УИН 77RS0016-02-2021-003525-70

Дело № 2-6779/2022

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 июня 2022 года г. Москва

Мещанский районный суд города Москвы в составе председательствующего судьи Афанасьевой И.И., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Степаковой И.Д., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-6779/2022 по иску ФИО1 к акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее», Государственному учреждению - Пенсионный фонд Российской Федерации о признании договора об обязательном пенсионном страховании от 30.09.2017 года №142-631-793 51 недействительным, обязании передать средства пенсионных накоплений, проценты, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений застрахованного лица, обязании уничтожить персональные данные, признании незаконными действий (бездействия) по удержанию инвестиционного дохода и обязании передать удержанный инвестиционный доход на индивидуальный лицевой счет истца, взыскании убытков, компенсации убытков, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском, уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ, к АО «НПФ «Будущее», ГУ ПФР, просила обязать АО «НПФ «Будущее» уничтожить персональные данные ФИО1; признать недействительными договор об обязательном пенсионном страховании от 30.09.2017 года № 142-631-793 51, заключенный между ФИО1 и АО «НПФ «Будущее», и заявление о переводе пенсионных накоплений ФИО1 в АО «НПФ «Будущее»; обязать АО «НПФ «Будущее» в течение 30 дней с момента вступления решения суда в силу передать все пенсионные накопления ФИО1 в ГУ ПФР на индивидуальный лицевой счет ФИО1; признать незаконными и недействительными действия по удержанию инвестиционного дохода в размере 26 062,31 руб. и обязать ГУ ПФР передать удержанный инвестиционный доход в размере 26 062,31 руб. на индивидуальный лицевой счет истца; взыскать с АО «НПФ «Будущее» в пользу истца убытки, причиненные незаконным использованием персональных данных истца, в виде недополученного инвестиционного дохода за период с 04.03.2018 года по 30.06.2020 года в размере 56 517,17 руб., путем перечисления указанных денежных средств на индивидуальный лицевой счет ФИО1 в ГУ ПФР; взыскать с АО «НПФ «Будущее» причиненный моральный вред в размере 20 000 руб.; взыскать солидарно с ответчиков расходы по уплате государственной пошлины в размере 1 500 руб., судебные издержки на оплату услуг представителя в размере 20 000 руб., транспортные расходы в размере 12 617,90 руб., а также судебные издержки в размере 38 681,60 руб., из которых 10 000 руб. - оплата юридических услуг за подготовку и консультации по подаче апелляционной жалобы, 10 000 руб. - оплата юридических услуг за подготовку и консультации по подаче кассационной жалобы, 15 000 руб. - оплата участия представителя в суде первой инстанции в порядке пересмотра дела, 3 681,60 руб. - транспортные расходы.

Исковые требования мотивированы тем, что в 2018 году истцу стало известно о заключении от ее имени поименованного договора, который, по ее утверждению, она не заключала и не подписывала, и переводе предыдущим страховщиком средств ее пенсионных накоплений на формирование накопительной пенсии, находившихся в Пенсионном фонде Российской Федерации, в АО «НПФ «Будущее». Также, истец указывает, что не заполняла, не подписывала заявление о досрочном переходе из Пенсионного фонда РФ в АО «НПФ «Будущее».

Представитель истца по доверенности ФИО2 в судебном заседании настаивал на удовлетворении исковых требований.

Представитель ответчика - АО «НПФ «Будущее» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства в соответствии с действующим законодательством, представил письменные возражения по иску, заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

Представитель ответчика - ГУ ПФР по доверенности ФИО3 в судебном заседании возражала против исковых требований к ГУ ПФР, указав на отсутствие нарушений прав и законных интересов истца со стороны данного ответчика.

Исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что средства пенсионных накоплений ФИО1 аккумулировались в ГУ ПФР.

