Судья Погорельцева Т.В. дело № 33а-5008/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

25 июля 2023 года город Ханты-Мансийск

Судебная коллегия по административным делам суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе:

председательствующего судьи Симоновича В.Г.,

судей Волкова А.Е., Назарука М.В.,

при секретаре Барабаш П.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело № 2а-1798/2023 по административному иску (ФИО)1 к Министерству внутренних дел Российской Федерации (далее также МВД России), Управлению Министерства внутренних дел по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре (далее также УМВД России по ХМАО – Югре), Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Нижневартовский» (далее также МОМВД России «Нижневартовский», Министерству финансов Российской Федерации (далее также Минфин России), начальнику Изолятора временного содержания Межмуниципального отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации «Нижневартовский» (далее также ИВС МОМВД России «Нижневартовский») ФИО1 о признании незаконным бездействия по обеспечению надлежащих условий содержания под стражей и компенсации морального вреда,

по апелляционным жалобам представителя МВД России, УМВД России по ХМАО – Югре, МОМВД России «Нижневартовский» ФИО2, представителя Минфина России ФИО3, административного истца (ФИО)1 на решение Нижневартовского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 25 апреля 2023 года, которым административные исковые требования удовлетворены частично: бездействие Межмуниципального отдела Министерства внутренних дел Нижневартовский по организации надлежащих условий содержания под стражей (ФИО)1, выразившееся в необеспечении приватности при отправлении физиологических потребностей в камере (номер) (с учетом Определения об исправлении описки от 5 мая 2023 года) и отсутствии оконных проемов в камерах (номер) и (номер) Изолятора временного содержания Межмуниципального отдела Министерства внутренних дел «Нижневартовский», где содержался (ФИО)1 - признано незаконным. С Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу (ФИО)1 взыскана компенсация морального вреда в размере 20 000 рублей.

В удовлетворении остальной части административных исковых требований (ФИО)1 отказано.

Заслушав доклад судьи Симоновича В.Г., объяснения представителей МВД России, УМВД России по ХМАО – Югре ФИО4 и ФИО2, также представляющей интересы МОВД России «Нижневартовский», поддержавших доводы свой жалобы, судебная коллегия

установила:

(ФИО)1 обратился в суд с вышеуказанным административным иском, с требованиями: признать незаконным действия (бездействия) должностных лиц государственного органа, выразившиеся в нарушении условий содержания в период с августа по октябрь 2020 года; взыскать денежную компенсацию за нарушение условий содержания в размере 900 000 рублей.

В обоснование указал, что в указанный период времени содержался под стражей в ИВС МОМВД «Нижневартовский», где не соблюдаются нормы санитарной площади на одного человека, в связи с чем он претерпевал тесноту и неудобства; отсутствие окна в камере, что исключало попадание в камеру солнечного света и свежего воздуха; отсутствие в камере бака с питьевой водой; отсутствие в камере пожарной безопасности, в связи с чем он ощущал постоянную душевную тревогу за свою безопасность, жизнь и здоровье; отсутствие в камере радиоточки для прослушивания программ, в связи с чем он был лишен возможности узнавать о новостях в мире; отсутствие в ИВС прогулочных двориков, в связи с чем он был лишен возможности дышать свежим воздухом, получать ежедневные солнечные лучи, загар; отсутствие в камере оборудованного туалета, в связи с чем в камере имелся соответствующий неприятный запах, препятствующий комфортному нахождению в помещении, в котором необходимо было спать и ежедневно пребывать.

В дополнениях к административному иску просил признать незаконным бездействие административных ответчиков по обеспечению ему надлежащих условий содержания под стражей, что, помимо ранее заявленного, выразилось в отсутствии в камерах на верхних ярусах кроватей спинок безопасности (барьеров), а также подъемных лесенок (ступеней); отсутствии в камерах вешалок для полотенец и полок для мыльных и бритвенных принадлежностей; отсутствии в душевом помещении полочек для мыльных принадлежностей, вешалок для полотенец, резиновых ковриков на полу; отсутствии резиновых тапочек; отсутствии прогулок. В результате допущенных нарушений он испытывал глубокие нравственные страдания и переживания, чувства унижения и стеснения, был лишен спокойного сна и отдыха.

Также административный истец дополнил основания административного иска, просил признать незаконным бездействие административных ответчиков по созданию надлежащих условий его содержания под стражей, что выразилось в отсутствии в камерах шкафов для хранения индивидуальных принадлежностей и продуктов питания; отсутствии дезинфекционной камеры; отсутствии в следственных кабинетах столиков для записей для подозреваемых и обвиняемых; отсутствии предоставления свиданий; отсутствии проветривания камер.

Указанные нарушения создавали невыносимые условия для его пребывания.

Судом постановлено вышеуказанное решение, с которым не согласились представитель МВД России, УМВД России по ХМАО – Югре, МОМВД России «Нижневартовский», представитель Минфина России и (ФИО)1

В апелляционной жалобе представитель МВД России, УМВД России по ХМАО – Югре, МОМВД России «Нижневартовский» ФИО2 просит об отмене решения суда как незаконного и необоснованного, и принятии нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявленных (ФИО)1 требований. Указывает что административным истцом, который с жалобами на условия содержания не обращался, не представлено доказательств причинения нравственных и физических страданий, отсутствует причинно-следственная связь между неправомерными виновными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями. Утверждает, что условия содержания в ИВС соответствуют требованиям действующего законодательства.

В своей апелляционной жалобе представитель Минфина России ФИО3 также просит об отмене решения суда, как незаконного, и принятии нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявленных (ФИО)1 требований. Полагает, что требования о компенсации морального вреда подлежали разрешению судом в порядке гражданского судопроизводства. Утверждает об отсутствии вины административных ответчиков в не оборудовании камер оконными проемами вследствие такого проекта здания.

(ФИО)1 не согласился с решением суда в части размера взысканной в его пользу компенсации морального вреда, считает ее недостаточной. Просит решение суда изменить, удовлетворить заявленные им требования в полном объеме.

В возражениях на апелляционную жалобу (ФИО)1 представитель МВД России, УМВД России по ХМАО – Югре, МОМВД России «Нижневартовский» ФИО2 просит решение суда отменить, а апелляционную жалобу (ФИО)1 оставить без удовлетворения.

В возражениях на апелляционную жалобу представителя МВД России, УМВД России по ХМАО - Югре, МОМВД России «Нижневартовский» (ФИО)1 просит критически отнестись к доводам апелляционной жалобы представителя МВД.

В соответствии со статьей 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации административное дело рассмотрено судебной коллегией в отсутствие административного истца (ФИО)1, административного ответчика начальника ИВС ФИО1, представителя административного ответчика Минфина России, извещенных о времени и месте рассмотрения дела, явка которых не является обязательной и не признана судом обязательной.

В силу части 1 статьи 308 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения суда первой инстанции в полном объеме и не связан основаниями и доводами, изложенными в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, возражений и обсудив их, судебная коллегия приходит к следующему.

В части 2 статьи 21 Конституции Российской Федерации закреплено, что никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации (часть 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Как следует из административного искового заявления, (ФИО)1, в период с августа по октябрь 2020 года находился под стражей в ИВС МОМВД «Нижневартовский», где, по его мнению, отсутствовали необходимые санитарные, бытовые условия (т. 1 л.д. 28-39, 185).

Частично удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о несоблюдении условий содержания административного истца в ИВС МОМВД «Нижневартовский», что выразилось в отсутствии оконных проемов с форточками в камерах (номер) и (номер), а также необеспечении приватности при отправлении физиологических потребностей, что повлекло нарушение его неимущественных прав и причинение морального вреда.

При этом суд отклонил доводы административного истца в части нарушения условий его содержания в ИВС в связи с отсутствием в камере бака с питьевой водой; отсутствием в камерах вешалок для полотенец и полок для мыльных и бритвенных принадлежностей, шкафов для хранения индивидуальных принадлежностей и продуктов питания; о нарушении условий его содержания в ИВС в связи с отсутствием в камере пожарной безопасности, отсутствием в камере радиоточки для прослушивания программ, отсутствием в ИВС прогулочных двориков; о нарушении условий содержания под стражей в связи с отсутствием в камерах на верхних ярусах кроватей спинок безопасности (барьеров), а также подъемных лесенок (ступеней); отсутствием в душевом помещении полочек для мыльных принадлежностей, вешалок для полотенец, резиновых ковриков на полу; отсутствием резиновых тапочек; отсутствием в ИВС МОМВД «Нижневартовский» дезинфекционной камеры; отсутствием в следственных кабинетах столиков для записей для подозреваемых и обвиняемых; о нарушении права (ФИО)1 на предоставление свиданий с родственниками.

Отклоняя указанные доводы, суд первой инстанции исходил из того, что вышеперечисленные нарушения не нашли своего подтверждения и опровергнуты совокупностью материалов дела, а именно актами проверки соблюдения законодательства при содержании подозреваемых и обвиняемых в Изоляторе временного содержания подозреваемых и обвиняемых МОМВД «Нижневартовский» от 2020 года, Актом комиссионного обследования помещений изолятора временного содержания подозреваемых и обвиняемых МОМВД «Нижневартовский» от (дата), фотографиями, объяснениями представителя ответчика, выпиской из технического паспорта.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда.

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с названным Кодексом избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулирует и определяет Федеральный закон от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее - Федеральный закон» № 103-ФЗ).

В соответствии со статьей 17 указанного закона подозреваемые и обвиняемые имеют право, в том числе: получать бесплатное питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, в том числе в период участия их в следственных действиях и судебных заседаниях; пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа.

Подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров (статья 23 указанного закона).

Аналогичные нормы содержатся в Правилах внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных приказом МВД России от 22 ноября 2005 года № 950 (далее Правила № 950).

В силу пункта 43 Правил № 950 подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования: спальным местом; постельными принадлежностями: матрацем, подушкой, одеялом; постельным бельем: двумя простынями, наволочкой; полотенцем; столовой посудой и столовыми приборами на время приема пищи: миской, кружкой, ложкой.

В соответствии с пунктом 45 Правил № 950 камеры ИВС оборудуются: индивидуальными нарами или кроватями; столом и скамейками по лимиту мест в камере; шкафом для хранения индивидуальных принадлежностей и продуктов; санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности; краном с водопроводной водой; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; бачком для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; кнопкой для вызова дежурного; урной для мусора; светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа; приточной и/или вытяжной вентиляцией; тазами для гигиенических целей и стирки одежды.

В силу пункта 47 Правил № 950 не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут. Смена постельного белья осуществляется еженедельно после помывки в душе.

Пункты 130, 131, 132 Правил № 950 определяют право подозреваемых и обвиняемых на ежедневную прогулку продолжительностью не менее одного часа. При этом, продолжительность прогулки устанавливается администрацией ИВС с учетом распорядка дня, погоды, наполнения учреждения и других обстоятельств. Прогулка предоставляется подозреваемым и обвиняемым преимущественно в светлое время суток. Время вывода на прогулку лиц, содержащихся в разных камерах, устанавливается по скользящему графику. Прогулка проводится на территории прогулочных дворов. Прогулочные дворы оборудуются скамейками для сидения и навесами от дождя.

В силу положений СП 12-95 «Инструкция по проектированию объектов органов внутренних дел МВД России», введенной в действие протоколом МВД России от 12 февраля 1995 г. № 1-95 (пункты 17.11, 17.13) камеры ИВС должны быть оборудованы оконными проемами. Размеры оконных проемов в ИВС должны составлять не менее 1,2 м по высоте и 0,9 м по ширине. Оконные переплеты в камерах, изоляторах и палатах должны выполняться створными и оборудоваться для вентиляции форточками. Низ оконных проемов в камерах и изоляторах ИВС должен быть на высоте не менее 1,5 м от уровня пола.

Таким образом, установив, что в период пребывания в камерах ИВС МОМВД России «Нижневартовский» административными ответчиками не были обеспечены надлежащие условия содержания (ФИО)1, выразившиеся в необеспечении приватности при посещении санитарного узла, а также отсутствии в камерах оконных проемов, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о частичном удовлетворении заявленных требований.

Руководствуясь требованиями статьи 151, пункта 1 статьи 1099, пункта 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», установив факт причинения морального вреда (ФИО)1 в результате виновных действий органа власти, не обеспечившего надлежащих условий содержания под стражей в ИВС, в результате чего права административного истца были ограничены в большей степени, чем это предусмотрено федеральным законодательством, исходя из существа нарушенных прав, незначительной длительности нарушения, суд определил размер компенсации в 20 000 рублей, что является разумным и справедливым,

Само по себе несогласие административного истца с размером компенсации, субъективное мнение о несоразмерности присужденной компенсации, не свидетельствует о наличии оснований для изменения или отмены судебного акта, приведенных в статье 310 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Доводы апелляционных жалоб административных ответчиков об отсутствии обращений и жалоб (ФИО)1 в период отбывания наказания на ненадлежащие условия содержания, при наличии установленных судом первой инстанции нарушений условий содержания под стражей (отсутствии оконных проемов с форточками в камерах (номер) и (номер), а также необеспечении приватности при отправлении физиологических потребностей) основанием для отказа в удовлетворении требований административного истца не являются.

Ссылки в апелляционной жалобе на судебные акты по иным делам не свидетельствуют о существенных нарушениях судом первой инстанции норм материального и процессуального права при разрешении данного требования.

Довод жалобы Министерства финансов Российской Федерации о том, что требования о компенсации морального вреда должны быть рассмотрены по правилам гражданского судопроизводства, подлежит отклонению.

В соответствии со статьей 17.1 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемый, обвиняемый в случае нарушения предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий их содержания под стражей имеют право обратиться в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, в суд с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Как видно из материалов дела, поводом для обращения в суд явилось нарушение права (ФИО)1 на установленные законодательством надлежащие условия содержания под стражей, то есть между сторонами, состоящими в не основанных на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности правоотношениях, в рамках которых один из участников (изолятор временного содержания) реализует административные и иные публично-властные полномочия по отношению к другому участнику (истец), возник публичный спор, подлежащий рассмотрению по правилам Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2016 года № 36 «О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации»).

Следовательно, заявленные истцом требования о компенсации морального вреда производны от установления факта нарушения условий содержания под стражей и подлежат рассмотрению применительно к правилам главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Довод жалобы о соблюдении условий приватности в камере ИВС несостоятелен.

Суд, установив, что (ФИО)1 содержался в камерах, которые были оборудованы расположенном у стены на возвышении унитазом в форме чаши Генуя, огороженного тремя перегородками высотой 130 см от пола, без учета возвышения, на котором расположен унитаз, обоснованно пришел к выводу, что такие условия не обеспечивали приватности при пользовании туалетом, поскольку со всей очевидностью препятствовали (ФИО)1 уединенно, то есть вне обозрения других лиц отправлять физиологические потребности.

Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий. О наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, затрудненный доступ к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены.

Учитывая изложенное, наличие туалетного оборудования, которое отгорожено от остального помещения таким образом, чтобы обеспечивалась приватность отправления санитарно-гигиенических процедур, безусловно является обязательным элементом для признания условий содержания в исправительном учреждении надлежащими.

Суд первой инстанции правильно указал, что, несмотря на отсутствие законодательного определения приватности туалета и требований к его обеспечению, в спорный период содержания (ФИО)1 в ИВС, перегородка высотой чуть более метра от площадки унитаза, разделяющая санитарный узел и остальное пространство камеры, не обеспечивает приватность при пользовании туалетом, поскольку со всей очевидностью препятствует осужденному уединенно, то есть вне обозрения других лиц отправлять физиологические потребности (данная позиции высказана ВС РФ в кассационном определении Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Российской Федерации от 27.07.2022 № 73-КАД22-4-К8).

Доводы жалобы Министерства финансов Российской Федерации об отсутствии вины учреждения основанием для отказа в удовлетворении требований о взыскании компенсации не являются, поскольку не учитывают положений части 2 статьи 17.1 Закона № 103-ФЗ, в силу которых компенсация присуждается с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений и не зависит от наличия или отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих, непосредственно допустивших нарушение условий содержания под стражей.

Фактически доводы апелляционных жалоб выражают несогласие с оценкой представленных в материалы дела доказательств и установленных судом обстоятельств настоящего спора, основаны на ином толковании применительно к ним положений законодательства, в связи с чем не могут служить достаточным основанием для отмены обжалуемого решения.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену решения суда, а также приведших к неверному исходу дела, не допущено, указанных в статье 310 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации оснований для отмены либо изменения решения суда не имеется.

Руководствуясь статьями 309 - 311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия по административным делам

определила:

решение Нижневартовского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 25 апреля 2023 года оставить без изменения, апелляционные жалобы (ФИО)1, Министерства внутренних дел Российской Федерации, Управления Министерства внутренних дел по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре, Межмуниципального отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации «Нижневартовский», Министерства финансов Российской Федерации – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня его вынесения путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Председательствующий Симонович В.Г.

Судьи Волков А.Е.

Назарук М.В.