РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 июня 2022 года город Нижний Тагил

Ленинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области в составе

председательствующего Зевайкиной Н.А.,

при секретаре судебного заседания Павленко Д.А.,

с участием: представителя истца ФИО1, действующего на основании доверенности от 12.07.2021 № 35,

ответчиков ФИО2, ФИО3, его представителя ФИО4, действующей на основании ордера от 19.05.2022 № 188736,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела № 2-1200/2022 по иску Федерального казенного учреждения здравоохранения Федеральной службы исполнения наказаний «Медико- санитарная часть № 66» к ФИО3, ФИО2 о взыскании материального ущерба в результате ненадлежащего исполнения должностных обязанностей в порядке регресса,

УСТАНОВИЛ:

07.04.2022 года ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России обратилось в суд с иском к ФИО3, ФИО2 о взыскании материального ущерба в результате ненадлежащего исполнения должностных обязанностей в порядке регресса в размере 75000,00 руб.

В обоснование требований указано, что на основании приказа начальника МСЧ-66 от 24.01.2022 № 6, проведена служебная проверка по факту причинения материального ущерба ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России в размере 75000,00 руб., причиненного незаконными действиями медицинских работников и сотрудников филиала «Медицинская часть, № 6» МСЧ-66 (далее - МЧ-6 МСЧ-66) при оказании ненадлежащей медицинской помощи осужденной К.Т.П., в связи с чем за нарушение лицензионных требований при оказании медицинской помощи наложен штраф. В ходе служебной проверки, установлено следующее. 14.01.2022 на имя врио начальника МСЧ-66 поступила служебная записка юрисконсульта юридической службы К.Ю.С., с ходатайством о назначении и проведении служебной проверки по факту причинения материального ущерба МСЧ-66 в размере 75000,00 руб., причиненного незаконными действиями медицинских работников и сотрудников филиала «Медицинская часть № 6» МСЧ-66 при оказании ненадлежащей медицинской помощи осужденной К.Т.П. Судом первой и апелляционной инстанции Свердловского областного суда от 09.12.2021 установлен факт нарушения лицензионных требований ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России при оказании медицинской помощи К.Т.П. нарушило требование п. 9 Порядка оказания медицинской помощи осужденным утвержден Приказом Минюста России от 28.12.2017 № 285 «Об утверждении Порядка организации медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы» п.п. «а», «б», п. 5, п. 6 Положения лицензировании, ст. 37, ст. 90 Федерального закона от 21.11. 2011 № 323-ФЗ связи с допущенным нарушением назначен административный штраф в размере 75000,00 руб. за оказание ненадлежащей медицинской помощи осужденной К.Т.П. Возникновение ущерба в размере 75000,00 руб., стало возможным по причинам непринятия в течение длительного времени всех исчерпывающих мер медицинскими работниками филиала МЧ-6 ФИО3 и ФИО2, при оказании медицинской помощи осужденной К.Т.П. работниками филиала МЧ-6, выразившиеся в нарушении требования п. 9 Порядка оказания медицинской помощи осужденным утвержден Приказом Минюста России от 28.12.2017 года № 285 «Об утверждении Порядка организации медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы», п.п. «а», «б», п. 5, п. 6 Положения о лицензировании, ст. 37, ст. 90 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ. Согласно контракта ФИО2 установлено, что несет материальную ответственность в соответствии с трудовым договором. Согласно трудового договора ФИО3, установлено, что несет материальную ответственность в размере среднего заработка. От добровольного возмещения материального ущерба медицинские работники отказались.

Представитель истца ФИО1, действующий на основании доверенности от 12.07.2021 № 35, в судебном заседании основание и предмет заявленных исковых требований поддержал, просил удовлетворить.

Ответчик ФИО3, его представитель ФИО4, в удовлетворении требований просили отказать в полном объеме, поддержав доводы письменных возражений, которые приобщены судом к материалам дела.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании в удовлетворении исковых требований просила отказать, поддержав позицию ответчика ФИО3

Заслушав лиц участвующих в деле, исследовав представленные материалы, о дополнении которых сторонами не заявлено, оценив каждое представленное доказательство в отдельности и все в совокупности, суд приходит к следующему.

В силу ст. ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК России) правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно части первой статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.

Расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождение стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами (часть третья статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации).

Условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора установлены статьей 233 Трудового кодекса Российской Федерации. В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации "Материальная ответственность работника" определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

Работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат (часть первая статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть вторая статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

За причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами (статья 241 Трудового кодекса Российской Федерации).

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть первая статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью второй статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим кодексом или иными федеральными законами.

Перечень случаев возложения на работника материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба приведен в статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с данной нормой материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в следующих случаях: 1) когда в соответствии с этим кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей; 2) недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу; 3) умышленного причинения ущерба; 4) причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения; 5) причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда; 6) причинения ущерба в результате административного правонарушения, если таковое установлено соответствующим государственным органом; 7) разглашения сведений, составляющих охраняемую законом тайну (государственную, служебную, коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных данным кодексом, другими федеральными законами; 8) причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей. Материальная ответственность в полном размере причиненного работодателю ущерба может быть установлена трудовым договором, заключаемым с заместителями руководителя организации, главным бухгалтером.

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 N 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 N 52) разъяснено, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действий или бездействия) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Таким образом, из содержания указанных правовых норм в их системной взаимосвязи следует, что бремя доказывания факта причинения работником работодателю ущерба в результате ненадлежащего исполнения трудовых обязанностей лежит на работодателе. При недоказанности работодателем хотя бы одного из перечисленных обстоятельств материальная ответственность работника исключается.

Обращаясь в суд с настоящим иском, Учреждение полагало, что выплатой штрафа ему причинен ущерб, который в порядке регресса подлежит возмещению ответчиками, поскольку причинен по их вине в связи с ненадлежащим выполнением должностных обязанностей.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 принята на должность фельдшера филиала «Медицинская часть № 6» ФКУЗ «Медико-санитарная часть№ 66 Федеральной службы исполнения наказаний» с 31.07.2019 (приказ ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ №, контракт о службе в уголовно-исполнительной системе № от ДД.ММ.ГГГГ).

ФИО3 принят на должность врача-инфекциониста инфекционного кабинета филиала «Медицинская часть № 6» ФКУЗ «Медико-санитарная часть№ 66 Федеральной службы исполнения наказаний» с 12.05.2020 (приказ ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ №, трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ).

Вступившим в законную силу постановлением Тагилстроевского районного суда города Нижний Тагил Свердловской области от 26.08.2021, ФКУЗ «Медико-санитарная часть № 66 Федеральной службы исполнения наказаний» признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 19.20 КоАП РФ (за осуществление деятельности, не связанной с извлечением прибыли, с грубым нарушением требований и условий, предусмотренных специальным разрешением (лицензией), если специальное разрешение (лицензия) обязательно (обязательна), и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 75000,00 руб.

Объективная сторона данного административного правонарушения выразилась в том, что ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России допустило осуществление медицинской деятельности, не связанной с извлечением прибыли, по месту фактического осуществления деятельности - в филиале «Медицинская часть № 6» по адресу: <...>, с грубым нарушением требований и условий, предусмотренных лицензией, выразившиеся в нарушении ст.ст. 37. 90 Федеральною закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан», пп. «а», «б» п. 5, и. 6 Положения о лицензировании медицинской деятельности (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра «Сколково»), утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 16 апреля 2012 года № 291, а именно в нарушении порядков оказания медицинской помощи и осуществления внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности, которые были выявлены 30 июня 2021 года специалистом Росздравнадзора по Свердловской области в ходе рассмотрения обращения по факту оказания медицинской помощи в «Медицинская часть 6» ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России осужденной К.Т.П., что выразилось в не проведении оперативного лечения последней.

Штраф в размере 75000,00 руб. оплачен истцом 14.04.2022, что подтверждается платежным получением № 132799 от 14.04.2022.

Согласно заключению служебной проверки, проведенной на основании приказа ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России от 24.01.2022 № 6 и утвержденного зам. начальника ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России от 11.02.2022, что возникновение ущерба в размере 75000,00 руб., стало возможным по причинам непринятия в течение длительного времени всех исчерпывающих мер медицинскими работниками филиала МЧ-6 ФИО3 и ФИО2, при оказании медицинской помощи осужденной К.Т.П. работниками филиала МЧ-6, выразившиеся в нарушении требования п. 9 Порядка оказания медицинской помощи осужденным утвержден Приказом Минюста России от 28.12.2017 № 285 «Об утверждении Порядка организации медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы», п.п. «а», «б», п. 5, п. 6 Положения о лицензировании, ст. 37, ст. 90 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ.

В судебном заседании также установлено, что между ФКУЗ «Медико-санитарная часть № 66 Федеральной службы исполнения наказаний» и ГБУЗ СО «Демидовская городская больница» заключен государственный контракт об оказании медицинских услуг осужденным, обвиняемым, подозреваемым от 05.02.2021 № 9, согласно которого:

п.1.1. Исполнитель обязуется оказывать медицинские услуги (специализированные амбулаторно-поликлинические, стационарные, лабораторные, диагностические, патологоанатомические) надлежащего качества в объеме, определяемом действующим в Свердловской области отраслевыми стандартами диагностики и лечения, и согласно требованиям, предъявляемым к методам диагностики, профилактики и лечения, разрешенным на территории РФ, осужденным, обвиняемым, подозреваемым, а Государственный заказчик обязуется принять и оплатить оказанные услуги.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд исходил из того, что требование о возложении на ответчиков обязанности по возмещению уплаченного штрафа, наложенного на истца ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России за совершение им административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч.3 ст.19.20 КоАП РФ, не основано на законе, поскольку противоречит общим условиям материальной ответственности, определенным статьей 233 Трудового кодекса Российской Федерации.

Из анализа норм глав 37, 39 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что данное в части 2 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации понятие прямого действительного ущерба не является идентичным понятию убытков, содержащемуся в пункте 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, и не предусматривает обязанности работника возмещать работодателю уплаченные им суммы штрафа за нарушение действующего законодательства.

Как усматривается из материалов дела, штрафные санкции на истца были наложены за нарушение лицензионных требований ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России при оказании медицинской помощи К.Т.П. нарушило требование п. 9 Порядка оказания медицинской помощи осужденным утвержден Приказом Минюста России от 28.12.2017 № 285 «Об утверждении Порядка организации медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы» п.п. «а», «б», п. 5, п. 6 Положения лицензировании, ст. 37, ст. 90 Федерального закона от 21.11. 2011 № 323-ФЗ

При таких обстоятельствах, привлечение ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России к административной ответственности с назначением наказания в виде штрафа в сумме 75000,00 руб. не может быть отнесено к прямому действительному ущербу, который обязан возместить работник организации, в связи с чем оснований для удовлетворения исковых требований судом не установлено.

Штраф является мерой административной ответственности, применяемой к юридическому лицу за совершенное административное правонарушение, уплата штрафа является непосредственной обязанностью лица, привлеченного к административной ответственности, а сумма уплаченного штрафа не может быть признана ущербом, подлежащим возмещению в порядке привлечения работника к материальной ответственности. Требования истца фактически направлены на освобождение ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России от обязанности по уплате административного штрафа, наложенного на него в качестве административного наказания, что противоречит целям административного наказания, определенным в статье 3.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Ссылка стороны истца в исковом заявлении на разъяснительные письма Роструда и Министерства финансов Российской Федерации выводов суда не опровергают, поскольку доказательств причинения истцу прямого действительного ущерба, то есть доказательств реального уменьшения наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества, доказательств необходимости для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам, истцом в ходе рассмотрения дела не представлено.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», согласно пункту 6 части первой статьи 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может быть возложена на работника в случае причинения им ущерба в результате административного проступка, если таковой установлен соответствующим государственным органом.

Учитывая это, работник может быть привлечен к полной материальной ответственности, если по результатам рассмотрения дела об административном правонарушении судьей, органом, должностным лицом, уполномоченными рассматривать дела об административных правонарушениях, было вынесено Постановление о назначении административного наказания (пункт 1 абзаца первого части 1 статьи 29.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях), поскольку в указанном случае факт совершения лицом административного правонарушения установлен.

В данном случае сам работодатель был обязан уплатить штраф потому, что государственным органом был установлен состав правонарушения именно в его действиях (бездействии), а не в деянии работника, а уплаченный истцом штраф, как указано выше, в соответствии с действующим законодательством не может быть отнесен к прямому действительному реальному ущербу, который обязан возместить работник организации. Как следует из материалов дела, сам работник не был привлечен к административной ответственности, а потому на него не может быть возложена материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба в виде сумм административного штрафа.

Отклоняя доводы истца о том, что привлечению Учреждения к административной ответственности способствовало ненадлежащее исполнение ответчиками трудовых обязанностей, суд исходил из того, что в данном случае указанное обстоятельство не имеет правового значения, поскольку оно могло служить основанием для привлечения ответчиков к дисциплинарной ответственности, но не к материальной ответственности в виде возмещения Учреждению уплаченного последним административного штрафа.

Доводы истца о необходимости применения к возникшим правоотношениям требований статьи 1081 ГК РФ отклонены как не основанные на законе.

Пунктом 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных или трудовых обязанностей), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения.

Из указанной нормы усматривается, что если работник нанес вред третьему лицу, за который работодатель несет ответственность, то с работника может быть взыскана сумма, которую работодатель фактически возместил третьему лицу.

В данном же споре работодатель просил взыскать с ответчика ущерб в размере уплаченного работодателем административного штрафа, а не ущерб в размере вреда, причиненного ответчиком и выплаченного работодателем третьему лицу. Так как выплата административного штрафа не является прямым возмещением причиненного третьему лицу ущерба, а является мерой административной ответственности за совершение Учреждением административного правонарушения, то такая выплата не может повлечь материальную ответственность ответчика в виде взыскания с него в порядке регресса.

В силу положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений по их применению, данных Верховным судом Российской Федерации, понятие прямого действительного ущерба не позволяет отнести к основаниям материальной ответственности работника уплату работодателем ответчика административного штрафа, поскольку такая выплата не направлена на возмещение причиненного третьему лицу ущерба, сумма уплаченного штрафа не относится к категории наличного имущества истца, что является обязательным условием наступления ответственности работника перед работодателем.

Таким образом, из содержания указанных правовых норм в их системной взаимосвязи следует, что бремя доказывания факта причинения работником работодателю ущерба в результате ненадлежащего исполнения трудовых обязанностей лежит на работодателе. При недоказанности работодателем хотя бы одного из перечисленных обстоятельств материальная ответственность работника исключается.

Отказывая в удовлетворении заявленных исковых требований, суд пришел выводу о том, что в силу статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации административный штраф, наложенный в административном порядке на истца, не может квалифицироваться, как прямой действительный ущерб работодателя, поскольку представляет собой вид административной ответственности, к которой он был привлечен.

Из анализа вышеуказанных норм следует, что данное в части 2 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации понятие прямого действительного ущерба не является идентичным с понятием убытков, содержащимся в пункте 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, и не предусматривает обязанности работника возмещать работодателю уплаченные им суммы штрафа, пеней за нарушение третьими лицами действующего законодательства.

Как усматривается из материалов дела, штрафные санкции на истца были наложены за правонарушения, предусмотренные ч. 3 ст.19.20 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации, то есть государственным органом был установлен состав правонарушения именно в действиях (бездействии) работодателя.

При таких обстоятельствах, привлечение ФКУЗ МСЧ -66 ФСИН России к ответственности с назначением наказания в виде штрафа не может быть отнесено к прямому действительному ущербу, который обязан возместить работник организации, в связи, с чем оснований для удовлетворения исковых требований у суда не имелось.

Закрепляя право работодателя привлекать работника к материальной ответственности (абзац шестой части первой статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации), Трудовой кодекс Российской Федерации предполагает, в свою очередь, предоставление работнику адекватных правовых гарантий защиты от негативных последствий, которые могут наступить для него в случае злоупотребления со стороны работодателя при его привлечении к материальной ответственности.

Привлечение работника к материальной ответственности не только обусловлено восстановлением имущественных прав работодателя, но и предполагает реализацию функции охраны заработной платы работника от чрезмерных и незаконных удержаний.

Исходя из приведенных норм материального права регламентирующих материальную ответственность работника, постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 N 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», положений статей 56, 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при недоказанности хотя бы одного из обстоятельств, бремя доказывания которых лежит на работодателе, материальная ответственность работника исключается. При этом суд обязан оценивать допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, и то, что обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Уплата административного штрафа является Конституционной обязанностью лица привлеченного к административной ответственности и не может быть возложена на работника в качестве материального вреда.

На основании изложенного исковые требования удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 12, 194-199, 320, 321 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Федерального казенного учреждения здравоохранения Федеральной службы исполнения наказаний «Медико- санитарная часть № 66» к ФИО3, ФИО2 о возмещении ущерба в порядке регресса в размере 75000,00 руб., отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме с подачей жалобы в Ленинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области.

В окончательной форме решение изготовлено 23.06.2022.

Председательствующий