На основании заявления о досрочном переходе из ГУ ПФР в АО «НПФ «Будущее» от 28.09.2017 года № 087-333-0267832 между ФИО1 и АО «НПФ «Будущее» 30.09.2017 года был заключен договор об обязательном пенсионном страховании № 142-631-793 51.

Согласно сведениям о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица, средства пенсионных накоплений ФИО1 переданы в АО «НПФ «Будущее», которое является страховщиком истца.

По сведениям ГУ ОПФР по Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 14.02.2020 года № Ч-1371-04/2771-20 в Пенсионный фонд Российской Федерации в 2017 году от имени ФИО1 поступили договор об обязательном пенсионном страховании, заключенный с АО «НПФ «Будущее», от 30.09.2017 года № 142-631-793 51 и заявление о досрочном переходе из управляющей компании АО «СОЛИД Менеджмент» в АО «НПФ «Будущее» от 28.09.2017 года № 087-333-026832. По данным Пенсионного фонда Российской Федерации в настоящее время управление средствами пенсионных накоплений, отраженных в специальной части индивидуального лицевого счета ФИО1, осуществляет АО «НПФ «Будущее» с 04.03.2018 года. Досрочный перевод в 2018 году средств пенсионных накоплений ФИО1 из управляющей компании АО «СОЛИД Менеджмент» в АО «НПФ «Будущее» на основании заявления о досрочном переходе от 28.09.2017 года привел к потере инвестиционного дохода за 2016 и 2017 годы в сумме 26 062,31 руб. В ОПФР РФ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области в 2017 году от имени ФИО1 не поступали заявления о переходе (досрочном переходе) и договоры об обязательном пенсионном страховании, заключенные с АО «НПФ «Будущее». Оригинал экземпляра договора об обязательном пенсионном страховании , заключенный с АО «НПФ «Будущее», от 30.09.2017 года поступил в ГУ ОПФР по Республике Башкортостан. Заявление о досрочном переходе из управляющей компании АО «СОЛИД Менеджмент» в АО «НПФ «Будущее» от 28.09.2017 года поступило в ГУ ОПФР по Москве и Московской области.

Также, из материалов дела следует, что заявление о досрочном переходе из Пенсионного фонда Российской Федерации в негосударственный пенсионный фонд, осуществляющий деятельность по обязательному пенсионному страхованию, нотариально заверено нотариусом нотариального округа г. Новосибирска ФИО4

Одновременно, в материалы дела представлен ответ нотариуса, занимающегося частной практикой, ФИО4 от 30.03.2021 года исх. № 53 на запрос суда, в соответствии с которым сообщено, что в делах нотариальной конторы нотариуса нотариального округа г. Новосибирска ФИО4 не имеется сведений о регистрационных действиях в отношении ФИО1, в том числе свидетельствования подлинности подписи 15.02.2017 года на заявлении о досрочном переходе из Пенсионного фонда Российской Федерации в НПФ с записью в реестре 7-142/8. Указанное регистрационное действие в нотариальной конторе нотариуса ФИО4 не производилось и в реестре не регистрировалось. ФИО1 в нотариальную контору нотариуса нотариального округа г. Новосибирска ФИО4 не обращалась.

Согласно п. 1 ст. 36.4 Федерального закона от 07.05.1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» договор об обязательном пенсионном страховании заключается между фондом и застрахованным лицом. В один и тот же период в отношении каждого застрахованного лица может действовать только один договор об обязательном пенсионном страховании.

Договор об обязательном пенсионном страховании должен быть заключен надлежащими сторонами и соответствовать законодательству Российской Федерации.

