Апелляционное определение по делу № 2-31/2022 от 12.09.2023

Дело № 2-31/2022 (33-48/2023)

УИД 69RS0013-01-2021-001300-73

судья Лефтер С.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

12 сентября 2023 года город Тверь

Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда в составе председательствующего судьи Цветкова В.В.,

судей Голубевой О.Ю., Абрамовой И.В.,

при секретаре судебного заседания Коненковой М.В.,

по докладу судьи Голубевой О.Ю.

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе ответчиков - кадастрового инженера ФИО1, ФИО2 на решение Кимрского городского суда Тверской области от 19 июля 2022 года, которым постановлено:

«исковые требования ФИО3 к ФИО2, кадастровому инженеру ФИО1, администрации Кимрского района Тверской области удовлетворить.

Признать незаконным образование земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> из земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>.

Признать постановление администрации Кимрского района Тверской области от 22.04.2021 года № 337 «О перераспределении земель, находящихся в государственной собственности и земельного участка, находящегося в частной собственности» незаконным.

Признать соглашение № 143/2021 от 28.06.2021 года о перераспределении земель и (или) земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, и земельного участка, находящегося в частной собственности, заключенное между ответчиками ФИО2 и администрацией Кимрского района Тверской области недействительным.

Признать постановление администрации Кимрского района Тверской области от 26.10.2021 года № 844 «О перераспределении земель, находящихся в государственной собственности и земельного участка, находящегося в частной собственности» незаконным.

Признать соглашение № 232/2021 от 12.11.2021 года о перераспределении земель и (или) земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, и земельного участка, находящегося в частной собственности, заключенное между ответчиками ФИО2 и администрацией Кимрского района Тверской области, недействительным.

Признать незаконным раздел земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> с образованием земельных участков с кадастровыми номерами <данные изъяты>,<данные изъяты>, <данные изъяты> и <данные изъяты>.

Прекратить право собственности ответчика ФИО2 на земельные участки с кадастровыми номерами <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты> и <данные изъяты>.

Решение является основанием для снятия с кадастрового учета земельных участков с кадастровыми номерами <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты> и <данные изъяты> и прекращения на них прав с присвоением записям об этих участках статуса «погашенные».

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 к ФИО3 отказать».

Судебная коллегия

установила:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО2, кадастровому инженеру ФИО1, администрации Кимрского района Тверской области и с учетом уточнения исковых требований просила:

- признать незаконным образование земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> из земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>;

- признать незаконным постановление администрации Кимрского района Тверской области от 22 апреля 2021 года № 337 «О перераспределении земель, находящихся в государственной собственности и земельного участка, находящегося в частной собственности»;

- признать недействительным соглашение № 143/2021 от 28 июня 2021 года о перераспределении земель и (или) земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, и земельного участка, находящегося в частной собственности, заключенное между ответчиками ФИО2 и администрацией Кимрского района Тверской области;

- признать незаконным постановление администрации Кимрского района Тверской области от 26 октября 2021 года №844 «О перераспределении земель, находящихся в государственной собственности и земельного участка, находящегося в частной собственности»;

- признать недействительным соглашение № 232/2021 от 12 ноября 2021 года о перераспределении земель и (или) земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, и земельного участка, находящегося в частной собственности, заключенное между ответчиками ФИО2 и администрацией Кимрского района Тверской области;

- признать незаконным раздел земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> с образованием земельных участков с кадастровыми номерами <данные изъяты>;

- прекратить право собственности ответчика ФИО2 на земельные участки с кадастровыми номерами <данные изъяты>;

- указать, что судебное решение является основанием для снятия с кадастрового учета земельных участков с кадастровыми номерами <данные изъяты> и прекращении на них прав с присвоением записям об этих участках статуса «погашенные».

В основании иска указала, что ей на основании договора купли-продажи земельного участка и жилого дома от 19 декабря 2001 года принадлежит земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенный по адресу: <данные изъяты>. Границы указанного земельного участка неизменны более 15 лет.

Так как границы земельного участка по сведениям ГКН установлены в условной системе координат, что является реестровой ошибкой, в августе 2019 года она обратилась к кадастровому инженеру для подготовки межевого плана с целью определения координат характерных точек земельного участка.

