АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

24 октября 2023 года г. Красноярск

Судебная коллегия по уголовным делам Красноярского краевого суда в составе председательствующего судьи Лукьяновой Т.М.

судей Злобина И.А., Шатрова А.В.

при секретаре Корниенко А.А.

с участием прокурора Марченко О.В.

защитника-адвоката Соколова И.В.

осужденного ФИО2,

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя – старшего помощника прокурора <адрес> ФИО6 на приговор Железнодорожного районного суда г. Красноярска от 17 августа 2023 года, в соответствии с которым

ФИО2, родившийся <данные изъяты> ранее судимый

- 25.09.2014 Ужурским районным судом Красноярского края по ч.2 ст.228, ст. 70 УК РФ к 3 годам 3 месяцам лишения свободы, освобожден 1.12.2017 по отбытии наказания

осужден по ч. 1 ст. 228 УК РФ к 1 году 2 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Зачтено в срок лишения свободы время содержания Штейгервальда под стражей с 11 июня 2023 года по день, предшествующий дню вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания.

Принято решение о конфискации мобильного телефона «Honor 10A».

С осужденного, в порядке ст.ст. 131-132 УПК РФ, взысканы процессуальные издержки, связанные с выплатой вознаграждения адвокату в размере 4 680 рублей.

Заслушав доклад судьи Шатровой А.В., выступление прокурора Марченко О.В. по доводам апелляционного представления, мнение осуждённого, защитника Соколова И.В. в интересах осужденного, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА

Штейгервальд осужден за незаконные приобретение и хранение наркотических средств в значительном размере, его действия судом квалифицированы по ч. 1 ст. 228 УК РФ.

Согласно приговору, преступление им совершено при следующих обстоятельствах:

в июне 2023 года не позднее 5 часов 16 минут 10 июня 2023 года, точное время не установлено, Штейгервальд в тайнике на участке территории Славянского коттеджного поселка примерно в 100 м от <адрес> незаконно приобрел оставленное неустановленным лицом вещество, содержащее в своем составе PVP (синонимы: а - пирролидиновалерофенон; 1-фенил-2-(пирролидин-1-ил)пентан-1-он), который является производным наркотического средства N-метилэфедрон), массой превышающей 0,546 грамма. Часть наркотического средства Штейгервальд употребил, а оставшуюся – массой 0,546 грамма, стал хранить при себе для личного употребления. 10.06.2023 года в 22 часа 40 минут Штейгервальд был задержан сотрудниками полиции у <адрес>, а находящееся при нем вышеуказанное наркотическое средство изъято 11.06.2023 года в ходе личного досмотра в период с 1 часа до 1 часа 20 минут.

В апелляционном представлении государственный обвинитель, не соглашаясь с приговором, считает его незаконным. Указывает, что Штейгервальд органами предварительного следствия обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ. Стороной обвинения в качестве доказательств предоставлены показания обвиняемого, данные Штейгервальдом в ходе предварительного следствия, в которых он указывал, что в мае 2023 года он устроился в интернет-магазин в качестве курьера-закладчика. 9 июня 2023 года по указанию оператора интернет-магазина приехал в <адрес> для получения мини-оптовой партии наркотиков, часть обнаруженного наркотика употребил, а оставшуюся намеревался разложить по тайникам на территории <адрес>, однако довести свой умысел до конца не смог, так как был задержан сотрудниками полиции. Также предоставлен протокол проверки показаний на месте, в ходе которой Штейгервальд указал месторасположение мини-оптовой закладки, которую посредством ресурсов интернет-магазина намеревался разместить по тайникам на территории <адрес>. В представлении указано, что об умысле на сбыт наркотического средства свидетельствуют обнаруженные по месту жительства в ходе обыска полимерные пакетики с контактной застежкой, которые могут быть использованы для фасовки наркотических средств на разовые дозы. Суд признал доказанной вину Штейгервальда в незаконном приобретении и хранении наркотических средств в значительном размере. Автор представления не согласен с выводами суда, что в ходе судебного заседания не представлено доказательств об умысле подсудимого на передачу наркотического средства другому человеку. Обращает внимание, что в приговоре не содержится указаний, по какой причине судом отвергнуты доказательства, на которые ссылалась сторона обвинения (протокол допроса обвиняемого, протокол проверки показаний на месте). Также указывает, что с учетом фактического задержания Штейгервальда сотрудниками полиции 10 июня 2023 года, суд необоснованно произвел зачет в срок лишения свободы время содержания под стражей лишь с 11 июня 2023 года. Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в ином составе суда.

