77RS0012-02-2025-005295-80

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 ноября 2025 года город Москва

Кузьминский районный суд г. Москвы, в составе председательствующего судьи Соколовой Е.Т., при секретаре Звереве Д.О., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-6189/2025 по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности, взыскании денежных средств,

установил:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчикам ФИО2, ФИО3, ФИО4, в котором просила привлечь ФИО2, ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по долгу ООО «Авеста Денталь», установленным на основании решения от 21.03.2023 года Зюзинского районного суда г. Москвы по гражданскому делу № 02-0011/2023, взыскав с них денежную сумму в размере 2 004 295 рублей солидарно; взыскать с ФИО2, ФИО3, ФИО4 солидарно денежную сумму в размере 941 483 рублей за пользование чужими денежными средствами; взыскать с ФИО2, ФИО3, ФИО4 солидарно судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 44458 рублей и услуг представителя в размере 250 000 рублей.

В обоснование иска указано, что 21.03.2023 Зюзинским районным судом г. Москвы было вынесено решение по гражданскому делу № 02-0011/2023 по исковому заявлению ФИО1 к ООО «Авеста Денталь» о защите прав потребителей, возмещению вреда здоровью, согласно которому с ООО «Авеста Денталь» в пользу ФИО1 были взысканы денежные средства в совокупном размере 2 004 295 рублей. Указанное решение суда оставлено без изменения апелляционным определением Московского городского суда от 04.12.2023, вступило в силу. 30 августа 2021 года и 10 сентября 2021 года, т.е. дважды, ФИО1 обращалась к ООО «Авеста Денталь» с досудебной претензией с требованием о возврате денежных средств, уплаченных Истцом по договору оказания платных медицинских услуг б/н от 17 октября 2018 года, в размере 1 067 060 рублей, однако в удовлетворении досудебных требований ей было отказано. В результате обращения в суд в пользу ФИО1, в дополнение к ее требованиям о возврате уплаченной по договору суммы денежных средств, судом с ООО «Авеста Денталь» была взыскана также неустойка, штраф, расходы на предстоящее лечение, судебные расходы и моральный вред, в общей сумме в размере 2 004 295 рублей. На момент указанных событий генеральным директором ООО «Авеста Денталь» являлся ФИО2 (Ответчик 1), а учредителями - ФИО4, Доля: 51 ₽ (51%) с 29.06.2017 и ФИО3, Доля: 49 Р (49%) с 29.06.2017 (Ответчики 2 и 3), что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ.

Истец в судебное заседание не явилась, извещена, ходатайствовала о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Ответчики ФИО3, ФИО4 в судебное заседание не явились, извещены, письменных возражений не представили, ходатайств не заявили.

Представитель ответчика ФИО2 по доверенности ФИО5 в судебном заседании просил в удовлетворении иска отказать, по доводам, изложенным в ранее представленном письменном отзыве.

Третье лицо явку своего представителя не обеспечил, извещен.

Учитывая изложенное, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие сторон.

Суд, исследовав письменные материалы дела, оценив все собранные по делу доказательства в их совокупности, выслушав явившихся лиц, приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с п. 2 и 3 ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

При рассмотрении гражданского дела обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением арбитражного суда, не должны доказываться и не могут оспариваться лицами, если они участвовали в деле, которое было разрешено арбитражным судом.

Согласно ст. 309 ГК РФ - обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требования закона, иных правовых актов.

В соответствии со ст. 310 ГК РФ - односторонний отказ от исполнения обязательств и одностороннее изменение его условий не допускаются.

Согласно п. 1 ст. 53 ГК РФ, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с п. 3.1 ст. 3 ФЗ N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном для недействующих юридических лиц, влечет за собой появление у кредиторов права обратиться с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности руководителя, участников общества по обязательствам исключенного общества.

Согласно ст. 65 ГК РФ юридическое лицо, за исключением казенного предприятия, учреждения, политической партии и религиозной организации, по решению суда может быть признано несостоятельным (банкротом). Признание юридического лица банкротом судом влечет его ликвидацию.

В соответствии с п. 1 ст. 399 ГК РФ до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику.

Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Таким образом, субсидиарная ответственность представляет собой вид гражданско-правовой ответственности, при которой лицо несет ответственность дополнительно к ответственности должника в случае неудовлетворения последним требований кредиторов.

Для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо установить наличие у него права давать обязательные для должника указания, либо иным образом определять его действия, совершение таким лицом действий об использовании таких прав, наличие причинной связи между действиями лица и наступлением банкротства должника, факт недостаточности имущества должника для расчета с кредиторами, а также вину лица в наступлении банкротства.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 6, Пленума ВАС РФ N 8 от 01.07.1996 (ред. от 25.12.2018) "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания, либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Судом установлено, что решением Зюзинского районного суда города Москвы от 21 марта 2023 года по гражданскому делу № 2-11/2023 по иску ФИО1 к ООО «Авеста денталь» о расторжении договора, взыскании денежных средств, расходов на устранение дефектов, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа, судебных расходов, исковые требования были удовлетворены частично.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 04 декабря 2023 года решение Зюзинского районного суда города Москвы от 21 марта 2023 года было оставлено без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения.

Решение суда вступило в законную силу 04 декабря 2023 года.

На основании вступившего в силу вышеуказанного решения суда был выдан исполнительный лист и предъявлен в службу судебных приставов, 01.04.2024 года Зюзинским ОСП ГУ ФССП России по г. Москве было возбуждено исполнительное производство № 83450/24/77032-ИП.

18.07.2024 года данное исполнительное производство было прекращено в связи с вынесением Акта о наличии обстоятельств, в связи с которыми взыскание по исполнительному документу невозможно.

В период разрешения исковых требований, генеральным директором ООО «Авеста Денталь» являлся ФИО2, учредителями - ФИО4, Доля 51% с 29.06.2017 и ФИО3, Доля 49% с 29.06.2017 г., что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ.

22 марта 2023 года в отношении ООО «Авеста Денталь» были внесены сведения в ЕГРЮЛ о принятии юридическим лицом решения о ликвидации и формировании ликвидационной комиссии, назначении ликвидатора, на основании решения учредителей о ликвидации юридического лица и соответствующего заявления по форме Р15016, назначен ликвидатор ФИО6.

09.04.2024 года в отношении ООО «Авеста Денталь» ЕГРЮЛ появилась запись о поданном заявлении физического лица о недостоверности сведений о нем по форме форма № Р34001 (раздел 26 п.199 Выписки из ЕГРЮЛ).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 25 апреля 2019 года по делу № А40-76199/2019 по заявлению ФИО2 был признан несостоятельным (банкротом).

На основании определения Арбитражного суда города Москвы от 13 декабря 2019 года в отношении имущества ФИО2 была завершена процедура реализации имущества гражданина.

Определением суда было постановлено освободить ФИО2 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных в процедуре реализации имущества гражданина.

Истец обратился к ответчикам с досудебной претензией с требованием о погашении задолженности, возникшей ООО «Авеста Денталь».

При таких обстоятельствах, истец обратился в суд с настоящим иском о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности.

В силу пункта 2 статьи 64.2 ГК Российской Федерации исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные данным Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам. Как предусмотрено пунктом 3 названной статьи, исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 ГК Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК Российской Федерации к ответственности в виде возмещения убытков может быть привлечено лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени. Такое лицо несет предусмотренную пунктом 1 этой статьи ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно пункту 3 статьи 53.1 того же Кодекса лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Как предусмотрено пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", в случае исключения общества из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица, если неисполнение обязательства общества обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

По смыслу приведенной нормы, названные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности, если неисполнение обязательства стало следствием их недобросовестных или неразумных действий, а не исключения юридического лица из реестра как такового. На руководителя или участника юридического лица, исключенного из реестра как недействующее, ответственность за неисполнение обязательства таким юридическим лицом может быть возложена, если обязательство перед кредитором не было исполнено вследствие ситуации, искусственно созданной лицом, формирующим и выражающим волю юридического лица, а не в связи с рыночными и иными объективными факторами, вследствие виновных в форме умысла или грубой неосторожности действий руководителя (участника), направленных на уклонение от исполнения обязательств перед контрагентом.

Само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению, равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами.

Как следует из представленного в адрес суда платежного поручения № 1 от 18.04.2025 г., ООО «АВЕСТА ДЕНТАЛЬ» был произведен возврат денежных средств в суме 150 000 руб. в счет оплаты решения суда по гражданскому делу № 2-11/2023 по иску ФИО1

Полагая, что при указанных обстоятельствах возможность взыскания долга с основного должника утрачена, истец обратился в суд с иском о привлечении к субсидиарной ответственности учредителей и директоров ООО «АВЕСТА ДЕНТАЛЬ».

В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 ГК Российской Федерации законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время правовая форма юридического лица (корпорации) не должна использоваться его учредителями и иными контролирующими лицами для причинения вреда независимым участникам оборота (пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

В исключительных случаях участники корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, статья 61.10 Закона о банкротстве) могут быть привлечены к имущественной (субсидиарной по отношению к обязательствам юридического лица) ответственности за причиненный кредиторам вред - если имело место неправомерное вмешательство в деятельность должника со стороны его контролирующих лиц, вследствие которого должник утратил способность исполнять свои обязательства.

Исходя из изложенного, основанием к субсидиарной ответственности может выступать избрание участниками юридического лица таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц, которые заведомо не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, ведение единой по сути экономической деятельности через несколько юридических лиц, не наделенных достаточным имуществом; перевод деятельности на вновь созданные юридические лица в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п.

Участники корпорации также могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их "продолжением" (alter ego), в частности, когда самими участниками допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица (например, использование одним или несколькими участниками банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором юридического лица стало невозможным.

В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.

Аналогичная позиция нашла отражение в пункте 28 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023.

При этом, рассматривая иски о привлечении к субсидиарной ответственности суд должен распределять бремя доказывания с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела между сторонами спора.

Кредитор, как правило, не имеет доступа к доказательствам, связанным с финансово-хозяйственной деятельностью должника, а контролирующие должника лица, напротив, обладают таким доступом и фактически могут его ограничить по своему усмотрению.

Поэтому предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, а также то, что вероятной причиной невозможности погашения требований кредиторов являлось поведение контролирующего должника лица.

В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П).

Из принципов ограниченной ответственности и защиты делового решения (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующего должника лиц к ответственности при банкротстве") следует, что подобного рода ответственность не может презюмироваться даже в случае исключения организации из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона о государственной регистрации. При разрешении такого рода споров истец должен доказать, что невозможность погашения долга перед ним возникла по вине ответчика в результате его неразумных либо недобросовестных действий.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 мая 2021 г. N 20-П, предусмотренная данной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10 июня 2020 года).

По смыслу приведенных норм права в предмет доказывания по настоящему делу входит наличие вины ответчика и причинной связи между указаниями и действиями руководителя юридического лица и возникшей финансовой неплатежеспособностью, не позволяющей удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам.

Указанные нормы во взаимосвязи предусматривают, что привлечение к субсидиарной ответственности руководителя или учредителя организации-должника возможно только в случае, если банкротство должника установлено вступившим в законную силу решением арбитражного суда, или в случае неисполнения обязательств обществом при его исключении из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица, при условии, что данные обстоятельства возникли вследствие недобросовестных, неразумных, противоречащих интересам организации действий указанных лиц.

Согласно части 1 статьи 56 ГПК Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу части 3 статьи 67 ГПК Российской Федерации, суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

На основании п. 1 ст. 21.1 Федерального закона Российской Федерации от 08 августа 2001 года N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность. Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

Пунктом 5 ст. 21.1 Федерального закона Российской Федерации от 08 августа 2001 года N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" предусмотрено, что предусмотренный настоящей статьей порядок исключения юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц применяется также в случаях:

а) невозможности ликвидации юридического лица ввиду отсутствия средств на расходы, необходимые для его ликвидации, и невозможности возложить эти расходы на его учредителей (участников);

б) наличия в едином государственном реестре юридических лиц сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи.

Вместе с тем, согласно пунктам 3, 4 ст. 21.1 и п. 7 ст. 22 указанного Федерального закона, принимая решение о предстоящем исключении, регистрирующий орган устанавливает порядок и сроки направления мотивированных заявлений недействующим юридическим лицом, кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из реестра (далее - заявления), с указанием адреса, по которому могут быть направлены заявления. Заявления должны быть мотивированными и могут быть направлены или представлены по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти, способами, указанными в п. 6 ст. 9 настоящего Федерального закона, в срок не позднее чем три месяца со дня опубликования решения о предстоящем исключении. В таком случае решение об исключении недействующего юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц не принимается.

В пункте 7 статьи 22 Федерального закона Российской Федерации от 08 августа 2001 г. N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" предусмотрено, что если в течение срока, предусмотренного пунктом 4 статьи 21.1 указанного Закона, заявления не направлены, регистрирующий орган исключает недействующее юридическое лицо из ЕГРЮЛ путем внесения в него соответствующей записи.

Согласно пункту 8 статьи 22 Федерального закона Российской Федерации от 08 августа 2001 года N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ может быть обжаловано лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ, в течение года со дня, когда они узнали или должны были узнать о нарушении своих прав.

Вместе с тем, истцом не представлено доказательств направления в регистрирующий орган заявлений в порядке, установленном пунктом 4 статьи 21.1 Федерального закона Российской Федерации от 08 августа 2001 г. N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей", доказательств нарушения регистрирующим органом пп. 1 и 2 ст. 21.1 указанного Федерального закона, а также доказательств обжалования действий регистрирующего органа по исключению ООО «АВЕСТА ДЕНТАЛЬ» из реестра.

Учитывая, что принятие решения об исключении ООО «АВЕСТА ДЕНТАЛЬ» из ЕГРЮЛ зависело от регистрирующего органа, а само исключение могло не состояться в случае направления истцом соответствующего заявления, следовательно, действия (бездействие) ответчиков не могли повлиять на прекращение деятельности ООО «АВЕСТА ДЕНТАЛЬ».

Как указано выше, что решение о ликвидации обществом не принималось, ликвидационный баланс не составлялся, общество исключено из ЕГРЮЛ на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 8 августа 2001 г. N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" по решению уполномоченного органа.

Исследовав и оценив по правилам статей 56, 67 ГПК Российской Федерации, имеющиеся в деле доказательства, суд приходит к выводу, что истец не подтвердил наличие правовых оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «АВЕСТА ДЕНТАЛЬ», поскольку в материалы дела не представлено доказательств в подтверждение того, что невозможность погашения задолженности перед истцом возникла вследствие недобросовестных действий ответчиков, как не доказано и то, что при наличии достаточных денежных средств (имущества) ответчики уклонялись от погашения задолженности перед истцом, скрывали имущество должника.

Как для субсидиарной, так и для деликтной ответственности необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя и причинно-следственной связи между данными фактами.

Ответственность руководителя, учредителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований истца.

Руководствуясь ст. ст. 193,194-199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности, взыскании денежных средств - отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Московский городской суд путем подачи апелляционной жалобы через Кузьминский районный суд г. Москвы в течение месяца.

Мотивированное решение изготовлено 30.04.2026 года.

Судья: