Решение по делу № 2-1864/2025 от 24.07.2025 | Красноглинский районный суд г. Самары (Самарская область)

УИД 56RS0007-01-2025-000016-73

ЗАОЧНОЕ РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 июля 2025 года г. Самара

Красноглинский районный суд г. Самары в составе:

председательствующего судьи Подусовской В.В.,

при секретаре судебного заседания Щегольской КД.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по исковому заявлению АО «ГСК «Югория» к ФИО1, ФИО2, ФИО3 о взыскании в порядке суброгации суммы выплаченного страхового возмещения ущерба,

УСТАНОВИЛ:

АО «ГСК «Югория» обратилось в суд с указанным исковым заявлением, мотивировав его тем, что <дата> по адресу: 297 км а/д «Лянтор-Большие Леуши» произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Hyundai Sonata, государственный регистрационный знак <***>, под управлением ФИО4, и автомобилем Камаз, государственный регистрационный знак <***>, принадлежащий ПАО «Сургутнефтегаз», под управлением ФИО5

На момент ДТП транспортное средство Камаз, государственный регистрационный знак <***>, было застраховано в АО «ГСК «Югория» по договору КАСКО.

Согласно административному материалу, водитель ФИО4, управлявший автомобилем Hyundai Sonata, нарушил ПДД, что и послужило причиной ДТП. Водитель ФИО4 погиб на месте происшествия.

АО «ГСК «Югория» признало указанное ДТП страховым случаем и произвело выплату в размере 216 968 рублей.

На момент ДТП гражданская ответственность ответчика ФИО4 по договору ОСАГО застрахована не была, он не был включен в полис ОСАГО, в связи с чем, истец имеет право возмещения убытков в порядке суброгации.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец просит суд взыскать с ответчиков ущерб в порядке регресса в размере 216 968 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 7509,04 рублей, в рамках наследственных правоотношений.

Протокольным определением от <дата> к участию в деле в качестве соответчиков были привлечены ФИО2, ФИО6, ФИО1

Определением Бугурусланского районного суда <адрес> от <дата> гражданское дело по иску АО «ГСК «Югория» к ФИО1, ФИО2, ФИО3 о взыскании в порядке суброгации суммы выплаченного страхового возмещения ущерба, направлено по подсудности в Красноглинский районный суд <адрес>.

Представитель истца в судебное заседание не явился, согласно исковому заявлению просил рассмотреть дело без участия представителя.

Ответчики в судебное заседание не явились, извещались надлежащим образом о времени и месте судебного заседания по адресу регистрации, что подтверждается справкой УВМ ГУ МВД России по <адрес>.

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, администрации муниципального образования «Михайловский сельсовет» <адрес> и Федерального Агентства по Управлению Государственным имуществом в судебное заседание не явились, извещались надлежащим образом.

Поскольку ответчики о причине неявки суд не известили, об отложении, либо о рассмотрении дела в его отсутствие не просили, суд на основании ст. 233 ГПК РФ пришел к выводу о рассмотрении дела без участия ответчиков в порядке заочного производства.

Исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Судом уставлено, что <дата> по адресу: 297 км а/д «Лянтор-Большие Леуши» произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Hyundai Sonata, государственный регистрационный знак <***>, под управлением ФИО4, и автомобилем Камаз, государственный регистрационный знак <***>, принадлежащий ПАО «Сургутнефтегаз», под управлением ФИО5

Согласно постановлению следователя СО ОМВД России по <адрес> от <дата>, водитель ФИО4, управлявший автомобилем Hyundai Sonata, нарушил ПДД, что и послужило причиной ДТП. В отношении ФИО4 было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ.

Водитель ФИО4 погиб на месте происшествия <дата>.

АО «ГСК «Югория» признало указанное ДТП страховым случаем и произвело выплату в размере 216 968 рублей.

Таким образом, судом установлено и ответчиком не оспаривалось, что виновным в указанном дорожно-транспортном происшествии является ФИО4

Статьей 3 Федерального закона от <дата> №40-ФЗ «Обобязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО) предусмотрен принцип всеобщности и обязательности страхования гражданской ответственности владельцами транспортных средств.

В соответствии с ч. 1 ст. 4 Закона об ОСАГО владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

Владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством (ч. 6 ст. 4 Закона об ОСАГО).

Согласно ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего (ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом установлено, что на момент ДТП автогражданская ответственность ФИО4 застрахована не была, в связи с чем, ответчик лишен права на получение страхового возмещения в соответствии с Законом об ОСАГО.

Из материалов дела следует, что <дата> между АО «ГСК «Югория» и ПАО «Сургутнефтегаз» был заключен договор страхования транспортные и специальные технические средства, по договору КАСКО.

