Дело № 2-2532/2022 КОПИЯ
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
23 ноября 2022 года г. Новосибирск
Калининский районный суд г. Новосибирска в составе:
Председательствующего судьи Белоцерковской Л.В.,
При секретаре Муштаковой И.В,
При помощнике судьи Сидоровой Ю.С.
рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения,
УСТАНОВИЛ:
В суд с иском обратилась ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения, в котором просит взыскать солидарно с ФИО2, ФИО3, ФИО5, ФИО4 в пользу ФИО1 сумму неосновательного обогащения в размере 2880620 руб.
В обоснование заявленных исковых требований истец ФИО1 указала, что с ФИО6 она находилась в фактических брачных отношениях с 1998 года, проживали вместе, вели общее хозяйство. Брак между ними не был зарегистрирован. В период совместной жизни в 2011 году по взаимной договоренности ФИО1 и ФИО6 решили откладывать личные денежные средства на приобретение общей квартиры в <адрес>, для реализации этих планов истец перевелась на более высокооплачиваемую должность. Истцом были собраны: 300000 руб., оставшиеся с продажи комнаты в общежитии, расположенной по адресу: <адрес>, помещение № (договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, 170000 руб., подаренные самим ФИО6, 150000 руб., полученные с продажи деревообрабатывающих станков, 444000 руб., полученные от сдачи в наем жилого дома, построек и земельного участка, рассоложенных по адресу: <адрес>, 120000 руб., полученные от сдачи металлолома, а всего 1184000 руб. Кроме того, истец регулярно снимала и переводила денежные средства со своих банковских карт, в том числе с зарплатной, всего 1696620 руб. Все собранные денежные средства истец передавала ФИО6, а тот в свою очередь перечислял их в Сбербанк. 22 августа 2018 года, ФИО6 с ее согласия заключил договор участия в долевом строительстве от 22 августа 2018 года №г. 04 сентября 2018 года снял со своего счета накопления в Сбербанке 3000000 руб. и оплатил стоимость объекта долевого строительства, в последующем право собственности на <адрес> было зарегистрировано за ФИО6 Данную квартиру они условились продать, добавить денежные средства, в том числе от продажи имущества ФИО7 С,Ф. и приобрести в долевую собственность трехкомнатную квартиру по ? доли каждому в строящемся комплексе ЖК «Сосновый бор», тем самым компенсировать ее вложения. Однако ФИО6 скончался ДД.ММ.ГГГГ. Ответчики являются наследниками по закону после смерти ФИО6, которые подали в установленный срок нотариусу ФИО8 заявления о принятии наследства.
В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, была извещена надлежащим образом о месте и времени рассмотрения данного гражданского дела, представила письменные пояснения (л.д.24 т.2) и заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие (л.д.142 т.1).
В судебном заседании представитель истца ФИО1 – ФИО9, действующий на основании доверенности от 28 апреля 2022 года сроком на пять лет (л.д.137 т.1) уменьшил размер взыскиваемой суммы и просил взыскать с ответчиков в пользу истца неосновательное обогащение в сумме 2860420 руб., в остальной части заявленные требования поддержал в полном объеме по тем же основаниям, представив письменные объяснения и таблицу (л.д.156-159 т.2, л.д.3-4 т.2) и в судебном заседании пояснил, что ФИО1 и ФИО6 проживали совместно, планировали приобрести жилое помещения для совместного проживания, соглашения между ними о накоплении денежных средств не было заключено, во исполнение договоренности ФИО1 и ФИО6 производили накопление денежных средств, письменных доказательств, подтверждающих факт передачи денежных средств ФИО6 не имеется, за исключением перечислений на его счет. ФИО6 с 2011 года копил деньги, полагает, что они хранились у него дома, но факт того, что деньги имелись, подтверждается фактом приобретения ФИО6 в 2018 году квартиры по <адрес> оплаты жилого помещения в сентябре 29018 года он на счет внес 2000000 руб. После приобретения данной квартиры ФИО1 вновь передавала ФИО6 наличные денежные средства и осуществляла переводы на его счета в банке, но данные денежные средства являются неосновательным обогащением, а не денежными средствами, которые передавались на общие хозяйственные нужды. ФИО1 и ФИО6 не устраивала площадь квартиры на <адрес>, в связи с чем они и планировали приобрести квартиру в новом строящемся доме на ЛДС «Сибирь», намеревались в 2021 году зарегистрировать брак. Между ФИО6 и ФИО1 существовали обязательства с 2012 года по приобретению квартиры в силу устной договоренности.