19 августа 2019 года обратилась в Кимрский отдел Росреестра по Тверской области с заявлением о государственном кадастровом учете принадлежащего ей земельного участка.

Решением Кимрского отдела Росреестра по Тверской области от 23 августа 2019 года осуществление действий по государственному кадастровому учету земельного участка приостановлено в связи с тем, что, в частности, обнаружено пересечение земельного участка истца с земельными участками с кадастровыми номерами <данные изъяты>.

В августе 2021 года из сведений Росреестра истцу стало известно, что ответчик в июне 2021 года сформировал земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>, который имеет наложение на фактические границы истца. Данный земельный участок образован путем перераспределения земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> на основании постановления администрации Кимрского района Тверской области № 337 от 22 апреля 2021 года. Согласно заключению специалиста площадь наложения составляет 177 кв.м.

По мнению истца, постановление вынесено с нарушением действующего законодательства, в частности статьи 39.29 Земельного кодекса Российской Федерации, поскольку в зоне наложения находятся капитальные строения (фундаментальный кирпичный забор, баня), принадлежащие истцу.

Фактически кадастровый инженер ввел в заблуждение администрацию Кимрского района путем предоставления недостоверных сведений о смежном земельном участке (истца).

11 ноября 2021 года из земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> образован земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>, наложение на участок истца осталось прежним.

3 февраля 2022 года земельный участок кадастровым номером <данные изъяты> разделен на земельные участки с кадастровыми номерами <данные изъяты>.

Принимая во внимание, что земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> образован в нарушение действующего земельного законодательства, он не мог быть предметом сделок и иных юридически значимых действий, в том числе не подлежал дальнейшему перераспределению и разделу.

Следовательно, соглашение между ответчиками № 143/2021 от 28 июня 2021 года в рамках реализации постановления администрации Кимрского района Тверской области от 22 апреля 2021 года № 337 «О перераспределении земель, находящихся в государственной собственности и земельного участка, находящегося в частной собственности» является недействительным.

В последующем администрация Кимрского района Тверской области по заявлению ответчика ФИО2 по тем же основаниям незаконно образовала земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> путем перераспределения земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> и свободной земли площадью 499 кв.м на основании постановления администрации Кимрского района Тверской области от 26 октября 2021 года № 844 «О перераспределении земель, находящихся в государственной собственности и земельного участка, находящегося в частной собственности» и заключенного на основании него соглашения № 232/2021 от 12 ноября 2021 года о перераспределении земель и (или) земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, и земельного участка, находящегося в частной собственности, которые также являются недействительными.

ФИО2 предъявила встречный иск к ФИО3, в котором просила признать самовольной постройкой каменный забор с бетонным фундаментом, расположенный на земельном участке с кадастровым номером <данные изъяты> и обязать ответчика снести строения, расположенные на данном земельном участке.

В основании встречного иска указала, что ей на праве собственности в установленных и согласованных границах принадлежит земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>. В настоящее время на территории участка ответчик ФИО3 возвела сооружение, которое является самовольной постройкой, - каменный забор на бетонном основании.

Факт возведения указанной постройки ответчиком не отрицается. Забор имеет единый периметр с участком ответчика с кадастровым номером <данные изъяты>.

Кимрский отдел Управления Росреестра по Тверской области неоднократно проводил проверки, в ходе которых установлен факт самовольной застройки ответчиком чужой территорий, ответчику предписано снести самовольные постройки и освободить участок.

В судебном заседании представитель истца ФИО3 - ФИО4 уточненные исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске.

Представитель ответчика - администрации Кимрского района Тверской - ФИО5 исковые требования ФИО3 признал в полном объеме, пояснив, что на момент формирования и перераспределения земельного участка администрация Кимрского района Тверской области не располагала сведениями о наличии на земельном участке истца объектов недвижимости, поскольку кадастровый инженер при формировании земельного участка предоставил недостоверную информацию. В результате администрация приняла незаконное решение.

Полагал, что встречные исковые требования являются необоснованными и удовлетворению не подлежат.

Истец ФИО3, ответчик ФИО2 и ее представитель ФИО6, ответчик кадастровый инженер ФИО1, представители третьих лиц, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, - администрации Федоровского сельского поселения Кимрского района Тверской области, Кимрского отдела Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области, ФГБУ «ФКП Росреестра» - в судебное заседание не явились.

Судом постановлено приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО2 просит решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении исковых требований ФИО3 отказать, а встречный иск удовлетворить.

Апеллянт указывает, что суд первой инстанции при принятии решения допустил грубое процессуальное нарушение, рассмотрев дело в отсутствие представителя ответчика ФИО6, не явившегося в судебное заседание по уважительной причине. В результате ответчик был лишен возможности реализовать свое право на участие в судебном заседании через представителя, и, в частности, заявить ходатайство о назначении судебной экспертизы.

Вывод суда о том, что земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>, предоставленный в собственность ФИО2, сформирован за счет части фактически и юридически несвободного земельного участка, на котором расположены постройки, не соответствует действительности. У названного земельного участка нет пересечений с реестровыми границами земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, находящегося в собственности ФИО3 Более того, у земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> нет даже общей границы с земельным участком истца.

Решением Кимрского городского суда Тверской области от 6 октября 2020 года по гражданскому делу № 2-35/2020 установлены границы земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, приведена его площадь - 1500 кв.м.

Суд первой инстанции не дал никакой оценки тому обстоятельству, что в фактическом владении и пользовании истца ФИО3 находится территория площадью 2700 кв.м, огороженная забором, тогда как данное обстоятельство имеет существенное значение для правильного разрешения дела. Никаких оснований для владения и пользования территорией площадью 1200 кв.м (2700 кв.м - 1500 кв.м), находящейся за пределами границ земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, но в пределах самовольно установленного истцом забора, у последнего не имеется.

С момента возведения забора в существующем виде с 2017 года ФИО3 является ответчиком по многочисленным административным делам, связанным с самовольным захватом земель населенного пункта Пекуново и соседних земельных участков, находящихся в частной собственности, что подтверждается судебными актами и актами Управления Росреестра по Тверской области.

По результатам рассмотрения указанных административных дел ФИО3 выданы предписания о сносе самовольных строений и об освобождении занятых земель. Ни одно предписание ФИО3 не исполнено.

С заявлениями о перераспределении своего земельного участка или выделении нового участка в аренду или в собственность ФИО3 в администрацию Кимрского района Тверской области не обращалась, каких-либо иных действий для легализации использования земель и незаконно возведенных строений не предпринимала.

Следовательно, при разрешении вопроса о пересечении границ земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> и земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> должны учитываться исключительно реестровые, то есть законно установленные границы. Пересечение границ указанных земельных участков с самовольно огражденной истцом территорией правового значения не имеет.

В заключении специалиста, положенном в основу обжалуемого решения, также идет речь о пересечении реестровых границ земельных участков с кадастровыми номерами <данные изъяты> и фактического ограждения домовладения истца, но не о пересечении реестровых границ указанных земельных участков.

Суд первой инстанции в обоснование своей позиции сослался на подпункт 3 пункта 9 статьи 39.29 Земельного кодекса Российской Федерации, однако строения, расположенные на земельном участке с кадастровым номером <данные изъяты> (ранее - на земельном участке с кадастровым номером <данные изъяты>), не находятся и не могут находиться в частной собственности ФИО3, поскольку являются самовольной постройкой в силу статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку общих границ у земельных участков с кадастровыми номерами <данные изъяты> и <данные изъяты> не имеется, исходя из положений пункта 3 статьи 39 Федерального закона от 24 июля 2007 года № 221-ФЗ «О кадастровой деятельности», ФИО3 не могла и не должна была принимать участие в процедуре согласования местоположения границ земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, что не учел суд первой инстанции, указав, что ФИО2 без согласования с ФИО3, с нарушением действующего законодательства сформировала спорный земельный участок за забором у истца.

При принятии решения суд не учел также, что на момент вынесения решения земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> по данным ЕГРН имел статус объекта «погашено», тогда как существовали земельные участки с кадастровыми номерами <данные изъяты>, образованные из земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, который, в свою очередь, был образован в результате перераспределения земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>. Из них только реестровые границы земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> имеют наложение на фактическое ограждение самовольно занятой ФИО3 территории (площадь наложения 177 кв.м). Следовательно, существование остальных земельных участков не может затрагивать права истца.

Суд первой инстанции, удовлетворяя исковые требования ФИО3, не принял во внимание то обстоятельство, что избранный истцом способ несоразмерен защищаемому праву, ибо прекращение права собственности ФИО2 на земельные участки с кадастровыми номерами <данные изъяты> явно избыточно.

По мнению апеллянта, положив в основу решения заключение кадастрового инженера ФИО7, суд уклонился от обсуждения вопроса о назначении по делу судебной экспертизы. Вместе с тем выводы ФИО7 нельзя признать полными и обоснованными. Кроме того, кадастровый инженер не предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. В связи с чем указанное заключение является ненадлежащим доказательством.

В апелляционной жалобе кадастровый инженер ФИО1 просит решение суда отменить как принятое с нарушением норм права и противоречащее обстоятельствам дела.

Апеллянт настаивает на том, что дело рассмотрено судом первой инстанции при отсутствии сведений о ее надлежащем извещении о времени и месте судебного заседания, что является основанием для отмены решения.

По существу спора податель жалобы отмечает, что при производстве кадастровых работ, связанных с перераспределением всех спорных участков, ею были проведены все необходимые землеустроительные работы, предусмотренные соответствующими регламентами. Каких-либо наложений и/или пересечений с другими (соседними) участками установлено не было. Более того, таких наложений или пересечений границ не установлено и в ходе проведения судебных заседаний по делу.

Суд, не обладая специальными познаниями в кадастровом и землеустроительном деле, не имея специального технического образования, без проведения судебной экспертизы разрешил спор о наложении границ земельных участков, тогда как имеющиеся в материалах дела доказательства указывают на то, что никаких наложений одного участка на другой нет.

Якобы существующее наложение определено судом по данным публичной кадастровой карты, без выезда на место специалиста, при этом за факт пересечения границ участков принят незаконно построенный истцом каменный забор, о сносе которого ответчиком заявлен встречный иск.

Таким образом, судом принято решение о наложении границ двух земельных участков без установления факта такого наложения и без его подтверждения судебной землеустроительной экспертизой.

Кроме того, суд в решении не указал, на каком основании признано незаконным перераспределение земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> с формированием нового земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, если вновь сформированный земельный участок не имел даже общих границ с участком истца и никак не нарушал права последнего.

Суд также не указал, каким образом нарушаются права истца формированием земельных участков с кадастровыми номерами <данные изъяты>, которые также не имеют никаких пересечений с участком истца (ни по границам, ни по фактическим строениям), не имеют общей границы и находятся в стороне.

По документам истца наложение границ на самозахваченный земельный участок истца и его забор имеет только один участок с кадастровым номером <данные изъяты>, площадь такого наложения 177 кв.м. При этом суд принял решение о признании незаконным формирования всех земельных участков.

Вопреки выводам суда, формирование земельного участка ответчика и его последующее разделение не требовало согласия истца, поскольку это не предусмотрено действующим законодательством.

Установив, что дело рассмотрено судом первой инстанции в отсутствие ответчика ФИО1, не извещенной надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, определением от 6 декабря 2022 года судебная коллегия перешла к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции в соответствии с частью 5 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель истца ФИО3 – ФИО4 и представитель ответчиков – администрации Кимрского района Тверской области и администрации Кимрского муниципального округа Тверской области – ФИО5 просили оставить решение суда первой инстанции без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в суд апелляционной инстанции не явились, об отложении судебного заседания не ходатайствовали.

С учетом положений статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия признала возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, выслушав представителей сторон, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что ФИО3 по договору купли-продажи от 19 декабря 2001 года приобрела в собственность земельный участок площадью 1500 м2 с расположенным на нем жилым домом по адресу: <данные изъяты>. Земельный участок относится к землям населенных пунктов и предназначен для ведения личного подсобного хозяйства и индивидуального жилищного строительства.

Право собственности ФИО3 на указанные объекты недвижимости зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости 18 января 2012 года (запись регистрации 69-01/14-09/2001-0093). По данным ЕГРН земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> поставлен на кадастровый учет 29 июня 2001 года.

