Решение по делу № 02-0787/2025 от 22.07.2025 - о признании ничтожной сделкой дополнительного соглашения к договору страхования ответственности директоров, должностных лиц и компании, взыскании денежных средств, процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда, штрафа.

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 июня 2025 года Никулинский районный суд адрес в составе судьи Казаковой О.А.,

при секретаре фио, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 02-787/2025 по иску фио, фио, фио к СПАО «Ингосстрах», ПАО «ТольяттиАзот» о признании ничтожной сделкой дополнительного соглашения к договору страхования ответственности директоров, должностных лиц и компании, взыскании денежных средств, процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда, штрафа,

УСТАНОВИЛ:

фио, фио, фио обратились в суд с вышеуказанным иском к СПАО «Ингосстрах», ПАО «ТольяттиАзот», ссылаясь на то, что решением Арбитражного суда адрес по делу № А55-35352/2021 с них в пользу ПАО «ТольяттиАзот» были взысканы убытки в размере сумма в связи с одобрением ими в роли членов Совета директоров сделки с нарушением закона, причинившей указанные убытки обществу. С учетом договора страхования ответственности директоров и должностных лиц, заключенного между СПАО «Ингосстрах» и ПАО «ТольяттиАзот» считают, что указанное событие является страховым случаем. Просят с учетом уточненных требований признать ничтожной сделкой дополнительное соглашение № 1 от 14.04.2022 г. к договору страхования ответственности директоров, должностных лиц и компании № 442- 034349/21-21-07913Т, заключенное между ПАО «ТольяттиАзот» и СПАО «Ингосстрах»; взыскать со СПАО «Ингосстрах» в пользу истцов в равных долях сумма, в т.ч.: сумма - сумма ущерба, подлежащего возмещению истцами в пользу ПАО «ТольяттиАзот» на основании решения Арбитражного суда адрес от 25.04.2022 г.; сумма расходы истцов на защиту; сумма— проценты за пользование чужими денежными средствами в соответствии со ст.395 ГК РФ. Проценты за пользование чужими средствами взыскать по день фактической уплаты суммы процентов истцам; взыскать со СПАО «Ингосстрах» в пользу истцов в равных долях за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований истцов штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу Истцов; взыскать со СПАО «Ингосстрах» и ПАО «ТольяттиАзот» по сумма с каждого в качестве компенсации морального вреда в пользу фио, взыскать с СПАО «Ингосстрах» и ПАО «ТольяттиАзот» по сумма с каждого в качестве компенсации морального вреда в пользу фио

Истцы фио, фио, фио в судебное заседание не явились, уведомлялись судом по указанным в иске адресам, однако судебная корреспонденция возвращена без вручения в связи с истечением срока хранения.

Представитель истцов по доверенности фио в судебном заседании поддержал уточненные требования, просил иск удовлетворить.

Ранее, в ходе судебного разбирательства, представил Постановление об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу от 26.04.2023 года в отношении фио, из которого следует, что фио выехал заграницу в 26.11.2021 году и был объявлен в розыск.

Также в материалы дела представлена информация о нахождении фио в розыске в рамках расследуемого уголовного дела. Относительно представления интересов фио по настоящему делу фио суду представлена доверенность от 20.08.2024 года, апостилированная в Австрии, с указанием о месте пребывания фио в адрес.

Представители ответчика СПАО «Ингосстрах» по доверенности фио, фио, фио в судебное заседание явились, возражали против удовлетворения уточненных требований по основаниям, указанным в письменных возражениях на иск.

Представитель ответчика ПАО «Тольяттиазот» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещался надлежащим образом. Представил в материалы дела отзыв и письменную возражения, в которых просил в иске отказать.

Представитель третьего лица ООО «Техник-Парк» не явился, о дате и времени судебного разбирательства извещался судом, что подтверждается сведениями о движении судебной корреспонденции.

Суд, в соответствии со ст.ст.48, 167 ГПК РФ, счел возможным рассмотреть настоящее гражданское дело в отсутствии не явившихся лиц.

Выслушав доводы явившихся лиц, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Как установлено судом в ходе судебного разбирательства и следует из материалов дела, 23.04.2021 года между ПАО «ТольяттиАзот» (компания, страхователь) и СПАО «Ингосстрах» (страховщик) был заключен договор страхования директоров, должностных лиц и компании № 442-034349/21-21-07913Т (Договор страхования). Договор заключен в соответствии с Условиями страхования (Приложение 1).

Для заключения договора страхования адрес Корпорация "Тольяттиазот" фио представил страховщику 23.04.2021 года Заявление об отсутствии требований, из содержания которого следует, что информация о каких-либо требованиях и/или обстоятельствах, которые могут привести к возникновению требований, покрываемых в рамках договора страхования ответственности, отсутствует. При этом, сделана оговорка, что все сведения, указанные в заявлении, имеют существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления, и заявление сделано после наведения подробных справок.

В соответствии с требованиями ч.1 ст.944 ГК РФ при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Указанная императивная обязанность страхователя, направленная на реализацию принципа добросовестности в правоотношениях, разъяснена в пункте 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества» №19 от 25.06.2024.

Суд, оценивая существенность обстоятельств, изложенных в заявлении об отсутствии требований, представленных страховщику генеральным директором адрес фио, отмечает следующее.

Правоотношения по страхованию ответственности членов совета директоров, возлагают на страхователя обязанность предоставить страховщику полную и достоверную информацию для определения вероятности наступления страхового случая и возможных убытков от его наступления.

Предоставление указанной информации возможно исключительно от исполнительного органа общества, поскольку такой орган является бенефициаром информации обо всей хозяйственной деятельности общества.

Использование формы заявления для заключения договора страхования, включающей заверением об отсутствии требований и информации об обстоятельствах, которые могут реализоваться в материально-правовом требовании, позволяет страховщику принять решение о заключении договора или определение его условий (объем страхового покрытия, размер страховой премии и др.)

С учетом указанных обстоятельств суд учитывает, что принятие решения о заключении договора страхования было основано на заверении генерального директора адрес об отсутствии таких требований и обстоятельств.

Обязательность представления заявления на страхование также закреплена в пункте 4.33 Условий страхования ответственности директоров, должностных лиц и компании, в котором регламентировано, что стороны закрепили, что заявлением на страхование является форма заявления, которая предоставляется страхователем для заключения договора страхования и вся сопроводительная информация и документация (включая ссылки на такую информацию и документацию) и фактически рассмотренная страховщиком, в том числе относительно ранее действовавших договоров страхования. Заявление является неотъемлемой частью договора страхования.

Из материалов дела следует, что 05.07.2019 вынесен приговор Комсомольского районного суда адрес по делу №1-1/2019 в отношении фио и других лиц, согласно которому в 2012 году было возбуждено уголовное дело по ч.4 ст.159 УК РФ по факту вывода активов ПАО «ТОАЗ» в период с 2007 по 2012 годы на сумму более сумма. В ходе расследования было установлено, что создана схема, при которой компания экспортировала продукцию (аммиак и карбамид) по заниженным ценам аффилированным с мажоритарными акционерами Nitrochem Distribution и Ameropa, которые принадлежали партнеру фио по бизнесу. Приговором суда установлена обязанность по компенсации осужденными убытков ПАО «ТольяттиАзот» в размере сумма, а в пользу адрес «Уралхим» в размере сумма. Также указанным приговором суда установлено, что осужденные активно использовали подконтрольную одному из членов группы (фио) кредитную организацию АКБ «Тольяттихимбанк» для вывода денежных средств.

Постановлением Судебной коллегии по уголовным делам Шестого кассационного суда общей от 01.03.2022 года приговор оставлен в силе.

С учетом вынесенного приговора суда в п.5.9 Условий страхования были включены особые известные обстоятельства, по которым страховое покрытие не предоставляется (т.1 л.д.57):

- обвинение фио, фио, фио, фио, фио в хищении в 2007-2012 годах продукции ОАО «Тольяттиазот»;

- обвинение управляющего ОАО «Тольяттиазот» фио по факту приобретения путем мошенничества права на принадлежащие ОАО «Тольяттиазот» недвижимые объекты и оборудование агрегата аммиака;

- обвинение фио, фио, фио, фио, фио, фио по факту приобретения в ноябре 2010 года в адрес мошенническим путем права на принадлежащие ОАО «Тольяттиазот» земельный участок и находящиеся на нем объекты недвижимости «Производство метанола производительностью 450 000 тонн в год.

Указанные факты свидетельствуют о том, что адрес Корпорация "Тольяттиазот" осознавал важность сообщения страховщику полной информации для оценки вероятности события.

На основании ч.1 ст.944 ГК РФ стороны включили п. 6.1 Условий страхования, согласно которому сведения и факты, известные единоличному исполнительному органу, исполнительным финансовым директорам, главным исполнительным директорам, операционным директорам или главным юрисконсультам (или занимающим аналогичную должность) какой-либо компании, считаются известным самой компании, а сведения, известные лицам, занимающим указанные должности у страхователя, считаются известными всем компаниям.

Также в п.6.1 Условий страхования предусмотрели, что если застрахованное лицо сознательно допустило существенное искажение или упущение в договоре или недобросовестно исказило или не раскрыло информацию при заключении договора, то на такое лицо не будет распространяться действие по договору страхования в качестве застрахованного.

Оценивая правовую природу заявления об отсутствии требований, подписанного адрес Корпорация «Тольяттиазот» фиоЕ, наряду с иными условиями договора, суд признает его заверением об обстоятельствах, согласно ч.1 ст.431.2 ГК РФ.

В силу ч.1 ст.431.2 ГК РФ сторона, которая при заключении договора либо до или после его заключения дала другой стороне недостоверные заверения об обстоятельствах, имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения (в том числе относящихся к предмету договора, полномочиям на его заключение, соответствию договора применимому к нему праву, наличию необходимых лицензий и разрешений, своему финансовому состоянию либо относящихся к третьему лицу), обязана возместить другой стороне по ее требованию убытки, причиненные недостоверностью таких заверений, или уплатить предусмотренную договором неустойку.

Исходя из буквального содержания п.6.1 Условий страхования, согласно требованиям ст.431 ГК РФ, суд приходит к выводу, что при заключении договора страхования был определен механизм риска наступления нежелательных последствий в виде исключения из покрытия действий застрахованных лиц при любой форме умолчания или сообщения, или нераскрытия информации, необходимой для заключения данного вида страхования.

При оценке содержания п. 6.1 Условий страхования судом учитываются разъяснения, изложенные в п. 34 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора».

Применительно к материалам дела заверение об обстоятельствах было непосредственно отнесено к предмету договора страхования, адрес приняло на себя ответственность за соответствие заверения действительности, в том числе в форме, определенной п. 6.1. Условий страхования.

Застрахованными лицами по договору выступали фио, фио, фио, фио, Бейкер фио (п.16.1 договора страхования).

Согласно приговору Комсомольского районного суда адрес от 12.07.2024 по делу №1-58/2024 в отношении фио, фио, фио установлено, что еще с 2013 года фио с фио разработали план совершения преступления против ПАО «ТольяттиАзот» по хищению денежных средств общества, используя доверительные отношения с бенефициарным владельцем (осужденным фио) и исполняющим обязанности генерального директора корпорации фио обеспечить решения о заключении договора с «МСА-Строй» на строительство склада хранения и отгрузки метанола с наливной эстакадой, организовать составление фиктивного договора, умолчать о факте невозможности строительства, обеспечить внесение корректировок в рабочую документацию с целью создания вида работ со стороны «МСА –Строй», организовать приемку актов выполненных работ.

В соответствии с приговором Комсомольского районного суда адрес фио признан виновным в совершении трех преступлений, предусмотренных ч.4 ст.159 УК РФ и ему назначено наказание на основании ч.3,4 ст.69 УК РФ в виде 13 лет лишения свободы с отбыванием в колонии общего режима со штрафом 1,8 сумма прописью. Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения и срок наказания постановлено исчислять со дня задержания.

Также, в соответствии с приговором Комсомольского районного суда адрес от 22.07.2024 года по делу №1-31/2024 в отношении фио, фио, установлено, что не позднее 01.10.2017 года у ЗГД по экономике и финансам ПАО «ТОАЗ» фио возник преступный умысел, направленный на хищение денежных средств ПАО «ТольяттиАзот» путем обмана и злоупотреблением доверием, с использованием своего служебного положения, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, по заниженной стоимости аффилированного ему общества ООО «ЕвроКемикалс Групп» для реализации сырья ПАО «ТОАЗ» с хищением денежных средств, полученных от разницы цен и иные преступные эпизоды. Из мотивировочной части приговора суда следует, что фио при осуществлении преступной деятельности действовал в интересах фио

Приговором суда фио признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.4 ст.159 УК РФ, ч.1 ст.201 УК РФ, ч.1 ст.201 УК РФ, ч.1 ст.201 УК РФ и ему назначено наказание на основании ч.3,4 ст.69 УК РФ в виде 11 лет лишения свободы с отбыванием в колонии общего режима со штрафом сумма. Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения и срок наказания постановлено исчислять со дня задержания.