В возражениях на апелляционное представление осужденный выражает несогласие с ним, считает, что в судебном заседании обстоятельства дела исследованы всесторонне, его действиям дана надлежащая оценка.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участников судебного заседания, проверив и обсудив доводы апелляционного представления, судебная коллегия, находит обжалуемый приговор суда подлежащий отмене на основании п. 1,2,3 ст. 389.15 УПК РФ, в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела и существенным нарушением уголовно-процессуального и уголовного законов.

В соответствии с ч. 2 ст. 297 УПК РФ приговор суда признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 6, 19 постановления Пленума ВС РФ от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре» в описательно-мотивировочной части приговора, исходя из положений пунктов 3, 4 ч. 1 ст. 305, пункта 2 ст. 307 УПК РФ, надлежит дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого. При этом излагаются доказательства, на которых основаны выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, и приводятся мотивы, по которым те или иные доказательства отвергнуты судом. Выводы относительно квалификации преступления по той или иной статье уголовного закона, ее части либо пункту должны быть мотивированы судом.

Вместе с тем, приговор Железнодорожного районного суда г. Красноярска от 17 августа 2023 года вышеуказанным требованиям не соответствует.

Как следует из содержания обжалуемого приговора Штейгервальд обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ – покушение, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение незаконного сбыта наркотических средств, совершенного с использованием информационно-телекоммуникационных сетей «Интернет», в значительном размере, в составе организованной группы, не доведенные до конца по не зависящим от него обстоятельствам.

Давая оценку собранным доказательствам, суд указал, что в ходе судебного разбирательства не представлены достаточные доказательства, свидетельствующие об умысле подсудимого на сбыт наркотического средства изъятого при нем, на оборудование им закладок для незаконного сбыта, и действия Штейгервальд квалифицировал по ч. 1 ст. 228 УК РФ, как незаконные приобретение и хранение без цели сбыта наркотического средства, совершенные в значительном размере. Обосновывая свой вывод, суд первой инстанции дал оценку имеющейся в материалах дела переписке осужденного с куратором интернет-магазина о предоставлении Штейгервальдом оператору недостоверной информации о приобретении электронных весов, скотча для расфасовки наркотиков, наличия данных о склонности осужденного к употреблению психостимуляторов.

Постановляя обвинительный приговор, суд первой инстанции не привел в нем оценки представленным стороной обвинения доказательствам: показаниям Штейгервальда, данным в ходе предварительного следствия при проверке показаний на месте от 19 июля 2023 года и допросе по сути предъявленного обвинения 24 июля 2023 года, оглашенным в судебном заседании.

По смыслу закона, при постановлении приговора должны получить оценку все рассмотренные в судебном заседании доказательства, как подтверждающие выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, так и противоречащие этим выводам. Суд должен указать в приговоре, почему одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты.

Суждение в приговоре об отсутствии представленных стороной обвинения достаточных доказательств покушения на незаконный сбыт наркотического средства, не основано на анализе представленных стороной обвинения доказательств и не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

Принимая во внимание, что данные нарушения могут быть устранены в настоящем судебном заседании, суд апелляционной инстанции считает необходимым в соответствии с требованиями п. 3 ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ постановить новый обвинительный приговор.

Таким образом, суд апелляционной инстанции, исходя из исследованных в суде первой инстанции доказательств, считает установленными следующие обстоятельства:

Штейгервальд совершил покушение на незаконный сбыт наркотических средств с использованием информационно-телекоммуникационных сетей «Интернет», в значительном размере, в составе организованной группы, не доведенный до конца по не зависящим от него обстоятельствам при следующих обстоятельствах:

у Штейгервальда, не позднее 8 июня 2023 года, находившегося в <адрес> края из корыстных побуждений возник преступный умысел на совершение систематических в течение неопределенного промежутка времени преступлений, связанных с незаконными сбытами наркотических средств с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», для реализации которого не позднее указанной даты посредством обмена электронными сообщениями в программе «Телеграмм» обратился к неустановленному лицу под учетной записью «Максим Максимов» («оператору» преступной группы) с просьбой заняться совместной преступной деятельностью в качестве «курьера», на что указанное лицо ответило согласием. Тем самым, Штейгервальд вступил в преступную группу в качестве «курьера», в обязанности которого входило: своевременно по указанию «оператора» преступной группы извлекать наркотические средства из тайников, перевозить, хранить, фасовать и помещать в тайники, расположенные в обозначенных районах <адрес> для дальнейшего незаконно сбыта совместно с участниками преступной группы, о чем с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» сообщать неустановленному лицу «оператору», выступающему в программе обмена электронными сообщениями «Телеграмм» под учетной записью «Максим Максимов». Таким образом, Штейгервальд объединился с неустановленным лицом – «оператором» преступной группы под ником «Максим Максимов» в сплоченную преступную группу для совершения совместных, систематических, в течение неопределенного длительного промежутка времени преступлений, связанных с незаконными сбытами наркотических средств, спланировали механизм подготовки и совершения преступлений бесконтактным способом с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», распределили роли, схемы взаимодействия с её участниками, и приступили к реализации своих преступных намерений.

Так, реализуя свой преступный умысел, направленный на незаконный сбыт наркотических средств, 9 июня 2023 года не позднее 17 часов 55 минут, получив сообщение в приложении «Телеграмм» от неустановленного лица под записью «Максим Максимов» о местонахождении тайника «закладки» с наркотическим средством, Штейгервальд, согласно отведенной ему роли, проследовал на участок местности, расположенный на территории Славянского коттеджного поселка в <адрес>, где не позднее 5 часов 16 минут 10 июня 2023 года, извлек в котловане, под прикопом в грунте на высоте 1,5 метра от земли, на расстоянии 100 метров от <адрес> вещество, содержащее в своем составе PVP (синонимы: а - пирролидиновалерофенон; 1-фенил-2-(пирролидин-1-ил)пентан-1-он), который является производным наркотического средства N-метилэфедрон), массой превышающей 0,546 грамма, которое стал хранить при себе, с целью последующего совместного незаконного сбыта с участниками преступной группы.

Однако Штейгервальд и неустановленные лица, занимающиеся организацией незаконного сбыта наркотических средств не смогли реализовать свой единый преступный умысел, направленный на незаконный сбыт наркотических средств в значительном размере с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в составе организованной группы, по независящим от них обстоятельствам, так как 10 июня 2023 года в 22 часа 40 минут Штейгервальд у <адрес> по <адрес> в <адрес> задержан сотрудниками полка ППСМ МУ МВД России «Красноярское».

В ходе личного досмотра Штейгервальда, проведенного сотрудниками полиции 11 июня 2023 года в период с 1 часа до 1 часа 20 минут в служебном кабинете отдела полиции № по <адрес>, у Штейгервальда обнаружено и изъято вещество, общей массой 0,546 грамма, которое согласно заключению эксперта № от <дата>, содержит в своем составе PVP (синонимы: а - пирролидиновалерофенон; 1-фенил-2-(пирролидин-1-ил)пентан-1-он), который является производным наркотического средства N-метилэфедрон).

В суде апелляционной инстанции Штейгервальд подтвердил, что получил сведения о «тайнике-закладке» наркотического средства через интернет-магазин для того, чтобы получить наркотик для личного употребления.

Несмотря на указанные утверждения Штейгервальда, его виновность в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, подтверждается совокупностью исследованных доказательств.

