БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

31RS0022-01-2022-006069-29 33а-4068/2023

(2а-112/2023 (2а-3133/2022) ~ М-3382/2022)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Белгород 10 августа 2023 года

Судебная коллегия по административным делам Белгородского областного суда в составе

председательствующего Самыгиной С.Л.,

судей Колмыковой Е.А., Маликовой М.А.

при секретаре Гайворонской Н.Ю.

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению прокурора города Белгорода в интересах неопределенного круга к ФИО1 о прекращении действия права на управление транспортными средствами,

по апелляционной жалобе ФИО1

на решение Свердловского районного суда г. Белгорода от 11 мая 2023 года.

Заслушав доклад судьи Колмыковой Е.А., объяснения административного ответчика ФИО1, его представителя ФИО2 (по ордеру), поддержавших доводы апелляционной жалобы, представителя административного истца прокуратуры города Белгорода - прокурора гражданско-судебного отдела прокуратуры Белгородской области ФИО3 (по доверенности), возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

прокурор города Белгорода в порядке статьи 39 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, в интересах неопределенного круга лиц, обратился с административным иском в суд, в котором просил:

- прекратить действие права ФИО1 на управление транспортными средствами в связи с состоянием его здоровья до прекращения диспансерного наблюдения в связи со стойкой ремиссией;

- возложить на ФИО1 сдать водительское удостоверение №, выданное 11 мая 2016 года.

В обоснование заявленных требований административный истец указал, что в ходе проведенной проверки исполнения законодательства в сфере обеспечения безопасности дорожного движения в соответствии с требованиями Федерального закона №196-ФЗ от 10 декабря 1995 года «О безопасности дорожного движения», установлено, что ФИО1, имея действующее водительское удостоверение № от 11 мая 2016 года на право управления транспортными средствами, состоит под диспансерном наблюдением в ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер» с диагнозом: <данные изъяты>, код заболевания <данные изъяты>, имеет медицинские противопоказания для управления автотранспортными средствами, установленные в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 29 декабря 2014 года № 1604 «О перечнях медицинских противопоказаний, медицинских показаний и медицинских ограничений к управлению транспортным средством».

Решением Свердловского районного суда города Белгорода административный иск удовлетворен. Прекращено действие права на управление транспортными средствами ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, водительское удостоверение № категории В, В1 (АS), М, выданное 11 мая 2016 года, в связи с состоянием его здоровья до прекращения диспансерного наблюдения в связи со стойкой ремиссией; возложена на ФИО1 обязанность сдать водительское удостоверение.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить, как незаконное, указывая на несоответствие выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела, на нарушение норм материального и процессуального права, неверную оценку собранных по делу доказательств.

Относительно доводов апелляционной жалобы письменных возражений не поступило.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились уведомленные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства заинтересованные лица УГИБДД УМВД России по Белгородской области (путем размещения информации на официальном сайте суда, электронным письмом, врученным 4 августа 2023 года) (т. 2 л.д. 34, 43), УМВД России по Белгородской области (путем размещения информации на официальном сайте суда, курьерской доставкой 20 июля 2023 года) (т. 2 л.д. 34, 40), ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер» (путем размещения информации на официальном сайте суда, электронным письмом, врученным 27 июля 2023 года) (т. 2 л.д. 34, 42).

Участники процесса о причинах неявки не сообщили, доказательств уважительности причин неявки не представили, ходатайств об отложении рассмотрения апелляционной жалобы не поступало, их явка не признана судом обязательной.

Неявка лиц, извещенных в установленном порядке о времени и месте рассмотрения административного дела, является их волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве дела и иных процессуальных прав.

На основании части 2 статьи 150, части 6 статьи 226, части 2 статьи 306 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив законность и обоснованность судебного постановления по правилам статьи 308 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены решения суда.

Удовлетворяя административные исковые требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Федерального закона от 10 декабря 1995 года № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения», исходил из установления факта наличия у административного ответчика заболевания, относящегося к числу медицинских противопоказаний для допуска к управлению транспортными средствами, препятствующего безопасному управлению транспортными средствами и нарушающего принцип обеспечения безопасности дорожного движения и прав неопределенного круга лиц, отсутствия доказательств снятия с учета в связи со стойкой ремиссией.

С указанными выводами суда следует согласиться.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 имеет водительское удостоверение №, выданное 11 мая 2016 года на право управления транспортными средствами категории В, В1 (AS), М, сроком действия до 11 мая 2026 года, что подтверждается карточкой операций с водительским удостоверением (т. 1 л.д. 7).

С 29 октября 2012 года ФИО1 состоит под диспансерным наблюдением в ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер» с диагнозом: <данные изъяты>, код заболевания <данные изъяты>. Данное обстоятельство подтверждается заключением врачебной комиссии ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер», справкой главного врача ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер», медицинской документацией (т. 1 л.д. 8-12, 26, 27-74).

