29RS0018-01-2025-002736-56

Дело № 2-2235/2025

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

29 декабря 2025 г.

г. Архангельск

Октябрьский районный суд г. Архангельска в составе

председательствующего судьи Яковлевой П.П.,

при секретаре судебного заседания Мироновой О.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Водолазсеверсервис» о признании отношений трудовыми, взыскании денежной компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации за задержку выплаты, компенсации морального вреда, возложении обязанности осуществить корректировку сведений индивидуального персонифицированного учёта, произвести отчисления страховых взносов,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Водолазсеверсервис» (далее – ООО «Водолазсеверсервис») об установлении факта трудовых отношений, взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации за задержку выплаты, компенсации морального вреда.

В обоснование требований указано, что истец работал у ответчика в должности <данные изъяты> с июня 2023 г. по 21 апреля 2025 г. без оформления трудовых отношений (без трудового договора). В июне 2023 г. истец начал выполнять трудовые обязанности в компании ООО «Водолазсеверсервис» в должности <данные изъяты>». Переговоры о трудоустройстве велись устно и через мессенджер. Все договоренности по условиям и оплате труда достигались в прямом диалоге с ФИО2. Условия оплаты труда были следующими – ежемесячное вознаграждения в размере 150000руб., а также дополнительные выплаты в размере 50 000 руб. за каждый месяц работы, перечисляемые один раз в месяц. Данные условия соблюдались до февраля 2024 г. включительно. Далее истец продолжал осуществлять тот же объём работ, однако получал только ежемесячную выплату в размере 150000 руб. Вопрос официального трудоустройства обсуждался неоднократно, однако представитель ответчика ФИО2 оформлять истца на должность <данные изъяты> отказался, предлагая вариант трудоустройства в должности <данные изъяты> от чего истец отказался, поскольку фактически выполнял обязанности, соответствующие должности <данные изъяты> а также выполнял функции <данные изъяты>. В процессе работы на истца были возложены обязанности: <данные изъяты>. Средняя продолжительность рабочего дня истца составляла от 11 до 13часов, из которых 8-12 часов истец проводил на производственных объектах, остальное время за компьютером. Оплата труда производилась тремя различными способами: переводом на банковскую карту от <данные изъяты> который является соучредителем компании, переводом на карту от ФИО2, наличными денежными средствами. После прекращения работы, истец не получил компенсацию за неиспользованный отпуск. За период работы истец находился в отпуске с 14 декабря 2023 г. по 10 января 2024 г. Таким образом, истец просит установить факт трудовых отношений между истцом и ответчиком, взыскать с ответчика компенсацию за неиспользованный отпуск за период с 01 июля 2023 г. по 21 апреля 2025 г. в сумме 329 334 руб. 47 коп., пени за просрочку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск по состоянию на 25 июня 2025 г. в сумме 29596руб. 19 коп., взыскать с ответчика в счёт компенсации морального вреда 100 000 руб.

Неоднократно изменяя исковые требования в порядке статьи 39Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), истец в окончательном виде просил суд установить факт трудовых отношений между истцом и ответчиком с 22 июня 2023 г. по 21 апреля 2025г., взыскать с ответчика компенсацию за неиспользованный отпуск за период с 03 июля 2024 г. по 21 апреля 2025 г. в сумме 187 730 руб. 23 коп., компенсацию за задержку выплаты по день фактического расчёта включительно, денежную компенсацию морального вреда 100 000 руб., возложить на ответчика обязанность осуществить корректировку сведений индивидуального персонифицированного учёта, произвести отчисления страховых взносов.

Судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу (далее – ОСФР по Архангельской области и НАО), Управление Федеральной налоговой службы по Архангельской области и Ненецкому автономному округу (далее УФНС по Архангельской области и НАО).

Истец ФИО1 о времени и месте судебного заседания извещён надлежащим образом, в суд не явился, для участия в судебном заседании направил в суд своего представителя – ФИО3, который доводы иска поддержал.