Из показаний Штейгервальда, данных им в ходе предварительного следствия в статусе обвиняемого (том 1 л.д. 142-145), следует, что в мае 2023 года он трудоустроился в интернет-магазин «<данные изъяты>» в качестве «курьера-закладчика», отправил копию своего паспорта оператору магазина «Максим Максимов». 9 июня 2023 года примерно в 17 часов 55 минут от оператора магазина получил адрес «тайника-закладки» наркотика, после чего из <адрес> на автобусе он приехал в <адрес> за партией наркотиков, которую нужно было разложить в тайники в <адрес>. Прибыв в <адрес>, нашел «закладку» с наркотическом средством, на расстоянии 100 метров от <адрес> в котловане. Затем он поехал в сторону железнодорожного вокзала для того чтобы уехать в <адрес>. Пока ждал автобус, часть наркотика употребил, а оставшуюся часть намеревался разложить в тайники, однако был задержан сотрудниками полиции.

При этом, судебная коллегия отмечает, что данные Штейгервальдом показания в статусе обвиняемого являются последовательными, и в ходе каждого его допроса, в том числе и при проверке показаний на месте, Штейгервальд, в том числе, в судебном заседании полностью признавал свою вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

При таких установленных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не находит оснований для признания их недопустимыми доказательствами, и кладет их в основу приговора, поскольку указанные показания даны были Штейгервальдом в присутствии защитника-адвоката, что осужденный подтвердил в судебном заседании суда апелляционной инстанции, то есть в условиях, исключающих применение недозволенных методов ведения следствия, после разъяснения ему положений ст. 51 Конституции РФ и ст. 46 - 47 УПК РФ, при этом каких-либо замечаний или дополнений на указанные протоколы допроса ни от защитника, ни от самого осужденного не поступило.

В ходе предварительного следствия Штейгервальд, полностью признавая вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, (том 1 л.д. 60-63) показал, что в мае 2023 года он устроился в интернет-магазин по продаже наркотиков расклейщиком объявлений о приеме на работу. 9 июня 2023 года через мессенджер «Телеграмм», желая получить наркотик для личного употребления, он попросил куратора «Максима Максимова» сообщить ему адрес «тайника-закладки», наркотического средства, якобы для раскладки, которое на самом деле хотел употребить сам. Получив адрес тайника, также посредством мессенджера «Телеграмм», он из <адрес> приехал в <адрес> к дому 38 по <адрес>, где нашел сверток с наркотиком. Часть наркотика употребил, оставшуюся часть хранил при себе, не намереваясь выполнять указание оператора магазина о раскладе наркотиков в <адрес>, так как принял решение уехать обратно в <адрес>, однако был задержан сотрудниками полиции;

Давая оценку указанным показаниям, а также пояснениям осужденного в суде апелляционной инстанции о разъяснении ему следователем перед допросом санкции за незаконный сбыт наркотических средств, что побудило дать его такие показания, судебная коллегия приходит к выводу об их несостоятельности, свидетельствующих о способе построения защиты от предъявленного ему обвинения, и опровергается совокупностью исследованных судом доказательств.

Вместе с тем, положенные в основу настоящего приговора признательные показания Штейгервальда, данные в период предварительного следствия, не являются единственным доказательством, подтверждающим его виновность в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, а полностью согласуются с протоколом проверки показаний на месте, согласно которому Штейгервальд показал маршрут своего движения и место, где он поднял из тайника сверток с наркотическим средством (том 1 л.д. 121-123); показаниями сотрудников полиции ФИО7, ФИО8 об обстоятельствах задержания Штейгервальда, проведения его личного досмотра (том 1 л.д. 32-33, 29-31); показаниями свидетеля ФИО9, участвовавшего в качестве понятного при личном досмотре Штейгервальда сотрудниками полиции <дата> в отделе полиции №, при котором у Штейгервальда во внутреннем кармане сумки обнаружен прозрачный полимерный сверток с кристаллообразным веществом. Сопоставив показания Штейгервальда, данные им в ходе предварительного следствия с указанной перепиской, судебная коллегия признает указанные показания осужденного достоверными.

Помимо свидетельских показаний, виновность Штейгервальда в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, подтверждается совокупностью письменных доказательств.

Согласно протоколу личного досмотра от <дата> в период с 1 часа до 1 часа 20 минут в служебном кабинете Отдела полиции № по <адрес>, в присутствии приглашенных граждан был произведен личный досмотр Штейгервальда, в ходе которого во внутреннем кармане сумки обнаружен полимерный прозрачный сверток внутри которого находится вещество светлого цвета кристаллообразное (том 1 л.д. 7).

Согласно справке об исследовании № от <дата>, изъятое при личном досмотре Штейгервальда вещество, содержит в своем составе PVP (синонимы: а - пирролидиновалерофенон; 1-фенил-2-(пирролидин-1-ил)пентан-1-он), который является производным наркотического средства N-метилэфедрон), массой превышающей 0,546 грамма, включенное в Список 1 Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации, утвержденный постановлением Правительства Российской Федерации от <дата> №.

Согласно заключения эксперта № от <дата> изъятое у Штейгервальда при личном досмотре вещество, массой 0,546 грамм содержит в своем составе PVP (синонимы: а-пирролидиновалерофенон; 1-фенил-2-(пирродидин-1-ил)пентан-1-он), является производным наркотического средства N-метилэфедрона.

Согласно протоколу осмотра от <дата> - мобильного телефона марки «Honor 10A», изъятого в ходе личного досмотра Штейгервальда, следует, что Штейгервальд в период с 8 по <дата> вел переписку с посредством Интернет-приложения «Телеграмм» с куратором интернет-магазина «<данные изъяты>», использовавшим логин «Максим Максимов» по вопросам получения адреса нахождения «тайника-закладки» с наркотическим средством в <адрес>, фасовки обнаруженного наркотика для последующей раскладки по тайникам (том 1 л.д. 89-95).

Согласно проверке показаний на месте от <дата> обвиняемый Штейгервальд в присутствии защитника указал участок местности, расположенный в 100 м от <адрес>, на котором <дата> из тайника (прикопа) поднял закладку со свертком с наркотическим средством.

Протоколом обыска от <дата> – места жительства Штейгервальда по адресу: <адрес>А-1 на компьютерном столе обнаружены и изъяты 59 полимерных пакетиков с контактной застежкой (том 1 л.д.72-76).

Суд, исследовав и оценив представленные доказательства в их совокупности, приходит к выводу о достоверности показаний свидетелей стороны обвинения, данных в ходе предварительного расследования, оглашенных с согласия сторон в суде первой инстанции, оснований для оговора осужденного кем-либо из указанных свидетелей, судом апелляционной инстанции не установлено, поскольку их достоверность определяется соответствием этих показаний со сведениями переписки из телефона Штейгервальда.

Показания приведенных выше свидетелей суд оценивает как относимые, допустимые и достоверные доказательства, поскольку они носят последовательный, непротиворечивый характер, и объективно подтверждаются материалами дела, исследованными в судебном заседании.

Личный досмотр осужденного проведен уполномоченным на то лицом, в присутствии понятых, после разъяснения им их прав и обязанностей. Замечаний и дополнений в ходе проведения личного досмотра и по его окончании от Штейгервальда и иных присутствующих лиц не поступало. При этом законность проведения личного досмотра Штейгервальда подтверждается также показаниями свидетеля ФИО9

Из материалов дела следует, что умысел на сбыт наркотического средства у Штейгервальда сформировался еще до его задержания сотрудниками полиции и вне зависимости от их деятельности, которые фактически лишь фиксировали в установленном законом порядке его действия, связанные с незаконным оборотом наркотических средств.

При этом вид и размер наркотического средства, ставшего предметом преступления, установлен экспертным исследованием № от <дата>, не доверять выводам которому у судебной коллегии оснований не имеется, поскольку оно оформлено надлежащим образом, соответствует требованиям ст. ст. 201, 204 УПК РФ, является научно обоснованным и аргументированным, проведенным в строгом соответствии с положениями уголовно-процессуального закона и Федерального закона от <дата> № 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", с указанием используемой методики исследования.

Оценивая исследованные судом доказательства в соответствии с требованиями ст.ст. 17, 87, 88 УПК РФ, судебная коллегия признает их относимыми, допустимыми, достоверными, а в совокупности - достаточными для рассмотрения уголовного дела.

С учетом изложенного, выводы суда первой инстанции о недоказанности умысла у Штейгервальда на сбыт наркотического средства, а также доводы стороны защиты и осужденного о том, что, несмотря на поднятие закладки, Штейгервальд не намеревался в дальнейшем сбывать наркотическое средство, а целью его таких действий являлось получение от интернет-магазина наркотического средства для личного употребления, без фактического выполнения работы по раскладыванию полученных им наркотических средств судебная коллегия находит несостоятельными и полностью опровергаемыми исследованными доказательствами, представленными стороной обвинения.

При этом судебная коллегия приходит к выводу о том, что время и место совершения преступления (покушение на сбыт наркотического средства), поднятие Штейгервальдом указанного наркотического средства из тайника-закладки, снятие им до задержания общей упаковки и оставление при себе свертка с наркотическим средством, сведения, полученные из переписки в мобильном телефоне, также изъятом у него, указывают на наличие в действиях Штейгервальда умысла, направленного именно на сбыт оставшегося объема наркотического средства, массой 0,546 грамма.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу об обоснованности апелляционного представления и полагает необходимым квалифицировать преступные действия Штейгервальда по ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ – покушение, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение незаконного сбыта наркотических средств совершенного с использованием информационно-телекоммуникационных сетей «Интернет», в значительном размере, в составе организованной группы, не доведенное до конца по не зависящим от него обстоятельствам.

Оснований для иной квалификации действий осужденного, в том числе для его оправдания, судебная коллегия не усматривает.

Судебная коллегия приходит к выводу о доказанности квалифицирующих признаков «с использованием информационно-телекоммуникационных сетей «Интернет», в значительном размере, в составе организованной группы», поскольку получение сведений о тайнике с наркотическим средством посредством программы мгновенного обмена сообщениями «Телеграмм». Штейгервальд осознавал и располагал сведениями о том, что принимал участие в устойчивой группе лиц, заранее объединившихся для совершения нескольких преступлений, связанных с незаконным сбытом наркотических средств, выполнял возложенные на него обязанности: своевременно по указанию «оператора» извлекать наркотические средства из тайников, перевозить, хранить, фасовать и помещать их в тайники, расположенные в обозначенных районах <адрес> для дальнейшего незаконного сбыта совместно с участниками преступной группы.

При квалификации действий подсудимого суд учитывает постановление Правительства Российской Федерации от <дата> № согласно которому N-метилэфедрон включен в Список наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, оборот которых в Российской Федерации запрещен (список I). Значительным размером для наркотического средства N-метилэфедрон и его производных является размер, превышающий 0,2 грамма, но не превышающий 1 грамм, крупным размером является размер, превышающий 1 грамм.

По заключению судебно-психиатрической экспертизы №/с от <дата> ФИО1 каким-либо хроническим психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, которые лишали бы его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в период деяния, в котором он обвиняется, не страдал и не страдает в настоящее время, понимает противоправность и наказуемость деяния, критически оценивает ситуацию, в связи с чем, по своему психическому состоянию может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

При определении вида и размера наказания судебная коллегия учитывает характер и степень общественной опасности содеянного подсудимым, степень его фактического участия в совершении преступления, значение этого участия для достижения цели преступной группы, данные о его личности, который в целом удовлетворительно характеризуется, а также влияние назначаемого наказания на исправление Штейгервальда и условия жизни его семьи, здоровье близкого родственника.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, судебная коллегия признает и учитывает полное признание вины, активное способствование раскрытию и расследованию преступления путем сообщения значимой информации для дела информации по изобличению себя в совершении преступления, предоставления доступа к мобильному телефону, участие в проверке показаний на месте.

В качестве обстоятельства, отягчающего наказание, судебная коллегия признает рецидив преступлений, который в соответствии с п. «б» ч.2 ст.18 УК РФ признается опасным.

Оценивая приведенные обстоятельства в их совокупности, судебная коллегия приходит к выводу, что исправление осужденного и предупреждение совершения им новых преступлений может быть достигнуто только путем назначения наказания в виде реального лишения свободы без назначения дополнительных видов наказания и без применения к нему положений ст. 73 УК РФ об условном осуждении. Судебная коллегия не находит оснований для назначения более мягкого наказания, не связанного с изоляцией от общества осужденного, полагая данное наказание справедливым.

С учетом совершения неоконченного преступления, судебная коллегия применяет правила ч.3 ст.66 УК РФ.

В связи с наличием обстоятельства, отягчающего наказание осужденного, отсутствуют правовые основания для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Вместе с тем, при назначении наказания суд учитывает поведение Штейгервальда после совершения преступления, его раскаяние, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, наличие указанных выше смягчающих обстоятельств, данные о его личности, суд полагает возможным признать указанные выше обстоятельства исключительными, дающими основание для назначения наказания с применением положений ст.64 УК РФ – ниже низшего предела санкции статьи, в связи с чем, применение положений чч. 2 и 3 ст. 68 УК РФ, судебная коллегия не обсуждает.

В силу п. «б» ч.1 ст.58 УК РФ наказание в виде лишения свободы надлежит отбывать в исправительной колонии строгого режима.

Оснований для замены лишения свободы принудительными работами, в соответствии с ч.2 ст. 53.1 УК РФ, не имеется.

Ранее избранную осужденным меру пресечения в виде заключения под стражу, в связи с вступлением настоящего приговора в законную силу в день его вынесения, следует отменить.

Разрешая судьбу вещественных доказательств, судебная коллегия руководствуется положениями ст. 81 УПК РФ, а также тем фактом, что приговор в этой части сторонами не оспорен.

Поскольку в обвинительном заключении не указано об использовании осужденным изъятого у него мобильного телефона в сфере незаконного оборота наркотических средств, судебная коллегия не находит оснований для конфискации мобильного телефона «Honor 10A», изъятого у Штейгервальда при личном досмотре в порядке п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ.

С учетом отмены приговора Железнодорожного районного суда г. Красноярска от 17 августа 2023 года, при котором разрешен вопрос о взыскании процессуальных издержек с осужденного в размере 4 680 рублей, судебная коллегия, не находит оснований для освобождения осужденного от выплаты указанных процессуальных издержек, и полагает взыскать их с осужденного.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.23, 389.28, 389.31, 389.32, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ПРИГОВОРИЛА:

Приговор Железнодорожного районного суда г. Красноярска от 17 августа 2023 года в отношении ФИО2, отменить, вынести новый обвинительный приговор.

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы с применением ст. 64 УК РФ на срок 7 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислять с 24 октября 2023 года.

Зачесть в срок наказания время задержания и содержания Штейгервальда под стражей с 10 июня 2023 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день задержания и содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Вещественные доказательства:

- наркотическое средство, переданное в камеру хранения ОП № МУ МВД России «Красноярское» (квитанция № от <дата>), хранить до принятия решения по выделенному в отдельное производство уголовному делу;

- 59 полимерных пакетов, переданных на хранение в камеру хранения ОП № МУ МВД России «Красноярское» (квитанция № от <дата>), уничтожить;

- материалы в отношении Штейгервальд, находящиеся в уголовном деле (том 1 л.д. 5-12), хранить в уголовном деле в течение всего срока хранения уголовного дела;

- мобильный телефон марки «Honor 10A», изъятый у Штейгервальд, вернуть ему по принадлежности.

Меру пресечения в виде заключения под стражей в отношении Штейгервальда отменить, в связи с вступления приговора в законную силу в день его вынесения.

Взыскать с осужденного Штейгервальд денежные средства в сумме 4 680 рублей в качестве возмещения расходов средств федерального бюджета, выплаченных в виде процессуальных издержек адвокату ФИО10, в связи с оказанием юридической помощи Штейгервальду по уголовному делу.

Апелляционный приговор может быть обжалован в кассационном порядке в соответствии с главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного решения, а для осужденных, содержащихся под стражей, - со дня вручения копии такого решения. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела в суде кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: