УИН: 66RS9009-01-2022-001320-25 Дело № 2-1477/2022
РЕШЕНИЯ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
18 августа 2022 г. г. Нижний Тагил
Ленинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области в составе: председательствующего Гуриной С.А.,
при секретаре судебного заседания Дорониной А.И.,
с участием: истца – ФИО1, представителя ответчиков Межмуниципального управления МУ МВД «Нижнетагильское» и МВД России ФИО2, действующей на основании доверенностей от 24.12.2020г. № №, от 11.01.2022г. № №, третьего лица – ФИО3,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Межмуниципальному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации «Нижнетагильское», Министерству внутренних дел России, Федеральной службе войск национальной гвардии Российской Федерации о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО4 обратился в суд с иском к МУ МВД России «Нижнетагильское» о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями сотрудников полиции, в размере 50000 рублей.
В обоснование заявленных требований указано, что 03.11.2009г. следователем СО по Ленинскому району г. Нижнего Тагила СУ Следственного комитета при прокуратуре РФ по СО ФИО8 вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по сообщению о преступлении, предусмотренного п. УК РФ в отношении сотрудников ОВО при УВД г. Нижний Тагил ФИО5, ФИО3, ФИО6 за отсутствием в их действиях состава преступления. В постановлении указано, что ДД.ММ.ГГГГ. ФИО7 был задержан за совершение административного правонарушения, предусмотренного ст. КоАП РФ, при этом оказал сопротивление задержавшим его сотрудникам ОВо при УВД г. Нижний Тагил ФИО5 и ФИО6, к нему были применены спецсредства . ФИО7, доставленным к зданию ОВД Ленинского района, нанес ФИО5 удар в область , после чего к ФИО1 сотрудниками ОВО при УВД г. Нижнего Тагила ФИО3 и ФИО5 были применены спецсредства . Следователем казано, что спецсредства и наручники применены к ФИО7 законно, на основании ст. 13,14 закона РФ «О милиции» от 18.04.1991г.
Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 29.03.2022г. был отменен обвинительный приговор Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила от 23.06.2010г. в отношении ФИО1 по УК РФ, дело направлено на новое судебное разбирательство со стадии судебного разбирательства в тот же суд в ином составе суда. Указано, что на дату постановления приговора суду было известно, что существует решение Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила от 01.02.2010г., которым постановление начальника МОБ ОВД Ленинского района г. Нижнего Тагила от 30.11.2009г. о признании Власова виновным в совершении правонарушения, предусмотренного КоАП РФ отменено, производство по делу прекращено в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности. Суд не учел установленное обстоятельство и не дал ему оценку в контексте с правовой позицией Конституционного Суда РФ, выраженной в постановлении от 16.06.2009г. №-П о том, что в силу презумпции невиновности лицо, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено ввиду истечения сроков давности, считается невиновным, т.е. государство отказываясь от преследования лица за административное правонарушение, не ставит больше под сомнение его статус в качестве невиновного и признает, что не имеет оснований для опровержения его невиновности.
В связи с этим он не совершал ДД.ММ.ГГГГ. административное правонарушение, предусмотренное ст. КоАП РФ, все меры обеспечения, которые применяли к нему сотрудники милиции ФИО5, ФИО3 ФИО6 – задержание, применение физической силы, доставление в ОВД Ленинского района г. Нижнего Тагила, доставление в , в период с №. ДД.ММ.ГГГГ. до № час. ДД.ММ.ГГГГ., составление в отношении него протокола об административном правонарушении, применение наручников, наложение административного штрафа в размере 500 рублей начальником ОВД Ленинского района ФИО9 являются незаконными. Сотрудники милиции ФИО5, ФИО3, ФИО6, ФИО9 своими незаконными действиями причинили ему моральный вред, которые он оценивает в сумму 50000 рублей.
Определением суда от 15.07.2022г. в качестве соответчика по делу привлечено МВД России и Федеральная служба войск национальной гвардии российской Федерации. В качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечены - ФИО5, ФИО3, ФИО6, ФИО9
Истец ФИО1 в судебном заседании поддержал исковые требования и доводы, изложенные в исковом заявлении в полном объеме, уточнив, что был помещен в КАЗ ОВД Ленинского района в период с № час. ДД.ММ.ГГГГ. о № час. ДД.ММ.ГГГГ. Также просил взыскать в свою пользу судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей и почтовые расходы в размере 500 рублей. Суду пояснил, что не совершал административного правонарушения, все, что к нему было применено сотрудниками милиции -незаконно, был причинен моральный вред.
