Решение по делу № 02-0068/2025 от 21.11.2025 - о признании доверенности и договоров купли-продажи квартиры недействительными, признании недействительными записей в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество, истребовании квартиры из чужого незаконного владения жилого помещения, прекращении права собственности, признании права собственности, снятии с регистрационного учета, вселении, выселении, суд.

Дело № 2-68/2025

УИД 77RS0022-02-2023-003833-24

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

адрес 21 ноября 2025 года

Преображенский районный суд адрес в составе председательствующего федерального судьи Трофимовича К.Ю.,

при секретаре фио,

с участием помощника Преображенского межрайонного прокурора адрес фио,

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-68/2025 по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, фио (ФИО5) фио, ФИО4 о признании доверенности и договоров купли-продажи квартиры недействительными, признании недействительными записей в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество, истребовании квартиры из чужого незаконного владения жилого помещения, прекращении права собственности, признании права собственности, снятии с регистрационного учета, вселении, выселении, суд

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчикам ФИО2, ФИО3, Балан (в настоящее время фио) фио, ФИО4 и просил суд признать недействительными: договор купли-продажи квартиры по адресу: адрес, заключенный между ФИО1 и ФИО2, договор купли-продажи квартиры по адресу: адрес, заключенный между ФИО2 и ФИО3, договор купли-продажи квартиры по адресу: адрес, заключенный между ФИО3 и фио (ФИО5) фио, договор купли-продажи квартиры по адресу: адрес, заключенный между Балан (фио) фио и ФИО4; применить последствия недействительности ничтожных сделок, признав недействительными записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о государственной регистрации перехода права собственности на квартиру по адресу: адрес, за номерами: 77-77-20/079/2007-432, 77-77-03/081/2007-233, 77-77-18/007/2008-109 и 77-77-18/103/2011-978; возвратить стороны в первоначальное положение, существовавшее до совершения сделки, применив двустороннюю реституцию: истребовать квартиру из чужого незаконного владения ФИО4 и прекратить право собственности ФИО4 на указанную квартиру, снять ФИО4 с регистрационного учета по указанному адресу, выселив ФИО4 из указанной квартиры, возвратить указанную квартиру в собственность прежнему собственнику – истцу, вселив в квартиру ФИО1 и признать за истцом право собственности на указанный объект недвижимости.

Истец мотивирует свои исковые требования тем, что спорным жилым помещением является квартира, расположенная по адресу: адрес. Ранее спорное жилое помещение принадлежало на праве собственности истцу ФИО1, на основании решения Преображенского районного суда адрес от 21 апреля 2005 года, номер государственной регистрации права № 77-77-20/250/2006-828 от 16 апреля 2007 года. 24 июня 2022 года из выписки ЕГРН о переходе прав на объект недвижимого имущества истцу стало известно, что в настоящее время собственником спорной квартиры на основании договора купли-продажи стала ФИО4 в результате совершения ряда незаконных сделок по отчуждению квартиры. Истец ФИО1 с 1989 года состоит на учете в ПНД № 8 в связи с наличием хронического психического заболевания, неоднократно находился на стационарном лечении в психиатрических больницах, с 1993 года является инвалидом 2 группы. С 2007 года истец находился в следственном изоляторе, откуда был переведен в ПКБ № 5, где пребывает до настоящего времени, в связи с освобождением от уголовной ответственности. 23 июня 2017 года ФИО1 из ПКБ № 5 был перемещен в интернат, откуда он вновь был возвращен в ПКБ № 5, в которой он находился непрерывно с 07 июля 2017 года, поскольку у истца отсутствовало место для постоянного проживания после окончания лечения. В соответствии с выпиской ЕГРН 06 июля 2007 года был зарегистрирован переход права собственности на квартиру на фио, 18 декабря 2007 года – на ФИО3, 08 февраля 2008 года – на Балан (в настоящее время фио) Н.С., 14 декабря 2011 года – на ФИО4 На момент заключения договора с ФИО2 истец ФИО1 находился в СИЗО № 2 УФСИН России по адрес, поэтому истец никак не мог заключить с ФИО2 договор купли-продажи спорной квартиры, то есть объект недвижимости выбыл из обладания истца помимо воли фио, при этом, соответствующих доверенностей, включая доверие права на совершение сделки и оформление регистрации перехода права собственности, ФИО1 кому-либо не предоставлял, денежных средств по сделке по отчуждению квартиры истец ни от кого не получал. Поскольку сделка по отчуждению квартиры в пользу фио осуществлялась помимо воли фио, то договор купли-продажи квартиры и переход права собственности, зарегистрированный 06 июля 2007 года, являются ничтожными, как и все последующие сделки. Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца с вышеуказанным иском в суд, ссылаясь также на то обстоятельство, что ответчики не являются добросовестными приобретателями спорной квартиры, о чем свидетельствуют переходы права собственности, между которыми прошло незначительное количество времени, истец просил суд исковое заявление удовлетворить.

В процессе рассмотрения гражданского спора истец уточнял исковые требования в порядке ст. 39 ГПК РФ и в окончательной редакции (том 3, л.д. № 43-50), и просил суд признать недействительной одностороннюю сделку от имени ФИО1 на имя ФИО6 и ФИО7 от 09 октября 2006 года, по выдаче доверенности, нотариально удостоверенной ФИО8, исполняющей обязанности нотариуса адрес ФИО9, зарегистрированную в реестре за № 3к-2346, то есть признать недействительной доверенность от 09 октября 2006 года; признать недействительными: договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: адрес, дом 77, квартира 16, заключенный 25 июня 2007 года, совершенный между ФИО7, действующей от имени ФИО1 и ФИО2, договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: адрес, дом 77, квартира 16, заключенный 11 декабря 2007 года между ФИО2 и ФИО3, договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: адрес, дом 77, квартира 16, заключенный 09 января 2008 года между ФИО3 и ФИО10, договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: адрес, дом 77, квартира 16, заключенный 07 декабря 2011 года между ФИО11 и ФИО4; прекратить право собственности: ФИО4 на квартиру путем погашения в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним регистрационной записи 77-77-18/103/2011-978 от 14 декабря 2011 года, ФИО12 на квартиру путем погашения в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним регистрационной записи 77-77-18/007/2008-109 от 08 февраля 2008 года, ФИО3 на квартиру путем погашения в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним регистрационной записи 77-77-03/081/2007-233 от 18 декабря 2007 года, ФИО2 на квартиру путем погашения в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним регистрационной записи 77-77-20/079/2007-432 от 06 июля 2007 года; указать, что решение суда по вступлении в законную силу является основанием для аннулирования всех указанных регистрационных записей в ЕГРН; восстановить в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним запись о праве собственности ФИО1 на квартиру 77-77-20/250/2006-828 от 16 апреля 2007 года; возвратить стороны в первоначальное положение, существовавшее до совершения сделки, применив двустороннюю реституцию: истребовать квартиру из чужого незаконного владения ФИО4, сняв ФИО4 с регистрационного учета по указанному адресу, выселив ФИО4 со всеми зависящими лицами из указанной квартиры, если таковые имеются, и возвратить указанную квартиру в собственность прежнему собственнику – истцу, вселив в квартиру ФИО1.

Истец ФИО1, представители истца по доверенности и ордеру фио, фио в судебное заседание явились, уточненные исковые требования поддержали в полном объеме, пояснили, что спорная квартира является единственным жильем истца, и в настоящее время истец нигде не зарегистрирован, в момент выдачи доверенности истец не мог понимать значение своих действий и руководить ими, что подтверждено результатами проведенной судебной экспертизы, последующие сделки совершены для прикрытия мнимой сделки с целью изменения записи о собственнике, то есть сделки были совершены лишь для вида и в отсутствие воли истца на совершение сделки, считали, что срок исковой давности не пропущен, так как истцу стало известно о своем нарушенном праве из выписки ЕГРН в 2022 году, а о выдаче доверенности истцу стало известно из материалов регистрационного дела, полученного в ответ на запрос суда, в случае, если суд посчитает срок для подачи иска пропущенным, просили указанный срок восстановить.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, обеспечила явку своего представителя по доверенности фио, который возражал против исковых требований фио по доводам письменных возражений на иск (том 3, л.д. № 24-26), пояснил, что ФИО3 лично присутствовала на сделке купли-продажи с ФИО2, где также была супруга последнего, сделка была совершена у нотариуса, договор до настоящего времени никем не оспаривался, что говорит о том, что он исполнен сторонами, продажа квартиры была осуществлена ФИО3 в связи с изменениями в личной жизни – вступлением в брак, в связи с чем, ФИО3 с супругом приняли решение продать спорную однокомнатную квартиру и приобрести двухкомнатную, с 2020 года ФИО3 с семьей проживает в Испании, где имеет вид на жительство, просил суд в иске фио отказать, в том числе в связи с пропуском срока исковой давности, ссылаясь на то, что с момента сделок прошло более 10 лет, в связи с чем, пропущенный истцом срок восстановлению не подлежит, кроме того, в материалах гражданского дела имеются определения Преображенского районного суда адрес, из которых следует, что истец обращался в суд с аналогичными требованиями ещё в 2019 году.

Ответчики фио (ФИО5) Н.С., ФИО4 в судебное заседание не явились, извещались надлежащим образом, представитель ответчиков представил ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие ответчиком фио и ФИО4, просил применить последствия пропуска срока исковой давности и в иске отказать по доводам ранее представленных письменных возражений и пояснений к ним (том 2, л.д. № 158-160, 211-213, том 3, л.д. № 13-15).

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, неоднократно извещался надлежащим образом по адресу регистрации, возражений не представил, ходатайств об отложении слушания дела не заявил.

В соответствии со статьей 113 ГПК РФ Лица, участвующие в деле, извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату.

В соответствии с п. 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», гражданин несет риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу.

Неполучение повесток на судебные заседания не является препятствием для рассмотрения дела с учетом п. 1 ст. 20 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 30 декабря 2012 г. № 302-ФЗ).

Исходя из части 1 статьи 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

С учетом положений ст. 167 ГПК РФ, а также права истца на рассмотрение заявленного требования в установленный законом и разумный срок, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся ответчиков.

Суд, изучив и исследовав материалы гражданского дела, выслушав участников процесса, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования фио подлежат частичному удовлетворению, приходит к следующему:

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований или возражений.

В соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ Суд рассматривает дело в рамках заявленных исковых требований.

Судом установлено, что спорное жилое помещение – однокомнатная квартира, общей площадью 20,3 кв.м., жилой 12,2 кв.м., расположенная по адресу: адрес, принадлежала на праве собственности ФИО1 на основании решения Преображенского районного суда адрес от 21 апреля 2005 года, номер государственной регистрации права № 77-77-20/250/2006-828 от 16 апреля 2007 года.

Согласно выписке ЕГРН о переходе прав на объект недвижимости (том 1 л.д. № 38-40) реестровому делу, поступившему в материалы гражданского дела на основании запроса суда (том 1, л.д. № 68-239, том 2, л.д. № 1-50), собственником спорной квартиры на основании договора купли-продажи от 25 июня 2007 года (том 1, л.д. № 143) стал ФИО2, регистрация права собственности № 77-77-20/079/2007-432 от 06 июля 2007 года, который заключил договор купли-продажи квартиры с фио, действующей по доверенности от имени ФИО1 (том 1, л.д. № 202).

С 18 декабря 2007 года право собственности на квартиру на основании договора купли-продажи от 11 декабря 2007 года (том 1, л.д. № 82оборот-83) зарегистрировано на ФИО3, регистрация права собственности 77-77-03/081/2007-233.

С 08 февраля 2008 года право собственности на квартиру на основании договора купли-продажи от 09 января 2008 года (том 1, л.д. № 234оборот-236) зарегистрировано на Балан (фио в настоящее время) фио, регистрация права собственности 77-77-18/007/2008-109.

В настоящее время спорное жилое помещение принадлежит ФИО4 на основании договора купли-продажи квартиры от 07 декабря 2011 года, заключенного с фио (том 1, л.д. № 237-239).

Переход права собственности зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве (Управление Росреестра по Москве) 14 декабря 2011 года № 77-77-18/103/2011-978.

Вышеизложенные обстоятельства документально подтверждены.

Согласно пункту 1 статьи 454 ГК РФ По договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В силу пункта 1 статьи 549 ГК РФ По договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130). Договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434). Несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность.

В соответствии с пунктом 1 статьи 551 ГК РФ Переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

Согласно абзацу 4 статьи 12 ГК РФ Защита гражданских прав осуществляется путем: признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В соответствии с ч. 1 ст. 10 ГК РФ Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Как разъяснено в п. 7, 8 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ Сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ст. 167 ГК РФ Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное - выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Ничтожна сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства. Каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость (пункт 1 статьи 171 указанного кодекса).

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации Сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Необходимым условием оспаривания сделки по основанию, предусмотренному статьей 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, является доказанность того, что в момент совершения сделки лицо находилось в таком состоянии, когда оно не было способно понимать значение своих действий.

Как указывает истец, согласно уточненной редакции иска, в момент выдачи доверенности истец не мог понимать значение своих действий и руководить ими из-за своего состояния здоровья, в связи с чем, по мнению истца, доверенность от 09 октября 2006 года, выданная на имя фио и фио, удостоверенная фио, исполняющей обязанности нотариуса адрес фио, зарегистрированную в реестре за № 3к-2346, должна быть признаны судом недействительной по основаниям статьи 177 ГК РФ.

Положениями пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

С учетом изложенного неспособность в момент совершения сделки понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания сделки недействительной, поскольку соответствующее волеизъявление по совершение сделки отсутствует.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у гражданина в момент совершения сделки, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Для выяснения всех существенных обстоятельств по гражданскому делу определением Преображенского районного суда адрес от 22 ноября 2024 года по ходатайству истца в судебном заседании была назначена судебная амбулаторная психиатрическая экспертиза, производство которой было поручено экспертам ФГБУ «НМИЦ ПН им. фио» Минздрава России (том 2, л.д. № 163-165).

Согласно заключению комиссии экспертов ФГБУ «НМИЦ ПН им. фио» Минздрава России от 15 января 2025 года № 18/а на основании исследования материалов гражданского дела, медицинской документации и осмотра, комиссия пришла к заключению, что у фио в юридически значимый период выдачи нотариальной доверенности от 09 октября 2006 г. обнаруживалось хроническое психическое расстройство в форме параноидной шизофрении (F 20.0 по МКБ-10) (ответ на вопрос № 1). Об этом свидетельствуют данные анамнеза и медицинской документации о появлении у подэкспертного с подросткового возраста и усугублении в последующем психопатоподобных нарушений с выраженной расторможенностью влечений, злоупотреблением психоактивными веществами, беспричинными аффективными колебаниями по типу субдепрессивных и гипоманиакальных фаз, возникновении с 1990 г. психотических расстройств в виде галлюцинаторной симптоматики, бредовых идей отношения, преследования, что сопровождалось формированием специфических для эндогенного заболевания нарушений мышления (аморфность, паралогичность, непоследовательность), эмоционально-волевой сферы (эмоциональное обеднение, уплощенность, бездеятельность, пассивность), нарушением трудовой и социальной адаптации, снижением критических и прогностических способностей, послужило причиной его многократных госпитализаций в психиатрический стационар, наблюдения у психиатра, обусловило инвалидизацию. Указанное диагностическое заключение подтверждается и выявленными у подэкспертного при настоящем обследовании характерных для эндогенного процесса нарушений мышления (малопродуктивность, непоследовательность, паралогичность, амбивалентность), эмоционально-волевой сферы (обедненность, малодиффиренцированность эмоциональных проявлений, монотонность и неадекватность эмоциональных реакций, снижение волевых функций) наряду с нарушением критических и прогностических способностей. Анализ представленной медицинской документации и материалов гражданского дела позволяют сделать вывод о том, что в юридически значимый период выдачи нотариальной доверенности от 09 октября 2006 года у фио имелись специфические для шизофренического процесса нарушения мышления, выраженные дефицитарные нарушения в когнитивной, эмоционально-волевой, личностной сферах, которые в сочетании с недостаточностью критических и прогностических способностей, лишали его способности к целостному осмыслению содержания, характера, правовых и юридических последствий сделки, а также к волевой регуляции своего поведения в сложившейся ситуации. Поэтому по своему психическому состоянию ФИО1 на момент выдачи нотариальной доверенности на имя гр. фио, фио на право купли-продажи спорной квартиры от 09 октября 2006 года не мог понимать значение своих действий и руководить ими (ответ на вопрос № 2) (том 2, л.д. № 170-174).

