№ 2-422/2022
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
резолютивная часть
адрес 12 октября 2022 г.
Симоновский районный суд адрес в составе судьи Соболевой М.А., при секретаре фио, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным,
руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным отказать.
Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение одного месяца.
СудьяМ.А. Соболева
№ 2-422/2022
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
адрес 12 октября 2022 г.
Симоновский районный суд адрес в составе судьи Соболевой М.А., при секретаре фио, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась с вышеуказанным иском к ФИО2, указав на то, что родители истца и ответчика (фио и фио) владели на праве собственности ¾ долями в праве собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: адрес. После смерти родителей (фио и фио) истцу стало известно, что родители по договору дарения от 25.01.2013 г. передали в собственность ответчика принадлежащее им имущество в виде долей указанной выше квартиры. При этом, мать истца в период с 2009 г. состояла на учете нарколога и психиатра, практически все время лежала, принимала лекарственные препараты, в связи с чем ей был поставлен диагноз «зависимость от транквилизаторов», т.е. на момент заключения договора дарения страдала заболеваниями, препятствующими понимать значение своих действий. Указанные обстоятельства послужили поводом для обращения истца в суд с настоящим иском, в котором ФИО1 просит суд признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: адрес, заключенный 14.07.2021 г. между фио, фио и ФИО2, включить в состав наследственного имущества, открывшегося после смерти фио ½ доли квартиры, расположенной по адресу: адрес.
Истец ФИО1 в судебное заседание явилась, исковые требования с учетом их уточнения поддержала в полном объеме.
Ответчик ФИО2, его представитель в судебное заседание явились, просили в удовлетворении исковых требований отказать.
Представитель ответчика по доверенности фио в судебное заседание явился, в удовлетворении иска просил отказать, т.к. при заключении договора дарения нотариусом сторонам (дарителям и одаряемому) были разъяснены все последствия заключаемой сделки, дееспособность их была проверена нотариусом.
Третье лицо нотариус фио в судебное заседание не явилась, о рассмотрении иска извещена.
Выслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела и оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
Согласно ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
В силу п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Согласно п. 1 и п. 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
В ходе рассмотрения дела, судом установлено, что фио, фио, ФИО2 и фио на основании свидетельства о собственности на жилище № 0545095 выданного 20.05.1993 г. приобрели право собственности (без определения долей) на квартиру, расположенную по адресу: адрес.
фио умерла, что подтверждается копией свидетельства о смерти от 13.06.2001 г.
01.03.2002 г. между фио, фио и ФИО2 заключено соглашение, удостоверенное нотариусом адрес фио, об определении долей в квартире, по которому фио, фио, ФИО2 и фио принадлежит по ¼ доли указанного жилого помещения.
После смерти фио наследником по закону принявшим наследство является фио
25.01.2013 г. между фио, фио (дарители) и ФИО2 (одаряемый) нотариусом адрес фио был оформлен договор дарения долей квартиры, расположенной по адресу: адрес, по которому дарители подарили одаряемому принадлежащие им ¾ доли квартиры (2/4 – фио, ¼ - фиоА).
Из п. 9 договора дарения квартиры следует, что содержание ст. ст. 209, 218, 223, 288, 251, 252, 253, 292, 572-578 ГК РФ и иные положения действующего законодательства, применяемые к настоящему договору, сторонам нотариусом разъяснены.
Кроме того, из договора дарения следует, что договор нотариусом прочитан вслух и содержит весь объем соглашений между сторонами в отношении предмета договора.
Заключенный договор составлен в трех экземплярах, один из которых хранится в делах нотариуса, по одному экземпляру выдается сторонам договора (п. 11 договора).
При составлении договора дарения участникам сделки понятны разъяснения нотариуса о правовых последствиях совершаемой сделки. Условия сделки соответствуют действительным намерениям сторон.
По ходатайству истца судом была назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза по данному гражданскому делу.
Из представленного суду заключения комиссии экспертов от 05.08.2022 г. № 259-4 следует, что в юридически значимый период фио страдала психическим расстройством в форме расстройства личности связи со смешанными заболеваниями (сосудистая патология, метаболические нарушения шифр по МКБ-10 f07.08). Об этом свидетельствуют данные из материалов гражданского дела и представленной медицинской документацией об имеющейся у подэкспертной на протяжении длительного времени сосудистый патологии (ишемическая болезнь сердца, гипертоническая болезнь, атеросклероз церебральных сосудов), сахарного диабета, о перенесённом ею в 2009 году инфаркте головного мозга с развитием на фоне цереброваскулярной болезни, хронической ишемии головного мозга, дисциркуляторной энцефалопатия, что сопровождалось формированием органической и неврологической патологии правосторонней гемипарез, гемианестезия, дизартрия, полинейропатия, нарушение координации, церебрастенической, неврозоподобной симптоматики (головные боли, головокружения, эмоциональная лабильность, тревожность, нарушение сна, снижение концентрации внимания) в сочетании с когнитивным снижением. Вместе с тем, в связи с отсутствием объективных сведений о психическом состоянии фио в юридически значимый период, а также учитывая противоречивый и неоднозначный характер описания психического статуса (май 2013 года: контакт затруднён из-за мнестико-когнитивных нарушений, память, внимание снижены; июнь 2013 года: контактна, адекватна, ориентирована правильно; август 2013 года: синдром умеренных когнитивных нарушений; 2016 год: лёгкий когнитивный дефицит) оценить степень выраженности психических нарушений и решить вопрос о способности фио понимать свои значения своих действий руководить ими при подписании договора дарения долей квартиры от 25.01.2013 года не представляется возможным.
При этом, в ходе рассмотрения дела, суд не нашел оснований, предусмотренных ст. 87 ГПК РФ, для назначения дополнительной и повторной экспертизы, равно как и не имеется оснований ставить под сомнение квалификацию и выводы экспертов, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.
Суд доверяет указанному заключению комиссии экспертов ПКБ № 1 фио, при проведении судебно-психиатрической экспертизы эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, имеет необходимые для производства подобного рода образование, квалификацию, специальность и стаж работы.
Возражая против удовлетворения заявленных требований ответчик указал, что решение родителей о дарении ему долей было осознанным и совместным решением и обусловлено необходимостью избежать возможные споры между ним и истцом. При этом 03 августа 2005 г. фио составила завещание, которым она принадлежащую ей ½ доли квартиры завещала ответчику ФИО2 09 марта 2010 г. отец ответчика и истца фио также завещал ФИО2 принадлежащую ему ¼ доли спорной квартиры. Договор дарения, заключенный 25 января 2013 г. подтвердил волю родителей, выраженную в завещаниях. На момент заключения договора дарения фио находилась в здравом уме и четко осознавала, что она совершает, поскольку при этом ее в этом поддерживал ее муж фио Психическими расстройствами на момент заключения договора дарения фио не страдала.
Указанные обстоятельства подтвердили допрошенные в качестве свидетелей фио и фио, которые указали, что фио была в здравом уме и рассудке, каких-либо странностей в ее поведении никогда не было. Оснований не доверять показаниям свидетеля у суда не имеется.
Поскольку сведений о наличии у фио каких-либо психических заболеваниях, о неадекватном психическом состоянии, неврозах, психологически тяжелых ситуациях, зависимости от кого-либо в период совершения сделки, не было представлено, суд приходит к выводу, что достаточных оснований полагать, что в момент подписания договора дарения фио не понимала значение своих действий и не могла ими руководить, не имеется.
Показания допрошенного по ходатайству истца в качестве свидетеля фио не подтверждают того обстоятельства, что в 2013 г. фио находилась в таком состоянии, при котором не могла отдавать отчета своим действиям и руководить ими при подписании оспариваемого договора дарения.
Кроме того, суд учитывает, что вопреки доводам истца сам по себе прием лекарственных препаратов в юридически значимый период не свидетельствует о том, что у фио на момент совершения оспариваемой сделки имелись именно устойчивые психические и интеллектуальные нарушения, которые могли мешать ее полному и эффективному участию в жизни общества наравне с другими.
Суд также не может согласиться с доводами истца о том, что в момент подписания оспариваемого договора дарители были введены в заблуждение о правовой природе заключаемой сделки и ее существенных условиях, и с тем, что им не была предоставлена вся необходимая, достоверная информация, поскольку договор дарения квартиры от 25.01.2013 г. был заключен дарителями самостоятельно, были оплачены денежные средства за совершение нотариального действия.
Из представленных документов усматривается, что фио и фио. находясь в здравом уме и твердой памяти, действуя добровольно, собственноручно подписали договор дарения, в котором указаны все существенные условия, тем самым подтвердив свое согласие на его заключение, дееспособность дарителей и одаряемого нотариусом проверена.
Дарители, проставляя свои подписи в договоре дарения квартиры, подтвердили ознакомление и согласие с условиями его заключения, изложенными в теле договора, при составлении договора дарения участникам сделки были понятны разъяснения нотариуса о правовых последствиях совершаемой сделки.
Таким образом, представленные документы свидетельствуют, что стороны в полном объеме обладали информацией о заключаемом договоре.
При этом, заявляя требование о признании недействительности договора дарения долей квартиры, истцом не представлено убедительных и достаточных доказательств, позволяющих однозначно сделать вывод о том, что указанный договор фио, а также фио с ответчиком заключили под влиянием обмана.
Оценив собранные доказательства в совокупности суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований, поскольку оснований для признания недействительными договора дарения не имеется, так как достоверных доказательств того обстоятельства, что в юридически значимый период фио не могла понимать значение своих действий и руководить ими, материалы дела не содержат.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным отказать.
Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение одного месяца.
СудьяМ.А. Соболева
Мотивированное решение изготовлено 03.11.2022 г.