виновного, наличие смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

Смягчающими наказание обстоятельствами суд признал по ч. 2 ст. 264.1 УК РФ признание подсудимым своей вины и раскаяние в содеянном, а по ч.2 ст. 318 УК РФ иные действия, направленные на заглаживание вреда, причинённого преступлением, выразившиеся в принесении извинений потерпевшим, в том числе и в судебном заседании.

Обстоятельствами, отягчающими наказание по двум преступлениям суд признал рецидив преступлений, а по преступлению, предусмотренному ч.2 ст.318 УК РФ совершение преступлений в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку именно состояние алкогольного опьянения, в которое ФИО1 сам себя привёл, употребляя спиртные напитки, сняло внутренний контроль за его поведением, привело к совершению этого преступления.

Из материалов уголовного дела следует, что преступление, предусмотренное ч.2 ст.264.1 УК РФ, ФИО1 совершено при очевидных для сотрудников правоохранительных органов обстоятельствах, которые были установлены независимо от его воли, каких-либо активных действий, направленных на установление истины по делу, осуждённый не предпринимал. Признательные показания осуждённого учтены в качестве смягчающего наказание обстоятельства в виде признания вины. В связи с чем признание вины и подтверждение факта нахождения в состоянии алкогольного опьянения не могут расцениваться как явка с повинной и активное способствование раскрытию и расследованию вышеуказанного преступления.

В приговоре суд мотивировал отсутствие оснований для применения положений ч.6 ст. 15, ст. 53.1, ч. 3 ст. 68, ст. 64, ст. 73 УК РФ и возможность исправления ФИО1 только в условиях изоляции от общества, назначив ему как за каждое преступление в отдельности, так и по совокупности преступлений, соразмерное содеянному справедливое наказание, которое чрезмерно суровым не является и оснований для его смягчения судебная коллегия не усматривает.

Все имеющие значение обстоятельства, по которым защита оспаривает виновность осуждённого, по делу исследованы полно, всесторонне, объективно и получили надлежащую оценку при постановлении приговора.

Доводы осуждённого о том, что он не был ознакомлен с аудиопротоколом судебного заседания не свидетельствуют о нарушении права на защиту осуждённого. В соответствии с ч. 1 ст. 259 УПК РФ в ходе судебного заседания составлялся протокол в письменной форме и велось протоколирование с использованием средств аудиозаписи. Осуждённый после постановления приговора ознакомлен с материалами уголовного дела и протоколом судебного заседания. Копия аудиопротокола осуждённому выдана.

Согласно протоколу судебного заседания дело судом рассмотрено в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, судом участникам процесса были созданы необходимые условия для исполнения их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, которыми они реально воспользовались. Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов подсудимому и его защитнику в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или способных повлиять на постановление законного и справедливого приговора, по делу не допущено. Ходатайства стороны защиты судом рассмотрены и по ним приняты мотивированные решения.

Какие-либо не устранённые судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осуждённого ФИО1, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины осуждённого или на квалификацию его действий, по делу отсутствуют. Суд не допускал каких-либо предположительных суждений. Право на защиту осуждённого не нарушено.

Сведений о ненадлежащем, необъективном, формальном или предвзятом рассмотрении уголовного дела в суде не имеется.

Суд дал оценку доказательствам, исследованным в ходе судебного разбирательства, в их совокупности, провёл анализ всех доказательств, в том числе и указанных в жалобах, и тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией осуждённого и защитника, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене приговора.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора по доводам, изложенным в апелляционных жалобах, судом не допущено.

Руководствуясь ст. 389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

определил а :

Приговор Вельского районного суда Архангельской области от 22 марта 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы осуждённого ФИО1 и адвоката Негодяева А.А.- без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном ст.ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора или иного итогового судебного решения, а осуждённым, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подается непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Осуждённый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий А.С. Шпанов

Судьи М.Н. Богров

А.В. Кочебурова