№2-1-197/2025
64RS0010-01-2025-000027-69
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
26 августа 2025 года г. Вольск
Вольский районный суд Саратовской области в составе председательствующего судьи Любченко Е.В., при секретаре судебного заседания Лушниковой Е.В., с участием прокурора Калининой Ю.С., представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Вольске гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО4 о признании дома самовольной постройкой, сносе самовольной постройки,
установил:
ФИО3 обратилась с вышеуказанным иском к ФИО4, в обоснование иска указывая, что на основании договора купли-продажи от 13 августа 2022 года является собственником земельного участка с расположенным на нем одноэтажным жилым домом и гаражом по адресу: <адрес>, <адрес>. Ответчик на основании договора купли-продажи от 19 декабря 2019 года является собственником земельного участка и расположенного на нем двухэтажного дома по адресу: <адрес>. Полагает, что дом ответчика обладает признаками самовольной постройки, поскольку стена дома проходит практически непосредственно по меже смежных земельных участок без соблюдения установленного отступа от границы земельного участка со стороны ответчика, дом построен без соблюдения минимальных противопожарных расстояний между жилыми зданиями. По стене дома ответчика проходит газопровод, в доме находится баня, что дополнительно ухудшает противопожарное состояние недвижимого имущества. Существует угроза схода снега и льда с крыши дома ответчика, которая направлена на пешеходную дорожку во двор дома истца, что причинит ущерб имуществу и здоровью истца. В связи с этим просит признать жилой дом по адресу: <адрес>, самовольной постройкой, обязать ответчика устранить препятствия в пользовании истцом своей собственностью и осуществить снос самовольной постройки.
Истец Т. в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, обеспечила явку представителя ФИО1, который исковые требования поддержал в полном объеме, дал объяснения, аналогичные изложенным в иске, дополнительно пояснив, что жилой дом ответчика был построен предыдущим собственником и продан ответчику с существенным нарушением градостроительных, пожарных и иных норм, в том числе не соблюдены противопожарные разрывы, вдоль дома проходит газовая труба, что также увеличивает пожароопасную нагрузку. Расстояние, на которое дом ответчика отходит от межи земельного участка, составляет 40 см, хотя должно быть не менее 3 метров. Истец в свою очередь приобрела дом и земельный участок 13 августа 2022 года, согласно выписке из ЕГРН на участке находится жилой дом. На момент приобретения истцом имущества дом ФИО4 и труба газопровода уже существовали. Полагает, что, поскольку произошел захват ФИО4 земель общего пользования, то нельзя говорить о том, что дом построен на земельном участке, принадлежащем ответчику. Экспертом не установлена степень огнестойкости здания, не учтена высота дома, не сделано выводов о том, что имеющиеся снегозадерживающие устройства являются достаточными для предотвращения схода снега и других осадков, экспертное исследование ничем не обосновано, необъективно, не имеет научной основы, в связи с чем является недопустимым доказательством.
Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, обеспечил явку представителя ФИО2, который исковые требования не признал, пояснил, что из публичной кадастровой карты видно, что на участке истца находится гараж, никакого жилого дома на участке истца не имеется. Из дела по иску ФИО4 к Т.О.А. следует, что при покупке Т.О.А. (предыдущий до истца собственник имущества) в 2015 году земельного участка жилой дом, находившийся на нем, был снесен как ветхий, построен гараж, при этом до этого дом истца располагался в другом месте, нежели возведенный гараж, то есть гараж построен в другом месте на участке. В свою очередь предыдущий собственник дома ФИО4 – С. возводила дом в период дачной амнистии и не требовалось разрешения на строительство. Дом был возведен в границах старого дома, площадь увеличена за счет площади сарая. Имеет место историческая застройка, свойственная г. Вольску, когда стена дома как правило находится на меже земельного участка. С. брала письменное разрешение у К. предыдущего собственника дома до истца, о согласии ФИО5 на возведение нового дома в границах старого дома. При покупке имущества в 2022 году ФИО3 все устраивало. На крыше дома ФИО4 имеется 2 системы снегозадержания (вторая система установлена после схода снега на качели предыдущего собственника до истца). ФИО4 покупал полностью построенный дом, С. начала и окончила строительство в 2016 году. Согласен с выводами экспертного исследования.