Ответчики ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 в судебное заседание не явились, были извещены надлежащим образом о месте и времени рассмотрения данного гражданского дела.
Представитель ответчиков ФИО3, ФИО4, ФИО5 – ФИО10, действующий на основании доверенности от сроком на (л.д.139-140 т.1) в судебном заседании иск не признал в полном объеме, представил письменные возражения и заявление о применении срока исковой давности (л.д.205-213 т.1).
Представители ответчика ФИО2 – ФИО11, действующий на основании ордера от 15 июля 2022 года (л.д.141 т.1), ФИО12, действующая на основании доверенности от 19 октября 2020 года сроком на пять лет (л.д.2 т.2), в судебном заседании исковые требования не признали в полном объеме, просили применить срок исковой давности, представитель ФИО11 дополнительно указал, что не представлено допустимых и относимых доказательств, которые бы свидетельствовали о сбережении ФИО6 денежных средств для ФИО1, а представитель ФИО12 суду пояснила, что ФИО6 вместе со своей матерью были зарегистрированы в квартире по ул.Танковая г.Новосибирска, ФИО6 не проживал совместно с ФИО1, так как он проживал вместе со своей матерью. В квартире по <адрес> вещей ФИО1 не имелось, мать ФИО6 рассказывала, что у него была женщина, у них были отношения. ФИО6 работал, получал заработную плату и пенсию, они вместе с матерью откладывали деньги. После смерти матери ФИО6 – 06 ноября 2019 года, последний получил наследство и затем продал квартиру по <адрес>, полученные денежные средства он положил на счет, а 500000 руб. получил наличными денежными средствами 11 сентября 2020 года. После смерти ФИО6 денежные средства в сумме 500000 руб. исчезли.
Суд, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему выводу:
В соответствии с ч.1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 настоящего Кодекса. Частью второй настоящей статьи предусмотрено, что правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.
В соответствии с указанной статьей обязательства из неосновательного обогащения возникают при наличии трех условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение произведено за счет другого лица; третьим необходимым условием является отсутствие правовых оснований, то есть приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке, прежде всего договоре, то есть происходит неосновательно.
В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Согласно п. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности. Указанная норма подлежит применению лишь в тех случаях, когда лицо действовало с намерением одарить другую сторону, то есть с осознанием отсутствия обязательства перед последней или с целью благотворительности. Таким образом, лицо, совершая действия по предоставлению имущества, должно выразить волю, которая явно указывает на то, что у приобретателя после передачи имущества не возникает каких-либо обязательств, в том числе из неосновательного обогащения.
В судебном заседании установлено, что 22 августа 2018 года между ООО «Империя» и ФИО6 был заключен договор участия в долевом строительстве №, по которому участник долевого строительства обязуется уплатить обусловленную договором цену и принять объект долевого строительства, а застройщик обязуется своими силами и/или с привлечением других лиц построить «Многоэтажный многоквартирный жилой дом с подземной автостоянкой, трансформаторная подстанция по адресу: <адрес> стр.» и после получения разрешения на ввод дома в эксплуатацию передать в собственность участнику долевого строительства жилое помещения - <адрес>, расположенная на 8 этаже общей площадью по проекту 41.41 кв.м.; цена договора составляет 3000000 руб., которая оплачивается в течение 3 календарных дней с момента государственной регистрации договора в Управлении Росреестра по НСО (л.д.88- 94 т.1).
Государственная регистрация договора долевого участия в строительстве была произведена 03 сентября 2018 года (л.д.94 т.1).
12 февраля 2019 года между ООО «Империя» и ФИО6 был подписан акт приема- передачи (л.д.94 оборот- 95 т.1) и 24 мая 2019 года было зарегистрировано право собственности ФИО6, на <адрес> (л.д.101-102 т.1).
Оплата по договору долевого участия в строительстве № от ДД.ММ.ГГГГ была произведена ФИО6 04 сентября 2018 года в сумме 3000000 руб. (л.д.96, 131-132 т.1) за счет личных денежных средств, что подтверждается следующими установленными по делу обстоятельствами.
04 сентября 2018 года ФИО6 открыл счет в ПАО «Сбербанк России» (№ счета №), на который была внесена денежная сумма в размере 1000015,62 руб. (л.д.131-132 т.1)
07 сентября 2017 года ФИО6 внес на счет №, открытый в ПАО «Сбербанк России» денежную сумму в размере 2000000 руб., к 04 сентября 2018 года с учетом начисленных процентов остаток составлял 2100652,51 руб. (л.д.100, 133 т.1).
