Дело № 2-301/2022
55RS0004-01-2021-006888-44
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
14 июля 2022 года город Омск
Октябрьский районный суд города Омска в составе председательствующего судьи Диких О.М., при ведении протокола секретарями судебного заседания Акиловой А.И., Мустаханове А.А., помощником судьи Рябовой А.А., при подготовке и организации судебного процесса помощником судьи Рябовой А.А., Миллер Л.В., с участием помощника прокурора Октябрьского районного суда города Омска Гулла О.В., Позыгун Е.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ООО «АСТ Транс» об установлении факта трудовых отношений, внесении записи в трудовую книжку, взыскании утраченного заработка, компенсации морального вреда, индексации,
УСТАНОВИЛ:
Истец с учетом уточнения обратился в Октябрьский районный суд г. Омска с исковыми требованиями к ООО «АСТ Транс» об установлении факта трудовых отношений, внесении записи в трудовую книжку, взыскании утраченного заработка, компенсации морального вреда, индексации, указав, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом ФИО1 и ООО «АСТ Транс» был заключен договор подряда на выполнение работ по капитальному ремонту кровли многоквартирного дома, расположенного по адресу: <адрес>. Срок проведения работ был определен с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ истец в составе бригады приступил к выполнению работ на крыше пятиэтажного жилого дома, производил <данные изъяты>. Не имея знаний техники безопасности из-за отсутствия обучения и инструктажей, не сформировав по этой причине рефлекс повышенной осторожности при работе на высоте, не умея обращаться с индивидуальными средствами защиты, истец сорвался с крыши здания и упал с высоты пятого этажа на придомовую территорию. В результате падения истцом были получены телесные повреждения, а именно: <данные изъяты>, что явилось результатом причинения тяжкого вреда здоровью ФИО1, <данные изъяты>. Считает, что данные последствия наступили по причине виновного нарушения ответчиком ООО «АСТ Транс» правил охраны труда при проведении высотных строительных работ, являвшихся источником повышенной опасности. Выполнение вышеприведенных работ на высоте возможно только лицом, имеющим свидетельство о присвоении ему рабочей профессии «<данные изъяты>», выданным образовательной организацией, поскольку данная профессия включена в Перечень профессий рабочих, должностей служащих, по которым осуществляется профессиональное обучение. В связи с чем, истец считает, что заключение договора подряда на выполнение именно этого вида работ изначально является незаконным. Таким образом, истец по вине ответчика был направлен на работу с повышенным риском и являвшейся источником повышенной опасности, не пройдя необходимого обучения и без соответствующего допуска, не получив необходимых знаний по безопасности при работе на высоте из-за отсутствия положенных инструктажей по технике безопасности, то есть без требуемого контроля за охраной труда со стороны ответчика. Истец не знал приемов страховки и способов обеспечения личной безопасности во время производства высотных работ, в связи с чем, оказался в крайне опасной ситуации, когда несчастный случай был неизбежен. Просит признать сложившиеся между истцом и ответчиком отношения трудовыми, поскольку работа была связана не с выполнением конкретных заданий к определенному сроку, а с постоянным производством работ по установленному графику, истец выполнял работу постоянно и непрерывно, выполнял трудовую функцию в интересах, под контролем и управлением работодателя, подчинялся режиму труда, графику работы (посменно), на него распространялись все указания, приказы, распоряжения работодателя. Ответчиком предоставлялись инструменты для работы, страховочные приспособления, доставку истца и других сотрудников к месту работы также организовывал ответчик. Считает, что договор подряда был прикрытием, а фактически договором регулировались трудовые отношения. При поступлении на работу в ООО «АСТ Транс» истец передавал трудовую книжку в отдел кадров по требованию администрации, однако отметка о приеме на работу в ней отсутствует. Просит признать отношения между ФИО1 и Ответчиком ООО «АСТ Транс» трудовыми, определить период трудовых отношений с ДД.ММ.ГГГГ (допуск к работе) по ДД.ММ.ГГГГ (закрытие больничного листа). Обязать ответчика внести в трудовую книжку ФИО1 запись о том, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в ООО «АСТ Транс» <данные изъяты>. Взыскать с ответчика в счет возмещения утраты заработка (дохода) на будущее за три года вперед в размере 137196 рублей, установив ежемесячную выплату в размере 3811 рублей, обязать ответчика проиндексировать сумму возмещения вреда здоровью с учетом уровня инфляции, обязать ответчика проиндексировать присужденную судом ежемесячную сумму возмещения вреда при повышении стоимости жизни пропорционально уровню инфляции на ДД.ММ.ГГГГ, компенсацию морального вреда 2 000 000 рублей.
Определением Октябрьского районного суда г. Омска от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований были привлечены Государственное учреждение – Омское региональное отделение Фонда социального страхования РФ, а также ООО «ВЕТТА».
Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме. Просил установить факт трудовых отношений в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности <данные изъяты>, обязать ответчика внести в трудовую книжку ФИО1 запись о том, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в ООО «АСТ Транс» <данные изъяты>. Взыскать с ответчика в счет возмещения утраты заработка (дохода) на будущее за три года вперед в размере 137196 рублей, компенсацию морального вреда 2 000 000 рублей, обязать ответчика проиндексировать сумму возмещения вреда здоровью с учетом уровня инфляции, обязать ответчика проиндексировать присужденную судом ежемесячную сумму возмещения вреда при повышении стоимости жизни пропорционально уровню инфляции на ДД.ММ.ГГГГ.
Представитель истца – адвокат Кобзев, поддержал заявленные требования в полном объеме, по основаниям, изложенным в исковом заявлении, уточнении. Относительно срока исковой давности, полагает его не пропущенным, поскольку ФИО1 постоянно находится на лечении. В ходе рассмотрения дела так же находился на операции и предстоит неоднократное лечение. Более того, в ходе процесса уточнялись исковые требования, ответчик представлял доказательства и договору, свидетельствуя о том, что иные лица работали с истцом. Во всяком случае, имеются основания для установления трудовых отношений, компенсации морального вреда.
