Решение по делу № 2-1-378/2025 от 16.09.2025 - о взыскании страхового возмещения, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа, <ФИО> о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов.

УИД № 57RS0014-01-2025-000275-64

Производство № 2-1-378/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

3 сентября 2025 года г. Мценск

Мценский районный суд Орловской области в составе:

председательствующего судьи Бочаровой А.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Камаевой И.Н.,

с участием представителя истца по доверенности ФИО1,

представителя ответчика ФИО2 по ордеру ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Мценского районного суда Орловской области гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к акционерному обществу «Группа Страховых Компаний «Югория» о взыскании страхового возмещения, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа, ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов,

установил:

ФИО4 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Группа Страховых Компаний «Югория» (далее по тексту – АО «ГСК «Югория») о взыскании страхового возмещения, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа, ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов.

В обоснование заявленных исковых требований указано, что Дата в 08 часов 53 минуты произошло дорожно-транспортное происшествие по адресу: <адрес>, с участием автомобиля АВТО, государственный регистрационный номер №, под управлением водителя ФИО5, принадлежащего на праве собственности ФИО4, и автомобиля авто, государственный регистрационный номер №, под управлением водителя ФИО2, принадлежащего последнему на праве собственности. В результате указанного дорожно-транспортного происшествия был причинен вред автомобилю АВТО, принадлежащему ФИО4 Согласно заключению эксперта № расчетная стоимость восстановительного ремонта автомобиля составляет 105610 рублей 22 копейки, а с учетом износа – 71468 рублей 61 копейка. Согласно заключения эксперта № рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля составляет 204215 рублей 10 копеек. Дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя ФИО2, управлявшего автомобилем авто, государственный регистрационный номер №, что подтверждается материалами дела, в том числе постановлением по делу об административном правонарушении от 14.02.2024. Свою вину в совершении дорожно-транспортного происшествия ФИО2 не отрицал. Что касается требований к АО «ГСК «Югория», гражданская ответственность ФИО2, как владельца автомобиля застрахована в страховой компании САО «ВСК» на основании полиса №. Страховой компанией АО «ГСК «Югория» по заявлению о страховой выплате ОСАГО по полису № от 18.04.2024 была произведена страховая выплата в размере 63250 рублей. Таким образом, разница в размере ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия и выплаченного страхового возмещения, составила 8218 рублей 61 копейка. 11 ноября 2024 г. истцом направлена претензия в адрес страховой компании, которая рассмотрена, получен отказ путем СМС-информирования. Письменного ответа не получено, при этом срок рассмотрения истек 19 декабря 2024 г. Истцом направлялось соответствующее заявление финансовому управляющему, однако оно остановлено без удовлетворения. Таким образом, размер неустойки рассчитывается с 18 апреля 2024 г. (день выплаты страхового возмещения) по 31 января 2025 г. (день подачи искового заявления) – 288 дней, размер выплаты, подлежащий уплате – 8218 рублей 61 копейка: 288*0,01*8218,61=23669 рублей 59 копеек. В связи со сложившейся ситуацией истцом были перенесены определенные душевные волнения и нравственные страдания, которые истец оценивает в 10000 рублей. Что касается требований к ФИО2, то данный ответчик должен выплатить истцу разницу между надлежащим страховым возмещением (71468 рублей 61 копейка) и стоимостью восстановительного ремонта автомобиля, определенной на основании экспертизы, проведенной ФИО21 (204215 рублей 10 копеек), которая составляет 132746 рублей 49 копеек. Также истцом затрачены денежные средства в размере 18500 рублей на проведение досудебной экспертизы, в размере 30000 рублей за оказание юридической помощи по данному делу, в размере 2600 рублей на изготовление доверенности. Просит взыскать с АО «ГСК «Югория» невыплаченную сумму страхового возмещения в размере 8218 рублей 61 копейка, неустойку в размере 23669 рублей 59 копеек, компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей, штраф в размере 50% от присужденной судом суммы, а всего 62832 рубля 30 копеек; взыскать с ФИО2 сумму материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 132746 рублей 49 копеек, затраты на проведение независимой экспертизы в размере 18500 рублей, на оплату юридических услуг в размере 30000 рублей и на изготовление нотариальной доверенности в размере 2600 рублей, а всего 183846 рублей 49 копеек.

Определение суда в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Страховое акционерное общество «ВСК» (далее по тексту - САО «ВСК»).

В судебное заседание истец ФИО4, извещенный надлежащим образом о времени, дате и месте слушания дела, не явился, воспользовался правом ведения дела посредством представительства.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 исковые требования поддержал, при этом на основании ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации после проведения судебной экспертизы уточнил исковые требования и просил взыскать с АО «ГСК «Югория» невыплаченную сумму страхового возмещения в размере 4750 рублей, неустойку в размере 23892 рубля 50 копеек, компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей, штраф в размере 50% от присужденной судом суммы, а всего взыскать 57963 рубля 75 копеек; взыскать с ФИО2 сумму материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 136100 рублей, затраты на проведение независимой экспертизы в размере 18500 рублей, на оплату юридических услуг в размере 30000 рублей и на изготовление нотариальной доверенности в размере 2600 рублей, а всего 187200 рублей. Оплату государственной пошлины и судебной экспертизы возложить на ответчиков.

В судебное заседание ответчик ФИО2, извещенный надлежащим образом о времени, дате и месте слушания дела, не явился, воспользовался правом ведения дела посредством представительства.