Оснований не доверять заключению комиссии экспертов ФГБУ «НМИЦ ПН им. фио» Минздрава России, учитывая, что данная экспертиза проводилась по определению суда в соответствии со ст. 79 ГПК РФ, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, у суда не имеется. Суд, в данном случае, не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность заключения судебной экспертизы, составленного ФГБУ «НМИЦ ПН им. фио» Минздрава России, поскольку экспертиза проведена компетентными экспертами, имеющим значительный стаж работы в соответствующих областях экспертизы, рассматриваемая экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о поручении проведения экспертизы.

Согласно статье 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Выводы экспертов могут быть определенными (категоричными), альтернативными, вероятными и условными. Определенные (категорические) выводы свидетельствуют о достоверном наличии или отсутствии исследуемого факта.

Заключение судебной экспертизы содержит определенные выводы по поставленным судом вопросам.

По смыслу положений статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение является одним из самых важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования, тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем, законодателем в статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами.

Однако, это не означает права суда самостоятельно разрешить вопросы, требующие специальных познаний в определенной области науки.

Таким образом, экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Проанализировав содержание экспертного заключения ФГБУ «НМИЦ ПН им. фио» Минздрава России, суд приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из имеющихся в распоряжении экспертов документов, основываются на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературе, в заключении указаны данные о квалификации экспертов, их образовании, стаже работы.

Суд считает, что представленных сторонами доказательств достаточно для разрешения гражданского спора сторон по существу, полагает возможным положить в основу решения выводы, содержащиеся в судебной экспертизе ФГБУ «НМИЦ ПН им. фио» Минздрава России, суд признает указанное заключение относимым допустимым и достаточным доказательством.

Таким образом, представленные истцом обстоятельства, указанные в исковых требованиях и озвученные представителем истца в судебных заседаниях о том, что истец не отдавал отчет своим действиям на момент выдачи доверенности от 09 октября 2006 года, нашли своё должное подтверждение результатами проведенной по делу судебной психиатрической экспертизы.

Учитывая выводы проведенной судебной экспертизы, согласно которым на момент выдачи доверенности от 09 октября 2006 года ФИО1 не мог понимать значение своих действий и руководить ими, суд приходит к выводу, что истцом, заявляющим требования о признании доверенности от 09 октября 2006 года недействительной, представлены доказательства, свидетельствующие о недействительности сделки, так как на момент выдачи доверенности от 09 октября 2006 года истец не мог понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем, у суда имеются основания для признания доверенности от 09 октября 2006 года недействительной по основаниям статьи 177 ГПК РФ.

Никаких доказательств обратного суду не представлено и в процессе рассмотрения судом не добыто.

В силу ст. 168 ГК РФ Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со ст. 169 ГК РФ Сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 160 ГК РФ Сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Согласно п. 1 и п. 2 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В силу п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу п. 1 ст. 549 ГК РФ По договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

В соответствии с п. 1 ст. 551 ГК РФ Переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

В соответствии с п. 2 ст. 223 ГК РФ В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

Согласно ст. 179 ГК РФ Сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

Оценив представленные по делу доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, исходя из того, что ФИО2 приобрел спорную квартиру по договору, подписанному фио, действующей от имени фио по доверенности, которая судом признана недействительной, суд приходит к выводу, что договор купли-продажи спорной квартиры, заключенный 25 июня 2007 года между фио, действующей от имени ФИО1, и ФИО2, является также недействительным.

Никаких доказательств обратного ответчиком ФИО2 не представлено, как и не представлено доказательств добросовестного приобретения спорной квартиры. Срок исковой давности сторонами сделки в процессе разрешения гражданского спора не заявлялось. Истец ФИО1 вправе требовать от сторон указанной сделки от 25 июня 2007 года причиненных убытков.

Рассматривая исковые требования в части признания договоров от 11 декабря 2007 года между ФИО2 и ФИО3, от 09 января 2008 года между ФИО3 и фио (ФИО5) фио, от 07 декабря 2011 года между Балан (фио) фио и ФИО4, суд приходит к следующему.

11 декабря 2007 года между ФИО2 и ФИО3 был заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: адрес, право собственности ФИО3 зарегистрировано 18 декабря 2007 года.

09 января 2008 года между ФИО3 и фио (ФИО5) фио был заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: адрес, право собственности фио (ФИО5) Н.С. зарегистрировано 08 февраля 2008 года.

07 декабря 2011 года между Балан (фио) фио и ФИО4 был заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: адрес, право собственности ФИО4 зарегистрировано 14 декабря 2011 года.

Как указал истец и его представитель в ходе судебного разбирательства, сделки купли-продажи совершены для прикрытия мнимой сделки с целью изменения записи о собственнике, то есть сделки были совершены лишь для вида и в отсутствие воли истца на совершение сделки.

Как указал представитель ответчика ФИО3 в процессе рассмотрения гражданского спора, ФИО3 лично присутствовала на сделке купли-продажи с ФИО2, где также была супруга последнего, сделка была совершена у нотариуса, прошла государственную регистрацию, договор более 15 лет никем не оспаривался, что говорит о том, что он исполнен сторонами, квартира продана по рыночной цене с учетом износа. Продажа квартиры была осуществлена ФИО3 в связи с изменениями в личной жизни – вступлением в брак, в связи с чем, ФИО3 с супругом приняли решение продать спорную однокомнатную квартиру и приобрести двухкомнатную. С 2020 года ФИО3 с семьей проживает в Испании, где имеет вид на жительство.

Как указал представитель ответчиков фио (ФИО5) Н.С. и ФИО4 в ходе рассмотрения гражданского спора, фио (ФИО5) Н.С. приобретала квартиру через риэлтерскую компанию за счёт кредитных денежных средств. В дальнейшем фио (ФИО5) Н.С. продала квартиру ФИО4, которая также приобрела квартиру через риэлтерскую компанию с использованием кредитных денежных средств. Ответчики произвели в квартире ремонт, проживали в квартире, оплачивали коммунальные платежи, налоги и прочие расходы, необходимые для содержания жилого помещения. Таким образом, ответчики являются добросовестными приобретателями спорной квартиры.

В соответствии с условиями договора купли-продажи квартиры от 09 января 2008 года фио приобрела в собственность квартиру, расположенную по адресу: адрес, стоимость квартиры составила сумма, отчуждаемая квартира приобретается за счет кредитных средств, предоставляемых фио Инвестиционный банк (ОАО) согласно кредитному договору <***> от 09 января 2008 года, кредит предоставлен для целевого использования – сумма для приобретения квартиры, а сумма - для капитального ремонта и производства неотделимых улучшений квартиры, денежные средства хранились до окончания сделки в арендуемой сейфовой ячейке в ООО «Инвестиционная Компания «РОСТИНВЕСТ». Кроме того с момента государственной регистрации на квартиру была зарегистрирована ипотека в силу закона.

На основании договора купли-продажи квартиры от 09 января 2008 года квартира, расположенная по адресу: адрес, передана в собственность фио, о чём имеется соответствующая запись в ЕГРН.

В соответствии с условиями договора купли-продажи квартиры от 07 декабря 2011 года ФИО4 приобрела в собственность квартиру, расположенную по адресу: адрес, стоимость квартиры составила сумма, отчуждаемая квартира приобретается за счет собственных средств и кредитных средств, предоставляемых Банком ВТБ 24 адрес согласно кредитному договору <***> от 07 декабря 2011 года кредит предоставлен в размере сумма для приобретения квартиры, денежные средства хранились до окончания сделки в арендуемом индивидуальном банковском сейфе Банка ВТБ 24 адрес. Кроме того с момента государственной регистрации на квартиру была зарегистрирована ипотека в силу закона.

На основании договора купли-продажи квартиры от 07 декабря 2011 года квартира, расположенная по адресу: адрес, передана в собственность ФИО4, о чем имеется соответствующая запись в ЕГРН.

В соответствии с п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу приведенной статьи мнимая сделка совершается для того, чтобы произвести ложное представление для третьих лиц, характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон, в момент её совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей. Мнимая сделка не исполняется её сторонами.

Таким образом, при признании сделки недействительной по основаниям ст. 170 (п. 1) доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении сделок купли-продажи от 11 декабря 2007 года, 09 января 2008 года и 07 декабря 2011 года стороны не намеревались ее исполнять; что оспариваемая сделка, действительно, не была исполнена, не породила правовых последствий для сторон и третьих лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 209 ГК РФ Собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Закон не ограничивает собственника при отчуждении недвижимого имущества.

Согласно пункту 6 статьи 8.1. ГК РФ - Зарегистрированное право может быть оспорено только в судебном порядке. Лицо, указанное в государственном реестре в качестве правообладателя, признается таковым, пока в установленном законом порядке в реестр не внесена запись об ином.

Согласно статье 153 ГК РФ - Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Статьей 420 ГК РФ определяется, что договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

При этом в силу статьи 421 ГК РФ - Граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 ГК РФ - Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

По смыслу приведенных выше положений, сделка, совершенная собственником по распоряжению принадлежащим ему имуществом в форме и в порядке, установленными законом, предполагается действительной, а действия сторон добросовестными, если не установлено и не доказано иное.

Оценив представленные по делу доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания договоров купли-продажи от 11 декабря 2007 года, 09 января 2008 года и 07 декабря 2011 года недействительными.

При этом суд исходит из того, что истцом, заявляющим требования о признании оспоримой сделки недействительной (ничтожной), в нарушении положений ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, не представлено доказательств, свидетельствующих о недействительности вышеуказанных договоров от 11 декабря 2007 года, 09 января 2008 года и 07 декабря 2011 года.

Правовой целью договора купли-продажи является переход права собственности на проданное имущество от продавца к покупателю и уплата покупателем продавцу определенной цены (ст. 454, ч. 1 ст. 549, ст. 550 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Применительно к договору купли-продажи мнимость сделки исключает намерение продавца прекратить своё право собственности на предмет сделки и получить от покупателя денежные средства, а покупатель со своей стороны не намерен приобрести право собственности на предмет сделки и не передает продавцу какие-либо денежные средства.

В ходе судебного разбирательства истец в силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязан был доказать факт неисполнения сторонами своих обязательств по договорам купли-продажи от 11 декабря 2007 года, 09 января 2008 года и 07 декабря 2011 года, в том числе неполучение продавцами денежных средств за отчуждаемую квартиру, отсутствие перехода права собственности на указанное имущество и неисполнение продавцами обязанности передать имущество покупателям.

Однако судом не установлено отсутствие у продавцов намерений прекратить своё право собственности на квартиру и получить от покупателей денежные средства, а у покупателей – отсутствие намерений приобрести право собственности на квартиру и передать продавцу денежные средства, поскольку отвечающих требованиям относимости, допустимости и достоверности доказательств, подтверждающих названные обстоятельства, на которые истец ссылается в обоснование мнимости сделок, в ходе рассмотрения гражданского спора истцом не представлено и не добыто судом.

Сторонами договоров купли-продажи согласованы все существенные условия сделки, договоры заключены в письменной форме, договор от 11 декабря 2007 года был совершен в присутствии нотариуса, а договоры от 09 января 2008 года и 07 декабря 2011 года заключались сторонами с участием сотрудников банков. Кроме того государственная регистрация перехода права собственности на квартиру была осуществлена в установленном законом порядке, а запись об ипотеке в силу закона была погашена, в связи с выплатой ФИО4 суммы кредита. Доказательств наличия порока воли, а равно и иных обстоятельств, объективно свидетельствующих о мнимости оспариваемых сделок, ФИО1 в нарушение требований ч. 1 ст. 56 ГПК РФ суду не представлено.

Таким образом, материалами гражданского дела подтверждается, что оспариваемые истцом сделки купли-продажи соответствуют требованиям действующего законодательства, исполнены сторонами сделки, право собственности покупателей зарегистрированы в установленном порядке, оснований для признания договоров купли-продажи от 11 декабря 2007 года, 09 января 2008 года и 07 декабря 2011 года мнимыми суд не усматривает. Никаких доказательств того, что после продажи квартиры и до настоящего времени, истец продолжает пользоваться квартирой, оплачивать все необходимые расходы, то есть того, что квартира до сих пор находится под контролем и в распоряжении истца, в материалы гражданского дела истцом не представлено.

Согласно ст. 301 ГК РФ Собственник вправе истребовать своё имущество из чужого незаконного владения.

В соответствии с п. 1 ст. 302 ГК РФ Если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чём приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путём помимо их воли.

Согласно ч. 1 ст. 302 ГК РФ Если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Согласно п. 1 ст. 2 Федерального закона № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», действовавшего в период возникновения спорных отношений и рассмотрения дела судом, государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним является юридическим актом признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

Из системного толкования положений статьи 209, 223, 301, 302 ГК РФ и разъяснений, содержащихся в пункте 58 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» следует, что иск о признании права собственности может быть удовлетворен (при наличии правовых оснований) только в случае, если он предъявлен лицом, фактически владеющим спорным имуществом, но не являющимся зарегистрированным правообладателем.

Как разъяснено в Обзоре судебной практики по делам, связанным с истребованием жилых помещений от граждан по искам исполнительных органов и органов местного самоуправления, утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 25 ноября 2015 года, согласно пп. 1, 2 ст. 302 ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело право его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано во владение, либо похищено у того или другого лица, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Если имущество приобретено безвозмездно от лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе истребовать имущество во всех случаях.

Юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими установлению судом по данной категории споров, являются: 1) наличие (отсутствие) права собственности лица, обратившегося с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения; 2) выбытие имущества из владения собственника или из владения лица, которому оно было передано собственником во владение, по воле или помимо их воли; 3) возмездность (безвозмездность) приобретения имущества; 4) наличие у незаконного владельца статуса добросовестного приобретателя, обусловленного тем, что он не знал и не должен был знать о том, что имущество приобретено у лица, не имевшего права на его отчуждение.

Допустимых доказательств, подтверждающих, что при заключении договоров купли-продажи от 11 декабря 2007 года, 09 января 2008 года и 07 декабря 2011 года ФИО3, фио (ФИО5) Н.С. и ФИО4 знали и могли знать о том, что приобретают имущество у лица, которое не имело права его отчуждать, не представлено.

Обращаясь в суд с требованиями о признании права собственности на квартиру по адресу: адрес, истец указал, что спорная квартира выбыла из владения истца в результате недобросовестных действий со стороны ответчиков.

Вместе с тем, данные обстоятельства не нашли в полном объеме своего подтверждения при рассмотрении настоящего гражданского спора.

Квартира по адресу: адрес, была приобретены ФИО3 на основании договора купли-продажи квартиры, денежные средства продавцом были получены, о чем свидетельствует отсутствие претензий со стороны продавца. Впоследствии спорная квартира была куплена ФИО10 с использованием средств ипотечного кредита, а ФИО4 – за счет собственных денежных средств и с использованием средств ипотечного кредита, при заключении сделки была проверена история квартиры, данные о собственнике квартиры, произведена оценка спорной квартиры, ответчик ФИО4 проживала постоянно в спорной квартире, оплачивает коммунальные платежи, следит за состоянием квартиры. Изложенные обстоятельства документально подтверждены.

При таких обстоятельствах, оценивая собранные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи с нормами действующего законодательства РФ, регулирующими спорные правоотношения, суд приходит к выводу о том, что оснований для удовлетворения исковых требований фио в части признания договоров от 11 декабря 2007 года, 09 января 2008 года и 07 декабря 2011 года не имеется, так как ФИО3, ФИО10 и ФИО4 являются добросовестными приобретателями квартиры по адресу: адрес.

Право собственности ответчиков ФИО3, ФИО10 и ФИО4 на квартиру, расположенную по адресу: адрес, возникло на основании договоров купли-продажи квартиры и зарегистрировано в установленном законом порядке. Сделки купли-продажи носили возмездный характер, сделки фактически были исполнены.

Согласно Конституции РФ Право собственности и иные имущественные права гарантируются посредством права на судебную защиту (статья 46, часть 1), которая в силу ее статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) должна быть полной и эффективной, отвечать критериям пропорциональности и соразмерности, с тем чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота - собственников, кредиторов, должников; возможные ограничения федеральным законом прав владения, пользования и распоряжения имуществом и свободы договоров также должны отвечать требованиям справедливости, быть адекватными, пропорциональными, соразмерными, не иметь обратной силы и не затрагивать существо, основное содержание данных конституционных прав; сама же возможность ограничений и их характер должны обусловливаться необходимостью защиты конституционно значимых ценностей.

Неприкосновенность собственности и свобода договора являются необходимыми гарантиями беспрепятственного использования каждым своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, реализации иных прав и свобод человека и гражданина и надлежащего исполнения соответствующих обязанностей («собственность обязывает») на основе принципов юридического равенства и справедливости и вытекающего из них критерия добросовестности участников правоотношений, в том числе в сфере гражданского оборота. Следовательно, под действие указанных конституционных гарантий подпадают имущественные права лица, владеющего вещью на законных основаниях, включая ее добросовестного приобретателя.

Приведенные правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации отражены в постановлении от 22.06.2017 года № 16-П.

Действующее законодательство РФ исходит из принципа защиты добросовестных участников гражданского оборота, проявляющих при заключении сделки добрую волю, разумную осмотрительность и осторожность, в связи с чем, Конституционный Суд РФ указал, что положение статьи 35 (часть 1) Конституции РФ, согласно которому право частной собственности охраняется законом, не может быть интерпретировано как позволяющее игнорировать законные интересы приобретателя. (Постановление от 13.07.2021 года № 35-П). На взаимосвязь надлежащей заботливости и разумной осмотрительности участников гражданского оборота с их же добросовестностью обращается внимание и в ряде других решений Конституционного Суда РФ (Постановление 03.02.2022 года дата № 5-П).

Разъяснения, связанные с понятием «добросовестный приобретатель», содержатся, в частности, в совместном Постановлении Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29.04.2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», согласно пункту 38 которого приобретатель не может быть признан добросовестным, если на момент совершения сделки по приобретению имущества право собственности в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним (ЕГРП) было зарегистрировано не за отчуждателем или в ЕГРП имелась отметка о судебном споре в отношении этого имущества; в то же время запись в ЕГРП о праве собственности отчуждателя не является бесспорным доказательством добросовестности приобретателя; ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем; собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

Каких-либо достоверных и допустимых доказательств того, что при совершении возмездной сделки купли-продажи спорной квартиры ФИО3, ФИО10 и ФИО4 должны были усомниться в праве продавца на отчуждение имущества, ФИО1 суду не представлено.

Ограничения права собственности, препятствующие распоряжению продавцом имуществом, отсутствовали.

Кроме того, ФИО4 владеет спорной жилой площадью с 2011 года, исправно оплачивает коммунальные платежи за квартиру, денежные средства по кредитному договору также выплачены ФИО4, в квартире произведен ремонт, установлены индивидуальные счетчики водоснабжения и т п.. Изложенные обстоятельства документально подтверждены.

Таким образом, добросовестным приобретателем применительно к недвижимому имуществу в контексте п. 1 ст. 302 ГК РФ в его конституционно-правовом смысле в правовой системе Российской Федерации является приобретатель недвижимого имущества, право на которое подлежит государственной регистрации в порядке, установленном законом, если только из установленных судом обстоятельств дела с очевидностью не следует, что это лицо знало об отсутствии у отчуждателя права распоряжаться данным имуществом или, исходя из конкретных обстоятельств дела, не проявило должной разумной осторожности и осмотрительности, при которых могло узнать об отсутствии у отчуждателя такого права.

С учетом вышеизложенного, суд считает ответчиков ФИО3, ФИО10 и ФИО4 добросовестными приобретателями квартиры, расположенной по адресу: адрес.

Оснований для погашения в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи государственной регистрации права собственности ответчиков на квартиру, расположенную по адресу: адрес, и признании за ФИО1 права собственности на указанную квартиру, не имеется.

Оценивая собранные по делу доказательства, суд приходит к выводу о том, что необходимая совокупность юридически значимых обстоятельств, истцом по первоначальному иску не доказана, в частности, незаконность владения ответчиками ФИО3, ФИО10 и ФИО4 спорным жилым помещением при наличии добросовестности их действий по приобретению спорной квартиры.

При указанных обстоятельствах, суд не находит предусмотренных законом оснований для удовлетворения иска о признании сделок с квартирой недействительными, признании недействительными записей в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество, истребовании имущества из чужого незаконного владения, равно как и производных от него требований о прекращении права собственности, выселении и снятии с регистрационного учета, признании права собственности на квартиру за истцом, вселении истца в спорную квартиру.

Представителями ответчиков ФИО3, ФИО10 и ФИО4 в процессе судебного разбирательства также заявлено ходатайство о пропуске истцом срока предъявления иска в суд.

В силу ст. 181 ГК РФ Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Согласно постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске. Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как следует из материалов гражданского дела, истец обратился в суд с исковым заявлением 02 марта 2023 года (том 1, л.д. № 60), при этом последняя сделка купли-продажи спорной квартиры была осуществлена 07 декабря 2011 года, а право собственности последнего покупателя – ФИО4 зарегистрировано в ЕГРН 14 декабря 2011 года.

Положениями пункта 2 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, установлено, что срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для зашиты которого этот срок установлен.

Началом течения такого десятилетнего срока, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 1 статьи 181 и абзацем вторым пункта 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, является день нарушения права.

Если иное прямо не предусмотрено законом, для целей исчисления этого срока не принимается во внимание день, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, и указанный срок не может быть восстановлен.

Таким образом, пункт 2 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает абсолютный пресекательный срок исковой давности, равный десяти годам, начинающий течь со дня нарушения права.

При этом начало течения указанного срока связано не моментом осведомления лица о нарушении права, как это имеет место во всех иных случаях, а моментом нарушения права.

Согласно разъяснениям, содержащимся в Определении Верховного суда РФ от 14 июня 2016 года № 1-КГ 16-6, установление такого регулирования связано с обеспечением общего режима правовой определенности и стабильности правового положения субъектов права. Так, срок исковой давности, как пресекательный юридический механизм, являясь пределом осуществления права, преследует цель стабильности сложившегося в течение достаточного времени правового положения.

Доводы истца фио о том, что он узнал о нарушении своего права в 2022 году, в связи с чем, срок исковой давности не пропущен, опровергается материалами гражданского дела, в частности определениями Преображенского районного суда адрес от 05 марта 2019 года и 07 июня 2019 года, согласно которым истец ФИО1 ещё в марте 2019 года обращался с аналогичным исковым заявлением, которое было оставлено без движения, а впоследствии возвращено (том 2, л.д. № 194-197). Кроме того, из общедоступной информации с официального сайта Преображенского районного суда адрес, следует, что истец также обращался в суд в 2016 году, однако определением Преображенского районного суда адрес от 26 июля 2016 года исковое заявление было возвращено. Указанная информация также содержится в информационно-аналитической системе АИС Судебное делопроизводство.

Факт того, что истцу была известна фамилия ФИО4 еще в 2016 году и истец обладал информацией о том, что не является собственником спорной квартиры также следует из медицинской документации истца, которая исследовалась ФГБУ «НМИЦ ПН им. фио» Минздрава России при проведении судебной экспертизы. В частности в экспертном заключении указано, что «В апреле 2016 г. был выписан из больницы, однако в силу ряда обстоятельств - арест квартиры, был вынужден «скитаться», находился в асоциальном окружении. После потери возможности жить вне дома обратился в ПБ № 8, однако в выдаче направления на госпитализацию ему было отказано. 13.07.2016 г. был госпитализирован в ГКУЗ адрес «ПКБ №4 им. фио адрес Москвы». В психическом статусе описывалось, что он был в сознании. Ориентирован в собственной личности, понимал, где находился. Был возбужден, многоречив. Аффект был неустойчив. Продуктивному контакту был доступен, охотно рассказывал о своей жизни, сообщал, что после растраты денежных средств, отсутствия возможности снимать жилье, снизилось настроение, нарушился сон, стал раздражительным…. Выписывался в ПБ №3 для прохождения лечения и решения социальных вопросов… После выписки лекарственную терапию не принимал, ПНД не посещал. 13.07.2016г. обратился в ПНД в связи с социальными проблемами, связанными с утратой жилья за направлением в ПКБ №3, в чем ему было отказано и рекомендовалось обращение в ПБ №4. С 15.07.2016г. по 12.08.2016г. находился на стационарном лечении в ПКБ №3 им. фио ДЗ адрес в связи с жалобами на сниженное настроение. В психическом статусе описывалось, что он был полностью ориентирован, доступен для беседы…. После выписки из больницы в своей квартире не проживал, «узнал, что она вновь продана ФИО13 ФИО4». Ночевал в ЦСА «Люблино, который на второй день покинул…».

Рассматривая ходатайство фио о восстановлении пропущенного срока на подачу искового заявления, суд не находит оснований для его удовлетворения, так как доводы истца о том, что срок исковой давности в настоящем случае должен исчисляться с момента, как он узнал о нарушении своего права, кто является ответчиком по делу, основаны на неверном толковании норм действующего законодательства Российской Федерации и противоречат положениям ст. 196 ГК РФ.

С момента регистрации права собственности ФИО4 – 14 декабря 2011 года до момента подачи настоящего иска в суд – 02 марта 2023 года прошло более 11 лет, при этом материалами гражданского дела подтверждается, что истцу было известно, что ФИО4 является собственником спорной квартиры еще в 2016 году, о чем свидетельствуют данные медицинской документации и информация о поданных истцом ранее исках.

При указанных обстоятельствах, оценив представленные доказательства в их совокупности, принимая во внимание, заявленные ответчиками ходатайства о применении судом последствий пропуска срока исковой давности, суд приходит к выводу, что истцом срок исковой давности пропущен и восстановлению не подлежит, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных исковых требований.

Иных требований не заявлено. Суд рассматривает дело в соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ в рамках заявленных исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 196-205 ГК РФ, ст.ст. 35, 39, 56, 67, 113, 117, 167, 193-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 - удовлетворить частично.

Признать доверенность от имени ФИО1 на имя фио, фио от 09 октября 2006 года, зарегистрированную в реестре нотариуса № 3к-2346 недействительной.

Признать договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: адрес, от 25 июня 2007 года между фио, действующей от имени ФИО1, и ФИО2 недействительным.

В остальной части иска – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Московский городской суд через Преображенский районный суд адрес в течение месяца.

Мотивированное решение изготовлено в окончательной форме 30 января 2026 года.

Судья К.Ю. Трофимович