Указанные приговоры суда обжаловались, вступили в законную силу: приговор Комсомольского районного суда адрес от 12.07.2024 по делу №1-58/2024 23.01.2025; приговор Комсомольского районного суда адрес от 22.07.2024 года по делу №1-31/2024 23.01.2025.

Суд принимает во внимание, что при заключении договора страхования ответственности директоров и должностных лиц фио, фио скрыли информацию о своей преступной деятельности в отношении ПАО «ТольяттиАзот». Доводы представителя истцов о неотносимости вышеуказанных приговоров суда к рассматриваемому спору отклоняются судом, как несостоятельные, в силу ч.1 ст.944 ГК РФ и вышеуказанных положений п.18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ.

В силу ч.1 ст.9 Закона РФ «Об организации страхового дела» №4015-1 от 27.11.1992 года страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.

При этом умысел установленных указанными судебными актами преступлений исключает случайность наступления события, следовательно, не могут быть событиями, рассматриваемыми в качестве страхового риска.

фио смыслу ч.1 ст.928 ГК РФ действует императивный запрет на страхование противоправных интересов.

В соответствии с ч.4 ст.61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Доводы истцов об иных правовых последствиях представления заведомо ложных сведений применительно к регулированию ч.3 ст.944 ГК РФ отклоняются судом как несостоятельные по вышеуказанным обстоятельствам.

Кроме того, согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 данного Кодекса никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Также в п.75 Постановления Пленума от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», указал, что сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы, например, сделки о залоге или уступке требований, неразрывно связанных с личностью кредитора (пункт 1 статьи 336, статья 383 ГК РФ), сделки о страховании противоправных интересов (статья 928 ГК РФ).

Вышеуказанные руководящие разъяснения Верховного Суда РФ направлены на обеспечение правовой дисциплины в правоотношениях, верховенство закона и защиту концепции добросовестности.

С учетом положений ст.53.1 ГК РФ, пп. 4 п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 30 июля 2013 года № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

Согласно пункта 6.1 Условий страхования, если застрахованное лицо сознательно допустило существенное искажение или упущение в настоящем договоре или недобросовестно исказило, или не раскрыло информацию при заключении договора страхования, то на такое лицо не будет распространяться действие по настоящему договору страхования в качестве застрахованного, если только применимым законодательством не предусмотрено иное.

Руководствуясь вышеуказанными нормами закона и учитывая установленные обстоятельства, суд приходит к выводу о недобросовестности в действиях адрес Корпорация "Тольяттиазот" фио, заключающейся в том, что он осознанно скрыл и сознательно исказил информацию от страховщика об отсутствии обстоятельств и/или претензий, которая существенно влияет на определение вероятности наступления страхового случая по договору страхования, в связи с чем, с учетом согласованного в Условиях страхования пункта 6.1, на истцов не распространяется действие по договору страхования в качестве застрахованных, а действия подлежат квалификации с применением положений ст.10 ГК РФ.

Сторонами договора не оспаривается, что договор страхования является смешанным, комбинированным договором страхования гражданской ответственности и финансовых рисков. В части страхования ответственности он регулируется ст. 931 ГК РФ, в части страхования финансовых рисков (расходов на представителя) – п.4 ст.4 Закона об организации страхового дела и общими положениями ГК РФ об имущественном страховании.

Предметом договора страхования является предоставление страховщиком страхового покрытия в соответствии с условиями настоящего договора при условии соблюдения застрахованными всех обязательств, предусмотренных договором страхования ответственности.

Согласно п.2.2 договора страхования, страховым случаем по договору является:

- наступление ответственности любого застрахованного лица или только в отношении покрытия С компании по обязательствам, возникшим вследствие причинения ущерба третьему лицу в связи с неверным действием застрахованного лица или, только в отношении покрытия С, компании (страхование ответственности), а также, - возникновение расходов у застрахованного, покрываемых по настоящему договору страхования в ходе предотвращения или уменьшения риска возникновения требования или уменьшения риска, возникшего в результате требования к минимуму (страхование финансовых рисков). Расходы на защиту определены в п. 4.7. Договора страхования и включают, помимо прочего, расходы на привлечение юристов / адвокатов в связи с защитой Застрахованными лицами от предъявленных к ним требований.

В преамбуле договора страхования стороны согласовали, что договор является полисом, базирующимся на предъявленных требованиям третьих лиц. Страховое покрытие по настоящему договору страхования предусмотрено исключительно в отношении требований, предъявленных Третьим лицом к застрахованному в период страхования или в период обнаружения, если такой период предусмотрен и о которых страховщик был уведомлен в письменной форме, в соответствии условиями настоящего договора страхования (т.1 л.д.41)

Понятие «требование» сформулировано в пункте 4.2 Условия страхования, согласно которому, письменные претензии и заявления, гражданское, административное, третейское или уголовное разбирательство в отношении застрахованного лица в связи с его неверным действием, включая, но не ограничиваясь медиацией и другими схожими средствами правовой защиты. Любое регулятивное, административное разбирательство, расследование, экстрадиция и прочие разбирательства в отношении застрахованного лица в связи с его неверными действиями и иные основания, указанные в п.4.2 Условий страхования.

В силу ч.3 ст. 931 ГК РФ договор страхования риска ответственности за причинение вреда считается заключенным в пользу лиц, которым может быть причинен вред (выгодоприобретателей), даже если договор заключен в пользу страхователя или иного лица, ответственных за причинение вреда, либо в договоре не сказано, в чью пользу он заключен.

Согласно п. 3 Договора страхования ответственности период страхования с 23.04.2021 года 00:00 по 25.04.2021 года 23:59 с учетом ретроактивной даты 26.04.2019 года.

В соответствии с преамбулой договора страхования договор представляет собой совокупность Полиса, Условий страхования ответственности директоров и должностных лиц и компании, а также любых приложений к договору страхования (как на момент, так и после вступления его в силу) по соглашению страхователя и страховщика.

Согласно п. 6.6.2 условий страхования положения договора страхования могут быть изменены и/или дополнены по соглашению между страховщиком и страхователем в порядке, предусмотренном действующим применимым законодательством. За исключением случаев, прямо предусмотренных договором страхования, все изменения и дополнения к договору оформляются в виде дополнительных соглашений (дополнений) в письменной форме.

14.04.2022 года между ПАО «ТольяттиАзот» и СПАО «Ингосстрах» заключено дополнительное соглашение №1 к договору страхования, в соответствии с которым в Договор страхования был внесен ряд изменений, включая изменение ретроактивной даты с 26.04.2019 года на 01.11.2021 года, что означает, что страхованием покрываются только неверные действия, которые произошли после 23.04.2021 года (даты заключения договора страхования).