Из медицинской карты амбулаторного наркологического больного ФИО1 следует, что он с 29 октября 2012 года по 1 декабря 2022 год состоял под диспансерным наблюдением ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер» ввиду <данные изъяты>, многократно проходил стационарное лечение в наркологическом отделении ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер» с диагнозом: <данные изъяты>, получал лечение, выписывался с рекомендациями диспансерного наблюдения у врача <данные изъяты> по месту жительства и полного отказа от <данные изъяты>. С 2021 года ФИО1 диспансерное наркологическое отделение не посещал, на прием к врачу не являлся.

Решением комиссии ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер» от 1 декабря 2022 года № ФИО1 снят с диспансерного наблюдения в связи с заявлением об отказе от диспансерного наблюдения (т. 1 л.д. 206).

Постановлением Правительства Российской Федерации 29 декабря 2014 года № 1604 утверждены Перечни медицинских противопоказаний, медицинских показаний и медицинских ограничений к управлению транспортными средствами, согласно которым противопоказаниями к управлению транспортными средствами являются психические расстройства и расстройства поведения, связанные с употреблением психоактивных веществ (код F10 - F16, F18, F19), до прекращения диспансерного наблюдения в связи со стойкой ремиссией (выздоровлением).

В соответствии с Порядком диспансерного наблюдения за лицами с психическими расстройствами и (или) расстройствами поведения, связанными с употреблением психоактивных веществ, утвержденным приказом Минздрава России от 30 декабря 2015 года № 1034н, диспансерное наблюдение представляет собой динамическое наблюдение, в том числе необходимое обследование, за состоянием здоровья пациентов в целях своевременного выявления, предупреждения, осложнений, обострения заболевания, иных патологических состояний, их профилактики, осуществления лечения и медицинской реабилитации указанных лиц, а также подтверждения наличия стойкой ремиссии заболевания (пункт 2).

Диспансерное наблюдение организуется при наличии информированного добровольного согласия в письменной форме, данного с соблюдением требований, установленных статьей 20 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (пункт 5).

В соответствии с пунктом 12 Порядка диспансерного наблюдения за лицами с психическими расстройствами и (или) расстройствами поведения, связанными с употреблением психоактивных веществ, утвержденного Приказом Минздрава Российской Федерации № 1034н от 30 декабря 2015 года, решение о прекращении диспансерного наблюдения принимает врачебная комиссия при наличии у пациентов с диагнозом <данные изъяты> (код заболевания <данные изъяты>), в том числе граждан, находившихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы, при предоставлении из них медицинской документации о прохождении лечения и подтверждении ремиссии:

- подтвержденной стойкой ремиссии не менее трех лет;

- подтвержденной стойкой ремиссии не менее двух лет при условии самостоятельного обращения пациента за оказанием медицинской помощи по профилю «психиатрия-наркология» и отсутствия возложенной судом обязанности пройти диагностику, профилактические мероприятия, лечение и (или) медицинскую и (или) социальную реабилитацию в связи с потреблением наркотических средств или психотропных веществ без назначения врача либо новых потенциально опасных психоактивных веществ.

Решение о прекращении диспансерного наблюдения принимается врачом-психиатром-наркологом (врачом-психиатром-наркологом участковым) в случае смерти пациента, изменения пациентом постоянного места жительства с выездом за пределы обслуживаемой медицинской организацией территории (на основании письменного заявления пациента об изменении места жительства в целях прекращения диспансерного наблюдения в медицинской организации), письменного отказа пациента от диспансерного наблюдения (пункт 13 приказа Минздрава России от 30 декабря 2015 года № 1034н). Сведения о диспансерном наблюдении вносятся в медицинскую карту амбулаторного наркологического больного (пункт 14 приказа Минздрава России от 30 декабря 2015 года № 1034н).

Таким образом, при разрешении вопроса о наличии оснований для прекращения права управления транспортными средствами у лица, имеющего водительское удостоверение и страдающего алкоголизмом, наркоманией или токсикоманией, правовое значение имеет наличие (отсутствие) у гражданина состояния стойкой ремиссии.

Организация квалифицированной медицинской помощи лицам, имеющим упомянутый диагноз, включающая назначение необходимого лечения, реабилитацию и подтверждение ремиссии, возложена на соответствующего врача (психиатра-нарколога), на что прямо указано в вышеназванных приказах Минздрава. При этом само по себе нахождение лица на диспансерном наблюдении, не свидетельствует ни о наличии, ни об отсутствии у него стойкой ремиссии, поскольку таковая устанавливается в определенном законом порядке.

Снятие с диспансерного наблюдения не тождественно прекращению диспансерного наблюдения в связи со стойкой ремиссией (выздоровлением), с которым пункт 7 Перечня медицинских противопоказаний, медицинских показаний и медицинских ограничений к управлению транспортным средством связывает соответствующие правовые последствия.