В судебном заседании третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика, ФИО6 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, заявлений о рассмотрении дела в отсутствие, отложении судебного заседания не представила.
Выслушав стороны, заключение прокурора, полагавшего, что отсутствуют основания для выселения проживающих в доме ответчика лиц, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии с п.1 ст.263 Гражданского Кодекса РФ (далее – ГК РФ), п.1 ст.40 Земельного кодекса РФ (далее – ЗК РФ) собственник земельного участка имеет право возводить здания, строения, сооружения в соответствии с целевым назначением земельного участка и его разрешенным использованием с соблюдением требований градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов.
Согласно ст.222 ГК РФ самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки.
Не является самовольной постройкой здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные с нарушением установленных в соответствии с законом ограничений использования земельного участка, если собственник данного объекта не знал и не мог знать о действии указанных ограничений в отношении принадлежащего ему земельного участка.
Лицо, осуществившее самовольную постройку, не приобретает на нее право собственности. Оно не вправе распоряжаться постройкой - продавать, дарить, сдавать в аренду, совершать другие сделки. Использование самовольной постройки не допускается. Самовольная постройка подлежит сносу или приведению в соответствие с параметрами, установленными правилами землепользования и застройки, документацией по планировке территории, или обязательными требованиями к параметрам постройки, предусмотренными законом (далее - установленные требования), осуществившим ее лицом либо за его счет, а при отсутствии сведений о нем лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором возведена или создана самовольная постройка, или лицом, которому такой земельный участок, находящийся в государственной или муниципальной собственности, предоставлен во временное владение и пользование, либо за счет соответствующего лица, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 3 настоящей статьи, и случаев, если снос самовольной постройки или ее приведение в соответствие с установленными требованиями осуществляется в соответствии с законом органом местного самоуправления.
Право собственности на самовольную постройку может быть признано судом, а в предусмотренных законом случаях в ином установленном законом порядке за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором создана постройка, при одновременном соблюдении следующих условий:
если в отношении земельного участка лицо, осуществившее постройку, имеет права, допускающие строительство на нем данного объекта;
если на день обращения в суд постройка соответствует установленным требованиям;
если сохранение постройки не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает угрозу жизни и здоровью граждан.
В этом случае лицо, за которым признано право собственности на постройку, возмещает осуществившему ее лицу расходы на постройку в размере, определенном судом.
Решение о сносе самовольной постройки либо решение о сносе самовольной постройки или ее приведении в соответствие с установленными требованиями принимается судом либо в случаях, предусмотренных пунктом 4 настоящей статьи, органом местного самоуправления поселения, городского округа (муниципального района при условии нахождения самовольной постройки на межселенной территории).
В п.26 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что, рассматривая иски о признании права собственности на самовольную постройку, суд устанавливает, допущены ли при ее возведении существенные нарушения градостроительных и строительных норм и правил, создает ли такая постройка угрозу жизни и здоровью граждан.
Исходя из содержания вышеприведенных норм закона, с учетом разъяснений об их применении, в том числе содержащихся в Обзоре судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством (утв. Президиумом Верховного суда РФ 19 марта 2014 года), при разрешении спора о сносе самовольной постройки суду необходимо установить допущены ли при возведении самовольной постройки существенные, неустранимые нарушения градостроительных и строительных норм и правил, нарушает ли такая постройка права и охраняемые законом интересы других лиц, их право собственности, создает ли угрозу жизни и здоровью граждан.
Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 12 декабря 2023 года №44 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке» в силу п.1 ст.222 ГК РФ самовольной признается постройка при наличии хотя бы одного из следующих признаков: возведение (создание) на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке; возведение (создание) на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта на дату начала его возведения и на дату выявления постройки; возведение (создание) без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений, если требование о получении соответствующих согласований, разрешений установлено на дату начала возведения и является действующим на дату выявления постройки; возведение (создание) с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если такие нормы и правила установлены на дату начала возведения постройки и являются действующими на дату ее выявления. Данный перечень признаков самовольной постройки является исчерпывающим. Органы государственной власти субъектов Российской Федерации и местного самоуправления не вправе устанавливать дополнительные признаки самовольной постройки (пункт «о» ст.71 Конституции РФ, п.1 ст.3 ГК РФ). Изменение требований к строительству после начала правомерного строительства или реконструкции объекта (например, установление границ территорий общего пользования (красных линий) после начала строительства объекта с соблюдением правового режима земельного участка) не является основанием для признания такой постройки самовольной (абз.1 п.1 ст.222 ГК РФ). Если на день вынесения решения суда ранее выявленные признаки самовольной постройки устранены или более не являются таковыми вследствие изменения правового регулирования и отсутствуют иные основания для признания постройки самовольной, суд отказывает в удовлетворении требования о сносе самовольной постройки, о ее сносе или приведении в соответствие с установленными требованиями (пункт 2).