В соответствии с п. 4 Договора страхования ответственности, страховая сумма (общий агрегатный лимит ответственности) сумма с установлением в пункте 4 подлимитов. Договором также предусмотрена франшиза по покрытию «В»- сумма в отношении требований, поданных во всех странах мира (кроме США и Канады).

Порядок оплаты страховой премии определен в п.8 договора страхования, согласно которого общая страховая премия составляет сумма оплата осуществляется в рублях по курсу ЦБ РФ на день оплаты Страхователем, в материалы дела представлены платежные поручения № 6773 от 29.04.2021 и № 8143 от 27.05.2021, всего ПАО «ТольяттиАзот» оплачено сумма.

Доводы представителя истцов об оплате страховой премии истцами оцениваются судом критически, поскольку платежное поручение свидетельствует об оплате страховой премии Обществом – ПАО «ТольяттиАзот», доказательств обратного суду не представлено.

В соответствии с условиями договора страхования стороны согласовали страховое покрытие «А», «В», содержание которых раскрыли в п. 1.1 Условий страхования. По страховому покрытию «А» (страхование имущественных интересов директоров, должностных лиц и неисполнительных (независимых) директоров) страховщик возместит застрахованному лицу или от его имени любой ущерб, возникший в результате любого требования третьего лица к застрахованному лицу, впервые заявленного в течение периода страхования или в течение периода обнаружения, если он применим, и о котором Страховщик был уведомлен в письменной форме, за исключением случаев, когда компания письменно подтвердила страховщику свое согласие на возмещение, и в той степени, в которой компании это не запрещено на законных основаниях.

Согласно п. 1.2 Условий страхования, по страховому покрытию «В» (страхование имущественных интересов компании по возмещению ущерба), страховщик возместит компании или от ее имени любой ущерб, возникший в результате любого требования третьего лица к Застрахованному лицу, впервые заявленного в течение периода страхования или в течение периода обнаружения, если он применим и о котором страховщик был уведомлен в письменной форме, при условии, что компания возместила или письменно подтвердила свое согласие на возмещение застрахованному лицу и такой ущерб не является невозмещаемым убытком.

Для установления правовой природы страховых правоотношений по настоящему договору страхования суд учитывает положения п. 139 Кодекса корпоративного управления, одобренного Советом Директоров Банка России от 21.03.2014, согласно которому обществу рекомендуется за счет собственных средств осуществлять страхование ответственности членов совета директоров, с тем чтобы в случае причинения убытков обществу или третьим лицам действиями членов совета директоров эти убытки могли быть возмещены.

Таким образом, страхование ответственности директоров, согласно регулированию, установленному в ч.3 ст.931 ГК РФ, а также с учетом п.139 Кодекса корпоративного управления направлено на возмещение убытков обществу или третьим лицам от неверных действий должностных лиц, включая членов совета директоров.

Согласно ч.1 ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Истцами в качестве оснований иска указано решение арбитражного суда по делу А55-35352/2021, которым с них взысканы убытки в пользу ПАО «ТольяттиАзот». Соответственно, самими истцами обосновывается, что они являются причинителями вреда ПАО «ТольяттиАзот».

Кроме того, указанный факт подтверждается представленным истцами в качестве доказательства решением Арбитражного суда адрес по делу № А55-35352/2021 по иску ПАО «ТольяттиАзот» к фио, фио, фио о взыскании убытков, возникших вследствие нарушения указанными лицами положений ст.53.1 ГК РФ, ст.71 ФЗ РФ от 26.12.1995 №208-ФЗ «Об акционерных обществах».

Решением Арбитражного суда адрес от 25.04.2022 года по указанному делу с фио, фио, фио взысканы убытки за их действия в качестве членов Совета директоров по одобрению 04.09.2020 года факта заключения ПАО «ТОАЗ» и адрес договоров уступки прав требования (цессии) по кредитным договорам, заключенным между ООО «Техник-Парк» и адрес, а именно:

1. Условия заключения договора цессии по кредитному договору <***> от 15.10.2009. ПАО «ТОАЗ» приобретает у адрес право требования задолженности от ООО «Техник-Парк» по кредитному договору <***> от 15.10.2009 за сумма При этом не переуступаются права, вытекающие из договора залога имущества по обеспечению исполнения обязательств по данному кредитному договору

2. Условия заключения договора цессии по кредитному договору <***> от 30.08.2011. ПАО «ТОАЗ» приобретает у адрес право требования задолженности от ООО «Техник-Парк» по кредитному договору <***> от 30.08.2011 за сумма При этом не переуступаются права, вытекающие из договора залога имущества по обеспечению исполнения обязательств по данному кредитному договору и дополнительным соглашениям к нему.

3. Условия заключения договора цессии по кредитному договору <***> от 21.02.2012. ПАО «ТОАЗ» приобретает у адрес право требования задолженности от ООО «Техник-Парк» по кредитному договору <***> от 21.02.2012 за сумма При этом не переуступаются права, вытекающие из договора залога имущества по обеспечению исполнения обязательств по данному кредитному договору и дополнительным соглашениям к нему, а также договора поручительства с ООО «ТОАЗ-ДИОКСИД».

4. Условия заключения договора цессии по кредитному договору <***> от 26.03.2009. ПАО «ТОАЗ» приобретает у адрес право требования задолженности от ООО «Техник-Парк» по кредитному договору <***> от 26.03.2009 за сумма При этом не переуступаются права, вытекающие из договора залога имущества по обеспечению исполнения обязательств по данному кредитному договору и дополнительным соглашениям к нему, а также договора поручительства с ООО «ТОАЗ-ДИОКСИД».

5. Условия заключения договора цессии по кредитному договору <***> от 04.05.2010. 3 А55-35352/2021 ПАО «ТОАЗ» приобретает у адрес право требования задолженности от ООО «Техник-Парк» по кредитному договору <***> от 04.05.2010 за сумма При этом не переуступаются права, вытекающие из договора залога имущества по обеспечению исполнения обязательств по данному кредитному договору и дополнительным соглашениям к нему, а также договора поручительства с ПАО «Трансаммиак».

6. Условия заключения договора цессии по кредитному договору <***> от 02.12.2008. ПАО «ТОАЗ» приобретает у адрес право требования задолженности от ООО «Техник-Парк» по кредитному договору <***> от 02.12.2008 за сумма. При этом не переуступаются права, вытекающие из договора залога имущества по обеспечению исполнения обязательств по данному кредитному договору и дополнительным соглашениям к нему. Срок исполнения обязательства ПАО «ТОАЗ» по оплате сделок по уступке прав требований был установлен – не позднее 30.09.2020.

При рассмотрении дела № А55-35352/2021 арбитражным судом было установлено следующее.

фио, фио, фио являлись членами Совета директоров ПАО «ТольяттиАзот».

В соответствии с п. 1 ст. 64-ФЗ от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» совет директоров (наблюдательный совет) общества осуществляет общее руководство деятельностью общества, за исключением решения вопросов, отнесенных настоящим Федеральным законом к компетенции общего собрания акционеров.

Согласно п.п. 16 п. 1 ст. 65 ФЗ от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества относится принятие решения о согласии на совершение или последующее одобрение сделок с заинтересованностью, аналогичные положения содержит Устав ПАО «ТольяттиАзот» (п. 10.3.16).

При рассмотрении дела суд применил требования ст.71 ФЗ РФ №208-ФЗ «Об акционерных обществах», согласно которой члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и управляющая организация или управляющий, несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

В соответствии с п. 2.2.21 Положения о Совете директоров ПАО «ТольяттиАзот» к компетенции Совета директоров относится вопрос выдачи согласия на совершение или последующее одобрение любых сделок, связанных с закупкой товаров, работ, услуг, в том числе сделок, совершаемых в процессе обычной хозяйственной деятельности Общества, сумма которых превышает сумма на дату принятия решения о заключении таких сделок.

Суд при рассмотрении дела А55-35352/2021 установил, что если бы ответчики действовали разумно и добросовестно по отношению к ПАО «ТольяттиАзот», при принятии решения о согласии на заключение сделок цессии были бы учтены все установленные судом обстоятельства. Очевидно, в условиях осуществления обычной предпринимательской деятельности такие сделки не прошли бы одобрение руководства общества. Кроме того, единственным участником ООО «Техник-Парк» является ПАО «ТольяттиАзот» и ответчики имели возможность получить всю необходимую информацию о деятельности дочерней компании, и знали о финансовом состоянии должника в момент принятия решения об одобрении сделок цессии, но проигнорировали данную информацию.

Таким образом, решением арбитражного суда, вступившим в законную силу, установлено, что фио, фио, фио одобрили заведомо убыточные для общества сделки. Суд установил, что с момента заключения кредитных договоров ООО «Техник-Парк» 11 лет не производило их погашение. Деятельность ООО «Техник-Парк» с 2015 года является убыточной. Согласно бухгалтерского баланса ООО «Техник-Парк» за 2020 год, общество не имело выручки, реальная хозяйственная деятельность отсутствует, а существование поддерживается за счет получения различных займов и кредитов. Кредиты, выданные ООО «Техник-Парк» были многократно реструктуризированы: пролонгированы сроки действия кредитных договоров и перенесены сроки уплаты процентов. Финансовое состояние ООО «Техник-Парк» на протяжении значительного периода времени оценивалось банком как плохое, были выявлены признаки, свидетельствующие об отсутствии реальной деятельности у ООО «Техник-Парк». Также судом было установлено, что ПАО «ТольяттиАзот» осуществило безвозмездное финансирование деятельности ООО «Техник-Парк» на сумму более сумма в период с 01.01.2020 по 31.12.2021 по договору № 20-05858Т от 20.02.2020 для оплаты последним налога на добавленную стоимость, налога на прибыль, операционных расходов. Вместе с тем судом принято во внимание, что уступка требования произошла без перехода прав требований по сделкам, обеспечивающим исполнение обязательств ООО «Техник-Парк» перед адрес (права залога и поручительства).

А также суд установил нарушение фио, фио, фио требований закона, а, именно, п.1 ст.53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Также судом была установлена противоправность их поведения как причинителей вреда, в том числе наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности их действий и размер убытков.

Установив всю совокупность условий для возникновения ответственности фио, фио, фио по ст.53.1 ГК РФ, ст.71 ФЗ РФ «Об акционерных обществах», суд взыскал с них убытки, причиненные ПАО «ТольяттиАзот».

Решение Арбитражного суда адрес от 25.04.2022 года вступило в законную силу 11.11.2022.

В силу ч.3 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, при рассмотрении гражданского дела обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением арбитражного суда, не должны доказываться и не могут оспариваться лицами, если они участвовали в деле, которое было разрешено арбитражным судом.

Принимая во внимание положения ч.3 ст.61 ГПК РФ, а также тот факт, что сторонами не оспариваются установленные решением Арбитражного суда адрес обстоятельства, суд учитывает факт нарушений закона истцами и следующие ранее установленные обстоятельства.

При оценке недобросовестности действий фио, фио, фио суд первой инстанции также принимает во внимание то, что был скрыт факт одобрения совершенных сделок. Постановлением Отделения по адрес Волго-Вятского главного управления Центрального банка Российской Федерации №21-1382/3110-1 от 07.07.2021 по делу об административном правонарушении №ТУ-36-ЮЛ-21-1382 ПАО «ТольяттиАзот» привлечено к административной ответственности по части 2 статьи 15.19 КоАП РФ с назначением административного наказания в виде административного штрафа в размере сумма

В соответствии с Решением Арбитражного суда адрес по делу А55-21447/2021 по заявлению ПАО «ТольяттиАзот» об оспаривании указанного постановления, было установлено, что сведения о принятых 04.09.2020 Советом директоров ПАО «ТОАЗ» решениях, раскрыты ПАО «ТОАЗ» в форме сообщения о существенном факте, с нарушением требований пунктов 15.1, 15.4 Положения Банка России от 30.12.2014 № 454- П «О раскрытии информации эмитентами эмиссионных ценных бумаг» (далее - Положение № 454-П). Указанные выше действия ПАО «ТОАЗ» квалифицированы как нарушение эмитентом, порядка и сроков раскрытия информации, предусмотренной федеральными законами и принятыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами, а равно раскрытие информации не в полном объеме, и (или) недостоверной информации, и (или) вводящей в заблуждение информации, что является нарушением требований ст. 92 Федерального закона № 208-ФЗ от 26.12.1995 "Об акционерных обществах". Ведущим юрисконсультом юридического отдела Отделения по адрес Волго-Вятского главного управления Центрального банка Российской Федерации фио (далее – Отделение, Банк) в отношении ПАО «ТОАЗ» был составлен протокол об административном правонарушении от 27.04.2021 №ТУ-36-ЮЛ-21- 1382/1020-1 по части 2 статьи 15.19 КоАП РФ.

Отсутствие в сообщении о существенном факте «Решения совета директоров (наблюдательного совета)» от 07.09.2020 сведений об условиях сделок, в совершении которых имелась заинтересованность члена Совета директоров ПАО «ТОАЗ» и члена адрес «Тольятихимбанк» фио, повлекло нарушение прав адрес «УРАЛХИМ», остальных акционеров и потенциальных инвесторов ПАО «ТОАЗ», которое заключается в невозможности ознакомления указанных лиц с актуальной и полной информацией о сделках, лишая тем самым указанных лиц возможности принятия своевременных и обоснованных решений.

Указанный судебный акт не оспаривался, вступил в силу.

С учетом установленных фактов в их системной взаимосвязи с иными фактами по допущенным истцами нарушениями, суд при рассмотрении настоящего спорного правоотношения полагает, что действия истцов по одобрению заведомо убыточной для общества сделки, причинившей значительные убытки, не отвечают требованиям ч.1 ст.9 Закона РФ №4015-1 от 27.11.1992 года «Об организации страхового дела» в части случайности, поскольку составляют совокупность последовательных действий, совершенных в рамках строго регламентированных законом корпоративных процедур лицами, наделенными соответствующими полномочиями с возложением соответствующей ответственности.

Кроме того, суд находит состоятельными доводы ответчика о том, что последовательность нарушений по причинению убытков и отсутствие случайности выражается в осуществлении адрес Корпорация «Тольяттиазот» действий по осуществлению ПАО «ТольяттиАзот» безвозмездной финансовой помощи ООО «Техник-Парк» на сумму сумма в период с 01.01.2020 по 31.12.2021 в рамках договора № 20-05858Т от 20.02.2020 для оплаты ООО «Техник-Парк» налога на добавленную стоимость, налога на прибыль, операционных расходов. Указанное действие свидетельствует о полном информировании генерального директора, а также членов Совета директоров о плохом финансовом состоянии ООО «Техник-Парк». Истцы, являясь профессиональными и дипломированными специалистами в области экономики и права, обязаны были осознавать последствия осуществляемых ими действий и принимаемых решений.

Изложенное также свидетельствует, что истцы скрыли от страховщика также информацию обо всех вышеуказанных обстоятельствах, влекущих риск наступления их ответственности для оценки страховщиком вероятности наступления события по договору на стадии заключения договора страхования ответственности, что оценивается судом в качестве недобросовестных действий и, в соответствии с п. 6.1 Условий страхование исключает истцов из числа застрахованных лиц.

В соответствии с пунктом 3 статьи 931 ГК РФ договор страхования риска ответственности за причинение вреда считается заключенным в пользу лиц, которым может быть причинен вред (выгодоприобретателей), даже если договор заключен в пользу страхователя или иного лица, ответственных за причинение вреда, либо в договоре не сказано, в чью пользу он заключен.

С учетом положений ч.3 ст.931 ГК РФ истцы не являются выгодоприобретателями по Договору страхования.

ПАО «ТольяттиАзот», руководствуясь положениями ст.12 ГК РФ, выбрал способ восстановления нарушенного права путем взыскания убытков с виновных лиц (истцов по настоящему делу), никаких требований к СПАО «Ингосстрах» не заявляет, напротив, представил правовую позицию о том, что совершенные истцами действия не покрываются условиями договора страхования.

Само по себе заключение договора страхования ответственности в пользу третьего лица не наделяет застрахованных лиц (истцов) правом самостоятельного обращения за выплатой. Следовательно, истцами не доказана обоснованность материального требования к страховщику.

По условиям п. 4.44 Условий страхования под неверными действиями понимается любое фактическое или предполагаемое неправомерное поведение, ненадлежащее или недобросовестное поведение, представление вводящих в заблуждение заявлений, сообщение ложных сведений, упущение, халатность, несоблюдение условий предоставленных предоставляемых полномочий или невыполнение вверенных обязанностей или других действий, которые могут привести к возникновения ответственности застрахованного лица, которое действовало исключительно в рамках полномочий или любо обстоятельство, явившееся основанием предъявления требований к застрахованному лицу исключительно в виду таких полномочий.

Суд учитывает, что указанные неверные действия ограничены исключениями из страхового покрытия, которые стороны согласовали в разделе 5 Условий страхования, страховое покрытие (страхование) по договору страхования не распространяется на ущерб, возникновение которого связано с требованием. Согласно п.5.1 условий страхования именуемого – «Поведение», которое основано, является следствием или связано с неверными действиями, совершенными умышленно (осознанно) и / или с целью нарушения застрахованным законодательства, правил, нормативно-правовых актов, контрактов, обязанностей или иных обязательств правового характера; или

-незаконным получением выгоды, вознаграждения или преимуществ застрахованным, на которое застрахованный не имел основанного на законе права.

Данное исключение применяется только к Застрахованному, вина которого в таком поведении была доказана окончательным решением суда.

Как отмечалось выше, окончательным решением Арбитражного суда адрес от 25.04.2022 года по делу А55-35352/2021 установлен факт действий истцов, который основан, связан и находится в причинно-следственной связи с нарушением законодательства (ст.53.1 ГК РФ, ст. 71 ФЗ №208- ФЗ «Об акционерных обществах»), а также их обязанностей в рамках исполнения полномочий членов Совета директоров ПАО «ТольяттиАзот».

Руководствуясь положениями ч.3 ст.61 ГПК РФ суд первой инстанции считает, что заявленное истцами событие, в соответствии с указанными условиями договора, не может быть признано страховым случаем.

Проверив доводы ответчика в части необоснованности и незаконности заявленных требования применительно к условиям пункта 5.6 Условий страхования, именуемым предшествующие требования и предшествующие обстоятельства), суд считает их состоятельными.

Согласно п. 5.6 Условий страхования предусмотрено исключение из страхового покрытия, согласно которому основаны, являются следствием и/или имеют отношение к любому административному, уголовному, гражданскому производству, имевшим место ранее даты вступления Договора в силу и/или которые основаны, являются следствием или имеют отношение к обстоятельствам/ неверным действиям, известным какому-либо из Застрахованных лиц до даты начала непрерывности.

Материалами дела подтверждается, что вышеописанные обстоятельства одобрения сделок истцами в роли членов Совета директоров ПАО «ТольяттиАзот» были не только им известны, но и созданы на основании их волевых и юридически значимых действий по одобрению сделок.

При этом, суд учитывает, что в договорах уступки прав требований в п.4.1.7 указано: копия протокола обыска (выемки) от 24.04.2020 года.

