САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 22-5459/2023

Дело № 1-7/2023 Судья Савина Е.Ю.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 21 августа 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда в составе

Председательствующего Цепляевой Н.Г.,

Судей Ларионовой С.А., Каширина В.Г.,

при секретаре Д МП,

осужденного С АА

с участием прокурора отдела прокуратуры Санкт-ПетербургаБ ДВ,

защитника - адвоката А АН,

потерпевших ФИО1 №1, ФИО1 №2,

представителя потерпевших – адвоката К МВ

рассмотрела в апелляционном порядке материалы уголовного дела по апелляционным жалобам и дополнениям к ним осужденного С АА и адвоката А АН на приговор <адрес> от <дата>, которым

С АА, <дата> года рождения, уроженец <...>, несудимый,

осужден

по ч. 3 ст. 159 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 2 года;

по ч. 4 ст. 159 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 3 года 6 месяцев.

на основании ч. 3 ст.69 УК РФ, по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года 6 месяцев, с отбыванием назначенного наказания в исправительной колонии общего режима.

Заслушав доклад судьи Цепляевой Н.Г., мнение осужденного С АА и адвоката А АН, поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Б ДВ, потерпевших ФИО1 №1, ФИО1 №2, представителя потерпевших – адвоката К МВ, полагавших, что приговор не подлежит отмене либо изменению, судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

Приговором <адрес> от<дата> С АА признан виновным и осужден за совершение мошенничества, то есть хищении чужого имущества путем обмана, совершенных лицом с использованием своего служебного положения, в крупном. Также признан виновным и осужден за совершение мошенничества, то есть хищении чужого имущества путем обмана, совершенных лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере, совершенных в Санкт-Петербурге при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат А АН просит приговор изменить, назначить наказание С АА с учетом положений ст.73 УК РФ, установить размер ущерба по эпизоду в отношении потерпевшей ФИО1 №2, в сумме 20 000 долларов США, что эквивалентно 1 106 656 рублям по курсу ЦБ РФ на дату <дата> В соответствии со ст.115 УПК РФ, для обеспечения исполнения приговора суда в части гражданского иска наложить арест на имущество, хранящееся в ООО «МиниСклад» по адресу: Санкт- Петербург, наб. Обводного канала 134-136-138, по договору хранения №... от <дата> В обоснование доводов адвокат указывает на то, что судом в приговоре не указаны все лица, участвующие в деле на протяжении всего судебного разбирательства: так неоднократно менялись секретари судебного заседания, а также производилась замена государственного обвинителя, судом неверно определен размер ущерба, причиненного потерпевшей ФИО1 №2

Обращает внимание, что на листе 24 приговора имеется ссылка на протокол осмотра документов от <дата>, как на доказательство вины С АА Однако, ряд документов, указанных в данном протоколе, таких как электронные квитанции, чеки, товарные чеки, транспортные накладные в материалах дела отсутствует, а их судьба неизвестна, так как они не были приобщены к материалам уголовного дела и не были возвращены по принадлежности.

Стороной защиты неоднократно принимались меры к поиску и истребованию данных документов, поскольку они являются подтверждением показаний подсудимого относительно затрат на ремонт офисного помещения ООО «<...>», на покупку офисной мебели и оргтехники для осуществления деятельности ООО «<...>», что, в свою очередь, являлось предметом договоренности с потерпевшей ФИО1 №2 относительно совместной предпринимательской деятельности. По мнению стороны защиты, данные затраты в размере 1 900 000 рублей нельзя относить к общему размеру ущерба, причиненного потерпевшей ФИО1 №2, так как они осуществлялись в целях будущей легальной предпринимательской деятельности учредителей для извлечения прибыли, и не охватывались умыслом подсудимого на хищение. Факт осуществления вышеуказанных затрат, осуществленных подсудимым за счет средств потерпевшей ФИО1 №2, подтверждается показаниями последней, а также свидетелей П ИС, Свидетель №6, Свидетель №1.

Для подтверждения данных обстоятельств, стороной защиты <дата> заявлено ходатайство об истребовании вышеуказанных документов в <адрес>. В удовлетворении ходатайства судом необоснованно отказано. <дата> стороной защиты, в обоснование своей позиции относительно размера ущерба и показаний подсудимого вновь заявлено ходатайство о приобщении переписки с <адрес> Санкт-Петербурга и истребовании документов из <адрес>, в удовлетворении которого судом также необоснованно отказано.

Приобретенные подсудимым на полученные от потерпевшей ФИО1 №2 предметы офисной мебели, обстановки, оргтехники были переданы по договору хранения №... от <дата> в ООО «<...>» и хранятся в настоящий момент по адресу: <адрес>. Подтверждающие данный факт документы, вместе с заключением специалиста об их стоимости сторона защиты пыталась приобщить к материалам дела <дата>, заявив соответствующее ходатайство, в удовлетворении которого судом необоснованно отказано. Также, судом необоснованно отказано и в удовлетворении ходатайства о наложении ареста на данное имущество в порядке ст. 115 УПК РФ. Позиция подсудимого и стороны защиты в данной части и вовсе не нашла своего отражения в приговоре.

При определении размера ущерба, причиненного потерпевшей ФИО1 №2, суд неверно включил в него сумму в размере 10 000 долларов США, эквивалентные 553 328 рублям по курсу ЦБ РФ на дату <дата>, которые были зачислены на брокерский счет компании <...> для осуществления торговли на международном финансовом рынке FOREX. Факт зачисления денежных средств и осуществления торговли подтверждается многочисленными документами, показаниями подсудимого, свидетелей Свидетель №1, Свидетель №6, П ИС. Легитимность указанной деятельности и ее порядок подробно описывают в своих показаниях указанные свидетели, а также свидетели Свидетель №8, С ОА, Р., обладающие специальными познаниями в области внебиржевых финансовых рынков. Предварительную договоренность об использовании данных денежных средств именно на эти цели подтверждает и сама потерпевшая ФИО1 №2, при этом последняя даже получала прибыль от торговой деятельности в размере 2000 долларов США, которую она перевела на свой банковский счет, что само по себе служит основанием для уменьшения размера ущерба, вмененного подсудимому.

Таким образом, суд устранился от надлежащего установления факта, относящегося к предмету доказывания - размера ущерба, причиненного преступлением, чем нарушил право на защиту. А также, не принял мер, направленных на восстановление нарушенных прав потерпевших в части материального ущерба.

В судебном заседании <дата> в ходе допроса подсудимого судом незаконно удовлетворено ходатайство представителя потерпевших К МВ об оглашении показаний подсудимого, при том что сам судебный допрос еще не был закончен. При принятии решения суд в должной мере не учел возраст подсудимого, признание последним вины по предъявленному обвинению, а также принятие мер по частичному погашению причиненного вреда.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный С АА просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение.

Полагает, что суд в должной мере не учел возраст, признание вины, принятие мер по погашению причиненного ущерба.

Судом необоснованно и немотивированно отказано в удовлетворении ряда ходатайств: об истребовании документов изъятых в офисе ООО «<...>», о приобщении документов изъятых в офисе ООО «<...>» в рамках проведения проверки по материалу КУСП-12945 от <дата>, наложении ареста в порядке ст. 115 УПК РФ.

Обращает внимание, что обыск и изъятие документов проходило в его отсутствие, как генерального директора ООО «<...>».

Суд необоснованно интерпретирует показания потерпевшего Л АМ в отношении его действий связанных с операциями на торгово-залоговый счет компании «<...>», как инвестиционные.

Далее анализируя приговор, указывает, что суд не в полной мере привел показания свидетелей Ш ВН, К ОП, К ТВ, С НН Суд необоснованно не принял во внимание показания свидетеля С ОА о том, что торгово-залоговые счета клиентов «<...>» не являлись инвестиционными и несут в себе высокие финансовые риски, и указанная компания не занимается доверительным управлением.

Оспаривает утверждение потерпевшего ФИО1 №1, о том, что он реализовал свое право на инвестиции через директора С АА, посетив ООО «<...>», поскольку по мнению осужденного ФИО1 №1 заключил договор на бесплатное консалтинговое обслуживание с ООО «<...>», что подтверждается договором. Далее анализируя действия ФИО1 №1, полагает, что показания потерпевшего ФИО1 №1 неверно изложены и описаны в приговоре. Полагает, что расшифровка аудиозаписи, не соответствует аудиозаписи представленной ФИО1 №1, отмечает, что экспертиза данной записи не проводилась.

Обращает внимание, что ФИО1 №2 получила договора концессии «<...>» содержащий сведения об ответственных менеджерах и рабочие интернет адрес осужденного, однако данные договор ФИО1 №2 подписан не был, при этом в приговоре имеется ссылка на ксерокопию первых страниц договора концессии «<...>», не содержит соответствующих граф афелированных лиц, апостиль отсутствует, персональные данные предположительной внесены ФИО1 №2, и подписаны ей лично. Кокой из двух вещественных доказательств принят, как оригинал договора коммерческой концессии судом не указано. Также судом не приняты во внимание вещественные доказательства проясняющие по мнению осужденного условия при которых оценивается реальная доходность использования предложенных ФИО1 №2 финансовых средств с учетом создания предприятия ООО «<...>», судом не приняты во внимание, вещественных доказательства, свидетельствующие об активной торговле на залогом счете №... ФИО1 №2, на балансе которого в моменту расторжения деловых отношений находились 19539 долларов США.

Также обращает внимание, на отсутствие инициалов при изложении показаний потерпевшего ФИО1 №1, полагает, что не конкретизирована судьба вещественных доказательств, в описании протокола выемки неверно указана копия соглашения торгово-залогово счета.

Суд признав ч.1,2 ст. 61 УК РФ в качестве обстоятельств смягчающих наказание, но в описательно-мотивировочной части приговора изложил лишь в формулировочной форме.

Анализируя материалы уголовного дела, показания свидетелей П ИС, Ш ВН, Р ЕА, Свидетель №8 Свидетель №6, С ОА, потерпевшего ФИО1 №1, полагает, что инкриминируемое ему обвинение, как генерального директора и соучредителя компании ООО <...>» вменены от имени иной копании.

Указывает, на незаконность решения суда по ограничению в ознакомлении с материалами уголовного дела, поскольку ежедневный график доставки в здание суда сопряжено с существенным ограничением его прав, в том числе на трех разовое горячее питание, свежий воздух, 8-ми часовой сон, указанный режим не позволяет спланировать встречу с адвокатом и совершить телефонный звонки другие действия по правой поддержке. Указывает, на ненадлежащую работу конвоиров, при ознакомлении с материалами уголовного дела, просматривающих видео и аудио из Интертен ресурсов, отвлекающих внимание. Также указывает, на многочисленные нарушения допущенные при изготовлении протоколов судебных заседаний.

В возражениях на апелляционный жалобы представитель потерпевшей ФИО1 №2- адвокат К МВ полагает доводы апелляционных жалоб не состоятельными, а приговор суда законным и обоснованным не подлежащим отмене либо изменению

Изучив материалы дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах, судебная коллегия приходит к следующему.

