Решение по делу № 2-2727/2022 от 20.12.2022 - о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, разделе имущества.

УИД 26RS0010-01-2022-004421-11

Дело № 2-2727/22

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Георгиевск 20 декабря 2022 года

Георгиевский городской суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Сафоновой Е.В.,

при секретаре Уваровой Д.А.,

с участием представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО7,

ответчика ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО29 к ФИО32, ФИО8, ФИО33, действующей в собственных интересах и интересах ФИО34, ФИО35 о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, разделе имущества,

установил:

ФИО3 обратилась с иском к ФИО4, ФИО5, ФИО2, действующей в собственных интересах и интересах ФИО6, ФИО22-Ф.М., о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, разделе имущества, в котором с учетом уточненного в порядке ст. 39 ГПК РФ иска указала, что по причине конфликта между супругами, возникшего в связи с намерением истца распорядиться своей долей в общем имуществе – жилом доме по адресу: <адрес> А, составив ему завещание, ответчик ФИО4 решил вывести данное имущество из совместно нажитого, оформив договор дарения с дочерью ФИО2 ФИО4 остался проживать в доме, денежные средства в оплату жилого дома и земельного участка продавцу не передавались, за исключением средств материнского капитала, из которых 400 000 рублей продавец ФИО4 вернул покупателю жилого дома и земельного участка - своей дочери ФИО2 Последняя, в свою очередь, заключая мнимую сделку, не намеревалась реально ее исполнять, поскольку для проживания приобрела иное жилое помещение в <адрес> в 2018 году в ипотеку, денежных средств продавцу за жилой дом и земельный участок не передавала, что подтвердил продавец ФИО4 ФИО2 заключила сделку купли-продажи с противоправной целью - обналичить средства материнского капитала, что подтверждается пояснениями ФИО4, который, получив средства материнского капитала по договору купли-продажи, вернул 400 000 рублей ФИО2 Цена, указанная в договоре купли-продажи спорного жилого дома, занижена в несколько раз, поскольку реальная рыночная стоимость дома оставляет не менее 3 миллионов рублей. Данная сделка является мнимой, не создающей правовых последствий.

Кроме того ответчик ФИО4 злоупотребил своим правом. Заключая оспоримые сделки стороны сделки достоверно знали, что создадут истице препятствия при разделе совместно нажитого имущества и желали этого.

Истец узнала о том, что не является собственником своего имущества только при составлении документов на расторжение брака. Вместе с тем ФИО2 знала о том, что данное имущество является совместно нажитым, так как являлась дочерью и знала, что истец не давала согласие на распоряжение своим имуществом при жизни, а также о скандалах между нею и супругом в связи с завещанием сыну.

Из разговора с ФИО5 ей стало известно, что ФИО2 оформила сделку с использованием материнского капитала втайне от нее, чтобы она не смогла оспорить данные сделки. С этой целью ей было запрещено говорить истцу о сделках, также она узнала, что брак с ФИО4 расторгнут в 2015 году. Ответчик ФИО2, используя средства материнского капитала, не перераспределила доли детям, а незаконно оформила с ними договор, оформив на каждого по ? доли.

Последующий договор дарения между ФИО2 и ФИО5, ФИО22-Ф.М., ФИО6 не является самостоятельной сделкой, а лишь совершен в рамках исполнения данного ФИО2 нотариального обязательства об оформлении долей в жилом доме, приобретенном на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, на всех членов семьи, соответственно также является ничтожным.

Просит признать недействительным договор купли-продажи жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес> А, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и ФИО2 применить последствия недействительности сделки. Признать недействительным договор дарения жилого дома и земельного участка, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО5, ФИО22-Ф.М., ФИО6, прекратить право общей долевой собственности ФИО2, ФИО5, ФИО22-Ф.М., ФИО6 на жилой дом кадастровый № и земельный участок кадастровый №, признать их совместной собственностью супругов ФИО3 и ФИО4, определить долю в общем имуществе супругов равными и разделить общее имущество супругов, выделив:

в собственность ФИО3 и ФИО4 по 1/2 доли жилого дома кадастровый № и 1/2 доли земельного участка кадастровый №, расположенные по адресу: <адрес> А каждому.

В судебное заседание истец не явилась, воспользовалась своим правом на участие в деле с помощью своего представителя.

Представитель истца ФИО9 в судебном заседании показала, что истец состояла в браке с ФИО4, от которого имели двух детей – сына и дочь. Сын жил отдельно, а дочь совместно с ними. С дочерью сложились крайне неприязненные отношения. Свою долю в имуществе истец желала оставить сыну, в 2016 году составила на него завещание, по поводу возражения передать свою долю в доме дочери ФИО2 та ее избила. Примерно в 2019 году в связи с неприязненными отношениями в доме истец временно на лечение переехала к сыну, но периодически приезжала, продолжала также проживать в доме. С мужем они ходили в гости, на похороны, праздновали 50-летие совместной жизни. Однако по приезду весной 2022 года для составления супружеского соглашения относительно имущества, внучка ей сообщила, что дом продан, и она в доме уже не хозяйка. После выяснения отношений она узнала, что с мужем состоит в разводе. Оспаривать развод истец не желает, так как не желает восстанавливать семейные отношения, однако намерена произвести раздел жилого дома.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, ранее в судебном заседании показал, что в совместном браке стороны построили дом. Супруга неоднократно угрожала разводом, в связи с чем в 2015 году он оформил развод по своей инициативе. Супруга на развод не пришла, но об этом знала. После развода они продолжили совместную жизнь по-прежнему. Действительно у ФИО3 с дочерью были неприязненные отношения, в связи с чем в 2017 году уехала к сыну, с которым была ближе. И после отъезда ФИО3 они сохраняли семейные отношения – созванивались, она несколько раз приезжала в дом как к себе домой. У него была другая женщина, но по приезду ФИО3 он всегда проживал дома. С устного согласия ФИО3 он переоформил дом на дочь. Оформили договор купли-продажи за сумму 1 300 000 рублей, так как в это время дом примерно столько стоил в связи с неудачным расположением на местности. Оформили дом через средства материнского капитала, и часть денежных средств дочь перечислила на покупку машины. На средства от материнского капитала он купил подарки детям, внукам, родственникам, 400 000 руб. возвратил дочери. Оформление дома на дочь было обоюдным желанием, так как сын ранее имел свое жилье, которое потерял, так как был осужден, а после конфликта истца с дочерью прошло 2 года. Он переоформил дом на дочь, побоявшись, что после своей смерти семья останется на улице. О продаже дома ФИО3 знала с 2019 года. Средства от продажи дома ей не передавал, так как считал, что супруга находилась на его иждивении. С сыном у него сложились крайне неприязненные отношения, сын от него отрекся. Считает не принципиальным на кого оформлен дом, так как он покупался специально для детей. ФИО3 имеет возможность вернуться в дом, так как в нем осталась комната для ее проживания. В письменных возражениях указал, что цена жилого <адрес> года постройки определена исходя из рыночной стоимости аналогичных объектов по населенному пункту <адрес>. Доводы истца о стоимости жилого дома на момент 2019 г. в районе 3 000 000 рублей являются голословными, поскольку техническое состояние и его удаленность от центра населенного пункта существенно сказывались на цене. На текущий момент в жилом доме произведен капитальный ремонт за счет средств ФИО5, в связи с чем сравнивать состояние жилого дома на 2019 г. и на 2022 г. неверно. Денежные средства в счет продажи жилого дома получены им в полном объеме, что подтверждается выписками по банковскому счету. Одна часть денежных средств поступила в счет использования покупателем средств материнского капитала, другая часть относилась к личным сбережениям покупателя. Денежные средства были зачислены на его банковский счет в полном объеме. Полученные денежные средства были потрачены на текущие расходы, а также раздарены внукам. Иное объяснение указанным фактам в суде связывает с тем, что плохо расслышал вопросы, представитель истца некорректно перефразировал объяснения и воспользовался тем, что многие обстоятельства им были забыты. Одной из причин распоряжения имуществом при жизни действительно являлось опасение того, что многократно судимый сын (мошенничество, кража, покушение на убийство) найдет способ забрать жилой дом себе и лишить прав других наследников. Обстоятельства проживания дочери ФИО2 в другом регионе (т.е. не в приобретеном жилом доме) не может являться основанием для квалификации сделки как фиктивной. Приобретение и продажа недвижимого имущества осуществляется не только в целях непосредственного постоянного проживания, но и в других целях. В частности, ФИО2 приобрела жилой дом для своей дочери ФИО5, которая проживает в нем со своим сыном с 2020 года. Своим постоянным местом жительства является <адрес>. Однако в силу родственных отношений он в любое время может приехать и остаться в качестве члена семьи в спорном жилом доме, что считает правильным с морально-этической стороны. Точно также проживать в жилом доме может и истица ФИО3 Намерение передать жилой дом дочери между ним и ФИО3 многократно проговаривалось, в том числе в 2019 г. перед совершением сделки. Ранее в 2015-2016 гг. ФИО3 действительно хотела поделить жилой дом между сыном и дочерью, но затем их общее мнение изменилось, так как сын уже имел в собственности объекты недвижимости, которые потерял из-за своего противоправного поведения. Вопрос расторжения брака в 2015 г. используется истицей для создания видимости обманутой стороны. Обстоятельства расторжения брака и сам факт его расторжения были известны истице, поскольку они оба получали почтовую корреспонденцию из суда. После расторжения брака они продолжили проживать в одном доме, но в разных комнатах. Поскольку их связывали десятилетия совместных отношений, то они все равно вместе отмечали праздники и проживали под одной крышей, однако расходы на собственные нужды вели отдельно. В памяти ФИО4 сохранились сведения о том, что ФИО3 уехала в 2017 г. и приезжала обратно для решения личных вопросов всего два раза. Сторона истца заявляет об отъезде ФИО10 в 2019г. Так или иначе, в течение нескольких лет ФИО3 не проживала в жилом доме, не интересовалась его судьбой и состоянием, поскольку знала, что жилой дом был продан и там проживает внучка ФИО5 с сыном. Считает, что единственным нарушением со своей стороны является то обстоятельство, что он не зафиксировал на бумаге общее с ФИО3 решение о продаже дома в 2019г. Отсутствие ФИО3 в зале судебного заседания и ее присутствие в коридоре суда подтверждает тот факт, что она умалчивает истинные обстоятельства дела.

Ответчик ФИО2, являющаяся также законным представителем ответчика ФИО6 в судебное заседание не явилась, просила рассмотреть дело в свое отсутствие, в письменных возражениях указала, что цена недвижимого имущества на 2019 г. была определена исходя из текущих рыночных цен, с учетом технического состояния жилого дома. Впоследствии в жилом доме был сделан ремонт, проведена планировка земельного участка, значительно улучшены условия проживания. Оплата по сделке купли-продажи была проведена посредством безналичного перевода денежных средств на банковский счет продавца: 428 026 рублей, 10 000 Евро, а также 1 300 Долларов США. Жилой дом и земельный участок приобретался ею не для собственного проживания, а для проживания дочери ФИО5. Возможность последующего проживания в жилом доме для моего отца, а также для моей матери никогда не ставилась под сомнение, для чего каждому из них была выделена и отремонтирована отдельная комната. Личные отношения с матерью в течение разного периода времени претерпевали изменения. Зачастую у них случались размолвки на бытовой почве, однако это никак не сказывалось на семейных отношениях, а также на взаимном уважении. Желание распорядиться имуществом в пользу брата мать действительно высказывала около 10 лет назад, однако затем данное желание изменилось, поскольку брат растерял все то имущество, которым владел в течение жизни. На момент заключения оспариваемой сделки, насколько ей известно, родители договорились распорядиться жилым домом путем его продажи в ее пользу.

Ответчик ФИО22-Ф.М. в судебное заседание не явился, третьи лица Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес> и Государственное учреждение - отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по <адрес> в судебное заседание своего представителя не направили, возражений не представили.

С учетом мнения сторон на основании положений ст. 167 ГПК РФ суд определил провести судебное заседание по имеющейся явке.

Ответчик ФИО5 исковые требования не признала и показала, что бабушка ФИО3 уехала из дома в 2017 году, приезжала 2 раза – в 2017 и 2019 году. Бабушку из дома никто не выгонял, мама только один раз дала ей подзатыльник за то, что та кинула в нее горшок с цветком. Бабушка может в любое время вернуться, так как ее комната так и стоит. Она лично разговаривала со всеми, кто претендует на дом, все были не против переоформления. Бабушка приехала проведать внука, но позже приехал дядя Юра (сын ФИО3), с которым у нее очень плохие отношения, стал забирать бабушку. Ему она сказала по поводу переоформления дома, и что ей сказали молчать, поэтому она ничего не говорила. О том, что переоформлен дом, бабушка знала в 2019 году при ее приезде.

Представитель ответчика ФИО5 ФИО11, действующий по доверенности, исковые требования не признал, представил письменные возражения, в которых указал, что истец не представила доказательств того, что ответчик на момент совершения сделки знала или заведомо должна была знать о несогласии ФИО3 на распоряжение общим имуществом.

Истица ФИО3, расторгнув в 2015 году брак с ФИО4, утратила интерес к общему недвижимому имуществу и, примерно, в 2017-2018 годах переехала на постоянное место жительства к своему сыну в другой регион. Тем не менее, принимая решение о продаже недвижимого имущества в пользу общей дочери ответчик ФИО4, проинформировал истицу о своих намерениях и получил согласие как по телефону, так и при личной встрече.

При этом, ответчик ФИО4 (бывший супруг) и ответчик ФИО2 (дочь) гарантировали истице, что для нее в жилом доме всегда будет отдельная комната, которую она может занимать сколько угодно. Данные обязательства добровольно приняла ответчик ФИО2 независимо от того, какие отношения будут складываться в между матерью и дочерью. Согласие между сторонами было достигнуто. Ответчица в течение нескольких лет проживала своей жизнью в другом регионе и несколько раз приезжала погостить, где ей была предоставлена личная комната. Реальный интерес к спору имеет не истица, а ее неоднократно судимый сын, который заинтересован в денежных средствах в счет доли матери. С учетом осведомленности истицы о факте совершения сделки купли-продажи и согласии на распоряжение имуществом в пользу дочери в удовлетворении требований следует отказать.

В случае, если к моменту признания недействительной сделки по распоряжению существом, находившимся в совместной собственности, это имущество на основании последовательно совершенных сделок оказалось во владении у иного лица, собственник, оспоривший первоначальную сделку, может с точки зрения правоприменительной практики рассчитывать на удовлетворение требования, предъявленного к последнему приобретателю по правилам статей 301 и 302 ГК РФ.

Конечным приобретателем имущества стали несовершеннолетние дети, осведомленность которых о возможных сделках между своими бабушкой и дедушкой, исключена. Обстоятельства приобретения имущества с учетом средств материнского капитала позволяют рассматривать приобретение несовершеннолетними самого имущества как возмездную сделку. С учетом того, что несовершеннолетние ответчики являются добросовестными приобретателями, то истребование у них имущества недопустимо, при доказанности факта совершения недействительной сделки истец имеет право предъявить иск о взыскании компенсации своей доли с бывшего супруга. Просит применить срок исковой давности, который следует исчислять с момента расторжения брака в 2015 году. Кроме того истек годичный срок для признания сделки оспоримой. За период времени с момента совершения сделки до предъявления иска обстоятельства продажи дома стали общедоступной информацией не только в семье, но и среди соседей. ФИО3 не могла не знать о продаже дома, поскольку указанные события обсуждались в семье и с ней лично. ФИО3 общалась с родственниками, приезжала в гости к внукам, принимала участие в семейных мероприятиях. ФИО3 знала о продаже дома, и отрицание данного факта используется сыном истицы для собственного обогащения.

Свидетель ФИО12 показал, что родители строили дом на деньги от продажи дома матери его мамы. В конце 2021 года его мать ФИО3 узнала о том, что у отца есть другая женщина, приехала подать на развод и выяснила, что дом продан, и развод с отцом уже оформлен. ФИО3 всегда хотела оформить дом на него, а отец – на дочь. У матери с дочерью были крайне неприязненные отношения, ФИО2, узнав, что мать против оформления на нее дома побила мать. Матери создали некомфортные условия проживания, в 2019 году она просила поговорить с отцом по поводу переезда, и он забрал мать к себе. В 2019 году он узнал, что мать оформила на него завещание. Мать периодически приезжала в <адрес>, всегда считала себя супругой ФИО4, вместе они отмечали золотую свадьбу. В телефонном разговоре ФИО4 отрицал продажу дома, он также разговаривал о продаже дома с ФИО5, и та рассказала, что развод и продажа происходили тайно, это нельзя было разглашать. После того, как мать узнала о продаже дома, она не захотела в нем пребывать и ушла к сестре.

Свидетель ФИО13 показала, что в ее присутствии отец – ФИО14 разговаривал со своим отцом ФИО4 по громкой телефонной связи о продаже дома, дед вначале отрицал, потом подтвердил, что дом продал дочери ФИО2 После этого он позвонил свей матери ФИО3, сообщив о разводе с дедом и продаже дома. Впоследствии она сама спросила ФИО5 и та ей ответила, что ей приказано было «закрыть рот». Дедушка с бабушкой всегда жили одинаково, в том числе с 2015 по 2022 год. У дедушки была другая женщина, но бабушка об этом не знала. После того как ФИО2 побила бабушку, та не захотела жить с ними в одном доме. В ноябре 2019 года отец забрал бабушку к себе.

Свидетель ФИО15 показала, что приходится двоюродной сестрой ФИО3 и знает, что ФИО3 всегда желала оставить свою долю дома своему сыну ФИО14 по наследству, а ФИО4 – дочери. Недавно встретила сестру, та плакала и рассказала, что они с супругом разведены и она лишилась дома. О том, что они разведены не возможно было узнать, так как они жили хорошо, не было конфликтов, ходили вместе на праздники и другие семейные мероприятия. ФИО3 рассказывала, что ей было страшно ходить домой из-за конфликтов с дочерью, она проживала там примерно до 2018-2019 года.