Из объяснений представителя ответчика следует, что кредитные договоры, по которым осуществлялась уступка прав требований, были изъяты в рамках обыска и выемки в адрес по уголовному делу. Указанные обстоятельства не оспаривались представителем истца в ходе рассмотрения дела.

Также решением Арбитражного суда адрес от 25.04.2022 года подтвержден факт одновременного отказа при одобрении договоров уступки прав требований от обеспечения в виде залога производственного оборудования и дана оценка таким действиям истцов.

При таких обстоятельствах, наряду с установленной судом по делу недобросовестности истцов, суд считает верным применение к ним положений п.5.6 Условий страхования и исключения события из числа страховых случаем также по указанным основаниям.

При этом, суд считает, что применение положений пункта 5.9 Условий страхования, именуемых как исключение особых известных обстоятельств, по которым по договору страхования не распространяется на ущерб, возникновение которого связано с требованиями, основанными на уголовных делах в отношении фио, невозможно по следующим основаниям.

Из приговора Комсомольского районного суда адрес от 05.07.2019 года по обвинению фио и других лиц по уголовному делу №1-1/2019 следует, что уголовное дело было возбуждено в 2012 году по факту мошеннических действий по выводу активов ПАО «ТольяттиАзот» на сумму сумма с квалификацией по ч.4 ст.159 УК РФ. Было установлен, что в период с 2007 по 2012 годы была создана схема, при которой компания экспортировала продукцию (аммиак и карбамид) по заниженным ценам аффилированным с мажоритарными акционерами Nitrochem Distribution и Ameropa, которые принадлежали партнеру семьи фио по бизнесу фио. Приговор вступил в силу 01.03.2022 года.

Положения п.5.9 Условий страхования, в которые включены особые известные обстоятельства, связанные с обвинение фио, фио, фио, фио, фио, фио, а также фио, фио, фио, фио, фио, фио, исключают возмещение по такой противоправной деятельности, как в силу положений ст.963 ГК РФ, так и в силу договорных положений.

При этом, установленный судебными актами факт владения фио контрольным пакетом ПАО «ТольяттиАзот» и контроль адрес, которому были перечислены денежные средства по одобренным истцами уступкам прав требований, по состоянию на дату одобрения сделки, не может безусловно свидетельствовать о взаимосвязи и действиях истцов в интересах фио, даже с учетом установленности судом таких действий и связи по уголовным делам по обвинению фио, фио.

Из заявления о выплате страхового возмещения следует, что истцы подавали в СПАО «Ингосстрах» заявления о выплате страхового возмещения с требованием о выплате в пользу ПАО «ТольяттиАзот» на счет общества в адрес с указанием конкретных банковских реквизитов, требований о выплате в свою пользу истцы не заявляли. (т.1 л.д. 80, 81, 82). Такая противоречивость поведения истцов судом, на основании ст.1, 10, п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» оценивается через правовой принцип эстоппеля.

Суд учитывает, что эстоппель защищает добросовестную сторону, поэтому он находит свое применение тогда, когда доверие лица, вызванное поведением другой стороны, хотя и противоречит формальной правовой или фактической действительности, но может быть признано разумным, оправданным. Установление обоснованности возникновения доверия прежде всего предполагает выяснение того, знала ли доверившаяся сторона о том, что ее ожидания не соответствуют правовой или фактической действительности.

Каких-либо пояснений суду относительно противоречивости поведения истцов и отсутствия досудебного обращения к СПАО «Ингосстрах» с требованиями о взыскании в свою пользу в ходе рассмотрения дела не представлено. Согласно ч.1 ст.3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов. С учетом вышеизложенного, истцами не доказан факт нарушения их прав, свобод или законных интересов со стороны ответчиков.

В силу ч.1 ст. 963 ГК РФ страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 и 3 настоящей статьи.

Согласно Постановлению о возбуждении уголовного дела по ч.3 ст.30 ст.159.5 УК РФ (страховое мошенничество) возбуждено уголовное дело по факту попытки хищения имущества страховщика путем подачи заявления о выплате страхового возмещения. Производство по уголовному делу приостановлено на основании ст.208 УПК РФ. СПАО «Ингосстрах» признано потерпевшим в рамках вышеуказанного возбужденного уголовного дела по ч.3 ст.30 ч.4 ст.159 УК РФ.

Оценивая доказательства в их системной взаимосвязи, суд считает, что последовательные действия истцов по представлению заверений об отсутствии требований и/или обстоятельств, влекущих риск на стадии заключении договора при наличии такого риска, созданного их действиями, а также неуведомление ПАО «ТольяттиАзот» и СПАО «Ингосстрах» о противоправной деятельности фио, фио в отношении ПАО «ТольяттиАзот», сокрытие информации о факте одобрения сделки с последующим привлечением общества к административной ответственности по ст.15.19 КоАП РФ, а также подача заявления о выплате страхового возмещения причинителями ущерба в пользу ПАО «ТольяттиАзот», а в последующем подача искового заявления с аналогичными требованиями о взыскании в свою пользу, свидетельствуют в контексте положений п. 5.1, 6.1 Условий страхования в соотношении ст. 963 ГК РФ, об исключении события из страхового покрытия.

Согласно информации, опубликованной на сайте ПАО «ТольяттиАзот», 27.11.2021 года на основании решения Внеочередного собрания акционеров ПАО «ТольяттиАзот» полномочия членов Совета директоров (фио, фио, фио) были прекращены. Также в публикации указано, что деятельность прежних органов управления оценивается, как противоречащую интересам ПАО «ТОАЗ» и нанесшую экономический ущерб. Указано, что новый Совет директоров прекратит порочную практику незаконного вывода денег и обеспечит проведение модернизации предприятия.

Материалами дела подтверждается и не оспаривалось сторонами, что Определением Арбитражного суда адрес от 02.08.2023 года в рамках дела № А55-35352/2021 утверждено мирового соглашения между фио и ПАО «ТОАЗ» заключено мировое соглашение, из которого следует, что фио обязался погасить задолженность перед ПАО «ТОАЗ» в размере приходящейся на него 1/3 (одной трети) доли в солидарном долге, а ПАО «ТОАЗ» обязалось не требовать от фио исполнения в оставшейся части долга.

Определением Арбитражного суда адрес от 18.08.2023 года вынесено определение по делу № А55-35352/2021 об отмене обеспечительных мер, принятых ранее Определением Арбитражного суда адрес от 20.12.2021 года в части ареста принадлежащего фио имущества в связи с получением от фио денежных средства в соответствии с условиями мирового соглашения. Взысканные решением суда с истцов в пользу ПАО «ТольяттиАзот» убытки по состоянию на дату рассмотрения дела фио, фио не возмещены.

Действующее законодательство, включая положения ст.965 ГК РФ, не предоставляют причинителям ущерба права на взыскание/ компенсацию выплаченных ими в счет причиненного ими ущерба убытков, соответственно, требования истцов удовлетворению не подлежат.

Рассматривая доводы истцов о признании ничтожным Дополнительного соглашения №1 от 14.04.2022 года к договору страхования, суд учитывает следующее.

Согласно ст. 940 ГК РФ, договор страхования должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность договора страхования, за исключением договора обязательного государственного страхования (статья 969 ГК РФ).

Договор страхования от имени Страхователя подписан 23.04.2021 года адрес Корпорация «Тольяттиазот» фио Как установлено выше, в силу п. 6.19 Условий страхования, Страхователь должен действовать от имени всех застрахованных, имеющих отношение к договору страхования.

В соответствии с п. 4.28 условий страхования, он представляет собой совокупность условий страхования, полиса, а также любых дополнений к договору страхования, как на момент, так и после вступления его в силу, по соглашению страхователя и страховщика.

В соответствии с п. 6.6.2 Условий страхования, положения Договора страхования могут быть изменены и/или дополнены по соглашению между Страховщиком и Страхователем в порядке, предусмотренном действующим применимым законодательством. За исключением случаев, прямо предусмотренных Договором страхования, все изменения и дополнения к договору оформляются в виде Дополнительных соглашений (Дополнений) в письменной форме.

Суд установил, что в период действия договора из средств массовой информации стало известно о заявлено требование миноритарного акционера, владеющего более 10% обыкновенных акций Общества (адрес «Уралхим») от 18 августа 2021 г. о намерении провести голосование по досрочному прекращению полномочий действующих членов совета директоров ПАО «ТольяттиАзот», избранию новых членов и внесению изменений в устав общества. На основании указанной информации страховщик направил страхователю запрос об изменении условий страхования или доплаты страховой премии в размере сумма.

В рамках переговорного процесса, состоявшегося в ходе встреч, проведенных между Страхователем и Страховщиком в период с 20.12.2021 по 15.03.2022 гг., сторонами были достигнуты условия по изменению условий договора страхования, выразившиеся в следующем: увеличение подлимита по расходам на восстановление деловой репутации с 50 до 100 тыс. долл. США; Изменение ретроактивной даты с 26.04.2019 г. на 01.11.2021 г.; 3) cнижение франшизы по секции В с 75 000 долл. США до 60 000 долл. США в отношении требований, поданных в США или Канаде и с сумма од сумма в отношении требований, поданных во всех остальных странах мира.

Материалами дела подтверждается, что 14.04.2022 года ПАО «ТольяттиАзот» и СПАО «Ингосстрах» заключено дополнительное соглашение № 1 в соответствии с которым в Договор страхования были внесены изменения.

В соответствии с п. 1 ст. 450 ГК РФ, изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами или договором.

Многосторонним договором, исполнение которого связано с осуществлением всеми его сторонами предпринимательской деятельности, может быть предусмотрена возможность изменения или расторжения такого договора по соглашению как всех, так и большинства лиц, участвующих в указанном договоре, если иное не установлено законом.

Согласно п. 1 ст. 451 ГК РФ, существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа.

Изменение обстоятельств признается существенным, когда они изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях.

Согласно п. 1 ст. 452 ГК РФ соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное.

Суд учитывает, что сторонами договора страхования выступали ПАО «ТольяттиАзот» и СПАО «Ингосстрах», а также дополнительного соглашения к договору. Кроме того, в условиях договора прямо закреплено право на изменение конкретных условий договора сторонами без условий о получении согласования иных лиц.

Применительно к рассматриваемому спорному правоотношению получение согласия от причинителей вреда на согласование договорных условий являлось бы нарушением прав ПАО «ТольяттиАзот», которому причинены убытки.

Доводы истцов о наличии права на оспаривание Дополнительного соглашения №1 к договору не применимы к положениям ст.166 ГК РФ.

Пункт 1 статьи 430 ГК РФ также не подлежит применению в настоящем деле, поскольку указанная норма регулирует исполнение договоров в пользу третьего лица, при этом право третьего лица на предъявление иска к должнику должно быть прямо предусмотрено в договоре. Такое положение в договоре страхования отсутствует.

Кроме того, оценивая доводы в части применения положений ст.930 ГК РФ, на которую ссылаются истцы, суд считает ее ошибочной, поскольку рассматриваемый договор страхования является страхованием ответственности, а не имущества.

Суд соглашается с позицией ответчиков о том, что заявленный иск представляет собой попытку уйти от ответственности, установленной вступившим в законную силу решением арбитражного суда, в связи с чем иные доводы, включая оспаривание Дополнительного соглашения со ссылкой на ст. 173.1 ГК РФ, необоснованными и незаконными.

Страхование Расходов на защиту регулируется пунктами 2.10, подпунктом 2 пункта 2.19 и пунктом 4.4 Условий страхования.

В соответствии с пунктом 2.10 Условий страхования расходы на защиту являются частью финансового убытка и означают обоснованные и необходимые гонорары, издержки, затраты и расходы (кроме компенсации, подлежащей выплате любым застрахованным лицам или работникам любого общества, оплаты их времени работы, или издержек, или накладных расходов любого общества), понесенные с письменного согласия страховщика, в котором им не может быть безосновательно отказано и которое не может быть им безосновательно задержано, при осуществлении расследования, защиты, разрешения, урегулирования или обжалования любого иска, предъявленного любому застрахованному.

Таким образом, к требованиям истцов подлежат применению условия договора страхования о расходах на защиту. Положения договора страхования о судебных расходах применению не подлежат.

Суд, анализируя все собранные по делу доказательства в их совокупности, приходит к выводу, что исковые требования не подлежат удовлетворению по вышеуказанным основаниям, поскольку истцами не доказано нарушения своих прав, отсутствуют основания для признания спорного соглашения ничтожным, либо для возложения на страховщика обязанности по выплате страхового возмещения.

Учитывая, что суд пришел к выводу об отказе истцам в удовлетворении основного требования, оснований для удовлетворения производных исковых требований о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, штрафа, компенсации морального вреда- также не имеется.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отказе истцам в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований фио, фио, фио к ПАО «ТольяттиАзот», СПАО «Ингосстрах» о признании ничтожной сделкой дополнительного соглашения к договору страхования ответственности директоров, должностных лиц и компании, взыскании денежных средств, процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда, штрафа- отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд через Никулинский районный суд адрес в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья:

Решение изготовлено в окончательной форме 22.07.2025 года