Представители ответчика ФИО2, адвокат Малыгин В.Н. в судебном заседании с иском не согласились по доводам, изложенным в письменном отзыве. Ссылались на то, что стороны в трудовых отношениях не состояли. Пояснили, что истец оказывал разовые услуги по <данные изъяты>; в течение рабочего дня под контролем ответчика не находился. Заявили ходатайство о пропуске истцом срока обращения в суд с иском в защиту своих трудовых прав. Указали, что с 28марта 2025 г. ООО «Водолазсеверсервис» какую-либо деятельность фактически не вела.

Третьи лица ОСФР по Архангельской области и НАО, УФНС по Архангельской области и НАО о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, в суд своих представителей не направили.

По определению суда дело рассмотрено при данной явке.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права, и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) относит, в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Согласно статье 15 ТК РФ трудовые отношения – отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

Частью 1 статьи 16 ТК РФ предусмотрено, что трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом. При этом согласно части 2 статьи 16 ТК РФ в случаях и порядке, которые установлены трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, или уставом (положением) организации, трудовые отношения возникают на основании трудового договора в результате, в частности, признания отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями.

Положениями статьи 56 ТК РФ предусмотрено, что трудовой договор – соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определённую этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Из приведённых выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определённой, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого в письменной форме. Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приёме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Вместе с тем, само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключённым при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть 2 статьи 16 ТК РФ) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

В соответствии с частями 2 и 3 статьи 19.1 ТК РФ в случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров.

В соответствии с частью первой статьи 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трёх месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Частью 1 статьи 12 ГПК РФ закреплено, что правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Из приведённых нормативных положений следует, что вопрос о пропуске истцом срока обращения в суд по трудовому спору может разрешаться судом только при условии, если об этом заявлено ответчиком, иное приводило бы к нарушению основополагающего принципа гражданского процесса - равенства всех перед законом и судом.

При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу ст. ст. 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.

К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчётные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.

Из разъяснений, изложенных в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», следует, что принимая во внимание, что статья 15 ТК РФ не допускает заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения, суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей (ч. 4 ст. 19.1 ТК РФ).

Если между сторонами заключён гражданско-правовой договор, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части 4 статьи 11 ТК РФ должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

При этом неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (ч. 3 ст. 19.1 ТК РФ).

Судом установлено, что основным видом экономической деятельности ООО «Водолазсеверсервис» является «42.91 Строительство водных сооружений» - л.д. 93 т. 2.

Генеральным директором общества является ФИО2

09 июня 2023 г. истцу выдан документ об образовании по профессии <данные изъяты> – л.д. 101 т. 2.

Согласно выписке из индивидуального лицевого счёта застрахованного лица с 2012 г. по 2014 г. истец ФИО1 был трудоустроен по должности <данные изъяты> в обществе с ограниченной ответственностью специализированное <данные изъяты> «Гольфстрим», с 2022 г. по 2023г. по той же должности в обществе с ограниченной ответственностью «Производственно-коммерческая фирма «Болид», с 23 ноября 2022 г. по 21 июня 2023 г. – в акционерном обществе «Объединенная энергостроительная корпорация» (л.д. 40-45 т. 2).

Сторона истца ссылается, что все договоренности по условиям и оплате труда достигались в прямом диалоге с ФИО2 Условия оплаты труда были следующими – ежемесячное вознаграждения в размере 150000руб., а также дополнительные выплаты в размере 50 000 руб. за каждый месяц работы, перечисляемая один раз в месяц.

Из представленной в материалы дела переписки следует, что условия заработной платы в размере 150000 руб. в месяц действительно обсуждались сторонами – л.д. 37 т. 1.

Согласно выпискам по банковским счетам ФИО2 регулярно, на постоянной основе (почти ежемесячно) переводил ФИО1 денежные средства в размере более 100000 руб.

Доказательств согласования между сторонами иного размера заработной платы ответчиком в материалы дела не представлено.

В этой связи суд полагает возможным признать, что стороны договорились о размере ежемесячной заработной платы истца – 150000 руб.

Из представленных истцом в материалы дела копий журнала <данные изъяты> следует, что истец ФИО1 регулярно осуществлял спуски. В указанном журнале истец указан как <данные изъяты>. В представленном журнале также имеются подписи генерального директора ФИО2 (напр., л.д. 21 т. 1).

По запросу суда публичным акционерным обществом «Территориальная генерирующая компания № 2» (далее – ПАО «ТГК-2») в материалы дела представлены пояснения о наличии между ПАО «ТГК-2» и ООО «Водолазсеверсервис» договорных отношений, из которых следует, что за период с 2023 г. по 2025 г. ООО «Водолазсеверсервис» на основании заключённых договоров систематически оказывал ПАО «ТГК-2» работы, в том числе по <данные изъяты>.

Из представленных ПАО «ТГК-2» актов-допуска для производства строительно-монтажных работ на территории действующего предприятия Северодвинская ТЭЦ-1 следует, что ФИО1, как представитель подрядчика, ответственный за производство работ, поименован как <данные изъяты> ООО «Водолазсеверсервис» - л.д. 146-149 т.2.

Вместе с тем, ПАО «ТГК-2» также представлены копии заявок ООО «Водолазсеверсервис» на пропуска на территорию Северодвинской ТЭЦ-1, подписанные генеральным директором ООО «Водолазсеверсервис», т.е. ФИО2, из которых также следует, что истец ФИО1 поименован как <данные изъяты>.

Из представленного ПАО «ТГК-2» отчёта регистрации входов-выходов через систему СКУД следует, что в 2024 г. – 2025 г. истец ФИО1 регулярно осуществлял проход на территорию Северодвинской ТЭЦ-1. Последний вход-выход отражён 26 апреля 2025 г.

Оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, на основании установленных в судебном заседании данных, суд приходит к выводу, что между истцом и ответчиком фактически сложились трудовые отношения.

Доводы стороны ответчика об обратном опровергаются фактическими обстоятельствами дела.

По смыслу приведенных выше норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в случае возникновения спора о признании отношений между истцом и ответчиком трудовыми при доказанности факта выполнения работы (оказании услуг) истцом за плату в интересах и по заданию ответчика именно ответчик должен представить доказательства того, что спорные отношения не являлись трудовыми, а имели иную правовую природу. Неустранимые сомнения при рассмотрении споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Между тем, в материалы дела ответчиком не представлено каких-либо доказательств того, что отношения с истцом соответствовали условиям гражданско-правового договора возмездного оказания услуг, что истцу поручалось разовое выполнение конкретных, строго определённых действий, учитывался объём (количество) фактически оказанных услуг и оплачивался только их результат. Не представлено и доказательств того, что истец самостоятельно выбирал способ, место и время для выполнения заданий ответчика.

При таких обстоятельствах требования истца о признании отношений с ответчиком в период с 22 июня 2023 г. по 21 апреля 2025г. трудовыми (в пределах заявленных истцом требований в соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ) подлежат удовлетворению.

Доводы стороны ответчика о том, что с 28 марта 2025 г. организация какую-либо деятельность фактически не вела, правового значения для рассмотрения настоящего трудового спора не имеют. Кроме того, опровергаются пояснениями ПАО «ТГК-2», согласно которым в 2025 г. между ответчиком и ПАО «ТГК-2» заключены два договора подряда сроком действия по 31 декабря 2025 г. – л.д. 144.

Вопреки мнению ответчика, истцом трёхмесячный срок обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора о признании отношений трудовыми, предусмотренный ст. 392 ТК РФ, не пропущен; иск поступил в приёмную суда 03 июля 2025 г.

Разрешая требование истца в части взыскания с ответчика компенсации за неиспользованные дни отпуска, суд исходит из следующего.

Согласно статье 114 ТК РФ работникам предоставляются ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка.

В силу положений статьи 115 ТК РФ ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней. Ежегодный основной оплачиваемый отпуск продолжительностью более 28 календарных дней (удлиненный основной отпуск) предоставляется работникам в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Согласно статье 120 ТК РФ продолжительность ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков работников исчисляется в календарных днях и максимальным пределом не ограничивается. Нерабочие праздничные дни, приходящиеся на период ежегодного основного или ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска, в число календарных дней отпуска не включаются. При исчислении общей продолжительности ежегодного оплачиваемого отпуска дополнительные оплачиваемые отпуска суммируются с ежегодным основным оплачиваемым отпуском.

В соответствии со статьёй 121 ТК РФ в стаж работы, дающий право на ежегодный основной оплачиваемый отпуск, включается в том числе время, когда работник фактически не работал, но за ним в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором сохранялось место работы (должность), в том числе время ежегодного оплачиваемого отпуска, нерабочие праздничные дни, выходные дни и другие предоставляемые работнику дни отдыха.

Статья 14 Закона Российской Федерации от 19 февраля 1993 г. №4520-1 «О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях» предусмотрено, что, кроме установленных законодательством дополнительных отпусков, предоставляемых на общих основаниях, лицам, работающим в северных районах России, устанавливается также в качестве компенсации ежегодный дополнительный отпуск продолжительностью в районах Крайнего Севера - 24 календарных дня; в приравненных к ним местностях - 16 календарных дней.

В силу статьи 127 ТК РФ при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Из объяснений истца, неопровергнутых стороной ответчика, следует, что в период трудоустройства ежегодный оплачиваемый и дополнительный оплачиваемый отпуска ему не предоставлялись. При увольнении соответствующая компенсация также выплачена не была.

Согласно расчётам истца размер компенсации за неиспользованный отпуск в количестве 36,67 дней составляет 187 730 руб. 23 коп.

Представленный расчёт судом проверен и признан арифметически верным.

При этом, суд признаёт правомерным расчёт среднедневного заработка в сумме 5119 руб. 45 коп., исходя из достигнутой между сторонами договорённости о размере ежемесячной заработной платы истца в сумме 150000 руб. в месяц – л.д. 37 т. 1.

Контррасчёта, также как и доказательств иного размера заработной платы истца, ответчиком в материалы дела не представлено.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация за неиспользованный отпуск в сумме 187 730 руб. 23 коп.

Разрешая требование стороны истца о взыскании процентов за несвоевременную выплату компенсации за неиспользованный отпуск, суд исходит из следующего.

Согласно статье 236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчёта включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

В соответствии со статьёй 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчёте.

В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

Принимая во внимание, что трудовые отношения между сторонами были прекращены 21 апреля 2025 г., именно в данную дату ответчик должен был произвести с работником полный расчёт. Начиная с 22 апреля 2025 г., истец вправе требовать взыскания с ответчика компенсации за задержку причитающихся при увольнении выплат.

С учётом заявленных стороной истца требований (ч. 3 ст. 196 ГПК РФ) размер процентов за задержку выплаты заработной платы за период с 22апреля 2025 г. по 29 декабря 2025 г. (день вынесения решения суда) составит 57758 руб. 33 коп.

Разрешая требование истца о возложении на ответчика обязанности произвести отчисления страховых взносов, суд исходит из следующего.

В силу статьей 6, 7 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», статьёй 3, 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», статьёй 10, 11 Федерального закона от 29 ноября 2010 г. № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации», статьи 1 Федерального закона от 01 апреля 1996 г. № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учёте в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования» ответчик, являясь в спорный период работодателем истца, одновременно являлся страхователем по обязательному пенсионному страхованию, обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и обязательному медицинскому страхованию в отношении него как застрахованного лица.

Согласно пункту 2 статьи 14 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», страхователи обязаны, в том числе своевременно и в полном объёме уплачивать страховые взносы в фонд и вести учёт, связанный с начислением и перечислением страховых взносов в фонд.

В соответствии с пунктом 2 части 2 статьи 17 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» страхователи обязаны правильно исчислять, своевременно и в полном объёме уплачивать (перечислять) страховые взносы.

В силу пункта 2 части 2 статьи 17 Федерального закона от 29 ноября 2010 г. № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» страхователь обязан своевременно и в полном объёме осуществлять уплату страховых взносов на обязательное медицинское страхование в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Из положений статей 9, 11, 15 Федерального закона от 01 апреля 1996г. № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учёте в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования» следует, что страхователь представляет в соответствующие органы фонда сведения о работающих у него застрахованных лицах. Страхователи представляют сведения для индивидуального (персонифицированного) учёта в органы фонда по месту своей регистрации и сведения в налоговые органы в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

В соответствии со статьёй 15 Федерального закона от 15 декабря 2001г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», статьёй 16 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» и статьёй 16 Федерального закона от 29 ноября 2010 г. № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации», статьёй 14 Федерального закона от 01 апреля 1996 г. № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учёте в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования» застрахованные лица имеют право защищать свои права в сфере обязательного страхования, в том числе в судебном порядке.

Из представленных ОСФР по Архангельской области и НАО сведений следует, что в спорный период ответчиком в отношении истца уплата страховых взносов не производилась, в этой связи, на ответчика подлежит возложению обязанность осуществить корректировку сведений индивидуального персонифицированного учёта, начислить и произвести уплату страховых взносов на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование в отношении истца за период работы с 22 июня 2023г. по 21 апреля 2025 г.

Разрешая требования о компенсации морального вреда, суд принимает во внимание, что согласно статье 237 ТК РФ моральный вред, причинённый работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 17марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ», учитывая, что Трудовой кодекс РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации причинённого работнику морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу абзаца 14 части 1 статьи 21, статьи 237 ТК РФ вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причинённого ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

В соответствии с частью 1 и 2 статьи 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Как указал истец, моральный вред причинён ему в результате незаконных действий ответчика, что повлекло за собой причинение нравственных страданий, вызванных перенесёнными переживаниями.

Принимая во внимание, что ответчик трудовые отношения с истцом в соответствии с требованиями трудового законодательства не оформлял, что привело к тому, что в течение длительного периода времени истцу не оплачивались больничные, не выплачивались отпускные, обязательные страховые взносы ответчиком на истца не производились, учитывая особенности личности истца, степень нравственных страданий, длительность переживаний, а также требования разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца в качестве денежной компенсации морального вреда 5 000 руб.

С учётом изложенного, исковые требования подлежат удовлетворению.

На основании ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 17365 руб. (3000руб. – по имущественному требованию, не подлежащему оценке, – об установлении факта трудовых отношений; 8 365 руб. – по имущественному требованию о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск и процентов за задержку её выплаты; 3 000 руб. – по неимущественному требованию о взыскании компенсации морального вреда; 3000 руб. – по неимущественному требованию о возложении обязанности осуществить корректировку сведений индивидуального персонифицированного учёта, произвести отчисления страховых взносов).

Руководствуясь ст. 198, 199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 (<данные изъяты>) к обществу с ограниченной ответственностью «Водолазсеверсервис» (ИНН <***>) о признании отношений трудовыми, взыскании денежной компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации за задержку выплаты, компенсации морального вреда, возложении обязанности осуществить корректировку сведений индивидуального персонифицированного учёта, произвести отчисления страховых взносов – удовлетворить.

Признать отношения, сложившиеся между ФИО1 и обществом с ограниченной ответственностью «Водолазсеверсервис» в период с 22 июня 2023 г. по 21 апреля 2025 г., трудовыми.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Водолазсеверсервис» в пользу ФИО1 денежную компенсацию за неиспользованный отпуск в сумме 187730 руб. 23 коп., компенсацию за задержку выплаты за период с 22 апреля 2025 г. по 29декабря 2025 г. в сумме 57758 руб. 33 коп., компенсацию морального вреда в сумме 5000 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Водолазсеверсервис» в пользу ФИО1 компенсацию за задержку выплаты в порядке статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации с 30 декабря 2025 г. по день фактического расчёта включительно.

Возложить на общество с ограниченной ответственностью «Водолазсеверсервис» обязанность осуществить корректировку сведений индивидуального персонифицированного учёта, начислить и произвести уплату страховых взносов на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование в отношении ФИО1 за период работы с 22 июня 2023 г. по 21 апреля 2025 г.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Водолазсеверсервис» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 17 365 руб.

Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путём подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Архангельска.

Мотивированное решение суда (будет) изготовлено 22 января 2026 г.

Судья

П.П. Яковлева