Свидетель ответчика ФИО16 показала, что дружит с ФИО2 и часто бывает в их доме. Примерно 5 лет назад стала свидетелем телефонного разговора ФИО4, как она поняла, с ФИО3 о продаже дома ФИО2, против чего ФИО3 не была. Между ФИО2 и матерью были небольшие конфликты, она уехала к сыну на месяц, но там осталась жить. Приезжала домой несколько раз. Со слов ФИО2 давно знает, что ФИО31 находятся в разводе. Также присутствовала при разговоре ФИО14 с отцом, о том, что они должны развестись, и мать обещала ему полдома. Между ними произошел конфликт. ФИО2 не проживает в доме лет 5-6. Из разговора с ФИО2 знает, что родители так и останутся хозяевами дома, несмотря на его продажу. Знает, что ФИО31 отмечали 50-летие своей жизни в кафе. ФИО3 примерно 15 лет назад говорила, что хотят оставить дом ФИО2 и ее дочери ФИО5

Свидетель ФИО17 показала, что приходится ФИО31 соседкой и знает, что ФИО3 не ладила с дочерью, после 2018 года уехала на лечение к сыну, между супругами ФИО31 были хорошие отношения.

Свидетель ФИО18 показала, что приходится ФИО3 родной сестрой. В браке ФИО3 состояла более 50 лет. ФИО3 говорила, что скоро золотая свадьба. Как-то она лично стала свидетелем конфликта между ФИО3 и дочерью. Сестра рассказывала об избиении ее дочерью, и минимум раз в неделю приходила с жалобами на дочь, боялась ее, нервничала. Примерно в 2015 году ФИО4 просил переоформить дом на дочь, отчего она отказалась, и оформила завещание на сына. Завещание хранилось у нее, так как сестра беспокоилась, что будут рыться в ее вещах, а в 2019 году забрала его.

Свидетель ФИО19 показала, что является подругой ФИО3 и знает, что супруги ФИО31 строили в <адрес> дом, часть денег а строительство было от продажи дома родителей ФИО3, а часть от продажи дома, подаренного истцу женщиной, за которой та осуществляла уход. Она часто приходила к ФИО3 в гости и знает о конфликте между нею и дочерью. Вика ФИО30 все вещи матери выбрасывала, заставляла перемывать посуду, вынесла все ее книги в сарай и выкидывала цветы. Однажды из-за напряженной атмосферы в семье ФИО3 потеряла сознание. В 2019 году ФИО3 уехала лечиться. В 2022 году ФИО3 позвонила и сообщила, что они с ФИО4 в разводе. На следующий день они увиделись, у ФИО3 была по этому поводу истерика. Из разговора с истцом знает, что та хотела оставить свою долю в доме сыну.

Свидетель ФИО20 показала, что с 2007 года проживает с ФИО31 по соседству. С 2017 года ФИО3 не видит, ФИО2 переехала в 2019 году. Знает, что в доме поменяли забор, что-то делали в доме.

Суд, выслушав объяснения представителя истца ФИО9, ответчика ФИО5, представителя ответчика ФИО5 – ФИО11, ответчика ФИО4, допросив свидетелей, исследовав и оценив в совокупности доказательства по гражданскому делу, полагает, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В соответствии с положениями ст.ст. 12, 38, 56 и ч. 2 ст. 68 ГПК РФ гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, которые пользуются равными процессуальными правами и несут равные процессуальные обязанности. Каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно пункту 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации (сокращенно и далее по тексту СК РФ) имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

В силу пункта 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество признается совместной собственностью супругов независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено.

Сам факт внесения в этот реестр записи о государственной регистрации права собственности одного из супругов не отменяет законного режима имущества супругов, если он не был изменен в установленном порядке. Соответственно, в этом случае оба супруга являются собственниками имущества, собственником которого в Едином государственном реестре недвижимости указан один из них.

Судом установлено, что ФИО4 и ФИО3 состояли в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ, актовая запись № отдела администрации гор. ЗАГС <адрес>.

Постановлением Краснокумской сельской администрации <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 предоставлен в собственность земельный участок для ведения приусадебного хозяйства кадастровый № общей площадью 709,00 кв.м по адресу: 386а, <адрес> (л.д. 109,111). В ЕГРН за ФИО4 зарегистрировано право собственности на земельный участок для ведения приусадебного хозяйства площадью 728,00 кв.м, запись о регистрации № (л.д.105,107-108).

На данном земельном участке осуществлено строительство жилого дома кадастровый № площадью 187,90 кв.м, технический паспорт от ДД.ММ.ГГГГ, выдан Незлобненским филиалом ГУП СК «Краевая техническая инвентаризация», о чем в ЕГРН ДД.ММ.ГГГГ сделана запись регистрации № (л.д.127-139).

Заочным решением мирового судьи судебного участка № <адрес> и <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ брак ФИО4 и ФИО3 расторгнут, решение суда вступило в силу 25.05.2015г.

С учетом того, что земельный участок по адресу: 386а, <адрес> кадастровый № предоставлен в собственность ФИО4 во время брака, на данном земельном участке также во время брака осуществлено строительство жилого дома кадастровый №, суд приходит к выводу, что спорное имущество в силу требований ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации является совместной собственностью супругов ФИО31.

По общему правилу, предусмотренному ст. 35 СК РФ, владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов.

При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Согласно пункту 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 по договору купли-продажи жилого дома и земельного участка с ипотекой в силу закона продал данный жилой дом кадастровый № и земельный участок кадастровый №, расположенные по адресу: <адрес> А, своей дочери ФИО2

Договор зарегистрирован в ЕГРН ДД.ММ.ГГГГ, запись за №.

Как усматривается из материалов дела, ФИО3 не давала нотариально удостоверенного согласия на заключение договора купли-продажи спорного недвижимого имущества, в заявление на регистрацию сделки ФИО4 указал «Продавец в браке не состоит» (л.д.168).

Поскольку брак ФИО31 расторгнут по решению суда от ДД.ММ.ГГГГ, вступившему в силу 25.05.2015г., данное решение суда не оспорено, требование о признании сделки недействительной в силу специальной нормы – ст. 35 СК РФ должно было заявлено истцом до ДД.ММ.ГГГГ. О применении срока исковой давности заявлено ответчиком, договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ заключен по истечении годичного срока, соответственно в силу ст. 35 СК РФ требование истца удовлетворению не подлежит.

Вместе с тем истечение специального годичного срока на оспаривание сделки, предусмотренное ч.3 ст. 35 СК РФ не влияет на сроки давности для оспаривания сделки по иным основаниям.

В соответствии с п. 3 ст. 253 ГК РФ каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Поскольку на момент предъявления настоящих исковых требований истец не состояла в браке с ответчиком, применению подлежат положения ч. 3 ст. 253 ГК РФ, в соответствии с которой заявленные требования о признании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ недействительным по мотиву отсутствия ее согласия на отчуждение имущества, может быть удовлетворено только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об отсутствии ее согласия на распоряжение общим имуществом.

Кроме того истцом заявлено основание недействительности сделки - признание данной сделки мнимой, совершенной с целью сокрытия имущества от раздела, а также о признании последующей сделки дарения недействительной.

К сроку исковой давности по ничтожным сделкам применяются общие правила об исковой давности, а именно положения статей 195, 198 - 207 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу ст. 195 ГК РФ исковая давность является сроком, при соблюдении которого суд общей юрисдикции, арбитражный или третейский суд обязаны предоставить защиту лицу, право которого нарушены. Общий срок исковой давности установлен законодателем в три года (ст. 196 ГК РФ). В соответствии со ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. В соответствии с ч. 1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Пропуск же срока, если об этом заявила заинтересованная сторона, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (п. 2 ст. 199 ГПК РФ).

В соответствии с пп. 1, 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

На основании пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", из которой следует, что течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут (пункт 7 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации), следует исчислять не со времени прекращения брака, а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, истечение трехлетнего срока с момента расторжения брака не влечет прекращение режима совместной собственности супругов и безусловно не указывает на утрату прав ФИО3 на жилой дом и земельный участок.

Согласно п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Статья 433 ГК РФ устанавливает момент заключения договора. Если в соответствии с законом для заключения договора необходима также передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества. Договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В силу ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (ст. 130 ГК РФ).

Пунктом 1 ст. 550 ГК РФ предусмотрено, что договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (п. 2 ст. 434 ГК РФ).

В договоре продажи недвижимости должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить недвижимое имущество, подлежащее передаче покупателю по договору, в том числе данные, определяющие расположение недвижимости на соответствующем земельном участке либо в составе другого недвижимого имущества (п. 1 ст. 554 ГК РФ), а также цена недвижимости (п. 1 ст. 555 ГК РФ).

В силу ст. 235 ГК РФ право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 ГК РФ ГК РФ).

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ (абз. 3 п. 86 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Из анализа приведенной нормы и разъяснений по ее применению следует, что мнимая сделка характеризуется несоответствием письменно выраженного волеизъявления подлинной воле сторон, в связи с чем, сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение и прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей. Поскольку мнимая сделка совершается лишь для вида, одним из показателей ее мнимости служит не совершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой.

Юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение реально совершить и исполнить соответствующую сделку, факты надлежащей передачи недвижимого имущества в собственность покупателю, а также уплаты покупателем определенной денежной суммы за это имущество.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 и ФИО2 заключили договор купли-продажи жилого дома кадастровый № и земельного участка кадастровый № за сумму 1 328 026 рублей, в том числе жилого дома за сумму 1 228 026 рублей, земельного участка за сумму 100 000 рублей. Согласно пункту 7 договора, оплата за земельный участок в сумме 100 000 рублей и жилой дом в сумме 800 000 рублей произведена покупателем за счет собственных денежных средств наличными деньгами до подписания договора купли-продажи. Оплата суммы 428 026 рублей производится путем перечисления на счет Продавца ФИО4 за счет средств федерального бюджета, выделяемых по государственному материнскому сертификату.

Согласно пункту 11 договора, в указанной недвижимости на момент заключения договора на регистрационном учете состоят; ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО21 ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО22М. ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО14 ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО23 -1969 г.<адрес>, сохраняющих право пользования и проживания указанной выше недвижимостью нет, со ст. 292 ГК РФ стороны ознакомлены.

Решением Государственного учреждения Управления пенсионного фонда Российской Федерации по <адрес> (межрайонное) от ДД.ММ.ГГГГ № часть средств материнского (семейного) капитала ФИО2 перечислена ФИО4 на оплату приобретаемого жилого помещения в сумме 428 026 руб.

Истец указывает о явном занижении цены на недвижимое имущество и не уплату средств по данной сделке.

Согласно отчету от ДД.ММ.ГГГГ об оценке недвижимого имущества: жилого дома площадью 187,9 кв.м с кадастровым номером 26:25:100811:112 и земельного участка площадью 728 кв.м с кадастровым номером 26:25:100811:10, рыночная стоимость на дату ДД.ММ.ГГГГ составляет: жилого <адрес> 929 000 руб., земельного участка 295 000 руб., итого 4 224 000 руб.

Оценщик ФИО24, производивший исследование, имеет соответствующее образование, стаж работы, исследование проведено с использованием сравнительного подхода и метода сравнения продаж в его составе, описание понятное, не требует дополнительного разъяснения, выводы специалиста последовательны, непротиворечивы, согласуются с иными доказательствами по делу.

Вместе с тем динамика цен по фактическим сделкам на первичном рынке в <адрес> и средняя цена одного метра жилья по <адрес>, ссылка на которые в возражение оценки приведены представителем ответчика ФИО11, не могут отражать цену конкретного спорного объекта, в связи с чем суд отверг данные доказательства как не относимые. Кроме того ответчик ФИО5 и представитель ответчика ФИО11 указывали о произведенном ремонте в доме, предоставив накладную на приобретение котла. Вместе с тем данная накладная не содержит сведений по получателе и не является надлежащим доказательством.

В условиях состязательности процесса, установленных ч.1 ст. 56 ГК РФ, ответчики отказались от назначения судебной экспертизы в обоснование цены объекта недвижимости на дату его продажи. Основания сомневаться в выводах оценщика ФИО24 у суда отсутствуют, в связи с изложенным выше суд признал данное заключение допустимым доказательством по делу.

Рассматривая цену проданного имущества ФИО4 по договору от ДД.ММ.ГГГГ 1 328 026 рублей по сравнению с его рыночной стоимостью 4 224 000 руб. суд усматривает занижение цены спорных объектов недвижимости более чем в три раза. Кроме того, из объяснения ФИО4 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ следует, что кроме средств материнского капитала за дом денежных средств он не получал, в 2017 году дочь ему купила машину.

Из представленных выписок из по счетам ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ ему на счет 408…1039 зачислено 1300 долларов, что в рублевом эквиваленте по ставкам ЦБ РФ на дату зачисления составляет 85 280 рублей, на счет 408…0949 зачислено 10 000 евро, что в рублевом эквиваленте на дату зачисления составляет 734100 рублей. Итого ДД.ММ.ГГГГ в рублевом эквиваленте сумма зачисления составила 819 380 рублей.

В договоре купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ сторонами указано, что оплата за земельный участок и жилой дом произведена покупателем наличными деньгами до подписания договора купли-продажи (пункт 7 договора), а ответчики ФИО4 и ФИО2 в письменных возражениях ссылаются на оплату путем перечисления денежных средств на счет продавца по договору в долларах США и Евро, которое произведено после сделки – ДД.ММ.ГГГГ. Кроме того ФИО4 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ утверждал о расчете по сделке купли-продажи дома покупкой дочерью для него машины, на которую она в 2017 году давала деньги.

С учетом не соответствия представленных перечислений на счет ФИО4 условиям договора – наличной оплаты до его подписания, ФИО2 и ФИО4 кроме данной сделки разрешались некоторые финансовые вопросы, суд считает не доказанным, что ФИО4 денежные средства в сумме 1300 долларов США и 10 000 евро получены именно счет исполнения спорной сделки купли –продажи от ДД.ММ.ГГГГ. При этом изменение показаний ответчика ФИО4 в письменном возражении после данного им опроса в судебном заседании суд считает направленным на искажение действительности с целью разрешения спора в собственных интересах, и отдает предпочтение его же объяснению, данному в судебном заседании.

Кроме того, ФИО4 в судебном заседании пояснил, что дом приобретался специально для детей (его дочери), и на кого было оформлять дом, для него было не принципиальным, поэтому дом оформил на дочь.

Указанные обстоятельства с достоверностью свидетельствуют, что по сделке только перечислялись средства материнского (семейного) капитала в сумме 428 026 рублей, из которых 400 000 рублей он возвратил дочери, что следует из объяснения ФИО4 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ.

Более того, на дату заключения спорного договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО2 уже приобрела в собственность другое жилье – здание площадью 95,2 кв.м и земельный участок площадью 600 кв.м по адресу <адрес>, р-н Адлерский, <адрес> на основании договора купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, выписка из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ № КУВИ -001/2022-209063083, куда впоследствии переехала, что также свидетельствует об отсутствии намерений на исполнение договора.

О том, что ответчики не имели намерение исполнить договор также свидетельствует факт того, что до настоящего времени не предприняты меры по изменению абонента в лицевых счетах на оплату коммунальных услуг. Так, согласно информации ООО «Газпром межрегионгаз Ставрополь» Филиал в <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №, абонентом по адресу <адрес> А с 2002 года числится абонент ФИО4 Согласно информации «<адрес>водоканал» - «Южный» Производственно-техническое подразделение Георгиевское от 19.12.20222 №, договор на поставку холодного водоснабжения заключен с собственником дома ФИО4 л/сч. №, информация о других собственниках домовладения отсутствует, представлен договор от 08.04.2010г. с ФИО4 Согласно информации Центрального межрайонного отделения ПАО «Ставропольэнергосбыт» от ДД.ММ.ГГГГ №, на жилой дом открыт лицевой счет № на имя ФИО31.

О том, что родители так и останутся хозяевами дома, несмотря на его продажу, говорит и свидетель ответчика ФИО16 со слов своей близкой подруги ФИО2

Все вышеуказанное свидетельствует о мнимости сделки купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Как ФИО2, так и ФИО4 при совершении сделки имели порочность воли, стороны не имели намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. ФИО3 продолжала приезжать в данный дом в качестве хозяйки, ФИО4 также проживал в доме. Изменение его показаний в письменных возражениях об ином месте жительства в <адрес> суд считает намерением исказить обстоятельства дела.

Кроме того суд приходит к выводу о доказанности факта, что истец ФИО3 не давала согласие на распоряжение совместным имуществом супругов своей дочери ФИО2, о чем в силу родственных отношений знали совместно проживающие ФИО4 и ФИО2

Из объяснений ФИО4 также следует, что у него с сыном сложились неприязненные отношения, а у его супруги были конфликты с дочерью, из-за чего она уехала к сыну.

О конфликте с ответчиком ФИО2, в котором она допустила рукоприкладство к матери, указала в своем объяснении ответчик ФИО5 О наличии таких конфликтов и глубокой обиде истца на свою дочь, жалобах в том числе на ее избиение, показала и свидетель ФИО18, приходящаяся ФИО3 родной сестрой. Она же показала, что ФИО3 оформила завещание на сына и спрятала его у нее, из-за боязни, что будут рыться в ее вещах. О конфликтах между ФИО3 и дочери ФИО2 также показал свидетель ФИО12, при этом ФИО2, узнав, что ФИО3 была против оформления в пользу нее дома, побила мать. ФИО3 создали дома некомфортные условия проживания, в 2019 году она просила поговорить с отцом по поводу переезда, и он забрал мать к себе. Свидетель ФИО13 показала, что после того как ФИО2 побила бабушку, та не захотела жить с ними в одном доме и в ноябре 2019 года отец забрал бабушку к себе. Свидетель ФИО15 - двоюродная сестра ФИО3 показала, что ФИО3 всегда желала оставить свою долю дома своему сыну ФИО14 по наследству, а ФИО4 – дочери. ФИО3 рассказывала, что ей было страшно ходить домой из-за конфликтов с дочерью, она проживала там примерно до 2018-2019 года. Свидетель ФИО17 показала, что приходится ФИО31 соседкой и знает, что ФИО3 не ладила с дочерью, после 2018 года та уехала на лечение к сыну. Свидетель ФИО19 показала, что часто приходила к ФИО3 в гости и знает о конфликте между нею и дочерью. Вика ФИО30 все вещи матери выбрасывала, заставляла перемывать посуду, вынесла все ее книги в сарай и выкидывала цветы. Однажды из-за напряженной атмосферы в семье, ФИО3 потеряла сознание. В 2019 году ФИО3 уехала лечиться. Из разговора с истцом знает, что та хотела оставить свою долю в доме сыну. О небольших конфликтах между матерью и дочерью также показала свидетель ответчика ФИО16 При этом все свидетели показали, что между истцом и ее супругом ФИО4 на протяжении всего времени, в том числе и после 2015 года, были хорошие, ровные отношения. Ответчик ФИО4 показал, что и после развода супруги также проживали, в июне 2017 года супруги отмечали 50-летие совместной жизни.

Показания свидетелей и ответчиков в данной части не противоречат друг другу, суд считает правдивыми, и они свидетельствуют о глубоком конфликте между матерью и дочерью и желании оформить принадлежащий ей дом после своей смерти сыну – ФИО14 Об этом свидетельствует и само завещание, удостоверенное ДД.ММ.ГГГГ нотариусом ФИО25, на имущественные права и все движимое и недвижимое имущество, которое на день смерти окажется принадлежащим ФИО3 – своему сыну ФИО14 Кроме того исходя из показаний данных свидетелей суд признает доказанным факт выезда ФИО3 в 2019 году, кроме того ответчик ФИО4 в своих возражениях точную дату не помнит, говоря, что у него отложилось – 2017 год.

Показания свидетеля ФИО16 о том, что ФИО3 примерно 15 лет назад говорила, что хочет оставить дом ФИО2 и ее дочери ФИО5 по времени значительно раньше событий конфликтов, произошедших между дочерью и матерью и вынудивших ее оставить завещание сыну, а впоследствии покинуть собственный дом.

Объяснения сторон и их представителей, показания вышеуказанных свидетелей, опрошенных в судебном заседании, позволяют суду сделать вывод, что столь глубокий конфликт между дочерью и матерью, в результате которого истец была вынуждена покинуть свой дом в 2019 году, предварительно оформив завещание на сына и спрятав его у своей сестры, свидетельствовали о том, что ответчики ФИО4 и ФИО2 не могли не знать, и знали достоверно об отсутствии согласия истца ФИО3 на совершение сделки по распоряжению недвижимости, являющейся совместной собственностью супругов в пользу своей дочери, и злоупотребив правами, ДД.ММ.ГГГГ втайне от ФИО3, заключили договор купли-продажи жилого дома и земельного участка, фактически лишив истца своего имущества. О тайности данных действий говорит и сама ответчик ФИО5 о том, что «мне сказали молчать, поэтому я молчала». Об этом же свидетельствует и другая внучка истца ФИО13, которая знает из разговора с ФИО5 о том, что ей приказали молчать по поводу сделки, а также ФИО4, который разговаривал о продаже дома с ФИО5, и та рассказала, что развод и продажа дома происходили тайно, это нельзя было разглашать. После того, как ФИО3 узнала о продаже дома, она не захотела в нем пребывать и ушла к сестре. Показания ответчика ФИО5 в части того, что истец знала о совершенной сделке в 2019 году ничем не подтверждены и опровергаются ее же иными показаниями о тайности данных действий.

В соответствии с частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Пунктом 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

В силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 в связи с намерением воспользоваться правом направить средства (часть средств) материнского (семейного) капитала на оплату жилого помещения по договору жилого дома и земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ обязалась оформить в общую собственность свою- лица, получившего сертификат, супруга, детей, в том числе первого, второго, третьего ребенка и последующих детей), с определением долей по соглашению в течении 6 месяцев после перечисления Пенсионным фондом Российской Федерации средств материнского (семейного) капитала лицу, осуществившему отчуждение жилого помещения, нотариальное обязательство <адрес>3 удостоверено ФИО26 - временно исполняющим обязанности нотариуса <адрес> и <адрес> ФИО27

Отношения, связанные с предоставлением мер государственной поддержки семьям, имеющим детей, регулируются Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ N 256-ФЗ "О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей".

В соответствии с пунктом 1 части 3 статьи 7 указанного Закона одним из предусмотренных законом направлений расходования средств материнского капитала является улучшение жилищных условий.

В силу части 4 статьи 10 Закона лицо, получившее сертификат, его супруг (супруга) обязаны оформить жилое помещение, приобретенное (построенное, реконструированное) с использованием средств (части средств) материнского (семейного) капитала, в общую собственность такого лица, его супруга (супруги), детей (в том числе первого, второго, третьего ребенка и последующих детей) с определением размера долей по соглашению.

Аналогичные требования содержатся в пункте 15(1) Правил направления средств (части средств) материнского (семейного) капитала на улучшение жилищных условий, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 862.

Таким образом, специально регулирующим соответствующие отношения Федеральным законом определен круг субъектов, в чью собственность поступает жилое помещение, приобретенное с использованием средств материнского капитала, и установлен вид собственности - общая долевая, возникающей у них на приобретенное жилье.

Вместе с тем ФИО2 не оформила соглашение об определении долей в совместном имуществе, которое приобретено с участием средств материнского капитала, а заключила иную сделку.

ДД.ММ.ГГГГ по договору дарения ФИО2 подарила своим детям – ФИО5, ФИО22-Ф.М., ФИО6 в общую долевую собственность по ? доли каждому жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес> регистрация договора произведена ДД.ММ.ГГГГ, записи 26:25:100811:112-26/018/2019-6 - 26:25:100811:112-26/018/2019-9; 26:25:100811:10-26/018/2019-6 - 26:25:100811:10-26/018/2019-9.

Утверждение представителя ответчика ФИО11 о том, что дети ФИО2 являются добросовестными приобретателями суд не может признать состоятельным, поскольку распределение долей на детей ответчиком ФИО2 после совершения сделки купли-продажи произведено не было, а при совершении сделки дарения одаряемый не может значиться добросовестным приобретателем, поскольку денежные средства по данной сделке не уплачивались.

Исходя из материалов дела и исследованных объяснений сторон и свидетелей, опрошенных в судебном заседании суд приходит к выводу, что присутствовало несколько оснований для признания сделки купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ недействительной – такие как мнимая сделка, сделка по распоряжению общим имуществом без согласия участника совместной собственности, а также при совершении сделки имеет место злоупотребление правами как со стороны ФИО4, так и ФИО2

Срок исковой давности, о применении которого указывает представитель ответчика ФИО11, не истек.

Так, ответчик ФИО4 в судебном заседании показал, что и после отъезда ФИО3 к сыну они сохраняли семейные отношения – созванивались, она несколько раз приезжала в дом как к себе домой. Несмотря на то, что у него была другая женщина, но по приезду ФИО3 ФИО4 всегда проживал дома. Из показаний ФИО9 и содержания искового заявления следует, что истец считала себя супругой ответчика ФИО4 до приезда в 2022 году. Ранее она приезжала в дом как хозяйка. Все опрошенные свидетели показали, что стороны и с 2015 года сохраняли ровные семейные отношения. Кроме того, из показаний свидетеля ФИО5 следует о тайных действиях по распоряжению недвижимым имуществом.

При таких обстоятельствах суд считает, что поведение ответчика ФИО4, также как и ФИО2, ФИО5 не давало возможности истцу усомниться в том, что ее право на совместную собственность на дом и земельный участок является нарушенным до ее приезда в 2022 году. С учетом правовой позиции, изложенной в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", из которой следует, что течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут, следует исчислять не со времени прекращения брака, а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Кроме того ФИО3 не является стороной по ничтожной сделки, и в соответствии с ч.1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности также следует исчислять со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Суд приходит к выводу, что срок исковой давности следует исчислять с момента получения представителем ФИО3 выписки из ЕГРН – ДД.ММ.ГГГГ, из которой усматривается распоряжение ФИО4 совместным недвижимым имуществом.

Последствия недействительности ничтожной сделки подлежат применению независимо от того, заявлены ли они в иске и в каком виде. Последствием недействительной сделки купли-продажи является возвращение недвижимого имущества бывшему номинальному собственнику- ФИО4, прекращение права собственности ФИО2, ФИО5, ФИО22-Ф.М., ФИО6 на жилой дом и земельный участок.

В соответствии с частями 2 и 3 статьи 244 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность). Общая собственность на имущество является долевой, за исключением случаев, когда законом предусмотрено образование совместной собственности на это имущество.

Имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами. Соответственно за ФИО28 и ФИО4 признается право на ? долю в общем имуществе каждому супругу.

Согласно отчету об оценке недвижимого имущества жилого дома площадью 187,9 кв.м с кадастровым номером 26:25:100811:112 и земельного участка площадью 728 кв.м с кадастровым номером 26:25:100811:10, расположенных по адресу: <адрес> А, произведенному ДД.ММ.ГГГГ частнопрактикующим оценщиком ФИО24, рыночная стоимость объекта оценки на ДД.ММ.ГГГГ составляет:

Жилого <адрес> 981 000 руб., земельного участка 373 000 руб., итого 5 354000 руб.;

на дату ДД.ММ.ГГГГ составляет:

Жилого <адрес> 929 000 руб., земельного участка 295 000 руб., итого 4 224 000 руб.

В соответствии с частью 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально удовлетворенным требованиям. В связи с удовлетворением иска с ФИО4 подлежит взысканию государственная пошлина, уплаченная истцом при подаче иска в сумме 15 840,13 руб., а также в доход соответствующего бюджета недоплаченная государственная пошлина в сумме 5 744,87 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО3 (СНИЛС 086-817-462- 11) к ФИО4(СНИЛС <***>), ФИО5 (паспорт <...>), ФИО2 (СНИЛС <***>), действующей в собственных интересах и интересах ФИО6 (св. о рожд. II-ДН №), ФИО30 Левенту-Фёдору Муратовичу (пасп. 07 17 368146) о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, разделе имущества удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес> А, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и ФИО2.

Применить последствия недействительности сделки.

Признать недействительным договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес> А, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО5, ФИО30 Левент-Фёдор Муратовичем, ФИО6.

Прекратить право общей долевой собственности ФИО2, ФИО5, ФИО30 Левент-Фёдора Муратовича, ФИО6 на жилой дом кадастровый № и земельный участок кадастровый №, расположенные по адресу: <адрес> А.

Признать жилой дом кадастровый № рыночной стоимостью 4 981 000 руб. и земельный участок кадастровый №, рыночной стоимостью 373 000 руб., расположенные по адресу: <адрес> А, совместной собственностью супругов ФИО3 и ФИО4.

Определить долю в общем имуществе супругов: ФИО3 2 677 000 руб. и ФИО4 2 677 000 рублей.

Разделить общее имущество супругов, выделив:

в собственность ФИО3 1/2 долю жилого дома кадастровый № и 1/2 долю земельного участка кадастровый №, расположенные по адресу: <адрес> А.

в собственность ФИО4 1/2 долю жилого дома кадастровый № и 1/2 долю земельного участка кадастровый №, расположенные по адресу: <адрес> А.

Решение суда является основанием для внесения в ЕГРН соответствующих записей в отношении спорных объектов.

Взыскать с ФИО4 (СНИЛС 075-674-757 -14) в пользу ФИО3 (СНИЛС <***>) расходы по уплате госпошлины в сумме 15 840,13 руб.

Взыскать с ФИО4 (СНИЛС 075-674-757 -14) в доход бюджета Георгиевского городского округа государственную пошлину в сумме 5 744,87 руб.

Решение может быть обжаловано в <адрес>вой суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

(Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ)

Судья Е.В. Сафонова