В судебном заседании представитель ответчика по ордеру ФИО3 исковые требования не признала, указав, что ущерб до 400000 рублей должен быть возмещен страховой компанией, поэтому требования истцом должны были быть предъявлены только к страховой организации. Заключение эксперта от 9 апреля 2024 г., при этом соглашение об урегулировании убытка по договору ОСАГО (прямое урегулирование убытков) подписано ФИО4 15 апреля 2024 г.

В судебное заседание представитель ответчика АО «ГСК «Югория», извещенный надлежащим образом о времени, дате и месте слушания дела, не явился, просил дело рассмотреть в его отсутствие, представил в адрес суда письменные возражения на исковые требования, в которых указал, что стороны заключили соглашение об урегулировании убытков, тем самым утвердили факт полного урегулирования. АО «ГСК «Югория», признав заявленное событие страховым случаем, направила истцу направление на ремонт на СТОА ФИО22 расположенную по адресу: <адрес>, что подтверждается почтовым отправлением с идентификатором №. 15 апреля 2024 г. СТОА ФИО22 подготовлен отказ от проведения восстановительного ремонта транспортного средства по причине отсутствия возможности осуществить ремонт в установленный законом 30-дневный срок и отсутствия запасных частей. 15 апреля 2024 г. между сторонами заключено Соглашение, согласно которому стороны достигли согласия, что размер страхового возмещения определяется исходя из суммы 63250 рублей, при этом истец добровольно отказался от производства восстановительного ремонта транспортного средства по ранее выданному направлению на ремонт (пункт 2 Соглашения). Между истцом и АО «ГСК «Югория» было заключено соглашение об урегулировании убытка без проведения технической экспертизы, согласно которому был определен размер страхового возмещения в размере 63250 рублей. Согласно соглашению стороны утвердили факт полного урегулирования убытков по страховому событию по договору ОСАГО, при этом после выплаты суммы в размере 63250 рублей, стороны подтвердили отсутствие каких-либо материальных претензий друг к другу, вытекающих из урегулирования страхового события, в том числе в части неустойки (пени), финансовой санкции, штрафов, любых иных материальных требований. Стороны подтвердили факт отсутствия иных скрытых повреждений транспортного средства в результате страхового события, все повреждения указаны в акте осмотра от 19.02.2024, поэтому оснований для признания указанного соглашения недействительным не имеется. После осуществления страховщиком оговоренного страхового возмещения его обязанность считается исполненной в полном объеме и надлежащим образом, что прекращает соответствующее обязательство страховщика. Учитывая, что истец реализовал свое право на получение страхового возмещения путем заключения с АО «ГСК «Югория» Соглашения об урегулировании убытков, на заключение которого истец выразил волеизъявление, был ознакомлен с условиями данного соглашения, о чем свидетельствует его подпись, считает, что нет оснований для удовлетворения исковых требований. Ответчиком было в полном объеме исполнено заключенное между сторонами соглашение об урегулировании убытка путем перечисления суммы страхового возмещения на счет истца. Кроме того, нет оснований для признания данного Соглашения недействительным, данное Соглашение до настоящего времени не было изменено или расторгнуто сторонами, ни одна из сторон не обращалась к другой стороне по вопросу изменения или расторжения Соглашения. При таким обстоятельствах условия, предусмотренные Соглашением, сохраняют юридическую силу в полном объеме. При заключении данного Соглашения истец действовал осознанно, не заблуждаясь ни относительно природы сделки, ни тождества предмета сделки. В указанном Соглашении стороны определили размер страхового возмещения, признаваемый обеими сторонами. Руководствуясь приведенными нормами права, исходя из согласованных сторонами условий Соглашения следует вывод об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований истца, поскольку размер и порядок выплаты страхового возмещения по договору ОСАГО был определен сторонами в заключенном между ними Соглашении. Обязательства по данному соглашению исполнены ответчиком АО «ГСК «Югория» надлежащим образом. 18 апреля 2024 г. АО «ГСК «Югория» в рамках исполнения Соглашения осуществила выплату страхового возмещения по договору ОСАГО в размере 63250 рублей 00 копеек, что подтверждается платежным поручением № от 18 апреля 2024 г. Истец действует по отношению к АО «ГСК «Югория» неразумно и недобросовестно, а предъявив настоящий иск злоупотребил своим правом. С учетом изложенного, АО «ГСК «Югория» полагает, что действия истца следует расценивать как злоупотребление правом, и применить в отношении него последствия, предусмотренные ст. 10 ГК РФ. Учитывая, что АО «ГСК «Югория» исполнило условия Соглашения в полном объеме, выплатив страховое возмещение в размере 63250 рублей, то требование истца о взыскании неустойки и штрафа удовлетворению не подлежит. В случае, если суд посчитает данные требования истца подлежащими удовлетворению, то в силу ст. 333 ГК РФ просит снизить размер неустойки и штрафа, поскольку заявленная сумма неустойки является объективно несоразмерной последствиям нарушения обязательства, установленный законом размер неустойки в размере 1% в день составляет фактически 365% годовых, что очевидно превышает все возможные убытки, а также принимая во внимание отсутствия доказательств несения заявителем убытков в результате неисполнения страховщиком обязанности по выплате страхового возмещения, возникновения иных неблагоприятных последствий. Требование о взыскании штрафа является незаконным и необоснованным, предусмотренный п. 3 ст. 16.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств». АО «ГСК «Югория» исполнило все принятые на себя обязательства надлежащим образом и в сроки, установленные законодательством, между тем в случае если суд сочтет данные требования подлежащими удовлетворению в какой-либо части, то также возможно применение положений ст. 333 ГК РФ. Заявление ответчиком ходатайства о применении положений ст. 333 ГК РФ не свидетельствует о частичном или полном признании ответчиком требований истца.

В судебное заседание представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, САО «ВСК», извещенный надлежащим образом о времени, дате и месте слушания дела, не явился, причины неявки суду не известны.

В силу части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) неявка лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте рассмотрения дела, не является препятствием к разбирательству дела.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав представителя истца, представителя ответчика, исследовав материалы дела и оценив все представленные доказательства в совокупности, суд приходит к следующему выводу.

В ст. 19 Конституции РФ закреплено равенство всех перед законом и судом.

Согласно ч. 1 ст. 46 Конституции РФ каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

В силу ч. 3 ст. 123 Конституции РФ, ч. 1 ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда, в случаях, определенных законом.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).

В силу пункта 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильно действующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Пунктом 1 статьи 15 ГК РФ установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются в том числе расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

В соответствии со статьей 1072 названного кодекса юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В соответствии с п. п. 3, 4 ст. 931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявлять непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы. Договор страхования риска ответственности за причинение вреда считается заключенным в пользу лиц, которым может быть причинен вред.

Согласно преамбуле Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Закон об ОСАГО) данный закон определяет правовые, экономические и организационные основы обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств в целях защиты прав потерпевших.

При этом в отличие от норм гражданского права о полном возмещении убытков причинителем вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) Закон об ОСАГО гарантирует возмещение вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах, установленных этим законом (абзац 2 статьи 3 Закона об ОСАГО).

Страховое возмещение вреда, причиненного повреждением транспортных средств потерпевших, ограничено названным законом как лимитом страхового возмещения, установленным статьей 7, так и предусмотренным пунктом 19 статьи 12 специальным порядком расчета страхового возмещения, осуществляемого в денежной форме - с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене, и в порядке, установленном Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства.

Согласно пункту 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных пунктом 16.1 настоящей статьи) в соответствии с пунктом 15.2 настоящей статьи или в соответствии с пунктом 15.3 настоящей статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

Таким образом, по общему правилу страховщик обязан организовать и (или) оплатить восстановительный ремонт поврежденного легкового автомобиля гражданина, то есть произвести возмещение вреда в натуре.

При этом, подпунктом "ж" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО предусмотрено, что страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется путем почтового перевода суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) или ее перечисления на банковский счет потерпевшего (выгодоприобретателя) в случае наличия соглашения в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем).

В силу абзаца 2 пункта 23 статьи 12 Закона об ОСАГО с лица, причинившего вред, может быть взыскана сумма в размере части требования, оставшейся неудовлетворенной в соответствии с данным законом.

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. N 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" разъяснено, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 ГК РФ). К правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Законом об ОСАГО, и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате дорожно-транспортного происшествия, положения Закона об ОСАГО, а также Методики не применяются.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 64 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при реализации потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе в случаях, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, с причинителя вреда в пользу потерпевшего подлежит взысканию разница между фактическим размером ущерба и надлежащим размером страховой выплаты. Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подпунктом "ж" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом.

Если в ходе разрешения спора о возмещении причинителем вреда ущерба по правилам главы 59 ГК РФ суд установит, что страховщиком произведена страховая выплата в меньшем размере, чем она подлежала выплате потерпевшему в рамках договора обязательного страхования, с причинителя вреда подлежит взысканию в пользу потерпевшего разница между фактическим размером ущерба (то есть действительной стоимостью восстановительного ремонта, определяемой по рыночным ценам в субъекте Российской Федерации с учетом утраты товарной стоимости и без учета износа автомобиля на момент разрешения спора) и надлежащим размером страхового возмещения (пункт 65 вышеназванного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Из приведенных норм права и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации следует, что лицо, чье транспортное средство повреждено в результате дорожно-транспортного происшествия, обладает правом на полное возмещение причиненного ему ущерба. При этом компенсационные механизмы не ограничиваются одним лишь страховым возмещением, осуществляемым в порядке Закона об ОСАГО, и предусматривают возможность предъявления требований (в части, не подпадающей под страховое покрытие) к причинителю вреда непосредственно.

Как установлено в ходе судебного разбирательства и подтверждается материалами дела, 14 февраля 2024 г. в 08 часов 59 минут на <...> км <адрес>, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств: автомобиля марка авто, государственный регистрационный номер №, под управлением ФИО2, принадлежащего ему на праве собственности, и автомобиля марка АВТО, государственный регистрационный №, под управлением ФИО5, принадлежащего на праве собственности ФИО4, в результате которого автомобиль истца получил механические повреждения.

На основании постановления по делу об административном правонарушении № от 14 февраля 2024 г. водитель автомобиля марка авто, государственный регистрационный №, - ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ.

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу постановлением по делу об административном правонарушении, содержащим выводы относительно правовой оценки действий ФИО2, не могут быть в силу закона опровергнуты либо поставлены под сомнение.

Гражданская ответственность владельца транспортного средства авто, государственный регистрационный №, на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована по договору ОСАГО в САО «ВСК», страховой полис №.

Гражданская ответственность владельца транспортного средства АВТО, государственный регистрационный №, на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована по договору ОСАГО в АО «ГСК «Югория», страховой полис №.

19 февраля 2024 г. ФИО5, как доверенное лицо ФИО4, действующий на основании доверенности, обратился в страховую компанию АО «ГСК «Югория» с заявлением о прямом возмещении убытков по договору, где была застрахована гражданская ответственность истца. В заявлении о страховом возмещении истец просил определить его в виде страховой выплаты путем перечисления денежных средств на его расчетный счет, указав банковские реквизиты. При этом указанное заявление заполнено истцом собственноручно.

Страховой компанией АО «ГСК «Югория» было принято решение, что данный случай является страховым, и в этот же день - 19 февраля 2024 г., по направлению Финансовой организации проведен осмотр транспортного средства, о чем составлен соответствующий акт.

22 февраля 2024 г. АО «ГСК «Югория» направила заявителю направление на ремонт на станцию технического обслуживания автомобилей ФИО22 расположенную по адресу: <адрес> <адрес>, что подтверждается почтовым отправлением с идентификатором №.

6 апреля 2024 г. ФИО4 обратился к ФИО21 с целью проведения технической экспертизы транспортного средства. Согласно заключению эксперта № от 9 апреля 2024 г. стоимость восстановительного ремонта автомобиля АВТО, государственный регистрационный №, с учетом износа составляет 71468 рублей 61 копейка.

15 апреля 2024 г. СТОА ФИО22. подготовлен отказ от проведения восстановительного ремонта транспортного средства по причине отсутствия возможности осуществить ремонт в установленный законом 30-дневный срок и отсутствия запасных частей.

15 апреля 2024 г. между ФИО5 и АО «ГСК «Югория» заключено соглашение об урегулировании убытков по договору ОСАГО, согласно которому по результатам проведенного совместного осмотра поврежденного транспортного средств, с результатами которого потерпевший ознакомлен, согласен и возражений не имеет, руководствуясь п. 12 ст. 12 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ стороны достигли согласия о размере страхового возмещения по указанному страховому событию в размере 63250 рублей 00 копеек и не настаивают на организации независимой технической экспертизы. При этом потерпевший добровольно отказывается от производства восстановительного ремонта транспортного средства по ранее выданному страховщиком направлению от 22 февраля 2024 г.

Согласно п. 3 Соглашения АО «ГСК «Югория» обязана осуществить выплату страхового возмещения до 19 апреля 2024 г.

Согласно п. 5 Соглашения стороны констатируют факт полного урегулирования убытков по страховому событию по договору ОСАГО, при этом после выплаты, указанной в п. 2 Соглашения суммы стороны подтверждают отсутствие каких-либо материальных претензий друг к другу, вытекающих из урегулирования страхового события, в том числе в части неустойки (пени), финансовых санкций, штрафов, любых иных материальных требований. Стороны подтверждают отсутствие иных скрытых повреждений транспортного средства в результате страхового события, поскольку все повреждения поименованы в акте осмотра от 19 февраля 2024 г.

Согласно п. 6 Соглашения после исполнения страховщиком обязанности, предусмотренной п.п. 2, 3 Соглашения обязательство страховщика по выплате страхового возмещения по страховому событию и любые другие обязательства, связанные с наступлением страхового события, указанного в п. 1 Соглашения, согласно ст. 408 ГК РФ полностью прекращаются, в связи с надлежащим исполнением.

Согласно п. 7 Соглашения потерпевший подтверждает, что заключение настоящего Соглашения является его добровольным, осознанным и свободным выбором на получение страхового возмещения по страховому событию в соответствии с условиями настоящего Соглашения. Потерпевший подтверждает, что проинформирован страховщиком о праве проверить до подписания настоящего Соглашения достаточность денежных средств, размер которых указан в п. 2 настоящего Соглашения, для возмещения ущерба в независимых экспертных учреждениях и/или на станции технического обслуживания, где планируется проведение восстановительного ремонта транспортного средства.

18 апреля 2025 г. АО «ГСК «Югория» выплатила ФИО5 страховое возмещение, определенное на основании страхового акта № ПВУ от 15.04.2024 по договору ОСАГО, как стоимость восстановительного ремонта транспортного средства с учетом износа в размере 63250 рублей 00 копеек, что подтверждается платежным поручением № от 18 апреля 2025 г.

11 ноября 2024 г. истцом в адрес АО «ГСК «Югория» направлена претензия с требованием доплатить страховое возмещение в размере 8 218 рублей 61 копейка, а также дополнительные расходы (на проведение экспертизы) - 10 000 рублей, так как согласно заключения эксперта № от 9 апреля 2024 г. стоимость восстановительного ремонта автомобиля АВТО, государственный регистрационный №, с учетом износа составляет 71468 рублей 61 копейка, а страховщиком была произведена страховая выплата в размере 63250 рублей, что подтверждается квитанцией об оплате почтового отправления. Претензия поступила в адрес страховщика 18 ноября 2024 г. В удовлетворении данной претензии было отказано.

17 января 2025 г. истцом в адрес финансового уполномоченного было направлено обращение с требованием обязать АО «ГСК «Югория» доплатить страховое возмещение и расходы на проведение независимой экспертизы.

7 февраля 2025 г. финансовым уполномоченным было вынесено решение об отказе в удовлетворении требований. При этом финансовый уполномоченный исходил из того, что между сторонами было подписано соглашение, которое исполнено страховщиком надлежащим образом.

При рассмотрении дела истцом был заявлен довод о несогласии с суммой страхового возмещения, оплаченной страховой организацией, и в соответствии с заключением эксперта № от 31 июля 2024 г. были уточнены исковые требования, согласно которым просил взыскать со страховой организации невыплаченную сумму страхового возмещения в размере 4750 рублей.

Вместе с тем, Закон об ОСАГО, несмотря на наличие приоритета натуральной формы страхового возмещения, не исключает возможности замены восстановительного ремонта транспортного средства выплатой страхового возмещения в денежной форме, в том числе и по выбору потерпевшего, в частности, при наличии соглашения в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем), при этом законом не установлено специальных требований к форме соответствующего соглашения.

Согласно пункту 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года N 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", в отсутствие оснований, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО с учетом абзаца шестого пункта 15.2 этой же статьи, страховщик не вправе отказать потерпевшему в организации и оплате восстановительного ремонта легкового автомобиля с применением новых заменяемых деталей и комплектующих изделий и в одностороннем порядке изменить условие исполнения обязательства на выплату страхового возмещения в денежной форме.

О достижении между страховщиком и потерпевшим в соответствии с подпунктом "ж" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО соглашения о страховой выплате в денежной форме может свидетельствовать в том числе выбор потерпевшим в заявлении о страховом возмещении выплаты в наличной или безналичной форме по реквизитам потерпевшего, одобренный страховщиком путем перечисления страхового возмещения указанным в заявлении способом.

Как разъяснено в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года N 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", если по результатам проведенного страховщиком осмотра поврежденного имущества страховщик и потерпевший достигли согласия о размере страхового возмещения и не настаивают на организации независимой технической экспертизы транспортного средства или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества, такая экспертиза, в силу пункта 12 статьи 12 Закона об ОСАГО, может не проводиться.

При заключении соглашения об урегулировании страхового случая без проведения независимой технической экспертизы транспортного средства или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества потерпевший и страховщик договариваются о размере и порядке осуществления потерпевшему страхового возмещения в пределах срока, установленного абзацем первым пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО (пункт 12 статьи 12 Закона об ОСАГО). После осуществления страховщиком оговоренного страхового возмещения его обязанность считается исполненной в полном объеме и надлежащим образом, что прекращает соответствующее обязательство страховщика (пункт 1 статьи 408 ГК РФ).

Вместе с тем при выявлении скрытых недостатков потерпевший вправе обратиться к страховщику с требованиями о дополнительном страховом возмещении.

Указанное выше соглашение может быть также оспорено потерпевшим по общим основаниям недействительности сделок, предусмотренным гражданским законодательством (параграф 2 главы 9 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (подпункт 5 пункта 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Соглашение является реализацией двусторонней воли сторон обязательства, и должно содержать его существенные условия, в том числе размер согласованного страхового возмещения, сроки его выплаты, и последствия принятия страхового возмещения в денежном эквиваленте и в соответствующем размере.

Такое соглашение должно быть явным и недвусмысленным. Все сомнения при толковании его условий трактуются в пользу потерпевшего.

Принимая и подписывая соглашение, потерпевший реализует свои диспозитивные права, и должен понимать последствия его принятия на согласованных условиях, в том числе по прекращению страхового обязательства перед ним.

Как усматривается из материалов дела, датированное 15 апреля 2024 г. соглашение о страховом возмещении по договору ОСАГО в форме страховой выплаты изготовлено и предложено страховщиком истцу, который, согласился с выплатой в безналичной форме.

Обстоятельств получения страховщиком отказа в акцепте, равно как и направления потерпевшему страховщиком уведомления об отказе в выплате страхового возмещения судом не установлено.

В данном случае, истец ФИО4 реализовал свое право на получение страхового возмещения, согласился с объемом повреждений и суммой возмещения, о чем подписал соглашение со страховщиком, который надлежащим образом выполнил возложенные на него обязанности, перечислил страховое возмещение. Оснований полагать, что истец на момент подписания оспариваемого соглашения находился под влиянием заблуждения, суд не усматривает.

Из дела видно, что организованный страховщиком осмотр автомобиля от 19 февраля 2025 г. проводился в присутствии представителя истца, который был ознакомлен и согласился с актом осмотра, о чем имеется его подпись, при этом своего несогласия с зафиксированными в акте повреждениями автомобиля не выразил. Доказательств обратного в дело не представлено.

На момент подписания соглашения истцу была известна сумма страхового возмещения, которая была определена сторонами. Истец согласился с характером повреждений автомобиля, отраженных в акте осмотра, до подписания соглашения обратился к эксперту, в связи с чем была определена по заключению эксперта сумма восстановительного ремонта с учетом износа в размере 71468 рублей 61 копейка, однако по данному поводу к страховщику не обратился, согласился с суммой страхового возмещения, определенной в соглашении, не настаивал на организации независимой технической экспертизы, реализовав свое право на получение страхового возмещения.

Заключенное между сторонами 15 апреля 2024 г. соглашение о страховом возмещении не расторгнуто в установленном законом порядке, недействительным не признано.

Подписанное представителем истца соглашение, исходя из буквального его толкования, доступно для понимания гражданина, не обладающего специальными познаниями, содержит ясные и конкретные формулировки. Подписав соглашение о размере страховой выплаты, исходя из буквального толкования его содержания, он согласился с тем, что сумма в размере 63250 рублей 00 копеек возместит убытки, причиненные повреждением в результате рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия принадлежащего ему транспортного средства, является страховым возмещением по данному страховому случаю. Размер страховой выплаты определяется страховщиком в соответствии с Положением Центрального Банка РФ от 04 марта 2021 года N 755-П "О единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства" с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене.

Доказательств того, что сторона истца при заключении оспариваемого соглашения действовала под влиянием заблуждения, не представлено.

АО «ГСК «Югория», перечислив истцу определенную соглашением сумму в полном объеме, надлежащим образом исполнило установленную для него Законом об ОСАГО обязанность по оплате восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства истца.

После получения 18 апреля 2024 г. страхового возмещения и обращаясь к страховщику с претензией по почте только 11 ноября 2024 г. и требуя доплату страхового возмещения, истец не ссылался на наличие в автомобиле иных скрытых повреждений, требования об их установлении не заявлял.

С момента обращения с заявлением о страховом возмещении 19 февраля 2024 г. и до обращения с претензий 11 ноября 2024 г. ФИО4 не обращался в страховую компанию с заявлением об организации ремонта его транспортного средства, в претензии таких требований также не содержится.

Истец получил от ответчика денежные средства, мер к их возврату в связи с несогласием с формой страхового возмещения не предпринял.

При обращении к финансовому уполномоченному истец не просил обязать страховщика организовать и оплатить ремонт поврежденного транспортного средства, настаивая на осуществлении доплаты страхового возмещения в денежной форме.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. ст. 12, 35 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, суд приходит к выводу, что между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем) в соответствии с пп. "ж" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО достигнуто соглашение о выплате страхового возмещения в денежной форме, заключение которого подтверждается изначальным заявлением истца о перечислении страхового возмещения в денежном выражении по реквизитам, заключением и подписанием им со страховой организацией соглашения об урегулировании страхового случая.

Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подпунктом "ж" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и соответствует указанным выше целям принятия Закона об ОСАГО.

С учетом размера произведенных страховщиком выплат, условий заключенного сторонами соглашения, суд приходит к выводу, что обязанность по выплате страхового возмещения исполнена страховой организацией в полном объеме, порядок осуществления выплаты не нарушен, оснований для возложения на страховщика ответственности по возмещению ущерба истцу при установленных по делу обстоятельствах в большем размере суд не усматривает, а, потому требования истца к АО «ГСК «Югория» в указанной части удовлетворению не подлежат.

Ввиду отсутствия оснований для взыскания страхового возмещения в заявленном истцом размере, не подлежат удовлетворению и производные требования о взыскании с ответчика неустойки, штрафа, компенсации морального вреда.

При этом, при толковании положений Закона об ОСАГО во взаимосвязи с положениями главы 59 ГК РФ, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 31.05.2005 N 6-П указал, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и тем более отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила главы 59 ГК РФ, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда.

С учетом изложенного положения Закона об ОСАГО не отменяют право потерпевшего на возмещение вреда с его причинителя и не предусматривают возможность возмещения убытков в меньшем размере.

Согласно Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017 г. N 6-П взаимосвязанные положения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Закона об ОСАГО предполагают - исходя из принципа полного возмещения вреда - возможность возмещения потерпевшему лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, вреда, причиненного при эксплуатации транспортного средства, в размере, который превышает страховое возмещение, выплаченное потерпевшему в соответствии с законодательством об обязательном страховании гражданской ответственности.

Закон об ОСАГО как специальный нормативный правовой акт не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

На основании позиции Конституционного Суда Российской Федерации положения статей 15, 1064, 1072 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору ОСАГО, потерпевшему, которому по указанному договору выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действительный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.

Из приведенных выше положений Гражданского кодекса Российской Федерации, Закона об ОСАГО и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что в связи с повреждением транспортного средства в тех случаях, когда гражданская ответственность причинителя вреда застрахована в соответствии с Законом об ОСАГО, возникает два вида обязательств - деликтное, в котором причинитель вреда обязан в полном объеме возместить причиненный потерпевшему вред в части, превышающей страховое возмещение, в порядке, форме и размере, определяемых Гражданским кодексом Российской Федерации, и страховое обязательство, в котором страховщик обязан предоставить потерпевшему страховое возмещение в порядке, форме и размере, определяемых Законом об ОСАГО и договором.

Принимая во внимание, что истец не возражал против предоставления страхового возмещения в денежном выражении, что является его правом, реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты является правомерным поведением, при этом получение согласия причинителя вреда на выплату потерпевшему страхового возмещения в денежной форме Закон об ОСАГО не предусматривает, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с ответчика как с лица, по вине которого причинен вред, ущерба в виде разницы между фактическим ущербом и надлежащим размером страхового возмещения.

В связи с недостаточностью выплаченных денежных средств для восстановления автомобиля, 6 апреля 2024 г. ФИО4 обратился к ФИО21 для определения размера материального ущерба, полученного в результате дорожно-транспортного происшествия.

Согласно заключению эксперта № от 10 апреля 2024 г. стоимость восстановительного ремонта автомобиля АВТО, государственный регистрационный №, составляет 204215 рублей 10 копеек.

Согласно почтовому уведомлению 15 июня 2024 г. ФИО4 обратился к ФИО2 с претензией о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 140965 рублей 10 копеек, судебных расходов на проведение экспертизы в размере 18500 рублей. Претензия оставлена ответчиком без ответа.

Исковые требования о возмещении ущерба ФИО4 заявлены к ФИО2 как к лицу, виновному в совершении дорожно-транспортного происшествия.

Ответчик и его представитель, не оспаривая при рассмотрении дела факт дорожно-транспортного происшествия и вину ответчика в нем, не согласились с размером ущерба, заявленного истцом.

По ходатайству стороны ответчика определением Мценского районного суда Орловской области от 24 апреля 2025 г. была назначена судебная автотехническая экспертиза в отношении транспортного средства АВТО АВТО, государственный регистрационный №.

Согласно выводам заключения экспертов ДНА и ААА № от 31 июля 2024 г.: стоимость восстановительного ремонта транспортного средства - автомобиля АВТО, государственный регистрационный №, исходя из повреждений, полученных в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 14 февраля 2024 г., с участием данного автомобиля и автомобиля авто, государственный регистрационный №, на <адрес> км <адрес>, исходя из рыночных цен, сложившихся в Орловской области, без учет износа заменяемых деталей, с учетом округления до сотен рублей, по состоянию: на дату производства экспертизы составляет 204 100 рублей.

Согласно части 1 статьи 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В соответствии с частью 2 статьи 67 ГПК РФ никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд может отвергнуть заключение эксперта в том случае, если это заключение явно находится в противоречии с остальными доказательствами по делу, каждое из которых в отдельности и все они в своей совокупности бесспорно подтверждали бы наличие не установленных экспертным заключением и противоречащих ему обстоятельств.

Суд учитывает, что экспертное исследование назначалось судом именно для получения объективной оценки имеющихся в материалах дела доказательств, в подтверждение или опровержение доводов каждой из сторон по делу, для которой требуются специальные автотехнические познания, при этом стороны, которые при проведении судебной экспертизы, были наделены процессуальной возможностью реализовать свое право на дачу объяснений, имели возможность задавать соответствующие вопросы эксперту, относящиеся к предмету судебной экспертизы и вызывающие у них сомнения и неясности, которые могли бы в свою очередь стать предметом анализа указанного эксперта и соответственно им была бы дана профессиональная оценка.

Оценивая экспертное заключение, подготовленное экспертами ДНА и ААА по результатам проведенной судебной автотехнической экспертизы по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд учитывает, что данное экспертное заключение в полном объеме отвечает требованиям статьи 86 ГПК РФ, обстоятельств, предусмотренных частью 2 статьи 87 ГПК РФ, на основании которых можно усомниться в правильности или обоснованности выводов экспертов, а также оснований расценивать указанное экспертное заключение как недопустимое доказательство, не имеется. Судебная экспертиза проведена с соблюдением установленного процессуального порядка, лицами, обладающими правом на проведение подобного рода экспертиз и специальными познаниями для разрешения поставленных перед ними вопросов, которые были предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, выводы экспертов не содержат противоречий и обладают необходимой полнотой и ясностью, согласуются с другими представленными по делу доказательствами.

По смыслу положений ст. 86 ГПК РФ заключение судебной экспертизы является одним из самых важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования.

В ходе рассмотрения дела истец заявленные исковые требования в порядке статьи 39 ГПК РФ с учетом заключения эксперта, подготовленного по результатам проведенной по делу судебной экспертизы, уточнил, просил взыскать с ФИО2 в возмещение ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия – 136100 рублей, как разница между стоимостью восстановительного ремонта транспортного средства согласно экспертизе и стоимостью страхового возмещения.

Согласно части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Однако суд может выйти за пределы заявленных требований в случаях, предусмотренных федеральным законом.

В абзаце втором пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении" установлено, что выйти за пределы заявленных требований (разрешить требование, которое не заявлено, удовлетворить требование истца в большем размере, чем оно было заявлено) суд имеет право лишь в случаях, прямо предусмотренных федеральными законами.

Процессуальный закон не предоставляет суду полномочий по изменению по своему усмотрению основания и предмета иска с целью использования более эффективного способа защиты, а также выбора иного способа защиты, а также по увеличению исковых требований.

Таким образом, с учетом указанных выше норм права, установленных обстоятельств по делу, суд приходит к выводу о взыскании с ФИО2 в пользу ФИО4 денежной суммы в размере 136100 рублей 00 копеек в счет возмещения причиненного дорожно-транспортным происшествием ущерба.

Вопреки доводам и возражениям ответчика ФИО2 и его представителя, выплата по соглашению потерпевшего со страховщиком страхового возмещения в денежной форме является реализацией предусмотренного законом права потерпевшего и не лишает его возможности требовать полного возмещения ущерба причинителем вреда.

При разрешении вопроса о возмещении издержек, связанных с рассмотрением настоящего дела, суд исходит из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Судебные расходы, как это установлено части 1 статьи 88 ГПК РФ, состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В свою очередь, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам, расходы на оплату услуг представителей, а также другие признанные судом необходимые расходы.

Истцом заявлены к взысканию в качестве судебных расходов: расходы по составлению экспертного заключения в размере 18 500 рублей, расходы на оплату услуг представителя - 30 000 рублей, а также расходы по оформлению доверенности - 2 600 рублей.

Исходя из того, что имущественные исковые требования ФИО4 к ответчику ФИО2 удовлетворены в полном объеме, суд приходит к выводу о возложении на ФИО2, как на проигравшую судебный спор сторону, понесенных истцом судебных издержек: расходов, связанных с подготовкой экспертного заключения по договору №, в размере 18 500 рублей. Данные расходы понесены истцом в целях защиты нарушенных прав и подтверждены документально квитанцией № от 6 апреля 2024 г.

Разрешая требования истца о взыскании расходов на оплату услуг представителя, суд приходит к следующему.

Согласно статье 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как следует из материалов дела, интересы ФИО4 при рассмотрении настоящего дела в суде представлял ФИО1 на основании договора оказания юридических услуг от 1 ноября 2024 г.

В соответствии с п. 1.1 Договора ФИО1 обязался по поручению ФИО4 оказать ему следующие юридические услуги: подготовка и сбор документов для обращения в суд с заявлением о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, представительство в суде первой инстанции по указанному гражданскому делу, включая подготовку любых процессуальных документов.

По указанному договору ФИО4 были оплачены оказанные ФИО1 юридические услуги в размере 30 000 рублей, что подтверждается чеками от 01.11.2024, 16.12.2024, 13.01.2025.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1, следует, что разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, часть 4 статьи 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 4 статьи 2 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Вместе с тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 3, 45 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, статьи 2, 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Тем самым, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Основным критерием для определения размера оплаты услуг представителя является разумность, которая предполагает соразмерность возмещаемых расходов объему защищаемого права и объему оказанных для этого юридических услуг.

Принимая во внимание объем проделанной представителем ФИО4 работы, формирования правовой позиции своего доверителя, осуществление консультации по делу, время, затраченное на подготовку процессуальных документов, составление искового заявления и уточнения исковых требований, осуществление представительства по гражданскому делу в подготовке дела к судебному разбирательству – 10 марта 2025 г., в судебных заседаниях – 3 апреля 2025 г., 24 апреля 2025 г., 3 сентября 2025 г., ознакомление с материалами дела, учитывая объем и характер выполненной представителем правовой работы, продолжительности рассмотрения дела, конкретных обстоятельств дела, характера и специфики спора, а также требования разумности и справедливости, руководствуясь статьей 98 ГПК РФ, суд считает обоснованным взыскать с ФИО2 в пользу ФИО4, понесенные им расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 рублей, признавая их в данной сумме разумными и соответствующими объему выполненной представителем работы.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании о чрезмерности расходов на оплату услуг представителя не заявлял, соответствующих доказательств не представил.

Разрешая заявленные требования о взыскании судебных расходов на составление доверенности, суд приходит к следующим выводам.

Исходя из разъяснений, содержащихся в абзаце 3 пункта 2 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании.

Из текста представленной в материалы дела доверенности от 17 января 2025 г., выданной на срок три года, не следует, что она выдана для участия в конкретном деле или конкретном судебном заседании, в связи с чем, принимая во внимание разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, расходы на ее оформление не могут быть признаны судебными издержками.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в доход соответствующего бюджета.

Таким образом, с ответчика ФИО2 в соответствии с ч. 1 ст. 103, ст. 98 ГПК РФ, в доход муниципального образования «Город Мценск» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 5 083 рубля 00 копеек.

Кроме того, ИП ДНА ходатайствует о взыскании в его пользу стоимости проведенной судебной экспертизы в размере 39 000 рублей.

В силу ч. 2 ст. 85 ГПК Российской Федерации, эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения. В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений части первой статьи 96 и статьи 98 настоящего Кодекса.

Из материалов дела следует, что 24 апреля 2025 г. определением суда по делу назначена судебная экспертиза, производство которой поручено ФИО40. с привлечением эксперта ААА Расходы по оплате экспертизы возложены на ответчика – ФИО2 Стоимость экспертизы составляет 39 000 рублей.

Из содержания ходатайства ФИО40 следует, что оплата экспертизы ответчиком не оплачена.

Рассматривая ходатайство ФИО40 о взыскании расходов на проведение судебной экспертизы по настоящему делу в размере 39 000 рублей, суд учитывает, что согласно абз. 2 ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

Поскольку ходатайство о назначении экспертизы было заявлено стороной ответчика ФИО2, определением от 24.04.2025 расходы по проведению экспертизы возложены на ответчика, при этом сведений об оплате экспертизы в материалы дела не представлены, учитывая, что исковые требования ФИО4 к ФИО2 удовлетворены в полном объеме, суд считает возможным взыскать расходы на проведение судебной экспертизы с ФИО2

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО4 к ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2, Дата года рождения, документированного паспортом <...>, в пользу ФИО4, Дата года рождения, документированного паспортом <...>, в счет возмещения ущерба денежную сумму в размере 136100 (сто тридцать шесть тысяч сто) рублей 00 копеек, расходы по проведению оценки стоимости восстановительного ремонта транспортного средства в размере 18500 (восемнадцать тысяч пятьсот) рублей 00 копеек, расходы по оплате услуг представителя в размере 30000 (тридцать тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований - отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО4 к акционерному обществу «Группа Страховых Компаний «Югория» о взыскании страхового возмещения, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа отказать.

Взыскать с ФИО2, Дата года рождения, документированного паспортом <...>, в пользу Индивидуального предпринимателя ДНА, ИНН <***>, ОГРНИП №, р/с 40№, ПАО «ПРОМСВЯЗЬБАНК» г. Ярославль, БИК 047888760, кор. счет №, ИНН банка 7744000912, КПП банка 997950001, оплату за проведенную судебную автотехническую экспертизу в размере 39 000 (тридцать девять тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО2, Дата года рождения, документированного паспортом <...>, в доход муниципального образования «Город Мценск» государственную пошлину в размере 5 083 (пять тысяч восемьдесят три) рубля 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в Орловский областной суд через Мценский районный суд Орловской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 16 сентября 2025 г.

Судья А.В. Бочарова