Дело №2-502/2025
УИД 76RS0014-01-2024-004028-51
Изготовлено 08.09.2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
город Ярославль 29 августа 2025 года
Кировский районный суд города Ярославля в составе:
председательствующего судьи Воробьевой В.В.
при секретаре Ананьевой А.А.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску заместителя прокурора Кировского района г. Ярославля действующего в интересах ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договоров недействительными, иску ФИО3 к ФИО1 о признании утратившей право пользования жилым помещением,
установил:
Заместитель прокурора Кировского района г. Ярославля действующий в интересах ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО3, в котором просит с учетом уточненного иска признать недействительными договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, кадастровый №, от 15 августа 2024 года, заключенный между ФИО1 и ФИО2, договор купли-продажи указанной квартиры от 26 августа 2024 года, заключенный между ФИО3 и ФИО2; прекратить право собственности ФИО3 на квартиру по адресу: <адрес>, кадастровый №, признать право собственности ФИО1 на нее, взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 денежные средства в сумме 2 900 000 руб., переданные во исполнение договора купли-продажи квартиры от 15 августа 2024 года. Также просит признать недействительным договор займа от 15 августа 2024 года, заключенный между ФИО1 и ФИО2 на сумму 500 000 руб. В обоснование иска указано на положения ст.ст. 153, 166, 167, 177, 302 ГК РФ. ФИО1 на момент заключения договора купли-продажи квартиры от 15 августа 2024 года действовала в соответствии с указаниями мошенников в целях сохранения имущества от посягательства злоумышленников, не преследовала цели реализовать квартиру. Переезжать не намеревалась, планировала в дальнейшем проживать в квартире. Цена квартиры значительно уменьшена по сравнению с ее рыночной стоимостью. При подписании и заключении оспариваемого договора ФИО1 находилась под влиянием третьих лиц, в связи с чем не могла в полной мере осознавать значение своих действий и руководить ими. ФИО3, приобретая квартиру у ФИО2, с которой у него сложились семейные отношения, не может считаться добросовестным приобретателем. На момент заключения оспариваемого договора ФИО3 не принял необходимых мер по проверке правового статуса квартиры. На момент приобретения квартиры у ФИО2 было достоверно известно о совершении в отношении ФИО1 мошеннических действий, ее нежелании продавать спорное имущество, сниматься с регистрационного учета.
ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО1 о признании утратившей право пользования жилым помещением по адресу: <адрес>. В обоснование указано на приобретение истцом указанной квартиры по договору купли-продажи от 26 августа 2024 года. Наличие регистрации в спорном жилом помещении ФИО1 ФИО3 полагает с учетом изложенного и положений ст. 35 ЖК РФ, ст.ст. 209, 288 ГК РФ ФИО1 утратила право пользования жилым помещением по адресу: <адрес>, и подлежит снятию с регистрационного учета.
Прокурор Кваша Н.Е. поддержала исковое заявление по доводам, изложенным в нем. Возражала против удовлетворения исковых требований ФИО3 С результатами судебной экспертизы истец согласен. Уголовное дело находится на стадии расследования, по нему ФИО1 признана потерпевшей. Осуществлялись звонки от ФСБ, МВД и Росфинмониторинг, говорилось о необходимости передачи денежных средств, продажи квартиры с целью её сохранить. Для реализации спорной квартиры истец обратилась в ООО «Метро», где продала квартиру за меньшую цену. Цели лишиться единственной недвижимости, выехать из квартиры в планах у нее не было. Иного жилья у ФИО1 нет. В спорном жилом помещении истец проживает, продолжает оплачивать жилищно-коммунальные услуги. Имеются все основания для признания сделки между ней и ФИО2 недействительной. ФИО2, зная о наличии уголовного дела, продала квартиру ФИО3, с которым у них есть совместный ребенок. ФИО3 квартиру не осматривал. По встречному иску возражала.
