УИД 81RS0006-01-2022-002406-43 <данные изъяты>

Дело № 2а-28/2023 (2а-1302/2022)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 января 2023 года

Кудымкарский городской суд Пермского края в составе:

судьи Калиной Е.Д.,

при помощнике судьи Катаевой Е.А.

с участием административного истца ФИО1,

представителя административных ответчиков, заинтересованного лица ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Кудымкар административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 4» Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Пермскому краю, Федеральной службе исполнения наказаний о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей,

установил:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 4» Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Пермскому краю (далее – ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по Пермскому краю) о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей. В обоснование требований указывает, что в периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ содержался в ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по Пермскому краю в условиях, не соответствующих материально-техническим и санитарно-бытовым нормам. В частности, в камерах № №, №, №, №, № постоянно находились около 10 человек, все они курили табачные изделия. По приезду в следственный изолятор он сообщал сотрудникам, что он не курит, неоднократно обращался к администрации письменно и устно с просьбой о переводе его в камеру для некурящих, однако его просьбы были проигнорированы. Согласно требованиям закона он должен был соблюдать правила гигиены, иметь опрятный внешний вид. Однако ему не выдавались гигиенические средства. Тем самым его подталкивали к нарушению правил внутреннего распорядка, ему приходилось просить у других лиц мыло, станки для бритья, зубную пасту и другие средства, что является недопустимым. С просьбой выдать гигиенические средства обращался в администрацию следственного изолятора в письменном виде. Также нарушено его право на прогулки, он не мог подышать свежим воздухом. Его не выводили на прогулку по причине того, что кто-то из его сокамерников болел или отказывался гулять. Ему не хватало кислорода, постоянно слезились глаза, болела голова. Не выдавались дезинфицирующие средства для уборки помещения камеры. На основании изложенного, ссылаясь на нормы права, административный истец считает, что пренебрежительным отношением, действиями ответчика были нарушены его неимущественные права, причинены нравственные и физические страдания. В связи с этим просит взыскать в свою пользу компенсацию в размере 150000 рублей.

Судом к участию в деле привлечены в качестве административного ответчика Федеральная служба исполнения наказаний, заинтересованных лиц Главное управления Федеральной службы исполнения наказаний по Пермскому краю (далее – ГУФСИН России по Пермскому краю), Министерство финансов Российской Федерации.

В судебном заседании административный истец ФИО1 заявленные требования поддержал. Дополнил, что в периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ содержался в ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по Пермскому краю. Гигиенический набор ему выдали за все периоды только один раз, т.е. в марте 2017 года. В периоды 2017 и 2019 годов его личные вещи не стирали, ему негде было их стирать и сушить, т.к. не было тазов и сушилок. Из-за сушки белья в камере постоянно была влажность. От того, что его сокамерники курили табачные изделия, ему нечем было дышать, постоянно слезились глаза. По вопросу перевода в камеру для некурящих обращался устно, но ему отказывали по мотиву отсутствия мест. Прогулки сотрудниками следственного изолятора предлагались, но из-за нежелания погулять лиц, содержащихся совместно с ним в камере, в прогулке отказывали, по тем основаниям, что на прогулку должны выходить все. Также не были ему предоставлены прогулки в период нахождения его на карантине и в ожидании этапирования. Не выдавались дезинфицирующие средства (хлорка), ведро, веник, совок и тряпка для уборки помещения камеры, мотивировали тем, что на все камеры не хватает, нужно приобрести за свой счет.

Представитель административных ответчиков ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по Пермскому краю, Федеральной службы исполнения наказаний, заинтересованного лица ГУФСИН России по Пермскому краю ФИО2 с заявленными требованиями не согласилась. В возражениях указала, что в спорные периоды ФИО1 действительно содержался в ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по Пермскому краю. Количество лиц, содержащихся в камерах, не превышало количество мест, имеющихся в камерах. Все камеры оборудованы системой вентиляции. С жалобами на состояние здоровья ФИО1 в медицинскую часть во время содержания в следственном изоляторе не обращался. Обязательного требования содержания раздельно в камерах учреждения, курящих и некурящих законодательством не предусмотрено, в статье лишь сказано, что по возможности курящие и некурящие должны содержаться раздельно. Возможно, что лимит наполняемости следственного изолятора в период содержания ФИО1 не позволял содержать его раздельно от некурящих лиц. Письменного обращения ФИО1 не было. Согласно ведомостям, туалетная бумага и гигиенические наборы выдавались ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ. В иное время возможно выдача туалетной бумаги и гигиенических наборов ФИО1 не производилась по причине того, что он прибыл в следственный изолятор уже после раздачи туалетной бумаги и гигиенических наборов, либо убывал и раздача указанного еще не производилась. Письменного обращения ФИО1 не было. Ведомости выдачи туалетной бумаги и гигиенических наборов за 2011 год отсутствуют, по причине их уничтожения в связи с истечением срока хранения. Выдача дезинфицирующих средств подозреваемым, обвиняемым и осужденным не предусмотрена законодательством в целях безопасности их жизни и здоровья, дезинфицирующее средство хранится на посту и выдается по необходимости дежурным. Правилами внутреннего распорядка не предусмотрено специально отведенное место для сушки белья. Стирка личных вещей осуществляется лицами самостоятельно, своими средствами, администрацией следственного изолятора принимаются для стирки только постельные принадлежности. Предметы для уборки камер (ветошь, веник, совок и ведро) находятся на посту и выдаются по необходимости дежурным. Фактов высказывания о приобретении предметов для уборки камеры за счет собственных денежных средств не было. Приказом начальника утвержден распорядок дня, согласно которому отведено время для прогулок. Прогулки административному истцу предоставлялись продолжительностью не менее 1 часа. Однако имелись случаи, когда прогулки административному истцу не предоставлялись по причине его выбытия из следственного изолятора по требованиям следователя или суда, а по возвращении в следственный изолятор размещался в камерах сборного отделения, пока не пройдет оформление документов и его обыск, прогулка не могла быть ему предоставлена. Данные мероприятия занимали продолжительное время, к времени их проведения время, отведенное распорядком дня для прогулок, истекало. Каких-либо жалоб в период содержания от ФИО1 в контрольно-надзорные органы не поступало. Просит в удовлетворении требований отказать.

Представитель заинтересованного лица Министерства финансов Российской Федерации ФИО3 не явился, о времени и месте рассмотрения дела уведомлен, заявил ходатайство о рассмотрении дела без его участия. В отзыве указал, что обеспечение прав и свобод подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, содержащихся в следственных изоляторах уголовно-исполнительной системы, входит в полномочия уголовно-исполнительной системы и является обязанностью следственных изоляторов как учреждений уголовно-исполнительной системы. В данном деле от имени Российской Федерации должна выступать Федеральная служба исполнения наказаний. Приведенные в административном исковом заявлении доводы, описание ряда событий, ссылки на нормы права и предъявление требований о возмещении вреда сами по себе, без подкрепления достаточными фактическими данными, не могут являться достаточными основаниями для удовлетворения заявленных требований.

В соответствии с частью 6 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя заинтересованного лица Министерства финансов Российской Федерации.

Выслушав участвующих в деле лиц, показания свидетеля, изучив доводы административного искового заявления и возражений, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Согласно части 5 указанной статьи при рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

В силу части 2 статьи 62 и части 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказывания законности оспариваемых решений, действий (бездействия) органов, организаций и должностных лиц возлагается на соответствующие орган, организацию и должностное лицо. Указанные органы, организации и должностные лица обязаны также подтверждать факты, на которые они ссылаются как на основания своих возражений. Обязанность по доказыванию того, какие права и свободы нарушены этими решениями, действиями (бездействием), соответственно возлагается на лицо, которое их оспаривает.

Из содержания указанной нормы следует, что обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц, возлагается на административного ответчика - соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 3 постановления от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека (далее - запрещенные виды обращения). Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

Из содержания пункта 14 данного постановления следует, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

В частности, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц, могут свидетельствовать, например, в том числе отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений.

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и конкретизированы в Правилах внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской федерации от 14.10.2005 189 (действовавших в период содержания в следственном изоляторе административного истца).

Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» установлено, что содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (статья 4); в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации; обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей (статья 15); подозреваемые и обвиняемые имеют право: в том числе, обращаться с просьбой о личном приеме к начальнику места содержания под стражей и лицам, контролирующим деятельность места содержания под стражей, во время нахождения указанных лиц на его территории; обращаться с предложениями, заявлениями и жалобами, в том числе в суд, по вопросу о законности и обоснованности их содержания под стражей и нарушения их законных прав и интересов; получать бесплатное питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, в том числе в период участия их в следственных действиях и судебных заседаниях; пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа; пользоваться собственными постельными принадлежностями, а также другими вещами и предметами, перечень и количество которых определяются Правилами внутреннего распорядка (статья 17); подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности, бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин) (статья 23); администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых (статья 24).

Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы в соответствии со статьей 7 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» являются одним из мест содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых.

Судом на основе материалов дела установлено, что ФИО1 неоднократно привлекался к уголовной ответственности, а именно:

- приговором Карагайского районного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ, с учетом кассационного определения судебной коллегии по уголовным делам Пермского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ, признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 158, пунктом «а» части 3 статьи 158, пунктами «а, б» части 2 статьи 158, частью 3 статьи 30 - пунктами «а, б» части 2 статьи 158, частью 1 статьи 150, пунктом «б» части 2 статьи 158, частью 3 статьи 30 - пунктом «а» части 3 статьи 158, частью 4 статьи 150, частью 1 статьи 115, частью 1 статьи 161, частью 1 статьи 325 Уголовного кодекса Российской Федерации;

- приговором Березниковского городского суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных пунктом «а» части 3 статьи 158, частью 3 статьи 30, пунктами «а, б» части 2 статьи 158, пунктом «а» части 2 статьи 158, пунктами «а, в» части 2 статьи 158, пунктами «а, б» части 2 статьи 158, пунктами «а, б, в» части 2 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации;

- приговором Карагайского районного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, признан виновным в совершении преступления, предусмотренного часть 3 статьи 30 – пунктами «а, б» части 2 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации;

- приговором Березниковского городского суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 30 – пунктами «а, б» части 2 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации;

- приговором Нытвинского районного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации;

- приговором Карагайского районного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 159, частью 3 статьи 30 – частью 2 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по Пермскому краю.

Согласно камерным карточкам ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ содержался в камерах №, №, №, №, №, №, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ содержался в камерах №, №, №, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ содержался в камерах №, №, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ содержался в камерах №, №, №.

Административный истец, ссылается на нарушение условий его содержания в следственном изоляторе, поскольку содержался в одной камере с курящими лицами в периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Сам лично он не курит табачные изделия с 2011 года. От того, что его сокамерники курили табачные изделия, ему нечем было дышать, постоянно слезились глаза. По вопросу перевода в камеру для некурящих обращался устно, но ему отказывали по мотивам отсутствия мест.

Согласно справке ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по Пермскому краю от ДД.ММ.ГГГГ, на момент содержания ФИО1 отсутствовала возможность поместить его отдельно в камеру для некурящих, отдельной камеры для некурящих в следственном изоляторе не предусмотрено в виду специфики содержания контингента в местах лишения свободы и лимита содержания спецконтингента в следственном изоляторе.

Как следует из справки Федерального казенного учреждения здравоохранения Медико-санитарной части № 59 филиала медицинской части № 13 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 за время содержания в ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по Пермскому краю за медицинской помощью не обращался.

Письменных доказательств обращений ФИО1 по вопросу о переводе в иную камеру для некурящих в периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в материалы дела не представлено. Также такие сведения отсутствуют в журналах жалоб и заявлений за 2011, 2017 и 2019 годы.

Согласно статье 1 Федерального закона от 23.02.2013 № 15-ФЗ «Об охране здоровья граждан от воздействия окружающего табачного дыма и последствий потребления табака» этот федеральный закон в соответствии с Рамочной конвенцией Всемирной организации здравоохранения по борьбе против табака регулирует отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан от воздействия окружающего табачного дыма и последствий потребления табака.

Частью 4 статьи 12 Федерального закона от 23.02.2013 № 15-ФЗ «Об охране здоровья граждан от воздействия окружающего табачного дыма и последствий потребления табака» установлено, что для лиц, находящихся в следственных изоляторах, иных местах принудительного содержания или отбывающих наказание в исправительных учреждениях, обеспечивается защита от воздействия окружающего табачного дыма в порядке, установленном уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти по согласованию с федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения.

Вместе с тем Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации не предусматривает обязательного раздельного содержания курящих и некурящих осужденных.

Положения статьи 33 Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» не носят императивного характера, а ставят размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах курящих отдельно от некурящих в зависимость от имеющихся возможностей.

Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденные приказом Министерства юстиции Российской федерации от 14.10.2005 189 (действовавшие в период содержания в следственном изоляторе административного истца), не содержали запрета курения в камерах.В соответствии со статьей 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность по доказыванию факта причинения вреда личным неимущественным правам и другим нематериальным благам возлагается на административного истца.

Доводы административного истца о том, что в камерах он содержался постоянно с лицами более 10 человек, которые курили, чем нарушали его права, сами по себе не могут являться основанием для вывода о нарушении его прав, поскольку действующее законодательство Российской Федерации не предусматривает обязательного раздельного содержания курящих и некурящих лиц, содержащихся под стражей. Довод о содержании в камерах по 10 человек, опровергнут информацией в книгах количественной проверки лиц, содержащихся в ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по Пермскому краю, за 2011, 1017 и 2019 годы.

Административным истцом в ходе рассмотрения дела не представлены доказательства обращения с жалобами на состояние здоровья в связи с содержанием в камерных помещениях с лицами, потребляющими табачные изделия, причинения вреда его здоровью, обращения по вопросу перевода его в камеру для некурящих, критичного его отношения к курению. Также административным истцом не представлены доказательства отсутствия системы вентиляции или нахождения ее в неисправном состоянии. Из пояснений представителя административных ответчиков установлено, что все камерные помещения следственного изолятора оборудованы системой вентиляции с механическим и естественным (окна, шахты) побуждением, которые находятся в исправном состоянии, которые административным истцом не опровергнуты.

С учетом изложенного, исходя из отсутствия доказательств письменных обращений административного истца по вопросу перевода его в камеру для некурящих, критичного его отношения к курению, причинения в связи с этим вреда его здоровью, а также поскольку законодательством Российской Федерации и Правилами внутреннего распорядка не запрещено курение в камерах, помещение курящих лиц в отдельные камеры производится при наличии возможности, а не безусловно, что не дает оснований для вывода о нарушении условий содержания административного истца в следственном изоляторе, суд считает, что оснований для удовлетворения требований о взыскании компенсации за размещение его в камерах с курящими не имеется.

Административный истец, ссылается на нарушение условий содержания в следственном изоляторе, поскольку в заявленные периоды не выдавались дезинфицирующие средства и уборочный инвентарь для уборки помещения камеры, сотрудниками следственного изолятора указывалось на необходимость их приобретения за счет личных средств.

Согласно пункту 41 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденные приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14.10.2005 № 189 (действовавших до 16.07.2022) для общего пользования в камеры в соответствии с установленными нормами и в расчете на количество содержащихся в них лиц выдаются предметы для уборки камеры.

Судом установлено, предметы для уборки камерных помещений, а также моющие и дезинфицирующие средства в готовой консистенции в спорные периоды находились в необходимом количестве и хранились у младшего инспектора на посту в режимных корпусах, их выдача производилась по заявлению (требованию) подозреваемых, обвиняемых, осужденных для проведения уборки в камерном помещении.

Доказательства тому, что сотрудниками следственного изолятора отказано в выдаче предметов для уборки камерных помещений и дезинфицирующих средств административным истцом в материалы дела не представлены. Не нашли своего подтверждения и доводы административного истца о понуждении его к покупке предметов для уборки камерных помещений и дезинфицирующих средств.

Таким образом, поскольку предметы для уборки камерных помещений и дезинфицирующие средства не являются обязательным камерным оборудованием, доводы административного истца не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела, суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения требований о взыскании компенсации по данным доводам не имеется.

Административный истец, ссылается на нарушение условий содержания в следственном изоляторе, поскольку камерные помещения не были оборудованы сушилками для белья, в помещении камер всегда была влажность, его личные вещи не стирали, это приходилось делать ему самому, не было тазов для стирки белья.

Пунктом 42 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденные приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14.10.2005 № 189 (действовавших до 16.07.2022) определен перечень предметов и мебели, которыми подлежат оборудованию камерные помещения следственных изоляторов. Сушилка для белья в данном перечне отсутствует.

Приказом Федеральной службы исполнения наказаний от 27.07.2006 № 512 утверждены нормы обеспечения мебелью, инвентарем и предметами хозяйственного обихода для следственных изоляторов и тюрем уголовно-исполнительной системы (Приложение 3). Согласно разделу IV «Камеры режимного корпуса» приложения № 3 сушилка для белья в данном перечне отсутствует.

Таким образом, отсутствие сушилок для белья в камерных помещениях, где содержался административный истец, не является нарушением условий содержания административного истца в следственном изоляторе.

Довод административного истца, что в камерных помещениях, где он содержался, присутствовала влажность, отсутствовали тазы для стирки одежды, своего подтверждения не нашел.

Указанное представитель административных ответчиков и заинтересованного лица отрицает, представил фотографии о наличии тазов в камерах для гигиенических целей и стирки одежды (сделаны на момент рассмотрения дела).

Периодами нарушений заявлены 2011, 2017 и 2019 годы, при этом административный истец жалоб на влажность в камерных помещениях и отсутствие тазов для стирки белья руководству следственного изолятора и надзорные органы ранее не подавал, представление иных доказательств отражающих состояние камерных помещений в спорные периоды затруднительно. Несмотря на то, что бремя доказывания отсутствия заявленных нарушений по данной категории дела лежит на административном ответчике, административный истец не лишен обязанности доказать обоснованность своих требований и факт нарушения своих прав (статья 62, часть 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации). Голословное утверждение, касающиеся обстоятельств прошлого, не могут быть приняты во внимание, в отсутствие иных добытых доказательств обоснованности заявленных требований.

Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации, Федеральный законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденные приказом Министерства юстиции Российской федерации от 14.10.2005 189 (действовавшие в период содержания в следственном изоляторе административного истца), не содержали требования об обязательном приеме администрацией следственного изолятора личных вещей подозреваемых и обвиняемых для стирки. Согласно статьи 26 названного Федерального закона, приложению № 3 Правил стирка личных вещей могла быть оказана на платной основе, при наличии для этого соответствующих условий. При таких обстоятельствах, стирка личных вещей должна была осуществляться подозреваемыми и обвиняемыми самостоятельно, за счет собственных средств.

Таким образом, доводы ФИО1 в данной части не свидетельствуют о нарушении условий содержания, поэтому основанием для взыскания компенсации не являются.

Административный истец, ссылается на нарушение условий его содержания в следственном изоляторе, поскольку в заявленные периоды ему не выдавались средства гигиены, ему приходилось просить у других лиц мыло, станки для бритья, зубную пасту и другие средства гигиены.

Статьей 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» предусмотрено, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности; подозреваемым и обвиняемым бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин).

Пунктом 40 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденные приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14.10.2005 № 189 (действовавших до 16.07.2022), было предусмотрено, что по заявлению подозреваемого или обвиняемого, при отсутствии необходимых денежных средств на его лицевом счете, по нормам, установленным Правительством Российской Федерации, выдаются индивидуальные средства гигиены: мыло; зубная щетка; зубная паста (зубной порошок); одноразовая бритва (для мужчин).

Минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных устанавливаются Правительством Российской Федерации, нормы вещевого довольствия утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний (часть 3 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

В минимальную норму материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, утвержденную постановлением Правительства Российской Федерации от 11.04.2005 № 205, входит хозяйственное мыло (200 грамм в месяц), туалетное мыло (50 грамм в месяц), зубная паста/зубной порошок (30 грамм в месяц), зубная щетка (1 штука на 6 месяцев), одноразовая бритва (6 штук в месяц), туалетная бумага (25 метров в месяц).

Так, из представленных в материалы дела ведомостей учета выдачи туалетной бумаги и гигиенических пакетов, ФИО1 предметы личной гигиены выдавались в 2017 году (периоды нахождения в СИЗО с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) один раз, т.е. ДД.ММ.ГГГГ, в 2019 году (период нахождения в СИЗО с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) один раз, т.е. ДД.ММ.ГГГГ.

Ведомость за сентябрь 2019 года во внимание судом не принимается, поскольку ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 гигиенический пакет получить не мог, убыл с ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ.

Заявление административного истца об отказе от получения указанных средств гигиены в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, доказательства в подтверждение факта обеспечения и обеспеченности ФИО1 предметами личной гигиены представителем административных ответчиков и заинтересованного лица не представлено.

Согласно справке от ДД.ММ.ГГГГ, выданной главным бухгалтером ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по Пермскому краю, денежных средств на лицевом счете ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не было.

Ведомости учета выдачи туалетной бумаги и гигиенических пакетов за 2011 год не сохранились, уничтожены в связи с истечением срока хранения.

Административный истец, утверждая о нарушении его прав на получение предметов гигиены в 2011 году, не представил доказательств того, что он обращался с жалобами на непредставление средств гигиены к руководству учреждения, в вышестоящие органы, прокуратуру или суды или в таких обращениях ему было отказано, а также о сохранении доказательств не выдачи средств гигиены, в то время как внутренние документы имеют ограниченный срок хранения и несвоевременное обращение административного истца в суд способствовало уничтожению документов по истечении срока их хранения.

При таких обстоятельствах, суд, принимая во внимание положения действующего законодательства, установив, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ предметы гигиены ФИО1 не выдавались, приходит к выводу, что допущенные в период содержания ФИО1 в следственном изоляторе нарушения его права на получение предметов гигиены в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ являются основанием для взыскания в пользу административного истца компенсации в порядке статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Административный истец, ссылается на нарушение условий его содержания в следственном изоляторе, поскольку в заявленные периоды нарушено его право на прогулки, он не мог подышать свежим воздухом.

Из содержания пункта 11 статьи 17 Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» следует, что подозреваемые и обвиняемые имеют право пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа.

Действовавшие до 16.07.2022 Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденные приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14.10.2005 № 189, в пункте 134 предусматривали, что подозреваемые и обвиняемые, в том числе водворенные в карцер, пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа. Продолжительность прогулки устанавливается администрацией СИЗО с учетом распорядка дня, погоды, наполнения учреждения и других обстоятельств. В случае если подозреваемый или обвиняемый участвовал в судебном заседании, следственных действиях или по иной причине в установленное время не смог воспользоваться ежедневной прогулкой, по его письменному заявлению ему предоставляется одна дополнительная прогулка установленной продолжительности. В пункте 135 указывалось, что прогулка предоставляется подозреваемым и обвиняемым преимущественно в светлое время суток. Время вывода на прогулку лиц, содержащихся в разных камерах, устанавливается по скользящему графику. Пунктом 137 было установлено, что на прогулку выводятся одновременно все подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в камере. Освобождение от прогулки дается только врачом (фельдшером). Выводимые на прогулку должны быть одеты по сезону. В отношении лица, нарушающего установленный порядок содержания под стражей, решением начальника СИЗО, его заместителя либо дежурного помощника прогулка прекращается.

Судом установлено, что приказами начальника ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по Пермскому краю от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, утверждены распорядок дня подозреваемых, обвиняемых и осужденных в ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по Пермскому краю, согласно которым отведено время для прогулок подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными с 09.00 часов до 13.00 часов, с 14.00 часов до 17.00 часов.

Согласно фотографиям, представленным в материалы дела, в ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по Пермскому краю оборудованы прогулочные дворы в количестве 14 штук.

Как следует из журналов учета прогулок подозреваемых, обвиняемых и осужденных за 2011, 2017 и 2019 года, представленных представителем административных ответчиков, ФИО1 не была предоставлена прогулка продолжительностью не менее одного часа в следующие дни: ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно суточным ведомостям учета лиц, доставленных в следственный изолятор, карточек передвижений ФИО1:

- ДД.ММ.ГГГГ доставлен из ИВС <адрес> в следственный изолятор в 12 часов 10 минут, помещен в камеру №;

- ДД.ММ.ГГГГ доставлен из ОВД <адрес> в следственный изолятор в 12 часов 15 минут, помещен в камеру №;

- ДД.ММ.ГГГГ доставлен из г. Перми в следственный изолятор в 13 часов 00 минут, помещен в камеру №;

- ДД.ММ.ГГГГ убыл из следственного изолятора в ИВС <адрес> (попутный список), отсутствовал в следственном изоляторе ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, доставлен обратно в следственный изолятор ДД.ММ.ГГГГ в 11 часов 10 минут, помещен в камеру №;

- ДД.ММ.ГГГГ доставлен из ИВС <адрес> в следственный изолятор в 14 часов 00 минут, помещен в камеру №;

- ДД.ММ.ГГГГ доставлен из <адрес> в следственный изолятор в 12 часов 00 минут, помещен в камеру №;

- ДД.ММ.ГГГГ в следственном изоляторе отсутствовал, поскольку ДД.ММ.ГГГГ выбыл в ИВС <адрес>, ДД.ММ.ГГГГ доставлен обратно в следственный изолятор, помещен в камеру №.

Согласно списку перемещений подозреваемых, обвиняемых и осужденных ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ переведен из камеры № в камеру №.

Таким образом, судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 не представлены прогулки по причине его отсутствия в следственном изоляторе. Доказательств невозможности предоставления ФИО1 прогулки не менее одного часа ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, либо его отказа от прогулки, наличия у него освобождения от прогулки, в материалы дела административными ответчиками не представлено.

К доводам представителя административных ответчиков и заинтересованного лица, что в названные даты ФИО1 не могла быть представлена прогулка, поскольку по прибытию с этапа в следственный изолятор ФИО1 размещался в камерах сборного отделения, продолжительное время проводились мероприятия по оформлению документов и его обыску, к окончанию их проведения время, отведенное распорядком дня для прогулок, истекало, суд относится критически, поскольку доказательств этому в материалы дела не представлено. Правила, действовавшие в период содержания в следственном изоляторе административного истца, не содержали запрета предоставления прогулок лицам, помещенным в камеры сборного отделения.

Разрешая заявленные административные исковые требования, суд, принимая во внимание положения действующего законодательства, приходит к выводу, что допущенные в период содержания ФИО1 в следственном изоляторе нарушения его права на ежедневные прогулки продолжительностью не менее одного часа (ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ) являются основанием для взыскания в пользу административного истца компенсации в порядке статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Довод представителя административных ответчиков, заинтересованного лица о пропуске ФИО1 срока на обращение в суд отклоняются судом как отозванные на неверном толковании норм права. Исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ (статья 208 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Учитывая, что нарушения условий содержания административного истца в ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по Пермскому краю частично нашли свое подтверждение, принимая во внимание, что в период содержания ФИО4 в следственном изоляторе допускались нарушения условий содержания, в частности не соблюдены нормы обеспечения его предметами личной гигиены в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем он не мог поддержать в удовлетворительной степени личную гигиену, не предоставлены прогулки в течение часа ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ в связи с чем он был лишен права побывать на открытом воздухе, что само по себе является достаточными для того, чтобы причинить страдания и переживания лицу, содержащемуся под стражей, с учетом степени разумности и справедливости, суд считает необходимым взыскать компенсацию за нарушение условий содержания под стражей в пользу ФИО1 с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет средств казны Российской Федерации в размере 10000 рублей.

Руководствуясь статьями 175-179, 227, 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию за нарушение условий содержания в следственном изоляторе в размере 10000 рублей.

В удовлетворении требований к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 4» Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Пермскому краю отказать.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Кудымкарский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

<данные изъяты>

Судья Е.Д. Калина

Решение в окончательной форме принято 30 января 2023 года.