Представитель ответчиков МУ МВД РФ «Нижнетагильское» и МВД России ФИО2 исковые требования не признала по доводам указанным в письменных возражения на исковое заявления, в удовлетворении исковых требований просила отказать. Суду пояснила, что для возложения на ответчика ответственности в виде компенсации морального вреда необходимо установить наличие виновных действий сотрудников милиции, последствия данных действия и необходимую причинную связь между ними. ФИО7 в №. в порядке гл. 25 ГПК оспаривал действия сотрудников милиции, ему в удовлетворении требований было отказано, действия сотрудников милиции признаны судом правомерными и законными. Прокуратурой также было отказано в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников милиции в связи с применение к ФИО7 спецсредств. В данном случае отсутствует один из необходимы элементов гражданской ответственности – незаконность действий сотрудников милиции, виновность их действий не доказана. Истцом не указано каки нематериальным благам причинен вред, какие страдания претерпел истец. Кроме того полагала, что ответчики являются ненадлежащими, так как третьи лица, за исключением ФИО9, который являлся сотрудником милиции, несли службу в отделе вневедомственной охраны, данное подразделение в настоящее время входит в состав Росгвардии.
Представитель ответчика Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации в судебное заседание не явился. Согласно поступившим в суд письменным возражениям от Управления Федеральной службы войск национальной гвардии РФ по Свердловской области, с предъявленными требованиями ответчик не согласен. Материалы проверки сообщения о преступлении по факту применения ДД.ММ.ГГГГ. сотрудниками милиции к истцу наручников и физической силы были рассмотрены следователем СО ФИО8, основания для привлечения сотрудников милиции к уголовной ответственности не установлены, вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 обращался в суд с заявлением об оспаривании действий должностных лиц ФИО5, ФИО6, ФИО3, просил признать незаконным применение в отношении него наручников ДД.ММ.ГГГГ. около № часов ФИО5 и ФИО6 и применение в отношении него мер обеспечения по делу об административном правонарушении в виде доставления ДД.ММ.ГГГГ. около № час. в помещение ОВД Ленинского района г. Нижнего Тагила. Дело было рассмотрено судьей ФИО10, суд счел оправданным применение к ФИО7 специальных средств – наручников, поскольку это способствовало пресечению административного правонарушения и оказываемого сотрудникам милиции сопротивления, действия сотрудников милиции признаны судом соразмерными нарушению со стороны ФИО7 и соответствовали целям, которые были перед ними поставлены. Составление протокола об административном правонарушении суд также счел обоснованным. В действиях ФИО7 в момент их совершения усматривались признаки состава административного правонарушения, предусмотренного ч.№ КоАП РФ. Суд счел правомерным применение к ФИО7 мер принуждения в виде доставления и административного задержания с целью обеспечения производства по делу об административном правонарушении. Указанное решение вступило в законную силу 14.09.2010г.
Третье лицо ФИО3 в судебном заседании пояснил, что в связи с прошествием времени плохо помнит все обстоятельства, указал, что поддерживает все ранее данные им пояснения по данному факту.
Третьи лица - ФИО5, ФИО6, ФИО9 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещались судом надлежащим образом.
Судом в соответствии со ст. 167 ГПК РФ принято решение о рассмотрении дела в отсутствие представителя ответчика, третьих лиц.
Суд, выслушав участников процесса, исследовав и оценив письменные доказательства по делу, приходит к следующему.
Исходя из закрепленного в ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации, имеющей прямое действие на территории Российской Федерации и с ч. 1 ст. 12, ч.1 ст. 56 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации, принципа состязательности и равноправия сторон в судопроизводстве, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Судом сторонам направлены копия определения о подготовке дела к судебному разбирательству. Обязанность доказывания сторонам разъяснена, бремя доказывания между сторонами распределено, и стороны имели достаточно времени и возможностей для сбора и предоставления доказательств.
В соответствии с ч. 2 ст. 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации непредставление доказательств и возражений в установленный срок не препятствует рассмотрению дела по имеющимся в деле доказательствам.
В соответствии с частью 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.
Согласно части 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.
Исходя из положений статьи 53 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
Реализация указанных конституционных правомочий осуществляется отраслевым законодательством.
Реализуя предписания статей 52 и 53 Конституции Российской Федерации, федеральный законодатель закрепил в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях правило, согласно которому вред, причиненный незаконным применением мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством (часть 2 статьи 27.1).
В соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
Указанный вред подлежит возмещению по общим правилам, предусмотренным ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Истец, заявляя требование о возмещении вреда, должен доказать противоправность действия (бездействия) ответчика, факт и размер понесенного ущерба и причинную связь между действиями ответчика и возникшим вредом. При этом по общему правилу (п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, причинившем вред.
Из разъяснений, данных в п.11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует, что установленная ст.1064 Гражданского кодекса РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Гражданский кодекс Российской Федерации предусматривает случаи возмещения вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. Так, в соответствии с пунктом 1 его статьи 1070 вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом. Согласно статье 1100 данного Кодекса компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ (абзац третий). По буквальному смыслу приведенных положений статей 1070 и 1100 ГК Российской Федерации, на случаи незаконного привлечения граждан к административной ответственности в виде административного ареста также распространяется исключение из общего правила возмещения гражданам вреда, причиненного в рамках дела об административном правонарушении.
Предусмотренное частью 3 статьи 27.5 КоАП Российской Федерации административное задержание на срок не более 48 часов, которое применяется только по делам о правонарушениях, за совершение которых в виде наказания может быть назначен административный арест (на срок до 15 или до 30 суток), не будучи арестом как мерой административного наказания, тем не менее представляет собой лишение свободы в смысле статьи 22 Конституции Российской Федерации и подпункта "c" пункта 1 статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод: положение лица, к которому применяется такое административное задержание в качестве меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении, связано с принудительным пребыванием в ограниченном пространстве, временной изоляцией от общества, прекращением выполнения служебных обязанностей, с невозможностью свободного передвижения и общения с другими лицами.
Таким образом, административное задержание, предусмотренное частью 3 статьи 27.5 КоАП Российской Федерации, по обусловливающим его природу ограничениям и последствиям для задержанного сопоставимо с административным арестом и задержанием как видами лишения свободы, на которые распространяется режим гарантий, предусмотренный статьей 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, и не обладает такими сущностными характеристиками, которые могли бы оправдать - при выявлении незаконности этих мер - применение различающихся компенсаторных механизмов. То обстоятельство, что административный арест как мера наказания применяется лишь в рамках судебной процедуры, обеспечивающей дополнительные возможности судебной проверки его фактических оснований и вынесения справедливого решения с соблюдением конституционных принципов правосудия, также свидетельствует о полной неоправданности исключения не имеющего таких судебных гарантий незаконного административного задержания на срок не более 48 часов из числа деяний публичной власти, относительно которых должны действовать правила возмещения вреда в порядке статей 1070 и 1100 ГК Российской Федерации.
Отсутствие в тексте пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 ГК Российской Федерации непосредственного указания на административное задержание не может означать, - по смыслу этих статей во взаимосвязи с частью 3 статьи 27.5 КоАП Российской Федерации и подпунктом "c" пункта 1 статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, - что их действие не распространяется на случаи, когда право на свободу ограничивается в связи с административным задержанием на срок не более 48 часов как обеспечительной мерой при производстве по делам об административных правонарушениях, за совершение которых может быть назначено наказание в виде административного ареста. Иное не соответствовало бы ни Конституции Российской Федерации, ни Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
Данный вывод находит подтверждение в Определении Конституционного суда от 4 декабря 2003 года N 440-О, и в постановлении от 16.06.2009г. № 9-П «По делу о проверки конституционности ряда положений статей 24.5, 27.1, 27.3, 27.5 и 30.7 КОАП РФ, п.1 ст. 1070 и абз.3 ст. 1100 ГК РФ и ст. 60 ГПК РФ в связи с жалобами граждан ФИО11, ФИО12 и ФИО13».
Конституцией Российской Федерации гражданину гарантируются различные права и свободы, и действующее законодательство призвано регулировать их осуществление, соблюдая баланс между правами и интересами личности, общества и государства, а также обеспечивать действующие механизмы защиты принадлежащих гражданину прав, не допуская злоупотреблений. Для защиты каждого конкретного права законодательством предусмотрены определенные механизмы, которые не могут заменяться другими, хоть и схожими, по желанию граждан.
Согласно ч.1 ст.1099 Гражданского кодекса РФ, основание и размер компенсации гражданину морального вреда, определяется правилами, предусмотренными главой 59 и ст.151 Гражданского кодекса РФ.
В силу ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.
В случаях, если того требуют интересы гражданина, принадлежащие ему нематериальные блага могут быть защищены, в частности, путем признания судом факта нарушения его личного неимущественного права, опубликования решения суда о допущенном нарушении, а также путем пресечения или запрещения действий, нарушающих или создающих угрозу нарушения личного неимущественного права либо посягающих или создающих угрозу посягательства на нематериальное благо.
Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Статья 1101 Гражданского кодекса РФ определяет, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В силу ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.
В соответствии со ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации по искам о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту от имени казны Российской Федерации выступает главный распорядитель средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности.
На основании пп. 63 п.12 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 01 марта 2011 года № 248, МВД России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание МВД России и реализацию возложенных на него задач.
Указом Президента РФ от 05.04.2015г. № 157 образован новый федеральный орган исполнительной власти – Федеральная служба войск национальной гвардии Российской Федерации. В структуру Федеральной службы войск национальной гвардии РФ включена вневедомственная охрана, входящая до этого в состав органов внутренних дел. В 2016г. было образовано ФГКУ «УВО ВНГ России по Свердловской области» при УВД г. Нижний Тагил, в 2016г.