Доводы жалобы о неверном установлении фактических обстоятельств совершенных С АА преступлений являются несостоятельными и опровергаются совокупностью собранных по делу доказательств, приведенных в приговоре, на основании которой суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о виновности С АА в совершении инкриминируемых ему деяний:

показаниями потерпевшего ФИО1 №1, из которых следует, что в ходе поиска работы, на выставке недвижимости он познакомился с Свидетель №4, которая пригласила его в компанию, где развивают финансовую грамотность населения. В <дата> года по приглашению Свидетель №4 он посетил офис ООО «<...>», который располагался в БЦ «<...>» по адресу: <адрес>, где познакомился с генеральным директором С АА Ввиду отсутствия соответствующего навыка работы, ему также был предложен опытный трейдер и продемонстрированы графики на биржевом рынке. С АА указал, что необходимо разместить определенную сумму денежных средств на торговом счете, далее необходимо работать с этими деньгами, либо самостоятельно, либо с привлечением услуг иного лица, с которым заключается договор и доверяется работа со счетом. Доверяя С АА, он инвестировал денежные средств, открыв в октябре 2014 года расчетный счет в банке ВТБ и переведя по реквизитам, которые ему предоставили в офисе компании, в декабре 2014 года он получит первую прибыль. В последующем увидев, что сумма депозита уменьшилась за короткое время, он попросил С АА помочь вернуть денежные средства. С АА вернул на счет 1 500 долларов США. К <дата> года от С АА поступило предложение стать соучредителем компании «<...>» и выкупить долю 10 % франшизы компании «<...>» за 800000 рублей. С АА гарантировал высокий доход, возвращение денежных средств в течение одного года. Он (ФИО1 №1), не сомневаясь, доверяя С АА и его успешному бизнесу, согласился с предложением последнего и передал через Свидетель №1 <дата> в офисе компании «<...>» в БЦ «<...>» в присутствии С АА наличные денежные средства в размере 800000 рублей, которые взял в долг. Свидетель №1 в свою очередь подписал расписку о получении денежных средств в указанном размере и передал ее ему (ФИО1 №1). Далее в качестве члена компании он несколько раз принимал участие в организованных С АА корпоративах по его приглашению. <дата> будучи совместно со С АА в Москве на очередном мероприятии, он (ФИО1 №1) получил лицензию франчайзи от <дата> и договор концессии, которые, как он понимал, подтверждали владение приобретенной им доли в компании С АА Взамен врученной лицензии, Свидетель №1 потребовал у него (ФИО1 №1) оригинал расписки о получении им денежных средств в размере 800000 рублей. Он возвратил расписку, сделав для себя ее копию. В последующем он обещанный С АА доход, окупаемость и преумножение инвестированных денежных средств не получил, в связи с чем неоднократно обращался к С АА, который убеждал его, что работа ведется и обещанные денежные средства он «заработает». Он (ФИО1 №1) неоднократно приходил в офис, разговаривал со С АА, различными способами пытался урегулировать сложившуюся ситуацию и возвратить ранее переданные ему денежные средства, попросил забрать приобретенные им 10% франшизы компании обратно и возвратить ему 800000 рублей, на что получил отказ от С АА с предложением о перепродаже указанной доли за 1600 000 рублей. С АА на протяжении нескольких месяцев обещал, что все исправит и денежные средства возвратит, а в последующем стал скрываться и высказывать угрозы. Причиненный преступлением ущерб в размере 800000 рублей С АА не возмещен,

показаниями потерпевшей ФИО1 №2, по обстоятельствам знакомства со С АА, поступившего предложения от С АА ей войти в состав учредителей создаваемого им нового юридического лица, с долей уставного капитала в размере 20%, обещая ведение совместной предпринимательской деятельности, получение стабильной прибыли, которая за календарный год составит более 6500000 рублей. Также С АА сообщил, что для приобретения 20% франшизы международного финансового брокера «<...>» необходимо вложить в деятельность компании денежные средства в размере 1900000 рублей и 30000 долларов США. <дата> по ранее достигнутой договоренности со С АА, она передала Свидетель №4, наличные денежные средства в размере 1900 000 рублей и 30 000 долларов США, для дальнейшей передачи С АА Со слов Свидетель №4 ей стало известно, что в тот же день денежные средства в полном объеме в офисе компании в БЦ «<...>» были переданы С АА В последующем в апреле 2015 года С АА в ходе встречи предложил кандидатуру Свидетель №4 на должность генерального директора в создаваемое ООО <...>», а также передал ей (ФИО1 №2) оригинал сертификата франшизы компании «<...>», подтверждающей ее участие в ООО «<...>», где размер ее доли составляет 20 %. В апреле 2015 года в офисе компании С АА передал ей (ФИО1 №2) оригинал договора, заключенный последней с компанией «<...>», на котором был проставлен апостиль компании. Она (ФИО1 №2) действуя по указанию С АА, вписала свои анкетные данные и поставила в договоре дату <дата>, которая не соответствовала текущей дате. После чего С АА передал ей оригинал договора коммерческой концессии №... от <дата>, который она также подписала. В апреле-мае 2015 года в офисе компании, С АА передал ей оригинал лицензии франчайзи от <дата>, с поставленным на ней апостилем компании «<...>», в тексте которой была орфографическая ошибка. Указав об этом С АА, последний сообщил, что документ переделают. Спустя несколько дней С АА передал ей исправленный документ. Примерно через месяц, прибыв в офис компании, она увидела, что С АА рядом со своим помещением, арендовал новое помещение, которое было обставлено новой дорогой мебелью. В летний период 2015 года она (ФИО1 №2) поинтересовавшись у С АА об обещанной прибыли от ранее инвестированных денежных средств, последний сообщил, что вложенные денежные средства утрачены. Поняв, что С АА ее обманул, она обратилась в суд с гражданским иском и в правоохранительные органы. Противоправными действиями С АА ей причинен ущерб на общую сумму 3559984 рубля, которая состоит из 1900000 рублей и 30000 долларов США, которые по курсу ЦБ РФ на <дата> составили 1659984 рубля. Причиненный преступлением ущерб С АА не возмещен,

