Решение по делу № 2-337/2025 от 15.07.2025 | Шебекинский районный суд (Белгородская область)

31RS0024-01-2023-000449-18 № 2- 337/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

08 июля 2025 года г.Шебекино

Шебекинский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Котельвиной Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Щегловой М.В.,

с участием представителя истца ст.помощника Шебекинского межрайонного прокурора ФИО5, представителя ответчика адвоката ФИО22 ( по ордеру, доверенности),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Сеймского административного округа <адрес> к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного преступлением,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор Сеймского административного округа <адрес> обратился в суд с вышеуказанным иском к ФИО19М., просит взыскать с нее в доход федерального бюджета причиненный преступлением ущерб в размере 17 197 936 рублей.

Требования мотивировал тем, что ФИО19М. обвинялась в совершении преступления, предусмотренногоч.2 ст. 198 УК РФ. Постановлением Промышленного районного суда<адрес> от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношенииФИО19М. прекращено на основаниип.3 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. В ходе расследования уголовного дела установлено, что ИП ФИО19М. в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ являясь плательщиком налога на добавленную стоимость (далее – НДС), обязана была исчислить и уплатить сумму налога в бюджет Российской Федерации. Однако сумму налога в размере 17 197 936 рублей не оплатила, внесла в книгу покупок и налоговые декларации по НДС за указанные налоговые периоды заведомо ложные сведения о сделках по приобретению товарно-материальных ценностей (далее – ТМЦ) у общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) <данные изъяты>» и общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «<данные изъяты>», являющихся налогоплательщиками налога на добавленную стоимость, общей суммы НДС, подлежащей вычету и сумме налога, подлежащего уплате в бюджет.

В судебном заседании представитель истца ст. помощник Шебекинского межрайонного прокурора ФИО5 заявленные требования поддержала, просила удовлетворить.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного разбирательства уведомлена судебным извещением, а также через ее представителя, участвующего в деле.

Представитель ответчика адвокат ФИО22 представил письменные возражения, в которых просил в иске отказать, указывая на то, что при расследовании уголовного дела ФИО19М. вину в совершении инкриминируемого преступления не признавала, виновность ИП ФИО19М. в уклонении от уплаты НДС в 1-3 кварталах 2020 года не установлена. Внесение ИП ФИО19М. недостоверных сведений в поданных налогоплательщиком налоговых декларациях по НДС и книги покупок не доказано. Все сделки по приобретению строительных материалов у спорных контрагентов <данные изъяты>» и ООО <данные изъяты> носили реальный характер, имели разумную цель извлечение прибыли, соответствовали зарегистрированным налогоплательщиками видам экономической деятельности. Между ИП ФИО19М. и <данные изъяты>» и ООО <данные изъяты> имелись договорные отношения, которые реально осуществлялись всеми субъектами хозяйственной деятельности. Уголовное дело в отношении ФИО19М. прекращено за истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности. Постановлением суда по уголовному делу вина ФИО19М. в совершении преступления, а также обстоятельства преступления, доказательства в подтверждение вины не устанавливались. В постановлениях Конституционного Суда РФ неоднократно указывалось, что прекращение уголовного дела не может расцениваться судом как безусловное подтверждение вины лица в причинении имущественного вреда. При рассмотрении таких дел в гражданском процессе необходимо устанавливать все элементы состава гражданского правонарушения. Материалами уголовного дела вина ФИО19М. в совершении преступления не подтверждена. ФИО19М. представила все необходимые доказательства, подтверждающие наличие между ИП ФИО19М. и ООО «<данные изъяты>» и ООО <данные изъяты>» договорных отношений и их реальное исполнение. ФИО19М. представила договора купли-продажи с указанными контрагентами, универсальный передаточный документ, кассовые чеки об оплате товара, книги покупок и продаж. В ходе следствия было установлено, что кассовые чеки, выданы контрольно-кассовой техникой ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», которая числится непосредственно за указанными юридическими лицами. Со стороны налоговых органов нарушений требований налогового законодательства у ИП ФИО19М. не выявлено. В сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности. ООО «<данные изъяты> и ООО «<данные изъяты>» являлись реальными юридическими лицами, которые в действительности осуществляли свою хозяйственную деятельность. Данное обстоятельство подтверждается сублицензионными договорами, заключенными между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», в том числе с пролонгацией на 2021 год, договорами, заключенными между ООО «<данные изъяты>» и ООО <данные изъяты>» с января 2020 года по май 2022 года, материалами, представленными УФНС по <адрес> в отношении ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», подтверждающими продажу товара ИП ФИО19М. и выдачу кассовых чеков, сдачу налоговых деклараций, выписками из банковских счетов ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», подтверждающих поступление денежных средств указанным юридическим лицам, в том числе и от ФИО19М. за пределами временного периода, указанного в обвинении. Каких-либо налоговых правонарушений со стороны ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» налоговым органом установлено не было, руководители указанных юридических лиц к уголовной ответственности за совершения преступлений при осуществлении хозяйствующей деятельности не привлекались. Судебной технической экспертизой установлено, что печати ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», содержащиеся на универсальных передаточных документах, и на документах, представленных иными субъектами, не связанными с деятельностью ИП ФИО19М., выполнены одной печатью. Доказательств того, что ИП ФИО19М. знала и (или) была осведомлена об обстоятельствах регистрации, ведения бухгалтерской, налоговой, кассовой дисциплины спорными контрагентами ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты> с нарушениями, не представлено. Кроме того, деятельность ФИО19М. как индивидуального предпринимателя осуществлялась ее мужем ФИО6, который фактически принимал решения относительности деятельности ИП. ФИО19М. в это время осуществляла уход за малолетним ребенком.

Третьи лица ФИО23, ФИО24, представители третьих лиц Управления ФНС по <адрес>, Управления ФНС по <адрес> в судебное заседание не явились, о месте и времени судебного разбирательства уведомлены судебным извещением.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным доказательствам, материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО19М. (после заключения брака ДД.ММ.ГГГГ - Барбос) с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя (далее – ИП) ИНН №, с основным видом деятельности торговля оптовая лесоматериалами, строительнымиматериалами и санитарно-техническим оборудованием. Фактически свою предпринимательскую деятельность осуществляет по адресу <адрес>, пр-д Товарный, <адрес>, где арендует офисное помещение, с торгово-выставочным залом, крытую площадку, закрытые складские помещения.

ДД.ММ.ГГГГ СУ СК России по <адрес> возбуждено уголовное делов отношении ФИО19М. по признакам преступления, предусмотренногоч.2 ст. 198 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ).

ПостановлениемПромышленногорайонногосудаг.Курска отДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО19М., обвиняемойпо ч.2 ст. 198 УК РФ прекращено на основаниип.3 ч.1 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Гражданский иск прокурора о взыскании с ФИО19М. в доход федерального бюджета РФ причиненного преступлением ущерба в размере 17197936 руб. оставлен без рассмотрения.

Из обвинительного заключения в отношении ФИО19М., постановления Промышленного районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО19М. в период с ДД.ММ.ГГГГ поДД.ММ.ГГГГ, с целью придания законности финансово-хозяйственным операциям и применения неправомерного вычета сумм НДС при исчислении к уплате в бюджет НДС, самостоятельно приискала подложную первичную финансово-хозяйственную документацию, в том числе, счета-фактуры с выделенными суммами НДС, содержащие заведомо ложные сведения о поставке в 1 квартале 2020 года ООО «<данные изъяты> для ИП ФИО19М. товаров, которые фактически для ИПФИО19М. со стороны ООО «<данные изъяты>» не поставлялись, на общую сумму 17 435 320 рублей, в том числе НДС на сумму2 905 887 рублей, а именно:

<данные изъяты>

<данные изъяты> на сумму 99 375 руб., в т.ч. НДС 16 562,50 руб.

Указанные заведомо ложные сведения о сделках с ООО <данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», содержащиеся в вышеуказанных счетах-фактурах, ФИО19М. отразила в книге покупок ИП ФИО19М. за 1, 2 и 3 квартал 2020 года, учла при составлении уточненной налоговой декларации по НДС за 1, 2 и 3 квартал 2020 года, а также включила в составленную, подписанную с использованием электронно-цифровой подписи, чем подтвердила достоверность сведений, указанных в налоговой декларации, и переданную в ИФНС России по <адрес> уточненную налоговую декларацию по НДС за 1, 2 и 3 квартал 2020 года, а именно: в строку «Общая сумма налога, подлежащая вычету» об общей сумме НДС, подлежащей вычету:

за 1 квартал 2020 года, в строку «Общая сумма налога, подлежащая вычету» об общей сумме НДС, подлежащей вычету - в размере 10 221 664 руб., в строку «сумма налога, подлежащего к уплате в бюджет» - в размере 2 540 рублей, в строку «общая сумма НДС, исчисленная с учетом восстановленных сумм налога» - в размере 10 224 204 руб.;

за 2 квартал 2020 года, в строку «Общая сумма налога, подлежащая вычету» об общей сумме НДС, подлежащей вычету - в размере 16 577 430 руб., в строку «сумма налога, подлежащего к уплате в бюджет» - в размере 1 144 рублей, в строку «общая сумма НДС, исчисленная с учетом восстановленных сумм налога» - в размере 16 578 574 руб.;

за 3 квартал 2020 года, в строку «Общая сумма налога, подлежащая вычету» об общей сумме НДС, подлежащей вычету - в размере 21 182 018 руб., в строку «сумма налога, подлежащего к уплате в бюджет» - в размере 11 311 рублей, в строку «общая сумма НДС, исчисленная с учетом восстановленных сумм налога» - в размере 21 193 329 руб.

Таким образом, ИП ФИО19М. за периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ занизила, не исчислила и не уплатила, то есть умышленно уклонилась от уплаты НДС, подлежащего уплате физическим лицом, на общую сумму 17 197 936 руб. (в частности за 1-й квартал 2020 года в размере 5392 695 руб., за 2-й квартал 2020 года в размере 7595 153 руб., за 3-й квартал 2020 года в размере 4210 088 руб.), составляющей за период в пределах трех финансовых лет подряд более тринадцати миллионов пятисот тысяч рублей, что в соответствии с Уголовным кодексом РФ образует особо крупный размер.

Уголовное преследование в связи с совершением преступления, предусмотренного ч.2 ст. 198 УК РФ в уклонении от уплаты налога путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, в отношении ФИО19М. прекращено по нереабилитирующим основаниям. Указанное постановление в установленном уголовно-процессуальном законом порядке обжаловано не было, вступило в силу. То есть судом установлена причастность ИП ФИО19М. к умышленному уклонению от уплаты налогов.

Установлено, что ООО «<данные изъяты>» (ИНН №) в качестве юридического лица зарегистрированоДД.ММ.ГГГГ, дата прекращения юридического лица в связи с ликвидацией – ДД.ММ.ГГГГ; ООО «<данные изъяты>» (ИНН №) в качестве юридического лица зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ, дата исключения юридического лица из ЕГРЮЛ в связи с наличием сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности – ДД.ММ.ГГГГ.

Частью 2 ст. 198 Уголовного Кодекса Российской Федерации предусмотрена ответственность за уклонение физического лица от уплаты налогов, сборов и (или) физического лица - плательщика страховых взносов от уплаты страховых взносов путем непредставления налоговой декларации (расчета) или иных документов, представление которых в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах является обязательным, либо путем включения в налоговую декларацию (расчет) или такие документы заведомо ложных сведений, совершенное в особо крупном размере.

В соответствии с частью 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По смыслу ст. 1064 ГК РФ вред рассматривается как всякое умаление охраняемого законом материального или нематериального блага, любые неблагоприятные изменения в охраняемом законом благе, которое может быть как имущественным, так и неимущественным (нематериальным).

Причинение имущественного вреда порождает обязательство между причинителем вреда и потерпевшим, вследствие которого на основании ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как отмечено в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 48 "О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления" общественная опасность уклонения от уплаты налогов и сборов, то есть умышленного невыполнения конституционной обязанности каждого платить законно установленные налоги и сборы, заключается в непоступлении денежных средств в бюджетную систему Российской Федерации.

С учетом изложенного, неисполнение обязанности лицом уплатить законно установленные налоги и сборы влечет ущерб Российской Федерации в виде неполученных бюджетной системой денежных средств.

В соответствии со ст. 8 Налогового Кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) под налогом понимается обязательный, индивидуально безвозмездный платеж, взимаемый с организаций и физических лиц в форме отчуждения принадлежащих им на праве собственности, хозяйственного ведения или оперативного управления денежных средств в целях финансового обеспечения деятельности государства и (или) муниципальных образований.

В соответствии со ст. 19 НК РФ налогоплательщиками, плательщиками сборов, плательщиками страховых взносов признаются организации и физические лица, на которых в соответствии с настоящим Кодексом возложена обязанность уплачивать соответственно налоги, сборы, страховые взносы.

В соответствии с частью 1 ст. 45 НК РФ (действие редакции на момент правоотношений) налогоплательщик обязан самостоятельно исполнить обязанность по уплате налога, если иное не предусмотрено законодательством о налогах и сборах.

Налогоплательщиками налога на добавленную стоимость признаются, в частности: индивидуальные предприниматели (ст.143 НК РФ).

Организации и индивидуальные предприниматели, за исключением организаций и индивидуальных предпринимателей, применяющих систему налогообложения для сельскохозяйственных товаропроизводителей (единый сельскохозяйственный налог), имеют право на освобождение от исполнения обязанностей налогоплательщика, связанных с исчислением и уплатой налога, если за три предшествующих последовательных календарных месяца сумма выручки от реализации товаров (работ, услуг) этих организаций или индивидуальных предпринимателей без учета налога не превысила в совокупности два миллиона рублей (ст.145 НК РФ -действие редакции на момент правоотношений).

Согласно части 1 ст. 146 НК РФ объектом налогообложения признаются следующие операции: 1) реализация товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, в том числе реализация предметов залога и передача товаров (результатов выполненных работ, оказание услуг) по соглашению о предоставлении отступного или новации, а также передача имущественных прав.

В соответствии со ст. 153 НК РФ налоговая база при реализации товаров (работ, услуг) определяется налогоплательщиком в соответствии с Главой 21 НК РФ в зависимости от особенностей реализации произведенных им или приобретенных на стороне товаров (работ, услуг).

Налоговая база при реализации налогоплательщиком товаров (работ, услуг), если иное не предусмотрено настоящей статьей, определяется как стоимость этих товаров (работ, услуг), исчисленная исходя из цен, определяемых в соответствии со статьей 105.3 настоящего Кодекса, с учетом акцизов (для подакцизных товаров) и без включения в них налога (часть 1 ст.154 НК РФ - действие редакции на момент правоотношений)

Налоговый период устанавливается как квартал (ст. 163 НК РФ).

Порядок исчисления налога определен статьей 166 НК РФ.

В соответствии со ст. 168 НК РФ при реализации товаров (работ, услуг), передаче имущественных прав налогоплательщик дополнительно к цене (тарифу) реализуемых товаров (работ, услуг), передаваемых имущественных прав обязан предъявить к оплате покупателю этих товаров (работ, услуг), имущественных прав соответствующую сумму налога.

Согласно ст. 169 НК РФ Счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг), имущественных прав (включая комиссионера, агента, которые осуществляют реализацию товаров (работ, услуг), имущественных прав от своего имени) сумм налога к вычету в порядке, предусмотренном главой 21 НК РФ.

В соответствии с частью 1 ст.171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 настоящего Кодекса, на установленные настоящей статьей налоговые вычеты.

В соответствии с частью 2 ст. 171 НК РФ вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, в таможенных процедурах выпуска для внутреннего потребления (), переработки для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через границу Российской Федерации без таможенного оформления.

Порядок применения налоговых вычетов определен в статье 172 НК РФ.

Согласно части 1 ст. 173 НК РФ сумма налога, подлежащая уплате в бюджет, исчисляется по итогам каждого налогового периода, как уменьшенная на сумму налоговых вычетов, предусмотренных статьей 171 настоящего Кодекса (в том числе налоговых вычетов, предусмотренных пунктом 3 статьи 172 настоящего Кодекса), общая сумма налога, исчисляемая в соответствии со статьей 166 настоящего Кодекса и увеличенная на суммы налога, восстановленного в соответствии с главой 21 НК РФ.

В соответствии со ст. 174 НК РФ (в редакции на момент правоотношений) уплата налога по операциям, признаваемым объектом налогообложения в соответствии с подпунктами 1 - 3 пункта 1 статьи 146 НК РФ, на территории Российской Федерации производится по итогам каждого налогового периода исходя из фактической реализации (передачи) товаров (выполнения, в том числе для собственных нужд, работ, оказания, в том числе для собственных нужд, услуг) за истекший налоговый период равными долями не позднее 25-го числа каждого из трех месяцев, следующего за истекшим налоговым периодом, если иное не предусмотрено главой 21 НК РФ.

Уплата налога лицами, указанными в пункте 5 статьи 173 настоящего Кодекса, производится по итогам каждого налогового периода исходя из соответствующей реализации товаров (работ, услуг) за истекший налоговый период не позднее 25-го числа месяца, следующего за истекшим налоговым периодом (ч.4 ст.174).

Частью 5 ст. 174 НК РФ предусмотрено, что налогоплательщики (в том числе являющиеся налоговыми агентами), а также лица, указанные в пункте 8 статьи 161 и пункте 5 статьи 173 настоящего Кодекса, обязаны представить в налоговые органы по месту своего учета соответствующую налоговую декларацию.

В соответствии со ст. 80 НК РФ налоговая декларация представляет собой письменное заявление или заявление налогоплательщика, составленное в электронной форме и переданное по телекоммуникационным каналам связи с применением усиленной квалифицированной электронной подписи или через личный кабинет налогоплательщика, об объектах налогообложения, о полученных доходах и произведенных расходах, об источниках доходов, о налоговой базе, налоговых льготах, об исчисленной сумме налога и (или) о других данных, служащих основанием для исчисления и уплаты налога. Налоговая декларация представляется каждым налогоплательщиком по каждому налогу, подлежащему уплате этим налогоплательщиком, если иное не предусмотрено законодательством о налогах и сборах.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-П «По делу о проверке конституционности положений статей 15, 1064 и 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпункта 14 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации,статьи 199.2Уголовного кодекса Российской Федерации ичасти первой статьи 54Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами гражданФИО7, ФИО8 и ФИО9» признаны статья 15, пункт 1 статьи 1064 Гражданского Кодекса Российской Федерации и подпункт 14 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации в их нормативном единстве не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования эти положения:

предполагают возможность взыскания по искам прокуроров и налоговых органов о возмещении вреда, причиненного публично-правовым образованиям, денежных сумм в размере не поступивших в соответствующий бюджет от организации-налогоплательщика налоговых недоимок и пеней с физических лиц, которые были осуждены за совершение налоговых преступлений, вызвавших эти недоимки, или уголовное преследование которых в связи с совершением таких преступлений было прекращено по нереабилитирующим основаниям, при установлении всех элементов состава гражданского правонарушения, притом что сам факт вынесения обвинительного приговора или прекращения уголовного дела не может расцениваться судом как безусловно подтверждающий их виновность в причинении имущественного вреда;

не могут использоваться для взыскания с указанных физических лиц штрафов за налоговые правонарушения, наложенных на организацию-налогоплательщика;

не допускают, по общему правилу, взыскание вреда, причиненного бюджетам публично-правовых образований, в размере подлежащих зачислению в соответствующий бюджет налогов и пеней с физических лиц, обвиняемых в совершении налоговых преступлений, до внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о прекращении организации-налогоплательщика либо до того, как судом будет установлено, что данная организация является фактически недействующей и (или) что взыскание с нее либо с лиц, привлекаемых к ответственности по ее долгам, налоговой недоимки и пеней на основании норм налогового и гражданского законодательства невозможно (кроме случаев, когда судом установлено, что организация-налогоплательщик служит лишь «прикрытием» для действий контролирующего ее физического лица);

предполагают правомочие суда при определении размера возмещения вреда, причиненного бюджету публично-правового образования физическим лицом, учитывать его имущественное положение (в частности, факт обогащения в результате совершения налогового преступления), степень вины, характер уголовного наказания, а также иные существенные обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного дела.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления» (далее - постановление Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ №) общественная опасность уклонения от уплаты налогов и сборов, то есть умышленного невыполнения конституционной обязанности каждого платить законно установленные налоги и сборы, заключается в непоступлении денежных средств в бюджетную систему Российской Федерации.

Таким образом, следствием виновного нарушения законодательства о налогах и сборах, ведущего к непоступлению денежных средств в бюджетную систему Российской Федерации и, соответственно, ущербу Российской Федерации в виде не полученных бюджетной системой денежных средств, может являться уголовная ответственность того или иного физического лица.

Согласно части второй статьи 28.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующей прекращение уголовного преследования по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности, в целях данной статьи под возмещением ущерба, причиненного бюджетной системе Российской Федерации, понимается уплата в полном объеме недоимки, пеней и штрафов в размере, определяемом в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах с учетом представленного налоговым органом расчета размера пеней и штрафов.

Нормативным основанием для решения вопроса о взыскании по искам прокуроров и налоговых органов с физических лиц, которые были осуждены за совершение налоговых преступлений, связанных с неуплатой налогов организацией, или в отношении которых уголовное преследование в связи с совершением таких преступлений было прекращено по нереабилитирующим основаниям, денежных сумм в счет возмещения вреда, причиненного бюджетам публично-правовых образований в их взаимосвязи служат положения статьи 15, пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и подпункта 14 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации.

Из разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, следует, что при совершении преступлений, предусмотренныхстатьями 1698, 199, 199.1 и 199.2Уголовного кодекса Российской Федерации, истцами по гражданскому делу могут выступать налоговые органы или органы прокуратуры, а в качестве гражданского ответчика может быть привлечено физическое лицо или юридическое лицо, которое в соответствии с законодательством (статьи 1064, 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации) несет ответственность за вред, причиненный преступлением (статья 54 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации).

Субъекты налоговых преступлений, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации, а также иные лица, чьи противоправные действия привели к непоступлению налогов в бюджет, не освобождаются от обязанности возместить причиненный этими противоправными действиями имущественный ущерб соответствующему публично-правовому образованию, которое должно иметь возможность удовлетворить свои законные интересы в рамках как уголовного законодательства, так и гражданского законодательства об обязательствах вследствие причинения вреда.

Обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину.

Сам по себе факт прекращения уголовного преследования и уголовного дела не означает освобождение лица от иных негативных последствий совершенного деяния, - в силу публичного характера уголовно-правовых отношений введение уголовно-правовых запретов и ответственности за их нарушение, равно как и установление правил освобождения от уголовной ответственности и наказания, в том числе посредством объявления и применения амнистии, является прерогативой государства в лице его законодательных и правоприменительных органов.

В случае прекращения уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования суд при рассмотрении в порядке гражданского судопроизводства иска о возмещении вреда, причиненного лицом, подвергнутым уголовному преследованию, в силу части первой статьи 67 и части первой статьи 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должен принять данные предварительного расследования, включая сведения об установленных органом предварительного расследования фактических обстоятельствах совершенного деяния, содержащиеся в решении о прекращении уголовного дела, в качестве письменных доказательств, которые обязан оценивать наряду с другими имеющимися в деле доказательствами по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании.

Таким образом, после исчерпания или объективной невозможности реализации установленных налоговым законодательством механизмов взыскания налоговых платежей, обращение прокурора в суд в рамках статей 15 и 1064 ГК РФ к физическому лицу, привлеченному или привлекавшемуся к уголовной ответственности за совершение налогового преступления, с целью возмещения вреда, причиненного публично-правовым образованиям, в размере подлежащих зачислению в соответствующий бюджет налогов и пеней по ним, является одним из возможных способов защиты и восстановления нарушенного права.

Ввиду объективной невозможности реализации установленных налоговым законодательством механизмов взыскания налоговых платежей (в связи с истечением сроков давности привлечения к ответственности за совершение налогового правонарушения) прокурор вправе обратиться в суд с иском, в порядке ст.45 ГПК РФ, к физическому лицу, привлекавшемуся к уголовной ответственности за совершение налогового преступления, с целью возмещения вреда, причиненного публично-правовым образованиям, в размере подлежащего зачислению в соответствующий бюджет налога, что является одним из возможных способов защиты и восстановления нарушенного права.

Прекращая уголовное дело в отношении ФИО19М. по обвинению по части 2 статьи 198 УК РФ в связи с истечением сроков исковой давности уголовного преследования, суд пришел к выводу, что ИП ФИО19М. умышленно уклонилась от уплаты НДС, подлежащего уплате физическим лицом, на общую сумму17 197 936 рублей, путем включения в налоговую декларацию (расчет) и иные документы заведомо ложных сведений.

Из постановления о прекращении уголовного дела в отношении ФИО19М. от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО19М. с целью придания законности финансово-хозяйствтенным операциям применения неправомерного налогового вычета сумм НДС при исчислении к уплате в бюджет НДС, самостоятельно приискала подложную первичную финансово-хозяйственную документацию, в том числе счета-фактуры с выделенными суммами НДС, содержащие заведомо ложные сведения о поставке со стороны ООО «<данные изъяты> и ООО «<данные изъяты>» для ИП ФИО19М. товаров, которые фактически для ИП ФИО19М. не поставлялись.

Указанные заведомо ложные сведения о сделках с ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», содержащиеся в счетах-фактурах, ИП ФИО19М. отразила в книге покупок ИП ФИО19М. за 1, 2 и 3 кварталы 2020 года, учла при составлении уточненной налоговой декларации по НДС за 1, 2 и 3 кварталы 2020 года, а также включила в составленную и переданную в ИФНС России по <адрес>, уточненную налоговую декларацию по НДС за 1, 2 и 3 кварталы 2020 года, а именно: в строку «Общая сумма налога, подлежащая вычету» об общей сумме НДС, подлежащей вычету.

Однако указанные товары ни в первом, ни во втором, ни в третьем квартале 2020 года ответчику ИП ФИО19М. ее контрагентами от ООО «<данные изъяты>» иООО «<данные изъяты>» не поставлялись.

В ходе судебного разбирательства установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО24, числящийся генеральным директором и учредителем ООО «<данные изъяты>», никогда руководством ООО «<данные изъяты>» не занимался, о существовании Общества не знал, место расположения Общества и каким видом деятельности оно занимается ему неизвестно. <адрес> не покидал, доверенностей для регистрации юридического лица не выдавал; ФИО23, числящийся генеральным директором ООО «<данные изъяты>», регистрацию данной фирмы произвел по просьбе знакомого, деятельностью Общества не занимался, хозяйственно-финансовую деятельность не вел, документы не подписывал.

Так, из протокола допроса свидетеля ФИО24 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что он руководством ООО «<данные изъяты>» не занимался, о существовании Общества не знал, место расположения Общества и каким видом деятельности оно занимается ему неизвестно. <адрес> с 1990-х годов он не покидал, в <адрес> и самом <адрес> никогда не был, доверенностей для регистрации юридического лица, совершения каких-либо действий не выдавал.

Свидетель ФИО10 при допросе в ходе предварительного следствия ДД.ММ.ГГГГ, пояснила, что ее сын ФИО24 злоупотребляет спиртными напитками, <адрес> с 1990-х годов не покидал. ФИО24 деятельностью ООО «Андроменда» не занимался.

Из протокола допроса свидетеля ФИО11 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что он является начальником отделения УЭБиПК УМВД России по <адрес>, в ходе проведения проверки по факту уклонения от уплаты налогов ИП ФИО19М., в соответствии с п.1 ст. 15 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» в ходе проведения гласных оперативных мероприятий ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> он опросил ФИО23, который ему пояснил, что никогда деятельностью ООО «<данные изъяты>» не занимался, регистрацию данной фирмы произвел по просьбе своего знакомого по имени Василий, после чего отдал ему все документы и ключ для ЭЦП. Никогда хозяйственно-финансовую деятельность от ООО «<данные изъяты>» не вел, документы не подписывал. При этом, указал, что ФИО23 отобранные у него объяснения прочитал лично, о чем сделал соответствующую запись, замечаний к содержанию объяснений не высказывал. В связи с чем ФИО12 в ходе допроса дал другие показания пояснить не может.

Из протокол осмотра документа от ДД.ММ.ГГГГ, а именно объяснений ФИО23, отобранных ДД.ММ.ГГГГ начальником отделения УЭБиПК УМВД России по <адрес> ФИО11, следует, что в ноябре 2019 года он по просьбе своего знакомого Василия произвел регистрацию фирмы ООО «<данные изъяты>», после чего отдал Василию все документы и ключ для ЭЦП. Оформлял ли он доверенность не помнит. Больше этого человека он не видел. Хозяйственно-финансовую деятельность от ООО «<данные изъяты>» не вел, документы не подписывал. ИП ФИО19М. ему не знакома. После текста объяснения сделана отметка «с моих слов записано верно, мной прочитано ФИО23».

Свидетель ФИО13 при допросе ДД.ММ.ГГГГ, пояснил, что с мая 2018 года он является начальником отдела УЭБиПК УМВД России по <адрес>, в ходе проведения проверки по факту уклонения от уплаты налогов ИП ФИО19М., в соответствии с п.1 ст. 15 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» в ходе проведения гласных оперативных мероприятий ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> присутствовал при опросе ФИО11 гр-на ФИО23, подтвердил ход и результаты опроса, что замечаний по содержанию объяснений ФИО23 не высказал, объяснения подписал, никакого давления на ФИО23 при опросе оказано не было, объяснения даны им добровольно. В связи с чем, в дальнейшем при допросе ФИО23 дал другие показания, пояснить не может.

Вопреки указанию стороны ответчика, основания для признания недопустимыми доказательствами протоколов допроса свидетелей сотрудников полиции ФИО11, ФИО13, нет. Их показания получены в порядке, предусмотренном УПК РФ, значит являются допустимыми. ФИО23 опрашивался оперативным сотрудником полиции в ходе проведения оперативных мероприятий. Объяснения ФИО26 прочитаны лично, подписаны, замечаний по их содержанию не высказано. Оснований полагать, что сведения, полученные в ходе опроса ФИО23, являются недопустимым доказательством, у суда не имеется. Действия по их получению не противоречат требованиям закона.

Из протокола допроса свидетеля ФИО14 от ДД.ММ.ГГГГ, главного государственного налогового инспектора камеральных проверок № МИФНС России № по <адрес> следует, что ООО «<данные изъяты>» по адресу регистрации не находится, в связи с чем ДД.ММ.ГГГГ в ЕГРЮЛ внесены сведения о недостоверности адреса. По поручению МИФНС России № по <адрес> ФИО24, значащийся учредителем и руководителем данного Общества, был допрошен сотрудниками МИФНС России № по <адрес> и Ненецкому автономному округу, и ФИО24 пояснил, что никакой деятельности от имени Общества не осуществлял, Общество не регистрировал. Также свидетель пояснила, что у ООО «<данные изъяты>» имеется один расчетный счет, открытый ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>» Московский, иных расчетных счетов не имеется. К уплате в налоговых декларациях за 1 квартал 4130 руб., за 2 квартал 5145 руб., за 3 квартал 6934 руб., Удельный вес налоговых вычетов в декларациях по НДС ООО «<данные изъяты>» за 1,2,3 кварталы 2020 года составляет 99,9 % при учете оборотно-минимальных сумм к уплате. ООО «<данные изъяты>» находится на общей системе налогообложения, является плательщиком НДС, имеет признаки транзитной организации, руководитель является номинальным, Общество не обладает трудовыми и материальными ресурсами, участвует в схемах ухода от налогообложения для других налогоплательщиков, является организацией по созданию фиктивного документа оборота, и обладает только признаками ведения реальной финансово-хозяйственной деятельности. В период за 1,2,3 кварталы 2020 года ИП ФИО19М. является покупателем первого звена у ООО «<данные изъяты>» является предполагаемым выгодоприобретателем для завышения налоговых вычетов по НДС с целью минимизации уплаты налогов.

Из протокола допроса свидетеля ФИО17 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что он является индивидуальным предпринимателем, осуществляет деятельность в сфере юридических и бухгалтерских услуг, а также по предоставлению в аренду помещения, ДД.ММ.ГГГГ заключил со ФИО23, директором ООО «<данные изъяты>», договор субаренды нежилого помещения по адресу: <адрес>, помещение IV, офис 33А, и на него и являющегося у него курьером ФИО16 гр-ном ФИО23 была выдана доверенность на получение корреспонденции на Почте России. Кто из лиц, осуществляющих деятельность ООО «<данные изъяты> или представителей, забирал поступающую в адрес Общества постовую корреспонденцию, не знает.

Из протокола допроса свидетеля ФИО15 от ДД.ММ.ГГГГ, заместителя начальника почтового отделения № АО «Почта России», расположенного по адресу: <адрес>, следует, что ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес> не располагается, адреса: <адрес>, помещение IV, офис 33 не существует. Примерно полтора года назад некий мужчина сообщил, что на стене при входе в почтовое отделение им установлен почтовый ящик и попросил корреспонденцию, поступающую в почтовое отделение в адрес юридических лиц, в том числе ООО «<данные изъяты>», помещать в данный почтовый ящик. С этого момента почтальон, обслуживающая указанный выше адрес, помещала всю поступающую в адрес юридических лиц, в том числе ООО «<данные изъяты>», корреспонденцию в указанный почтовый ящик. Помещенную в данный почтовый ящик корреспонденцию, адресованную ООО «<данные изъяты>» с периодичностью примерно 1 раз в месяц, получали на основании доверенностей ФИО16 и ФИО17

Протоколы допроса свидетелей, полученные в рамках предварительного расследования, принимаются судом в качестве письменных доказательств по делу, оснований сомневаться в их допустимости и достоверности у суда нет.

Из протокола осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, а именно сведений, представленных ООО «<данные изъяты>» относительно номера телефона, принадлежащего ФИО23, следует, что ФИО23 никаким видом связи по данному номеру с ФИО19М., ее мужем ФИО6, ФИО18 не пользовался, и в значимые по делу периоды находился за переделами <адрес>.

Из протокола осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, а именно сведений, представленных ПАО «<данные изъяты> относительно номера телефона, принадлежащего ФИО18, следует, что ФИО18 никаким видом связи по данному номеру с ФИО19М., ее мужем ФИО6, ФИО23 не пользовался, и в значимые по делу периоды находился за переделами <адрес>.

Из протокола осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, а именно сведений, представленных ПАО «<данные изъяты>» относительно номера телефона, находящегося в пользовании ФИО6, следует, что в значимые по делу периоды он никаким видом связи по данному номеру со ФИО23, ФИО18 не пользовался.

В этой связи, представленные ответчиком счет-фактуры о том, что ООО «<данные изъяты>» осуществлял отгрузку товара из адреса <адрес>, и содержащие подпись от имени ФИО23, противоречат установленным по делу обстоятельствам.

Суждения стороны ответчика о том, что взаимоотношения относительно хозяйственной деятельности между ИП ФИО19М., ее мужем и ООО «<данные изъяты>» в лице ФИО23, ФИО18 велись с использованием мессенджеров, неубедительны.

Согласно протоколу осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ и приложения к нему, а именно документов из регистрационного дела ООО «<данные изъяты>», то каких-либо доверенностей от ФИО24 нет.

Судом установлено, что ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» по указанным при регистрации в ЕГРЮЛ адресам отсутствуют.

Из сведений, предоставленных УФНС России по <адрес> по запросу суда, контрольно-кассовая техника (ККТ) с заводским номером № была зарегистрирована за ООО «<данные изъяты> только с ДД.ММ.ГГГГ и по ДД.ММ.ГГГГ. Расчеты с применением данной ККТ между ООО «<данные изъяты>» и ИП ФИО19М. зафиксированы во втором квартале 2020 года на сумму 20056 тыс. руб.;

Контрольно-кассовая техника ККТ с заводским номером № за ООО «<данные изъяты>» зарегистрирована также только с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Расчеты с применением данной ККТ между ООО «<данные изъяты>» и ИП ФИО19М. зафиксированы во втором квартале 2020 года на сумму 29912 тыс.руб., в третьем квартале 2020 года на сумму 20843 тыс.руб.

В первом квартале 2020 года и до ДД.ММ.ГГГГ расчеты между ответчиком и ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» по данным контрольно-кассовой техники отсутствуют.

Из информации, представленной в материалы уголовного дела со стороны ИФНС по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по запросу органов следствия следует, что за ООО «<данные изъяты>» зарегистрирована ККТ № только ДД.ММ.ГГГГ.

Также УФНС России по <адрес> представлены в электронном виде выписки из книги продаж с отражением операций по выставлению счетов фактур в адрес ИП ФИО19 от ООО «<данные изъяты>» за периоды 1, 2 квартал 2020 года и от ООО <данные изъяты>» за периоды 1, 2, 3 квартал 2020 года.

Также установлено, что счета в <данные изъяты>» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; ООО «<данные изъяты>» с ДД.ММ.ГГГГ, то есть только в 4 квартале 2020 года.

Каких-либо иных документов о проведении наличных денежных средств по договорам купли-продажи между ИП ФИО19М. и ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» суду не представлено.

Из информации ИФНС по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ налоговая инспекция сведениями о доходах ФИО18 и суммах налога, исчисленных, удержанных и перечисленных в бюджетную систему Российской Федерации за 2018-2020 годы не располагает, персонифицированными сведениями в составе расчетов по страховым взносам за 2018-2020 годы, 3 мес. 2021 года также не располагает.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО24 в МИФНС № по <адрес> через МРИ ФНС № по <адрес> и Ненецкому автономному округу, представлено заявление о недостоверности сведений о нем в ЕГРЮЛ при регистрации ООО <данные изъяты>».

Таким образом, установленные по делу обстоятельства и исследованные судом указанные доказательства, которые суд находит достоверными и взаимосвязанными, в своей совокупности свидетельствуют об отсутствии у ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» признаков ведения реальной хозяйственной деятельности, Общества являются организациями по созданию фиктивного документооборота, данные фирмы номинальны, ООО «<данные изъяты>» имеет признаки транзитной организации, участвует в схемах ухода от налогообложения для других налогоплательщиков.

В этой связи, суд находит неубедительными доводы стороны ответчика о том, что существующие между ИП ФИО19М. и ООО «<данные изъяты>», ООО «Ремстройсервис» договорные отношения, возникшие на основании заключенных договоров о купле-продаже товара, были исполнены реально, о реальности хозяйственной деятельности между ИП ФИО19М. и ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>».

Представленные ответчиком в обоснование данных доводов в подлинниках договоры купли-продажи товара, заключенные между ИП ФИО19М. и ООО «<данные изъяты>» за 1 и 2 квартал 2020 года, подписанные директором ФИО23 и удостоверенные печатью указанного ООО; договоры купли-продажи товара, заключенные между ИП ФИО19М. и ООО «<данные изъяты>» за 1,2 и 3 квартал 2020 года, подписанные директором ФИО24 и удостоверенные печатью указанного ООО; копии кассовых чеков, а также квитанций к приходному кассовому ордеру, выданных ООО «<данные изъяты> и ООО «<данные изъяты>» за указанный период; приходные ордера о принятии товара ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» за указанный период; универсальные передаточные документы о реализации полученного товара различным хозяйствующим субъектам, и иные документы: сублицензионные договора, заключенные между ООО «<данные изъяты>» и ООО <данные изъяты>», датированные ДД.ММ.ГГГГ и подписанные ФИО24 с печатью юридического лица, датированные ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ и подписанные ФИО24 электронной подписью; лицензионные договора, заключенные между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и акты приема-передачи к нем, подписанные со стороны ФИО23 электронной подписью, суд находит содержащими не соответствующие действительности сведения, объективно недостоверными.

Пояснения ФИО18, допрошенного ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля, в ходе расследования уголовного дела, о том, что он работал по срочному трудовому договору в ООО «<данные изъяты> в качестве менеджера, был инициатором заключения договоров купли-продажи товара между ООО «<данные изъяты>» и ИП ФИО19М., поскольку это являлось его должностными обязанностями, что между собой ФИО23 и ФИО19М. знакомы не были, что вопросы по поставке товара обсуждались с мужем ФИО19М. –ФИО6, что поставка товара осуществлялась им наземным транспортом, что все переговоры осуществлялись с использованием мессенджеров «Воцап» и «Вайбер»;

пояснения ФИО6, допрошенного ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля, в ходе расследования уголовного дела, о том, что его супруга ФИО19М. в основном занималась воспитанием ребенка, а он помогал ей в ведении предпринимательской деятельности, осуществлял переговоры с поставщиками и покупателями, занимался вопросами заключения договоров, организационными вопросами, вопросами по собеседованию при приеме на работу, что взаимодействие с ООО «<данные изъяты>» осуществлялось через ФИО18, который предложил приобрести товар у ООО «<данные изъяты>» за наличный расчет, что ФИО18 занимался оформлением всех документов и их подписанием, что со стороны ИП ФИО19М. их подписывала ФИО19М., что при поставке последующих партий он привозил кассовые чеки об оплате за предыдущие партии, что доставка товара осуществлялась транспортом ООО «<данные изъяты>»;

пояснения ФИО23, допрошенного ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля, в ходе расследования уголовного дела, о том, что с ноября 2019 года является единственным учредителем и директором ООО «<данные изъяты>», зарегистрированным в <адрес>, основным видом деятельности которого являлись грузоперевозки, дополнительными видами деятельности купля-продажа строительных и лесо-пиломатериалов, что в 2020 году ООО «<данные изъяты>» сотрудничало с ИП ФИО19М., которую нашел менеджер Павел. Товар: стройматериалы в адрес ИП ФИО19М. поставлялся за счет их средств наемным транспортом, денежные средства за полученный товар передавались ИП ФИО19М. с водителями, о получении которых выбивался кассовый чек, выписывались универсальные передаточные документы. Лично с ФИО19М. он не знаком, никаких переговоров с ней или ее представителями не вел, что договоры и документы ему на подпись предоставляли менеджеры, которые занимались поиском поставщиков и покупателей;

данные ими в части ведения ООО «<данные изъяты> реальной хозяйственной деятельности, реальности и исполнимости составленных между ИП ФИО19М. и ООО «<данные изъяты>» договоров купли-продажи товара, суд признает недостоверными, поскольку они противоречат установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле письменным доказательствам. Изложение ими обстоятельства ведения ответчиком предпринимательской деятельности с указанными контрагентами свидетельствуют о заинтересованности свидетелей в исходе дела.

Из представленных счет-фактур следует, что ООО «<данные изъяты>» осуществлял отгрузку товара с адреса <адрес> оф. 24, из их показаний следует, что продажа товара осуществлялась ФИО18, вместе с тем, в ходе судебного разбирательства установлено, что реальная финансово-хозяйственная деятельность между ООО <данные изъяты>» и ИП ФИО19М. не велась, в значимые по делу периоды ФИО18 не связывался с ИП ФИО19 или ее представителями, и не находился на территории ни Воронежской ни Липецкой областей, где якобы осуществлялась отгрузка-погрузка товара. Сведениями о доходах ФИО18, суммах налога исчисленных, удержанных и перечисленных в бюджетную систему РФ, за указанный периоды, налоговый орган не располагает. Также в ходе судебного разбирательства установлено, что в значимые по делу периоды ФИО12 также не находился на территории ни Воронежской ни Липецкой областей, где якобы осуществлялась отгрузка-погрузка товара, соответственно не мог подтвердить своей подписью в счет-фактурах отгрузку, поставку товара для ИП ФИО19М.

При допросе в качестве обвиняемой ФИО19М. подтвердила, что право банковской подписи принадлежит ей в одном лице. Сдача отчетности в налоговые органы осуществляется посредством электронного документооборота, выданного оператором «Компания Тензор» сертификата электронной подписи. Она является владельцем сертификата ЭП. Сертификат ключа проверки электронной подписи (сертификат ЭП) подтверждает принадлежность электронной подпись на документах ей. Электронная подпись находится у нее и распоряжается ею она. Все договоры на поставку и реализацию товара подписываются ею. Поставка товаров в адрес ИП ФИО19М. осуществляется на основании договоров, универсальных передаточных документов (УПД), счет-фактур.

Указание стороны ответчика на то, что по каждому заключенному договору со стороны ООО <данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты> передавались кассовые чеки в подлиннике, а также квитанции к приходному кассовому ордеру, что представлена документация, подтверждающая оприходование товара и дальнейшее движение приобретенных товаров, что оплата товара производилась наличными денежными средствами, которые передавались водителю, как свидетельствующие о том, что существующие между ИП ФИО19М. и ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» договорные отношения, возникшие на основании заключенных договоров о купле-продаже товара, были исполнены реально, судом не принимаются, поскольку противоречат установленным обстоятельствам дела, сделаны исходя из субъективной оценке стороной ответчика обстоятельств дела в своем интересе.

Выводы имеющейся в материалах дела технической экспертизы ООО «<данные изъяты>» эксперта ФИО20 от 14.11.- ДД.ММ.ГГГГ о том, что оттиски в универсальных передаточных документах ООО «<данные изъяты> о поставке товара в адрес ИП ФИО19М. с номерами: № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ,04010007 от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, и сублицензионном договоре №/сбис от ДД.ММ.ГГГГ, заключенным между ООО «Телекоммуникационная компания «Контакт» и ООО «Андромеда в лице директора ФИО24 выполнены одной печатью; что оттиски в универсальных передаточных документах ООО <данные изъяты>» о поставке товара в адрес ИП ФИО19М. с номерами: № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ и бланк-заявке на публикацию сообщения о ликвидации ООО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, приказе № от ДД.ММ.ГГГГ выполнены одной печатью, объективно доводов истца об уклонении ответчика ИП ФИО19М. от уплаты НДС, подлежащего уплате физическим лицом, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, и установленных по делу обстоятельств отсутствия у ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» реальной финансово-хозяйственной деятельности, не опровергают.

Таким образом, принимая данные предварительного расследования, включая сведения об установленных органом предварительного расследования фактических обстоятельствах совершенного ФИО19М. деяния, содержащиеся в постановлении о прекращении уголовного дела, и оценивая их наряду с другими имеющимися в деле письменными доказательствами протоколом допроса свидетеля генерального директора и учредителя ООО «<данные изъяты>» ФИО24, протоколом осмотра документа- объяснений генерального директора и учредителя ООО «<данные изъяты>» ФИО23, протоколами допроса свидетелей ФИО11, ФИО13, указывающих на соблюдение процедуры опроса ФИО23, протоколом осмотра предметов (документов) из регистрационного дела ООО «<данные изъяты>», протоколами допросов свидетелей ФИО15, ФИО17, ФИО14, протоколами осмотра предметов (документов), предоставленных операторами сотовой связи, сведениями о регистрации контрольно-кассовой техники, об открытии расчетных счетов банке, свидетельствующими о номинальности ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», наличии признаков транзитной организации, суд приходит к выводу о доказанности состава правонарушения умышленного уклонении ответчика ИП ФИО19М. в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ от уплаты НДС, подлежащего уплате физическим лицом, в особо крупном размере на общую сумму 17197936 руб., путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, то есть умышленном не выполнении конституционной обязанности платить законно установленные налоги и сборы, заключающейся в не поступлении денежных средств в бюджетную систему Российской Федерации.

ИП ФИО19М. допустила виновное нарушение законодательства о налогах и сборах, приведшее к не поступлению денежных средств в бюджетную систему Российской Федерации, и соответственно причинила ущерб Российской Федерации в виде не полученных бюджетной системой денежных средств.

Данные противоправные действия ответчика по уклонению от уплаты налога, в виде уменьшения суммы НДС, подлежащего уплате в бюджет на суммы вычетов, полученных по счет-фактурам приисканных фиктивных организаций, находятся в прямой причинно-следственной связи с нанесением ущерба Российской Федерации в виде не полученных бюджетной системой денежных средств. В связи с чем, суд находит вину ИП ФИО19М. в причинении ущерба Российской Федерации в виде не полученных бюджетной системой денежных средств, доказанной.

Доводы ответчика об обратном, противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам, основаны на субъективной оценке обстоятельств дела, истолкованных в своем интересе.

Доводы ответчика о том, что при проведении камеральной проверки нарушений за 1,2,3 кварталы 2020 года не выявлено, не ставят под сомнение виновность ФИО19М., поскольку в результате предоставления в налоговую инспекцию фиктивных бухгалтерских документов и налоговых деклараций причинен ущерб Российской Федерации путем незаконного возмещения НДС, которые были выявлены только в ходе предварительного следствия.

Положения процессуального закона о том, что поводом для возбуждения уголовного дела о преступлениях, предусмотренных статьями 198-199.2 УК РФ служат только материалы, которые направлены налоговыми органами в соответствии с законодательством о налогах и сборах для решения вопроса о возбуждении уголовного дела введены Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 51-ФЗ, то есть после возбуждения уголовного дела в отношении ИП ФИО19М. по ч.2 ст. 198 УК РФ. В силу части 2 ст. 140 УПК РФ основанием для возбуждения уголовного дела является наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления.

Ссылка ответчика на то, что активную помощь в деятельности ИП ФИО19М. ответчику оказывал ее супруг ФИО6, который наряду с менеджерами занимался поисками поставщиков и покупателей товара, и фактически осуществлял деятельность ИП ФИО19М., что при необходимости он действовал за нее по доверенности, не принимается судом, поскольку не опровергает подтвержденного совокупностью собранных по делу доказательств факта причинения ИП ФИО19М. ущерба Российской Федерации в виде не уплаченного в бюджет налога.

Обязательство по уплате налогов, исчисленных в связи с осуществлением ответчиком предпринимательской деятельности, не подлежит возложению на супруга должника исключительно в связи с наличием между ними брачных отношений. Обязательства ответчика перед уполномоченным органом по налогам, связанным с предпринимательством, не относятся к обязательствам, возникшим по инициативе обоих супругов.

Индивидуальный предприниматель в силу пункта 1 статьи 2 ГК РФ осуществляет на свой риск деятельность, направленную на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг и несет ответственность за осуществляемые от его имени доверенными лицами действия, в том числе за допущенные ими нарушения законодательства.

Доводы ответчика о том, что она не знала о фиктивности спорных контрагентов ООО «<данные изъяты> и ООО «<данные изъяты>», подлежат отклонению.

При обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями лица, истец обязан доказать сам факт причинения убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности лице.

Обстоятельства совершенного ответчиком деяния содержатся в постановлении о прекращении уголовного дела, ответчик не могла не знать о противоправности совершения ею действий, поскольку сделки от имени ИП ФИО19М. совершались с контрагентами юридическими лицами ООО <данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», реально не осуществляющими предпринимательскую деятельность, исходя из обычаев делового оборота, и именно на ответчике лежала обязанность установить и проверить деловую репутацию контрагентов, наличия у них экономических ресурсов для исполнения обязательств.

Размер ущерба, подлежащего возмещению, определяется на основании гражданско-правовых договоров, первичных учетных документов, выписок (справок) по расчетным счетам, информации по сделкам с использованием электронных средств платежа и т.п.

Заключением экспертов ЭКЦ УМВД России по <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ, и заключением экспертов ЭКЦ УМВД России по <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ, составленных в ходе расследования по уголовному делу, подтверждается, что включение ИП ФИО19М. в состав налоговых вычетов сумм НДС, предъявленных от имени контрагентов ООО «<данные изъяты>» за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, уменьшило сумму налога на добавленную стоимость, подлежащего уплате в бюджет, на 17197936 руб.

Заключения экспертов принимаются судом, их выводы согласуются с другими письменными доказательствами, ответчиком не опровергнуты.

Определение периода совершения преступления произведено на основе фактически установленных обстоятельств дела и имеющихся доказательств, соответствует положениям налогового законодательства об установлении налоговым законодательством для уплаты налога на добавленную стоимость налогового периода в виде квартала.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что факт причинения ущерба Российской Федерации в виде не полученных бюджетной системой денежных средств, неправомерными действиями ответчика, а также наличие причинно-следственной связи между допущенным ответчиком нарушением и возникшим ущербом подтверждены материалами дела, что влечет возложение на ответчика гражданско-правовой ответственности в виде возмещения ущерба, причиненного преступлением в размере 17197936 рублей.

Оснований для уменьшения размера возмещения вреда не имеется, поскольку в силу пункта 3 статьи 1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Общественная опасность уклонения от уплаты налогов и сборов, заключается в умышленном невыполнении конституционной обязанности каждого платить законно установленные налоги и сборы. Способами уклонения от уплаты налогов являются действия, состоящие в умышленном включении в налоговую декларацию (расчет) или иные документы, представление которых в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах является обязательным, заведомо ложных сведений.

Ущерб Российской Федерации причинен умышленным действиям ответчика.

В силу ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Соответственно, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина от уплаты которой истец освобожден, в размере 112193 руб. в доход муниципального образованию Шебекинский муниципальный округ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

Исковые требования прокурора Сеймского административного округа <адрес> - удовлетворить.

Взыскать с ФИО25 Яны ФИО2 (паспорт № выдан УМВД России по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ) в доход федерального бюджета Российской Федерации ущерб, причиненный преступлением в размере 17 197 936 рублей.

Взыскать с ФИО25 Яны ФИО2 в доход муниципального образованию Шебекинский муниципальный округ государственную пошлину в размере 112193 рублей.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в мотивированной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Шебекинский районный суд.

Мотивированный текст решения составлен 15.07.2025

Судья Е.А. Котельвина