Решение по делу № 2-1-1097/2025 от 29.10.2025 - об установлении факта трудовых отношений, признании незаконным отстранения от работы, восстановлении трудовых прав, взыскании среднего заработка, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда.

КОПИЯМотивированное решение изготовлено 29 октября 2025 годаУИД № 66RS0035-01-2025-001496-10производство № 2-1-1097/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Красноуфимск

15 октября 2025 года

Красноуфимский районный суд в составе:

председательствующего судьи Четиной Е.А.,

при секретаре судебного заседания Копорушкиной И.М.,

с участием прокурора Запретилиной М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «ТБанк» об установлении факта трудовых отношений, признании незаконным отстранения от работы, восстановлении трудовых прав, взыскании среднего заработка, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «ТБанк» (далее – АО «ТБанк», Банк), в котором просил признать факт трудовых отношений по должности агент по коммерческим продажам с 1 апреля 2021 года, признать факт незаконного отстранения от работы с должности агент по коммерческим продажам с 31 августа 2022 года и восстановить его на работе, взыскать в его пользу с АО «ТБанк» компенсацию за неиспользованный отпуск за период с 1 апреля 2021 года по 31 августа 2025 года в размере 416 625 рублей, средний заработок за период незаконного отстранения от работы с 31 августа 2022 года по 31 июля 2025 года в размере 3 758 751 рубль 90 копеек, компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей, а также восстановить срок для подачи искового заявления, в случае если суд придет к выводу о его пропуске. В обоснование требований ФИО1 указывает, что с 1 апреля 2021 года находится с ответчиком в правоотношениях, однако он был отстранен от работы 31 августа 2022 года. Согласно договору на присоединение об оказании услуг в его функциональные обязанности входило: выезд на встречи с клиентами; доставка документов, банковских карт; сбор документов, необходимых для идентификации; осуществление зачисления денежных средств в счет уплаты страховых взносов и иные поручения. Также он был обязан лично осуществлять услуги, ежедневно отслеживать обновления памяток, схем, регламентов через личный кабинет, участвовать в организованных заказчиком конференциях, консультациях и иных мероприятиях. Срок действия договора был установлен на месяц, однако он автоматически пролонгировался. Вся деятельность ФИО1 осуществлялась строго под контролем Банка. Оплата труда являлась сдельной, в договоре были поименованы функциональные обязанности и указана тарифная ставка. В целях осуществления работ по договору ему была выдана доверенность, согласно которой он был наделен правом: подписывать и заверять от имени банка кредитные продукты; совершать иные действия в соответствии с требованиями законодательства, в части идентификации клиентов банка и открытия банковских счетов; подписывать от имени банка договоры; представлять банк, действующий от имени и по поручению ООО «Тинькофф Мобил». ФИО1 указывает, что он осуществлять деятельность как представитель Банка и такая деятельность носила непрерывный, постоянный характер, она не была нацелена на достижение какого-то определенного конечного результата, а предусматривала выполнение одной и той же трудовой функции. При выполнении работы он не мог избирать время ее выполнения, методы и способы ее выполнения, на выполнение конкретной функции отводилось установленное ответчиком время и выставлялось требование по предоставлению отчета, исполнение трудовой функции осуществлялось в зависимости от усмотрения ответчика, по его распределению и при строгом контроле и постоянном мониторинге, что свидетельствует о наличии между ними трудовых отношений. ФИО1 полагает, что должен быть восстановлен по должности агент по коммерческим продажам, с дистанционным, разъездным характером работы, поскольку имело место незаконное отстранение ответчиком 31 августа 2025 года его от работы, свою волю и волеизъявление на прекращение правоотношений ФИО1 не выражал. В связи с незаконным отстранением от работы ФИО1 полагает, что ему подлежит уплате средний заработок за период незаконного отстранения от работы с 31 августа 2022 года по 31 июля 2025 года. Также за весь период работы АО «ТБанк» не предоставлялся ФИО1 отпуск, в связи с чем подлежит взысканию также компенсация за неиспользованный отпуск за период с начала работы 1 апреля 2021 года по 31 августа 2025 года. Отстранение от работы оставило ФИО1 без средств к существованию на длительное время, в результате чего он не мог удовлетворять свои жизненные потребности в полном объеме, что является основанием для взыскания с ответчика компенсации морального вреда. ФИО1 направлялась в адрес АО «ТБанк» претензия, которая оставлена без ответа. Также ФИО1 полагает, что срок исковой давности им не пропущен, однако просит суд восстановить пропущенный срок для подачи иска, в случае если суд придет к такому выводу.

