Приговор по делу № 10-67/2023 от 04.12.2023

11MS0003-01-2022-004306-12 Дело №10-67/2023

Судья Малышева Ю.А.

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Сыктывкар 04 декабря 2023 года

Сыктывкарский городской суд Республики Коми в составе

председательствующего судьи Сажина Е.А.,

при секретаре судебного заседания Артемьевой Т.С.,

с участием:

государственных обвинителей Скотнова И.А., Артеевой Л.В.,

защитника – адвоката Рейзер Н.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционной инстанции уголовное дело в отношении ФИО1 по апелляционной жалобе защитника –адвоката Рейзер Н.Е. в интересах осуждённого ФИО1 на приговор мирового судьи Куратовского судебного участка г.Сыктывкара Республики Коми от ** ** **, которым

ФИО1, ... ранее не судимый,

осуждён по ст.30 ч.3 ст.291.2 ч.1 УК РФ к штрафу в размере 25 000 рублей с лишением права занимать должности, связанные с выполнением функций представителя власти в правоохранительных органах, сроком на 1 год, на основании ст.78 ч.1 п.а УК РФ освобождён от назначенного наказания и уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности,

УСТАНОВИЛ:

** ** ** мировым судьёй Куратовского судебного участка г.Сыктывкара Республики Коми ФИО1 осуждён по ст.30 ч.3 ст.291.2 ч.1 УК РФ за покушение на мелкое взяточничество, то есть покушение на дачу взятки через посредника в размере, не превышающем 10 000 рублей, при следующих обстоятельствах, изложенных в приговоре.

ФИО1 в соответствии с приказом МВД по Республике Коми №... л/с от ** ** ** с ** ** ** по ** ** ** был направлен в служебную командировку в Северо-Кавказский регион Российской Федерации и свои служебные обязанности выполнял в составе Сводного отряда полиции МВД по Республике Коми, расположенного по адресу: ... (далее по тексту приговора – СОП МВД по Республике Коми).

Согласно выписке из приказа №... от ** ** ** руководителя Временной оперативной группировки органов внутренних дел и подразделений МВД России в составе объединённой группировки войск (сил) по проведению контртеррористических операций на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации (далее по тексту приговора – ВОГОиП МВД России) ФИО1 с ** ** ** назначен на должность специалиста специальной огневой группы СОП МВД по Республике Коми и является в соответствии с Федеральным законом от 07.02.2011 №3-ФЗ «О полиции» должностным лицом, постоянно осуществляющим функции представителя власти.

В соответствии с п.14 ч.1 ст.27 Закона «О полиции» сотрудник полиции обязан уведомлять о порядке, установленном законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции, о каждом случае обращения к нему каких-либо лиц в целях склонения к совершению коррупционного правонарушения.

В период времени с ** ** ** по ** ** ** не позднее 17 часов 30 минут заместитель командира по работе с личным составом СОП МВД по Республике Коми ФИО6 А.О. предложил ФИО1 включить его в список сотрудников полиции, направляемых в зону проведения контртеррористической операции на территории Чеченской Республики для последующего получения льгот ветерана боевых действий за денежное вознаграждение в сумме 3 000 рублей, предназначенных должностным лицам – руководству ВОГОиП МВД России, за направление ФИО1 в зону проведения контртеррористической операции на территории Чеченской Республики.

В указанный период времени у ФИО1 возник преступный умысел, направленный на дачу мелкой взятки должностным лицам – руководству ВОГОиП МВД России через посредника ФИО12 в размере, не превышающем 10 000 рублей.

Далее, согласившись с условиями ФИО12, ** ** ** ФИО1 в нарушение п.14 ч.1 ст.27 Федерального закона от 07.02.2011 №3-ФЗ «О полиции», укрыв факт склонения его к совершению коррупционного правонарушения, реализуя свой преступный умысел, направленный на дачу мелкой взятки должностным лицами – руководству ВОГОиП МВД России через посредника ФИО12 в размере, не превышающем 10 000 рублей, в 17 часов 30 минут, действуя с прямым умыслом, осознавая противоправный характер и общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде дезорганизации нормальной деятельности органов государственной власти и желая их наступления, действуя из корыстных побуждений, выразившихся в желании получить льготы ветерана боевых действий, предполагая, что даёт мелкую взятку должностным лицам – руководству ВОГОиП МВД России в размере, не превышающем 10 000 рублей, через банковскую карту сослуживца Свидетель №3 с расчётным счётом №..., открытым в ПАО «...», перечислил денежные средства в сумме 3 000 рублей на банковскую карту посредника ФИО12 с расчётным счётом №..., открытым в ПАО «...», которые фактически предназначались для передачи должностному лицу ВОГОиП МВД России – специалисту специальной огневой группы СОП МВД по Республике Коми ФИО13, за способствование в направлении ФИО1 в зону проведения контртеррористической операции на территории Чеченской Республики для последующего получения льгот ветерана боевых действий.

** ** ** ФИО6 А.О., выступая в роли посредника, перевёл со своего счёта №..., открытого в ПАО «...», указанные денежные средства в сумме 3 000 рублей на банковскую карту ФИО13, с расчётным счётом №..., открытым в ПАО «...», который на момент получения указанных денежных средств находился на территории ВОГОиП МВД России, расположенной по адресу: ...

Довести до конца свои преступные действия, направленные на дачу мелкой взятки должностным лицам – руководству ВОГОиП МВД России через посредника в размере, не превышающем 10 000 рублей, ФИО1 не смог по не зависящим от него обстоятельствам, так как специалист специальной огневой группы СОП МВД России по Республике Коми ФИО13, осуществляющий свои служебные полномочия в приёмной руководителя ВОГОиП МВД России, путём обмана ФИО12 похитил указанные денежные средства и распорядился ими по своему усмотрению, и способствовать включению ФИО1 в список сотрудников полиции, направляемых в зону проведения контртеррористической операции на территории Чеченской Республики для последующего получения льгот ветерана боевых действий, он не собирался и не мог в силу отсутствия соответствующих служебных полномочий, а также необходимого служебного положения.

При этом ФИО1 в соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2013 №24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» не может быть признан потерпевшим, так как своими действиями он совершил преступление и в силу этого не вправе претендовать на возвращение указанных денег, а также возмещение вреда в случае их утраты.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Рейзер Н.Е. выражает несогласие с приговором мирового судьи Куратовского судебного участка г.Сыктывкара Республики Коми от ** ** **, указывает на то, что вывод суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления не подтверждается исследованными в ходе судебного заседания доказательствами. В диспозиции ст.291.2 УК РФ нет указания на совершение деяния по неосторожности, а, следовательно, предполагается, что оно может быть совершено только с прямым умыслом. Субъективная сторона состава дачи взятки характеризуется виной только в форме прямого умысла, когда виновный осознаёт, что он передаёт должностному лицу незаконное вознаграждение и желает передать предмет взятки. Однако, если субъект всё-таки добросовестно заблуждался относительно оснований передачи вещи, считая, что это не вознаграждение, либо, не осознавая его противоправность, то в этом случае состав дачи взятки отсутствует. О направленности умысла именно на незаконные действия свидетельствует наличие термина «незаконное вознаграждение», который применительно к даче взятки означает желание взяткодателя добиться намеченного результата в обход закона или отблагодарить получателя взятки за решение, принятое в пользу взяткодателя, освободиться от ответственности и т.п. Следователь, применительно к преступлению, предусмотренному ст.291.2 УК РФ, составообразующим может признаваться только такое деяние, которое представляет собой совершаемые с умыслом и в нарушение законодательно установленных порядка и условий, что обязывает органы, осуществляющие уголовное преследование, и суд не только установить соответственно в ходе расследования и судебного рассмотрения конкретного уголовного дела сам факт совершения указанных действий, но и доказать их противозаконность и наличие умысла на их совершение (ст.73 ч.1 п.1 и 2 УПК РФ); при этом возможность привлечения к уголовной ответственности за преступление, предусмотренное ст.291.2 УК РФ, исключается, если соответствующее деяние совершено по неосторожности. Согласно ст.297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признаётся таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона. С учётом положений ст.14 Международного пакта о гражданских и политических правах от ** ** ** и ст.6 Конвенции о защите прав и основных свобод от ** ** ** приговор может быть признан законным только в том случае, если он постановлен по результатам справедливого судебного разбирательства. Приговор, вынесенный мировым судьёй Куратовского судебного участка г.Сыктывкара Республики Коми, не соответствует данным требованиям закона. В соответствии со ст.389.15 УПК РФ, ст.389.17 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке является существенное нарушение уголовно-процессуального закона. В силу положений ст.240 УПК РФ выводы суда, изложенные в описательно-мотивировочной части приговора, постановленного в общем порядке судебного разбирательства, должны быть основаны на тех доказательствах, которые были непосредственно исследованы в судебном заседании. По версии следствия, поддержанной государственным обвинением, в период времени с ** ** ** по ** ** ** заместитель командира по работе с личным составом ФИО6 А.О. предложил ФИО1 включить его в список сотрудников полиции, направляемых в зону контртеррористической операции на территории Чеченской Республики для последующего получения льгот ветерана боевых действий за денежное вознаграждение в сумме 3 000 рублей, предназначенных должностным лицам – руководству ВОГОиП МВД России. Далее ФИО1, согласившись с условиями ФИО12, ** ** ** в 17 часов 35 минут перечислил через банковскую карту сослуживца Свидетель №3 денежные средства в сумме 3 000 рублей на банковскую карту ФИО12, которые фактически предназначались для последующей передачи должностному лицу ФИО13 ** ** ** ФИО6 А.О. со своего расчётного счёта перевёл указанные денежные средства в размере 3 000 рублей на банковскую карту ФИО13, которые последний похитил. Проводя анализ указанному обвинению, сторона защиты приходит к выводу, что оно носит предположительный характер, что прямо противоречит требованиям закона. Так, в обвинении указано, что ФИО6 А.О. обратился к ФИО1 с предложением дачи взятки в период времени с ** ** ** по ** ** **. Хотя в судебном заседании установлено, что ФИО6 А.О. лично к ФИО1 не обращался и до него лично не доводил о том, что необходимо сдать денежные средства в размере 3 000 рублей для передачи взятки должностным лицам. Также ФИО6 А.О. в судебном заседании пояснил, что ситуацию с ФИО1 не помнит. Также ФИО6 А.О. не смог пояснить, что говорил Свидетель №3 про деньги ФИО1, также он не смог пояснить, говорил ли Свидетель №3 ФИО1 о том, что это взятка. ФИО6 А.О. в своих показаниях, данных в суде, не говорил о том, что сообщал ФИО1, что он собирает по 3 000 рублей для дачи взятки должностным лицам, чтобы включить в список сотрудников, выезжавших в зону контртеррористической операции (как указано в обвинении). ФИО6 А.О. в судебном заседании так и не смог пояснить, что означает выражение «способствование выезда в зону контртеррористической операции». Под способствованием можно понимать как сбор денег на топливо, организацию проживания, бытовые нужды, хозяйственные нужды и т.д. Сам ФИО1 отрицает факт того, что ФИО6 А.О. говорил ему лично или через Свидетель №3 о том, что для включения его в список, направляемых сотрудников в зону контртеррористической операции, необходимо сдать денежные средства в размере 3 000 рублей для последующей передачи должностным лицам. О том, что 3 000 рублей предназначались за способствование выезда в зону контртеррористической операции, узнал позже от сотрудников ОСБ. Таким образом, объективных доказательств того, что ФИО6 А.О. доводил до ФИО1 цель сдачи денег в качестве взятки, в судебном заседании не представлено. Показания свидетеля ФИО12 о его осведомлённости о необходимости сбора денежных средств на взятки, также опровергаются исследованными в ходе судебного заседания доказательствами. Так, ФИО6 А.О. в судебном заседании пояснил, что ФИО14 в своём кабинете поручил ему собрать по 3 000 рублей с личного состава, а затем перевести эти денежные средства ФИО13 Однако, допрошенный в судебном заседании ФИО13 опроверг данный факт, пояснив, что такого быть даже не может. Никто никаких денежных средств за направление в зону проведения контртеррористической операции никогда не собирал. Также ФИО13 пояснил, что он не в курсе, кто составлял списки, и как направляли сотрудников в зону проведения контртеррористической операции. Кроме этого, ФИО13 пояснил, что он не является должностным лицом, который отвечает за направление сотрудников в зону проведения контртеррористической операции, более того, не имевший подобных полномочий и влияния на ФИО12, будучи у него в подчинении. Сами списки сотрудников полиции, направляемых в зону проведения контртеррористической операции на территории Чеченской Республики, в материалах дела также отсутствуют и не исследовались в судебном заседании. В судебном заседании был исследован рапорт, который находится в копии, оригинала в материалах дела не имеется. При исследовании данного рапорта установлено, что он составлен за подписью ФИО14, однако дату его подписания исследовать не представилось возможным в связи с плохим качеством документа. Рапорт согласован начальником МВД России по Чеченской ... С.В., но дата согласования неизвестна по той же причине – плохое качество документа. На первой странице рапорта имеются подписи ФИО15 и ФИО16, которые дают указания о внесении в приказ и обеспечение контроля. Кроме ФИО14, все должностные лица, которые принимали участие в составлении и согласовании данного рапорта, не установлены и не допрошены в качестве свидетелей. В ходе расследования уголовного дела и при исследовании данного рапорта не установлено, какой датой он был подготовлен. Ни у кого не возникло вопроса о том, когда эти списки были подготовлены, также в обвинении не указано, в какой период ФИО1 выезжал в зону проведения контртеррористической операции. А данные списки могли быть составлены и ранее, чем когда по версии следствия ФИО1 перевёл денежные средства ФИО12 В обвинении указано, что ** ** ** ФИО1 через банковскую карту Свидетель №3 перевёл на банковскую карту ФИО12 3 000 рублей для включения его в списки сотрудников полиции, направляемых в зону проведения контртеррористической операции. ФИО1 данный факт отрицал, и на предварительном следствии и в судебном заседании он пояснил, что сдавал денежные средства наличными на бытовые нужды отряда, выезжающего в зону проведения контртеррористической операции. Также ФИО1 пояснил, что сдавал всегда наличными денежные средства на разные бытовые и хозяйственные нужды не только Свидетель №3, но и командирам отряда, в том числе и ФИО12 Поэтому, что препятствовало передать деньги, которые следствие считает как дачу взятки, ФИО12 лично. В соответствии со ст.73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию: виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы. Между тем в самом постановлении о привлечении в качестве обвиняемого ФИО1 указаны 2 формы вины – «осознавая противоправный характер и общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий и желая их наступления», то есть прямой умысел, и «предполагая, что даёт мелкую взятку», то есть косвенный умысел. Дача взятки – всегда совершается только с прямым умыслом. В содержание умысла преступника должно входить то, что он предоставляет должностному лицу незаконное вознаграждение имущественного характера именно как взятку, то есть за действие или бездействие последнего с использованием служебных полномочий либо за способствование в силу должностного положения совершению действий (бездействию) другим должностным лицам. Противоречивые данные относительно формы вины и мотива ФИО1, указанные в постановлении о привлечении его в качестве обвиняемого, нарушают его право на защиту, говорят о том, что сами следственные органы, предъявляя обвинение ФИО1, сомневались в его осведомлённости в назначении денежных средств, указывая на предположительный характер его действий. В постановлении о привлечении в качестве обвиняемого ФИО1 следует вывод о том, что денежные средства ФИО1 похитил ФИО13 Но в ходе судебного заседания приговор о совершении ФИО13 преступления, предусмотренного ст.159 УК РФ, не исследовался. И вывод о том, что ФИО13 похитил именно эти денежные средства, подвергается обоснованному сомнению, так как сам ФИО13 в судебном заседании данный факт не подтвердил, а опроверг его полностью, объяснив суду, в чём имеются основания у ФИО12 оговаривать его. Из показаний ФИО12, на чьих показаниях и строится всё обвинение, следует, что прямо он не говорил ФИО1 дать взятку. Говорил через Свидетель №3, и то говорил о способствовании, и, возможно, у сотрудников было понимание. Но всё это только предположение ФИО12 Он прямо не указывал ФИО1, что денежные средства в сумме 3 000 рублей предназначаются в качестве взятки, то есть передаются незаконно. ФИО1 передавал денежные средства Свидетель №3, как он предполагал, на хозяйственно-бытовые нужды отряда, выезжающего в зону проведения контртеррористической операции, так как исходил из того, что и до этого с личного состава осуществляли сбор денежных средств на различные бытовые нужды. И только позднее, от следователя, ФИО1 стало известно о предназначении данных денежных средств. Но умысел при взятке должен сформироваться у лица до дачи взятки, а не наоборот. Допрошенный в суде Свидетель №3 пояснил, что о даче взятки за способствование поездки в зону контртеррористической операции ему ничего неизвестно, ФИО6 А.О. ему не говорил, чтобы он передал ФИО1 о даче 3 000 рублей для поездки в зону проведения контртеррористической операции. И вообще ему ничего неизвестно о взятке. В отношении Свидетель №3 уголовное дело не возбуждалось. Более того, в материалах уголовного дела нет процессуального решения по ФИО14 о возбуждении уголовного дела. Это говорит о том, что в его действиях следственные органы не усмотрели состава преступления. В том числе ФИО1 заблуждался относительно оснований передачи 3 000 рублей, считая, что это не вознаграждение за то, чтобы попасть в зону проведения контртеррористической операции, и не осознавая неправомерность этой передачи, так как ещё до выезда в командировку в Чеченскую Республику министром внутренних дел Республики Коми личному составу было озвучено, что все, кто не имел на момент выезда льгот «ветерана боевых действий», обязательно будут направлены зону проведения контртеррористической операции. То есть ФИО1, как и другие сотрудники, был уверен в том, что поедет в зону проведения контртеррористической операции, и зачем ему платить за то, что и так было озвучено министром внутренних дел Республики Коми. Из приговора следует, что суд установил следующее: ФИО1 в соответствии с приказом МВД по Республике Коми №... л/с от ** ** ** с ** ** ** по ** ** ** был направлен в служебную командировку в Северо-Кавказский регион, согласно выписке из приказа №... от ** ** ** руководителя Временной оперативной группировки органов внутренних дел и подразделений МВД России в составе Объединённой группировки войск (сил) по проведению контртеррористических операций на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации, ФИО1 с ** ** ** назначен на должность специалиста специальной огневой группы СОП МВД по Республике Коми. Между тем, ни выписка из приказа №... от ** ** **, ни сам приказ, как и приказ №...л/с от ** ** ** в судебном заседании не исследовались, не оглашались и в материалах уголовного дела отсутствуют. В приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие; выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли на решение вопроса о виновности или невиновности осуждённого, на правильность применения уголовного закона. Вывод о наличии умысла у ФИО1 в даче взятки суд первой инстанции сделал на основании показаний ФИО12, данных в судебном заседании, на предварительном следствии. Так, допрошенный в судебном заседании ФИО6 А.О. показал, что с мая по ноябрь 2019 года находился в командировке в Чеченской Республике в качестве заместителя командира отряда по работе с личным составом. В период командировки вопросы подготовки сотрудников к выезду в зону проведения контртеррористической операции и формирование списков было возложено на него командиром отряда ФИО14 ФИО14 после разговора с ФИО13 сказал, что тот будет способствовать выезду в зону проведения контртеррористической операции, и со всех сотрудников, которые поедут, необходимо собрать по 3 000 рублей. До каждого сотрудника ФИО6 А.О. доводил информацию о том, каким образом возможен выезд для получения льгот ветерана боевых действий. Главным условием являлась передача денежного вознаграждения в размере 3 000 рублей должностному лицу ВОГОиП МВД России ФИО13 ФИО6 А.О. сообщил через Свидетель №3 о том, что нужно передать 3 000 рублей. ФИО1 через Свидетель №3 ** ** ** перевёл на банковскую карту ФИО12 3 000 рублей». Однако в этой части показания ФИО12 опровергаются показаниями допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО13, который пояснил, что никаких указаний ему по сбору денежных средств никто не давал, вопрос формирования лиц, направляемых в зону проведения контртеррористической операции не входил в компетенцию ФИО13, о том, что с личного состава собирали деньги за способствование направления сотрудников в зону проведения контртеррористической операции, ему ничего неизвестно, по данному поводу ничего не знает, с ФИО14 или с ФИО12 об этом не говорил. Однако показания ФИО13 в приговоре в этой части изложены неполно. В описательно-мотивировочной части приговора, исходя из положений ст.305 ч.1 п.3 и 4 УПК РФ, ст.307 ч.2 УПК РФ, суду надлежит дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого. Между тем, в этой части судом оценка показаний свидетеля ФИО13 не дана. Допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель №3 пояснил, что ФИО6 А.О. не говорил ему о том, что для направления в зону проведения контртеррористической операции необходимо сдать 3 000 рублей, также ФИО6 А.О. не просил его передать данную информацию ФИО1 Денежные средства собирали для хозяйственных нужд. Показания ФИО13 и Свидетель №3 являются оправдывающими ФИО1, доказывающего, что умысел на дачу взятки у него отсутствовал, и показания данных свидетелей полностью опровергают показания свидетеля ФИО12, на чьих показаниях, по сути своей, и строится весь обвинительный приговор. Признав же показания свидетеля ФИО12 достоверными, суд фактически указал в приговоре, что у суда не возникает и «тени сомнения» в правдивости показаний названного лица, и, оценив исследованные в судебном заседании доказательства по своему внутреннему убеждению, пришёл к выводу о виновности ФИО1 в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в приговоре. Но суд в приговоре не привёл убедительных мотивов, почему он поверил показаниям свидетеля ФИО12 и отверг показания свидетелей ФИО13 и Свидетель №3 Также вывод наличия умысла у ФИО1 в даче взятки суд первой инстанции сделал на основании показаний свидетеля Свидетель №1, данных в судебном заседании, который пояснил, что находился в служебной командировке в Чеченской Республике. На одном из построений к нему подошёл ФИО6 А.О. и сказал о необходимости сдачи 3 000 рублей для направления в зону проведения контртеррористической операции. Однако показания Свидетель №1 в приговоре в этой части изложены неполно. Так, Свидетель №1 в судебном заседании пояснил, что, находясь в командировке в Чеченской Республике, они постоянно сдавали денежные средства на хозяйственно-бытовые нужды. Перед выездом в зону проведения контртеррористической операции ФИО6 А.О. сказал Свидетель №1 сдать денежные средства в размере 3 000 рублей. Свидетель №1 их сдал ФИО12 для хозяйственных нужд в зоне проведения контртеррористической операции. Свидетель №1 слышал, как ФИО6 А.О. говорил всем сдать 3 000 рублей для хозяйственных нужд. Между тем, в этой части судом оценка показаний свидетеля Свидетель №1 не дана. В силу ст.14 ч.2 УПК РФ подозреваемый или обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения. Также, по мнению суда, наличие умысла у ФИО1 на дачу взятки подтверждают показания свидетелей ФИО20, ФИО19, Свидетель №2, Свидетель №3 Однако судом в приговоре не мотивировано, чем именно показания указанных свидетелей подтверждают причастность ФИО1 к совершению преступления, предусмотренного ст.30 ч.3 ст.291.2 ч.1 УК РФ. То есть суд указал в приговоре, что показания свидетелей ФИО20, ФИО19, Свидетель №2, Свидетель №3 подтверждают вину ФИО1, но не указал, каким образом. Между тем, ни один из этих свидетелей не говорит о том, что им или ФИО1 было известно о том, что ФИО6 А.О. собирал с них денежные средства в размере 3 000 рублей для дачи взятки должностным лицам и способствованию выезда в зону проведения контртеррористической операции. Однако оценка судом в части данных показаний не дана. Показания указанных свидетелей, другие доказательства, приведённые в обвинительном заключении и представленные государственным обвинителем, как в совокупности, так и каждое в отдельности, не дают оснований суду для выводов о виновности подсудимого ФИО1 в совершении им преступления. В соответствии с положениями ст.88 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением уголовно-процессуального закона, могут быть признаны недопустимыми и исключены из числа таковых судом. Копии материалов уголовного дела №..., а именно копию протокола осмотра предметов (документов) от ** ** **, снятую старшим следователем ФИО17 с разрешения заместителя руководителя следственного отдела совсем с других уголовных дел, не соответствуют требованиям УПК РФ, подлежат признанию недопустимыми доказательствами и исключению из числа таковых, так как он был получен в рамках расследования уголовного дела №.... Однако, в соответствии со ст.155 ч.2 УПК РФ допускаются в качестве доказательств по данному уголовному делу материалы, содержащие сведения о новом преступлении, только выделенные из уголовного дела в отдельное производство. Между тем в материалах уголовного дела в отношении ФИО1 отсутствует постановление о выделении перечисленных материалов в копиях. Допущенные следственным органом при производстве предварительного расследования указанные нарушения требований уголовно-процессуального закона являются существенными, а потому сами письменные материалы подлежат признанию недопустимыми доказательствами и исключению из числа таковых. Доводы стороны защиты о том, что в действиях ФИО1 отсутствует умысел в даче взятки, поскольку ФИО1 передавал денежные средства на продукты и хозяйственные нужды, по мнению суда, опровергаются исследованными в суде материалами дела, но не указано, какими именно и чем опровергаются. Суд вправе устанавливать виновность лица лишь при условии, если доказывают её лица, осуществляющие уголовное преследование, суд, рассматривая уголовные дела, осуществляет исключительно функции отправления правосудия и не должен подменять лиц, формирующих и обосновывающих обвинение. В соответствии со ст.17 УПК РФ судья, присяжные заседатели, а также прокурор, следователь, дознаватель оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью. Доводы ФИО1 об отсутствии в его действиях состава вменяемого преступления надлежащим образом не опровергнуты. Согласно ст.297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признаётся законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона. В силу ст.73 ч.1 п.1 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежит доказыванию, в том числе, событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления). Обжалуемый приговор не соответствует этим требованиям. В связи с изложенным защитник просит отменить обжалуемый приговор, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор либо передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

В судебном заседании защитник – адвокат Рейзер Н.Е. доводы апелляционной жалобы поддержал, просил отменить приговор, прекратить в отношении ФИО1 уголовное преследование и уголовное дело в связи с отсутствием в его деяниях состава преступления, предусмотренного ст.30 ч.3 ст.291.2 ч.1 УК РФ.

Осуждённый ФИО1 в судебное заседание не явился, просил рассмотреть апелляционную жалобу защитника – адвоката Рейзер Н.Е. в отсутствие ФИО1

Государственный обвинитель Артеева Л.В. просил оставить апелляционную жалобу защитника без удовлетворения, выразил мнение о наличии существенных нарушений требований уголовно-процессуального закона Российской Федерации при рассмотрении судом первой инстанции уголовного дела, влекущих отмену обжалуемого приговора, просил приговор отменить, вынести апелляционный приговор, признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.30 ч.3 ст.291.2 ч.1 УК РФ, назначить ему наказания, от которого освободить в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав мнение участников судебного заседания, рассмотрев уголовное дело в пределах, установленных ст.389.19 ч.1 УПК РФ, суд апелляционной инстанции считает необходимым удовлетворить апелляционную жалобу защитника – адвоката Рейзер Н.Е. и отменить обвинительный приговор, вынесенный мировым судьёй в отношении ФИО1, и постановить новый обвинительный приговор.

Суд считает необходимым принять такое решение по следующим основаниям.

В соответствии со ст.389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения суда первой инстанции по апелляционным жалобам, представлениям.

Согласно ст.389.15 п.1, 2 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются: несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции; существенное нарушение уголовно-процессуального закона.

В соответствии со ст.389.16 УПК РФ приговор признаётся не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если: выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; суд не учёл обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда; в приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие; выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осуждённого, на правильность применения уголовного закона или на определение меры наказания.

Согласно ст.389.17 ч.1 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путём лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путём повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

В соответствии со ст.389.20 ч.1 п.3 УПК РФ суд апелляционной инстанции по результатам рассмотрения материалов уголовного дела принимает в том числе решение об отмене обвинительного приговора и о вынесении обвинительного приговора.

Согласно ст.389.23 УПК РФ в случае, если допущенное судом нарушение может быть устранено при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, суд апелляционной инстанции устраняет данное нарушение, отменяет приговор и выносит новое судебное решение.

В соответствии со ст.7 ч.4 УПК РФ определения суда, постановления судьи должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Согласно ст.14 ч.1, 3 УПК РФ обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном УПК РФ порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого. Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

В соответствии со ст.17 УПК РФ судья оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью.

Согласно ст.73 ч.1 п.1-7 УПК РФ при производстве по уголовному делу в том числе подлежат доказыванию: событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления); виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы; обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого; характер и размер вреда, причинённого преступлением; обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния; обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание; обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания.

В соответствии со ст.74 ч.1, 2 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определённом УПК РФ, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. В качестве доказательств допускаются: показания подозреваемого, обвиняемого; показания потерпевшего, свидетеля; заключение и показания эксперта; заключение и показания специалиста; вещественные доказательства; протоколы следственных и судебных действий; иные документы.

Согласно ст.75 ч.1, 2 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст.73 УПК РФ. К недопустимым доказательствам в том числе относятся: показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтверждённые подозреваемым, обвиняемым в суде; показания потерпевшего, свидетеля, основанные на догадке, предположении, слухе, а также показания свидетеля, который не может указать источник своей осведомлённости; предметы, документы или сведения, входящие в производство адвоката по делам его доверителей, полученные в ходе оперативно-розыскных мероприятий или следственных действий, за исключением предметов и документов, указанных в ст.81 ч.1 УПК РФ; иные доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ.

В соответствии со ст.87 УПК РФ проверка доказательств производится судом путём сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство.

Согласно ст.88 ч.1 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела.

В соответствии со ст.252 ч.1, 2 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Согласно ст.297 ч.1, 2 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признаётся законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона Российской Федерации.

В соответствии со ст.299 ч.1 п.1-5 УПК РФ при постановлении приговора суд в совещательной комнате разрешает, в том числе следующие вопросы: доказано, что имело место деяние, в совершении которого обвиняется подсудимый; доказано ли, что это деяние совершил подсудимый; является ли это деяние преступлением и какими пунктом, частью, статьёй УК РФ оно предусмотрено; виновен ли подсудимый в совершении этого преступления; подлежит ли подсудимый наказанию за совершённое им преступление.

Согласно ст.307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать: описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, форма вины, мотивов, целей и последствий преступления; доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства; указание на обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а в случае признания обвинения в какой-либо части необоснованным или установления неправильной квалификации преступления – основания и мотивы изменения обвинения; мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания, освобождению от него или его отбывания, применению иных мер воздействия; обоснование принятых решений по другим вопроса, указанным в ст.299 УПК РФ.

Конституционное положение о том, что каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда, определяет значение судебного приговора как важнейшего акта правосудия и обязывает суды неукоснительно соблюдать требования уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, предъявляемые к приговору.

По смыслу уголовно-процессуального закона Российской Федерации суд в описательно-мотивировочной части приговора не вправе ограничиться перечислением доказательств или указанием на протоколы процессуальных действий и иные документы, в которых они отражены, а должен раскрыть из основное содержание.

Уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ст.30 ч.3 ст.291.2 ч.1 УК РФ, рассмотрено мировым судьёй в общем порядке судебного разбирательства.

В описательно-мотивировочной части приговора судом при описании преступного деяния ФИО1 указано, что он совершил покушение на мелкое взяточничество, то есть покушение на дачу взятки через посредника в размере, не превышающем десяти тысяч рублей, при этом не учтены положения ст.30 ч.3 УК РФ, не отражено, что ФИО1 совершил умышленные действия, непосредственно направленные на мелкое взяточничество, то есть покушение на дачу взятки через посредника в размере, не превышающем десяти тысяч рублей, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

При рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции допущены следующие нарушения уголовно-процессуального закона Российской Федерации. Судом не обсуждалась возможность начать судебное следствие, не выяснялось, имеются ли у сторон ходатайства о вызове новых свидетелей, специалистов, об исключении недопустимых доказательств. После начала судебного следствия подсудимому не разъяснено, что в соответствии со ст.274 ч.3 УПК РФ с разрешения председательствующего подсудимый может давать показания в любой момент судебного следствия (протокол судебного заседания от ** ** **). В судебном заседании судом не выяснено, имеются ли у сторон дополнения судебного следствия, ходатайства перед обсуждением возможности окончить судебное следствие и перейти к судебным прениям (протокол судебного заседания от ** ** **).

Суд в приговоре в качестве доказательства виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ст.30 ч.3 ст.291.2 ч.1 УК РФ, сослался, в том числе на протокол осмотра документов от ** ** **, объектом которого является уголовное дело №... (№...) по обвинению ФИО13 в совершении преступления, предусмотренного ст.159 ч.3 УК РФ, при этом не приведено содержание указанного доказательства.

Свидетели ФИО6 А.О., ФИО19, Свидетель №1, ФИО20, Свидетель №2, ФИО13 перед их допросом были предупреждены мировым судьёй об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, ст.308 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний и за отказ от дачи показаний. В приговоре в качестве доказательств виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления судом приведены показания свидетелей ФИО12, Свидетель №2, ФИО19, Свидетель №1, ФИО20, ФИО13 Суд апелляционной инстанции полагает, что указанные показания названных свидетелей не могут быть признаны в качестве допустимых доказательств, поскольку указанные лица, за исключением ФИО12, в отношении которого вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, были привлечены к уголовной ответственности по ст.30 ч.3 ст.291.2 ч.1 УК РФ за мелкое взяточничество. Также суд указал, что не имеется оснований не доверять показаниям свидетеля ФИО12, сославшись лишь на факт предупреждения указанного свидетеля о предупреждении об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, при этом не указано о том, подтверждаются ли показания свидетеля ФИО12 иными исследованными доказательствами. Кроме того, судом первой инстанции не учтено, что свидетель ФИО6 А.О. необоснованно до начала его допроса был предупреждён об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, ст.308 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний и за отказ от дачи показаний, поскольку он допрашивался по обстоятельствам совершения им определённых действий, которые фактически образовывают посредничество во взяточничестве, а по этим обстоятельствам ФИО6 А.О. вправе не свидетельствовать против себя, мог в соответствии со ст.51 Конституции РФ отказаться от дачи показаний. В связи с изложенным суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что показания свидетеля ФИО12, данные им в ходе судебного следствия в суде первой инстанции, в соответствии со ст.75 УПК РФ являются недопустимым доказательством. Так как показания свидетеля ФИО12 являются одним из основных доказательств виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ст.30 ч.3 ст.291.2 ч.1 УК РФ, то приговор, постановленный в отношении него, подлежит безусловной отмене.

В связи с изложенным суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что мировой судьи необоснованно при допросе указанных лиц в качестве свидетелей предупредил их об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, ст.308 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний и за отказ от дачи показаний, поскольку уголовно-процессуальный закон Российской Федерации гарантирует указанным лицам право на защиту от предъявленного им обвинения, в том числе и после принятия в отношении них итоговых процессуальных решений о привлечении их к уголовной ответственности при допросе их по обстоятельствам, связанным с их уголовным преследованием. Суд апелляционной инстанции полагает, что названные лица могли быть допрошены в качестве свидетелей с предупреждением об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и за отказ от дачи показаний только в том случае, если бы они были допрошены по обстоятельствам, связанным только с действиями ФИО1, которые бы не относились к действиям названных свидетелей. Суд считает, что допрос указанных свидетелей должен был быть произведён без предупреждения их об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, ст.308 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний и за отказ от дачи показаний с разъяснением им права, предусмотренного ст.51 Конституции РФ. Только в этом случае показания указанных свидетелей являлись бы допустимыми доказательствами.

Таким образом, судом апелляционной инстанции установлено, что мировым судьёй в обоснование виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ст.30 ч.3 ст.291.2 ч.1 УК РФ, использованы недопустимые доказательства – показания свидетелей ФИО12, ФИО19, Свидетель №1, Свидетель №2, ФИО20, что является недопустимым.

В случае исключения из приговора показаний названных свидетелей вина ФИО1 в совершении указанного преступления совокупностью иных доказательств не подтверждается.

Также мировой судья сослался в приговоре на постановление о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО13 как на доказательство, подтверждающее виновность ФИО1 в совершении преступления, при этом судом не учтено, что сам по себе факт возбуждения уголовного дела в отношении ФИО13 не может свидетельствовать как о виновности, так и невиновности ФИО1 в совершении преступления, поскольку указанный процессуальный документ выноситься в соответствии со ст.146 ч.1 УПК РФ только при наличии поводов и оснований для возбуждения уголовного дела, а не устанавливает обстоятельства, которые в соответствии со ст.90 УПК РФ имеют преюдициальное значение. Таким образом, постановление о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО13 не может быть расценено как доказательство виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления, в связи с чем суд первой инстанции не вправе был в приговоре ссылаться на указанное доказательство как на доказывающее виновность ФИО1 в совершении преступления.

Кроме того, в приговоре суд первой инстанции необоснованно сослался на рапорт об обнаружении признаков преступления в действиях ФИО1 как на доказательство, поскольку указанный процессуальный документ не может быть признан доказательством как виновности ФИО1 в совершении преступления, так и его невиновности ввиду того, что в соответствии со ст.143 УПК РФ сообщение о совершённом или готовящемся преступлении, полученное из иных источников, чем указанные в ст.140 ч.1 УПК РФ, принимается лицом, получившим сообщение, о чём составляется рапорт об обнаружении признаков преступления, согласно ст.140 ч.1 УПК РФ поводами для возбуждения уголовного дела в том числе служит сообщение о совершённом или готовящемся преступлении, полученное из иных источников. Таким образом, рапорт об обнаружении признаков преступления не несёт какого-либо доказательственного значения, может быть лишь поводом для возбуждения уголовного дела.

Также судом в приговоре в нарушение требований ст.252 УПК РФ сделан вывод о совершении определённых действий ФИО13, указанных в предъявленном ФИО1 обвинении, которые являются предметом рассмотрения судом уголовного дела по обвинению ФИО13 в совершении преступления, предусмотренного ст.159 ч.3 УК РФ, и только по результатам рассмотрения этого уголовного дела судом в случае вынесения обвинительного приговора могут быть сделаны выводы о совершении каких-либо действий ФИО13 Уголовное дело в отношении ФИО13 мировым судьёй не рассматривалось. Тем самым мировой судья вышел за пределы предъявленного ФИО1 обвинения.

При постановлении приговора судом первой инстанции допущено нарушение ст.307 УК РФ, которое выразилось в том, что выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ст.30 ч.3 ст.291.2 ч.1 УК РФ, надлежащим образом не мотивированы, действия ФИО1 не квалифицированы по какой-либо статье уголовного закона Российской Федерации с учётом установленных судом фактических обстоятельств уголовного дела, а также выводов суда о доказанности совершения ФИО1 определённых действий, которые являются уголовно-наказуемыми.

В приговоре судом первой инстанции указано, что причастность ФИО1 к совершению инкриминируемого преступления подтверждается показаниями свидетелей, письменными доказательствами. В обоснование виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ст.30 ч.3 ст.291.2 ч.1 УК РФ, мировой судья привёл следующие исследованные в ходе судебного следствия доказательства: показания свидетелей Свидетель №1, ФИО20, ФИО12, ФИО19, Свидетель №2, ФИО13, Свидетель №3, следующие письменные материалы уголовного дела – рапорт об обнаружении признаков преступления, ответ Оперативного Штаба в Чеченской Республике от ** ** **, копию постановления о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству от ** ** ** в отношении ФИО13 по признакам преступления, предусмотренного ст.290 ч.2 УК РФ, копию выписки из приказа МВД по Республике Коми от ** ** ** №... л/с о нахождении сотрудников МВД по Республике Коми в служебной командировке на территории Северо-Кавказского региона в определённый период времени, копию рапорта начальника сводного отряда МВД по Республике Коми (командира СОП) ФИО14 о направлении ФИО1 в зону проведения контртеррористической операции на определённой территории в определённый период времени, протокол осмотра документов от ** ** **, протокол осмотра документов от ** ** **.

При оценке доказательств судом первой инстанции указано: «Давая оценку добытым и исследованным в судебном заседании доказательствам в их совокупности, суд приходит к выводу, что вина ФИО1 в совершении инкриминируемого преступного деяния установлена полностью. Описание событий и действий, изложенные в показаниях свидетелей Свидетель №1, ФИО20, ФИО12, ФИО19, имеет внутреннюю согласованность, последовательность и логично. Показаниями подсудимого, свидетелей ФИО12, Свидетель №1, ФИО20, ФИО19, Свидетель №2, ФИО13, Свидетель №3 в совокупности с письменными материалами дела установлено, что ФИО1 в период, указанный в обвинении, проходил службу в составе сводного отряда МВД по Республике Коми на территории Чеченской Республики и направлялся в зону проведения контртеррористической операции. Показания свидетеля ФИО12 свидетельствуют о том, что он лично доводил до ФИО1 информацию о необходимости перечисления ему денежных средств для последующей передачи указанных денежных средств должностным лицам МВД с целью направления последнего в зону проведения контртеррористической операции, а также подтверждён факт передачи ему ФИО1 денежных средств в размере 3 000 рублей через посредника Свидетель №3, который также не отрицал передачу ему денежных средств сотрудниками сводного отряда МВД по Республике Коми, находившимися в служебном командировке на территории Чеченской Республики. В целом факты сбора сотрудниками денежных средств в период служебной командировки на территории Чеченской Республики подтверждены самим подсудимым, свидетелями ФИО12, Свидетель №1, ФИО20, ФИО19, Свидетель №2, Свидетель №3 При этом показания подсудимого о наличии фактов сборов денежных средств на нужды сотрудников отряда не опровергают предъявленное обвинение и возможность совершения подсудимым преступления при инкриминируемых обстоятельствах. Показания свидетелей ФИО20, Свидетель №3 свидетельствуют о надлежащем обеспечении сотрудников сводного отряда МВД по Республике Коми продовольствием и вещевым довольствием. Постановление о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО13 свидетельствует о наличии процессуальной оценки действий последнего и квалификации его действий по получению денежных средств ФИО1 как противоправных деяний. Показания свидетеля ФИО13 суд находит недостоверными, опровергнутыми материалами дела и расценивает их как направленные на избежание уголовной ответственности в рамках рассматриваемого в отношении него уголовного дела. Показания подсудимого ФИО1 о том, что он не давал взятку за оказание содействия по направлению его в зону контртеррористической операции, опровергнуты вышеперечисленными доказательствами, исследованными в суде материалами уголовного дела, и расцениваются судом как способ защиты, направленный на избежание уголовной ответственности за совершённое преступление. Факт передачи ФИО1 денежных средств в размере 3 000 рублей подтверждён показаниями свидетеля ФИО12, согласно которым подсудимый знал о целевом назначении взятки и добровольно передал последнему указанные денежные средства. Оснований не доверять показаниям свидетеля ФИО12, предупреждённого об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, у суда не имеется. Оснований для оговора ФИО1 со стороны свидетеля ФИО12 судом не установлено и стороной защиты не названо. Оценивая доводы стороны защиты о незаконности доказательств, полученных в результате проведения оперативно-розыскных мероприятий с нарушением требований, предъявляемых действующим законодательством, суд находит несостоятельными, поскольку в результате проведения оперативно-розыскных мероприятий были получены, исследованы судом и положены в основу приговора документы, достоверность которых сторонами не оспаривается, как то сведения о направлении подсудимого ФИО1 в командировку на территорию Чеченской Республики, участие подсудимого в контртеррористической операции, его должностных обязанностей. Нарушений конституционных прав подсудимого при предоставлении указанных сведений судом не установлено. Оценив исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности, суд установил, что ФИО1, действуя умышленно, с целью получения материальной выгоды от присвоения ему статуса ветерана боевых действий, передал через посредника ФИО12 взятку в размере 3 000 рублей для способствования в направлении его в зону проведения контртеррористической операции. При этом получатель денежных средств ФИО13 не имел возможности решить указанный вопрос, присвоил полученные денежные средств, в связи с чем умысел ФИО1 на дачу взятки не был доведён до конца по не зависящим от него обстоятельствам. Исследованные в судебном заседании доказательства суд признаёт относимыми и достоверными, поскольку они согласуются между собой, дополняют друг друга и подтверждаются другими материалами, а в своей совокупности достаточны для безусловного вывода суда о доказанности факта покушения на дачу взятки через посредника и виновности подсудимого ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ст.30 ч.3 ст.291.2 ч.1 УК РФ». Приведение в приговоре указанных мотивов не может свидетельствовать о том, что описательно-мотивировочная часть обжалуемого приговора соответствует ст.307 УПК РФ. Каких-либо других мотивов о доказанности виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ст.30 ч.3 ст.291.2 ч.1 УК РФ, в приговоре мировым судьёй не приведено. Суд первой инстанции в приговоре не дал оценку исследованным в ходе судебного следствия доказательствам в соответствии со стст.87, 88 УПК РФ, не привёл мотивированных выводов о виновности ФИО1 в совершении преступления, не оценив показания свидетелей, а также письменные доказательства уголовного дела на предмет их достоверности, а в совокупности достаточности для признания ФИО1 виновным в совершении преступления. Фактически мировым судьёй в приговоре в обоснование виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ст.30 ч.3 ст.291.2 ч.1 УК РФ, приведены общие формулировки, которые по своему содержанию могут быть использованы по результатам рассмотрения судом любого уголовного дела, по которому постановляется обвинительный приговор, без указания фактических обстоятельств конкретного уголовного дела.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении указанного преступления надлежащим образом не мотивированы. Судом первой инстанции указано, что в целом факты сбора сотрудниками денежных средств в период служебной командировки на территории Чеченской Республики подтверждены самим подсудимым, свидетелями ФИО12, Свидетель №1, ФИО20, ФИО19, Свидетель №2, Свидетель №3, при этом указанное утверждение без изложения иных мотивов может свидетельствовать лишь о возможном сборе денежных средств сотрудниками Сводного отряда МВД по Республике Коми в период их пребывания в командировке в Чеченской Республике на какие-либо нужды, не связанные с передачей денежных средств каким-либо должностным лицам в качестве взяток. Судом не указано, по каким причинам он пришёл к выводу о том, что показания подсудимого о наличии фактов сборов денежных средств на нужды сотрудников отряда не опровергают предъявленное обвинение и возможность совершения подсудимым преступления при инкриминируемых обстоятельствах.

Признавая доказанным совершение ФИО1 преступления, предусмотренного ст.30 ч.3 ст.291.2 ч.1 УК РФ, суд первой инстанции не квалифицировал действия ФИО1

Изложенные обстоятельства объективно свидетельствуют о том, что в настоящее время у суда апелляционной инстанции отсутствует возможность дать оценку обжалуемому приговору на предмет соответствия изложенных в нём выводов суда о доказанности виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ст.30 ч.3 ст.291.2 ч.1 УК РФ, фактическим обстоятельствам уголовного дела. Указанное бесспорно свидетельствует о допущении мировым судьёй при постановлении приговора существенных нарушений уголовно-процессуального закона Российской Федерации, которые влекут необходимость отмены постановленного в отношении ФИО1 приговора.

Суд апелляционной инстанции полагает, что указанные допущенные судом первой инстанции существенные нарушения уголовно-процессуального закона Российской Федерации могут быть устранены путём вынесения апелляционного приговора.

Принимая решение об отмене обжалуемого приговора, суд апелляционной инстанции, считает доказанным, что ФИО1 совершил покушение на мелкое взяточничество, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение дачи взятки через посредника в размере, не превышающем десяти тысяч рублей, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

Указанное преступление ФИО1 совершено при следующих обстоятельствах. ФИО1 в соответствии с приказом МВД по Республике Коми №...л/с от ** ** ** с ** ** ** по ** ** ** был направлен в служебную командировку в Северо-Кавказский регион Российской Федерации и свои служебные обязанности выполнял в составе Сводного отряда полиции МВД по Республике Коми, расположенного по адресу: Чеченская ... (далее по тексту приговора – СОП МВД по Республике Коми).

Согласно выписке из приказа №... от ** ** ** руководителя Временной оперативной группировки органов внутренних дел и подразделений МВД России в составе объединённой группировки войск (сил) по проведению контртеррористических операций на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации (далее по тексту приговора – ВОГОиП МВД России), ФИО1 с ** ** ** назначен на должность специалиста специальной огневой группы СОП МВД по Республике Коми и является в соответствии с Федеральным законом от 07.02.2011 №3-ФЗ «О полиции» должностным лицом, постоянно осуществляющим функции представителя власти.

В соответствии с п.14 ч.1 ст.27 указанного Федерального закона сотрудник полиции обязан уведомлять в порядке, установленном законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции, о каждом случае обращения к нему каких-либо лиц в целях склонения к совершению коррупционного правонарушения.

Далее, согласившись с условиями ФИО12, ** ** ** ФИО1 в нарушение п.14 ч.1 ст.27 Федерального закона от 07.02.2011 №3-ФЗ «О полиции», укрыв факт склонения его к совершению коррупционного правонарушения, реализуя свой преступный умысел, направленный на дачу мелкой взятки должностным лицами – руководству ВОГОиП МВД России через посредника ФИО12, в размере, не превышающем 10 000 рублей, в 17 часов 30 минут, действуя с прямым умыслом, осознавая противоправный характер и общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде дезорганизации нормальной деятельности органов государственной власти и желая их наступления, действуя из корыстных побуждений, выразившихся в желании получить льготы ветерана боевых действий, полагая, что даёт мелкую взятку должностным лицам – руководству ВОГОиП МВД России в размере, не превышающем 10 000 рублей, через банковскую карту сослуживца – Свидетель №3 с расчётным счётом №..., открытым в ПАО «...», перечислил денежные средства в сумме 3 000 рублей на банковскую карту посредника ФИО12 с расчётным счётом №..., открытым в ПАО «...», которые фактически предназначались для передачи должностному лицу ВОГОиП МВД России – специалисту специальной огневой группы СОП МВД по Республике Коми, в отношении которого возбуждено иное уголовное дело, за способствование в направлении ФИО1 в зону проведения контртеррористической операции на территории Чеченской Республики для последующего получения льгот ветерана боевых действий.

** ** ** ФИО6 А.О., выступая в роли посредника, перевёл со своего счёта №..., открытого в ПАО «...», указанные денежные средства в сумме 3 000 рублей на банковскую карту иного лица, в отношении которого возбуждено другое уголовное дело, с расчётным счётом №..., открытым в ПАО «...», которое на момент получения указанных денежных средств находилось на территории ВОГОиП МВД России, расположенной по адресу: ...

Довести до конца свои преступные действия, направленные на дачу мелкой взятки должностным лицам – руководству ВОГОиП МВД России через посредника в размере, не превышающем 10 000 рублей, ФИО1 не смог по не зависящим от него обстоятельствам, так как иное лицо, в отношении которого возбуждено другое уголовное дело, осуществляющее свои служебные полномочия в приёмной руководителя ВОГОиП МВД России, путём обмана похитило указанные денежные средства и распорядилось ими по своему усмотрению, а способствовать включению ФИО1 в список сотрудников полиции, направляемых в зону проведения контртеррористической операции на территории Чеченской Республики для последующего получения льгот ветерана боевых действий оно не собиралось и не могло в силу отсутствия соответствующих служебных полномочий, а также необходимого служебного положения.

В судебном заседании в суде первой инстанции ФИО1 вину в совершении преступления не признал, суду показал, что в настоящее время находится на пенсии. С ** ** ** ФИО1 проходил службу в системе МВД. С ** ** ** ФИО1 был назначен на должность специалиста специальной огневой группы СОП МВД по Республике Коми. В ** ** ** ФИО1 позвонили из отдела кадров и сообщили, что он отправляется в командировку в Чеченскую Республику, которая продлится с мая по ноябрь 2019 года. Командиром отряда был ФИО14, его заместителями были ФИО6 А.О и Свидетель №2 Списки составлял ФИО14 Потом от министра внутренних дел Республики Коми ФИО21 стало известно, что в зону проведения контртеррористической операции поедут все. В связи с чем все учили правовые акты, сдавали зачёты ФИО12 ФИО1 не было известно о том, что для направления в зону проведения контртеррористической операции необходимо сдавать деньги. ФИО1 деньги на эти цели не сдавал, с ФИО12 на эту тему не разговаривал. Свидетель №3 об этом ФИО1 также не сообщал. В период командировки постоянно происходил сбор денежных средств на хозяйственно-бытовые нужды, продукты, оплату уборщице, запчасти для машины и т.д. Деньги на указанные нужды сдавали с первого дня заезда. Также они сами скидывались денежными средствами на приобретение продуктов питания. Перед выездом в командировку за час или два ФИО1 интересовался у ФИО12, собирает ли он денежные средства. ФИО6 А.О. ответил, что собирает по 3 000 рублей, на что конкретно сдавать деньги, ФИО6 А.О. не говорил, в том числе не говорил, что это деньги за направление ФИО1 в зону проведения контртеррористической операции, но переводы были постоянно. Так как у ФИО1 не было наличных денежных средств, он позже передал их Свидетель №3 Перевёл ли Свидетель №3 деньги ФИО12, ФИО1 неизвестно.

Несмотря на отрицание ФИО1 причастности к инкриминируемому ему преступлению, вина ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ст.30 ч.3 ст.291.2 ч.1 УК РФ, доказана совокупностью относимых, допустимых и достоверных доказательств, исследованных в ходе судебного следствия как в суде первой инстанции, так и в суде апелляционной инстанции.

Свидетель ФИО6 А.О. суду апелляционной инстанции показал, что с 2018 года состоял в должности преподавателя цикла боевой и физической подготовки учебной части ЦПП МВД по Республике Коми. В период времени с ** ** ** по ** ** ** ФИО6 А.О. был прикомандирован в состав ВОГОиП МВД России в Чеченскую Республику, где был назначен на должность заместителя командира по работе с личным составом Сводного отряда полиции МВД по Республике Коми, дислоцирующегося в ... Чеченской Республики. Командиром отряда был ФИО14, прикомандированный в должности заместителя начальника ОМВД России по г.Воркуте. Командировка не предполагала выезды в зону контртеррористической операции, узнать заранее об этом никак нельзя было. Приходили вызовы из ... о том, что нужно столько-то человек на определённый период, командир давал команду и выезжали. Занимались отбором командиры – это ФИО14, Свидетель №2 и ФИО6 А.О., они отбирали сотрудников для выезда в зону проведения контртеррористической операции. Из 90 человек в отряде в зону проведения контртеррористической операции выехало 50 человек. При этом водители выезжали неоднократно. Помимо водителей повторно никто не выезжал. Факт выезда в зону проведения контртеррористической операции предоставлял право на получение льгот. ФИО12 был известен сотрудник ФИО13, который числился в ОМВД России по г.Воркуте, с ним был знаком ФИО14 В начале командировки ФИО13 приезжал к ним в отряд, разговаривал с ФИО14 После чего ФИО12 стало известно от ФИО14, что намечается выезд в зону проведения контртеррористической операции, в связи с чем необходимо собрать деньги, а именно необходимо было переговорить с теми сотрудниками, которые собираются выезжать в зону проведения контртеррористической операции, и попросить их сдать по 3 000 рублей, а также о том, что ФИО13 окажет содействие в том, чтобы сотрудники смогли выехать в зону проведения контртеррористической операции. ФИО13 работал в приёмной у генерала, то есть у руководителя, который организует всю службу и выезды в зону проведения контртеррористической операции по всей России. ФИО6 А.О. полагал, что ФИО13 мог поспособствовать выезду в зону проведения контртеррористической операции. Информация о необходимости сдачи денег была доведена до личного состава, в том числе и до ФИО1 Все 50 человек сдали по 3 000 рублей. Деньги переводились на банковскую карту ФИО12, а он переводил эти денежные средства ФИО13 ФИО14 сообщил ФИО12 реквизиты банковской карты ФИО13 ФИО6 А.О. отчитывался о переводе денежных средств ФИО13, писал ему смс-сообщения или звонил. Списки выезжающих в зону проведения контртеррористической операции формировал ФИО6 А.О., затем список корректировал ФИО14 и отвозил его .... Свои действия ФИО6 А.О. расценивал как незаконные, так как не должны собирать деньги за выезд в зону проведения контртеррористической операции. Все, кто сдавал деньги, выезжали в зону проведения контртеррористической операции. Остальные 40 сотрудников уже имели статус ветерана боевых действий и поэтому второй раз не выезжали в зону проведения контртеррористической операции. До поездки в Чеченскую Республику министр внутренних дел Республики Коми не сообщал им, что придётся выезжать в зону проведения контртеррористической операции.

Свидетель Свидетель №1 суду апелляционной инстанции показал, что в настоящее время является действующим сотрудником МВД по Республике Коми. В ** ** ** работал в ОМВД России по Усть-Вымскому району. В период службы в органах внутренних дел в период времени с ** ** ** Свидетель №1 находился в командировке в Чеченской Республике. Для направления в зону проведения контртеррористической операции руководством составлялись графики, туда направлялись те, у кого были закреплены боевые дни. Перед поездкой необходимо было сдать тесты, нормативы, что являлось условием для выезда в зону проведения контртеррористической операции. В зоне проведения контртеррористической операции Свидетель №1 находился 5 дней. За время выезда в командировку денежные средства собирались на личные нужды несколько раз в месяц в суммах от 100 рублей до 5 000 рублей, но это было добровольно. Перед командировкой ФИО6 А.О., являющийся заместителем начальника командира сводного отряда МВД по Республике Коми, сообщил Свидетель №1 о необходимости внести 3 000 рублей, на какие цели, Свидетель №1 не интересовался. Этот разговор состоялся в кабинете у ФИО12 Он пояснил, что Свидетель №1 будет направлен в зону проведения контртеррористической операции. Деньги передавались ФИО12 Каким образом передавались деньги, Свидетель №1 не помнит. Куда дальше передавались денежные средства, Свидетель №1 неизвестно. По окончании командировки Свидетель №1 были выплачены денежные средства – командировочные, ему был присвоен статус участника боевых действий. ФИО1 также в указанный период времени находился с Свидетель №1 в командировке, но они не контактировали. Сдавал ли ФИО1 3 000 рублей, Свидетель №1 неизвестно.

Свидетель ФИО19 суду апелляционной инстанции показал, что с ** ** ** являлся сотрудником ОМВД России по Ижемскому району. В период времени с ** ** ** ФИО19 совместно с ФИО1 находился в служебной командировке в Чеченской Республике. В период нахождения в командировке осуществлялся выезд в зону проведения контртеррористической операции. Перед выездом туда необходимо было выучить нормативные акты. Перед самым выездом в зону проведения контртеррористической операции ** ** ** ФИО19 перевёл ФИО12 денежные средства в сумме 3 000 рублей. На какие нужды, ФИО6 А.О. не пояснял, в том числе не говорил, что это за выезд в зону проведения контртеррористической операции. За период командировки денежные средства собирались как сотрудниками, так и руководством на различные цели: на хозяйственные нужды, похороны матери одного из сотрудников и т.д. ФИО19 неизвестно, переводил ли ФИО1 денежные средства ФИО12 В отношении ФИО19 было возбуждено уголовное дело.

Свидетель Свидетель №2 суду апелляционной инстанции показал, что с ** ** ** работает в органах внутренних дел, в настоящее время – в должности заместителя начальника полиции по охране общественного порядка ОМВД России по Усть-Вымскому району. С ** ** ** Свидетель №2 находился в командировке в качестве заместителя командира сводного отряда полиции МВД по Республике Коми. Командиром указанного отряда был ФИО14, Свидетель №2 был его заместителем по службе. В обязанности Свидетель №2 входили: контроль личного состава, распределение обязанностей сотрудников по постам, маршрутам, контроль работы и выставление постов. ФИО6 А.О. был заместителем командира сводного отряда по службе личного состава. Перед выездом в командировку командиром отряда доводилась информация о необходимости готовности к выезду в зону проведения контртеррористической операции, проводилась учёба. Список лиц, выезжающих в зону проведения контртеррористической операции, формировался командиром отряда или его заместителем. В список попадали лица, физически и морально готовые к использованию оружия, а также сдавшие зачёты по нормативной базе. Для включения в список лиц, выезжающих в зону проведения контртеррористической операции, не требовалось сдавать денежные средства. Такая информация до них не доводилась. Свидетель №2 денежные средства ФИО14 или ФИО12 в сумме 3 000 рублей не сдавал, в отношении него уголовное дело не возбуждалось. Выезжал ли с ними в зону проведения контртеррористической операции ФИО1, Свидетель №2 не помнит. Во время командировки в Чеченской Республике сложилась практика сбора денег командирами на хозяйственные нужды отряда, стиральные машинки, телевизоры, кондиционеры, холодильник, которые они выкупали у сотрудников, которые несли службу до них. Также «скидывались» на уборщицу, спортивный инвентарь. Деньги собирали по мере необходимости. Свидетель №2 неизвестно, сдавал ли ФИО1 3 000 рублей. Свидетель №2 неизвестно, мог ли ФИО13, который находился в их отряде, влиять на списки выезжающих в зону проведения контртеррористической операции. В зону проведения контртеррористической операции выезжали, как правило, 1 раз на 5-6 дней, дважды-трижды никто не выезжал. Из 90 человек в отряде в зону проведения контртеррористической операции съездили 50 человек, остальные 40 человек выезжали ранее – в другие командировки. До командировки от руководства поступала информация о лицах, уже ранее выезжавших в зону проведения контртеррористической операции, в связи с чем их в новые списки уже не включали. Выезд в зону проведения контртеррористической операции даёт статус ветерана боевых действий и дополнительные выплаты.

Свидетель ФИО20 суду апелляционной инстанции показал, что работает в должности начальника уголовного розыска ОМВД России по г.Печоре, он с ** ** ** состоит на службе в органах внутренних дел. С мая по ** ** ** ФИО20 находился в командировке в Чеченской Республике в должности командира взвода УМК по Чеченской Республике. Его руководителем был ФИО14, заместителем был ФИО6 А.О. ФИО1 также проходил службу на территории Чеченской Республики в указанный период времени. Специальных требований для выезда в зону проведения контртеррористической операции не было. Почти все выезжали в зону проведения контртеррористической операции. С каждого объекта выезжало по несколько человек. ФИО6 А.О. приезжал, говорил, кто следующий поедет, потом сотрудника за 2 дня забирали на зону ПВД, где базировался весь сводный отряд, после этого ФИО12 перечислялись 3 000 рублей на хозяйственные нужды. На что именно тратились деньги, ФИО20 не выяснял. Он перевёл 3 000 рублей. Денежные средства в сумме 3 000 рублей собирались со всех сотрудников. Из всех сотрудников только один отказался сдавать денежные средства, но это не ФИО1 ФИО6 А.О. сам занимался сбором денег, он просил перевести денежные средства на его банковскую карту, мотивировал это тем, что ему так проще отслеживать, кто сдал. ФИО6 А.О. не доводил до них информацию, что 3 000 рублей надо сдать, чтобы выехать в зону проведения контртеррористической операции. В зону проведения контртеррористической операции выезжали только те сотрудники, которые не имели статус ветерана боевых действий. Также сдавали по 200-500 рублей из заработанной платы, например, на уборщицу и т.д. Тот сотрудник, который не сдал 3 000 рублей, также выехал в зону проведения контртеррористической операции. Ещё в г.Сыктывкаре Республики Коми бывший министр внутренних дел Республики Коми ФИО21 сказал, что все выедут в зону проведения контртеррористической операции, все получат статус «ветерана боевых действий», независимо от того, будут успевать или не будут. Руководство также сказало, что тот, кто не успеет получить статус «ветерана боевых действий», то того оставят в командировке на второй срок, чтобы получили статус «ветерана боевых действий». ФИО20 считал, что деньги будут потрачены на питание и средства личной гигиены, на бытовые нужды.

Свидетель Свидетель №3 суду апелляционной инстанции показал, что в период времени с ** ** ** состоял в должности командира роты отдельного взвода патрульно-постовой службы ОМВД России по .... С мая ** ** ** Свидетель №3 находился в командировке в Чеченской Республике. Руководителем отряда был ФИО14, его заместителями были ФИО6 А.О. и Свидетель №2 В конце августа 2019 года стало известно, кто едет в зону проведения контртеррористической операции. Условием для выезда была сдача зачётов на знание нормативной базы, досмотровых мероприятий. Сдача денег в размере 3 000 рублей не являлась условием для выезда в зону проведения контртеррористической операции. ФИО6 А.О. не просил сдавать деньги. Возможно, что ФИО1 передавал Свидетель №3 3 000 рублей для каких-либо нужд ввиду отсутствия банкоматов. Один человек ездил, снимал деньги, покупал необходимое в отряд. Также сдавали деньги на хозяйственные нужды. Например, на уборщицу по 200 рублей, но это было добровольно. ФИО6 А.О. также собирал деньги на хозяйственные нужды. В отношении Свидетель №3 уголовное дело не возбуждалось. В зону проведения контртеррористической операции из отряда выезжали те, кто не выезжал ранее.

Свидетель ФИО13 суду апелляционной инстанции показал, что с ** ** ** находился в командировке в Чеченской Республике. ФИО14 и ФИО6 А.О. были руководителями отряда из Республики Коми. ФИО13 не мог способствовать выезду сотрудников в зону проведения контртеррористической операции, так как был рядовым сотрудником, взаимоотношений с руководством у него не было. ФИО13 никому не сообщал, в том числе ФИО14, о необходимости сбора по 3 000 рублей для выезда в зону проведения контртеррористической операции. ФИО6 А.О. одолжил у ФИО13 150 000 рублей в начале командировки – в мае, находясь в н...., передал их наличными. ФИО13 не брал с ФИО12 расписку, так как он был руководителем ФИО13 Деньги ФИО6 А.О. возвращал ФИО13 частями – по 10 000 рублей, 20 000 рублей, 89 000 рублей. ФИО13 в настоящее время привлекается к уголовной ответственности по факту получения этих денег, идёт судебное разбирательство.

Помимо показаний указанных свидетелей вина ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ст.30 ч.3 ст.291.2 ч.1 УК РФ, подтверждается письменными материалами уголовного дела – доказательствами, полученными в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона Российской Федерации.

...

Анализируя исследованные доказательства и давая им оценку в соответствии со стст.87, 88 УПК РФ, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст.30 ч.3 УК РФ покушением на преступление признаются умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

Согласно ст.30 ч.3 ст.291.2 ч.1 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за покушение на мелкое взяточничество, то есть за умышленные действия лица, непосредственно направленные на дачу взятки через посредника в размере, не превышающем десяти тысяч рублей, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

По смыслу уголовного закона Российской Федерации получение и дача взятки считаются оконченными с момента принятия должностным лицом хотя бы части передаваемых ему ценностей.

Не образует состав дачи взятки передача должностному лицом денег за совершение действий (бездействие), хотя и связанных с исполнением его профессиональных обязанностей, но при этом не относящихся к полномочиям представителя власти, организационно-распорядительным либо административно-хозяйственным функциям.

Ответственность за дачу взятки наступает независимо от времени получения должностным лицом взятки – до или после совершения им действий по службе в пользу взяткодателя или представляемых им лиц, а также независимо от того, были ли указанные действия заранее обусловлены взяткой или договорённостью с должностным лицом о передаче за их совершение взятки.

Общественная опасность преступления, предусмотренного ст.291.2 ч.1 УК РФ, заключается в том, что оно посягает на основы государственной власти, подрывает авторитет государственной власти, создаёт у различных лиц представление о возможности удовлетворения личных и коллективных интересов путём подкупа должностных лиц.

Причастность ФИО1 к совершению преступления, предусмотренного ст.30 ч.3 ст.291.2 ч.1 УК РФ, подтверждается совокупностью следующих доказательств. Показаниями свидетеля ФИО12, изложившего обстоятельства, при которых он был прикомандирован в состав ВОГОиП МВД России в Чеченскую Республику, где был назначен на должность заместителя командира по работе с личным составом Сводного отряда полиции МВД по Республике Коми, дислоцирующегося в ..., командиром отряда был ФИО14, прикомандированный в должности заместителя начальника ОМВД России по г.Воркуте, ФИО6 А.О. собирал по 3 000 рублей с каждого сотрудника отряда, которые хотели выехать в зону проведения контртеррористической операции, при этом ФИО13, которому и предназначались указанные денежные средства, работавший в приёмной у руководителя, организовывающего службу и выезды в зону проведения контртеррористической операции по всей РФ, должен был способствовать выезду сотрудников в зону проведения контртеррористической операции, денежные средства сдали 50 человек, денежные средства переводились на банковскую карту ФИО12, который переводил эти денежные средства на банковскую карту ФИО13, все сотрудники, которые сдавали указанные денежные средства, выезжали в зону проведения контртеррористической операции, остальные 40 сотрудников уже имели статус ветерана боевых действий и поэтому второй раз не выезжали в зону проведения контртеррористической операции. Показаниями свидетеля Свидетель №1, пояснившего об обстоятельствах, при которых он находился в командировке в Чеченской Республике, в зоне проведения контртеррористической операции Свидетель №1 находился 5 дней, за время выезда в командировку денежные средства собирались на личные нужды несколько раз в месяц в суммах от 100 рублей до 5 000 рублей, это было добровольно, перед командировкой ФИО6 А.О., являющийся заместителем начальника командира Сводного отряда МВД по Республике Коми, сообщил Свидетель №1 о необходимости внести 3 000 рублей, на какие цели, Свидетель №1 не интересовался, по окончании командировки Свидетель №1 были выплачены денежные средства – командировочные, а также ему был присвоен статус участника боевых действий, ФИО1 также находился с Свидетель №1 в командировке. Показаниями свидетеля Свидетель №2, который изложил обстоятельства, при которых находился в командировке в Чеченской Республике в качестве заместителя командира Сводного отряда полиции МВД по Республике Коми, командиром которого был ФИО14, его заместителем также был ФИО6 А.О., для включения в список лиц, выезжающих в зону проведения контртеррористической операции, не требовалось сдавать денежные средства, Свидетель №2 денежные средства ФИО14 или ФИО12 в сумме 3 000 рублей не сдавал, во время командировки в Чеченской Республике сложилась практика сбора денег командирами на хозяйственные нужды отряда и приобретение бытовой техники, спортивного инвентаря, оплату труда уборщицы, в зону проведения контртеррористической операции выезжали, как правило, 1 раз на 5-6 дней, дважды-трижды никто не выезжал, из 90 человек в отряде в зону проведения контртеррористической операции съездили 50 человек, остальные 40 человек выезжали туда ранее. Показаниями свидетеля ФИО19, изложившего обстоятельства, при которых он совместно с ФИО1 находился в служебной командировке в Чеченской Республике, в период которой осуществлялся выезд в зону проведения контртеррористической операции, перед самым выездом в указанную зону ФИО19 перевёл ФИО12 денежные средства в сумме 3 000 рублей, на какие нужды, ФИО6 А.О. не пояснял, в том числе не говорил, что это за выезд в зону проведения контртеррористической операции, за период командировки денежные средства собирались как сотрудниками, так и руководством на различные цели: хозяйственные нужды, похороны матери одного из сотрудников и т.д. Показаниями свидетеля ФИО13, пояснившего об обстоятельствах, при которых он находился в командировке в Чеченской Республике, ФИО14 и ФИО6 А.О. были руководителями Сводного отряда МВД по Республике Коми, ФИО13 не мог способствовать выезду сотрудников в зону проведения контртеррористической операции, так как был рядовым сотрудником, взаимоотношений с руководством у него не было, ФИО13 никому не сообщал, в том числе ФИО14, о необходимости сбора по 3 000 рублей для выезда в зону проведения контртеррористической операции, ФИО6 А.О. одолжил у ФИО13 150 000 рублей в начале командировки, ФИО6 А.О. отдавал указанную сумму долга частями, переводя денежные средства на банковскую карту ФИО13, он в настоящее время привлекается к уголовной ответственности по факту получения этих денег, идёт судебное разбирательство. Показаниями свидетеля Свидетель №3, который изложил обстоятельства, при которых находился в командировке в Чеченской Республике, руководителем Сводного отряда МВД по Республике Коми был ФИО14, его заместителями были ФИО6 А.О. и Свидетель №2, сдача денег в размере 3 000 рублей не являлась условием для выезда в зону проведения контртеррористической операции, ФИО6 А.О. не просил сдавать деньги, сдавали денежные средства на хозяйственные нужды, ФИО6 А.О. также собирал денежные средства на хозяйственные нужды, а также Свидетель №3 пояснил, что, возможно, ФИО1 передавал Свидетель №3 3 000 рублей для каких-либо нужд ввиду отсутствия банкоматов. Показаниями свидетеля ФИО20, пояснившего об обстоятельствах, при которых он находился в командировке в Чеченской Республике в должности командира взвода УМК по Чеченской Республике, его руководителем был ФИО14, заместителем которого был ФИО6 А.О., ФИО1 также проходил службу на территории Чеченской Республики в указанный период времени, специальных требований для выезда в зону проведения контртеррористической операции не было, почти все выезжали в зону контртеррористической операции, с каждого объекта выезжало по несколько человек, ФИО6 А.О. приезжал, говорил, кто следующий поедет, потом человека за 2 дня забирали на зону ПВД, где базировался весь сводный отряд, после этого ФИО12 перечислялись 3 000 рублей на хозяйственные нужды, ФИО20 также перевёл 3 000 рублей ФИО12 на его банковскую карту, указанная сумма денежных средств собиралась со всех сотрудников, ФИО6 А.О. не доводил до них информацию, что 3 000 рублей надо сдать, чтобы выехать в зону проведения контртеррористической операции, туда выезжали только те сотрудники, которые не имели статуса ветерана боевых действий, также сдавали по 200-500 рублей из заработанной платы, например, на оплату труда уборщицы. Изложенными ранее письменными материалами уголовного дела. Ответом на запрос из Оперативного штаба в Чеченской Республике, в котором содержатся сведения об участии в контртеррористической операции на территории Чеченской Республики сотрудников МВД, в том числе ФИО1 в период времени с 01 по ** ** **. Ответом на запрос из МВД по Республике Коми, в котором имеются сведения о том, что в соответствии с приказом МВД по Республике Коми в служебном командировке на территории Северо-Кавказского региона в составе ВОГОиП МВД России находились сотрудники МВД по Республике Коми, в том числе: ФИО6 А.О., Свидетель №2, Свидетель №3, ФИО1, ФИО19, ФИО20, Свидетель №1 Копией выписки из приказа ОМВД России по г.Вуктылу, в которой содержатся сведения о назначении ФИО1 на должность помощника оперативного дежурного дежурной части ОМВД России по г.Вуктылу. Копией рапорта, в котором содержатся сведения о том, что командир ОСП по Грозненскому району Чеченской Республики ФИО14 попросил руководителя ВОГОиП МВД России ФИО58 разрешить задействовать сотрудников СОП по Грозненскому району Чеченской Республики для выполнения служебно-боевых задач в зоне контртеррористической операции на территории ... в период времени с 01 по ** ** **, в том числе сотрудника полиции ФИО1 Ответом на запрос из ПАО «...», в котором отражены сведения о представлении суду оптического диска с выписками о движении денежных средств по расчётным счетам ФИО13, ФИО12, Свидетель №3, открытым в ПАО «...», в ходе осмотра которых установлено, что с банковского счёта, открытого на имя Свидетель №3, дважды были переведены денежные средства в суммах по 3 000 рублей на банковский счёт, открытый на имя ФИО12, затем с другого банковского счёта, открытого на имя ФИО12, были переведены денежные средства в сумме 10 000 рублей, на банковский счёт, открытый на имя ФИО13

Показания свидетеля ФИО12 признаются судом достоверными, поскольку они являются последовательными, логичными, не содержат противоречий, которые бы ставили под сомнение их достоверность, согласуются в деталях не только с показаниями свидетелей: ФИО19, который в том числе пояснил о том, что перевёл 3 000 рублей ФИО12, на какие нужды, ФИО6 А.О. не говорил, Свидетель №2, который в том числе пояснил о том, что из 90 человек, находившихся в командировке в Чеченской Республике в составе Сводного отряда МВД по Республике Коми, в зону проведения контртеррористической операции съездили 50 человек, остальные 40 человек выезжали в зону проведения контртеррористической операции ранее – в другие командировки, ФИО20, который в том числе пояснил о том, что специальных требований для выезда в зону проведения контртеррористической операции не было, почти все сотрудники туда выезжали, приезжал ФИО6 А.О., говорил, кто следующий поедет, после чего сотрудника за 2 дня до выезда в зону проведения контртеррористической операции забирали на зону ПВД, после чего ФИО12 перечислялись 3 000 рублей на хозяйственные нужды; Свидетель №3, который в том числе пояснил о том, что, возможно ФИО1 передавал Свидетель №3 3 000 рублей для каких-либо нужд ввиду отсутствия адвокатов, ФИО13, который в том числе пояснил о том, что ФИО6 А.О. возвращал ФИО13 частями взятые у него в долг денежные средства в сумме 150 000 рублей, письменными материалами уголовного дела, носящими объективный характер, в том числе выписками по расчётным счетам, открытым в ПАО «...» на имя Свидетель №3, ФИО12, ФИО13, но и с установленными судом фактическими обстоятельствами уголовного дела. Судом апелляционной инстанции не установлено оснований для оговора указанными свидетелями ФИО1 в совершении преступления, не названо таковых и стороной защиты. В связи с чем суд кладёт в основу обвинительного приговора показания названных свидетелей, данные ими в суде апелляционной инстанции.

Анализ показаний свидетеля ФИО12 в совокупности с иными исследованными доказательствами свидетельствует о том, что ФИО1 был осведомлён о том, что ему необходимо как и иным сотрудникам полиции передать 3 000 рублей через посредника ФИО12 иному должностному лицу за способствование им выезду передавших денежные средства сотрудникам полиции в зону проведения контртеррористической операции, который повлечёт в последующем получение этими сотрудниками полиции статуса ветерана боевых действий, предоставляющего право на получение выплат денежных средств и иных льгот. После того, как ФИО1 передал Свидетель №3 наличными денежные средства в сумме 3 000 рублей, последний перевёл 3 000 рублей с расчётного счёта своей банковской карты на расчётный счёт банковской карты, оформленной на имя ФИО12, после чего ФИО1 был направлен в зону проведения контртеррористической операции, где находился на протяжении нескольких дней, впоследствии получил статус ветерана боевых действий. После этого ФИО6 А.О. со своего расчётного счёта перевёл в том числе и поступившие с расчётного счёта Свидетель №3 от ФИО1 денежные средства на расчётный счёт, открытый на имя ФИО13 При этом не имеет правового значения для наличия в деяниях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ст.30 ч.3 ст.291.2 ч.1 УК РФ, то, что ФИО6 А.О. перечислил полученные от ФИО1 денежные средства на расчётный счёт ФИО13 после направления ФИО1 в зону проведения контртеррористической операции, поскольку определяющее значение имеет умысел ФИО59, направленный на дачу взятки в виде денег неизвестному ему должностному лицу за способствование направлению ФИО1 в зону проведения контртеррористической операции. Также не имеет какого-либо значения то, что ФИО1 мог быть направлен в зону проведения контртеррористической операции и без перечисления ФИО12 3 000 рублей, поскольку значение имеет только умысел ФИО1, который был направлен на дачу взятки должностному лицу за способствование выезду ФИО1 в зону проведения контртеррористической операции. Передача взятки в такой незначительной для ФИО1 сумме, как 3 000 рублей, делала направление его в зону проведения контртеррористической операции наиболее вероятным, которое позволит получить как статус ветерана боевых действий, так и причитающиеся в связи с этим льготы, что подтверждает наличие корыстной заинтересованности в действиях ФИО1

Доводы ФИО1 о том, что денежные средства в сумме 3 000 рублей, которые им были переданы ФИО12, предназначались не для передачи в качестве взятки каком-либо должностному лицу за способствование направлению ФИО1 в зону проведения контртеррористической операции, а собирались на бытовые нужды сотрудников Сводного отряда МВД по Республике Коми, опровергаются не только показаниями свидетеля ФИО12, но и установленными судом фактическими обстоятельствами уголовного дела, в том числе фактом перечисления Свидетель №3 за ФИО1 денежных средств в сумме 3 000 рублей, которая была одинаковой для всех сотрудников полиции, которые направлялись в зону проведения контртеррористической операции, ФИО12 незадолго до выезда ФИО1 в зону проведения контртеррористической операции. Анализ движения денежных средств по расчётным счетам ФИО12 и ФИО13 безусловно свидетельствует о достоверности показаний свидетеля ФИО12, поскольку в выписке по банковскому счёту ФИО12 отражены операции зачисления денежных средств в аналогичных суммах с расчётных счетов, открытых на имя других сотрудников Сводного отряда МВД по Республике Коми, при этом периоды, в которые были осуществлены указанные переводы, согласуются с периодами нахождения данных сотрудников полиции в зоне проведения контртеррористической операции. Кроме того, сотрудники полиции в период нахождения в командировке в Чеченской Республике, в том числе во время нахождения в зоне проведения контртеррористической операции, находились на полном государственном обеспечении, в том числе им предоставлялось питание, место как для проживания, так и несения службы, предоставлялось топливо для служебного транспорта. Сотрудники полиции только по собственной инициативе могли дополнительно тратить принадлежащие им денежные средства на личные нужды.

Суд критически относится к показаниям свидетеля Свидетель №1 о том, что ФИО6 А.О. попросил внести 3 000 рублей, но Свидетель №1 не интересовался, на какие цели, к показаниям свидетеля ФИО19 о том, что он перед самым выездом в зону проведения контртеррористической операции перевёл ФИО12 3 000 рублей, при этом последний не пояснял, на какие нужды, поскольку они являются надуманными, так как отсутствовала какая-либо необходимость для передачи Свидетель №1 и ФИО19 денежных средств ФИО12 без какой-либо причины. Как указанные свидетели, так и ФИО1 не могли без какой-либо причины передавать денежные средства ФИО12 Суд полагает, что у ФИО1, Свидетель №1, ФИО19 и иных сотрудников полиции не было каких-либо иных причин для передачи денежных средств ФИО12, выступающему посредником, кроме как в качестве взятки за способствование иным должностным лицом выезду сотрудников полиции в зону проведения контртеррористической операции.

Показания ряда свидетелей о том, что в период их нахождения в служебной командировке ими добровольно собирались денежные средства на хозяйственно-бытовые нужды, не опровергают выводы суда апелляционной инстанции о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ст.30 ч.3 ст.291.2 ч.1 УК РФ, поскольку возможные факты сбора денежных средств на указанные цели не исключают в то же время дачу ФИО1 взятки.

Суд полагает, что фактически свидетели Свидетель №2, ФИО19, Свидетель №1, ФИО20, Свидетель №3, ФИО13 не являлись очевидцами достижения договорённости между ФИО12 и ФИО1 относительно передачи последним денежных средств в сумме 3 000 рублей, в связи с чем данные ими показания относятся к иным обстоятельствам, которые непосредственно не связаны с передачей ФИО1 денежных средств ФИО12 в сумме 3 000 рублей.

Утверждения ряда свидетелей о том, что денежные средства в сумме 3 000 рублей собирались ФИО12 для неясных для свидетелей целей, суд отвергает как несостоятельные, полагает, что они обусловлены желанием свидетелей избежать привлечения к уголовной ответственности за аналогичные факты перечисления денежных средств на расчётный счёт ФИО12 в виде взяток за способствование направлению их в зону проведения контртеррористической операции. Показания свидетелей ФИО19, Свидетель №2, Свидетель №3, ФИО20 о сборе денежных средств во время командировки исключительно на хозяйственно-бытовые нужды суд расценивает как их попытку помочь ФИО1 избежать привлечения к уголовной ответственности, с которым они на протяжении длительного времени совместно находились в служебной командировке.

Утверждения свидетеля ФИО13 о том, что ФИО6 А.О. перечислял ему денежные средства в счёт возврата денежного долга, суд отвергает как несостоятельные, поскольку они опровергаются показаниями свидетеля ФИО12, а также установленными судом фактическими обстоятельствами уголовного дела, в том числе суммой переведённых ему денежных средств, которая согласуется с количеством сотрудников полиции, направленных в зону проведения контртеррористической операции, а также периодичностью переводов денежных средств ФИО12, согласующейся с периодами направления сотрудников полиции в зону проведения контртеррористической операции.

Показания ФИО1, показания свидетелей ФИО12, Свидетель №2, ФИО19, Свидетель №1, ФИО20, Свидетель №3, изложенные ранее письменные материалы уголовного дела в совокупности подтверждают то, что в период времени с ** ** ** по ** ** ** ФИО1, занимая должность помощника оперативного дежурного дежурной части ОМВД России по г.Вуктылу, находился в служебной командировке в Чеченской Республике в составе Сводного отряда МВД по Республике Коми, и в период времени с 01 по ** ** ** находился в зоне проведения контртеррористической операции.

Не вызывает у суда сомнений способность свидетелей ФИО12, ФИО19, Свидетель №2, Свидетель №1, ФИО20, Свидетель №3, ФИО13 правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и давать о них показания. Судом не установлены факты оказания воздействия на свидетелей со стороны сотрудников правоохранительных органов либо других лиц с целью принуждения их к даче каких-либо показаний. Судом установлено, что свидетели в ходе судебного следствия в суде апелляционной инстанции, а также ФИО1 в ходе судебного следствия в суде первой инстанции, давали показания добровольно с соблюдением их права на защиту.

О наличии в действиях ФИО1 умысла на дачу взятки должностному лицу, которое в силу своего положения могло способствовать выезду ФИО1 в зону проведения контртеррористической операции, через посредника ФИО12, свидетельствуют действия ФИО1 по передаче Свидетель №3 денежных средств для последующего перевода их ФИО12 в названном размере после разговора с ним, таким образом, ФИО1 осознавал противоправный характер своих действий, желая получить льготы ветерана боевых действий в связи с нахождением в зоне проведения контртеррористической операции, посредством банковской карты своего сослуживца Свидетель №3 перечислил денежные средства в сумме 3 000 рублей на банковскую карту посредника ФИО12 Однако умысел ФИО1, направленный на дачу взятки через посредника ФИО12, предназначенной должностному лицу из числа руководства ВОГОиП МВД России, за направление в зону проведения контртеррористической операции на территории Чеченской Республики, не был доведён до конца, поскольку лицо, которому были переведены указанные денежные средства, путём обмана ФИО1 похитило указанные денежные средства и распорядилось ими по своему усмотрению, и способствовать включению ФИО1 в список сотрудников полиции, направляемых в зону проведения контртеррористической операции, это лицо не хотело и не могло в силу отсутствия соответствующих полномочий и необходимого служебного положения. Доводы стороны защиты о том, что ФИО1 мог заблуждаться относительно того, на какие цели он передаёт ФИО12 через Свидетель №3 денежные средства, в том числе связанные с затратами на выезд в зону проведения контртеррористической операции, опровергаются совокупностью приведённых ранее доказательств, являются явно надуманными, нелогичными, противоречащими установленным судом апелляционной инстанции фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Приведённые ранее письменные материалы уголовного дела, в том числе представленные в материалах уголовного дела в виде копий, являются допустимыми доказательствами, поскольку они получены либо составлены в ходе предварительного следствия в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона Российской Федерации, в том числе стст.167, 176, 177 УПК РФ. Наличие ряда документов в виде копий не свидетельствует о том, что они являются недопустимыми доказательствами, поскольку информация, содержащаяся в них, согласуется между этими доказательствами, и отсутствуют какие-либо факты, подтверждающие фальсификацию доказательств по уголовному делу. Судом апелляционной инстанции на основе совокупности исследованных доказательств достоверно установлено, что ФИО1 во время совершения им преступления являлся сотрудником полиции, будучи в установленном порядке назначенным на указанную ранее должность, находился в служебной командировке на территории Чеченской Республики, будучи назначенным в установленном порядке на приведённую ранее временную должность, был направлен и находился в зоне проведения контртеррористической операции. Указанные обстоятельства не отрицаются и стороной защиты.

Проведённые сотрудниками УФСБ России по Чеченской Республике оперативно-розыскные мероприятия «наведение справок», «опрос» в отношении в том числе ФИО1 соответствуют требованиям ст.11 Федерального закона от 12.08.1995 №144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», ст.89 УПК РФ. Результаты оперативно-розыскной деятельности переданы в орган предварительного следствия в соответствии с инструкцией о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд, утверждённой совместным приказом (в том числе Приказом ФСБ России №509), отвечают требованиям, предъявляемым УПК РФ к доказательствам. Результаты, полученные в ходе оперативно-розыскных мероприятий, закреплены путём производства соответствующих процессуальных действий, признаются допустимыми, в связи с чем суд считает необходимым положить их в основу обвинительного приговора.

При постановлении приговора суд учитывает, что имеющаяся в материалах уголовного дела копия рапорта от ** ** ** ..., на которой дата его подписания отражена неразборчиво, является относимым и допустимым доказательством, поскольку исходя из визы, имеющейся на нём – «в приказ» и даты этой визы – ** ** ** бесспорно следует, что указанный рапорт был согласован уполномоченным лицом либо в дату его составления – ** ** **, либо ** ** **, поскольку указанная виза на нём не могла быть проставлена ранее либо после даты его согласования, при этом рапорт не мог быть согласован ранее даты его составления. Кроме того, неопровержимым является то, что на основании указанного рапорта ряд сотрудников полиции, в том числе ФИО1 были направлены и находились в зоне проведения контртеррористической операции в период времени с 01 по ** ** **.

С учётом адекватного поведения ФИО1 как в ходе предварительного следствия, так и в судебных заседаниях в суде первой инстанции, а также данных о личности ФИО1, который на учётах у психиатра и нарколога не состоит, отсутствия фактов оказания ему психиатрической помощи, суд признаёт ФИО1 вменяемым по отношению к совершённому им преступлению, и он подлежит уголовной ответственности за совершённое преступление.

При назначении ФИО1 наказания суд в соответствии со стст.6, 43, 60 и 61 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности преступления, конкретные обстоятельства его совершения, смягчающие наказание ФИО1 обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление ФИО1, а также на условия жизни его семьи, в том числе его малолетнего ребёнка.

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1, суд признаёт в соответствии со ст.61 ч.2 УК РФ участие подсудимого в боевых действиях.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, предусмотренных ст.63 УК РФ, судом не установлено.

ФИО1 холост, несовершеннолетних детей и иных иждивенцев не имеет, имеет определённое место работы, по месту жительства и в период прохождения службы в органах внутренних дел характеризуется положительно, награждён медалями за отличие в службе, имеет ряд благодарностей и грамот, ранее не судим, совершил умышленное преступление, отнесённое в соответствии со ст.15 ч.2 УК РФ к категории небольшой тяжести, направленное против государственной власти.

Учитывая конкретные обстоятельства совершённого ФИО1 преступления, характер и степень его общественной опасности, смягчающее наказание ФИО1 обстоятельство, отсутствие отягчающих его наказание обстоятельств, личность виновного, характеризующегося исключительно положительно, ранее не судимого, суд приходит к убеждению, что исправление ФИО1, предупреждение совершения им новых преступлений и восстановление социальной справедливости возможно при назначении ему основного наказания в виде штрафа.

В соответствии со ст.46 ч.3 УК РФ размер штрафа, назначаемого ФИО1, определяется судом с учётом тяжести совершённого преступления и имущественного положения ФИО1 – наличия у него постоянного места работы, состояния его здоровья, отсутствия у него иждивенцев.

Суд считает необходимым согласно ст.47 ч.3 УК РФ с учётом характера и степени общественной опасности совершённого ФИО1 умышленного преступления, а также данных о его личности, который в момент совершения преступления являлся сотрудником полиции, суд признаёт невозможным сохранение за ним права занимать должности, связанные с выполнением функций представителя власти в правоохранительных органах, считает необходимым в соответствии со ст.47 ч.3 УК РФ назначить ФИО1 дополнительный вид наказания – лишение права занимать должности, связанные с выполнением функций представителя власти в правоохранительных органах, на определённый срок.

В соответствии со ст.78 ч.1 п.а УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекло 2 года. Принимая во внимание, что со дня совершения ФИО1 умышленного преступления небольшой тяжести истекло 2 года, суд считает необходимым освободить ФИО1 от назначенного наказания на основании ст.78 ч.1 п.а УК РФ в связи с истечением сроков давности.

Ввиду освобождения ФИО1 от назначенного наказания в виде штрафа в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, отсутствия иных имущественных взысканий, суд считает необходимым снять арест, наложенный на имущество ФИО1: помещение (нежилое помещение) кадастровый номер №... по адресу: ... площадью 30,2 кв. м., дата государственной регистрации ** ** **, номер государственной регистрации №..., транспортное средство – автомобиль марки ...

Суд считает необходимым после вступления приговора в законную силу распорядиться вещественными доказательствами в соответствии со стст.81, 82 УПК РФ следующим образом: копию выписки по счёту №... дебетовой карты Свидетель №3, открытому в ПАО «...», за период времени с ** ** ** по ** ** **; копию выписки по счёту №... дебетовой карты ФИО12, открытому в ПАО «...», за период времени с ** ** ** по ** ** **; копию выписки по счёту №... дебетовой карты ФИО12, открытому в ПАО «...» – хранить при уголовном деле.

Руководствуясь стст.389.15, 389.16, 389.17, 389.19, 389.20, 389.22, 389.28, 389.33, 391 УПК РФ,

ПРИГОВОРИЛ:

Приговор мирового судьи Куратовского судебного участка г.Сыктывкара Республики Коми от ** ** ** в отношении ФИО1 отменить.

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.30 ч.3 ст.291.2 ч.1 УК РФ, и назначить ему наказание в виде штрафа в размере 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей.

На основании ст.47 ч.3 УК РФ назначить дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности, связанные с выполнением функций представителя власти в правоохранительных органах, сроком на 1 (один) год.

В соответствии со ст.78 ч.1 п.а УК РФ освободить ФИО1 от назначенного наказания и от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

Снять арест, наложенный на имущество ФИО1: помещение (нежилое помещение) кадастровый номер №... по адресу: Республика Коми, ..., ГПК «Любитель» в районе старого Вуктыла, гараж №... площадью 30,2 кв. м., дата государственной регистрации ** ** **, номер государственной регистрации №..., транспортное средство – автомобиль марки ...

Вещественными доказательствами распорядиться в соответствии со стст.81, 82 УПК РФ следующим образом: ...

Апелляционный приговор вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжалован в кассационном порядке в Третий кассационный суд общей юрисдикции в ... через Куратовский судебный участок г.Сыктывкара Республики Коми в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу, при этом осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья Е.А.Сажин