В случае, когда недвижимое имущество, право на которое зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости (далее - ЕГРН), имеет признаки самовольной постройки, наличие такой регистрации не исключает возможности предъявления требования о его сносе. В мотивировочной части решения суда об удовлетворении такого иска должны быть указаны основания, по которым суд признал имущество самовольной постройкой (пункт 8).
Если в спорной постройке проживают граждане, имеющие право пользования жилым помещением, требование о сносе может быть удовлетворено только с одновременным разрешением вопроса о выселении таких лиц. В указанном случае спор подлежит рассмотрению и разрешению в суде общей юрисдикции (ч.4 ст.22 ГПК РФ, ч.7 ст.27 АПК РФ). При этом суд привлекает к участию в деле прокурора для дачи заключения по требованию о выселении (ч.3 ст.45 ГПК РФ) (пункт 11).
С иском о сносе самовольной постройки, о ее сносе или приведении в соответствие с установленными требованиями вправе обратиться собственник земельного участка, обладатель иного вещного права на земельный участок, его законный владелец, иное лицо, чьи права и законные интересы нарушает сохранение самовольной постройки (пункт 12).
Постройка считается возведенной (созданной) на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, в частности, если этот объект полностью или частично располагается на земельном участке, не принадлежащем лицу, осуществившему ее возведение (создание), на праве, допускающем строительство на нем данного объекта (пункт 16).
По общему правилу, наличие допущенного при возведении (создании) постройки нарушения градостроительных и строительных норм и правил является основанием для признания постройки самовольной. Определяя последствия такого нарушения, суду следует оценить его существенность. В частности, возведение объекта с нарушением нормативно установленного предельного количества этажей или предельной высоты (например, возведение объекта индивидуального жилищного строительства, превышающего по числу этажей допустимые параметры, установленные пунктом 39 статьи 1 ГрК РФ), с нарушением строительных норм и правил, повлиявшим или способным повлиять на безопасность объекта и его конструкций, является существенным. С учетом конкретных обстоятельств дела допущенное при возведении (создании) постройки незначительное нарушение градостроительных и строительных норм и правил (например, в части минимальных отступов от границ земельных участков или максимального процента застройки в границах земельного участка), не создающее угрозу жизни и здоровью граждан и не нарушающее права и интересы третьих лиц, может быть признано судом несущественным и не препятствующим возможности сохранения постройки (пункт 29).
Таким образом, возможность сноса самовольной постройки связывается законом не только с соблюдением требований законодательства, но и с установлением обстоятельств, которые могли бы препятствовать использовать такую постройку ввиду ее несоответствия требованиям безопасности и возможности нарушения прав третьих лиц. Исходя из конституционно-правовых принципов справедливости, разумности и соразмерности, избранный истцом способ защиты должен соответствовать характеру и степени допущенного нарушения его прав или законных интересов, либо публичных интересов. Само по себе допущенные при строительстве нарушения не могут являться безусловным основанием для удовлетворения требования о сносе самовольной постройки, а также необходимо учитывать, насколько выбранный истцом способ защиты соответствовал допущенному ответчиком нарушению.
В судебном заседании установлено, что на основании договора купли-продажи от 19 декабря 2019 года ФИО4 является собственником земельного участка и расположенного на нем жилого дома по адресу: <адрес> (том 1 л.д.74-75).
Право собственности на земельный участок и жилой дом зарегистрировано за ФИО4 в Едином государственном реестре недвижимости, что подтверждается выписками (том 1 л.д.43-44, 69-70).
На основании договора купли-продажи от 13 августа 2022 года ФИО3 приобрела в собственность земельный участок и расположенные на нем жилой дом и гараж, расположенный по адресу: <адрес> (том 1 л.д. 30).