ФИО1 в ходе рассмотрения дела пояснила суду, что ей звонили люди, которые представились сотрудниками ФСБ и Росфинмониторинга. Они прислали копию договора купли-продажи на ее квартиру гражданину ФИО4 из Волгограда. ФИО1 напугалась, так как этого гражданина не знает. Сотрудник ФСБ предложил совершить другую сделку по продаже квартиры с ее документами, чтобы отменить первую сделку. Не хотела продавать квартиру, но звонки следовали один за одним. Почему на это согласилась, сама себе объяснить не может. Пыталась связаться с человеком, с которого началась эта история. Пыталась сходить в здание ФСБ, к нотариусу. Когда пыталась спросить, действительно ли они являются теми, кем представились, они ее переубеждали. Сказали, что она не может обратиться в ФСБ, так как ей не дадут информацию о сотруднике ФСБ. Они постоянно переводили тему так, что ФИО1 забывала, что хотела сделать. Пришла в ООО «Метро», ей передали телефон С.Е.В. Назначали встречу, переговорили. Она спрашивала, действительно ли ФИО1 хочет продать квартиру. Так как всю дорогу истца сопровождали звонки от лжесотрудника ФСБ, у нее не было времени осознать, что делает что-то не так. Он придумал легенду о том, почему истец хочет продать квартиру. С данной историей обратилась к С.Е.В. Она должна была разместить объявление о продаже квартиры. Она сказала, что продажа займет 2-3 месяца. Подписали договор с ООО «Метро». Лжесотрудник сказал, что надо делать все срочно. Позвонила С.Е.В., сказала, что деньги нужны срочно. Предложила, чтобы ООО «Метро» купили ее квартиру или кто-то из физических лиц за меньшую цену. С.Е.В. перезвонила и сказала, что сама купит эту квартиру за 4 000 000 руб.. Когда начали оформлять сделку, в договоре купли-продажи была озвучена другая цена - 3 400 000 руб. С.Е.В. предупредила, что договор будет между ФИО1 и ее дочерью, ФИО2 Когда шло обсуждение продажи квартиры, не обсуждали, что квартира останется за истцом. Лжесотрудник пообещал, что после заключения договора купли-продажи они сделают так, что квартира вернется к истцу. Истец поверила во всю легенду, что у нее не возникло вопросов. Они появились, когда С.Е.В. достала договор, и истец заметила некоторые ошибки. Был конец рабочего дня, сотрудники Банка ВТБ, которые помогали оформить сделку, торопились, и истец не успела ничего осознать. С.Е.В. объяснила, что деньги нужны брату. Она в это поверила. Наиболее близкие люди были заняты, истец не могла их беспокоить, у них свои проблемы. Хотела обратиться в правоохранительные органы, но ее убедили этого не делать. Говорили, что проводится якобы секретная операция, о которой никто не должен знать, никуда заявлять не надо. В квартире проживает одна. На территории г. Ярославля родственников нет. Брат в Хабаровске. Близкие люди: Н.Н.Д. и З.Н.Б. (подруги). Н.Н.Д. болела, у нее были бухгалтерские проблемы. З.Н.Б. нянчилась с двумя малышами, внучатыми племянниками, которым по 4 года. Звонки были с перерывами. Своего поведения истец не понимает. В данный период времени встреч со знакомыми не было, только СМС-сообщения. Если бы были встречи, ее давно привели в сознание. Звонков тоже не было. В ОМВД истца отвезла Н.Н.Д. Позвонила Н.Н.Д., когда потребовались деньги. Позвонила ей, так как лжесотрудник попросил сфотографировать или отсканировать договоры. Когда истец получила последние деньги за квартиру, думала, на этом все закончится, но был еще один звонок от лжесотрудника ФСБ с требованием перевести еще 500 000 руб., чтобы все полностью отменить. Истец начала обзванивать всех знакомых. Никто деньги ей не дал. Хотела вернуть квартиру, поэтому звонила и просила деньги. Ей обещали, что как только все закончится, истцу все вернут, все договоры отменят. Как это будет происходить, не объясняли. Помимо Н.Н.Д. по поводу займа звонила Ч.М.К., с ним вместе работали, познакомились в 1996 году. Звонила также Р.В.А., работали вместе в 2013-2015 годах. Звонила троим, везде получила отказ. Больше никому не звонила. Когда приехали в управление полиции Кировского района, там вызвали психиатрическую скорую помощь. Доктор сказал, что у истца нет психических отклонений и расстройств. Сказал, это стресс и что-то еще, специфический термин. В те дни истец плохо понимала происходящее. Звонков с угрозами не было. Сканировала переписку – профессиональная привычка. С ФИО2 не контактировала. С.Е.В. приезжала в квартиру перед сделкой буквально на пару минут, так как опаздывали на сделку. Договор не читала, просто просмотрела. Где-то заметила ошибки, на них указала. Была уверена, что этот договор будет расторгнут, и ей все вернут обратно. Сама предложила агентству купить квартиру за меньшую цену. Цену предложила С.Е.В. Согласилась с ценой, так как не было выбора. Было задание от ФСБ, ему следовала. Наличными по договору получила 1 300 000 руб. Сделка была фиктивной. Настораживало, что продает свое единственное жилье, и взамен неизвестно, что будет. С лжесотрудниками были прекращены разговоры Н.Н.Д. Она заблокировала их чаты. На вопросы С.Е.В. старалась не отвечать, как советовал лжесотрудник.
Представитель ФИО2 по доверенности ФИО5 ранее возражал против удовлетворения иска ФИО1 Указывал, что ФИО1 обратилась в агентство ООО «Метро». Попросила помочь продать квартиру, заключили договор. Позже обстоятельства изменились, она сказала, что квартиру надо продать срочно, а ей надо уехать к брату. Согласовали цену, она была ниже. Сначала согласовали цену около 4 000 000 руб., С.Е.В. предложила купить квартиру за 3 400 000 руб., истец согласилась. Сделка происходила на территории Банка ВТБ, в присутствие сотрудников банка. ФИО2 и С.Е.В. спрашивали по поводу сделки, но истец ответила про брата. Передали первую часть суммы, другую по условиям сделки должны были передать после перехода права собственности, то есть на следующий день. Из-за затруднений с банком денежные средства продавец получила только 21 августа. Только после этого ФИО1 обратилась в ОМВД, прокуратуру. До сделки ФИО2 имела намерение продать квартиру ФИО3, с которым она была знакома. После рождения ребенка они не жили вместе. Он согласился. Проверили сделку. Право собственности перешло 28 августа. 29 августа прокуратура подала иск. Через неделю ФИО3 обратился с иском о снятии с регистрационного учета ФИО1 В материалах дела доказательств пороков психического состояния ФИО1 нет. ФИО2 была в квартире. Деньги на сделку давала мама, С.Е.В. Фотографии квартиры профессиональный фотограф. ФИО2 хотела продать квартиру ФИО3 ФИО1 сообщила С.Е.В., что обратилась в ОМВД по Кировскому району. Она не относилась серьезно к этой переписке.
Представитель ФИО2 по ордеру ФИО6 возражал против удовлетворения иска ФИО1 Полагал результаты судебной экспертизы противоречивыми. Полагал, что ФИО2 является добросовестным приобретателем. ФИО1 имела намерение продать квартиру, совершала соответствующие действия для ее реализации. Однако относилась к сделке как к фиктивной, т.е. ФИО1 имела заблуждение в последствиях совершения сделки. В данной ситуации следует исходить из ст. 178 или ст. 179 ГК РФ. Интересы ФИО2 как добросовестного приобретателя подлежат защите. Также указывал на отсутствие оригинала расписки. Займ не подтвержден.
Представитель ФИО3 по доверенности ФИО7 поддержала иск ФИО3, возражала против удовлетворения исковых требований ФИО1 Указала, что результаты судебной экспертизы противоречивы. Со стороны ФИО1 имело место заблуждение только в отношении последствий сделки. ФИО3 добросовестный приобретатель. Имеет место недобросовестность самой ФИО1, учитывая показания свидетеля и самой ФИО1 Она все осознавала. Интересы ФИО3 как добросовестного приобретателя подлежат защите. Ранее пояснила, что в середине августа С.Е.В. сообщила ФИО3, что есть интересный объект, и они готовятся к срочной покупке. Они договорились, что обсудят условия сделки после того, как ФИО2 станет собственником. После этого они встретились в г. Рыбинске, где ФИО2 проживает с ребенком. ФИО3 посмотрел фотографии, которые сделало агентство. Никаких обременений за объектом не числилось. На вопрос о прописанной ФИО1 С.Е.В. объяснила, что это стандартная ситуация – люди после перехода права выписываются, освобождают помещение. Ему пояснили, что ключи будут сданы не раньше воскресенья, поэтому квартиру он не сможет посмотреть. 26 августа они вышли на сделку, деньги у него были от продажи дома. О спорах и проблемах на момент сделки ему не было известно. ФИО2 и ФИО3 не проживают совместно, контакт не поддерживают. С ребенком он периодически видится. ФИО3 является добросовестным приобретателем. По уголовному делу виновное лицо не определено. ФИО1 понимала, что совершает фиктивную сделку, вводит людей в заблуждение. Требования прокуратуры удовлетворены быть не могут.
Свидетель С.Е.В. пояснила суду, что работает в компании «Метро». 12 августа у нее было поставлено дежурство. С утра был звонок от ФИО1, которая хотела продать квартиру. Первый разговор был в офисе. Она была спокойная, адекватная. Её пригласили на 2 или 3 часа дня, шел дождь. Она позвонила, сказала, что не знает, идти ли в компанию или переодеваться. Сказала ей, что работает до 7 и может принять её позже. Она сказала, что прибежит. Вела себя спокойно, понимала все расценки, спрашивала, как продаются квартиры, какие комиссии, может ли агентство купить квартиру. Рассказала, какие документы ей необходимы. Открыли сайт, посмотрели, за сколько продается её квартира. Она сказала, что готова на 20-30% скидки, если будет брать агентство. Указала, что она потеряет деньги. Истец ответила, что ей надо уехать к брату. Спрашивала, почему Алевтина Борисовна так спешно продает квартиру. Она отвечала, что надо срочно уехать к брату. Спросила, куда, она сказала, что не хочет отвечать, жить будет у брата, улетает на самолете. Показала ей все расценки, взяли документы, вышли в переговорочную, составили договор на продажу. Она несколько раз поправила со своей фамилией, поставила подписи. Один договор отдала на регистрацию менеджеру, другой – ей. Договорились, что к ней во вторник придет фотограф. Она позвонила, сказала, что все подготовила. Фотограф пришел, сделал фотографии, она спросила, когда выставят фотографии. Ответила, что уйдет 1-2 дня. ФИО1 настаивала, что ей нужна оплата наличными денежными средствами. Она позвонила в четверг, голос всегда был адекватной, деловой, понимающей женщины. Спросила, может ли агентство все-таки рассмотреть предложение о покупки её квартиры. Предложила продать по кадастровой стоимости, прислала выписку из ЕГРН. Предложила купить ее квартиру самой. Она прислала все документы. С.Е.В. сказала, что у нее денег только 3 400 000 руб., хотя стоимость 3 900 000 руб. Предложила остальную сумму оформить займом. Был разговор о МФЦ. Позвонила туда, спросила, могу ли снять сумму для покупки квартиры. Сотрудница предложила провести сделку по безопасным расчетам. ФИО1 была сначала против. Юрист сказал, что не надо оформлять договор займа. Сошлись на сумме 3 400 000 руб. Квартиру посмотрела, ее все устроило. Спрашивала у Алевтины Борисовны, кто ее брат, замужем ли она. Она рассказала, что замужем никогда не была, работала бухгалтером. Спросила, не ведут ли ее мошенники. Она ответила отрицательно, сказала, что просто уезжает к брату, в воскресенье самолет. Деньги она хотела получить наличными денежными средствами. Сказала ей, что в банкомате в любом аэропорту можно снять деньги с расчетного счета. Пришли в банк. Алевтина Борисовна села с ее дочерью, ФИО2. Была еще внучка. Когда пошел расчет, могла снять только 1 300 000 руб., сделали поправку в расписке. Расписалась ФИО2 и ФИО1. Необычного поведения со стороны ФИО1 не заметила. Просто адекватный человек. Звонила ей, спрашивала, собирает ли она вещи. Она сказала, собирает вещи в пустующую квартиру, так как поссорилась с братом. ФИО3 сказала, что есть квартира, примерно будет стоить 5 000 000 руб. Истцу сообщила, что у нее есть покупатель. С.Е.В. периодически ездит в г. Рыбинск сидеть с внучкой, позвала ФИО3, показала ему фотографии, выписку из ЕГРН, сайт приставов. Он согласился на сделку. ФИО1 он не видел, знал о том, что она прописана в квартире. Про переписку ему не сообщала. Он смотрел фотографии квартиры. У ФИО2 и ФИО3 нет отношений. Вся их переписка проходит через С.Е.В. Они вместе не живут вместе с рождения ребенка. Перед посещением банка квартиру осматривала 5-10 мин.
Свидетель Свидетель №2 пояснила суду, что ФИО1 ей знакома. Проводила сделку в Банке ВТБ. Сделка началась около 17 час. 00 мин. Покупатель спустился на первый этаж вместе с риэлтором, что бы снять деньги, в это время с продавцом составляли договор. Продавец вносил правки, просила отредактировать некоторые пункты, несколько раз вносили корректировки в сумму договора, какая сумма будет положена на безопасный счет, какая будет передана наличным путем. Продавец вел себя адекватно. Ей было объяснено, как будет происходить электронная регистрация, в чем разница между электронной регистрацией и регистрацией в МФЦ, зачем нужна электронная подпись, как ее выпустить, какие документы нужно подписать. ФИО1 реагировала адекватно, задавала вопросы, внимательно слушала. ФИО1 изучала договор примерно 30 мин. Договор изначально был в виде шаблона, вносили данные в него. Договор составлялся с продавцом, покупатель не участвовал, подписал готовый договор. В тот день было 2-3 сделки. ФИО1 запомнила. С.Е.В. знакомая коллеги, она попросила провести сделку день в день. В банке работала впервые, полгода.
Свидетель Свидетель №1 пояснила суду, что является экспертом по работе с партнерами, курирует агентство недвижимости. Ей позвонил риэлтор и сказала, что нужно заказать денежные средства в кассе и снять их. Предложила провести сделку с использованием сервиса с безопасным расчетом. Не нужно будет заказывать денежные средства в банке, денежные средства будут находиться на номинальном блокированном счете. Доступа к счету ни у кого не будет в период совершения сделки. Риэлтор С.Е.В. согласилась, что так будет лучше, пообщалась со сторонами сделки. Часть денежных средств по сделке были переданы ФИО1, другая через безопасный счет. С ФИО1 общалась при совершении сделки. ФИО1 вела себя спокойно. Высказываний в адрес сотрудников Банка, участников сделки не было. Свидетель №1 контролировала процесс. Контролировала общение Свидетель №2 с продавцом. ФИО1 читала договор и задавала вопросы. Вносились правки. У Свидетель №2 провели 30 мин. – 1 час. Все это время обсуждали договор, подписывали его. ФИО1 все было разъяснено. Находились в офисе практически до его закрытия. Это была последняя сделка в тот день.
Свидетель Свидетель №3 пояснила суду, что с ФИО2 и ФИО3 знакома. ФИО2 знает со школы несколько лет. Гуляли в одной компании. В настоящее время дружеские отношения. ФИО2 и ФИО3 не общаются, больше года вместе не живут. Сидит с ребенком ФИО2, которой требуется помощь. ФИО3 редко видится с ребенком, примерно раз в неделю, договаривается через маму ФИО2
Свидетель Н.Н.Д. пояснила суду, что знакома с истцом ФИО1 с декабря 1982 года. Дружат. Она крестная ее младшей дочери. Узнала о случившемся 20 августа 2024 года из телефонного звонка. Алевтина Борисовна позвонила ей около обеда, попросила 500 000 руб., что было не свойственно ей. Она закрытый человек, осторожный, никогда в долг не брала. Этот звонок насторожил, спросила, что случилось. Она сказала, что квартира продана, чтобы ее вернуть, нужно отдать 500 000 руб.. Н.Н.Д. села в машину и поехала к ней. 15 августа ей позвонила, она сказала, что занята, перезвонит. На заднем фоне были слышны голоса. Ничего не подумала такого, уже такая ситуация была, когда приходил сантехник. 16 августа не перезвонила. 17 августа написала, что переживаю, она ответила, что все нормально. Ничего странного в ее поведении не было. Переписывались каждый день: «доброе утро», «добрый день». Для нее нетипично, что она не перезвонила. Видимся не так часто, но созваниваются каждый день. На момент событий, когда последний раз виделись, сказать не смогла. Переписывались каждый день. Когда ей было плохо, сразу писала ФИО1, она приезжала. Когда какие-то сложные ситуации, может к ФИО1 обратиться и она к ней. Кода услышала, что квартира продана, была в шоке, сразу приехала к ней, застала ее у подъезда, она шла в «Быстро деньги», так как ей никто не смог одолжить деньги. Оставила машину на <адрес>, побежала к ней, пыталась её остановить. Сказала, чтобы она подумала, что это мошенники. ФИО1 сказала, что зря позвонила ей, знала, что будет ее отговаривать. Сказала, что являлась наживкой. Она от нее уходила в сторону. Показалось, что она немного не в себе, не слышала ее. Пришлось ФИО1 отпустить. Она сказала, что у нее указание, и она должна это сделать. Вечером она позвонила, сказала, что деньги ей не дали, что якобы она позвонила сотруднику ФСБ, сказала, чтобы с квартирой делали, что хотели. На следующий день приехала в 7 утра. Она обычно никого не пускала к себе домой. Казалось, что она была под каким-то гипнозом. Чтобы она хоть раз ее оттолкнула, сказала, что зря позвонила, никогда такого не было. Она тихо говорила, так, будто спасает мир, кого-то ловит. По продаже квартиры она могла обратиться и к ней. 21 августа ФИО1 собирала вещи. Повела ее в полицию. Она отдала все вклады, взяла кредит, все отдала. Следователь вызвала психиатрическую помощь. Откуда её вызывали, не знает. Приехал врач, посмотрел, сказал, что она в глубоком стрессе, но забрать ее не может, отклонений нет. У нее не было истерики, она была еще под воздействием. Поняла, что она осознала, что сделала, только в воскресенье. Заплакала. До этого резкой реакции не было. До этого вела себя спокойно, все рассказывала, была уверена, что делает это для ФСБ. Сначала пошли в адвокатскую контору после полиции. Был звонок от риелтора. Её атаковали со всех сторон, и якобы сотрудник ФСБ, и риелтор. Разговаривала с риелтором 21 августа в обед. Предложила отдать 3 400 000 руб. и признать сделку недействительной. Ответили, что квартира куплена по-честному. Раньше таких ситуаций не было. В целом у нее таких стрессовых ситуаций не было. Когда мать умерла, она дрожала, рассказывала мне. Она живет спокойно. Тогда она проявляла эмоции, а здесь она как не живая.
Свидетель Свидетель №4 пояснила суду, что лично с ФИО1 не знакома, видела ее в офисе агентства «МЕТРО». Видела в летний период 2024 года, ФИО1 вела себя спокойно и уверенно, публично с ней не разговаривала, она приходила в офис по вопросу продажи своей квартиры. Лично с ней не беседовала, она общалась с менеджером.
Иные участвующие в деле лица в судебное заседание не явились, извещены о месте и времени рассмотрения дела, дело рассмотрено в их отсутствие.
Выслушав участвующих в деле лиц, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд полагает исковые требования ФИО3 не подлежащими удовлетворению, исковые требования ФИО1 обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению.
В соответствии со ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.
Судом установлено, что ФИО1 являлась собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, кадастровый №.
12 августа 2024 года между ФИО1 и ООО «Метрис Ярославль» заключен договор о предоставлении услуг по продаже объекта недвижимости по адресу: <адрес>, кадастровый №. Риэлтором выступала С.Е.В., мать ФИО2
15 августа 2024 года между ФИО1 и ФИО2 заключен договор купли-продажи квартиры по адресу: <адрес>, кадастровый №. Сделка оформлена в Банке ВТБ (ПАО). Стоимость квартиры по договору определена 3 400 000 руб. 1 300 000 руб. из указанной стоимости выплачена наличными денежными средствами, 2 100 000 руб. оплачено покупателем с использованием номинального счета ООО «Экосистема недвижимости «Метр квадратный», открытого в Банке ВТБ (ПАО). Сторонами подписан указанный договор и акт приема-передачи от 15 августа 2024 года. При этом фактическая передача квартиры не произошла, в то время как денежные средства были перечислены в полном объеме, что подтверждено материалами дела, в частности объяснениями ФИО1, которая подтвердила получение 1 300 000 руб. наличными, а потом получение и снятие ею денежных средств в Банке ВТБ в сумме 2 100 000 руб.
В материалы дела также представлены копии договора займа от 15 августа 2024 года, подписанного между ФИО1 и ФИО2, расписки о получении займа на сумму 500 000 руб.
В соответствии с п. 1 ст. 808 ГК РФ, в редакции на момент заключения договора, договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.
В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.
Между тем, истцом не представлен суду ни подлинник договора займа, ни иные письменные документы, свидетельствующие о заключении договора и передаче суммы займа.
Собранные по делу доказательства, в том числе пояснения свидетеля С.Е.В. и истца ФИО1, с учетом требований ст. 808 ГК РФ, не позволяют суду сделать вывод о наличии договора займа от 15 августа 2024 года на сумму 500 000 руб. Исковые требования о признании договора займа недействительным удовлетворению не подлежит.
Переход права собственности к ФИО2 и спорный договор были зарегистрированы в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ярославской области 16 августа 2024 года, о чем сделана запись регистрации №.
22 августа 2024 года ФИО1 обратилась в <адрес> в связи с совершением в отношении нее мошеннических действий, в результате который она лишилась единственной квартиры.
Следователь СО ОМВД России по Кировскому городскому району 21 августа 2024 года вынес постановление о возбуждении уголовного дела в отношении неустановленного лица по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ. Основанием послужило обращение ФИО1 от 21 августа 2024 года в связи с совершением в отношении нее мошеннических действий в период с 6 по 20 августа 2024 года на общую сумму 5 000 000 руб. В указанный период на ФИО1 оказывалось воздействие путем телефонных звонков и переписки со стороны третьих лиц, один из которых представлялся сотрудником ФСБ. Факт такого воздействия подтверждается материалами дела, в частности скриншотами переписки, объяснениями ФИО1, аудиозаписями (из которых следует, что ФИО1 испытывала стресс в период проведения переговоров по вопросу продажи ее квартиры, жаловалась на телефонные звонки).
В рамках уголовного дела ФИО1 была признана потерпевшей 21 августа 2024 года. Как следует из постановлений, в период с 6 августа 2024 года по 20 августа 2024 года неустановленные лица, находясь в неустановленном месте, путем обмана завладели денежными средствами в сумме 5 130 000 руб., введя в заблуждение ФИО1, причинив тем самым последней материальный ущерб в особо крупном размере.
Выяснилось, что ФИО1 под влиянием неизвестных лиц передала значительную сумму денег, продала квартиру по адресу: <адрес>, кадастровый №. Фактически ФИО1 указывает, что подверглась обману со стороны злоумышленников, которые постоянно давали четкие указания и какие действия истец должен совершать, при совершении сделки его вводили в заблуждение, намерений на отчуждение квартиры у нее не было, сделка была заключена под влиянием обмана и заблуждения. Для ФИО1 это единственное жилье, которое она не собиралась продавать, переезжать куда-либо в ее планы не входило, она продолжает оплачивать жилищно-коммунальные услуги.
Все вопросы, связанные с куплей-продажей спорной квартиры, решались через риэлтора С.Е.В. Она вела переговоры с ФИО1, впоследствии с ФИО3, который впоследствии купил квартиру у ФИО2 С.Е.В. по состоянию на 22 августа 2024 года было известно об обращении ФИО1 в полицию по вопросу совершения в отношении нее мошеннических действий. Однако несмотря на это между ФИО2, дочерью С.В.Е., и ФИО3 был заключен договор купли-продажи квартиры от 26 августа 2024 года, переход права собственности и спорный договор были зарегистрированы в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ярославской области. ФИО3 квартиру не осматривал, ознакомился лишь с ее фотографиями.
В соответствии с п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Согласно статье 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
В пункте 13 Постановления N 11 от 24 июня 2008 г. "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" Пленум Верховного Суда РФ разъяснил, что во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий и руководить ими.
В силу статьи 55 ГПК РФ, доказательствами по делу являются, в том числе любые письменные доказательства, показания свидетелей, заключение экспертизы
С учетом обстоятельств, на которые ссылаются стороны при рассмотрении дела, по делу назначена комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза в отношении ФИО1, проведение которой поручено экспертам Отделения судебно-психиатрической экспертизы ОГБУЗ «Костромская областная психиатрическая больница».
В соответствии с заключением комиссии экспертов № комиссия пришла к выводу, что ФИО1 на момент заключения договора купли-продажи квартиры от 15 августа 2024 года какими-либо психическим расстройством, влияющим на возможность осознавать свои действия и руководить ими, не страдала, Психически здорова. По психическому состоянию ФИО1 могла понимать значение своих действий и руководить ими на момент заключения договора купли-продажи квартиры от 15 августа 2024 года. Постановлением следователя СО ОМВД России по Кировскому городскому району г Ярославля от 21 августа 2024 года возбуждено уголовное дело № по факту совершения в отношении ФИО1 преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 УК РФ. 21 августа 2024 года по данному уголовному делу ФИО1 была признана потерпевшей. К индивидуально-психологическим особенностям ФИО1 относятся хорошо развитые интеллектуально-мнестические способности при обоснованной дифференцированной самооценке, социально положительных установках, устойчивых морально-нравственных принципах, высоком уровне самоконтроля, самостоятельности, гиперответственности, осторожности, практичности, склонности к перфекционизму. Признаки повышенной внушаемости и ведомости, как устойчивых личностных черт, а также в момент проведения экспертного обследования у ФИО1 не выявлены, но в исследуемой судебной ситуации они были ситуативно существенно выражены (вследствие психологического целенаправленного воздействия извне). Обстоятельства, предшествующие и сопутствующие заключению договора (направленное манипулятивное воздействие) обусловили возникновение у ФИО1 состояния выраженного пролонгированного эмоционального напряжения, которое сопровождалось ситуативным повышением внушаемости и подчиняемости на весь период взаимодействия с мошенниками. Кроме того, данное эмоциональное состояние сопровождалось зависимостью ФИО1 от мошенников, существенным снижением у нее критичности к ситуации и собственным действиям, подавлением волевой сферы, нарушением осознанной регуляция собственных действий, искажением восприятия актуальной ситуации. Данное эмоциональное состояние и особенности личности ФИО1 (как устойчивые черты характера, так и выраженные ситуативно) в условиях направленного манипулятивного воздействия способствовали возникновению состояния заблуждения и психологического зависимого поведения, что препятствовало при формальном понимании характера собственных действий осознанию их значения, возможности руководить своими действиями при заключении договора купли-продажи квартиры от 15 августа 2024 года.
У суда нет оснований не доверять заключению экспертов, поскольку оно подготовлено компетентными специалистами в соответствующей области медицины и психиатрии, им разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 85 ГПК РФ, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Экспертами подробно исследована медицинская документация ФИО1, ее пояснения данные в ходе рассмотрения дела в суде, пояснения свидетелей относительно поведения со стороны ФИО1, а также проведена с ней беседа и экспериментально-психологическое обследование. Доказательств, опровергающих выводы экспертов, суду не представлено.
Таким образом, оценив в совокупности заключение экспертизы, показания свидетелей, пояснения сторон об обстоятельствах заключения сделки, включая пояснения ФИО1, суд приходит к выводам, что с учетом индивидуально-психологических особенностей личности ФИО1, у нее сложились ложные представления о действительном положении дел, ФИО1 понимала лишь внешнюю сторону юридически значимых событий (осознавала предмет сделки, порядок действий участников и т.д.). Вместе с тем, ФИО1 не понимала внутреннего содержания (фактической стороны) и социально-правовых последствий сделки по продаже квартиры. Указанная сделка не была выражением ее сознательной воли. Психическое состояние ФИО1 на период продажи квартиры (ввиду психологического воздействия третьих лиц) негативно влияло на смысловое восприятие и оценку существа сделки. В связи с неправомерными действиями третьих лиц (по поводу которых ведется уголовное расследование) не понимала природу (существо) сделки, не имела правильного представления о последствиях сделки, не желала наступления последствий, связанных с продажей жилого помещения (результат не соответствовал той цели, которую она ставила перед собой). То есть воля ФИО1 применительно к сделке формировалась не свободно, а под влиянием действий третьих лиц. Волеизъявление ФИО1 очевидно не соответствовало ее действительной воле, она не имела намерения лишить себя права собственности на жилое помещение.
Данные обстоятельства свидетельствуют о пороке воли истца, связанного с заблуждением относительно существа сделки, при котором он не мог разумно и объективно оценивать ситуацию, и не совершил бы сделку, если бы знал о действительном положении дел.
Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце 3 пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по смыслу части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации именно суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле.
Таким образом, суд не связан правовой квалификацией истцом заявленных требований (спорных правоотношений), а должен рассматривать иск исходя из предмета и оснований (фактических обстоятельств), определяя по своей инициативе круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решить, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении.
Обращаясь в суд, истец ссылался на положения ст. 177 ГК РФ, при этом указывал на психологическое давление со стороны злоумышленников, приведшее к совершению оспариваемой сделки. Фактически истец ссылался на то, что оспариваемая сделка заключена под влиянием заблуждения вследствие психологического воздействия. Его воля при совершении оспариваемой сделки была направлена не на передачу права собственности на квартиру, а на предотвращение преступных действий неустановленных лиц, о которых ему сообщили, как он полагал, сотрудники компетентных государственных органов. Данная сделка заключена под влиянием заблуждения, поскольку волеизъявление ФИО1 очевидно не соответствовало ее действительной воле, она не имела намерения лишить себя права собственности на жилое помещение, в момент подписания договора купли-продажи заблуждалась в ее природе, в полной мере не осознавала прекращения своего вещного права на принадлежавшее ему жилое помещение.
В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).
При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (ст. 168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении.
Согласно пункту 1 статьи 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
В силу пункта 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В связи с изложенным, суд считает, что договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, кадастровый № от 15 августа 2024 года, договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, кадастровый №, от 26 августа 2024 года, следует признать недействительными и применить последствия недействительности сделки, возвратить квартиру в собственность ФИО8, взыскав с нее уплаченные по недействительной сделке денежные средства в размере 3 400 000 рублей в пользу ФИО2, прекратить право собственности ФИО3 на спорное жилое помещение. При этом учитывая обстоятельства совершения обеих сделок ФИО2 и ФИО3 не могут быть признаны добросовестными приобретателями.
Учитывая, что исковые требования ФИО1 удовлетворены частично, исковые требования ФИО3 удовлетворению не подлежат.
руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд,
решил:
Исковые требования ФИО1 удовлетворить частчино.
Признать недействительным договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, кадастровый №, от 15 августа 2024 года, заключенный между ФИО1 (паспорт №) и ФИО2 (паспорт №).
Признать недействительным договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, кадастровый №, от 26 августа 2024 года, заключенный между ФИО3 (паспорт №) и ФИО2 (паспорт №).
Прекратить право собственности ФИО3 (паспорт №) на квартиру по адресу: <адрес>, кадастровый №.
Признать право собственности ФИО1 (паспорт №) на квартиру по адресу: <адрес>, кадастровый №.
Взыскать с ФИО1 (паспорт №) в пользу ФИО2 (паспорт №) денежные средства в сумме 3 400 000 руб., переданные во исполнение договора купли-продажи квартиры от 15 августа 2024 года.
Исковые требования ФИО3 (паспорт №) оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в течение месяца в Ярославский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд города Ярославля.
Судья В.В. Воробьева