показаниями свидетеля Свидетель №4, из которых следует, что 2014 году работала в качестве менеджера в ООО «<...>». ООО «<...>» и ООО «<...> офис которых располагался в БЦ «<...>» по адресу: <адрес> Фактически это был один офис, одна компания, одни люди, одна деятельность под руководством С АА, являющегося генеральным директором обоих компаний. Фирмы занимались торговлей на финансовых рынках и обучением людей, заинтересованных в приобретении навыков торговли на фондовых рынках. Заработная плата формировалась от количества привлечённых клиентов, а также проведенных на их счетах лотов на рынке. От суммы денежных средств, внесенных в компанию привлеченными клиентами, она получала определенный процент лично от С АА в наличном виде. В <дата>, работая по указанию С АА на выставочном стенде, к ней подошел ФИО1 №1, находящийся в поиске работы, который заинтересовался деятельностью компании. В последующем ФИО1 №1 был приглашен в компанию к С АА для прохождения бесплатных курсов, по окончанию которых открыл торговый счет на бирже. В декабре 2014 года С АА предложил ФИО1 №1 стать инвестором и войти в состав учредителей компании, на что последний согласился. Спустя некоторое время ФИО1 №1 начал интересоваться у С АА о причинах отсутствия дивидендов от ранее инвестированных денежных средств, также в офис к С АА приходила мать ФИО1 №1, которая аналогичным образом настаивала на возврате вложенной суммы денег. С АА обещал их возвратить и просил подождать.

Также одним из клиентов компании С АА была ФИО1 №2, которая совместно с Свидетель №7 некоторое время посещала бесплатный курс обучения трейдерству, после которого приняла решение торговать на финансовом рынке, а после общения со С АА высказала желание стать учредителем трейдинговой компании, приобрела франшизу и стала держателем доли. После чего было зарегистрировано новое юридическое лицо ООО «<...>», в котором С АА предложил ей занять должность генерального директора. Предполагалось, что данная компания будет работать с регионами, С АА обещал стабильную заработную плату, дополнительно к проценту от лотов и денежных средств, внесенными клиентами на счет.

В апреле-мае 2015 года Свидетель №4 по поручению С АА получила от ФИО1 №2 денежные средства в размере около 2000000 рублей и 30000 долларов США, находясь у нее дома в <адрес> Санкт-Петербурга, о чем написала расписку. Денежные средства в полном объеме в тот же день она передала С АА в офисе компании. В указанный период было создано ООО «<...>», учредителями которой стали С АА, Свидетель №1 ФИО1 №2, Г ДО С АА давал Свидетель №4 подписывать большой пакет документов, необходимых для оформления получения ФИО1 №2 права франшизы «<...>» как участника ООО <...>». Офис ООО «<...>» располагался фактически в соседнем от ООО «<...>» помещении. В ООО «<...>» Свидетель №4 выполняла поручения С АА, фактически исполняя обязанности секретаря, работала одна, без клиентов, в связи с чем фактически трейдинг фирмой не осуществлялся, сотрудники в штат не нанимались, заработная платы ей не выплачивалась. Через несколько месяцев, не понимая концепции фирмы ООО «<...>», она приняла решение об увольнении, но С АА ей отказал, в связи с чем она в дальнейшем самостоятельно покинула компанию,

показаниями свидетеля Свидетель №1, из которых следует, что с начала 2014 года он сотрудничает со С АА, совместно с которым по предложению последнего они создали ООО «<...> которое располагалось в БЦ «<...>» по адресу: <адрес>., где С АА являлся генеральным директором, Свидетель №1 его соучредителем. Со слов С АА фирма должна была заниматься обучением и консультированием людей, которые хотели работать на международных финансовых рынках. Всем желающим работать на финансовом рынке предлагалось обучение, включающее бесплатные занятия, которые проводил либо он, либо С АА Затем при желании клиенты могли продолжить обучение за отдельную плату. Для обучения у компании была возможность организации демонстрационных версий торгов. Соответствующие знания и необходимую литературу, в том числе с методическими рекомендациями, он получал от С АА, также у компании были независимые трейдеры, которых можно было предложить клиентам как персональных трейдеров, если клиент сам не умел или не хотел заниматься подобной деятельностью. При этом договор с клиентом заключала не компания, а трейдеры. Компания «<...>» стала знакома со слов С АА, который на первой встрече сообщил, что является представителем данной международной компании и представил визитную карточку, не предоставляя никаких иных документов. В 2014 году ООО «<...>» приобрело у «<...>» франшизу для получения права работать под ее торговой маркой за 100000 долларов США, однако, как происходила указанная оплата он не знает, поскольку денежные средства передавал С АА, который в свою очередь как документальное подтверждение покупки франшизы показывал ему сертификат от <...>. По всем вопросам взаимодействия с «<...>» занимался С АА

ФИО1 №1 проходил обучение трейдингу в компании, расписку от <дата>, согласно которой Свидетель №1 получил от ФИО1 №1 денежные средства в размере 800000 рублей, изготовлена С АА и распечатана им в офисе ООО «<...>» с рабочего компьютера. По просьбе С АА, не понимая правовые последствия сделки, он (Свидетель №1) расписался о получении денежных средств от ФИО1 №1 Фактически денежные средства в размере 800000 рублей были переданы в указанный в расписке день в часы работы офиса в период с 09 часов до 18 часов. Дальнейшую работу с ФИО1 №1 продолжил С АА, однако вскоре у них произошел конфликт из-за того, что ФИО1 №1 не получил ожидаемой прибыли. Денежные средства С АА не были возвращены ФИО1 №1

В 2015 года С АА предложил ему и ФИО1 №2 учредить совместно новое юридическое лицо, в котором ФИО1 №2 стала бы одним из участников, указав, что вложение инвестиций в деятельность новой фирмы от него (Свидетель №1) не требуется. Тем самым С АА хотел заполучить в партнеры ФИО1 №2, но так, чтобы их деятельность не была связана с деятельностью ООО «<...> <дата> после обеда он по просьбе С АА привез Свидетель №4 к адресу места проживания ФИО1 №2, где последняя передала П ИС денежные средства в счет приобретения 20% франшизы компании <...>». Затем до 18 часов сопроводил Свидетель №4 в офис в БЦ «<...>». Генеральным директором ООО «<...>» была назначена Свидетель №4, которая была рекомендована на указанную должность С АА Фактически ООО «<...>» никакой деятельности не осуществляло. В связи с наличием претензий к финансовому состоянию ООО «<...>», по инициативе ФИО1 №2 была организована встреча, в ходе которой он (Свидетель №1) поддерживал С АА, сообщившего ему накануне сведения о финансово-хозяйственном состоянии ООО «<...>», которые необходимо было довести до участников встречи.

Вывод о виновности С АА в свершении инкриминируемых ему преступлений, также подтверждается: показаниями свидетелей Свидетель №6, Свидетель №7, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №5, С ОА, Р ЕА, К ОП, Ш ВН, К ТВ, С НН, Свидетель №8

Кроме показаний потерпевших и свидетелей обвинения, в обоснование вины осужденного С АА судом положены и другие доказательства по уголовному делу, исследованные в судебном заседании: заявления о преступлении, протоколы выемок, протоколы осмотра мест происшествия, выписок по счетов, протоколы осмотров документов.

Указанные и иные положенные в основу приговора доказательства, вопреки доводам жалоб, полно и объективно исследованы в ходе судебного разбирательства, их анализ, а равно оценка подробно изложены в приговоре.

Вопреки доводам осужденного все исследованные доказательства суд, в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ, проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. Показания потерпевших и свидетелей обвинения не только взаимно подтверждаются и дополняют друг друга, но и согласуются с другими приведенными в приговоре доказательствами.

Не усматривается оснований к оговору осужденного со стороны потерпевших и свидетелей обвинения, личной заинтересованности указанных лиц в привлечении С АА к уголовной ответственности. Обстоятельств, порочащих показания потерпевших ФИО1 №1, ФИО1 №2, свидетелей Свидетель №4, Свидетель №1, Свидетель №6, Свидетель №7, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №5, С ОА, Р ЕА, К ОП, Ш ВН, К ТВ, С НН, Свидетель №8, не установлено. Существенных противоречий в данных показаниях по значимым обстоятельствам дела, которые могли бы поставить их под сомнение и повлиять на правильное установление судом фактических обстоятельств по делу и на выводы суда о виновности С АА, данные доказательства, положенные судом в основу приговора, в себе не содержат и судом не установлены.

Показания потерпевших и свидетелей, положенные в основу приговора, суд апелляционной инстанции признает достоверными, подтверждающими причастность С АА к совершению инкриминируемых преступлений. Признавая показания указанных лиц достоверными, судебная коллегия также принимает во внимание, что сведения, сообщенные данными лицами, в полной мере подтверждаются материалами уголовного дела.

Следует отметить, что приведенная осужденным оценка показаний потерпевших ФИО1 №1, ФИО1 №2, а также аудиозаписей представленных потерпевшими в ходе предварительного следствия, носит односторонний характер, не отражает в полной мере существо этих доказательств, показания оценены осужденным в отрыве от других имеющихся по делу доказательств. Исследованные по делу доказательства необходимо рассматривать и оценивать во всей их совокупности, что и сделано судом в приговоре. Существенных противоречий между фактическими обстоятельствами дела, как они установлены судом, и доказательствами, положенными судом в основу приговора, не имеется.

Не может судебная коллегия согласиться и с доводами, которые фактически сводятся к утверждению о том, что у С АА не было умысла на хищение денежных средств потерпевших ФИО1 №1 и ФИО1 №2 В ходе судебного разбирательства было установлено, что С АА представляясь директором ООО «<...>» позиционируя себя официальным представителем «Ларсон энд Хольц Интернет Технолоджи Лимитед», предлагая приобрести 10 % франшизы, и предоставляя заведомо ложные сведения о возможности получения высокой прибыли получил от ФИО1 №1 через Свидетель №1 денежные в сумме 800000 рублей, условия, условия перед ФИО1 №1 не выполнил, действия направленные на возвращение в полном объеме суммы, также не выполнил, а денежными средствами распорядился по своему смотрению.

Также в ходе судебного разбирательства было установлено, что С АА представляясь директором ООО «<...>» позиционируя себя официальным представителем «<...>»,предлагая приобрести 20 % франшизы, а также предлагая заняться совестным бизнесом, и предоставляя заведомо ложные сведения о возможности получения высокой прибыли получил от ФИО1 №2 через Свидетель №4 денежные средства на общую сумму 3559984 рубля, условия, сообщенные ФИО1 №2 не выполнил, действия направленные на возвращение в полном объеме суммы, также не выполнил, а денежными средствами распорядился по своему смотрению.

Факт получения С АА переданных ФИО1 №1 и ФИО1 №2 для целей приобрести франшизы, а ФИО1 №2 также для учреждения нового предприятия в суммах 800000 рублей и 3559984 рубля, соответственно, помимо показаний потерпевших, подтверждается показаниями свидетелей в том, числе П АЮ, Свидетель №1, Свидетель №7, Свидетель №2 и свидетелей П НЛ, В АК , Д ДА, и Р ПС

Судебная коллегия, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, о наличии в действиях С АА составов инкриминируемых ему преступлений, принимает во внимание, показания свидетеля С ОА из которых следует, что чтобы стать обладателем франшизы необходимо зарегистрироваться на сайте иностранной организации, заполнить анкету, затем расширенную анкету, затем ответить на ряд дополнительных вопросов, затем определяется цена, после чего дистанционно заключается договор коммерческой концессии, осуществляется перевод в иностранной валюте на банковские реквизиты, договор направляется по электронной почте и в оригинале по обычной почте вместе с франшизой. Денежные средства перечисляются безналичным способом с получением квитанций. Являясь генеральным директором ООО «<...>» С АА не мог работать в качестве трейдера, но мог осуществлять трейдерскую деятельность, являясь представителем юридического лица, при этом брокерскую деятельность не мог осуществлять. Деятельность, связанная с торгами на финансовых рынках несет высокий риск, что необходимо доводить до сведения населения при обучении на лекциях.