Представитель ответчика ООО «АСТ Транс» Пужель, действующий на основании доверенности, исковые требования не признал, пояснил, что истец получал и получает пособия от Фонда социального страхования в полном объеме. В части взыскания компенсации морального вреда просил суд учесть отсутствие вины работодателя в случившемся, а также поведение потерпевшего. В ходе рассмотрения дела указывал, что имеется договор с ООО «Вета», которые и осуществляли работы по капитальному ремонту крыши. Кроме того, заявил о пропуске срока исковой давности относительно требований об установлении трудовых отношений.
Представитель Государственного учреждения – Омского регионального отделения Фонда социального страхования РФ ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании участия не принимала, о времени и мест слушания дела изве5щена надлежащим образом. Ранее в судебном заседании поясняла, что фондом производятся выплаты ФИО1 в связи с произошедшим несчастным случаем на производстве. При определении размера пособия по временной нетрудоспособности, а также выплачиваемых страховых выплат была принята во внимание справка, предоставленная ООО «АСТ Транс», <данные изъяты>. Пособие по временной нетрудоспособности выплачивалось в размере 100%, страховая выплата с учетом степени утраты трудоспособности, также производится оплаты санаторно-курортного лечения, показанного ФИО1, расходы на протезирование (ортопедическую обувь), технические средства реабилитации.
Старший помощник прокурора Октябрьского административного округа г. Омска Позыгун Е.С. не усмотрела оснований для удовлетворения требований в части взыскания утраченного заработка на будущее время и индексации указанной суммы, размер компенсации морального вреда сочла завышенным истцом. Полагала, что имеются основания для установления трудовых отношений, внесении записи в трудовую книжку.
Представитель Некоммерческой организаций «Региональный фонд капитального ремонта многоквартирных домов» ФИО3, действующий на основании доверенности, в судебном заседании участия не принимал, о времени и месте слушания дела извещен надлежащим образом. Ранее в судебном заседании пояснил, что договор на осуществление капитального ремонта крыши многоквартирного дома, расположенного по адресу: <адрес>, был заключен с ООО «АСТ Транс». По результатам выполнения работ претензий к их качеству выявлено не было, в подтверждение чего был составлен акт.
Представитель третьих лиц ООО «ВЕТТА», Государственной инспекции труда в Омской области, не заявляющих самостоятельных требований, в судебное заседание, не явился, извещен надлежащим образом, ходатайств об отложении, рассмотрении в его отсутствие не заявлял.
Выслушав участников процесса, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему.
Рассматривая требования об установлении факта трудовых отношений, возникших между ФИО1 и ООО «АСТ Транс» судом установлено, что ФИО1 выполнял порученную ему работу по ремонту кровли пятиэтажного жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>.
На основании договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между Некоммерческой организаций «Региональный фонд капитального ремонта многоквартирных домов» и ООО «АСТ Транс», Общество приняло на себя обязательства по выполнению работ по капитальному ремонту общего имущества (крыши) в многоквартирных домах, расположенных по адресам, предусмотренным Техническим заданием.
В соответствии с Приложением № к Договору № от ДД.ММ.ГГГГ местом выполнения работ помимо прочего указан <адрес>.
Согласно п. № Договора ООО «АСТ Транс» (исполнитель) выполняет работы по договору своими силами и средствами, с использование своих материалов. Исполнитель несет полную ответственность за выполнение работ по Договору, в соответствии с действующими в Российской Федерации нормативно-правовыми и нормативно-техническими актами (п. № Договора).
Срок выполнения работ по Договору в соответствии с пунктом № определен с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ
Пунктом № Договора № от ДД.ММ.ГГГГ предусмотрена обязанность исполнителя по обеспечению безопасности выполнения работ и требований безопасности для жизни и здоровья. В ходе выполнения работ исполнитель обязан проводить мероприятия, направленные на предупреждение несчастных случаев на производстве (пункт № Договора). Обеспечить в ходе исполнения Договора выполнение мероприятий по технике безопасности, охране окружающей среды, пожарной безопасности, антитеррору и др. (пункт № Договора.
Условиями Технического задания установлено, что в состав работ на объекте № (<адрес>) включены работы по капительному ремонту общего имущества: крыши, работы выполняются ООО «АСТ Транс» своими силами и средствами, с использованием своих материалов.
Из представленного в материалы дела по запросу суда материала по факту проверки сообщения по факту падения с крыши <адрес> ФИО1 следует, что на подъезде вышеназванного жилого дома было размещено объявление, из текста которого прямо следует, что ремонт крыши в доме № по ул. <адрес> производится ООО «АСТ Транс».
В акте передачи многоквартирного дома для производства работ по капитальному ремонту от ДД.ММ.ГГГГ указано, что жилой дом № по улице <адрес> был передан для проведения работ по капитальному ремонту крыши Обществу с ограниченной ответственностью «АСТ Транс».
Согласно акту приемочной комиссии о готовности законченного капитального ремонта крыши многоквартирного жилого здания от ДД.ММ.ГГГГ, подрядной организацией ООО «АСТ Транс» ДД.ММ.ГГГГ закончен капитальный ремонт элемента жилого здания, а именно кровли пятиэтажного жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>. Ремонтно-строительные работы осуществлены в срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Данные акт содержит подписи членов комиссии, состоящей из сотрудников Регионального фонда капитального ремонта, ООО «АСТ Транс» и управляющей компании ООО «Уют», на акте имеется также печать исполнителя (ООО «АСТ Транс») /Том 1 л.д. 121/.
Таким образом, в ходе судебного следствия установлен факт того, что ООО «АСТ Транс» осуществляло ремонт кровли многоквартирного пятиэтажного дома, расположенного по адресу: <адрес>.
Из материалов дела следует, что ООО «АСТ Транс» (ИНН №) с ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировано в качестве юридического лица, состоит на учете в Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № по <адрес>, к основным видам деятельности компании относится«<данные изъяты> ООО «АСТ Транс» состоит в Едином реестре субъектов малого и среднего предпринимательства, является микропредприятием.
Между ФИО1 и ООО «АСТ Транс» трудовой договор заключен не был, при этом в обоснование исковых требований о признании возникших между ФИО1 и ООО «АСТ Транс» отношений трудовыми С.Д.НБ. ссылался на то, что, несмотря на отсутствие заключенного письменного трудового договора, отношения, которые сложились между сторонами (ФИО1 и ООО «АСТ Транс») в период с ДД.ММ.ГГГГ (ДД.ММ.ГГГГ), имели все признаки трудовых отношений, поскольку ФИО1 по заданию ООО «АСТ Транс», являвшегося исполнителем по договору № от ДД.ММ.ГГГГ, и в его интересах выполнял работы по ремонту кровли пятиэтажного жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, подчинялся установленному ООО «АСТ Транс» графику работ.
Часть 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации устанавливает, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.
К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит, в том числе, свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.
Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).
В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.
Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).
Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).
В статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя (часть 1 данной нормы).
Согласно части 1 статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.
Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).
Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 1 статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.
Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.
В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям", в пункте 20 содержатся разъяснения о том, что отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебномпорядкесложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Таким образом, при разрешении требований истца ФИО1 об установлении факта трудовых отношений с ООО «АСТ Транс», при наличии того обстоятельства, что трудовой договор с работником в письменной форме оформлен не был, суд исходит из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации, и приходит к выводу о том, что, если работник приступил к работе и выполнял ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15).
Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).
Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого в письменной форме. Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.
Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.
Цель указанной нормы - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе оформить в письменной форме с ним трудовой договор может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя на заключение трудового договора вопреки намерению работника заключить трудовой договор.
Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.
В подтверждение факта отсутствия трудовых отношений, в материалы дела представлен договор подряда, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ООО «АСТ Транс» и ФИО1
В соответствии со статьей 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.
Договор подряда заключается на изготовление или переработку (обработку) вещи либо на выполнение другой работы с передачей ее результата заказчику (пункт 1 статьи 703 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику (пункт 1 статьи 720 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Из содержания данных норм Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что договор подряда заключается для выполнения определенного вида работы, результат которой подрядчик обязан сдать, а заказчик принять и оплатить. Следовательно, целью договора подряда является не выполнение работы как таковой, а получение результата, который может быть передан заказчику. Получение подрядчиком определенного передаваемого (т.е. материализованного, отделяемого от самой работы) результата позволяет отличить договор подряда от других договоров.
От трудового договора договор подряда отличается предметом договора, а также тем, что подрядчик сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; подрядчик работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.
Как было установлено ранее, ООО «АСТ Транс» согласно договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с Некоммерческой организаций «Региональный фонд капитального ремонта многоквартирных домов, приняло на себя обязательства по выполнению работ по капитальному ремонту общего имущества (крыши) в многоквартирном доме <адрес>.
Из объявления, размещенного на подъезде ремонтируемого дома следует, что с ДД.ММ.ГГГГ в доме по адресу: <адрес> будут производиться работы по капитальному ремонту кровли. Площадь ремонта 1735 кв.м., подрядчик: ООО «АСТ Транс», прораб Б., заказчик: Региональный фонд капитального ремонта многоквартирных домов в Омской области.
В обоснование исковых требований о признании возникших между ФИО1 и ООО «АСТ Транс» отношений трудовыми истец, ссылалась на то, что, несмотря на заключение между ним и ООО «АСТ Транс» договора подряда, отношения, которые сложились между сторонами в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, имеют все признаки трудовыхотношений, поскольку ФИО1 по заданию ООО «АСТ Транс» выполнял строительные работы, которые не могли выполняться им как самостоятельным хозяйствующим субъектом, он осуществлял деятельность в составе коллектива (бригады), подчинялся установленному трудовому распорядку, со стороны ООО «АСТ Транс» был обеспечен средствами для проведения работ, ответчиком в лице бригадира и иных работников осуществлялся контроль за деятельностью ФИО1 при проведении ремонтных работ. Из представленного в материалы дела журнала следует, что осуществлялся инструктаж по технике безопасности производства работ при допуске к ним ФИО1
Вышеуказанные обстоятельства и вышеперечисленные доказательства, по мнению суда, безусловно, свидетельствуют о выполнении истцом трудовой функции в должности <данные изъяты> в ООО «АСТ Транс».
Допуская истца к работе в качестве <данные изъяты>, ответчик фактически допустил ФИО1 к выполнению конкретной трудовой функции по определенной должности, в связи с чем, работодатель обязан был заключить с ним трудовой договор, но предусмотренную трудовым законодательством обязанность по заключению трудового договора не исполнил.
Таким образом, со ФИО1 как с физическим лицом не мог быть заключен договор подряда на осуществление капитального ремонта объектов капитального строительства на условиях, предусмотренных договором подряда от ДД.ММ.ГГГГ
Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется статьей 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, часть третья которой содержит положение о том, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.
Соответствующие разъяснения по такой ситуации (актуальны для всех субъектов трудовых отношений) даны в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" о том, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (часть третья статьи 19.1 ТК РФ).
Кроме того, из пояснений стороны ответчика следует, что данный договор был заключен после несчастного случая, произошедшего со ФИО1 с целью оказания содействия в получении пострадавшему мер социальной поддержки ввиду причинения вреда здоровью. Также суд считает необходимым отметить, что в материалах дела содержится несколько редакций данного договора, в одной из которых дата указана в числовом формате «ДД.ММ.ГГГГ.», при этом в бланке договора, имеющегося в материалах выплатного дела Фонда социального страхования, дата в договоре указана как «ДД.ММ.ГГГГ».
Таким образом, факт наличия каких-либо договорных отношений, возникших между ФИО1 и ООО «АСТ Транс», а именно существование договора на оказание услуг со стороны ФИО1 Обществу, не нашел подтверждения в ходе судебного следствия.
Аналогичные договоры подряда были представлены в материалы дела в отношении Б., Б., Б., которые были допрошены в ходе судебного разбирательства в качестве свидетелей и пояснили, что совместно с истцом ФИО1 работали на объекте – крыше жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>.<данные изъяты>. Договоры подряда с ними не заключались.
Кроме того, свидетель Б. показал, что ранее с истцом производили ремонт крыши на трех объектах. В день наступления несчастного случая <данные изъяты>, истец упал с крыши, поскольку был не пристегнут страховочный карабин. Работали неофициально, без оформления трудового договора. <данные изъяты>.
Свидетель Б. пояснил, что совместно с истцом ремонтировали кровлю жилого дома, истец отлично справлялся со своей работой, начали работать совместно за месяц до несчастного случая. Истец на крыше всегда находился в поясе и был обучен как им пользоваться. Позже от Б. ему стало известно, что истец в тот день не пристегнул страховочный карабин. Заработную плату им выдал Б., он был бригадиром. Ключи от крыши находились у Б., свободного доступ на крышу не было. Официально не трудоустраивался. Предложили работу, он согласился, начальство видел только в день падения ФИО1,Б. привозил им страховочное оборудование. Они расписались в журнале по технике безопасности и работали. Б. выдавал заработную плату в зависимости от объема выполненных работ. <данные изъяты> Договор подряда с ними не заключался.
Свидетель Б. суду пояснил, что был приглашен для выполнения работ по ремонту кровли пятиэтажного дома, расположенного по адресу: <адрес>, <данные изъяты>. Ему позвонил истец и просил взять его на работу, раньше ДД.ММ.ГГГГ истец уже работал со свидетелем, у него был опыт <данные изъяты>. В день, когда произошел несчастный случай, <данные изъяты>. Б. пояснил, что не является бригадиром, просто имеет большой опыт работы. Ранее истец работал на крыше и знал, как пользоваться поясом для страховки, пояс он не снимал, даже когда работал внизу. <данные изъяты>. Когда истец начал сползать с крыши Б. попытался ему помочь, но ничего сделать не удалось, поскольку карабин на поясе не был застегнут, в связи с чем, произошло падение. Название фирмы, по заданию которой они выполняли кровельные работы ему неизвестно, работают с разными организациями. Официально они трудоустроены не были, <данные изъяты>.
Свидетель С. в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ пояснила, что является <данные изъяты>, в связи с чем, ей известно о том, что ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ООО «АТС Транс», ранее на предприятии находилась трудовая книжка <данные изъяты>, однако запись о трудоустройстве в книжке сделана не была. Трудовая книжка была возвращена Обществом в адрес истца по почте, в подтверждение чего имеется почтовый конверт. До трудоустройства в ООО «АСТ Транс» истец работал <данные изъяты>. В ООО «АСТ Транс» ФИО1 работал в должности <данные изъяты>. После произошедшего <данные изъяты> несчастного случая, выразившегося в падении ДД.ММ.ГГГГ с крыши пятиэтажного дома, она отправляла листки нетрудоспособности в ООО «АСТ Транс». В настоящий момент ФИО1 нигде не работает, его никуда не берут. После несчастного случая истец неоднократно лежал в больнице, травмы, причиненные в результате падения, существенно отразились на его здоровье, он испытывает сильные физические боли.
Свидетель Г. в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ пояснил, что с ООО «АСТ Транс» состоит в договорных отношениях на коммерческой основе. От имени ООО «АСТ Транс» в качестве <данные изъяты> принимал участие при оформлении документов, необходимых в связи с несчастным случаем, произошедшим с истцом, общался с трудовой инспекцией, с лечебным учреждением, с органами прокуратуры органами внутренних дел. Неоднократно посещая истца в больнице, о том что, истец состоял в трудовых отношениях с ООО «АСТ Транст», ФИО1 ему не сообщал.
При рассмотрении настоящего спора, суд приходит к выводу о том, что при отсутствии формализованных актов (трудового договора, приказа о приеме на работу), установлены признаки трудовых отношений, возникших между истцом и ответчиком, ФИО1 был допущен к работе, по поручению работодателя ООО «АСТ Транс» лично выполнял за плату функцию <данные изъяты>, подчинялся правилам внутреннего трудового распорядка ООО «АСТ Транс», следовательно, требование об установлении факта трудовых отношений между ФИО1 и ООО «АСТ Транс» в должности <данные изъяты>, суд находит подлежащим удовлетворению.
При определении периода наличия трудовых отношений суд исходит из следующего.
При наличии того факта, что со стороны работодателя в лице ООО «АСТ Транс» как было установлено ранее, имело место быть допущение нарушений в части надлежащего ведения документации, выразившееся в не оформлении трудовых отношений с сотрудниками, каких-либо доказательств в подтверждение расчета с работниками, в том числе, с истцом, в материалы дела представлено также не было, кроме справки о доходах истца за период – ДД.ММ.ГГГГ. Данная справка была предоставлена в ФСС после произошедшего несчастного случая. Разрешая требования при определении даты возникновения рудовых отношений суд исходит из требования истца, изложенным в исковом заявлении, последующим уточнении и акта-допуска для производства строительно-монтажных работ на территории организации от ДД.ММ.ГГГГ /т. 2 л.д. 32/
Поскольку со стороны ответчика не представлено доказательств в обоснование иного периода трудоустройства истца, суд приходит к выводу, что с ДД.ММ.ГГГГ между сторонами фактически сложились трудовые отношения, поскольку в ходе рассмотрения дела установлен факт допуска истца к работе с ведома ответчика (работодателя), постоянный характер этой работы, личное выполнение истцом определенной трудовой функции в интересах работодателя, истец был ознакомлен с внутренним трудовым распорядком, подчинялся ему, получая за свой труд ежемесячное вознаграждение. Приведение довода истца в обоснование даты окончания периода трудовых отношений сопряженного с закрытием больничного листа суд считает верным, так как факт нечастного случая на производстве не оспаривается сторонами, таким образом, именно наличие нетрудоспособности истца в период с даты происшествия (несчастного случая) по день закрытия больничного, имевшего место в связи с наличием травм, полученных в результате несчастного случая и будет являться основанием для установления периода трудовых отношений. Исходя из данных медицинской документации, представленной при проведении вышеуказанной проверки, подтверждена необходимость освобождения от работы пациента на период лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Таким образом, суд приходит к выводу об установлении периода трудовых отношений, сложившихся между истцом и ответчиком с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и возложении обязанности на общество с ограниченной ответственностью «АСТ Транс» при предъявлении ФИО1 трудовой книжки внести в нее запись о его работе с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности <данные изъяты>.
В силу п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ одним из оснований прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника.
Днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день его работы.
Доводы стороны ответчика о применении к спорным правоотношениям положений ст. 392 Трудового кодекса РФ, суд во внимание не принимает в связи со следующим.
В соответствии с ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.
При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частью первой настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом (ч. 3 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации).
В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость ухода за тяжелобольными членами семьи) (п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").
При этом, в каждом конкретном случае суд оценивает уважительность причины пропуска работником срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, проверяя всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе характер причин, не позволивших работнику обратиться в суд в пределах установленного законом срока.
Суд находит, что в данном случае имеются основания для восстановления срока для обращения истца в суд с требованием об установлении факта трудовых отношений находя, что длительное нахождение истца на стационарном лечении, амбулаторном лечении (когда обращение ФИО1 с жалобами к врачу происходило практически ежемесячно), в том числе, обращения имели место быть
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
ФИО1 длительное время не мог обходиться при передвижении без помощи трости. Выше приведенные факты, по мнению суда, относятся к уважительным причинам пропуска данного срока. Факт осведомленности истца о ненадлежащем оформлении с ним трудовых отношений в период их продолжения не свидетельствует о пропуске им срока обращения в суд.
Помимо изложенного, суд в данном случае принимает во внимание следующее. Оценка фактически установленных обстоятельств по спору позволяет сделать вывод, что предметом рассмотрения иска к ответчику так же является возмещение вреда здоровью работника, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве, компенсация причиненного в результате несчастного случая на производстве морального вреда, вытекающего из факта наличия трудовых отношений. В связи с изложенным, требования истца об установлении факта трудовых отношений с ответчиком с учетом фактического допуска истца к работе являются по существу основанием требований ФИО1 о возмещении вреда здоровью и компенсации морального вреда со стороны работодателя в пользу работника. На требования о возмещении вреда здоровью и компенсации причиненного морального вреда исковая давность не распространяется.
Рассматривая требования ФИО1 к ООО «АСТ Транс» о взыскании утраченного заработка на будущие три года, компенсации морального вреда суд приходит к следующему.
Как было указано ранее, ДД.ММ.ГГГГ истец в составе бригады приступил к выполнению работ на крыше пятиэтажного жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, <данные изъяты>.
Как следует из текста искового заявления, не имея знаний техники безопасности из-за отсутствия обучения и инструктажей, не сформировав по этой причине рефлекс повышенной осторожности при работе на высоте, не умея обращаться с индивидуальными средствами защиты, истец сорвался с крыши здания и упал с высоты пятого этажа на придомовую территорию.
Истец считает, что данный несчастный случай произошел по вине ответчика ООО «АСТ Транс» пренебрегшего правилами охраны труда при проведении высотных строительных работ, являвшихся источником повышенной опасности. Допуск к проведению работ на высоте возможен только в отношении лица, имеющего свидетельство о присвоении ему рабочей профессии «<данные изъяты>», выданного образовательной организацией, поскольку данная профессия включена в Перечень профессий рабочих, должностей служащих, по которым осуществляется профессиональное обучение.
Согласно медицинскому заключению <данные изъяты> диагноз и код диагноза по МКБ-10: <данные изъяты>.
ДД.ММ.ГГГГ составлен акт расследования группового несчастного случая (тяжелого несчастного случая, несчастного случая со смертельным исходом).
Из акта расследования тяжелого несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> следует, что несчастный случай произошел на территории жилого дома (5 этажей) <адрес> при проведении работ по капитальному ремонту кровли. В пункте 4 Акт отражены обстоятельства несчастного случая, а именно: <данные изъяты>.
Причины, вызвавшие несчастный случай, комиссия не устанавливала в связи с отсутствием трудовых отношений. По этой же причине (отсутствием трудовых отношений) не было дано заключение о лицах, ответственных за допущение нарушения законодательных и иных нормативных правовых и локальных актов, явившихся причинами несчастного случая.
ДД.ММ.ГГГГ заместителем директора ООО «АСТ Транс» Г. утвержден акт формы Н-1 о несчастном случае на производстве ДД.ММ.ГГГГ со ФИО1
На основании постановления старшего следователя <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела по ст. № УК РФ по факту получения ФИО1 травм на территории по адресу: <адрес>, отказано <данные изъяты>.
При этом как следует из постановления заместителя прокурора <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ вышеуказанное постановление отменено, в настоящее время по материалу проводится дополнительная проверка.
<данные изъяты>
Кроме того, на основании справки ФКУ «<данные изъяты> степень утраты профессиональной трудоспособности ФИО1 в связи с несчастным случаем на производстве ДД.ММ.ГГГГ установлена в размере <данные изъяты>.
Из пояснений специалиста Государственного учреждения – Омского регионального отделения Фонда социального страхования РФ ФИО2, опрошенной в судебном заседании, следует, что при определении размера пособия по временной трудоспособности принималась во внимание справка 2-НДФЛ, согласно которой доход истца <данные изъяты>. Иных документов, подтверждающих доход истца фонду представлено не было. Начиная с ДД.ММ.ГГГГ, по настоящее время истцу выплачивается пособие, порядок исчисления которого также определен в соответствии с требованиями закона с учетом начисленного дохода за период ДД.ММ.ГГГГ. Претензий относительно начисленный и производимой страховой выплаты со стороны истца не поступало, в ходе рассматриваемого судебного спора не заявлено.
В соответствии с частью 1 статьи 184 Трудового кодекса Российской Федерации при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.
Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами (часть 2 статьи 184 Трудового кодекса Российской Федерации).
Одной из таких гарантий является обязательное социальное страхование, отношения в системе которого регулируются Федеральным законом от 16 июля 1999 г. N 165-ФЗ "Об основах обязательного социального страхования" (далее - Федеральный закон от 16 июля 1999 г. N 165-ФЗ).
Субъектами обязательного социального страхования являются страхователи (работодатели), страховщики, застрахованные лица, а также иные органы, организации и граждане, определяемые в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (абзац второй пункта 2 статьи 6 Федерального закона от 16 июля 1999 г. N 165-ФЗ).
К застрахованным лицам, как следует из содержания абзаца четвертого пункта 2 статьи 6 Федерального закона от 16 июля 1999 г. № 165-ФЗ, относятся граждане Российской Федерации, а также иностранные граждане и лица без гражданства, работающие по трудовым договорам, лица, самостоятельно обеспечивающие себя работой, или иные категории граждан, у которых отношения по обязательному социальному страхованию возникают в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования.
Страхователи (работодатели) обязаны уплачивать в установленные сроки в надлежащем размере страховые взносы (подпункт 2 пункта 2 статьи 12 Федерального закона от 16 июля 1999 г. N 165-ФЗ); выплачивать определенные виды страхового обеспечения застрахованным лицам при наступлении страховых случаев в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования, в том числе за счет собственных средств (подпункт 6 пункта 2 статьи 12 Федерального закона от 16 июля 1999 г. N 165-ФЗ).
В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 7 указанного Закона одним из видов социальных страховых рисков является утрата застрахованным лицом заработка (выплат, вознаграждений в пользу застрахованного лица) или другого дохода в связи с наступлением страхового случая.
Страховыми случаями признаются достижение пенсионного возраста, наступление инвалидности, потеря кормильца, заболевание, травма, несчастный случай на производстве или профессиональное заболевание, беременность и роды, рождение ребенка (детей), уход за ребенком в возрасте до полутора лет и другие случаи, установленные федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (пункт 1.1 статьи 7 названного Закона).
Федеральный закон от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ, как следует из его преамбулы, устанавливает в Российской Федерации правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и определяет порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральным законом случаях.
В статье 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ определено, что обеспечение по страхованию - страховое возмещение вреда, причиненного в результате наступления страхового случая жизни и здоровью застрахованного, в виде денежных сумм, выплачиваемых либо компенсируемых страховщиком застрахованному или лицам, имеющим на это право в соответствии с названным Федеральным законом.
Пунктом 1 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ установлено, что обеспечение по страхованию осуществляется: в виде пособия по временной нетрудоспособности, назначаемого в связи со страховым случаем и выплачиваемого за счет средств на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний; в виде страховых выплат: единовременной страховой выплаты застрахованному либо лицам, имеющим право на получение такой выплаты в случае его смерти; ежемесячных страховых выплат застрахованному либо лицам, имеющим право на получение таких выплат в случае его смерти; в виде оплаты дополнительных расходов, связанных с медицинской, социальной и профессиональной реабилитацией застрахованного при наличии прямых последствий страхового случая.
Пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ установлено, что пособие по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием выплачивается за весь период временной нетрудоспособности застрахованного до его выздоровления или установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности в размере 100 процентов его среднего заработка, исчисленного в соответствии с Федеральным законом от 29 декабря 2006 г. №255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством».
Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пункте 16 Постановления от 10 марта 2011 г. № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» даны разъяснения о том, что за весь период временной нетрудоспособности застрахованного начиная с первого дня до его выздоровления или установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности за счет средств обязательного социального страхования выплачивается пособие по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием в размере 100 процентов его среднего заработка без каких-либо ограничений (подпункт 1 пункта 1 статьи 8, статья 9 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ). Назначение, исчисление и выплата пособий по временной нетрудоспособности производятся в соответствии со статьями 12 - 15 Федерального закона от 29 декабря 2006 г. № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» (с учетом изменений, внесенных Федеральным законом от 24 июля 2009 г. № 213-ФЗ) в части, не противоречащей Федеральному закону от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ.
В соответствии с частью 1 статьи 13 Федерального закона от 29 декабря 2006 г. № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» назначение и выплата пособий по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, ежемесячного пособия по уходу за ребенком осуществляются страхователем по месту работы (службы, иной деятельности) застрахованного лица (за исключением случаев, указанных в частях 3 и 4 названной статьи).
Пособие по временной нетрудоспособности, как следует из положений части 1 статьи 14 Федерального закона от 29 декабря 2006 г. № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством», исчисляется исходя из среднего заработка застрахованного лица, рассчитанного за два календарных года, предшествующих году наступления временной нетрудоспособности, в том числе за время работы (службы, иной деятельности) у другого страхователя (других страхователей).
По общему правилу, содержащемуся в части 1 статьи 4.6 данного Закона, страхователи выплачивают страховое обеспечение застрахованным лицам в счет уплаты страховых взносов в Фонд социального страхования Российской Федерации.
Сумма страховых взносов, подлежащих перечислению страхователями в Фонд социального страхования Российской Федерации, уменьшается на сумму произведенных ими расходов на выплату страхового обеспечения застрахованным лицам. Если начисленных страхователем страховых взносов недостаточно для выплаты страхового обеспечения застрахованным лицам в полном объеме, страхователь обращается за необходимыми средствами в территориальный орган страховщика по месту своей регистрации (часть 2 статьи 4.6 Федерального закона от 29 декабря 2006 г. № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством»).
Аналогичные положения о порядке финансового обеспечения расходов страхователей на выплату страхового обеспечения за счет средств бюджета Фонда социального страхования Российской Федерации предусмотрены в части 2 статьи 15 Федерального закона от 24 июля 2009 г. № 212-ФЗ «О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования».
Вместе с тем Федеральным законом от 24 июня 1998 г. № 125-ФЗ и Федеральным законом от 29 декабря 2006 г. № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» не ограничено право застрахованных работников на возмещение вреда, осуществляемое в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию в соответствии с указанными законами. Работодатель (страхователь) в данной ситуации несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в порядке, закрепленном главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Из представленной в материалы дела справки о назначенных и выплаченных пособиях за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, следует, что ФИО1 в связи с произошедшим с ним несчастным случаем на производстве Фоном социального страхования было выплачено:
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
Кроме того произведена оплата лечения ФИО1 в сумме <данные изъяты>, а также произведена оплата медицинской реабилитации истца на базе <данные изъяты>.
На основании приказа Государственного учреждения – Омского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в связи с наличием <данные изъяты> установлена ежемесячная страховая выплата в период с ДД.ММ.ГГГГ Приказом Государственного учреждения – Омского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 продлена ежемесячная страховая выплата в сумме <данные изъяты> на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.
Из представленных Фондом социального страхования расчетов, пояснений представителя фонда, следует, что при определении размера пособия по временной нетрудоспособности фондом была принята во внимание сумма, указанная в договоре от ДД.ММ.ГГГГ в размере <данные изъяты>. Иных доказательств размера доходов истца, которые могли быть положены в расчет страховой выплаты, предоставлено не было. Размер производимой страховой выплаты истцом не оспаривается.
Как указано выше в результате несчастного случая ФИО1 получил травму на производстве, вследствие чего установлено <данные изъяты>.
Таким образом, ФИО1 за период временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве выплачено пособие по временной нетрудоспособности в размере <данные изъяты>.
Факт получения ФИО1 травмы в связи с производственной деятельностью работодателя и при исполнении трудовых обязанностей установлен в ходе судебного следствия.
Наличия обстоятельств, освобождающих ответчика от ответственности: вследствие непреодолимой силы, умысла потерпевшего, судом не усматривается.
Как в заключении государственного инспектора труда, так и в акте формы Н-1 к качестве причин несчастного случая наличие вины работника и работодателя не установлено. Причин несчастного случая не устанавливались в связи с отсутствием факта трудовых отношений.
Как следует из пояснения свидетелей Б., Б., Б. данных ими входе судебного следствия, падение ФИО1 с крыши пятиэтажного дома № по улице <адрес> произошло по причине того, что последний не пристегнул страховочный карабин. Тогда как из материалов проверки по факту падения ФИО1 и имеющегося в нем фотоматериала следует, что в момент падения страховочный карабин находился на ремне ФИО1 и имел следы бурого цвета (крови). При этом указанные выше свидетели в ходе проверки по факту падения ФИО1 с крыши в своих объяснениях указали, что ФИО1 не был пристегнут страховочный строп к решетке крыши, в связи с чем и произошло падение.
Частью 1 ст. 212 ТК РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).
Ответчик допустил возможность доступа ФИО1 на территорию работодателя и к выполнению ремонтных работ на высоте без соответствующего обучения и инструктажа, чем и были вызваны действия ФИО1, приведшие к наличию несчастного случая, выразившегося в том, что он неправильно воспользовался страховочным оборудованием и допустил падение с крыши.
При рассмотрении требований истца в части возмещения утраты заработка (дохода) на будущее за три года вперед в размере 137196 рублей и установлении ежемесячной выплату в размере 3811 рублей суд находит их неподлежащими удовлетворению по следующим основаниям.
Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами (часть 2 статьи 184 Трудового кодекса Российской Федерации).
Одной из таких гарантий является обязательное социальное страхование, отношения в системе которого регулируются Федеральным законом от 16 июля 1999 г. N 165-ФЗ "Об основах обязательного социального страхования" (далее - Федеральный закон от 16 июля 1999 г. N 165-ФЗ).
Ка было указано ранее ФИО1 производится страховая выплата в связи с несчастным случаем на производстве пропорционально проценту утраты трудоспособности.
Согласно статье 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.
Из приведенных выше нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, осуществляется страхователем (работодателем) по месту работы (службы, иной деятельности) застрахованного лица (работника), в том числе путем назначения и выплаты ему пособия по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием в размере 100 процентов среднего заработка застрахованного. При этом пособие по временной нетрудоспособности входит в объем возмещения вреда, причиненного здоровью, и является компенсацией утраченного заработка застрахованного лица, возмещение которого производится страхователем (работодателем) в счет страховых взносов, уплачиваемых работодателем в Фонд социального страхования Российской Федерации. Лицо, причинившее вред, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред.
Как следует из представленных в материалы дела документов, Приказом Государственного учреждения – Омского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 продлена ежемесячная страховая выплата в сумме <данные изъяты> на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Из пояснений представителя ФСС Омской области ФИО2 и имеющихся в материалах дела документов следует, что при начислении страховой выплаты в пользу потерпевшего за основу принята справка, в которой отражен доход ФИО1, размер которого составляет <данные изъяты>. Тогда как расчет истца предполагает начисление пособия в связи с утратой нетрудоспособности исходя из величины прожиточного минимума, размер которой составляет <данные изъяты>. Одновременная страховая выплата, двух пособий, расчет размера которых произведен по двум разным методикам не предусмотена законодательством.
В случае если на момент несчастного случая сотрудник был трудоустроен и имел заработок, расчет страховой выплаты в связи с частичной утратой трудоспособности производится пропорционально заработной плате.
При производстве ФСС Омской области расчета пособия в связи с утратой трудоспособности ФИО1 был ознакомлен с его методикой и согласен, о чем имеется его собственноручная подпись.
Таким образом, удовлетворение требования об установлении размера страховой выплаты пропорционально величине прожиточного минимума приведет к ухудшению материального положения истца.
Также в части требований о понуждении ответчика к производству выплат на три года вперед, суд считает необходимым отказать, поскольку справкой ФКУ «<данные изъяты> степень утраты профессиональной трудоспособности ФИО1 в связи с несчастным случаем на производстве ДД.ММ.ГГГГ установлена в размере <данные изъяты>
Таким образом, процент утраты профессиональной трудоспособности обозначен определенным периодом, в частности до ДД.ММ.ГГГГ, следовательно, очередное переосвидетельствование истца должно произойти ДД.ММ.ГГГГ (указано в справке) и суд не вправе предрешать выводы комиссии о степени утраты трудоспособности истца на три года вперед, определяя размер страховой выплаты.
Кроме того, истцом не представлено доказательств, что он не имеет возможности трудоустроиться, с учетом степени трудоспособности, получил отказ в трудоустройстве.
Рассматривая требования истца о возложении обязанности на ответчика проиндексировать сумму возмещения вреда здоровью с учетом уровня инфляции, обязать ответчика проиндексировать присужденную судом ежемесячную сумму возмещения вреда при повышении стоимости жизни пропорционально уровню инфляции на ДД.ММ.ГГГГ суд приходит к следующему.
Из положений статьи 1091 ГК РФ следует, что сумма ежемесячных выплат на содержание гражданина, в возмещение вреда причиненного жизни или здоровью подлежит индексации пропорционально росту установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума на душу населения в соответствующем субъекте РФ, по месту жительства потерпевшего.
Размер ежемесячной страховой выплаты индексируется в соответствии с уровнем инфляции в пределах средств, предусмотренных в бюджете Фонда социального страхования РФ на соответствующий финансовый год. Коэффициент индексации и ее периодичность определяются правительством Российской Федерации.
Из справок-расчетов сумм ежемесячных страховых выплат ФИО1 следует, что при определении размера выплаты Фондом социального страхования производится ее индексация.
Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы инепередаваемы иным способом.
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.
Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 указано, что в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя вреда. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.
Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.
В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).
Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).
Таким образом, работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.
Суд полагает установленным факт наличия вины работодателя ООО «АСТ Транс» в причинении тяжкого вреда здоровью ФИО1 при исполнении им трудовых обязанностей, поскольку работодателем не были созданы условия для выполнения им своей трудовой функции. Тот факт, что ФИО1 допустил свое нахождение на крыше пятиэтажного дома безнадлежащим образом пристегнутого страхового оборудования не может являться основанием для отказа в удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда, поскольку входе судебного следствия установлен факт ненадлежащего исполнения работодателем обязательств по охране труда.
Работодатель не освобожден от гражданско-правовой ответственности по возмещению компенсации морального вреда в результате несчастного случая на производстве (смерти работника), поскольку в соответствии со ст. ст. 22, 212 ТК РФ, именно на работодателе лежит обязанность по обеспечению безопасности и условий труда, которые должны соответствовать государственным нормативным требованиям охраны труда.
В связи с этим, доводы представителя ответчика об отсутствии оснований для возмещения Обществом вреда, судом отклоняются.
Между тем, суд при определении размера компенсации морального вреда считает необходимым отметить, что ФИО1 так же должен был проявить должную осмотрительность и при выходе на козырек крыши проверить крепеж страховочного пояса за обрешетку.
Решая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд принимает во внимание следующие обстоятельства: травма, повлекшая за собой тяжкий вред здоровью, истцом получена в ходе выполнения им своей трудовой функции, после получения травмы, исходя из представленных медицинских документов, истец проходил длительное лечение в стационаре, ему была проведена хирургическая операция, реабилитационный период был сопряжен с сильными физическими болями, значительными ограничениями. В настоящее время в результате полученных травм истец <данные изъяты>. В результате истец лишен полноценного, здорового образа жизни, трудоустройство истца является затруднительным, передвигается при помощи трости.
С учетом представленных в дело доказательств, суд исходит из фактических обстоятельств причинения вреда, характера нравственных и физических страданий истца, испытывающего трудности в быту, ограниченного в своих возможностях, испытавшего и испытывающего физические страдания и боль разной степени, суд считает возможным удовлетворить заявленные истцом требования о взыскании в его пользу денежной компенсации морального вреда в размере 450 000 рублей, считая данную сумму разумной, справедливой и обоснованной.
Доводы ответчика о реализации истцом права на судебную защиту за пределами срока исковой давности признаются судом несостоятельными, основанными на неправильном применении норм материального права - части 1 статьи 14 Трудового кодекса, корреспондирующей к части 1 статьи 392 того же Кодекса, предписывающих, что течение сроков, с которыми Трудовой кодекс связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав и обязанностей.
Следовательно, после установления наличия трудовых отношений между сторонами у истца возникает право требовать распространения норм трудового законодательства на имевшие место трудовые правоотношения и, как следствие, предъявлять требования, связанные с трудовыми правоотношениями.
В соответствии с положениями ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета г. Омска подлежит взысканию государственная пошлина в размере 600 рублей, от уплаты которой истец при подаче иска был освобожден.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд,
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «АСТ Транс» об установлении факта трудовых отношений, внесении записи в трудовую книжку, взыскании утраченного заработка, компенсации морального вреда, индексации удовлетворить частично.
Установить факт трудовых отношений между ФИО1 и обществом с ограниченной ответственностью «Аст Транс» в должности <данные изъяты> в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.
Обязать общество с ограниченной ответственностью «АСТ Транс» при предъявлении ФИО1 трудовой книжки внести в нее запись о его работе с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности <данные изъяты>.
Взыскать ООО «АСТ Транс» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 450 000 рублей.
В удовлетворении остальной части требований отказать.
Взыскать с ООО «АСТ Транс» в бюджет города Омска государственную пошлину 600 рублей.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Омский областной суд через Октябрьский районный суд города Омска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья О.М. Диких
Мотивированное решение будет изготовлено 21 июля 2022 года.