Право собственности на земельный участок, жилой дом, гараж зарегистрировано за ФИО3 в Едином государственном реестре недвижимости, что подтверждается выпиской (том 1 л.д.39-40, 41-42).
Из выписки ЕГРН и договора купли-продажи следует, что земельный участок, принадлежащий ответчику, имеет вид разрешенного использования «для индивидуального жилищного строительства», здание, принадлежащее ответчику, является жилым домом.
В судебном заседании установлено, что жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, согласно информации, отраженной в техническом паспорте объекта индивидуального жилищного строительства от 12 октября 2015 года, введен в эксплуатацию в 1973 году. Общая площадь указанного строения, исходя из сведений названного технического паспорта, составляет 170,9 кв.м. (том 1 л.д.76-83).
Собственником объекта капитального строительства и земельного участка до ответчика ФИО4 на момент подготовки технического паспорта, являлась С. на основании договора купли-продажи от 2 февраля 2015 года.
ФИО4 приобрел указанный земельный участок и жилой дом (площадью так же 170,9 кв.м.) на основании договора купли-продажи от 19 декабря 2019 года.
С., будучи собственником вышеуказанного жилого дома, 6 декабря 2016 года получила разрешение на строительство индивидуального жилого дома на земельном участке, расположенном по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №, площадью 385 кв.м. (том 1 л.д.52-54).
Согласно ответу Администрации Вольского муниципального района Саратовской области на запрос суда новое строительство на земельном участке, расположенном по адресу: <адрес>, согласно схемы планировочной организации земельного участка, приложенной к разрешению на строительство, планировалось по середине земельного участка и не затрагивало смежные границы. Соответственно, согласование отступов от границ земельного участка не производилось. Заявлений на ввод в эксплуатацию объекта капитального строительства по указанному адресу в администрацию ФИО7 не поступало. При визуальном осмотре жилого дома № установлено, что данный жилой дом расположен по линии исторически сложившейся жилой застройки в восточной части земельного участка (относительно географического ориентирования), характерной для расположения преобладающего большинства индивидуальных жилых домов города Вольска.
Согласно карты градостроительного зонирования в составе Правил землепользования и застройки, утвержденной Решением Совета МО г. Вольск 13 июня 2024 года №14/5-41, земельные участки и жилые дома № и № по <адрес> расположены в территориальной зоне «Зона индивидуальной и малоэтажной (до 4 этажей, включая мансардный) многоквартирной жилой застройки Ж1» градостроительный регламент которой предусматривает строительство индивидуальных жилых домов.
Кроме того, с 1 сентября 2006 года на территории Российской Федерации начал действовать Федеральный закон от 30 июня 2006 года №93-ФЗ «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации по вопросу оформления в упрощенном порядке прав граждан на отдельные объекты недвижимого имущества», получивший название «дачная амнистия», согласно которому не требуются разрешения на строительство и ввод объекта в эксплуатацию на объекты индивидуального жилищного строительства (жилые дома) построенные на земельных участках, которые предоставлены гражданам для индивидуального жилищного строительства. В настоящее время действие «дачной амнистии» продлено до 1 марта 2031 года (том 1 л.д.51).
Согласно показаниям свидетеля Т. (родной брат истца) он проживает по соседству от ответчика через участок истца, у ФИО4 не работает ливневка, на участок к истцу стекает вода, в зимний период копится снег, снегозадержатели не выдерживают – были повреждены качели, сосульки на крыше ответчика формируются над входной дверью на участок истца. Гараж является не вновь построенным зданием, а реконструкцией жилого здания, стоявшего на участке, на момент приобретения предыдущим собственником Т.О.А. земельного участка на нем находился только жилой дом, в границах которого сейчас расположен гараж, газ и электричество отрезано, дома ФИО4 на тот момент еще не существовало, когда была начата реконструкция свидетель пояснить затруднился.
Истец ФИО3 и ее представитель ФИО1 в ходе рассмотрения дела в суде указывали на нарушения градостроительных, противопожарных и иных правил при возведении жилого дома, что нарушает права истца.
Для установления обстоятельств, имеющих значение для дела, при рассмотрении дела в суде была назначена строительно-техническая экспертиза, производство которой было поручено Федеральному бюджетному учреждению Саратовская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции России.
Согласно заключению эксперта № от 14 июля 2025 года жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, соответствует требованиям безопасности, строительным нормам и правилам, в том числе 384-ФЗ от 30 декабря 2009 года Технический регламент о безопасности зданий и сооружений, в части технического состояния конструктивных элементов строения. Жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, <адрес>, в части доступа к зданию для обеспечения возможности ликвидации возгорания, соответствует противопожарным нормам и требованиям.
Определение возможности нераспространения, ограничения распространения пожара в здании зависит от величины пожарной нагрузки, степени огнестойкости и класса конструктивной пожарной опасности здания, пожарного отсека, а также пределов огнестойкости и типов использованных строительных конструкций, выполняющих функции противопожарных преград. Определение указанных параметров, в том числе на основании соответствующих расчетов, не входит в компетенцию эксперта, аттестованного по специальности 16.1.
Ввиду того, что строение на территории земельного участка по адресу: <адрес>, находится в процессе строительства, установить соответствие требованиям норм в части противопожарных расстояний между исследуемыми строениями не представляется возможным.
Конструктивные характеристики и функциональное назначение жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, соответствует градостроительным требованиям норм и не противоречит виду разрешенного использования территориальной зоны земельного участка.
Жилой дом, расположенный по адресу<адрес>, соответствует требованиям безопасности для жизни, здоровья людей в части технического состояния конструктивных элементов строения
Жилой дом располагается в границах земельного участка с кадастровым номером № следовательно, не нарушает права и законные интересы смежных землепользователей (том 1 л.д.140-161).
На дополнительные письменные вопросы стороны истца и суда экспертами были даны дополнительные письменные пояснения к экспертному исследованию, согласно которым экспертом было установлено водоотведение и снегозадержание на крыше исследуемого жилого дома расположенного по адресу: <адрес>. Тип крыши двускатная, один из скатов направлен в сторону земельного участка расположенного по адресу: <адрес>. Ввиду отсутствия доступа установить градус уклона кровли не представляется возможным. Согласно СП 17.13330.2017 Кровли работы по установке системы противообледенения имеет рекомендательный характер. Установка данной системы производится на усмотрение собственника. Исследование заключалось в сравнении фактической конфигурации кровли с требованиями норм. Какая-либо дополнительная техническая документация для решения поставленного вопроса не требовалась. Габариты исследуемого строения соответствуют техническому паспорту (л.д. 76 т.1). На территории участка расположенного по адресу: <адрес>, расположено 2-х этажное строение. Первый этаж предназначен для хранения транспорта, второй находится в процессе ремонта. Указанное строение расположено в непосредственной близости от исследуемого строения расположенного по адресу: <адрес>. Было проведено исследование строений в непосредственной близости от жилого дома расположенного по адресу: <адрес>, исследование других строений для ответа на поставленный судом вопрос не требуется. Технические характеристики жилого дома расположенного по адресу: <адрес>, соответствовали градостроительным нормам, функциональному назначению участка и разрешению на строительство в части допустимой площади строения и его назначения. Эксперт определил фактическое местоположение исследуемого жилого дома. Фактическое местоположение иных строений и ограждения не производилось, так как перед экспертами не стоял вопрос об исследовании иных строений и ограждения. Эксперт сравнивал фактическое местоположение исследуемого жилого дома с документальными границами земельного участка согласно координатам угловых и поворотных точек указанных в выписке из ЕГРН. Жилой дом располагается в документальных границах земельного участка с кадастровым номером №. Ограждение между земельным участком, расположенным по адресу: <адрес>, и земельным участком, расположенным по адресу: <адрес>, отсутствует. Фактически данная граница проходит по правой меже исследуемого жилого дома.
Оснований ставить под сомнение достоверность составленного по делу заключения судебной экспертизы у суда не имеется, так как данное заключение соответствует требованиям ст.86 ГПК РФ, является четким, ясным, понятным, содержит подробное описание проведенного исследования, достаточно аргументировано, выводы экспертов мотивированы, научно обоснованны и не содержат противоречий. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, и доказательств, дающих основания сомневаться в правильности названного заключения эксперта, в суд предоставлено не было. Оснований для назначения повторной либо дополнительной экспертизы суд не усматривает.
Из материалов дела следует, что эксперты, проводившие экспертизу, имеют высшее образование, позволяющее выполнить назначенную судом экспертизу, соответствует предъявляемым к экспертам требованиям, обладают длительным стажем экспертной работы.
Доводы истца и ее представителя сводятся к несогласию с заключением судебной экспертизы, не являются основанием не доверять заключению судебной строительно-технической экспертизы. Само по себе несогласие истца с выводами экспертного заключения не свидетельствует о его недопустимости как доказательства, критическая оценка экспертного заключения основана на субъективном мнении стороны истца, которые не обладают специальными познаниями в данной области, не являются экспертами, но заинтересованы в исходе дела.
Вопреки мнению истца о нарушении норм, связанных с противопожарным разрывом между зданиями, эксперт высказался о том, что, поскольку строение на территории земельного участка истца находится в процессе строительства, установить соответствие требованиям норм в части противопожарных расстояний между исследуемыми строениями не представляется возможным.
При этом суд принимает во внимание выводы экспертного исследования № от 13 декабря 2021 года, проведенного в рамках гражданского дела №2-1-5/2022, согласно которым определить степень пожароопасности жилого дома <адрес> при сохранении нежилого здания (гараж), оборудованного навесом, не представляется возможным в связи с тем, что согласно п. 7.9 СП 55.13330.2016 Дома жилые одноквартирные. Актуализированная редакция СНиП 31-02-2001 (с Изменением №1) степень огнестойкости и класс конструктивной пожарной опасности не нормируются для одноэтажных и двухэтажных домов.
Кроме того, вопреки мнению представителя истца, в дополнительных письменных пояснениях эксперт указали, что жилой дом соответствует требованиям, изложенным в разрешении на строительство, выданным компетентным органом.
Что касается системы снегозадержания и водоотведения, из экспертного заключения следует, что жилой дом соответствует требованиям безопасности, строительным нормам и правилам, работы по установке системы противообледенения имеют рекомендательный характер, установка данной системы производится на усмотрение собственника, какая либо дополнительная техническая документация для решения поставленного вопроса эксперту не требовалась, в связи с чем суд полагает возможным сделать вывод о том, что установленные ответчиком системы снегозадержания и водоотведения соответствуют нормам, предъявляемым к их установке и работоспособности. Показания свидетеля ФИО3 в этой части не имеются для разрешения сора правового значения.
При этом суд принимает во внимание выводы экспертного исследования №22 от 11 февраля 2025 года, проведенного по инициативе ответчика в ООО «Центр независимой экспертизы и оценки», согласно которым жилой дом ответчика расположен в условиях сложившейся застройки объектами индивидуального жилищного строительства. В условиях сложившейся застройки следует учитывать тот фактор, при котором возведение и реконструкция зданий, соответствующих по своим параметрам требованиям градостроительных регламентов, предъявляемым к индивидуальным жилым домам, осложняется ограниченностью площади земельного участка, образованного ранее в условиях выделения земельных участков под индивидуальную жилую застройку по ранее действующим нормам и сложившимся по фактическому порядку землепользования как населённого пункта в целом, так и окружающего домовладение квартала. Также на момент проведения экспертизы отсутствует нормативная база, комплексно рассматривающая и регулирующая влияние таких исходных условий на возведение и реконструкцию объектов индивидуального жилищного строительства.
Специальные технические нормы, регламентирующие направление уклона кровли объектов индивидуального жилищного строительства относительно смежных домовладений, отсутствуют.
Конструкция кровли оборудована снегозадерживающими устройствами производственного изготовления и системой внешнего организованного водоотведения с кровли, что отвечает требованиям СП 17.13330.2017 «Кровли. Актуализированная редакция СНиП И-26-76».
Установленные на кровле жилого дома снегозадержатели PRESTIGE ZN справляются с большими нагрузками благодаря своей прочной конструкции. Они изготовлены из оцинкованной стали, толщина металла овальных труб — 1,0 мм, а оснований — 2,0 мм. Овальная форма снегозадержателя обеспечивает равномерное распределение нагрузки от снега по всей конструкции, что предотвращает его скатывание и снижает риск повреждения крыши и окружающих объектов (том 1 л.д.99-116).
Выводы исследования, проведенного ООО «Центр независимой экспертизы и оценки», согласуются с иными доказательствами по делу, не противоречат совокупности представленных суду доказательств, дополняют и уточняют собранные по делу доказательства.
Мнение истца о том, что установленных систем не достаточно для предотвращения схода снега и иных осадков, возможно причинение вреда здоровью и имущества истца, необходимо проведение комплекса работ по переустройству кровли и установлению системы противообледенения, носит предположительный характер, выходит за пределы заявленных исковых требований, экспертом не было установлено нарушение строительных и иных норм, в том числе в части систем снегзадержания, в связи с чем не имеется оснований полагать, что в связи с доводами истца дом имеет признаки самовольной постройки и подлежит сносу. Обстоятельства, указанные истцом, связанные с системами снегозадержания, в том числе в случае причинения действительного ущерба, могут являться предметом иного судебного разбирательства.
Доводы истца о том, что жилой дом ответчика возведен на земельном участке, не отведенном ему в установленном законом порядке, поскольку со стороны ответчика произошел захват земель общего пользования, суд находит несостоятельными, поскольку и в экспертном заключении, и в дополнительных письменных пояснениях эксперты указали, что жилой дом ответчика полностью располагается в документальных границах земельного участка с кадастровым номером №, в связи с чем захват земель общего пользования (в случае его достоверного установления) не влияет на правоотношения истца и ответчика.
Мнение истца о том, что эксперты не ответили на вопросы, обеспечивается ли безопасность для жизни и здоровья людей эксплуатацией жилого дома ответчика, не нарушаются ли права и интересы иных лиц, в том числе смежных землепользователей, является субъективным, основанным на личной интерпретации полученного заключения, поскольку в экспертном заключении экспертами даны однозначные ответы на данные вопросы: жилой дом соответствует требованиям безопасности для жизни, здоровья людей и не нарушает права и законные интересы смежных землепользователей.
Доводы истца о несоблюдении при строительстве дома ответчика минимального отступа от границы также являются несостоятельными, поскольку, проанализировав требования Правил землепользования и застройки МО г. Вольск, Градостроительного кодекса РФ применительно к расположению спорного жилого дома, эксперты пришли к выводу о том, что конструктивные характеристики и функциональное назначение жилого дома ответчика соответствует градостроительным требованиям норм и не противоречит виду разрешенного использования территориальной зоны земельного участка.
При этом суд учитывает то обстоятельство, что на момент строительства гаража ответчика жилой дом, принадлежащий ФИО4, был уже возведен, что подтверждается пояснениями представителя ответчика о завершении строительства дома в 2016 году, техническим паспортом гаража, согласно которому строительство нежилого здания завершено в 2020 году, пояснениями предыдущего собственника земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, Т.О.А., из которых следует, что при покупке земельного участка в 2015 году жилой дом был снесен и на земельном участке построен гараж, возведение гаража осуществлялось после строительства дома истца; в 2021 году составлен технический план объекта недвижимости - гаража, указан 2020 год постройки, скриншот карты местности по состоянию на июль 2019 года, на котором изображен полностью построенный дом ответчика и процесс строительства гаража истца, гараж был возведен в новых границах, а не в границах ранее существовавшего жилого дома, о чем свидетельствуют сведения из инвентарного дела, согласно которым расположение жилого дома и построек фиксировалось по границе земельного участка истца, смежной с земельным участком по адресу: <адрес>, гараж же возведен вдоль границы земельного участка, обращенной к землям общего пользования, в связи с чем к показаниям свидетеля ФИО3 суд относится критически.
При этом строительство гаража истца осуществлено с нарушением норм и правил, что подтверждается вступившим в законную силу решением Вольского районного суда Саратовской области от 7 февраля 2022 года, оставленного без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Саратовского областного суда от 13 мая 2022 года, по гражданскому делу №2-1-5/2022 по иску ФИО4 к Т.О.А. о признании самовольной постройкой и ее сносе.
Таким образом, анализируя представленные доказательства, учитывая положения ч.3 ст.196 ГПК РФ о принятии решения по делу в рамках заявленных истцом требований, суд исходит из отсутствия существенных, неустранимых нарушений строительных норм и правил, которые могут повлечь нарушения прав и охраняемых интересов других лиц, влекущих обязанность сноса спорных объектов недвижимости: спорное строение возведено на земельном участке, разрешенное использование которого допускает строительство на них данного объекта, с соблюдением градостроительных и строительных норм и правил, не нарушает права и законные интересы третьих лиц, не создает угрозу жизни и здоровью граждан. Спорный объект недвижимости поставлен на кадастровый учет, за ответчиком зарегистрировано право собственности. Какие-либо нарушения, которые бы свидетельствовали о наличии у жилого дома ответчика признаков самовольного строения и о необходимости сноса жилого дома ответчика, судом при рассмотрении дела установлены не были, в связи с чем суд полагает необходимым в удовлетворении завяленных требований отказать.
Рассматривая заявление ответчика о взыскании судебных расходов, суд приходит к следующему.
Ответчик просит взыскать с истца в его пользу расходы на оплату услуг представителя в сумме 55 000 рублей, экспертизы в сумме 25 000 рублей.
Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (ч.1 ст.88 ГПК РФ).
К издержкам, связанным с рассмотрением дела, помимо прочего относятся расходы на оплату услуг представителей (абз.5 ст.94 названного кодекса).
В силу ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч.2 ст.96 данного кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в этой статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Из содержания указанных норм следует, что критерием присуждения судебных расходов является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного требования.
Вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного в суд требования непосредственно связан с выводом суда, содержащимся в резолютивной части его решения (ч.5 ст.198 ГПК РФ), о том, подлежит ли заявление удовлетворению, поскольку только удовлетворение судом требования подтверждает правомерность принудительной реализации его через суд и приводит к необходимости возмещения судебных расходов.
Если в удовлетворении иска отказано, то это одновременно означает, что суд подтверждает правомерность позиции ответчика.
В силу ч.1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Данная правовая позиция, согласно которой при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (ст.98 и 100 ГПК РФ, ст.111 и 112 КАС РФ, ст.110 АПК РФ), изложена в п.12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела».
Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13).
Согласно материалам дела ответчиком была уплачена денежная сумма в размере 55 000 рублей за оказание юридической помощи, что подтверждается гражданско-правовым договором на оказание юридической помощи от 24 января 2025 года, квитанцией о передаче денежных средств от 24 января 2025 года (том 2 л.д.4, 5).
Суд, руководствуясь правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в вышеуказанном постановлении Пленума, исходя из характера спора, реально оказанного представителем объема профессиональной юридической помощи, понесенных им трудовых и временных затрат на подготовку процессуальных документов и защиту интересов доверителя в суде, сложность рассматриваемого спора, период его нахождения в производстве суда, количества состоявшихся по делу судебных заседаний (шесть судебное заседание), размер расходов на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги, а также учитывая результат рассмотрения дела (отказ в удовлетворении исковых требований), принцип разумности и справедливости, соблюдая баланс интересов сторон, приходит к выводу о взыскании с ФИО3 в пользу ФИО4 расходов на оплату услуг представителя в размере 30 000 рублей.
Также с истца в пользу ответчика подлежат взысканию расходы на проведение экспертного исследования в ООО «Центр независимой экспертизы и оценки», поскольку данные расходы были понесены ответчиком для получения доказательств, необходимых для представления в суд с целью защиты своих нарушенных прав.
Несение указанных расходы и их размер подтверждаются договором № на оказание услуг по проведению экспертного исследования от 28 января 2025 года, согласно которому стоимость проведенного исследования составляет 25 000 рублей, счетом-фактурой № от 17 февраля 2025 года, счетом на оплату № от 28 января 2025 года, платежным поручением № от 28 января 2025 года, выпиской по счету (том 2 л.д.6-11).
Поскольку указанное выше заключение признано судом допустимым доказательством, положено в основу решения суда, решение суда состоялось в пользу ответчика, то взыскание судебных расходов за изготовление указанной экспертизы в указанном размере соответствует требованиям закона и должно осуществляться за счет истца.
Руководствуясь ст.194-198 ГПК РФ, суд,
решил:
в удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО4 о признании дома самовольной постройкой, сносе самовольной постройки отказать полностью.
Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН № в пользу ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН №, судебные расходы на оплату экспертного исследования № от 11 февраля 2025 года в размере 25 000 рублей, услуг представителя в размере 30 000 рублей.
В удовлетворении требований о взыскании судебных расходов в большем размере отказать.
Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд в течение месяца, со дня принятия решения суда в окончательной форме через Вольский районный суд Саратовской области.
Судья /подпись/ Е.В. Любченко
Решение в окончательной форме изготовлено 9 сентября 2025 года.
Судья Е.В. Любченко