Дело №
УИД: 56RS0043-01-2025-000449-67
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
с. Шарлык 23 октября 2025 года
Шарлыкский районный суд Оренбургской области в составе председательствующего судьи Харламовой Ю.Е.,
при секретаре судебного заседания Солодухиной К.С.,
с участием истца ФИО1, и её представителя ФИО2
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения, процентов,
установил:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами.
В обоснование исковых требований указала, что она передала ответчику ФИО3 денежные средства в размере 40 000 рублей с целью возмещения ущерба от дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 11 августа 2022 года в 07 часов 30 минут на автомобильной дороге Казань-Оренбург 569 км, что подтверждается распиской от 19 августа 2022 года, факт написания которой ответчиком не оспаривался.
В дальнейшем, собственник транспортного средства ФИО4, которому в результате дорожно-транспортного происшествия от 11 августа 2022 года был причинен имущественный ущерб, обратился в страховую компанию за получением страхового возмещения, которое ему было выплачено.
Между тем полагает, что денежные средства были переданы ответчику ошибочно, по заведомо несуществующему обязательству, так как ФИО3 не являлась собственником транспортного средства, а значит, не имела законных оснований на удержание денежных средств, в качестве компенсации от дорожно-транспортного происшествия, что свидетельствует о наличии на стороне ответчика неосновательного обогащения.
В связи с указанными обстоятельствами, истец ФИО1 просила суд взыскать с ответчика ФИО3 в свою пользу сумму неосновательного обогащения в размере 40 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средства на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с 19 августа 2022 года по 19 августа 2025 года в размере 17 341 рубля 91 копейки.
В процессе рассмотрения спора, определением суда в протокольной форме к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО4, акционерное общество «<данные изъяты>».
Истец ФИО1 в судебном заседании просила удовлетворить заявленные исковые требования в полном объеме.
Представитель истца ФИО1 – ФИО2 в судебном заседании поддерживал заявленные исковые требования, просил удовлетворить в полном объеме, ссылаясь на то, что ответчик ФИО3, не являясь собственником транспортного средства, получила денежные средства вместо собственника, не имея на это законных оснований.
Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте его проведения извещена надлежащим образом, представила в суд ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствии. В письменном отзыве на исковое заявление указала, что с заявленными исковыми требованиями несогласна, поскольку денежные средства в размере 40 000 рублей были переданы ей в счет возмещения вреда здоровья.
Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4, представитель акционерного общества «<данные изъяты>», в судебное заседание не явились о дате, времени и месте его проведения извещены надлежащим образом. В заявлении на имя суда ФИО4 просил суд рассмотреть исковые требования в его отсутствие.
При таких обстоятельствах, на основании положений частей 3 и 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил перейти к рассмотрению дела в отсутствие неявившихся лиц, извещенных надлежащим образом о дате, времени и месте судебного заседания.
Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, оценив совокупность представленных доказательств, суд приходит к следующему.
Согласно расписке от 19 августа 2022 года ФИО3 получала денежные средства от ФИО1 компенсацию за дорожно-транспортное происшествие в сумме 40 000 рублей.
11 августа 2022 года в 07 часов 30 минут на автомобильной дороге Казань-Оренбург 569 км произошло дорожно-транспортное происшествие, с участием транспортного средства <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, находящегося под управлением водителя ФИО1, не имеющей права управления транспортными средствами и не вписанной в полис обязательного страхования автогражданской ответственности, принадлежащий на праве собственности С В А, транспортного средства <данные изъяты> государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО3, принадлежащего на праве собственности ФИО4
Постановлением по делу об административном правонарушении от 11 августа 2022 года ФИО1 за нарушение пункта 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации в связи с несоблюдением необходимой дистанции до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, была привлечена к административной ответственности по части 1 статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и ей было назначено наказание в виде административного штрафа в размере 1 500 рублей.
В результате дорожно-транспортного происшествия от 11 августа 2022 года транспортным средством <данные изъяты> государственный регистрационный знак №, были получены механические повреждения.
Собственник транспортного средства <данные изъяты> государственный регистрационный знак №, ФИО4 реализуя свое право на возмещение причинённого ущерба, обратился в страховую компанию с заявлением о страховом возмещении в форме страховой выплаты, по итогам рассмотрения которого ФИО4 произведена выплата страхового возмещения в размере 51 800 рублей.
Данные обстоятельства, установлены решением Шарлыкского районного суда Оренбургской области от 18 августа 2025 года по гражданскому делу № по исковому заявлению акционерного общества «<данные изъяты>» к ФИО1, С В А о возмещении ущерба от дорожно-транспортного происшествия в порядке регресса, которым с ФИО1 в пользу акционерного общества «<данные изъяты>» взыскан ущерб от дорожно-транспортного происшествия в порядке регресса в размере 51 800 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 4 000 рублей, почтовые расходы в размере 938 рублей.
В соответствии с представленной справкой Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Шарлыкская районная больница» ВК № от 4 августа 2025 года, ФИО3 11 августа 2022 года действительно была осмотрена врачом травматологом, по результатам которого ей выставлен диагноз: «<данные изъяты>», назначено лечение. Данная справка выдана на основании протокола в амбулаторной карте пациента ФИО3 от 11 августа 2022 года.
Из представленной по запросу суда выписки из приема (осмотра, консультации) врача-травматолога-ортопеда первичный от 11 августа 2022 года усматривается, что ФИО3 обратилась к врачу с жалобами на головные боли, из анамнеза больного следует, что сегодня попала в дорожно-транспортное происшествие, сознание не теряла. По результатам осмотра пациента выставлен диагноз: «Сотрясение головного мозга», назначено лечение в виде лекарственных препаратов, а также даны рекомендации пройти рентген черепа и записаться на консультацию к неврологу.
В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности, в частности, могут возникать вследствие неосновательного обогащения.
В силу пункта 2 статьи 307.1 Гражданского кодекса Российской Федерации к обязательствам вследствие неосновательного обогащения общие положения об обязательствах (подраздел 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) применяются, если иное не предусмотрено правилами главы 60 настоящего Кодекса или не вытекает из существа соответствующих отношений.
Особенности правоотношений, возникающих из неосновательного обогащения, регулируются положениями главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Само понятие неосновательного обогащения, закреплено в статье 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, независимо от того, явилось неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.
Из приведённых положений статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что действующий правопорядок рассматривает в качестве неосновательного такое обогащение (то есть имущественное предоставление другому лицу) которое не соответствует экономической цели лица, делающего данное предоставление или если данная цель вовсе отсутствует, или лицом не достигнута цель такого предоставления и в котором отсутствует правовое основание (юридический факт), подтверждающее (лигитимирующее) данную цель либо данный факт отпадает в дальнейшем. Только при наличии хотя бы одного из указанных обстоятельств, обогащение может рассматриваться в качестве неосновательного.
При этом, в силу статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации закрепляющей, что поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям: 1) о возврате исполненного по недействительной сделке; 2) об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения; 3) одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством; 4) о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица, правила главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат применению субсидиарно к специально установленным способа защиты нарушенного права и только при отсутствии специальных способов защиты может быть применён способ защиты в виде взыскания неосновательного обогащения.
По общему правилу, при наличии специального способа защиты права, иск о взыскании неосновательного обогащения, заявленный по правилам статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, удовлетворён быть не может.
Из названной нормы права также следует, что неосновательным обогащением следует считать не то, что исполнено в силу обязательства, а лишь то, что получено стороной в связи с этим обязательством и явно выходит за рамки его содержания.
Кроме этого, в статье 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации публичный порядок установил исключения во взыскании неосновательного обогащения, определив те его виды, которые, несмотря на то, что неосновательное обогащение имеет место быть и может быть применён установленный способ защиты в виде иска о взыскании, неосновательное обогащение взыскано быть не может.
В частности, пункт 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.
При этом действующий правопорядок устанавливает особенности доказывания юридически значимых обстоятельств по делам о взыскании неосновательного обогащения.
Так, согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019) (утверждён Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 июля 2019 года), по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика – обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.
При этом, именно на приобретателе лежит бремя доказывания того, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности. С учётом положений части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обязанность доказать наличие оснований для получения денежных средств, либо наличие обстоятельств, в силу которых неосновательное обогащение не подлежит возврату, в том числе указанных в пункте 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, должна быть возложена на ответчика. Названная норма Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит применению только в том случае, если передача денежных средств или иного имущества произведена добровольно и намеренно при отсутствии какой-либо обязанности со стороны передающего (дарение) либо с благотворительной целью.
Согласно правовой позиции, выраженной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2024 года № 304-ЭС24-10474 после представления истцом доказательств приобретения или сбережения имущества ответчиком (например, перечисления в его пользу денежных средств), на последнего переходит бремя подтверждения того, что приобретение или сбережение имущества имело правовое основание. В случае представления ответчиком соответствующих доказательств не имеется условий для констатации неосновательности обогащения, в связи с чем в иске может быть отказано.
На основании пункта 2 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.
Обосновывая заявленные требования, истец ФИО1 ссылалась на то, что денежные средства по расписке от 19 августа 2022 года были переданы в счет компенсации за дорожно-транспортное происшествие от 11 августа 2022 года, однако учитывая, что ФИО3 не являлась собственником транспортного средства, которым были получены механические повреждения, то указанная денежная сумма получена ответчиком в отсутствие правовых оснований, что свидетельствует о неосновательном обогащении ФИО3
В свою очередь ответчик ФИО3, возражая относительно предъявленных требований, указывала на наличие вреда здоровью, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия от 11 августа 2022 года, подтвержденного справкой из медицинского учреждения.
В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.
Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Согласно статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В рассматриваемом случае как следует из материалов дела, судом установлено 11 августа 2022 года в 07 часов 30 минут между сторонами настоящего спора произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого возник ущерб, что свидетельствует о наличии между сторонами возникновения обязательств исходя из деликтных правоотношений.
В силу положений действующего законодательства при наступлении ущерба у участников дорожно-транспортного происшествия возникает обязательство по возмещению причиненного вреда, в зависимости от того, кто является виновником дорожно-транспортного происшествия.
В данном случае виновным в дорожно-транспортном происшествии от 11 августа 2022 года признана ФИО1, которая нарушила пункт 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации, предусматривающий необходимость соблюдения безопасной дистанции до движущегося впереди транспортного средства, и допустила столкновение с транспортным средством, находившимся под управлением ФИО3
При таких обстоятельствах ФИО1 как виновником дорожно-транспортного происшествия была исполнена обязанность по компенсации ущерба от дорожно-транспортного происшествия, что подтверждается распиской от 19 августа 2022 года.
Принимая во внимание, что между сторонами имелись обязательства по возмещению вреда от дорожно-транспортного происшествия (деликтные обязательства), в связи с которыми ими была достигнута устная договоренность о возмещении такого вреда, во исполнение которой ФИО1 как виновником дорожно-транспортного происшествия были добровольно выплачены денежные средства в размере 40 000 рублей в счет возмещения вреда, причиненного ответчику ФИО3, наличие которого подтверждается медицинской документацией, представленной как самим ответчиком, так и запрошенной судом, что в свою очередь свидетельствует об отсутствии на стороне ответчика неосновательного обогащения, как следствие об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1
Обстоятельства того, что в момент дорожно-транспортного происшествия каких-либо телесных повреждений у ФИО3 не было установлено, как и не было сообщено оператору при вызове сотрудников полиции по факту произошедшего дорожно-транспортного происшествия не могут быть приняты во внимание суда, поскольку в процессе рассмотрения спора было достоверно установлено, что в результате дорожно-транспортного происшествия ФИО3 испытала болевые ощущения, вследствие чего после оформления документов по факту дорожно-транспортного происшествия обратилась в лечебное учреждение за оказанием ей медицинской помощи.
Само по себе отсутствие видимых телесных повреждений не может свидетельствовать об отсутствии вреда, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.
В нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом ФИО1, обстоятельства того, что в результате дорожно-транспортного происшествия по вине истца ФИО1 ответчику ФИО3 были причинены физические и нравственные страдания, опровергнуты не были, как и не была в судебном порядке признана недействительной справка по факту обращения ФИО3 в медицинскую организацию после дорожно-транспортного происшествия.
Указание истцом, что денежные средства переданы ответчику ошибочно, по заведомо несуществующему обязательству, так как ФИО3 не являлась собственником транспортного средства, а, значит, она не имеет законных оснований на удержание денежных средств, в качестве компенсации за дорожно-транспортное происшествие.
Исходя из буквального толкования текста представленной расписки от 19 августа 2022 года, согласно которой ФИО3 получила денежные средства от ФИО1 компенсацию за дорожно-транспортное происшествие в размере 40 000 рублей, суд приходит к выводу, что ФИО1 был возмещен причиненный ущерб ФИО3 от дорожно-транспортного происшествия, который включает в себя более широкое понятие, в том числе, и моральный вред.
Ссылка на то, что при наличии вреда здоровью ФИО3 от дорожно-транспортного происшествия в виде «Сотрясение головного мозга», ответчику не в полном мере был оказан весь спектр медицинских услуг в соответствии с клиническими рекомендациями по данному диагнозу, а также ФИО3 не были выполнены рекомендации врача, не имеет правового значения для рассматриваемого спора, поскольку в данном случае заявлен спор о взыскании неосновательного обогащения, а не о качестве оказываемых медицинских услуг.
Довод истца ФИО1 о том, что при наличии вреда здоровью от дорожно-транспортного происшествия, ФИО3 была вправе обратиться в страховую компанию с заявлением о выплате страхового возмещения, не может служить основанием о наличии на стороне ответчика неосновательного обогащения, поскольку выбор способа защиты нарушенного права принадлежит непосредственно потерпевшему.
Поскольку отказано во взыскании суммы неосновательного обогащения, то суд в силу положений статьи 395, части 2 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, отказывает во взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, которые могут быть начислены на сумму неосновательного обогащения.
На основании изложенного, руководствуясь положениями статей 194-199 Гражданского процессуального кодека Российской Федерации, суд
решил:
в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения, процентов – отказать.
Решение суда может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Шарлыкский районный суд Оренбургской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья подпись Ю.Е. Харламова
Решение в окончательной форме принято 10 ноября 2025 года.
Судья подпись Ю.Е. Харламова