04 сентября 2018 года вышеуказанная денежная сумма была получена ФИО6 на основании расходного ордера (л.д.99 т.1), денежная сумма в размере 2000000 руб. была внесена на сберегательный счет, открытый на его имя (л.д.131-132 т.1), 100652,51 руб. была внесена на вновь открытый счет Сохраняй (л.д.99 т.1).
16 июня 2020 года ФИО6 на лицевой счет №, открытый в ПАО «Сбербанк России» произвел зачисление двух денежных сумм – 511752,20 руб. и 288247,80, после чего остаток по счету стал составлять 800015,83 руб. (л.д.97 т.1), 16 июня 2020 года было произведено списание 800000 руб. с открытием нового счета на освоении договора о вкладе «Сохраняй» на сумму 800000 руб. (л.д.97 оборот – 98, 134 т.1).
ФИО6 работал в ПАО «НЗХК» и его доход от трудовой деятельности составил в 2017 году - 592993,48 руб., в 2018 году – 673109,22 руб., в 2019 году - 685080,05 руб., в 2020 году – 583537,84 руб. (л.д.199-203 т.1).
ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 умер, что подтверждается копией свидетельства о смерти (л.д.103 т.1).
После смерти ФИО6, последовавшей ДД.ММ.ГГГГ было заведено наследственное дело № (л.д.104-106, 116-125 т.1).
Исходя из представленных материалов наследственного дела судом установлено, что после смерти ФИО6 открылось наследство и наследникам по закону – ФИО5, ФИО4, ФИО3, ФИО2 выданы свидетельства о праве на наследство по закону.
В соответствии со ст.1175 ГК РФ наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (статья 323). Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества. Кредиторы наследодателя вправе предъявить свои требования к принявшим наследство наследникам в пределах сроков исковой давности, установленных для соответствующих требований. До принятия наследства требования кредиторов могут быть предъявлены к исполнителю завещания или к наследственному имуществу. В последнем случае суд приостанавливает рассмотрение дела до принятия наследства наследниками или перехода выморочного имущества в соответствии со статьей 1151 настоящего Кодекса к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации или муниципальному образованию.
На основании п.п. 58, 59, 61, 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года №9 «О судебной практике по делам о наследовании» под долгами наследодателя, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника (статья 418 ГК РФ), независимо от наступления срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства.
Смерть должника не является обстоятельством, влекущим досрочное исполнение его обязательств наследниками. Например, наследник должника по кредитному договору обязан возвратить кредитору полученную наследодателем денежную сумму и уплатить проценты на нее в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа; сумма кредита, предоставленного наследодателю для личного, семейного, домашнего или иного использования, не связанного с предпринимательской деятельностью, может быть возвращена наследником досрочно полностью или по частям при условии уведомления об этом кредитора не менее чем за тридцать дней до дня такого возврата, если кредитным договором не установлен более короткий срок уведомления; сумма кредита, предоставленного в иных случаях, может быть возвращена досрочно с согласия кредитора (статьи 810, 819 ГК РФ).
Стоимость перешедшего к наследникам имущества, пределами которой ограничена их ответственность по долгам наследодателя, определяется его рыночной стоимостью на время открытия наследства вне зависимости от ее последующего изменения ко времени рассмотрения дела судом.
Поскольку смерть должника не влечет прекращения обязательств по заключенному им договору, наследник, принявший наследство, становится должником и несет обязанности по их исполнению со дня открытия наследства (например, в случае, если наследодателем был заключен кредитный договор, обязанности по возврату денежной суммы, полученной наследодателем, и уплате процентов на нее).
При рассмотрении дел о взыскании долгов наследодателя судом могут быть разрешены вопросы признания наследников принявшими наследство, определения состава наследственного имущества и его стоимости, в пределах которой к наследникам перешли долги наследодателя, взыскания суммы задолженности с наследников в пределах стоимости перешедшего к каждому из них наследственного имущества и т.д.
Таким образом, в случае смерти должника и при наличии наследников и наследственного имущества возможно взыскание кредитной задолженности с наследников в пределах стоимости наследственного имущества. Исходя из положений приведенных правовых норм, обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения настоящего спора являются принятие наследниками наследства после смерти заемщика, наличие и размер наследственного имущества.
В силу закона наследники отвечают по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества (ст. 1175 ГК РФ), поэтому при отсутствии или недостаточности наследственного имущества обязательство перед кредитором прекращается невозможностью исполнения соответственно полностью или в недостающей части наследственного имущества (п. 1 ст. 416 ГК РФ) .
Таким образом, суд приходит к выводу о том, что наследники, в данном случае ФИО4, ФИО3, ФИО5, ФИО2 отвечают по долгам наследодателя – ФИО6 в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества.
В судебном заседании не было установлено и не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что ранее были удовлетворены требования кредиторов к имуществу умершего ФИО6, перешедшего в порядке наследования к ответчикам.
Истец ФИО1 в обоснование заявленных исковых требований указала, что во исполнение устной договоренности о приобретении в собственность жилого помещения в будущем на накопленные совместно денежные средства, передала ФИО6 наличные денежные средства: 10 ноября 2011 года в сумме 300000 руб., 15 ноября 2013 года – 170000 руб., 09 июня 2017 года – 883900 руб., 17 марта 2018 года – 150000 руб., 25 мая 2018 года – 60000 руб., 09 августа 2018 года - 120000 руб., 22 августа 2018 года - 48000 руб., 04 сентября 2018 года - 365600 руб.
Кроме того, ФИО1 перечислила ФИО6 на его счет 08 декабря 2017 года 20000 руб., 04 июля 2018 года – 38000 руб., 03 августа 2018 года - 36000 руб. (л.д.120-127 т.2).
Как следует из искового заявления и пояснений представителя истца, после заключения договора долевого участия от 22 августа 2018 года, между ФИО1 и ФИО6 вновь была достигнута договоренность о приобретении в будущем жилого помещения большей площади с оформлением права общей долевой собственности на ФИО6 и ФИО1, в связи с чем истцом были переданы денежные средства ФИО6 в наличной денежной форме: 03 января 2019 года – 60000 руб., 15 июня 2019 года – 60000 руб., 03 января 2020 года – 60000 руб., 16 сентября 2019 года - 48000 руб., 16 июня 2020 года - 243270 руб., 26 июня 2020 года - 60000 руб., 11 сентября 2020 года – 48000 руб., 24 сентября 2020 года - 49900 руб.
Во исполнение существующей договорённости, как указала истец, со счета ФИО1 на счета в ПАО «Сбербанк России», принадлежащие ФИО6 были перечислены денежные средства: 06 января 2020 года – 50 руб. и 4000 руб., 11 января 2020 года -500 руб., 12 января 2020 года – 500 руб., 08 февраля 2020 года -3000 руб., 15 февраля 2020 года – 550 руб., 26 февраля 2020 года – 2000 руб., 16 марта 2020 года – 350 руб., 02 апреля 2020 года – 6000 руб., 17 апреля 2020 года – 3000 руб., 29 апреля 2020 года – 17000 руб., 04 июля 2020 года – 3000 руб.
Факт перечисления денежных средств ФИО1 безналичным способом на счета, открытые на имя ФИО6 в ПАО «Сбербанк России» подтверждается ответом на запрос (л.д.120-127 т.2).
ФИО1 с 01 августа 1992 года работает в ПАО «НЗХК» (АООТ «НЗХК», ОАО «НЗХК») по настоящее время, что подтверждается записями в трудовой книжке (л.д.10-12 т.1).
Согласно справок о доходах (л.д.160-169 т.1), доход ФИО1 по месту работы составил: в 2011 году – 302817,49 руб., в 2012 году – 369694,20 руб., в 2013 году – 370543,30 руб., в 2014 году – 384682,81 руб., в 2015 году – 364805,42 руб., в 2016 году – 439405,32 руб., в 2017 году – 509056,84 руб., в 2018 году – 517946,32 руб., в 2019 году – 498468,07 руб., в 2020 году – 549015,46 руб.
ФИО1 с 15 сентября 2017 года установлена пенсия по старости в размере 10689,10 руб. (л.д.178 т.1)
Из представленных отчетов об операциях (л.д.24-83 т.1) видно, что ФИО1 производились зачисления денежных средств, а также частичные выдачи с банковских счетов.
На основании договора купли-продажи от 07 октября 2011 года ФИО1 является собственником <адрес> (л.д.170 т.1), которая сдавалась истцом по договору найма жилого помещения (л.д.173-178 т.1).
Из договора купли-продажи от 01 ноября 2011 года следует, что ФИО1 передала в собственность ФИО13 жилое помещение общей площадью 12,6 кв.м., расположенное по адресу: <адрес>, помещение 203 по цене 650000 руб., которые передаются покупателем продавцу после регистрации договора купли-продажи в Управлении Росреестра по Новосибирской области (л.д.13-15). Право собственности, сделка были зарегистрированы в Управлении Росреестра по Новосибирской области 07 ноября 2011 года.