В ходе судебного разбирательства по настоящему делу земельный участок истца на основании межевого плана, подготовленного кадастровым инженером ФИО8, постановлений администрации Кимрского района Тверской области № 125 от 14 февраля 2022 года и № 613 от 27 мая 2022 года перераспределен с землями, государственная собственность на которые не разграничена, в результате чего образован земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> площадью 1660 м2 (участок поставлен на кадастровый учет 15 июля 2022 года).

Ответчику ФИО2 на основании решения Кимрского городского суда Тверской области от 19 июня 2020 года принадлежал на праве собственности земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>, адресная часть которого в соответствии с данными ЕГРН значилась в <данные изъяты>.

В соответствии с межевым планом от 26 октября 2020 года, подготовленным кадастровым инженером ФИО9 по заказу ФИО2, уточнено местоположение границ земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> и в ЕГРН внесены сведения о местоположении его границ в виде двух контуров площадью 1000м2 и 2000м2.

21 января 2021 года на основании заявления ФИО2 от 26 декабря 2020 года и межевого плана кадастрового инженера ФИО9 от 25 декабря 2020 года земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> был разделен на два земельных участка, один и которых образован из контура площадью 2000 м2 (присвоен кадастровый номер <данные изъяты>), а второй – из контура 1000 м2 (присвоен кадастровый номер <данные изъяты>).

На основании постановления администрации Кимрского района Тверской области № 337 от 22 апреля 2021 года, соглашения № 143/2021 от 28 июня 2021 года, заключенного между ФИО2 и администрацией Кимрского района Тверской области, путем перераспределения земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> и земель, государственная собственность на которые не разграничена, образован земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> площадью 1499 м2.

Аналогичным образом, то есть путем перераспределения земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> и земель, государственная собственность на которые не разграничена, на основании постановления администрации Кимрского района Тверской области от 26 октября 2021 года № 844 и соглашения № 232/2021 от 12 ноября 2021 года образован земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> площадью 1998 м2.

В дальнейшем земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> на основании межевого плана кадастрового инженера ФИО10 от 28 декабря 2021 года разделен на четыре земельных участка с кадастровыми номерами <данные изъяты> <данные изъяты>.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО3 полагала, что ее право собственности нарушается смежным землепользователем ФИО2, поскольку в соответствии с заключением кадастрового инженера ФИО7 реестровые границы земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> (после перераспределения - <данные изъяты> и <данные изъяты>) имеют наложение на границы принадлежащего ей земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> (после перераспределения - <данные изъяты>), в том числе пересекают расположенное на этом участке капитальное строение.

С целью правильного рассмотрения и разрешения спора судом апелляционной инстанции по ходатайству ответчика ФИО2 назначена судебная землеустроительная экспертиза, производство которой поручено эксперту ООО «Геолайф» ФИО11

По заключению судебного эксперта (№ 8/2023 от 14 июля 2023 года) фактическое землепользование ФИО2 (в части расположения земельного участка <данные изъяты>) накладывается (пересекается) на реестровые границы земельного участка <данные изъяты>.

Площадь данного наложения составляет 4 кв.м. Наложение обусловлено установлением на местности ограждения с нарушением реестровых границ земельных участков.

Фактическое землепользование ФИО3 (фактические границы земельного участка <данные изъяты>) накладывается (пересекается) на реестровые границы земельных участков <данные изъяты>, принадлежащих ответчику ФИО2

Площадь данного наложения составляет 176 кв.м, из которых площадь пересечения с реестровыми границами земельного участка <данные изъяты> - 6 кв.м, с реестровыми границами земельного участка <данные изъяты> - 170 кв.м.

Выявленное наложение обусловлено двумя факторами:

- фактическим использованием ФИО3 территории, превышающей по площади приобретенный ею в 2001 году земельный участок <данные изъяты>, что привело к установлению реестровых границ данного участка с нарушением его фактических границ (часть фактических границ участка не вошла в состав его реестровых границ);

- наличие реестровых ошибок в сведениях ЕГРН о земельном участке ответчика <данные изъяты> и образованных из него в дальнейшем земельных участках (в том числе земельных участков <данные изъяты>), а также заведомом включении в состав земельных участков <данные изъяты> при их образовании земель, фактически используемых истцом.

Экспертом установлено также, что в реестровых границах земельного участка <данные изъяты> расположена часть здания бани, принадлежащей истцу ФИО3

На земельном участке ФИО3 с кадастровым номером <данные изъяты> (до перераспределения <данные изъяты>) расположены объекты недвижимости - жилой дом, гараж и баня, а также объекты, не отнесенные экспертом к объектам недвижимости: забор, дорога из бетонных плит, колодцы) (ситуационный план в приложении № 1 к заключению).

В ходе экспертного исследования судебный эксперт констатировал, что образование земельного участка <данные изъяты> путем перераспределения принадлежащего ответчику ФИО2 земельного участка <данные изъяты> произошло за счет земельного участка истца с кадастровым номером <данные изъяты> с пересечением фактического ограждения и наложением на объект недвижимости (баню).

Заключение эксперта соответствуют общим требованиям, предъявляемым к производству судебных экспертиз: эксперт при производстве экспертизы предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации; эксперт подтвердил свою компетенцию в вопросах, поставленных судом на разрешение, обладает специальными знаниями в области исследования, имеет необходимый стаж экспертной работы; содержание заключения не противоречит требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, является полным и ясным, не обнаруживает каких-либо противоречий между описательной, исследовательской частью и выводами, основанными на имеющихся материалах дела, не противоречит другим доказательствам по делу.

Стороны заключение эксперта не оспорили, доводы, порочащие выводы судебной экспертизы, не привели.

При таких обстоятельствах судебная коллегия признает, что заключение эксперта отвечает принципам допустимости и достоверности, предъявляемым гражданским процессуальным законом к доказательствам, и может быть положено в основу настоящего судебного акта.

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В статье 209 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.

Согласно статье 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Как предусмотрено подпунктом 4 пункта 2 статьи 60 Земельного кодекса Российской Федерации, действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены путем, в том числе, восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

В пункте 45 совместного постановления Пленум Верховного Суда Российской Федерации и Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что в силу статей 304, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

В силу статьи 11.2 Земельного кодекса Российской Федерации земельные участки образуются при разделе, объединении, перераспределении земельных или выделе из земельных участков, а также из земель, находящихся в государственной или муниципальной собственности.

На основании пункта 2 статьи 3.3 Федерального закона от 25 октября 2001 года № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» предоставление земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, осуществляется органом местного самоуправления муниципального района в отношении земельных участков, расположенных на территории сельского поселения, входящего в состав этого муниципального района, и земельных участков, расположенных на межселенных территориях муниципального района, за исключением случаев, предусмотренных настоящим пунктом.

Согласно пункту 4 статьи 3.3 указанного Федерального закона исполнительный орган государственной власти или орган местного самоуправления, уполномоченные на предоставление земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, также являются органами, уполномоченными на заключение соглашения о перераспределении земель и земельных участков и на выдачу разрешения на использование земель в соответствии с Земельным кодексом Российской Федерации.

Перераспределение земель и (или) земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, между собой и таких земель и (или) земельных участков и земельных участков, находящихся в частной собственности, осуществляется в случаях и в порядке, которые предусмотрены главой V.4 настоящего кодекса (пункт 3 статьи 11.7 Земельного кодекса Российской Федерации).

Порядок, случаи и основания заключения соглашения о перераспределении земель и (или) земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, и земельных участков, находящихся в частной собственности, предусмотрены статьями 39.28, 39.29 Земельного кодекса Российской Федерации.

Исходя из положений подпункта 3 пункта 1 статьи 39.28 Земельного кодекса Российской Федерации, перераспределение земель и (или) земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, и земельных участков, находящихся в частной собственности, допускается в случае перераспределения земель и (или) земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, и земельных участков, находящихся в собственности граждан и предназначенных для ведения личного подсобного хозяйства, огородничества, садоводства, индивидуального жилищного строительства, при условии, что площадь земельных участков, находящихся в собственности граждан, увеличивается в результате этого перераспределения не более чем до установленных предельных максимальных размеров земельных участков.

Перераспределение земель и (или) земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, и земельных участков, находящихся в частной собственности, осуществляется на основании соглашения между уполномоченными органами и собственниками земельных участков. При этом указанное соглашение должно содержать сведения о возникновении права государственной или муниципальной собственности и (или) права частной собственности на образуемые земельные участки (пункт 2 статьи 39.28 Кодекса).

В целях заключения соглашения о перераспределении земель и (или) земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, и земельных участков, находящихся в частной собственности, гражданин или юридическое лицо - собственники таких земельных участков обращаются с заявлением о перераспределении земель и (или) земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, и земельных участков, находящихся в частной собственности, в уполномоченный орган (пункт 1 статьи 39.29 Кодекса).

Основания для отказа в заключении соглашения о перераспределении земельных участков перечислены в пункте 9 статьи 39.29 Земельного кодекса Российской Федерации.

Из системного анализа приведенных норм следует, что для решения вопроса о правомерности перераспределения земель, государственная собственность на которые не разграничена, и земельных участков, находящихся в частной собственности, необходимо установление как оснований для такого перераспределения, то есть наличие предусмотренных пунктом 1 статьи 39.28 Земельного кодекса Российской Федерации обстоятельств, так и отсутствие оснований для отказа в заключении соглашения о перераспределении, перечисленных в пункте 9 статьи 39.29 Земельного кодекса Российской Федерации.

В частности, в соответствии с подпунктом 3 пункта 9 статьи 39.29 Земельного кодекса Российской Федерации уполномоченный орган принимает решение об отказе в заключении соглашения о перераспределении земельных участков в случае, если на земельном участке, на который возникает право частной собственности, в результате перераспределения земельного участка, находящегося в частной собственности, и земель и (или) земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, будут расположены здание, сооружение, объект незавершенного строительства, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, в собственности других граждан или юридических лиц, за исключением сооружения (в том числе сооружения, строительство которого не завершено), размещение которого допускается на основании сервитута, публичного сервитута, или объекта, размещенного в соответствии с пунктом 3 статьи 39.36 настоящего Кодекса.

Принимая во внимание установленные обстоятельства в логической взаимосвязи с приведенным правовым регулированием, следует признать, что образование земельного участка <данные изъяты> путем перераспределения земельного участка <данные изъяты> произведено за счет принадлежащего истцу земельного участка <данные изъяты> (после перераспределения - <данные изъяты>), что противоречит требованиям закона, поскольку администрация Кимрского района Тверской области не имела права распоряжаться участком ФИО3 как свободным путем предоставления его ФИО2, вследствие чего оспариваемые постановления и соглашения являются недействительными.

В свою очередь, последующие перераспределение участка и его раздел на участки <данные изъяты>, <данные изъяты> также являются незаконными, в силу чего право собственности на них ответчика ФИО2 подлежит прекращению с сохранением такового в отношении исходного земельного участка <данные изъяты>.

Доводы апелляционной жалобы ответчика ФИО2 о том, что объекты, которые оказались расположенными на ее земельном участке, являются самовольными постройками, а потому не могли служить основанием для отказа в заключении соглашения о перераспределении земельного участка, отклоняются судебной коллегией как основанные на ошибочном толковании положений подпункта 3 пункта 9 статьи 39.29 Земельного кодекса Российской Федерации.

Вопреки аргументам апеллянта, предусмотренные статьями 39.28, 39.29 Земельного кодекса Российской Федерации порядок и основания перераспределения земель и (или) земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, и земельных участков, находящихся в частной собственности, у публичного собственника таких земель или земельного участка отсутствует право на распоряжение расположенными на них зданием, сооружением, объектом незавершенного строительства без определения судьбы таких объектов.

На момент образования земельного участка <данные изъяты> и ограждение, и баня ФИО3, оказавшиеся в реестровых границах земельных участков ответчика (<данные изъяты>), уже были возведены истцом, судебные решения об их сносе не принимались, а потому администрация Кимрского района Тверской области не вправе была распоряжаться земельным участком и заключать с ответчиком соглашение о его перераспределении.

В этой связи и доводы ответной стороны о фактическом использовании истцом земельного участка большей площади, чем это предусмотрено правоустанавливающим документом, правового значения не имеют.

Позиция ответчика ФИО2, согласно которой избранный истцом способ защиты права несоразмерен допущенному нарушению, ибо фактически наложение на земельный участок последней имеют только земельные участки <данные изъяты>, а потому требование признать незаконным образование всех земельных участков, по мнению апеллянта, является избыточным, не может быть признана состоятельной, учитывая, что исходный земельный участок <данные изъяты> сформирован с нарушением закона, а значит, последующее перераспределение участка и его раздел на участки <данные изъяты> и <данные изъяты>, как отмечалось ранее в настоящем определении, также являются незаконными.

Кроме того, в этой части судебная коллегия отмечает также, что ФИО2 приобрела в собственность земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> в порядке наследования по закону после смерти своего мужа ФИО12

ФИО12 указанный земельный участок предоставлен на основании распоряжения главы администрации Федоровского сельского совета от 26 октября 1992 года № 12, согласно которому участок имел площадь 0,4 га и располагался в <данные изъяты>, на что указывает номер кадастрового квартала <данные изъяты>, соответствующий населенному пункту <данные изъяты>.

Согласно постановлению главы администрации Федоровского сельского совета № 34 от 28 мая 1993 года участки, предоставленные гражданам данным постановлением, расположены в д. Федоровка Кимрского района.

Постановлением администрации Федоровского сельского поселения Кимрского района тверской области от 29 октября 2019 года № 176 земельному участку <данные изъяты> присвоен адрес: <данные изъяты>.

Таким образом, актом органа местного самоуправления было фактически изменено местоположение земельного участка ответчика на д. Пекуново (кадастровый квартал <данные изъяты>), тогда как он предоставлен в <данные изъяты> (кадастровый квартал <данные изъяты>).

Аргументы апелляционных жалоб ответчиков ФИО12 и ФИО1 о нарушении судом первой инстанции процессуальных норм, выразившихся, в частности, в рассмотрении дела в их отсутствие (в отсутствие представителя), а также о невозможности разрешения спора без проведения судебной экспертизы, восприняты и устранены судебной коллегией при рассмотрении дела по правилам производства в суде первой инстанции и путем назначения землеустроительной экспертизы.

Установленные обстоятельства во взаимосвязи с представленными доказательствами позволяют судебной коллегии сделать вывод о том, что исковые требования ФИО3 к ФИО2, администрации Кимрского района Тверской области подлежат удовлетворению.

В свою очередь, удовлетворение требований ФИО3 исключает удовлетворение встречного иска ФИО2 о признании возведенных истцом строений самовольными и об их сносе.

При этом судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения требований ФИО3 к ответчику ФИО1, проводившей кадастровые работы по формированию спорных земельных участков по заданию правообладателя ФИО2, поскольку указанный ответчик не имеет материально-правового интереса в разрешении данного дела.

Решение суда первой инстанции подлежит безусловной отмене на основании пункта 2 части 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку дело было рассмотрено в отсутствие ответчика ФИО1, не извещенной надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Кимрского городского суда Тверской области от 19 июля 2022 года отменить.

Исковые требования ФИО3 к ФИО2, администрации Кимрского района Тверской области удовлетворить.

Признать незаконным постановление администрации Кимрского района Тверской области от 22 апреля 2021 года № 337 «О перераспределении земель, находящихся в государственной собственности, и земельного участка, находящегося в частной собственности».

Признать недействительным соглашение № 143/2021 от 28 июня 2021 года о перераспределении земель и (или) земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, и земельного участка, находящегося в частной собственности, заключенное между ФИО2 и администрацией Кимрского района Тверской области.

Признать незаконным постановление администрации Кимрского района Тверской области от 26 октября 2021 года № 844 «О перераспределении земель, находящихся в государственной собственности, и земельного участка, находящегося в частной собственности».

Признать недействительным соглашение № 232/2021 от 12 ноября 2021 года о перераспределении земель и (или) земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, и земельного участка, находящегося в частной собственности, заключенное между ФИО2 и администрацией Кимрского района Тверской области.

Признать незаконным раздел земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> с образованием земельных участков с кадастровыми номерами <данные изъяты>.

Прекратить право собственности ответчика ФИО2 на земельные участки с кадастровыми номерами <данные изъяты>.

Решение является основанием для снятия с кадастрового учета земельных участков с кадастровыми номерами <данные изъяты>, <данные изъяты> и прекращения на них прав с присвоением записям об этих участках статуса «погашенные».

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО1 отказать.

В удовлетворении встречного иска ФИО2 к ФИО3 отказать.

Мотивированное апелляционное определение составлено 26 сентября 2023 года.

Председательствующий В.В. Цветков

Судьи И.В. Абрамова

О.Ю. Голубева