В соответствии с п. 5 ст. 36.4 Федерального закона от 07.05.1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» при заключении договора об обязательном пенсионном страховании застрахованным лицом, реализующим право на переход из одного фонда в другой фонд, должен соблюдаться следующий порядок: 1) заключение договора об обязательном пенсионном страховании в простой письменной форме; 2) направление заявления о переходе из фонда в фонд застрахованным лицом в Пенсионный фонд Российской Федерации в порядке, установленном статьей 36.11. Закона № 75-ФЗ; 3) внесение Пенсионным фондом РФ соответствующих изменений в Единый реестр застрахованных лиц в срок до 1 марта года, следующего за годом подачи застрахованным лицом заявления о переходе в фонд, при условии, что фонд уведомил ПФР о вновь заключенном с застрахованным лицом о договоре об обязательном пенсионном страховании.

Таким образом, для разрешения требований о признании недействительным договора об обязательном пенсионном страховании юридически значимым обстоятельством по настоящему делу является наличие воли обоих сторон на заключение договора.

Наличие воли застрахованного лица на заключение договора и наступление последствий в виде перевода средств пенсионных накоплений в иной пенсионный фонд должно выражаться в подписании договора и направлении заявления о переходе из одного фонда в другой.

Как следует из материалов дела, перевод пенсионных накоплений ФИО1 в АО «НПФ «Будущее» осуществлен, в том числе, на основании заявления, подлинность подписи ФИО1 в котором удостоверена нотариусом нотариального округа г. Новосибирска ФИО4, что усматривается из копии заявления, приобщенного к материалам дела.

Между тем, как следует из ответа нотариуса, подлинность подписи ФИО1 в указанном заявлении нотариусом не свидетельствовалась.

Указанные обстоятельства свидетельствует о том, что ФИО1 воли на переход из Пенсионного фонда РФ в АО «НПФ «Будущее» не проявляла, договор об обязательном пенсионном страховании с АО «НПФ «Будущее» не заключала, заявления о переходе не писала.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Возражения ответчика, что истцом не доказаны основания требования, опровергаются указанными выше обстоятельствами.

Ответчик же допустимых и относимых доказательств, опровергающих доводы истца, что заявление и договор об обязательном пенсионном страховании он не подписывал, не представил.

Согласно п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

В соответствии с ч. 1 ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Пунктом 3 ст. 154 ГК РФ предусмотрено, что для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В соответствии с ч. 1 и ч. 2 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Суд отклоняет доводы ответчика о том, что истцом не приведены основания, по которым он считает спорную сделку недействительной, поскольку истец, предъявляя иск, оспаривает подлинность подписи, выполненной от его имени в соответствующем заявлении и договоре, то есть указывает на основание, которое является достаточным для проверки соответствующих фактов. При этом, проверка указанных доводов является надлежащим полномочием суда.

Одновременно, доводы ответчика о том, что последний действовал добросовестно, на основании заявления ФИО1 осуществлены установление личности и проверка подлинности подписи заявителя в установленном порядке, отклоняются судом, поскольку по указанным выше основаниям заявление от имени истца нельзя признать действительным, поскольку подпись в указанном договоре выполнена не истцом, а подпись в указанном заявлении не свидетельствовалась нотариусом, о чем последним сообщено в своем ответе.

Таким образом, не представляется возможным сделать вывод о том, что переход ФИО1 из Пенсионного фонда РФ в АО «НПФ «Будущее» произведен в установленном законном порядке.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего договор, применительно к п. 2 ст. 168 ГК РФ права истца нарушены заключением такого договора.

Тем самым опровергается довод ответчика об отсутствии оснований недействительности договора об обязательном пенсионном страховании от 30.09.2017 года № 142-631-793 51.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что истцом ФИО1 договор об обязательном пенсионном страховании от 30.09.2017 года № 142-631-793 51 и заявление о досрочном переходе из Пенсионного фонда РФ в Негосударственный пенсионный фонд, не подписывались, ее волеизъявление не было направлено на заключение оспариваемых договора и заявления, и каких-либо юридических последствий они для нее не порождают вследствие ничтожности сделки, являющейся недействительной в силу закона, следовательно, заявленные ФИО1 требования о признании договора об обязательном пенсионном страховании от 30.09.2017 года № 142-631-793 51 и заявление о досрочном переходе из Пенсионного фонда РФ в Негосударственный пенсионный фонд от 15.02.2017 года, недействительными, являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В соответствии с п. 1. ст. 36.5 Федерального закона от 07.05.1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» договор об обязательном пенсионном страховании может быть изменен сторонами не иначе как в порядке, установленном типовым договором об обязательном пенсионном страховании или настоящим Федеральным законом.