Требование о взыскании компенсации морального вреда ФИО14 связывает с перенесенными нравственными страданиями, обусловленными применением к нему мер обеспечения сотрудниками милиции ФИО5, ФИО3 ФИО6 – задержание, применение физической силы, доставление в ОВД Ленинского района г. Нижнего Тагила, доставление в , помещение в Ленинского района в период с №. ДД.ММ.ГГГГ. до № час. ДД.ММ.ГГГГ., составлением в отношении него протокола об административном правонарушении, применении наручников, наложении административного штрафа в размере 500 рублей.
Сотрудники милиции ФИО5, ФИО6 и ФИО3 в октябре 2009г. проходили службу в ГК «ОВО при УВД г. Нижний Тагил» в должности милиционеров роты батальона милиции, ФИО9 проходил службу в МУ МВД России «Нижнетагильское» в должности начальника МОБ ОВД Ленинского района г. Нижнего Тагила.
По данным МУ МВД России «Нижнетагильское» представленным в ответ на судебный запрос, административные материалы за №. уничтожены в связи с истечением сроков хранения, представлен акт от ДД.ММ.ГГГГ об уничтожении протоколов об административных правонарушениях. В перечень которых входит протокол № № в отношении ФИО1, дата совершения ДД.ММ.ГГГГ. (л.д. 41, 43-44).
В соответствии со ст. 2 Закона РФ «О милиции» от 18.04.1991г., который действовал в период указанных событий, на правоохранительные органы возложены задачи обеспечения безопасности личности. Предупреждение преступлений и административных правонарушений, выявление преступлений, охрана общественного порядка и другие. Милиция обязана пресекать все преступления и административные правонарушения, не вправе бездействовать. Сотрудники строевых подразделений отдела вневедомственной охраны обязаны предотвращать и пресекать преступления и административные правонарушения на охраняемых объектах, постах, маршрутах патрулирования и движения.
Согласно ст. 23 Закона РФ «О милиции» закреплено, что законные требования сотрудников милиции обязательны для исполнения гражданами и должностными лицами.
Согласно п. 2, п.5 ст. 14 Закона РФ «О милиции» сотрудники имеют право применять специальные средства, имеющиеся на вооружении милиции для пресечения оказываемого сотруднику милиции сопротивления, а также для доставления задерживаемых лиц в милицию, конвоирования и охраны задержанных, а также лиц, подвергнутых административному аресту и заключенных под стражу, когда они своим поведением дают основания полагать, что могут совершить побег либо причинить вред окружающим или себе или оказывают противодействие сотрудники милиции.
Судом установлено и следует из исследованных в судебном заседании доказательств, что в № час. ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 обратился в дежурную часть ОВД Ленинского района г. Нижнего Тагила с сообщением о преступлении по факту применения к нему спецсредств и физической силы сотрудниками ОВО при УВД г. Нижний Тагил ФИО5, ФИО6, ФИО3 В ходе проведенной проверки по данному обращению следователем следственного отдела по Ленинскому району г. Нижнего Тагила следственного управления Следственного комитета при прокуратуре РФ по Свердловской области ФИО8 было установлено, что ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 был задержан за совершение административного правонарушения, предусмотренного № КоАП РФ, при этом задержавшим его сотрудникам ФИО5 и ФИО6 он оказал сопротивление, пытался вырваться, в связи с чем к нему были применены . ФИО1, будучи доставленным к данию ОВД Ленинского района г. Нижнего Тагила нанес ФИО5 удар в область , после этого к ФИО7 были применены спецсредства – наручники . По результатам проведенной проверки ДД.ММ.ГГГГ. вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного № УК РФ в отношении сотрудников ОВО при УВД г. Нижнего Тагила ФИО5, ФИО3, ФИО6 по основанию, предусмотренному п.№ УПК РФ, за отсутствием в их действиях состава преступления (л.д. 9).
21.06.2010г. Ленинским районным судом г. Нижнего Тагила было вынесено решение по гражданскому делу 2-№ по заявлению ФИО1 об оспаривании действий должностных лиц. Решением суда в удовлетворении заявления ФИО1 о признании незаконным составление помощником дежурного Отдела внутренних дел Ленинского района г. Нижнего Тагила ФИО15 протокола об административном задержании ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ.; признании незаконным применение . около № час. возле в г. Нижний Тагил сотрудниками Отдела вневедомственной охраны при УВД г. Нижний Тагил ФИО5, ФИО6 в отношении ФИО1; признании незаконным применение меры обеспечения по делу об административном правонарушении в виде доставления в отношении ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ. около № час. сотрудниками Отдела вневедомственной охраны при УВД г. Нижний Тагил ФИО5, ФИО6, ФИО3 – отказано.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 14.09.2010г. решение Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила от 21.06.2010г. оставлено без изменения. Решение суда вступило в законную силу 14.09.2010г.
При рассмотрении указанного гражданского дела судом установлено, что 18.10.2009г. сотрудники Отдела вневедомственной охраны при УВД по г. Нижний Тагил ФИО5, ФИО6 и ФИО3 исполняли служебные обязанности по охране общественного порядка и собственности. В ходе патрулирования вверенного им участка, около 21:00 час. у магазина , расположенного по адресу в г. Нижний Тагил увидели гражданина ФИО1, находящегося в состоянии алкогольного опьянения, он шел шатаясь из стороны в сторону, координация движений была нарушена, натыкался на окружающие предметы, размахивал руками, назойливо приставал к мимо проходившим гражданам, выражался нецензурной бранью, подойдя к магазину стал пинать по дверям, совершая таким образом административное правонарушение, предусмотренное ч.1 ст. 20.1 КоАП РФ, при этом на законные требования сотрудников милиции не реагировал.
Выполняя свои служебные обязанности, водитель ФИО3 остановил служебный автомобиль у дома, сотрудники милиции ФИО5 и ФИО6 подошли к мужчине, представились, попросили прекратить противоправные действия. Мужчина отреагировал неадекватно, грубо оттолкнул от себя руками ФИО6 в присутствии проходивших мимо граждан. В действиях усматривались признаки состава административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 20.1 КоАП РФ – мелкое хулиганство и признаки состава административного правонарушения, предусмотренного ст. 20.21 КоАП РФ. С целью пресечения противоправных действий, установления и проверки личных данных, нарушитель был сопровожден патрульным экипажем в медвытрезвитель ОВД по Ленинскому району, при этом к нему, так как он вел себя агрессивно, мог оказать сопротивление, причинить вред себе и окружающим, было применено спецсредство – наручники. Суд счет оправданными действия сотрудников полиции по применению специальных средств – наручников с целью пресечения административного правонарушения и оказываемого сотрудникам милиции сопротивления. При этом какого-либо ущерба ФИО1 не причинено, вред от применения спецсредств минимизирован. Действия сотрудников милиции были соразмерны нарушениям со стороны ФИО7 и явно соответствовали целям, которые были перед ними поставлены. Применение спецсредств – наручников способствовало достижению желаемого результата, а именно, пресечению административного правонарушения и сопротивления сотрудникам милиции.
ФИО1 был доставлен в медицинский вытрезвитель ОВД Ленинского района, наручники были сняты. В помещении медицинского вытрезвителя ФИО1 выражался нецензурной бранью, хватал фельдшера за халат и за руки, высказывал угрозы, что в случае помещения его в вытрезвитель, он с собой что-либо сделает, вел себя агрессивно по отношению к фельдшеру и сотрудникам милиции, отталкивал всех руками, никого не подпускал. В связи с агрессивным поведением ФИО1 в помещении его в медвытрезвитель было отказано. Состояние алкогольного опьянения было определено средней степени с психическими отклонениями, одежда была неопрятная, наблюдалось сильное слюноотделение, изо рта шел резкий запах алкоголя, степень опьянения определена визуально в связи с невозможностью отобрать пробы и провести тесты
С целью составления административного протокола ФИО1 был сопровожден тем же экипажем в дежурную часть ОВД по Ленинскому району, на выходе из медицинского вытрезвителя, у здания ОВД по Ленинскому району ФИО7 нанес удар кулаком по лицу сотруднику милиции ФИО5, в отношении ФИО1 была применена . В дежурной части ОВД по Ленинскому району милиционером ФИО6 был составлен протокол об административном правонарушении. предусмотренном ч.№ КоАП РФ.
После составления протокола об административном правонарушении, ФИО1 был помещен в камеру для административно-задержанных, где содержался до следующего дня, до рассмотрения протокола об административном правонарушении, после чего ФИО1 был отпущен.
Согласно положениям Конституции Российской Федерации каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность, арест допускается только по судебному решению, до судебного решения лицо не может быть подвергнуто задержанию на срок более 48 часов (ст. 22).
В соответствии со ст. 27.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в целях пресечения административного правонарушения, установления личности нарушителя, составления протокола об административном правонарушении при невозможности его составления на месте выявления административного правонарушения, обеспечения своевременного и правильного рассмотрения дела об административном правонарушении и исполнения принятого по делу постановления уполномоченное лицо вправе в пределах своих полномочий применять следующие меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении: доставление; административное задержание; личный досмотр, досмотр вещей, досмотр транспортного средства, находящихся при физическом лице; осмотр принадлежащих юридическому лицу помещений, территорий, находящихся там вещей и документов; изъятие вещей и документов.
Доставление является принудительным препровождение лица, в целях составления протокола об административном правонарушении, совершения других процессуальных действий по делу об административном правонарушении (ст. 27.2 КоАП РФ). Административное задержание – кратковременное ограничение свободы лица, может быть применено в исключительных случаях, если это необходимо для обеспечения правильного и своевременного рассмотрения дела об административном правонарушении, исполнения постановления по делу об административном правонарушении ( ст. 27.1 КоАП РФ).
При рассмотрении указанного гражданского дела суд нашел правомерным применение к ФИО1 мер принуждения в виде доставления и административного задержания с целью обеспечения производства по делу об административном правонарушении. Действия сотрудников милиции при задержании и доставлении гражданина ФИО1, который находился в состоянии алкогольного опьянения, указанным решением суда признаны законными и обоснованными, соответствующими требованиям п. 11 ст. 11 Закона РФ «О милиции», предоставляющим право милиции доставлять в медицинские учреждения либо в дежурные части ОВД и содержать в них до вытрезвления лиц, находящихся в общественных местах в состоянии алкогольного опьянения.
Судом установлено, что в действиях ФИО1, в момент их совершения, усматривались признаки состава административного правонарушения, составить протокол об административном правонарушении на месте его выявления сотрудникам милиции не представилось возможным в силу объективных причин - отсутствия документов, удостоверяющих личность ФИО1, необходимость пресечения административного правонарушения. Применение мер принуждения в виде доставления и административного задержания отвечает критериям, вытекающим из статей 22 и 55 Конституции РФ во взаимосвязи с пп. «с» п.1 ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
Составление протокола об административном правонарушении суд также счел обоснованным, поскольку в действиях ФИО1 в момент их совершения усматривались признаки состава административного правонарушения, предусмотренного ч№ КоАП РФ, фиксация факта совершения соответствующего правонарушения требовала соответствующего оформления.
При рассмотрении настоящего дела суд также приходит к выводу о правомерном применении в отношении ФИО1 мер принуждения в виде административного задержания, помещения его в камеру для административно задержанных лиц, составления протокола об административном правонарушении, вынесение постановления по делу об административном правонарушении.
Понятие "законное задержание", употребленное в подпункте "c" пункта 1 статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, как и понятие "задержание, произведенное в установленном законом порядке" включают обязанность осуществляющих производство по делам об административных правонарушениях органов государственной власти и их должностных лиц соблюдать нормы материального и процессуального законодательства. В контексте содержащихся в данной норме предписаний это означает, что задержанный имеет право на проверку соблюдения органом государственной власти или его должностным лицом законодательных положений, необходимых для признания примененной к нему принудительной меры законной в указанном смысле, а суд, в свою очередь, должен проверить как соблюдение процессуальных норм, на основе которых производится задержание, так и обоснованность этой меры с точки зрения целей, а также исходя из того, была ли она необходимой и разумной в конкретных обстоятельствах, послуживших основанием для ее применения. При этом должностное лицо, производящее административное задержание, должно располагать такими фактами и сведениями, которые достаточны для объективно обоснованного подозрения в том, что задерживаемый мог совершить соответствующее правонарушение. Задержание во всяком случае не может быть признано обоснованным, если действия, вменяемые задержанному, в момент их совершения не могли расцениваться как правонарушение.
Само по себе то обстоятельство, что задержанное лицо не было впоследствии привлечено к административной ответственности и не предстало перед судом, не обязательно означает, что задержание было незаконным и нарушало требования статьи 22 Конституции Российской Федерации и подпункта "c" пункта 1 статьи 5 Конвенции. Факты и сведения, которые дают основания для применения задержания как предварительной меры принуждения с целью обеспечения производства по делу об административном правонарушении, могут оказаться впоследствии недостаточными для принятия решения об административной ответственности. Требования, обусловливающие правомерность задержания, не предполагают, что компетентное должностное лицо уже в момент задержания должно иметь доказательства, достаточные для разрешения дела по существу. Целью задержания как обеспечительной меры является создание условий для проведения производства по делу о соответствующем административном правонарушении, с тем чтобы были проверены факты, подтверждены или устранены конкретные подозрения, обосновывающие задержание, подготовлены необходимые документы для передачи дела на рассмотрение суда.
Административное задержание является правомерным, если оно, отвечая критериям, вытекающим из статей 22 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с подпунктом "c" пункта 1 статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, обусловлено характером правонарушения и необходимо для последующего исполнения решения по делу об административном правонарушении. Соответственно, признание ошибочности вынесенного по делу об административном правонарушении судебного акта может не отразиться на оценке законности задержания в качестве предварительной меры по обеспечению производства по данному делу, а доводы о незаконности задержания не должны признаваться достаточными, если они сводятся исключительно к утверждению, что вышестоящая инстанция, проверяя судебный акт, обнаружила ошибки в установлении фактических обстоятельств или применении норм права.
Конкретизируя положения статьи 22 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 55 (часть 3) применительно к сфере административной ответственности, Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях предусматривает в качестве самой строгой меры наказания за наиболее серьезные административные правонарушения (в частности, за мелкое хулиганство - статья 20.1) административный арест, который заключается в изоляции нарушителя от общества на срок до пятнадцати суток.
В целях пресечения административного правонарушения, установления личности нарушителя, составления протокола об административном правонарушении при невозможности его составления на месте выявления административного правонарушения, обеспечения своевременного и правильного рассмотрения дела об административном правонарушении и исполнения принятого по делу постановления уполномоченное лицо вправе в пределах своих полномочий применять предусмотренные Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении.
По смыслу статей 17 (часть 3), 22 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, административное задержание на срок до 48 часов - с учетом его юридической природы как формы ограничения конституционного права на свободу - может быть признано законным и в случае последующего прекращения производства по делу об административном правонарушении, если должностное лицо или орган публичной власти действовали в условиях, когда были достаточные основания полагать, что применение данной принудительной меры необходимо.
Суд приходит к выводу, что административное задержание было законным, поскольку произведено с соблюдением и на основании требований Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях: сроки административного задержания не нарушены, его целями были пресечение административного правонарушения, установление личности нарушителя, составление протокола об административном правонарушении и обеспечение правильного рассмотрения дела.
ДД.ММ.ГГГГ. по результатам рассмотрения, составленного в отношении ФИО1 протокола об административном правонарушении, начальником МОБ ОВД Ленинского района г. Нижнего Тагила ФИО9 было вынесено постановление по делу об административном правонарушении № (л.д. 15), которым ФИО1 был подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 500 рублей за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. КоАП РФ.
Решением Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила от 24.11.2009г. постановление начальника МОБ ОВД Ленинского района г. Нижнего Тагила ФИО9 от 19.10.2009г. было отменено, дело направлено на новое рассмотрение. Дело поступило из суда в ОВД Ленинского района 30.11.2009г.
Решением судьи Свердловского областного суда от 24.03.2010г. (л.д. 50) решение судьи Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила от 24.11.2009г. изменено. Из судебного решения исключено указание о возвращении дела на новое рассмотрение, производство по делу об административном правонарушении прекращено ввиду истечения сроков давности привлечения к административной ответственности.
30.11.2009г.. начальником МОБ ОВД Ленинского района г. Нижнего Тагила ФИО9 было вынесено постановление по делу об административном правонарушении № (л.д. 15), которым ФИО1 был подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 500 рублей за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.№ КоАП РФ.
Решением Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила от 01.02.2010г., вступившим в законную силу 12.02.2010г., постановление начальника МОБ ОВД Ленинского района г. Нижнего Тагила ФИО9 по делу об административном правонарушении № от 30.11.2009г. было отменено, производство по делу об административном правонарушении прекращено в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности на момент рассмотрения судом жалобы ФИО1 (л.д. 16-17).
ДД.ММ.ГГГГ. Ленинским районным судом г. Нижнего Тагила в отношении ФИО1 был вынесен приговор, ФИО1 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.№ УК РФ (ст.18-20).
Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 29.03.2022г. приговор Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила от 23.06.2010г. в отношении ФИО1 отменен, уголовное дело направлено на новое судебное разбирательство со стадии судебного разбирательства в тот же суд в ином составе суда (л.д.21-22). В определении указано, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ. также указано, что на лату постановления приговора суду было известно, что решение Ленинского районного суда от 01.02.2010г., которым было отменено постановление от 30.11.2009г. о признании ФИО1 виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ч.№ КоАП РФ отменено и производство по делу прекращено в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности. Суд фактически не учел установленное обстоятельство и не дал ему оценку в контексте с правовой позицией, выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 16.06.2009г. №-П «По делу о проверки конституционности ряда положений статей 24.5, 27.1, 27.3, 27.5 и 30.7 КОАП РФ, п.1 ст. 1070 и абз.3 ст. 1100 ГК РФ и ст. 60 ГПК РФ в связи с жалобами граждан ФИО11, ФИО12 и ФИО13».
Постановлением Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила от 16.05.2022г. уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.№ УК РФ возвращено прокурору Ленинского района г. Нижнего Тагила для устранения препятствий его рассмотрения судом. По состоянию на дату судебного заседания уголовное дело в производство Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила не поступало.
Доводы истца о том, что он не совершал административного правонарушения, в связи с чем, все примененные к нему меры, составление протокола об административном правонарушении и вынесение постановления об административном правонарушении, не нашли своего подтверждения в ходе судебного заседания, опровергаются исследованными в судебном заседании представленными суду доказательствами.
Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16.06.2009г. №-П «По делу о проверки конституционности ряда положений статей 24.5, 27.1, 27.3, 27.5 и 30.7 КОАП РФ, п.1 ст. 1070 и абз.3 ст. 1100 ГК РФ и ст. 60 ГПК РФ в связи с жалобами граждан ФИО11, ФИО12 и ФИО13» производство по делам об административных правонарушениях имеет своими целями, прежде всего, защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от правонарушений, защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, ограничения ее прав и свобод. Административное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению административного судопроизводства, что и отказ от административного преследования невиновных. Поскольку административные правонарушения, которые в отличие от преступлений, влекущих наступление уголовной ответственности, представляют собой меньшую общественную опасность и, по общему правилу, влекут менее строгие меры административной ответственности, имеют для граждан не столь значительные негативные последствия, федеральный законодатель, реализуя свое полномочие по правовому регулированию административной ответственности и административной процедуры, вправе определять пределы целесообразности публичного преследования таким образом, чтобы обеспечить наряду с эффективной государственной, в том числе судебной, защитой прав граждан процессуальную экономию, оперативность при рассмотрении дел и профилактику правонарушений.
Этим, в частности, обусловлено установление в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях в качестве основания прекращения дела истечение сроков давности привлечения к административной ответственности (пункт 6 части 1 статьи 24.5). При этом в силу презумпции невиновности (статья 1.5 КоАП Российской Федерации) лицо, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено ввиду истечения сроков давности, считается невиновным, т.е. государство, отказываясь от преследования лица за административное правонарушение, не ставит более под сомнение его статус в качестве невиновного и, более того, признает, что не имеет оснований для опровержения его невиновности.
Вместе с тем отказ от административного преследования в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности, прекращение дела не является преградой для установления в других процедурах ни виновности лица в качестве основания для его привлечения к гражданской ответственности или его невиновности, ни незаконности имевшего место в отношении лица административного преследования в случае причинения ему вреда: споры о возмещении причиненного административным преследованием имущественного ущерба и о компенсации морального вреда или, напротив, о взыскании имущественного и морального вреда в пользу потерпевшего от административного правонарушения разрешаются судом в порядке гражданского судопроизводства (статья 4.7 КоАП Российской Федерации).
Лицо, привлекавшееся к административной ответственности, участвует в таком споре не как субъект публичного, а как субъект частного права и может доказывать в процедуре гражданского судопроизводства и свою невиновность, и причиненный ему ущерб. Таким образом, предъявление лицом соответствующих требований не в порядке административного судопроизводства, а в другой судебной процедуре может привести к признанию незаконными действий осуществлявших административное преследование органов, включая применение ими мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, и к вынесению решения о возмещении причиненного вреда.
Прекращение производства по делу об административном правонарушении за истечением сроков давности привлечения к административной ответственности не может препятствовать использованию материалов данного дела в качестве доказательств в другом производстве. При этом, поскольку в постановлении о прекращении производства по делу об административном правонарушении указываются обстоятельства, установленные при рассмотрении дела (пункт 4 части 1 статьи 29.10 КоАП Российской Федерации), то, как следует из части 2 статьи 30.7 КоАП Российской Федерации, распространяющей данное правило на решения по жалобам на постановления по делам об административных правонарушениях, эти обстоятельства подлежат проверке также при рассмотрении в установленном порядке жалобы на постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении.
По своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего законодательства положение пункта 6 части 1 статьи 24.5 КоАП Российской Федерации предполагает, что в случае, когда производство по делу об административном правонарушении было прекращено в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности, проверка и оценка выводов юрисдикционного органа о наличии в действиях конкретного лица состава административного правонарушения не исключаются. Иное препятствовало бы судебной защите прав и свобод граждан, делая иллюзорным механизм компенсации вреда, причиненного в результате злоупотребления властью, и, соответственно, противоречило бы статьям 19, 45, 46, 52 и 53 Конституции Российской Федерации.
С учетом изложенного, исходя из совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, обстоятельств, установленных решением Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила от 21.06.2010г., суд приходит к выводу о законности имевшего место в отношении ФИО1 административного преследования, составления протокола об административном правонарушении и вынесении постановления за совершение правонарушения, предусмотренного ч.№ КоАП РФ, о законности применения к нему мер принуждения в виде доставления и административного задержания с целью обеспечения производства по делу об административном правонарушении
Факт незаконности действий осуществлявших административное преследование органов, сотрудников милиции, включая применение ими спецсредств, мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, представленными суду доказательствами не подтвержден, доказательств невиновности ФИО1 суду не представлено.
Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии нарушения неимущественных прав истца и отсутствии у него права на компенсацию со стороны государства причиненного ему морального вреда.
В соответствии со ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.
Поскольку суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований, судебные расходы, понесенные истцом взысканию с ответчиков не подлежат.
Руководствуясь ст.ст.12, 194-199, 320 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Межмуниципальному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации «Нижнетагильское», Министерству внутренних дел России, Федеральной службе войск национальной гвардии Российской Федерации о компенсации морального вреда, отказать в полном объеме.
Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме с подачей жалобы в Ленинский районный суд г.Н.Тагила.
В окончательной форме решение суда изготовлено 24 августа 2022г.
Председательствующий Гурина С.А.