АО «ГСК «Югория» осуществило осмотр поврежденного транспортного средства, по итогам которого был составлен Акт осмотра, содержащий сведения о выявленных повреждениях. В этот же день страховщик составил заключение к Акту осмотра, содержащий сведения о выявленных механических повреждениях и предварительный способ их восстановления. Согласно заказ-наряду № от <дата> стоимость восстановительного ремонта автомобиля Камаз, государственный регистрационный знак <***>, составила 216968 рублей.

На основании договора страхования АО «ГСК «Югория» перечислило страхователю страховое возмещение в сумме 216 968 рублей.

В соответствии со ст. 929 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно п. 4 ст. 931 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В соответствии с п. 1 ст. 965 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования. Однако условие договора, исключающее переход к страховщику права требования к лицу, умышленно причинившему убытки, ничтожно.

Суброгация является одной из форм перехода прав кредитора к другому лицу (перемена лица в обязательстве), на что прямо указано в п. 4 ч. 1 ст. 387 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона при суброгации страховщику прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая.

Согласно вышесказанному, страховщик на основании закона занимает место кредитора в обязательстве, существующем между пострадавшим и лицом, ответственным за убытки.

В соответствии с п. 2 ст. 387 Гражданского кодекса Российской Федерации к отношениям, связанным с переходом прав на основании закона, применяются правила настоящего Кодекса об уступке требования (статьи 388 - 390), если иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или не вытекает из существа отношений.

Материалами дела установлено, что ФИО4 умер <дата>, что подтверждается актом о смерти № от <дата>.

Из положений статьей 308, 309 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов; не допускается односторонний отказ от исполнения обязательств.

В силу п. 1 ст. 418 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается смертью должника, если исполнение не может быть произведено без личного участия должника либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью должника.

Пунктом 1 ст. 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизмененном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил названного кодекса не следует иное.

В силу п. 1 ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно п. 1 ст. 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (статья 323). Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Как разъяснено в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О судебной практике по делам о наследовании», в состав наследства входит принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество, в частности: вещи, включая деньги и ценные бумаги (ст. 128 Гражданского кодекса Российской Федерации); имущественные права (в том числе права, вытекающие из договоров, заключенных наследодателем, если иное не предусмотрено законом или договором; исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности или на средства индивидуализации; права на получение присужденных наследодателю, полученных им денежных сумм); имущественные обязанности, в том числе долги в пределах стоимости перешедшего к наследникам наследственного имущества (п. 1 ст. 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 60 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, принявшие наследство наследники должника становятся должниками по долгам наследодателя независимо от основания наследования и способа принятия наследства в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества.

В соответствии с пунктом 61 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> № стоимость перешедшего к наследникам имущества, пределами которой ограничена их ответственность по долгам наследодателя, определяется его рыночной стоимостью на время открытия наследства вне зависимости от ее последующего изменения ко времени рассмотрения дела судом.

Поскольку смерть должника не влечет прекращения обязательств по заключенному им договору, наследник, принявший наследство, становится должником и несет обязанности по их исполнению со дня открытия наследства (например, в случае, если наследодателем был заключен кредитный договор, обязанности по возврату денежной суммы, полученной наследодателем, и уплате процентов на нее). Проценты, подлежащие уплате, взимаются за неисполнение денежного обязательства наследодателем по день открытия наследства, а после открытия наследства за неисполнение денежного обязательства наследником, по смыслу пункта 1 статьи 401 ГК РФ, - по истечении времени, необходимого для принятия наследства (приобретения выморочного имущества). Размер задолженности, подлежащей взысканию с наследника, определяется на время вынесения решения суда.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что после смерти ФИО4 наследственного имущества не имеется (отсутствуют объекты движимого и недвижимого имущества), ответчики в наследство после смерти ФИО7 не вступали, на момент смерти ФИО7 и ответчики были зарегистрированы по разным адресам, что свидетельствует об отсутствии правовых оснований для взыскания долга наследодателя с его наследников, в связи с чем, суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению.

Поскольку правовых оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании ущерба не имеется, соответственно, у суда отсутствуют основания и для удовлетворения требований о взыскании расходов по уплате государственной пошлине.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199, 233-235 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования АО «ГСК «Югория» к ФИО1, ФИО2, ФИО3 о взыскании в порядке суброгации суммы выплаченного страхового возмещения ущерба - оставить без удовлетворения.

Ответчик вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения.

Ответчиком заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда.

Иными лицами, участвующими в деле, а также лицами, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и об обязанностях которых был разрешен судом, заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Судья: В.В. Подусовская