Договор об обязательном пенсионном страховании прекращается в случае наступления одного из следующих событий в зависимости от того, какое из них наступило ранее: признания судом договора об обязательном пенсионном страховании недействительным (ч.2 ст.36.5 ФЗ № 75-ФЗ).

В соответствии с абзацем 7 ч. 1 ст. 36.6. Федерального закона от 07.05.1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» средства пенсионных накоплений для финансирования накопительной пенсии подлежат передаче из одного фонда в другой фонд или в Пенсионный фонд Российской Федерации по следующим основаниям в зависимости от того, какое из них наступит ранее: в случае прекращения договора об обязательном пенсионном страховании в соответствии с абзацем седьмым пункта 2 статьи 36.5 настоящего Федерального закона – предыдущему страховщику.

Согласно п. 5.3. ст. 36.6 Федерального закона от 07.05.1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» при наступлении обстоятельства, указанного в абзаце седьмом пункта 1 настоящей статьи, фонд обязан передать предыдущему страховщику по обязательному пенсионному страхованию средства пенсионных накоплений, определенные в порядке, установленном пунктом 2 статьи 36.6-1 настоящего Федерального закона, а также проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений, определяемые в соответствии со ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений соответствующего застрахованного лица, в срок не позднее 30 дней со дня получения фондом соответствующего решения суда и в этот же срок известить об этом Пенсионный фонд Российской Федерации, который на основании указанного извещения фонда вносит соответствующие изменения в единый реестр застрахованных лиц и уведомляет об этом застрахованное лицо при личном обращении застрахованного лица в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации, а также путем направления застрахованному лицу уведомления в форме электронного документа с использованием единого портала государственных и муниципальных услуг.

При этом, проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, уплачиваются за счет собственных фонда, и направляются в резерв фонда по обязательному пенсионному страхованию предыдущего страховщика.

В соответствии с п. 2 ст. 36.4 Федерального закона от 07.05.1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» фонд, осуществляющий деятельность по обязательному пенсионному страхованию, не вправе отказать застрахованному лицу в заключении договора об обязательном пенсионном страховании.

Порядок заключения договора об обязательном пенсионном страховании установлен в ст. 36.4 вышеназванного Федерального закона.

Судом выше были приведены положения абзаца 7 п. 1 ст. 36.6, п. 5.3 ст. 36.6 Федерального закона от 07.05.1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах», в соответствии с которыми, порядок расчета средств, направленных на формирование собственных средств фонда, сформированных за счет дохода от инвестирования неправомерно полученных средств пенсионных накоплений соответствующего застрахованного лица и подлежащих передаче предыдущему страховщику в соответствии с абзацем первым п. 5.3 ст. 36.6. Федерального закона от 07.05.1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах», устанавливается уполномоченным федеральным органом.

Иных последствий признания судом договора об обязательном пенсионном страховании недействительным законодательством, регулирующим работу пенсионных фондов, не предусмотрено.

Таким образом, в случае досрочного перехода застрахованного лица из одного фонда в другой фонд, при положительном результате инвестирования средств пенсионных накоплений такого застрахованного лица фонд, с которым договор об обязательном пенсионном страховании прекращен, передает средства пенсионных накоплений новому страховщику без учета результата их инвестирования, за период с даты вступления в силу договора об обязательном пенсионном страховании с текущим страховщиком до даты такого перевода новому страховщику. Этот результат инвестирования средств пенсионных накоплений предыдущий страховщик направляет в свой резерв по обязательному пенсионному страхованию.

В качестве последствия недействительности договора об обязательном пенсионном страховании подлежит восстановлению предыдущим страховщиком удержанный результат инвестирования средств пенсионных накоплений застрахованного лица в том виде, в каком он существовал до удовлетворения заявления застрахованного лица при досрочном переходе из ПФР в негосударственный пенсионный фонд.

В этой связи, правовых оснований для взыскания с АО «НПФ «Будущее» в пользу истца убытков, причиненных незаконным использованием персональных данных истца, в виде недополученного инвестиционного дохода за период с 04.03.2018 года по 30.06.2020 года в размере 56 517,17 руб., путем перечисления указанных денежных средств на индивидуальный лицевой счет ФИО1 в ГУ ПФР, не имеется.

Данное решение о признании договора об обязательном пенсионном страховании от 30.09.2017 года № 142-631-793 51 недействительным является основанием для восстановления в ПФР инвестиционного дохода истца в размере, существовавшем до удовлетворения заявления застрахованного лица – истца, при досрочном переходе из ПФР в НПФ.

Истцом также заявлены требования о возложении на АО «НПФ «Будущее» обязанности уничтожить персональные данные ФИО1

В соответствии со ст. 15 Федерального закона № 75-ФЗ Фонд в установленных законодательством Российской Федерации случаях и порядке вправе получать, обрабатывать и хранить информацию, доступ к которой ограничен в соответствии с федеральными законами, в том числе осуществлять обработку персональных данных вкладчиков - физических лиц, страхователей - физических лиц, участников, застрахованных лиц, выгодоприобретателей и правопреемников участников и застрахованных лиц.

К информации, указанной в части первой настоящей статьи, относится также информация, полученная при обработке сведений, содержащихся в пенсионных счетах негосударственного пенсионного обеспечения, пенсионных счетах накопительной пенсии.

Согласно ст.ст. 3, 6, 7 Федерального закона № 152-ФЗ «О персональных данных» персональные данные - любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных).

Обработка персональных данных должна осуществляться с соблюдением принципов и правил, предусмотренных настоящим Федеральным законом. Обработка персональных данных допускается в следующих случаях: обработка персональных данных необходима для исполнения договора, стороной которого либо выгодоприобретателем или поручителем по которому является субъект персональных данных, а также для заключения договора по инициативе субъекта персональных данных или договора, по которому субъект персональных данных будет являться выгодоприобретателем или поручителем.

Операторы и иные лица, получившие доступ к персональным данным, обязаны не раскрывать третьим лицам и не распространять персональные данные без согласия субъекта персональных данных, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как следует из ст. 18 Федерального закона № 152-ФЗ, если персональные данные получены не от субъекта персональных данных, оператор, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 настоящей статьи, до начала обработки таких персональных данных обязан предоставить субъекту персональных данных следующую информацию: 1) наименование либо фамилия, имя, отчество и адрес оператора или его представителя; 2) цель обработки персональных данных и ее правовое основание; 3) предполагаемые пользователи персональных данных; 4) установленные настоящим Федеральным законом права субъекта персональных данных; 5) источник получения персональных данных.

Оператор освобождается от обязанности предоставить субъекту персональных данных сведения, предусмотренные частью 3 настоящей статьи, в случаях, если: 1) субъект персональных данных уведомлен об осуществлении обработки его персональных данных соответствующим оператором; 2) персональные данные получены оператором на основании федерального закона или в связи с исполнением договора, стороной которого либо выгодоприобретателем или поручителем по которому является субъект персональных данных; 3) персональные данные сделаны общедоступными субъектом персональных данных или получены из общедоступного источника; 4) оператор осуществляет обработку персональных данных для статистических или иных исследовательских целей, для осуществления профессиональной деятельности журналиста либо научной, литературной или иной творческой деятельности, если при этом не нарушаются права и законные интересы субъекта персональных данных; 5) предоставление субъекту персональных данных сведений, предусмотренных частью 3 настоящей статьи, нарушает права и законные интересы третьих лиц.

В соответствии со ст. 17 Федерального закона № 152-ФЗ, если субъект персональных данных считает, что оператор осуществляет обработку его персональных данных с нарушением требований настоящего Федерального закона или иным образом нарушает его права и свободы, субъект персональных данных вправе обжаловать действия или бездействие оператора в уполномоченный орган по защите прав субъектов персональных данных или в судебном порядке.

Субъект персональных данных имеет право на защиту своих прав и законных интересов, в том числе на возмещение убытков и (или) компенсацию морального вреда в судебном порядке.

В силу части 3 статьи 21 Закона № 152-ФЗ, в случае выявления неправомерной обработки персональных данных, осуществляемой оператором или лицом, действующим по поручению оператора, оператор в срок, не превышающий трех рабочих дней с даты этого выявления, обязан прекратить неправомерную обработку персональных данных или обеспечить прекращение неправомерной обработки персональных данных лицом, действующим по поручению оператора.

Из анализа данных норм следует, что в случае выявления неправомерной обработки персональных данных, осуществляемой оператором, который в установленных законодательством Российской Федерации случаях и порядке вправе получать, обрабатывать и хранить информацию, доступ к которой ограничен в соответствии с федеральными законами, в том числе осуществлять обработку персональных данных вкладчиков - физических лиц, страхователей - физических лиц, участников, застрахованных лиц, выгодоприобретателей и правопреемников участников и застрахованных лиц, субъект персональных данных вправе требовать от оператора уточнения его персональных данных, их блокирования или уничтожения, а оператор обязан прекратить неправомерную обработку персональных данных или обеспечить прекращение неправомерной обработки персональных данных, поскольку обработка таких персональных данных должна осуществляться только на законной и справедливой основе.

Поскольку оспариваемый договор признан недействительным, персональные данные получены ответчиком не от субъекта персональных данных – истца, до начала обработки таких персональных данных ответчик не предоставил субъекту персональных данных информацию, указанную в ч. 3 ст. 18 Федерального закона № 152-ФЗ, требования истца в данной части также являются правомерными и подлежащими удовлетворению.

Вместе с тем, суд находит заслуживающим внимание доводы стороны ответчика Государственного учреждения – Пенсионного фонда Российской Федерации в части признания данного лица ненадлежащим ответчиком, поскольку права ФИО1 ГУ ПФР не нарушены.

Ответчиком заявлено о применении к требованиям ФИО1 срока исковой давности.

Статьей 195 ГК РФ предусмотрено, что исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Ответчик считает, что срок исковой давности по требованиям истца истек в 2019 году, тогда как иск в суд поступил 15.02.2021 года.

Однако, суд с доводом ответчика согласиться не может.

Так, в силу ч. 1 ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Двусторонние (многосторонние) сделки могут совершаться способами, установленными пунктами 2 и 3 ст. 434 настоящего Кодекса.

Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон могут устанавливаться дополнительные требования, которым должна соответствовать форма сделки (совершение на бланке определенной формы, скрепление печатью и т.п.), и предусматриваться последствия несоблюдения этих требований. Если такие последствия не предусмотрены, применяются последствия несоблюдения простой письменной формы сделки (п. 1 ст. 162 ГК РФ).

Положениями ч. 1 ст. 36.11 Федерального закона от 07.05.1998 года N75-ФЗ "О негосударственных пенсионных фондах" предусмотрено, что застрахованное лицо до обращения за установлением накопительной пенсии, срочной пенсионной выплаты, единовременной выплаты средств пенсионных накоплений может воспользоваться правом на переход из фонда в фонд не чаще одного раза в год путем заключения договора об обязательном пенсионном страховании с новым фондом и направления в Пенсионный фонд Российской Федерации заявления о переходе (заявления о досрочном переходе) из фонда в фонд.

Под договором об обязательном пенсионном страховании, согласно ст. 3 Федерального закона от 07.05.1998 года N 75-ФЗ "О негосударственных пенсионных фондах", понимается соглашение между фондом и застрахованным лицом в пользу застрахованного лица или его правопреемников, в соответствии с которым фонд обязан при наступлении пенсионных оснований осуществлять назначение и выплату застрахованному лицу накопительной пенсии и (или) срочной пенсионной выплаты или единовременной выплаты либо осуществлять выплаты правопреемникам застрахованного лица.

В соответствии с ч. 4 ст. 36.7, ч. 3 ст. 36.11 Федерального закона от 07.05.1998 года N 75-ФЗ заявление застрахованного лица о переходе (заявление застрахованного лица о досрочном переходе) в фонд подается застрахованным лицом в Пенсионный фонд Российской Федерации не позднее 1 декабря текущего года. Застрахованное лицо может подать указанное заявление в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации лично или через представителя, действующего на основании нотариально удостоверенной доверенности, либо в форме электронного документа, порядок оформления которого определяется Правительством Российской Федерации, с использованием единого портала государственных и муниципальных услуг.

Абзацем 2 ч. 1 ст. 36.4. Федерального закона от 07.05.1998 года N 75-ФЗ предусмотрено, что договор об обязательном пенсионном страховании должен быть заключен надлежащими сторонами и соответствовать законодательству Российской Федерации. Не допускается привлечение фондом посредников (в том числе агентов, поверенных) для заключения от имени фонда договоров об обязательном пенсионном страховании.

Как следует из п. 3 ст. 154 ГК РФ при заключении двустороннего договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон.

Последствия нарушения требований закона или иного правового акта при совершении сделок определены ст. 168 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 названной статьи за исключением случаев, предусмотренных п. 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 этой же статьи).

Срок исковой давности по недействительным сделкам установлен статьей 181 ГК РФ, в соответствии с которой срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (п. 1).

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п.2 ст.181 ГК РФ).

Как следует из материалов дела, заявленные истцом требования о недействительности договора обязательного пенсионного страхования с АО «НПФ «Будущее» основаны как на несоблюдении требования о его письменной форме, поскольку договор истцом подписан не был, так и на том, что ее волеизъявление на заключение договора отсутствовало.

Согласно ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Заключение договора в результате действий иных лиц является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор, и являющегося применительно к ст. 168 (п. 2) ГК РФ третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

При отсутствии волеизъявления истца на заключение договора об обязательном пенсионном страховании от 30.09.2017 года № 142-631-793 51 и несоблюдении формы сделки данный договор является недействительной сделкой в силу части 2 ст. 162 ГК РФ.

Поскольку истцом названный договор об обязательном пенсионном страховании, оформленный от его имени, не подписывался, оспариваемый договор от 30.09.2017 года № 142-631-793 51 не соответствует требованиям закона, юридически и фактически не существует, а равно посягает на права и законные интересы истца, являющегося применительно к п. 2 ст. 168 ГК РФ третьим лицом по отношению к сделке, права которого нарушены заключением такого договора.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что истцом срок исковой данности по оспариванию ничтожной сделки не пропущен.

В силу ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с п. 9 ст. 152 ГК РФ гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

С учетом положений указанных выше норм закона и обстоятельств дела, суд пришел к выводу о необходимости взыскания с ответчика АО "НПФ "БУДУЩЕЕ" в пользу истца ФИО1 в качестве компенсации морального вреда денежной суммы в размере 20 000 руб., принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, требования разумности и справедливости.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Истец просит взыскать в свою пользу солидарно с ответчиков расходы по уплате государственной пошлины в размере 1 500 руб., судебные издержки на оплату услуг представителя в размере 20 000 руб., транспортные расходы в размере 12 617,90 руб., а также судебные издержки в размере 38 681,60 руб., из которых 10 000 руб. - оплата юридических услуг за подготовку и консультации по подаче апелляционной жалобы, 10 000 руб. - оплата юридических услуг за подготовку и консультации по подаче кассационной жалобы, 15 000 руб. - оплата участия представителя в суде первой инстанции в порядке пересмотра дела, 3 681,60 руб. - транспортные расходы.

Поскольку ответчиком ГУ ПФР права истца не нарушались и суд пришел к выводу о том, что данный ответчик является ненадлежащим, судебные расходы истцу подлежат возмещению за счет ответчика АО «НПФ «Будущее».

В соответствии с п. 1 ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ).

В соответствии с п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

В качестве доказательств, подтверждающих понесенные расходы, истцом представлены соглашение № 01-09/20-ФЛ от 03.09.2020 года, дополнительное соглашение № 01 от 03.02.2021 года к соглашению № 01-09/20-ФЛ от 03.09.2020 года, платежные поручения, подтверждающие несение расходов истцом на оплату услуг представителя в суде первой инстанции.

Между тем, с учетом принципа разумности и справедливости, суд полагает необходимым взыскать с АО «НПФ «Будущее» в пользу истца возмещение понесенных судебных расходов на оплату услуг представителя в указанной части в размере 10 000 руб.

Оснований для взыскания в большем размере суд не усматривает.

Также, в качестве доказательств, подтверждающих понесенные расходы на оплату услуг представителя в суде первой инстанции после отмены судебных актов судом кассационной инстанции, истцом представлены соглашения № 01-01/22-ФЛ от 11.01.2022 года, № 01-05/22-ФЛ от 26.05.2022 года, платежные квитанции, подтверждающие несение расходов истцом на сумму 35 000 руб.

Определяя размер судебных расходов в указанной сумме, суд исходит из объема оказанной юридической помощи, подготовку процессуальных документов, сложившейся на рынке услуг стоимости квалифицированной юридической помощи, соотносимости расходов с объемом защищаемых прав, принципа разумности и справедливости.

Требования истца о возмещении транспортных расходов, связанных с рассмотрением гражданского дела в суде первой инстанции, на сумму 12 617,90 руб., а также в сумме 3 681,60 руб., связанные с участием представителя истца в судебном заседании суда первой инстанции после отмены судебного акта судом кассационной инстанции, подтверждены документально и в силу ст. 98 ГПК РФ подлежат удовлетворению за счет ответчика АО «НПФ «Будущее».

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Таким образом, с АО «НПФ «Будущее» в пользу ФИО1 подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 1 500 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Признать договор об обязательном пенсионном страховании от 30.09.2017 года № 142-631-793 5, заключенный между ФИО1 и акционерным обществом «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее», и заявление о досрочном переходе ФИО1 из Пенсионного фонда РФ в Негосударственный пенсионный фонд от 15.02.2017 года недействительными.

Обязать акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» уничтожить персональные данные ФИО1.

Обязать акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» передать в Пенсионный фонд Российской Федерации в срок не позднее 30 дней со дня получения фондом решения суда средства пенсионных накоплений ФИО1, определенные в порядке, установленном п. 2 ст. 36.6-1 Федерального закона от 07.05.1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах», и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений застрахованного лица ФИО1.

Взыскать с акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» в пользу ФИО1 расходы по уплате государственной пошлины в размере 1 500 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 45 000 руб. (10 000 + 25 000), транспортные расходы в размере 16 299,50 руб. (12 617,90 руб. + 3 681,60 руб.), а также компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

Взыскать с акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» в пользу общества с ограниченной ответственностью «ЭКС-Групп» расходы по оплате почерковедческой экспертизы в сумме 43 862 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд через Мещанский районный суд города Москвы в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение принято в окончательной форме 10 июня 2022 года.

Судья И.И. Афанасьева