Материалами дела подтверждается наличие у ФИО1 заболевания, относящегося к числу медицинских противопоказаний для осуществления деятельности, связанной с управлением автотранспортными средствами, являющимися источниками повышенной опасности для окружающих, которое, является основанием для прекращения действия специального права на управление транспортными средствами в соответствии с положениями Федерального закона от 10 декабря 1995 №196 «О безопасности дорожного движения».

Доказательств снятия ФИО1 с диспансерного учета на основании заключения врачебно-консультативной комиссии в связи со стойкой ремиссией (выздоровлением), как предусмотрено действующим законодательством, материалы дела не содержат.

В целях личного обследования ФИО1 и установления объективного диагноза на момент рассмотрения административного иска определением суда назначена комплексная амбулаторная судебная психолого-психиатрическая экспертиза. Из выводов заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов ОГКУЗ «Белгородская областная клиническая психоневрологическая больница» от 1 марта 2023 года №303 следует, ФИО1 в настоящее время обнаруживает признаки психического расстройства в форме: <данные изъяты> (код <данные изъяты>). Об этом свидетельствуют данные анамнеза <данные изъяты>. ФИО1 обнаруживает признаки психического расстройства и расстройства поведения, связанным (вызванным) с <данные изъяты> в форме <данные изъяты>. Ответить на вопрос суда «наблюдается ли у ФИО1 состояние ремиссии, и если наблюдается, то какова его длительность?» не представляется возможным, по причине отсутствия сведений об употреблении им <данные изъяты> в период с 2021 года и по настоящее время. Выявленное у ФИО1 психическое расстройство входит в Перечень медицинских противопоказаний к управлению транспортным средством, утверждённый постановлением Правительства Российской Федерации от 29 декабря 2014 года №1604.

Допрошенный в судебном заседании врач психиатр-нарколог, судебно-психиатрический эксперт ОГКУЗ «Белгородская областная клиническая психоневрологическая больница» К. поддержал выводы заключения, пояснил, что ФИО1 в настоящее время обнаруживает признаки психического расстройства в форме <данные изъяты> (код <данные изъяты>), признаки психического расстройства и расстройства поведения, связанным с <данные изъяты>. В связи с отсутствием достоверных сведений об <данные изъяты> с 2021 года, состояние ремиссии и ее длительность, установить невозможно.

В соответствии с частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В силу абзаца 2 статьи 1 Федерального закона от 10 декабря 1995 №196 «О безопасности дорожного движения», задачами указанного Федерального закона являются охрана жизни, здоровья и имущества граждан, защита их прав и законных интересов, а также защита интересов общества и государства путем предупреждения дорожно-транспортных происшествий, снижения тяжести их последствий.

Статьями 25, 26 указанного Федерального закона предусмотрено, что право на управление транспортными средствами предоставляется гражданам Российской Федерации, достигшим установленного возраста и не имеющим противопоказаний к управлению транспортными средствами, сдавшим квалификационные экзамены на получение права управления транспортными средствами.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии законных оснований для прекращения действия права на управление транспортными средствами судебная коллегия во внимание не принимает, поскольку из их содержания усматривается, что они направлены на переоценку собранных по делу доказательств.

Само по себе прекращение <данные изъяты>, на что ссылается ответчик, не свидетельствует о выздоровлении ответчика, наличии у него стойкой ремиссии, поскольку данный факт должен быть подтвержден медицинским заключением, которое он суду не представил.

Судебная коллегия также учитывает, что установление для гражданина прямого противопоказания к управлению транспортными средствами свидетельствует о непосредственной угрозе для безопасности дорожного движения, пресечение которой направлено на обеспечение охраны жизни, здоровья и имущества граждан, защиты их прав и законных интересов, а также защиты интересов общества и государства в области дорожного движения.

Поскольку при установлении прямого запрета к управлению гражданином транспортными средствами продолжение действия права управления транспортными средствами противоречит основным принципам законодательства о безопасности дорожного движения, такая деятельность подлежит запрету посредством прекращения действия права на управление транспортными средствами.

Судебная коллегия считает, что, разрешая спор, суд, исходя из заявленных административным истцом требований, правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, дал им надлежащую правовую оценку по правилам статьи 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и постановил законное и обоснованное решение. Выводы суда являются мотивированными, соответствуют обстоятельствам дела, содержанию исследованных судом доказательств и нормам материального права, подлежащим применению по настоящему делу. Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения, судом допущено не было. Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов решения суда и потому не могут служить основанием к отмене этого решения.

По делу отсутствуют предусмотренные статьей 310 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации основания для отмены решения суда в апелляционном порядке.

Руководствуясь статьями 308 – 311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Свердловского районного суда г. Белгорода от 11 мая 2023 года по административному делу по административному исковому заявлению прокурора города Белгорода (ИНН №) в интересах неопределенного круга к ФИО1 (паспорт №) о прекращении действия права на управление транспортными средствами оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение судебной коллегии по административным делам Белгородского областного суда может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы через Свердловский районный суд города Белгорода.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 24 августа 2023 года.

Председательствующий

Судьи