В письменном отзыве представитель ответчика ФИО2 просит отказать в удовлетворении требований ФИО1, указывая, что в спорный период между истцом и ответчиком существовали гражданско-правовые отношения, намерения сотрудничать с ФИО1 в рамках трудовых отношений у АО «ТБанк» отсутствовали. ФИО1 в течение более 4 лет, с 1 апреля 2021 года не обращался к АО «ТБанк» за признанием отношений трудовыми, осознавал их гражданско-правовой характер. Между ФИО1 и АО «ТБанк» был заключен гражданско-правовой договор присоединения на оказание услуг, в котором стороны были поименованы как заказчик и исполнитель, исполнителем выполнялись работы, отчет о которых осуществлялся по акту оказанных услуг, никакой должности в соответствии со штатным расписание ФИО1 в АО «ТБанк» не занимал, оплата оказанных услуг осуществлялась согласно их стоимости. АО «ТБанк» не принимал на себя обязательств по обеспечению ФИО1 работой с гарантированным размером минимальной оплаты труда, итоговый размер вознаграждения по договору не носил заранее определенный размер, который за все время сотрудничества с ФИО1 варьировался, отсутствовала точная дата выплаты вознаграждения, размер вознаграждения зависел от конечного результата выполненной работы. В заключенном с ФИО1 договору не прописан режим труда и отдыха, отсутствует условие о графике работы и отпусках, ФИО1 самостоятельно выбирал дни, в которую он будет осуществлять деятельность по договору. Срок договора был определен в соответствии с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации и предусматривал пролонгацию, что не соответствует нормам Трудового кодекса Российской Федерации. За ФИО1 не было закреплено конкретное рабочее место по конкретному адресу, в договоре не прописаны условия труда на рабочем месте. ФИО1 не принимался на какую-либо должность в Банк, его функционал не совпадал с трудовыми обязанностями по должностям, имеющимся в Банке, должность «Агент по коммерческим продажам», на которую ФИО1 просит его восстановить в штатном расписании АО «ТБанк» отсутствует. ФИО1 не был интегрирован во внутреннюю структуру Банка, не находился в чьем-то структурном/функциональном подчинении, ему не назначался руководитель, представителями Банк лишь осуществлялся в соответствии с положениями статей 715, 783 Гражданского кодекса Российской Федерации контроль за ходом работ, их качеством. ФИО1 не подчинялся правилам трудового распорядка, на него не распространялись локальные нормативные акты АО «ТБанк». Вопреки доводам ФИО1 личный характер работ присущ и гражданско-правовым отношения, что предусмотрено статьями 706 и 780 Гражданского кодекса Российской Федерации. ФИО1 при заключении договора не подавал в Банк заявлений о приеме на работу, документы, необходимые при заключении трудового договора (трудовую книжку, военный билет), подписывая договор присоединения, ФИО1 понимал, осознавал и соглашался с тем, что отношения между сторонами будут носить гражданско-правовой характер. Также ФИО1 не оказывал услуги по идентификации клиентов Банка, занимался исключительно сбором и доставкой документов АО «ТБанк», в том числе не всегда для целей идентификации. При этом кредитная организация вправе привлекать третьих лиц к сбору документов, необходимых для идентификации, что следует из письма Центрального Банка России от 25 сентября 2009 года № 117-Т. После сбора ФИО1 документов Банком непосредственно после этого обслуживание клиенты не начиналось, собранные документу передавались для дальнейшей проверки работникам Банка и лишь после завершения процесса идентификации клиент мог быть принят либо не принят на обслуживание. ФИО1 от имени АО «ТБанк» договоров потребительского кредита (займа) не подписывалось, доказательств этого не представлено, таких полномочий в выданной на имя ФИО1 доверенности не имелось. ФИО1 не осуществлялась деятельность страхового агента, страхового брокера по страхованию в интересах АО «ТБанк», что следует из положений договора присоединения и актов выполненных работ. Поскольку с ФИО1 был заключен договор гражданско-правового характера оснований для взыскания компенсации за неиспользованный отпуск не имеется, как не имеется оснований для удовлетворения требования о компенсации морального вреда. Также представителем ответчика ФИО2 заявлено о пропуске ФИО1 срока на обращение в суд, поскольку услуги в рамках договора присоединения оказывались в период с 9 апреля 2021 года по 14 июня 2022 года, договор присоединения расторгнут Банком 14 июня 2022 года. ФИО1 обратился в суд с существенным пропуском трехмесячного срока, предусмотренного статьями 19.1, 392 Трудового кодекса Российской Федерации для указанной им категории споров, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований ФИО1

Истец ФИО1, представители ответчика АО «ТБанк» в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела, о причинах неявки суду не сообщили, ходатайств об отложении судебного заседания не направили. Истец ФИО1 просил рассмотреть дело в его отсутствие.

В связи с чем на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд признал возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие сторон.

Исследовав материалы гражданского дела, заслушав заключение прокурора Запретилиной М.А.. полагавшей требования не подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.

Как установлено судом, 9 апреля 2021 года между ФИО1 и акционерным обществом «Тинькофф Банк» (прежнее наименование АО «ТБанк») был заключен присоединения на выполнение работ, в соответствии с которым Заказчик акционерное общество «Тинькофф Банк» поручает, а Исполнитель ФИО1 принимает на себя обязательство выполнять следующие работы: выезд к клиентам и/или потенциальным клиентам Заказчика и его партнеров, с целью доставки ему документов, а также банковских карт, sim-карт и оформление соответствующих конкретному продукту Заказчика или его партнеров документов, подписания данных документов, консультация по продуктам/услугам Заказчика и его партнеров; сбор документов, необходимых для идентификации Клиентов Заказчика и/или партнеров Заказчика и передача их Заказчику; осуществление зачисления наличных денежных средств, полученных Исполнителем от Клиента партнера Заказчика в счет уплаты страховой премии по заключенным Договорам страхования, на счет партнера Заказчика согласно инструкции Заказчика; проведение предстрахового осмотра автомобиля, если это требуется согласно инструкциям, полученным Исполнителем от партнера Заказчика в процессе выполнения своих обязанностей по этому Договору; осуществление установки дополнительного оборудования при наличии соответствующего поручения от Заказчика; составление оптимального маршрута и распределение выездов к Клиентам; транспортировка, хранение, выдача и подписание кадровых документов c сотрудниками Заказчика; выезд к Клиентам Заказчика для доставки перевыпущенной или дополнительной карты; иные поручения Заказчика; а Заказчик обязуется принять результат Работ и оплатить Работу на условиях, указанных в этом Договоре.

Согласно пункту 1.2 данного договора с целью заключения Договора Исполнитель предоставляет Заказчику следующие документы и информацию: паспорт гражданина Российской Федерации (все страницы, содержащие информацию, в том числе адрес постоянного места жительства); адрес временной регистрации (в случае, если адрес постоянного места жительства отличается от адреса временной регистрации); страховое свидетельство обязательного пенсионного страхования; свидетельство о постановке на налоговый учет; иные документы и информацию по требованию Заказчика.

В силу пункта 1.7 договора Заказчик вправе предоставить Исполнителю дополнительные материалы для выполнения работ по данному договору.

Исполнитель обязуется выполнять работу в зоне обслуживания. Текущая зона обслуживания указывается в мобильном приложении и/или личном кабинете исполнителя (пункт 1.8 договора).

В соответствии с положениями пункта 2.1.1 Исполнитель обязуется выполнить работу своими силами, в полном объеме, качественно, без привлечения к исполнению своих обязанностей третьих лиц.

Иные права и обязанности Исполнителя предусмотрены пунктами 2.1.2 – 2.1.11 договора присоединения.

Заказчик в свою очередь согласно пункту 2.2 договора обязуется предоставить Исполнителю всю необходимую информацию о требуемом результате работ; принять результат работ в срок, предусмотренный этим Договором; известить Исполнителя об обнаруженных недостатках работ, которые не могли быть выявлены при обычном способе приемки, в течение 1 месяца с момента их обнаружения; заказчик вправе в любое время проверять ход и качество выполнения Исполнителем работ; заказчик вправе корректировать размер выплаченного вознаграждения Исполнителя, отразив соответствующую сумму вознаграждения в последующем акте прима-передачи выполненных работ; заказчик вправе уточнять и корректировать желаемые результаты работ до их принятия Заказчиком, в том числе в случае существенного изменения ситуации.

Согласно разделу 3 договора оплата по договору определяется Приложением № 1 к этому договору, которое является его неотъемлемой частью. Расчетный месяц устанавливается равным календарному месяцу. В случае производственной необходимости даты начала и окончания расчетного периода могут быть изменены, с предварительным уведомлением Исполнителя. В случае если Исполнитель выполнял работы не полный расчетный период, стоимость его работы рассчитывается пропорционально фактически отработанным дням в расчетном периоде. НДФЛ включен в сумму вознаграждения. Оплата вознаграждения за выполненные работы за период, указанный в пункте 3.1. договора, производится согласно условиям Приложения № 1 к договору на основании акта сдачи-приемки работ. Выплата вознаграждения Исполнителю производится путем безналичного перечисления причитающихся денежных средств по реквизитам Исполнителя.

Из представленных суду актов приема-передачи выполненных работ следует, что исполнитель ФИО1 выполнил, а заказчик акционерное общество «Тинькофф Банк» принял работы по договору на выполнение работ.

Согласно вышеуказанным актам ФИО1 за выполненные работы получал вознаграждение, что подтверждается справками о доходах и суммах налога физического лица за 2021 и 2022 года.

В соответствии ответом Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области на судебный запрос за период с апреля 2021 года по август 2022 года в отношении ФИО1 были начислены взносы на пенсионное и медицинское страхование.

Предъявляя заявленные требования, ФИО1 указывает, что по своей сути договор присоединения является трудовым договором, поскольку фактически он выполнял функции представителя Банка, осуществлял идентификацию клиентов, работу он мог выполнять только лично под контролем ответчика.

Сторонами не отрицалось, что трудовой договор между ФИО1 и АО «ТБанк» заключен не был. При этом, мотивы отсутствия трудового договора сторонами приведены различные. Так, истец сослался на виновное бездействие ответчика в связи с ненадлежащим оформлением трудовых правоотношений. В свою очередь, представитель ответчика указал на наличие гражданско-правовых правоотношений с истцом.

Часть 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации устанавливает, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В соответствии с частью четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется статьей 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации.

Признание отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями может осуществляться: лицом, использующим личный труд и являющимся заказчиком по указанному договору, на основании письменного заявления физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, и (или) не обжалованного в суд в установленном порядке предписания государственного инспектора труда об устранении нарушения части второй статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации; судом в случае, если физическое лицо, являющееся исполнителем по указанному договору, обратилось непосредственно в суд, или по материалам (документам), направленным государственной инспекцией труда, иными органами и лицами, обладающими необходимыми для этого полномочиями в соответствии с федеральными законами (часть 1 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

В случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров (часть 2 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 3 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 8 и в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей – физических лиц и у работодателей – субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений.

В целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции. К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату. О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (пункт 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15).

Согласно пункту 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15, принимая во внимание, что статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации не допускает заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения, суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей (часть четвертая статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Так, например, от договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица - работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.

Если между сторонами заключен гражданско-правовой договор, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

При этом неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (часть третья статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из приведенного правового регулирования и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в целях защиты прав и законных интересов работника, как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении при разрешении трудовых споров по заявлениям работников (в том числе о признании гражданско-правового договору трудовым) суду следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между работником и работодателем. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

В ходе судебного разбирательства, судом установлено, что в период с 9 апреля 2021 года по 14 июня 2022 года ФИО1 указывал акционерному обществу «Тинькофф Банк» услуги на основании договора присоединения, заключенного в порядке, предусмотренном статьями 428, 437 и 438 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, по смыслу приведенных выше положений трудового законодательства сам по себе факт заключения сторонами договора об оказании услуг в любом случае не может с достоверностью подтверждать наличие между сторонами гражданско-правовых отношений и не исключает возникновение трудовых отношений.

Как следует из пункта 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданское законодательство в том числе определяет правовое положение участников гражданского оборота и регулирует договорные и иные обязательства, а также другие имущественные и личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников.

По договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (пункт 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде (статьи 702 - 729 Гражданского кодекса Российской Федерации) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739 Гражданского кодекса Российской Федерации), если это не противоречит статьям 779 - 782 этого кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг (статья 783 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации, договор возмездного оказания услуг заключается для выполнения исполнителем определенного задания заказчика, согласованного сторонами при заключении договора. Целью договора возмездного оказания услуг является не выполнение работы как таковой, а осуществление исполнителем действий или деятельности на основании индивидуально-конкретного задания к оговоренному сроку за обусловленную в договоре плату.

От договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица-работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.

Руководствуясь перечисленными нормами права, разъяснениями высшей судебной инстанции, суд полагает, что по настоящему делу не представлено убедительных доказательств, с однозначностью подтверждающих, что между сторонами сложились трудовые отношения по выполнению истцом постоянной трудовой функции агента по коммерческим продажам.

Из заключенного между сторонами прямо следует, что истцу не была определена конкретная трудовая функция, не установлен график работы, рабочее время, не возложена обязанность подчиняться распоряжениям руководителя работодателя или Правилам внутреннего трудового распорядка.

Таким образом, из договора присоединения следует, что его предметом было оказание истцом ответчику определенных услуг, при этом должностные обязанности истца, объем и способ оказания услуг не конкретизированы, рабочее время истцу не установлено, отсутствует указание на размер ежегодного оплачиваемого отпуска, при этом возможность выплаты вознаграждения обуславливается не выполнением трудовой функции, а составлением актов приема-передачи оказанных услуг.

Использование программного обеспечения банка, обусловлено особенностью предоставления банком услуг своим клиентам и выполняемой в рамках оказания этих услуг деятельностью самим ФИО1 в интересах и от имени банка.

Выдача банком на имя истца доверенности также обусловлена лишь правовым регулированием оказания банковских услуг в части совершения действий, связанных с подписанием от имени Банка документов в рамках оказания услуг по договору присоединения.

ФИО1 также не была установлена заработная плата в значении, придаваемом ей Трудовым кодексом Российской Федерации

Как указывалось выше, и это не оспаривается ФИО1, расчет вознаграждения производился в зависимости от объема оказанных банку услуг, о чем свидетельствуют представленные банком акты приема-передачи выполненных работ.

Из содержания актов усматривается, что за весь период выполнения ФИО1 работ каждый месяц размер вознаграждения являлся разным и сумма вознаграждения определялась объемом оказанных услуг.

Кроме того, выплата вознаграждения осуществлялась один раз в месяц, следующим за расчетным.

Ссылка истца на отстранение от работы и контроль со стороны банка, как работодателя, материалами дела не подтверждается.

При том что согласно пункту 1 статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик вправе во всякое время проверять ход и качество работы, выполняемой подрядчиком, не вмешиваясь в его деятельность.

Доводы истца на наличие по данной категории дел иной судебной практики, правового значения не имеют ввиду того, что юридический прецедент не является официальным источником права в Российской Федерации, а представляет собой применение нормы права с учетом конкретных обстоятельств дела.

Таким образом, при рассмотрении настоящего дела юридически значимые обстоятельства, свидетельствующие о возникновении между сторонами трудовых отношений, не установлены.

В ходе рассмотрения дела не установлен факт допуска истца к работе в АО «ТБанк» с ведом или по поручению лица, наделенного работодателем полномочиями по найму работников.

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии объективных доказательств, подтверждающих исполнение истцом у ответчика трудовой функции, в связи с чем исковое требование об установлении факта трудовых отношений удовлетворению не подлежит.

Поскольку между сторонами факт трудовых отношений не установлен, оснований для удовлетворения требований признании факта незаконного отстранения от работы и об обязании восстановить истца на работе, взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, взыскании среднего заработка за период незаконного отстранения от работы, взыскании компенсации морального вреда не имеется, так как данные требования являются производными от первоначально заявленных.

Также суд находит обоснованными доводы стороны ответчика о пропуске ФИО1 срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора в связи со следующим.

Как уже указано ранее, ФИО1 обращаясь в суд с настоящим иском, ссылался

на нарушение своих прав как работника, с которым не был надлежащим образом оформлен трудовой договор и который незаконно был отстранен от работы.

Частью 2 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что в случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 Трудового кодекса Российской Федерации) у работодателя по последнему месту работы.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Заявленные истцом требования о взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск производны от требований о признании отношений трудовыми и не изменяют установленный частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Как разъяснено в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 по общему правилу, работник, работающий у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). К таким спорам, в частности, относятся споры о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

При разрешении этих споров и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, судам следует не только исходить из даты подписания указанного гражданско-правового договора или даты фактического допущения работника к работе, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливаться момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих трудовых прав, например, работник обратился к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений, в том числе об обязании работодателя уплатить страховые взносы, предоставить отпуск, выплатить заработную плату, составить акт по форме Н-1 в связи с производственной травмой и т.п., а ему в этом было отказано.

По смыслу приведенных выше положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации по их применению течение трехмесячного срока для обращения в суд по спорам об установлении факта трудовых отношений и производным от них требованиям начинается по общему правилу со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Судом установлено, что договор присоединения заключен 9 апреля 2021 года и прекратил свое действие 14 июня 2022 года, что следует из справки АО «ТБанк».

Таким образом, спорные отношения, которые истец просил признать трудовыми, между сторонами прекратились 14 июня 2022 года.

При этом, уже при заключении договора присоединения ФИО1 достоверно знал о том, что ответчик не рассматривает отношения в спорный период в качестве трудовых, а отношение с банком оформлены на основании гражданско-правового договора.

Однако заявления по поводу надлежащего оформления трудовых отношений, заключения трудового договора, внесения достоверных сведений о работе в трудовую книжку ФИО1 с указанного времени не подавал.

С требованиями о признании отношений трудовыми истец обратился в суд 16 сентября 2025 года, то есть по истечении 3 лет 3 месяцев после расторжения с ним договора присоединения и прекращения выполнения работ у ответчика.

Не имея ограничений в выборе действий на урегулирование возникшей ситуации в досудебном порядке, в том числе путем обращения в контролирующие органы, позволяющие судить об уважительности пропуска лицом срока обращения в суд, в связи с наличием у него правомерных ожиданий для добросовестного удовлетворения ответчиком заявленных требований, истцом на протяжении длительного времени таких действий не совершалось, доказательств обратного суду не представлено.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 пропущен установленный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора о признании отношений трудовыми и вытекающих требований об оплате труда, что с учетом заявления ответчика о пропуске данного срока является самостоятельным и достаточным основанием для отказа в удовлетворении данного требования.

При этом лицам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок может быть восстановлен в судебном порядке. Перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен.

Однако истец, заявляя ходатайство о восстановлении пропущенного срока для обращения в суд с настоящим иском, не указал уважительных причин, препятствовавших ему обратиться с иском в суд в течение столь длительного периода времени с того момента, когда он узнал о предполагаемом нарушении своих прав.

Причин, связанных с личностью истца (болезнь истца, нахождение в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы), истцом суду не представлено. Обращение в суд иных граждан таковой быть признано не может быть.

Дело рассмотрено в пределах заявленных требований. Иных требований, равно как иных доводов и доказательств суду не заявлено и не представлено.

Руководствуясь статьями 12, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «ТБанк» об установлении факта трудовых отношений, признании незаконным отстранения от работы, восстановлении трудовых прав, взыскании среднего заработка, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы или представления через Красноуфимский районный суд Свердловской области.

Судья (подпись) Четина Е.А.