В материалах дела имеется копия расписки от 15 ноября 2013 года, из которой следует, что ФИО6 подарил ФИО1 в день рождения сумму в размере 170000 руб. на 15 сентября 2013 года (л.д.16 т.1).
17 марта 2018 года ФИО1 получила от ФИО14 150000 руб. за три станка (л.д.16 т.1 оборот).
25 мая 2018 года между ФИО1 и ФИО14 был заключен договор найма жилого помещения, по которому в пользование нанимателю было предоставлено участок, огород, дом, баня, постройки по адресу: <адрес> (л.д.17-19, 20 т.1), согласно условиям данного договора плата за наем составляет в зимний период (9 месяцев) -12000 руб., в летний период (3 месяца) – 20000 руб.
Из графика внесения платежей следует, что ФИО1 получила от ФИО14 25 мая 2018 года – 60000 руб., 22 августа 2018 года – 48000 руб., 03 января 2019 года -60000 руб., 15 июня 2019 года – 60000 руб., 16 сентября 2019 года – 48000 руб., 03 января 2020 года - 60000 руб., 16 июня 2020 года – 60000 руб., 11 сентября 2020 года – 48000 руб. (л.д.18 оборот т.1).
Истцом также представлена копия расписки от 09 ноября 2020 года, из которой следует, что ФИО15 проживал по адресу: <адрес>, снимал жилье у ФИО1 и помогал ей сдавать металлолом из развалившегося гаража ее умершего отца, со слов ФИО1 деньги срочно необходимы до августа 2018 года передать ФИО6 для покупки квартиры, снимал жилье с февраля по август, с ним проживал ФИО16, вместе с ним отдавали 20000 руб., за металл примерно за 5 выездов передал ФИО1 около 120000 руб., которые она передала ФИО6 со словами «В сумку» на квартиру (л.д.21, 171-172 т.1).
Свидетель ФИО14 в судебном заседании 30 августа 2022 года суду показал, что он знаком с ФИО1 с 2018 года, так как арендовал у нее гараж по адресу: <адрес> в дальнейшем и жилое помещение по этому же адресу. Плата по договору составляла в летний период 20000 руб. в месяц, в зимний период времени - 12000 руб. ежемесячно, денежные средства выплачивал ФИО1 наличными ежеквартально. С 2018 года по 2019 год по вышеуказанному адресу проживали ФИО1 и ФИО6, с 2019 года они проживали в <адрес>. Денежные средства свидетель передавал ФИО1 в присутствии ФИО6 в даты, указанные в договоре. Кроме того, в марте 2018 года он передавал ФИО1 денежные средства в сумме 150000 руб. за станки. Также он помогал квартирантам ФИО1 сдавать металлолом, он вывозил металлолом на пункт сдачи, всего было осуществлено 5-6 рейсов в течение пяти дней, полученное деньги в сумме 110000-120000 руб. были переданы ФИО1 и ФИО6 Денежные средства ФИО1 и ФИО6 собирали для приобретения жилья.
Свидетель ФИО17 в судебном заседании 30 августа 2022 года суду показал, что ФИО1 – его мать, они совместно проживали в общежитии по <адрес> до 2011 года, после чего свидетель стал проживать на <адрес> с бабушкой и дедушкой, а ФИО1 приобрела квартиру на <адрес> после продажи комнаты в общежитии. После смерти бабушки в 2012 году, ФИО1 и ФИО6 проживали совместно с ним на <адрес>. Свидетель ФИО17 с сентября 2012 года работал в НЗХК Энергия, затем работал в НЗХК Инструмент, в настоящее время работает в ПАО «НЗХК». 10 ноября 2011 года ФИО1 передала ФИО6 в его присутствии 300000 руб. для приобретения квартиры. 15 ноября 2013 года ФИО6 подарил ФИО1 170000 руб. на <адрес>, а ФИО1 вернула деньги ФИО6, чтобы отложить на квартиру, свидетель пересчитывал деньги, то есть ФИО1 ему передарила деньги, отдала на общую квартиру. 09 июня 2017 года ФИО6 было передано 883900 руб. в кабинете ФИО1 по месту работы, 300000 руб., которые были переданы на квартиру, хранили в сейфе по месту работы ФИО1, как и 170000 руб. Деньги в сумме 883900 руб. свидетель пересчитал при всех и отдали ФИО6 на квартиру общую. Также 04 сентября 2018 года ФИО1 на работе передавала ФИО6 деньги в сумме 365600 руб. В 2018 году была приобретена квартира на <адрес>, однако стоимость квартиры ему неизвестна. 16 июня 2020 года на работе ФИО1 передала 243270 руб., так как квартиру на <адрес> приобретали временно, хотели приобрести либо дом, либо квартиру в ЖК «Сосновый бор» и после 2018 года копили на новую квартиру. 24 сентября 2020 года на работе ФИО1 передала 49900 руб. ФИО6
Суд, проанализировав собранные по делу доказательства в их совокупности, приходит к выводу о том, что факт получения истцом ФИО1 заработной платы, страховой пенсии по старости, а также иных доходов от использования принадлежащего ей имущества, в судебном заседании является установленным и подтверждается вышеприведенными доказательствами по делу.
Однако, в судебном заседании не нашло своего подтверждения то обстоятельство, что между ФИО6 и ФИО1 была достигнута договоренность о приобретении жилого помещения за счет денежных средств, принадлежащих ФИО6 и ФИО1, в связи с чем ФИО1 были переданы ФИО6 денежные средства в наличной и безналичной форме, что подтверждается заключением договора о долевом участии в строительстве от 22 августа 2018 года, из которого следует, что участником долевого строительства является лишь ФИО6 и который за счет принадлежащих ему денежных средств оплатил цену договора в размере 3000000 руб. 04 сентября 2018 года.
Приобретение жилого помещения – <адрес> только в собственность ФИО6 подтверждается и тем обстоятельством, что с момента регистрации права собственности – 24 мая 2019 года, умерший не передавал истцу в собственность долю в праве общей долевой собственности, между ФИО6 и ФИО1 не было заключено соглашений в надлежащей письменной форме, определяющих их взаимные права и обязанности, так как между сторонами брак зарегистрирован не был, о чем ФИО1 было доподлинно известно.
Кроме того, после приобретения жилого помещения по адресу: <адрес>, между ФИО6 и ФИО1 вновь не было достигнуто иных соглашений по определению прав в отношении вышеуказанного жилого помещения, а также намерения в будущем за счет денежных средств сторон приобрести в общую долевую собственность иное жилое помещение.
В силу ст.56 ГПК РФ суду не представлено допустимых и относимых доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО1 за счет собственных денежных средств оплатила приобретение ФИО6 <адрес>.
Указания ФИО1 о передаче ФИО6 наличных денежных средств 10 ноября 2011 года в сумме 300000 руб., 15 ноября 2013 года – 170000 руб., 09 июня 2017 года – 883900 руб., 17 марта 2018 года – 150000 руб., 25 мая 2018 года – 60000 руб., 09 августа 2018 года - 120000 руб., 22 августа 2018 года - 48000 руб., 04 сентября 2018 года - 365600 руб., 03 января 2019 года – 60000 руб., 15 июня 2019 года – 60000 руб., 03 января 2020 года – 60000 руб., 16 сентября 2019 года - 48000 руб., 16 июня 2020 года - 243270 руб., 26 июня 2020 года - 60000 руб., 11 сентября 2020 года – 48000 руб., 24 сентября 2020 года - 49900 руб. по мнению суда не заслуживают внимания, так как данные обстоятельства не подтверждены допустимыми и относимыми доказательствами.
Доводы представителя истца ФИО1 о том, что доказательством, подтверждающим факт передачи наличных денежных средств ФИО6 для приобретения жилого помещения являются пояснения представителя истца в силу ст.55 ГПК РФ, а также показания свидетелей ФИО17, ФИО14, суд не принимает во внимание, так как согласно ст.162 ГК РФ условия соглашений, сделок не могут быть подтверждены показаниями свидетелей, при этом суд отмечает и то обстоятельство, что свидетель ФИО17 является сыном истца, то есть близким родственником, в связи с чем заинтересован в исходе дела, а свидетель ФИО14 указал лишь на то, что ФИО6 присутствовал при передаче им денежных средств ФИО1, что не свидетельствует как об условиях достигнутой договоренности между ФИО1 и ФИО6, так и о передаче последнему на хранение денежных средств.
При анализе представленных доказательств судом было установлено, что денежные средства, затраченные ФИО6 на приобретение спорной квартиры были получены со счетов ПАО «Сбербанка России», которые были открыты на имя умершего, при этом 07 сентября 2017 года ФИО6 внес на счет 2000000 руб., которые впоследствии были истрачены на оплату договора долевого участия в строительстве, оставшаяся денежная сумма была получена им также со счета, открытого в ПАО «Сбербанк России».
ФИО6 работал в ПАО «НЗХК», имел постоянный доход от трудовой деятельности, за счет которого он мог приобрести право на жилое помещение.
Доводы истца ФИО1, изложенные в заявлении на л.д. 24 т.2, из которых следует, что заработную плату ФИО6 тратил на приобретение продуктов питания, медикаментов, на хозяйственные нужды, приобретение книг, мебели, пользовался услугами такси, предоставлял деньги в долг, дарил подарки (л.д.27-50, 56-68 т.2), не свидетельствует о приобретении ФИО6 имущества за счет ФИО1, в сумме заявленных исковых требований.
05 июня 2020 года нотариус нотариального округа города Новосибирска ФИО18 выдал ФИО6 свидетельства о праве на наследство закону после смерти ФИО19, последовавшей ДД.ММ.ГГГГ на 1/2 доли в праве общей долевой собственности на <адрес> (л.д.70 т.2), на права на денежные средства, находящиеся на счетах ПАО Сбербанк (л.д.72 т.2).
11 сентября 2020 года между ФИО20 и ФИО21 был заключен договор купли-продажи, по которому продавец передал в собственность покупателя <адрес> по цене 2500000 руб., из которых денежная сумма в размере 500000 руб. оплачена покупателем продавцу наличными денежными средствами в день подписания договора, а денежная сумма в размере 2000000 руб. оплачена за счет целевых кредитных средств с использованием номинального счета ООО «Центр недвижимости от Сбербанка» (л.д.84-85 т.2).
ФИО6 в период с 20 сентября 1977 года по 12 октября 2020 года был зарегистрирован в <адрес> (л.д.86 т.2).
Кроме того, судом установлено, что ФИО1 перечисляла в безналичном порядке ФИО6 денежные средства : 08 декабря 2017 года 20000 руб., 04 июля 2018 года – 38000 руб., 03 августа 2018 года - 36000 руб.,06 января 2020 года – 50 руб. и 4000 руб., 11 января 2020 года -500 руб., 12 января 2020 года – 500 руб., 08 февраля 2020 года -3000 руб., 15 февраля 2020 года – 550 руб., 26 февраля 2020 года – 2000 руб., 16 марта 2020 года – 350 руб., 02 апреля 2020 года – 6000 руб., 17 апреля 2020 года – 3000 руб., 29 апреля 2020 года – 17000 руб., 04 июля 2020 года – 3000 руб. (л.д.120-127 т.2), получение которых ответчиками не оспаривалось.
Доказательств возврата вышеуказанных денежных сумм истцу (за исключением 20200 руб.), в силу ст.56 ГПК РФ суду представлено не было и данное обстоятельство не оспаривалось лицами, участвующими в деле.
В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Истец ФИО1 в обоснование заявленных требований о взыскании неосновательного обогащения с ответчиков не представила допустимых и относимых доказательств? подтверждающих факт приобретения ФИО6 имущества в виде наличных денежных средств за счет истца в отсутствие правовых оснований.
Таким образом, данные требования истца о взыскании неосновательного обогащения, с ответчиков удовлетворению не подлежат в полном объеме.
Представителями ответчиков ФИО2, ФИО5, ФИО22, ФИО3 в судебном заседании заявлено о применении срока исковой давности по требованиям истца ФИО1
Назначение исковой давности означает предоставление истцу строго определенного, но вполне достаточного срока для защиты его права. По истечении исковой давности заявитель лишается возможности принудительной (судебной) защиты своего права.
Срок исковой давности в соответствии со статьей 196 ГК РФ составляет три года, течение которого начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (статья 200 ГК РФ).
По настоящему делу предъявлен иск о взыскании неосновательного обогащения, срок давности применительно к заявленным требованиям следует исчислять с того момента, когда ФИО1 узнала или должна была узнать об отсутствии законного основания для получения ФИО6 неосновательного обогащения (сбережения денежных средств за счет истца) в условиях отсутствия каких-либо соглашений, заключенных сторонами в допустимой форме, относительно судьбы строящегося жилого дома.
Определяя момент времени, когда истец узнала или должна была узнать о нарушении своего права, суд приходит исходит из того, что ФИО1 с 22 августа 2018 года, со дня заключения договора долевого участия, было достоверно известно об отсутствии у нее каких-либо вещных прав в отношении возводимого многоквартирного жилого дома, при этом никаких сделок, устанавливающих обязанности ФИО6 по компенсации в будущем произведенных истцом расходов, либо по передаче жилого помещения в собственность последней, по иному встречному предоставлению, между сторонами не состоялось, несмотря на то, что 24 мая 2019 года право собственности на жилое помещение было зарегистрировано за умершим.
Таким образом, ФИО1, действуя при той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась по характеру правоотношения и условиям оборота, с указанного времени, могла и должна была знать о нарушении своего права ФИО6, выражающемся в получении необоснованных выгод за ее счет без каких-либо встречных обязательств.
Учитывая, что рассматриваемый иск направлен в суд 13 мая 2022 года с требованиями о взыскании неосновательного обогащения, течение срока исковой давности не прерывалось, оснований для восстановления срока исковой давности не имеется, суд полагает, что истцом пропущен срок исковой давности в отношении расходов, понесенных ФИО1 ранее 06 января 2020 года.
В период с 06 января 2020 года по 04 июля 2020 года ФИО1 перечислила на счет ФИО6 39750 руб. с учетом возвращенных ей ФИО6 20200 руб., без установленных на то законом или договором оснований, в связи с чем данные средства подлежат взысканию с наследников – ответчиков по делу в солидарности порядке.
С учетом положений ч.4 ст.1109 ГК РФ денежные средства и иное имущество не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, если будет установлено, что воля передавшего их лица осуществлена в отсутствие обязательств, то есть безвозмездно и без встречного предоставления - в дар либо в целях благотворительности.
Таким образом, лицо, совершая действия по предоставлению имущества, должно выразить волю, которая явно указывает на то, что у приобретателя после передачи имущества не возникает каких-либо обязательств, в том числе из неосновательного обогащения.
В соответствии со ст.56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 ст.123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Из содержания п. 4 ст. 1109 ГК РФ следует, что бремя доказывания факта направленности воли потерпевшего на передачу имущества в дар или предоставления его с целью благотворительности лежит на приобретателе.
Ответчиками не представлено доказательств, свидетельствующих о благотворительном или безвозвратном характере сумм, переданных истцом ФИО6 в период с 06 января 2020 года по 04 июля 2020 года, таковые отсутствуют и в материалах дела.
Таким образом, суд приходит к выводу, что имело место приобретение ФИО6 денежных средств за счет ФИО1, т.е. имелось неосновательное обогащение, в связи с чем, ответчики обязаны возвратить истцу денежные средства в размере 39750 руб.
В соответствии со статьей 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.
Гражданские права и обязанности возникают, в частности, вследствие неосновательного обогащения.
Правовые последствия на случай неосновательного получения денежных средств определены главой 60 ГК РФ.
Суд приходит к выводу об отсутствии обстоятельств, приведенных в пункт 4 статьи 1109 ГК РФ, поскольку отношения сторон в период проживания без регистрации брака основаны на принципах равенства сторон, неприкосновенности их собственности, независимости и имущественной самостоятельности.
Данные выводы суда подтверждаются и представленными выписками со счетов ФИО6, из которых не усматривается, что денежные средства, полученные от ФИО1 в период с 06 января 2020 года по 04 июля 2020 года в общей сумме 39750 руб. были истрачены на совместное хозяйство, несение совместных расходов, включая траты на продукты питания, различные товары, отпуск, поскольку они правового значения для разрешения настоящего спора не имеют и не опровергают доводы истца о фактической передаче денежных средств (л.д.120-127 т.2).
Таким образом, суд приходит к выводу о том, что солидарно с ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 в пользу ФИО1 необходимо взыскать неосновательное обогащение в размере 39750 руб., так как стоимость перешедшего в порядке наследования наследственного имущества составляет большую величину.
В соответствии со ст.98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца необходимо взыскать расходы по оплате государственной пошлины в размере 1392,50 руб.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194,198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Иск ФИО1 (№) к ФИО2 (№), ФИО3 (№), ФИО4 (№), ФИО5 (№) о взыскании неосновательного обогащения, удовлетворить частично.
Взыскать солидарно с ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 в пользу ФИО1 неосновательное обогащение в размере 39750 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 1392,50 руб., а всего – 41142,50 руб.
В остальной части в удовлетворении иска отказать.
Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Калининский районный суд г.Новосибирска.
Судья: (подпись) Л.В. Белоцерковская
Решение суда изготовлено в окончательном виде 28 ноября 2022 года.
Подлинник решения суда находится в материалах гражданского дела №2-2532/2022г. Калининского районного суда г.Новосибирска.
Решение суда не вступило в законную силу «___» _______________________2022г.
Судья: Л.В.Белоцерковская
Секретарь: И.В.Муштакова