Также судебная коллегия отмечает, что из показаний свидетеля Свидетель №7 следует, что после лекции которую проводил С АА, она познакомила С АА, с ФИО1 №2 С АА рассказывал ФИО1 №2 об уникальной возможности приобретения доли с целью вхождения в состав соучредителей компании с гарантированным высоким доходом. Высокий уровень доходности С АА объяснял получением прибыли от инвестиций на бирже, которые исключают любые риски и потерю денежных средств, и получением процентов от участия в качестве соучредителя компании, обещая ежемесячную значительную прибыль от внесенных денежных средств. После очередной лекции, С АА в присутствии Свидетель №4 более подробно рассказал ФИО1 №2 о плюсах и беспроигрышности инвестиций в брокерском бизнесе, приводил статистику, показывал личный кабинет, таблицы, успешную торговлю, на которую он приобрел недвижимость, заверял, что отсутствуют поводы для переживания, поскольку он сам будет контролировать вложения ФИО1 №2, указывал, что он являлся владельцем официального представительства международного финансового брокера в России, показывал дипломы на иностранных языках, убеждал, что покупка небольшой доли компании позволит ФИО1 №2 зарабатывать вместе с ним, получать гарантированный и прогнозируемый доход. В последующем ей стало известно, что ФИО1 №2 заключила со С АА договор, по которому она стала его компаньоном в фирме. Через несколько месяцев ей стало известно о том, что ФИО1 №2 от приобретения доли никакой прибыли и дохода не получила, в связи с чем они вместе приехали в офис к С АА, который свое отношение к ФИО1 №2 изменил, вел себя агрессивно. От С АА ей стало известно, что переданные ФИО1 №2 денежные средства в счет приобретения ею доли в компании утрачены брокером и счет обнулился. Также С АА предложил ФИО1 №2 самой реализовывать купленную ею долю.

Совокупность исследованных в судебном заседании доказательств бесспорно свидетельствует о том, что С АА изначально не имел намерений исполнить взятые на себя обязательства. Суд первой инстанции основываясь на материалах уголовного дела обоснованно пришел к выводу, о том, что С АА изготовил фиктивные документы, с целью придания достоверности и легитимности своих действий, привлек к своему плану неосведомленных и находившихся в его служебном подчинении Свидетель №4 и П ПГ, которые по поручению С АА получали от потерпевших денежные средства и передавали их осужденному, который распорядился ими по своему усмотрению, в том числе на иные собственные цели отличные от условий и предмета договора с потерпевшими, сообщая им заведомо ложные сведения о гарантированном доходе и отсутствии рисков. С целью реализации преступных намерений, С АА создавал образ успешного предпринимателя, осуществляющего деятельность на биржевых рынках, имеющего офис оборудованный как мебелью, так и демонстрационными материалами, принимал участие на выставочных стендах с целью привлечения клиентов, проводил в офисе бесплатное краткосрочное обучение населения финансовой грамотности, таким образом привлекая через различных знакомых клиентов, среди которых были потерпевшие ФИО1 №1 и ФИО1 №2 Имитируя высокодоходный проект и прибыльную деятельность, создавая тем самым мнимую возможность исполнения обязательств перед потерпевшими, в то время как у ФИО1 №1 и ФИО1 №2 отсутствовал достаточный опыт и познания в сфере финансового рынка, доводил до них ложную информацию о гарантированном в кратчайший срок доходе от инвестиций, при отсутствии рисков. При этом потерпевшие ФИО1 №1 и ФИО1 №2, не обладающие достаточными знаниями биржевой деятельности, не вникая в подписанные ими документы о приобретении 10% франшизы компании «<...>», выданной в пользу ООО «<...>» и 20% франшизы компании «<...>», выданной в пользу ООО «<...>, доверяя С АА, который являлся представителем и генеральным директором ООО «<...>» и ООО «<...>», проводил бесплатные семинары об успешной торговой деятельности на бирже, демонстрировал многочисленные материалы и видеоролики о ее прибыльности, убеждал в легком, быстром дополнительном доходе при отсутствии рисков, воспользовавшись неграмотностью потерпевших, обещавшим финансово-выгодные сделки, получил на предложенных им условиях согласие от ФИО1 №1 и ФИО1 №2 о передаче ему оговоренной суммы денежных средств.

Несостоятельны и содержащиеся в жалобах утверждения о недостоверности показаний потерпевших ФИО1 №1 и ФИО1 №2, показания которых не совпадают с позицией, которую занял осужденный в свою защиту. Допросы потерпевших и других лиц проведены при досудебном производстве по уголовному делу и в суде с соблюдением требований ст. ст. 187 - 191 и 278 УПК РФ, а ход и результаты допросов отражены в протоколах, составленных в соответствии со ст. ст. 166, 177, 259 УПК РФ. Показания указанных потерпевших последовательны, согласуются между собой, оснований для оговора ими осужденного С АА не установлено. При этом, сторона защиты реализовала свое право допросить в судебном заседании каждого из потерпевших и свидетелей (за исключением Свидетель №5), высказать свое мнение относительно доказательственного значения для дела исследованных показаний.

Судебная коллегия отклоняет, доводы осужденного изложенные в апелляционной жалобы, о неверной трактовке показаний потерпевшего ФИО1 №1, в отношении его действий с операциями на торгово-залоговый счет, как инвестиционные, поскольку все фактические обстоятельства инкриминируемых преступлений судом установлены правильно, на основе совокупности исследованных судом доказательств.

Судебная коллегия отмечает, что судом первой инстанции дана также надлежащая оценка показаниям осужденного С АА, данным в установленном порядке в ходе предварительного, оглашены судом в порядке ч. 1 ст. 276 УПК РФ. Оснований не доверять данным показаниям суд первой инстанции не усмотрел, не находя оснований у С АА для самооговора.

Показания осужденного С АА, вопреки утверждению защитника оглашены в соответствии с положениями ст. 276 УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционных жалоб размер ущерба, причиненного потерпевшим, установлен правильно, на основании исследованных судом письменных материалов дела, оснований сомневаться в правильности выводов которых у суда первой инстанции не имелось, они в полной мере соответствуют другим доказательствам, исследованным судом первой инстанции.

Судебная коллегия отмечает, что передача С АА <дата> денежных средств потерпевшей ФИО1 №2 в сумме 1900000 рублей и 30000 долларов США подтверждается показаниями потерпевшей ФИО1 №2, показаниями свидетеля Свидетель №4, а также письменными доказательствами по делу, в том числе 3 банковскими бумажными лентами по 10000 долларов США каждая, фотокопией «соглашения» между ФИО1 №2 и Свидетель №4 о внесении ФИО1 №2 денежных средств в сумме 1900000 рублей и 30000 долларов США в счет приобретения 20% долей ООО «<...>». Показаниями свидетеля Свидетель №4 из которых следует, что она получила указанных денежных средств, которые в последующем передала С АА в полном объеме. Указанные обстоятельства не оспариваются подсудимым С АА

Доводы апелляционных жалоб о том, что часть полученных от ФИО1 №2 денежных средств были израсходованы подсудимым С АА на оборудование офиса ООО «<...>», а также на аренду помещения, не свидетельствуют, о наличии оснований для снижения суммы причиненного ущерба, поскольку, как правильно указал суд первой инстанции не противоречат преступной цели С АА – получения для себя материальной выгоды, соответствуют выводу о возможности распоряжения указанными денежными средствами по своему усмотрению, и наступлению последствий от указанных действий С АА в виде причинения имущественного ущерба ФИО1 №2, при этом доводы, о том, денежные средства были потрачены на оборудование и аренду офиса с согласия ФИО1 №2 опровергаются материалами уголовного дела. С учетом изложенного, судебной коллегией отвергаются доводы апелляционных жалоб, о том, что отсутствие в материалах уголовного дела квитанций, чеков, товарных чеков, транспортных накладных, подтверждающих факт закупки оборудования для офиса ООО «<...>», поскольку отсутствие в материалах дела указанных документов, с учетом установленных обстоятельств указанных выше, не влияют на квалификацию действий осужденного.

Также обоснованно отвернут довод стороны защиты о том, что взнос на приобретение франшизы не должен возвращаться ФИО1 №2, поскольку хоть и согласуется с правовой природой договора коммерческой концессии, однако как верно установлено судом при рассмотрении уголовного дела, договор коммерческой концессии являлся подложным, его изготовление и подписание являлось способом обмана ФИО1 №2, послужило лишь приданием видимости намерениям подсудимого исполнить взятые обязательства, и ФИО1 №2, будучи обманутой, планировала извлекать доход, в связи с чем правовых оснований получения С АА денежных средств изначально не возникало.

Довод апелляционной жалобы осужденного, о том, что инкриминируемое ему деяния как генерального директора ООО <...>», вменены от имени иной компании несостоятельны, поскольку опровергаются письменными доказательствами, а также показаниями С АА, данные в ходе предварительного расследования, показаниями потерпевшего ФИО1 №1, свидетелей Свидетель №4, Свидетель №1, а анализ показаний свидетелей Ш ВН Р ЕА, Свидетель №8, Свидетель №6, С ОА, вопреки доводам апелляционной жалобы, не свидетельствуют о совершении С АА преступлений в качестве генерального директора иной компании. Судом первой инстанции, обоснованно установлено, на основании совокупности исследованных судом доказательств, что С АА, будучи назначенный на должность генерального директора и наделенный полномочиями по организационно-распорядительным и административно-хозяйственным функциями в коммерческих организациях, использовал для совершения хищения имущества принадлежащего ФИО1 №1 и ФИО1 №2 свои служебные полномочия в силу занимаемой должности в ООО «<...>» и ООО «<...>», распоряжаясь финансовыми и кадровыми вопросами, умышленно, давая указания, находящимся в его служебном подчинении Свидетель №1, Свидетель №4 о привлечении клиентов в рамках финансово-хозяйственной деятельности подконтрольных подсудимому Обществ.

По своей сути изложенные в апелляционных жалобах адвоката доводы сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ. Несогласие защитника и осужденного с выводами суда о виновности С АА сводится к тому, что одни показания и доказательства, благоприятные для него, следует признать достоверными, а другие, которые суд признал правдивыми, - отвергнуть. Однако это не согласуется с приведенными выше нормами уголовно-процессуального закона об оценке доказательств.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о квалификации действий осужденного С АА по ч. 3 ст. 159, ч.4 ст. 159 УК РФ, поскольку именно о данной квалификации свидетельствуют фактические обстоятельства, установленные судом.

На основании исследованных доказательств судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о доказанности виновности С АА в совершении мошенничеств путем обмана, с использованием своего служебного положения в крупном и особо крупном размере.

Постановленный судом приговор соответствует требованиям ст. ст. 307 - 309 УПК РФ. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, приведены в необходимом объеме и проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением ее мотивов, аргументированы выводы, относящиеся к вопросу квалификации преступления, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу, из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ.

Судебная коллегия также отмечает, что органами предварительного следствия в ходе расследования уголовного дела не допущено нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора. Доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности С АА, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства и являются допустимыми. Кроме того, в материалах дела не имеется и в суде не представлено доказательств, свидетельствующих об искусственном создании органом уголовного преследования доказательств обвинения.

Суд оценил и проанализировал все исследованные в суде доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты, в их совокупности. Все изложенные в приговоре доказательства суд, проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, поэтому доводы жалоб об отсутствии доказательства виновности С АА в инкриминируемых преступлениях, а также о том, что суд не дал надлежащей оценки доказательствам, являются несостоятельными.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, судебная коллегия отмечает, что дело рассмотрено судом первой инстанции с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон.

Судебное разбирательство проведено на основе принципа состязательности, установленного ст. 15 УПК РФ, с учетом требований ст. 252 УПК РФ о пределах судебного разбирательства, обстоятельства дела были установлены на основании непосредственно исследованных судом доказательств.

Вопреки доводам апелляционных жалобы, судебная коллегия проанализировав протоколы судебных заседаний, аудиозаписи судебных заседаний, приговор суда, полагает, что приговор не противоречит протоколу судебного заседания, смысл показаний допрошенных в суде лиц отражен в приговоре в соответствии с их показаниями, изложенными в протоколе судебного заседания, а также с учетом оглашенных в порядке ст. 281 УПК РФ показаний, данных в ходе предварительного следствия. Показания всех лиц, допрошенных в суде, изложены в приговоре в соответствии с протоколом судебного заседания и материалами уголовного дела, поэтому доводы осужденного и его защитника в указанной части не соответствуют материалам уголовного дела и являются несостоятельными.

Показания потерпевших и свидетелей приведены в приговоре в соответствии с их показаниям в ходе предварительного и судебного следствия в части достаточной для установления фактических обстоятельств дела и квалификации действий осужденного.

Не указание во вводной части приговора всех участвующих в деле государственных обвинителей и секретарей судебного заседания, а в описательно мотивировочной части инициалов потерпевшего, не повлияло на исход дела и основанием для отмены приговора не является.

Протоколы судебных заседаний оформлен в соответствии с положениями ст. 259 УПК РФ, существенных нарушений, повлиявших на вынесение судебного решения, судебная коллегия не усматривает.

Кроме того, все заявленные сторонами в ходе судебного заседания ходатайства рассмотрены судом с указанием мотивов принятого решения, не согласиться с которыми оснований у судебной коллегии не имеется. Судебная коллегия отмечает, что суд оказывал сторонам содействие в представлении доказательств, и каких-либо ограничений в реализации стороной защиты прав по представлению доказательств со стороны суда допущено не было.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих за собой отмену приговора, в том числе, нарушения права на защиту С АА, допущено не было. Доказательств того, что осужденный в ходе судебного разбирательства был лишен возможности участвовать в исследовании доказательств и в полной мере не смог реализовать свои процессуальные права, в материалах уголовного дела не имеется.

Несостоятельны и доводы осужденного о нарушении его прав после вынесения приговора необоснованным ограничением и последующим прекращением ознакомления с материалами уголовного дела, поскольку судом было установлено, что С АА после вынесения приговора была предоставлена возможность знакомиться с материалами уголовного дела, в том числе, и с теми, с которыми он был ознакомлен при выполнении статьи 217 УПК РФ. Длительность ознакомлении осужденного с материалами дела судом правильно расценена как злоупотребление С АА правом, в связи с чем, принятое судом постановление от <дата>, основано на законе, и не нарушило процессуальных прав осужденного. При этом судебной коллегией отмечается тот факт, что в период ознакомления с материалами, осужденный С АА ходатайств о нарушении его прав, о предоставлении возможности встречи с защитником не заявлял. Оснований для признания принятого судьей процессуального решения незаконным судебная коллегия не находит.

При назначении С АА наказания суд учел характер и степень общественной опасности, обстоятельства совершенного им преступления, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление С АА и на условия жизни его семьи, характеристики его личности. Таким образом, суд обоснованно в соответствии с принципами соразмерности и справедливости, пришел к выводу о том, что исправление С АА возможно лишь в условиях реальной изоляции от общества, назначив ему за каждое из совершенных преступлений наказание в виде лишения свободы без назначения дополнительных наказаний, не усмотрев оснований для применения в отношении него положений ст.73 УК РФ, а также оснований для изменения категории совершенных С АА преступления на менее тяжкие в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

При этом в качестве смягчающих наказание обстоятельств в соответствии со ст. 61 УК РФ обоснованно признаны: признание подсудимым вины в период предварительного расследования, признание им вины в судебном заседании в полном объеме по преступлению в отношении потерпевшего ФИО1 №1, частичное признание вины по преступлению в отношении потерпевшей ФИО1 №2, способствование расследованию преступлений, раскаяние в содеянном, явку с повинной по преступлению в отношении потерпевшего ФИО1 №1, принятие мер по частичному возмещению причиненного преступлениями ущерба в размере 2000000 рублей, выданных С АА в ходе предварительно расследования и на которые наложен арест.

Также при назначении наказания судом учтены данные о личности осужденного С АА –престарелый возраст, сведения о состоянии здоровья, отсутствие судимостей, наличие гражданства Российской Федерации, регистрации и места жительства на территории Санкт-Петербурга, степень высокой социальной адаптации, наличие дохода от ремонта органов, принесение в прениях извинений потерпевшим, оказание материальной поддержки родственникам.

Отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст.63 УК РФ судом по делу не усматривается.

Сведений о невозможности отбывать наказания в виде лишения свободы по состоянию здоровья материалы уголовного дела не содержат, судебной коллегии не представлены.

Оснований для применения положений ст. 64 УК РФ не усматривается, поскольку исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступлений, а равно других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, по делу не установлено.

Отбывание наказания в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ в исправительной колонии общего режима назначено осужденному правильно.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 309 УПК РФ, суд, решил судьбу вещественных доказательств надлежащим образом.

Нарушений Конституционных прав, а также норм уголовно-процессуального закона, при рассмотрении уголовного дела в отношении С АА с учетом требований ст.389.15 УПК РФ, которые могли бы послужить основанием отмены либо изменения приговора суда, судебной коллегией не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33, 389.35 УПК РФ, судебная коллегия,

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор <адрес> от <дата> в отношении С АА – оставить без изменения.

Апелляционные жалобы с дополнениями адвоката А АН, осужденного С АА - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в порядке главы 47.1 УПК РФ.

Кассационная жалоба, представление, могут быть поданы в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через районный суд в течение шести месяцев, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии решения районного суда, вступившего в законную силу.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: