судья: Менькова А.Ю.докладчик: судья Близняк Ю.В.

Дело №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

28 июля 2023 года

Новосибирск

Судебная коллегия по уголовным делам Новосибирского областного суда

в составе председательствующегосудейс участием прокурораосужденногоадвокатапри секретаре судебного заседания

Близняк Ю.В.,ФИО1, ФИО2,Закировой Г.М.,ФИО3,Вельчинской С.Н.,ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела

по апелляционным жалобам осужденного ФИО3 и адвоката Пугина А.С. в защиту интересов осужденного ФИО3 на приговор Кировского районного суда города Новосибирска от 23.03.2023, которым

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <данные изъяты>, ранее судимый:

ДД.ММ.ГГГГ приговором <данные изъяты> по п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ к наказанию в видели лишения свободы на срок 03 года, на основании ч.5 ст.74, ст.70 УК РФ путем частичного присоединения наказания по приговору от ДД.ММ.ГГГГ окончательно к наказанию в виде лишения свободы на срок 03 года 06 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима (ДД.ММ.ГГГГ освобожден по отбытию наказания);

осужденный:

ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> по ч.1 ст.166 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 02 года условно с испытательным сроком 02 года;

осужден по ч.2 ст.162 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 04 года с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, зачтено в срок отбывания наказания время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима;

мера пресечения до вступления приговора в законную силу оставлена прежней – в виде заключения под стражу;

приговор <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ постановлено исполнять самостоятельно;

по делу разрешен гражданский иск, вопрос о вещественных доказательствах и процессуальных издержках;

заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда Близняк Ю.В., изложившей обстоятельства дела, доводы апелляционных жалоб и возражений, объяснения осужденного ФИО3, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, выступление адвоката Вельчинской С.Н. в защиту его интересов, мнение прокурора прокуратуры Новосибирской области Закировой Г.М. об изменении судебного решения,

установил а:

23.03.2023 приговором Кировского районного суда города Новосибирска ФИО3 признан виновным и осужден за разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенный с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Преступление совершено при обстоятельствах, изложенных судом в приговоре.

В судебном заседании ФИО3 вину в совершении преступления не признал.

В апелляционных жалобах (основной и дополнительных) осужденный ФИО3 и адвокат Пугин А.С. ставят вопрос об отмене приговора как незаконного и необоснованного.

По доводам жалоб, выводы суда основаны на непроверенных и недостоверных доказательствах, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела; объективных доказательств виновности ФИО3 в совершении инкриминируемого преступления не имеется; по делу допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона; приговор не соответствует требованиям ст.ст. 73, 307 УПК РФ.

В обоснование доводов жалобы о непричастности ФИО3 к совершению инкриминируемого преступления авторы жалоб ссылаются на показания ФИО3, свидетелей, допрошенных в ходе судебного следствия, которые в совокупности подтверждают, что у ФИО3 ножа или иного острого металлического предмета с собой не имелось, у него отсутствовал умысел на совершение преступления, а такси заказано без его ведома.

Обращают внимание, что как на предварительном следствии, так и в судебном заседании ФИО3 давал логичные и последовательные показания о своей невиновности, об отсутствии умысла и мотива на совершение преступления, так как он имел постоянное место жительства, постоянный источник дохода, у него с супругой имелись наличные денежные средства в размере <данные изъяты> рублей.

Стороной обвинения не представлено доказательств наличия у потерпевшего денежных средств, которые якобы ФИО3 похитил из автомобиля. В салоне автомобиля не найдены отпечатки пальцев самого потерпевшего и ФИО3, в том числе на ручке бардачка, где якобы находились наличные денежные средства, что свидетельствует о том, что денежные средства из бардачка не похищались.

Анализируя поведение потерпевшего, обращают внимание, что его поведение не свидетельствует о нахождении в шоковом состоянии, так как в момент начала конфликта тот не попытался куда-либо бежать, а сначала заблокировал двери в машине, потом придушил ФИО3, затем перетащил через себя, не выходя из машины, вытолкнул из салона автомобиля, пнул лежащего на земле по ноге, заблокировал двери и остался сидеть в машине, не пытавшись куда-то уехать.

Также обращают внимание на поведение ФИО3, который после конфликта с водителем такси не скрывался, обошел машину, сфотографировал, после чего пошел домой по адресу, куда должен был поехать на такси, и который известен потерпевшему, что свидетельствует о том, что ФИО3 считал конфликт исчерпанным.

Ставят под сомнение факт хранения потерпевшим значительной суммы денежных средств в не запирающемся бардачке машины перед пассажирским сиденьем, доступным для любого пассажира. Согласно ответу из агрегатора такси, нет сведений, что у потерпевшего имелись денежные средства в объеме, который у него якобы похищен.

По мнению осужденного и его защитника, в ходе предварительного и судебного следствия не нашел подтверждения квалифицирующий признак применения оружия или предметов, используемых в качестве оружия, так как факт наличия у ФИО3 ножа или иного предмета, которым он мог бы угрожать потерпевшему не подтвердился, нож либо иной другой острый металлический предмет не изъят и не осмотрен, свидетели также не подтвердили, что видели у ФИО3 нож либо иной острый металлический предмет накануне конфликта. В связи с изложенным, действия ФИО3 неправильно квалифицированы судом по ч.2 ст.162 УК РФ.

Полагают, что первоначальное заявление о преступлении является недопустимым доказательством, так как в судебном заседании установлено, что потерпевший его не писал и не читал, так как не умеет читать на русском.

Указывают, что судом необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства стороны защиты об исключении доказательств, полученных с нарушением закона.

Считают, что суд необоснованно удовлетворил гражданский иск, так как по делу не представлено доказательств наличия у потерпевшего денежных. средств.

В дополнениях к апелляционной жалобе осужденный ФИО3 также обращает внимание, что он трудоустроен, получал хорошую заработную плату, совместно с супругой имел крупную сумму накопленных денежных средств, они ожидали рождения ребенка; такси он не вызывал, отказывался от поездки на такси, когда узнал, что такси вызвано и оплачено, согласился ехать, так как был легко одет. Указанные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии у него мотива и умысла на совершение преступления.

По доводам жалобы, потерпевший Потерпевший №1 сам спровоцировал своими действиями и высказываниями случившийся в автомобиле конфликт. Осужденный признает, что нанес потерпевшему несколько ударов в область лица, но деньги он не брал и не требовал их от потерпевшего.

Полагает, что потерпевший Потерпевший №1 опасался, что он напишет на него заявление в полицию за побои и порванную куртку, так как видел, что он фотографировал его автомобиль.

При этом Потерпевший №1 известен адрес, номер телефона и банковской карты, в связи с чем утверждение стороны обвинения о наличии у осужденного умысла на совершение преступления является нелогичным.

То обстоятельство, что потерпевший вытащил его через свою дверь, подтверждает факт конфликта, потасовки, а также то, что потерпевший сильнее, но не подтверждает хищение денег и наличие ножа. В ходе обыска у него в жилище ножа не обнаружено, а те, которые изъяты, не опознал Потерпевший №1. Свидетель Свидетель№5, подавшая ему куртку, также не обнаружила в ней твердых предметов.

Обращает внимание, что показания потерпевшего Потерпевший №1 на предварительном следствии и в суде противоречивы, тот путался в показаниях, не мог ответить на вопросы относительно обстоятельств конфликта: в части наличия денежных средств, вида и размера ножа; отказался от полиграфа, не являлся в судебное заседание 5 раз. Указанные обстоятельства, по мнению осужденного, свидетельствуют о том, что потерпевший его оговорил.

Показания свидетелей Свидетель№3, Свидетель№5, Свидетель№4 подтверждают его непричастность. Также просит учесть положительные характеристики по месту жительства и месту работы.

Заключение полиграфа и показания эксперта являются недопустимыми доказательствами, не отвечают требованиям УПК РФ, требованиям ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности».

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного и адвоката государственный обвинитель Гааг К.А. находит приговор законным, обоснованным и справедливым, апелляционные жалобы – не подлежащими удовлетворению.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия не усматривает таких нарушений уголовно-процессуального закона при производстве по делу, которые ставили бы под сомнение законность возбуждения, расследования дела, передачи его на стадию судопроизводства и в дальнейшем – самой процедуры судебного разбирательства.

Согласно материалам уголовного дела, привлечение ФИО3 к уголовной ответственности соответствует положениям гл.23 УПК РФ, обвинительное заключение отвечает требованиям ст.220 УПК РФ.

Обстоятельств, препятствующих рассмотрению дела в судебном заседании и принятию итогового решения, нарушений норм уголовно-процессуального закона и стеснения прав ФИО3 на стадии досудебного производства по уголовному делу не имеется.

Приговор суда судебная коллегия считает законным и обоснованным, постановленным в соответствии с требованиями УПК РФ и основанным на правильном применении уголовного закона, в нем изложены фактические обстоятельства совершения преступления, установленные судом, проанализированы доказательства, обосновывающие выводы суда о виновности осужденного в содеянном и аргументированы выводы относительно квалификации преступления, мере ответственности осужденного, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу, из числа предусмотренных ст.299 УПК РФ.

Описательно-мотивировочная часть приговора суда в соответствии с требованиями п.1 ч.1 ст.307 УПК РФ содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, а также иные данные, которые позволяют судить о событии преступления, причастности к нему осужденного, виновности и обстоятельствах, которые имеют значение для правильной оценки содеянного им.

Изучение материалов уголовного дела показало, что обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, судом установлены правильно, при этом выводы суда о виновности осужденного не содержат предположений, неустранимых противоречий и основаны исключительно на исследованных материалах дела, которые оценены судом в соответствии с требованиями статей 17, 88 УПК РФ, с приведением в соответствии с требованиями с ч.2 ст.307 УПК РФ мотивов, по которым одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты.

Судебное следствие проведено в соответствии с требованиями статей 273-291 УПК РФ.

Оснований для отмены приговора судебная коллегия не усматривает и полагает, что выводы суда о виновности ФИО3 в совершении инкриминированного ему деяния, вопреки доводам апелляционных жалоб, подтверждены доказательствами, исследованными в судебном заседании, надлежащая оценка которым дана в приговоре.

Показания осужденного ФИО3 в судебном заседании, а также данные им на стадии предварительного следствия при проведении очной ставки, о его непричастности к разбойному нападению, согласно которым он не имел умысла на разбой и не нападал на потерпевшего с целью похитить чужое имущество; ножа при нем не имелось; потерпевший во время конфликта его «придушивал», в связи с чем он пытался вырваться и нанес потерпевшему в нижнюю часть лица в область губ один-два удара, - являлись предметом тщательной проверки суда первой инстанции и обоснованно отвергнуты как несостоятельные.

Суд дал им надлежащую оценку и обоснованно отклонил, как не нашедшие своего подтверждения в ходе судебного следствия и опровергнутые совокупностью исследованных судом, признанных достоверными доказательств, в том числе категоричными и последовательными показаниями потерпевшего Потерпевший №1, данными на стадии предварительного следствия при проведении очной ставки с осужденным, так и в судебном заседании, в той части, в которой его показания не противоречат установленным в ходе судебного разбирательства фактическим обстоятельствам дела, согласуются с другими исследованными судом доказательствами, согласно которым именно осужденный ФИО3, находясь в салоне автомобиля потерпевшего, продемонстрировал Потерпевший №1 нож, который достал из кармана, приставил нож лезвием к шее Потерпевший №1, высказав при этом требование достать деньги, после того, как Потерпевший №1 сказал, что денег нет и остановил автомобиль, ФИО3 нанес Потерпевший №1 один удар локтем правой руки в область лица по губам, в связи с чем тот испугался и сказал, что деньги в бардачке автомобиля. После этого ФИО3, не убирая нож, левой рукой охватил Потерпевший №1 за шею и наклонил к бардачку. Потерпевший №1 открыл бардачок и достал из него деньги в сумме <данные изъяты> рублей, которые находились в паспорте, передал деньги ФИО3, который положил деньги в карман своей куртки. В этот момент он заблокировал двери. ФИО3 хотел выйти из автомобиля и нанес Потерпевший №1 три удара кулаком руки в область головы. Потерпевший №1 схватил ФИО3 руками за куртку и потащил на себя, перетащил через себя и вытолкнул на улицу через открытую водительскую дверь. При этом нога Потерпевший №1 в этот момент находилась на улице, нож находился в руке ФИО3 После этого ФИО3, с места совершения преступления скрылся с похищенными денежными средствами.

Несмотря на занятую осужденным позицию, избравшего линией своей защиты - непризнание вины, судом первой инстанции дана верная юридическая оценка и сделаны обоснованные выводы о виновности ФИО3 в инкриминируемом ему преступлении. Судебная коллегия соглашается с выводами суда и отмечает, что позиция осужденного относительно предъявленного ему обвинения является лишь его собственным мнением, которая противоречит представленным доказательствам и верно расценена судом первой инстанции в качестве способа защиты от предъявленного обвинения, что не противоречит его процессуальному статусу.

Суд мотивировал свои выводы, по которым отдает предпочтение показаниям потерпевшего Потерпевший №1, которые тот дал непосредственно после событий, и принимает в основу приговора, в том числе в части описания конкретных фактических обстоятельств причинения телесных повреждений, времени, места, способа совершения разбойного нападения, а также в части объема похищенного имущества.

Вопреки доводам осужденного ФИО3, категоричные и детальные показания потерпевшего Потерпевший №1 суд принял в основу приговора, поскольку показания потерпевшего не позволяли суду усомниться в их правдивости и достоверности. Все имеющиеся противоречия в показаниях данного лица устранены судом при их оглашении. При проведении очной ставки с осужденным Потерпевший №1 подробно, последовательно и стабильно прямо указывал на ФИО3, как на лицо, совершившее в отношении него преступление. В судебном заседании потерпевший также подтвердил свою уверенность в том, что при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора, он видел именно ФИО3 При этом суд обоснованно учел, что противоречивых, взаимно исключающих показаний, им не давалось. Показания потерпевшего на протяжении всего следствия и в судебном заседании являлись последовательными, стабильными, существенных противоречий не содержат, дополняют друг друга.

Оценивая доводы апелляционных жалоб осужденного и адвоката о неподтвержденности размера ущерба, судебная коллегия находит их несостоятельными и находит аргументированными в соответствующей части выводы суда первой инстанции.

Соглашаясь с выводами суда, судебная коллегия отмечает, что, суд, приняв в основу приговора показания потерпевшего Потерпевший №1, обосновано доверил и его показаниям в части определения размера причиненного материального ущерба, который потерпевший определил в размере похищенных денежных средств.

При этом судебная коллегия учитывает, что достоверных данных о том, что потерпевший завысил размер похищенных денежных средств и искусственно увеличил его объем, как и объективных данных для разумных сомнений в наличии у потерпевшего этого имущества, опровергающих показания потерпевшего и выводы суда о доказанности размера ущерба, стороной защиты не представлено. Доводы о неподтвержденности легального источника дохода потерпевшего, с учетом пояснений потерпевшего об оказании им услуг пассажирских перевозок такси «Яндекс», в том числе ФИО3, - об обратном не свидетельствуют и выводы суда не опровергают.

Вопреки доводам осужденного и адвоката, ставить под сомнение объективность оценки показаний потерпевшего, которые подтверждаются письменными доказательствами, в том числе заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ о характере, локализации телесных повреждений, не причинивших вред здоровью, обнаруженных у потерпевшего, - у судебной коллегии оснований не имеется. Несогласие осужденного с показаниями потерпевшего не свидетельствует об их недопустимости либо недостоверности.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции, судебная коллегия также исходит из того, что потерпевший допрошен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, будучи предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Проанализировав показания потерпевшего, принимая их в основу выводов о виновности осужденного, суд соотнес показания потерпевшего с показаниями свидетелей обвинения: сотрудника полиции Свидетель№1 об обстоятельствах принятия заявления от потерпевшего о совершенном преступлении; Свидетель№2, видевшей автомобиль в день рассматриваемых событий; Свидетель№3 об обстоятельствах знакомства с ФИО3, о вызове последнему такси; Свидетель№4 и Свидетель№5, подтвердивших, что ФИО3 в тот день ушел за сигаретами, был в легкой куртке, ему вызвали такси, в дальнейшем Свидетель№4 видела ФИО3, у которого имелись разрывы ткани на куртке. В указанной части показания свидетелей согласуются с показаниями потерпевшего.

Одновременно судебная коллегия соглашается с принятием судом в основу выводов о виновности осужденного ФИО3 в совершении указанного преступления, наряду с приведенными доказательствами, его собственных показаний, данных в судебном заседании, которые согласуются с другими доказательствами, в той части, согласно которым тот подтвердил, что нанес потерпевшему несколько ударов.

Как усматривается из приговора, показания потерпевшего и свидетелей подверглись тщательной проверке и оценке, и лишь после сопоставления их с иными исследованными судом доказательствами они на законном основании приняты судом в основу приговора.

Таким образом, судебная коллегия полагает обоснованным принятие судом первой инстанции в основу приговора показаний потерпевшего и приведенных показаний свидетелей в той части, в которой их показания соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам, согласуются и не противоречат друг другу, а также согласуются со всей совокупностью исследованных и приведенных в приговоре объективных доказательств, исследованных судом в порядке ст.285 УПК РФ, содержание которых подробно приведено в приговоре в обоснование выводов о доказанности виновности осужденного в совершении данного преступления, в том числе со сведениями, содержащимися:

в заключении эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у Потерпевший №1 имелись телесные повреждения; в протоколе предъявления для опознания потерпевшему от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого потерпевший Потерпевший №1 опознал ФИО3, как лицо, похитившее у него денежные средства, приставив к его горлу нож и нанесшее ему телесные повреждения; в заключении эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому след обуви, обнаруженный и сфотографированный ДД.ММ.ГГГГ при осмотре автомобиля «Рено Логан», которым управлял потерпевший, мог быть оставлен, в том числе подошвой обуви ФИО3, оттиски которой представлены на исследование.

При этом показания Свидетель№4 об обстоятельствах, известных со слов ФИО3, об оговоре потерпевшим ФИО3, а также Свидетель№5 о том, что перед уходом в кармане куртки ФИО3 она ничего не почувствовала, куртка была целая и ножа у ФИО3 она не видела, обоснованно отклонены судом, как не свидетельствующие о невиновности ФИО3, поскольку указанные лица очевидцами совершения разбойного нападения на потерпевшего не являлись.

Мотивы принятого судом решения подробно изложены в описательно-мотивировочной части приговора. Оснований сомневаться в их правильности судебная коллегия не находит.

Протоколы следственных действий составлены надлежащими должностными лицами в соответствии с требованиями закона. Все изъятые предметы в ходе осуществления предварительного расследования по уголовному делу осмотрены с соблюдением требований статей 166, 180 УПК РФ, о чем составлены соответствующие протоколы осмотра. Результаты осмотра, в том числе отражены в соответствующих протоколах осмотра, осмотренные предметы впоследствии признаны вещественными доказательствами. Протоколы следственных действий оформлены в соответствии с требованиями уголовно-процессуальных норм. Указанные в протоколах осмотра сведения подтверждаются материалами дела. Каких-либо данных, свидетельствующих о том, что следователем или другими лицами в процессуальные документы внесены ложные (не соответствующие действительности) сведения, судом первой инстанции не установлено.

Из материалов уголовного дела следует, что органами следствия в ходе предварительного расследования по уголовному делу нарушений требований уголовно-процессуального закона, в том числе при проведении допросов, иных следственных действий, не допущено. Существенных нарушений при оформлении процессуальных документов судом не установлено.

Проанализировав содержание экспертных заключений №№, №, №, №, №, принятых судом первой инстанции в основу приговора, судебная коллегия полагает их полученными в соответствии с требованиями УПК РФ и Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации". Сведения, отраженные в заключениях, не противоречат собранным по делу доказательствам, научно аргументированы, соответствует требованиям статей 198, 204, 206 УПК РФ.

При этом, изложенный экспертом вывод в заключении № в той части, согласно которому обнаруженные у потерпевшего телесные повреждения образовались возможно ДД.ММ.ГГГГ, а также вывод в заключении №, согласно которому след обуви мог быть оставлен как подошвой обуви ФИО3, так и любой другой подошвой обуви, имеющей аналогичный размер, тип, вид рельефного рисунка,, то есть которые носят вероятностный характер, - не являются категоричными и не подтверждают доводы осужденного. Заключения эксперта не имеет заранее установленной силы, не обладают преимуществом перед другими доказательствами и, как все иные доказательства, оценены судом первой инстанции по общим правилам в совокупности с другими доказательствами, приведенными в приговоре. С аргументированной оценкой суда первой инстанции судебная коллегия соглашается.

Вместе с тем судебная коллегия приходит к выводу о необходимости внесения изменений в приговор по следующим основаниям.

В приговоре в качестве доказательства виновности ФИО3 приведено заключение № от ДД.ММ.ГГГГ психофизиологической экспертизы с применением полиграфа в отношении ФИО3 (л.д.76-87/том2) и показания эксперта Свидетель№6, проводившего данный вид экспертизы.

Однако результаты психофизиологического исследования с использованием полиграфа не соответствуют требованиям, предъявляемым к заключениям экспертов, а представляют собой один из способов выработки и проверки следственных версий, и не относятся к числу источников доказательств, согласно положениям ст.74 УПК РФ.

Оценивая показания допрошенного в качестве эксперта в судебном заседании эксперта Свидетель№6, судебная коллегия также учитывает, что согласно ст.282 УПК РФ эксперт, давший заключение в ходе предварительного расследования, может быть допрошен в судебном заседании для разъяснения или дополнения данного им заключения, то есть эксперт, выполняя процессуальные функции, может быть допрошен по обстоятельствам проведения соответствующего процессуального действия и его показания не являются самостоятельным источником доказательств, его показания могут быть использованы для решения вопроса о допустимости того или иного доказательства. Поскольку показания указанного лица, полученные при его допросе, фактически воспроизводят выводы психофизиологического исследования, содержат выводы и суждения относительно проведенного исследования при помощи прибора полиграф с точки зрения достоверности, сводятся к даче экспертом оценки показаний лица, в отношении которого производится экспертиза, то есть по вопросам, относящимся к компетенции суда, подобные показания также не могут быть приняты в качестве доказательства.

В связи с изложенным, указание суда на заключение эксперта № о проведении психофизиологического исследования с использованием полиграфа в отношении ФИО3 и показания эксперта Свидетель№6, проводившей данное исследование, подлежат исключению из приговора.

При этом исключение психофизиологического исследования с использованием полиграфа и показаний эксперта не влияет на доказанность вины осужденного в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.162 УК РФ, поскольку его вина подтверждается иными собранными по делу и исследованными в судебном заседании доказательствами, как каждым в отдельности, так и в их совокупности, которые оценены судом в соответствии с требованиями статей 17, 73, 74 88 УПК РФ.

На том же основании факт отказа потерпевшего Потерпевший №1 от прохождения психофизиологического исследования его показаний, вопреки утверждению апелляционных жалоб, не повлек нарушения права осужденного на защиту и не повлиял на выводы суда о доказанности его вины.

Других оснований, предусмотренных ст.75 УПК РФ, для признания положенных в основу приговора доказательств, представленных стороной обвинения, недопустимыми, судебная коллегия не усматривает, как не усматривает и данных, свидетельствующих об искусственном создании органом уголовного преследования доказательств обвинения и одновременно отмечает, что в деле отсутствуют объективные данные, которые давали бы основание полагать, что по уголовному делу имелась необходимость для искусственного создания доказательств обвинения.

Судебная коллегия также отмечает, что органы обвинения самостоятельны в определении объема доказательств, которые они представляют суду в подтверждение предъявленного обвинения. Суд обоснованно исходил из совокупности собранных доказательств, которую правильно оценил с точки зрения ее достаточности для принятия обоснованного и объективного решения по делу.

Все доказательства, использованные судом в процедуре доказывания, раскрыты в приговоре, изложены в имеющей значение для подтверждения либо опровержения значимых для дела обстоятельств части.

Доводы стороны защиты о признании недопустимым доказательством протокола принятия устного заявления о преступлении потерпевшего Потерпевший №1, проверены судом первой инстанции и обоснованно опровергнуты показаниями свидетеля Свидетель№1 и потерпевшего Потерпевший №1, согласно которым протокол принятия устного заявления составлен сотрудником полиции со слов Потерпевший №1, которому разъяснено право пригласить переводчика, и от услуг которого Потерпевший №1 отказался, содержание заявления потерпевшему оглашено, Потерпевший №1 после ознакомления собственноручно в протоколе написал, что заявление написано с его слов, им прочитано (л.д.4/том1). Данные обстоятельства потерпевший подтвердил в ходе судебного разбирательства. При проведении очной ставки на стадии предварительного следствия и в судебном заседании Потерпевший №1 воспользовался услугами переводчика.

При таких обстоятельствах нарушения права на доступ к правосудию потерпевшего Потерпевший №1, а также права на защиту ФИО3 не допущено. Доводы стороны защиты о получении заявления о преступлении с нарушением требований УПК РФ ввиду отсутствия переводчика, при отсутствии просьбы потерпевшего об участии такового, не являются основанием для признания протокола принятия устного заявления о преступлении недопустимым доказательством, в связи с чем подлежат отклонению. Достоверность изложенной в протоколе информации подтверждается исследованными в ходе судебного заседания доказательствами.

Протокол допроса потерпевшего Потерпевший №1 от ДД.ММ.ГГГГ, на который ссылается в своей жалобе адвокат, не приведен в приговоре в качестве доказательства вины ФИО3 в совершении преступления, в связи с чем доводы относительно его недопустимости не имеют значения для дела.

Юридическая оценка действий осужденного ФИО3, данная судом первой инстанции, является верной. Описание деяния, признанного судом доказанным, несмотря на доводы апелляционных жалоб об обратном, содержит все необходимые сведения, позволяющие судить о событии преступления, причастности к нему ФИО3, его виновности, а также об обстоятельствах, достаточных для правильной правовой оценки содеянного им.

При этом в приговоре, помимо объективной стороны совершения преступления, где тщательно и хронологически последовательно описаны действия осужденного, указано в чем именно выражен в действиях осужденного составообразующий признак разбоя «совершенное с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья», как способ хищения чужого имущества при разбое.

Учитывая, что при совершении преступления ФИО3 достал из кармана неустановленный острый предмет и, используя его в качестве оружия, для совершения преступления, внезапно напал, а именно подставил неустановленный острый предмет непосредственно к горлу Потерпевший №1, по мнению судебной коллегии, суд первой инстанции обоснованно полагал, что в сложившейся обстановке произошедшего потерпевший имел основания реально опасаться за свою жизнь и здоровье, в связи с чем потерпевший передал свое имущество нападавшему, что свидетельствует об угрозе осужденным применения в отношении потерпевшего Потерпевший №1 насилия, опасного для жизни и здоровья.

У судебной коллегии не имеется оснований подвергать сомнению вывод суда о наличии в действиях осужденного квалифицирующего признака разбоя «с применением предмета, используемого в качестве оружия», с учетом установленного судом факта приставления осужденным неустановленного острого предмета к жизненно-важному органу - горлу потерпевшего Потерпевший №1 при совершении разбоя, который тем самым угрожал применением насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего, подкрепляя свои требования о передаче имущества, о чем последовательно и стабильно пояснял Потерпевший №1, а также пояснил, что впоследствии он увидел в этом месте красное пятно, учитывая, что при этом ФИО3 удерживал острый предмет у горла Потерпевший №1, подавляя его волю к сопротивлению.

Приходя к такому выводу, судебная коллегия исходит из того, что по смыслу закона, под предметами, используемыми в качестве оружия, понимаются любые материальные объекты, которыми могли быть причинены смерть или вред здоровью потерпевшего, а также иные предметы, применение которых создавало реальную опасность для жизни или здоровья потерпевшего (перочинный или кухонный нож, топор и т.п.).

Выводы суда о совершении ФИО3 разбойного нападения с применением предмета, используемого в качестве оружия, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах, полно мотивированы судом и сомнений не вызывают.

То обстоятельство, что на месте совершения преступления и в жилище ФИО3 не найден предмет, который использовал осужденный в качестве оружия при нападении на потерпевшего, не ставят под сомнение выводы суда о том, что тот находился у осужденного в момент нападения на потерпевшего Потерпевший №1, поскольку об этом свидетельствуют показания самого потерпевшего, не доверять которым оснований у суда не имеется.

Несмотря на доводы апелляционных жалоб об обратном, о совершении преступления ФИО3 с прямым умыслом и корыстной целью свидетельствуют непосредственные и последовательные действия осужденного при установленных судом обстоятельствах, который осознавал, что совершает нападение в целях хищения чужого имущества, а также желал его совершить не по личным, а корыстным мотивам. Наличие у осужденного умысла на разбойное нападение с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, подтверждено изложенными в приговоре показаниями потерпевшего, согласующимися со всей совокупностью других доказательств, а также фактическим поведением ФИО3

Приведенные в апелляционной жалобе осужденным доводы об отсутствии у него умысла на хищение чужого имущества являлись предметом судебного исследования и справедливо отвергнуты с приведением в приговоре соответствующих мотивов, обосновывающих их несостоятельность, с чем судебная коллегия соглашается.

При этом доводы адвоката и осужденного об отсутствии корыстного мотива при совершении преступления, со ссылкой на последующее поведение осужденного, который после конфликта с потерпевшим не скрывался, фотографировал машину, считая конфликт исчерпанным, проверены судебной коллегией, однако подлежат отклонению, поскольку опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств, в том числе показаниями потерпевшего, признанных судом достоверными, согласно которым тот не видел, чтобы ФИО3 фотографировал его автомобиль, видел, что после разбойного нападения ФИО3 убежал. Судом достоверно установлено, что разбойное нападение совершено именно в целях изъятия чужого имущества из чужого владения, в результате совершения которого осужденный похитил у потерпевшего денежные средства. У судебной коллегии нет оснований не согласиться с таким выводом суда.

Преступление является оконченным, поскольку состав разбоя формальный, усеченный, окончен с момента нападения с применением характерной для него угрозы применения насилия. Более того, в результате такого нападения похищенное имущество изъято у потерпевшего, находилось в ведении осужденного, который впоследствии распорядился им по своему усмотрению.

Между нападением на потерпевшего, совершенного ФИО3 с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, противоправным безвозмездным изъятием и обращением чужого имущества в свою пользу и наступившими последствиями в виде имущественного ущерба в виде утраты имущества, причиненного собственнику этого имущества - потерпевшему, имеется причинная связь.

Суд первой инстанции установил, что в ходе разбойного нападения осужденным не применялось насилие, опасное для жизни и здоровья, в отношении потерпевшего, поэтому из объема обвинения обоснованно исключен квалифицирующий признак "применение насилия, опасного для жизни", как излишне вмененный.

Судом проверено психическое состояние осужденного. С учетом поведения ФИО3 в ходе судебного следствия, соответствующего обстановке, адекватного речевого контакта, как на стадии предварительного следствия, так и судебного следствия, выводов судебно-психиатрической экспертизы, осужденный обоснованно признан вменяемым на момент совершения преступления и способным по своему психическому состоянию нести за совершенное уголовную ответственность.

Всесторонний анализ собранных по делу доказательств, добытых в установленном законом порядке, полно и всесторонне исследованных в судебном заседании и получивших оценку с соблюдением установленных УПК РФ правил, позволил суду надлежаще, в соответствии с фактическими обстоятельствами дела и нормами УК РФ квалифицировать действия ФИО3 по ч.2 ст.162 УК РФ как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенный с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Оснований для другой правовой оценки действий осужденного судебная коллегия не усматривает, как не находит ни фактических, ни правовых условий для освобождения его от уголовной ответственности.

Приведенные осужденным доводы о несогласии с квалификацией содеянного, аналогичны его позиции, изложенной в суде первой инстанции, являлись предметом судебного исследования и справедливо отвергнуты с приведением в приговоре соответствующих мотивов, обосновывающих их несостоятельность, с чем судебная коллегия соглашается.

Утверждения стороны защиты о непричастности ФИО3 к совершению указанного преступления, поскольку на ручке багажника, из которого похищены денежные средства, не найдены отпечатки пальцев потерпевшего и осужденного, а также об отсутствии умысла на хищение чужого имущества, так как осужденный не нуждался в деньгах, не ставят под сомнение правильность указанных выводов суда, поскольку эти выводы основаны на достаточной совокупности других исследованных судом доказательств.

Из представленных материалов следует, что судебное разбирательство проведено в соответствии с положениями глав 35-39 УПК РФ с достаточной полнотой, с соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в том числе состязательности и равноправия сторон, права на защиту, презумпции невиновности, при этом сторонам судом предоставлены равные условия для реализации процессуальных прав. В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами, все заявленные сторонами ходатайства разрешены судом в установленном законом порядке с надлежащим обоснованием принятых решений.

Приходя к таким выводам, судебная коллегия отмечает, что по своей сути доводы, приведенные в апелляционных жалобах, сводятся к переоценке доказательств, сделанной судом первой инстанции.

Однако такая субъективная оценка произошедшего и анализ доказательств, которые дают авторы апелляционных жалоб, не могут быть приняты судебной коллегией, поскольку суд, как того требуют положения статей 87, 88 УПК РФ, оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все доказательства в совокупности – достаточности для вынесения итогового решения по делу.

Каких-либо противоречий в исследованных доказательствах, которые могут быть истолкованы в пользу осужденного, при проверке материалов дела не установлено.

Судом первой инстанции исследованы все доводы, выдвинутые в защиту осужденного ФИО3, всем им дана правильная оценка в приговоре. Формулировок, которые бы действительно искажали правовое значение исследуемого события и обстоятельств, имели взаимоисключающий смысл, либо влияли на существо выводов, судом первой инстанции не допущено. Тот факт, что данная оценка обстоятельств не совпадает с позицией осужденного, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовного и уголовно-процессуального законов.

Доводы апелляционных жалоб не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на его законность в части виновности либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судебной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого решения.

Вопреки доводам жалобы осужденного ФИО3, наказание ему назначено в соответствии с требованиями статей 6, 60 УК РФ, с учетом целей наказания, предусмотренных ст.43 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности осужденного, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, всех имеющихся смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, иных обстоятельств, имеющих значение при разрешении данного вопроса, - является справедливым, соразмерным содеянному и соответствующим личности, в связи с чем оснований считать судебное решение незаконным, необоснованным и несправедливым в силу своей суровости, не имеется.

Нормы Общей части УК РФ при решении вопроса о виде, размере и месте отбывания наказания судом применены правильно.

Должным образом изучена личность осужденного ФИО3, что нашло свое подтверждение в приговоре.

Смягчающими наказание осужденному обстоятельствами суд обоснованно признал частичное признание вины, молодой возраст, наличие заболеваний у осужденного и близких родственников, а также у сожительницы, наличие малолетнего ребенка, участие в воспитании и содержании дочери сожительницы, положительную характеристику, явку с повинной, в качестве которой судом расценено содержание письменных объяснений осужденного.

Оснований для признания каких-либо иных данных в качестве смягчающих наказание осужденному обстоятельств, судебная коллегия не находит, исходя при этом из положений статей 60 и 61 УК РФ, по смыслу которых признавать обстоятельствами, смягчающими наказание иные, не указанные в законе, является правом, но не обязанностью суда.

Вопреки доводам осужденного ФИО3, согласно которым потерпевший спровоцировал конфликт и поводом для обращения в полицию послужило опасение потерпевшего самому быть привлеченным к ответственности, - по делу не установлено какого-либо противоправного либо аморального поведения со стороны потерпевшего Потерпевший №1 в отношении него, что могло бы послужить поводом для совершения преступления.

В качестве обстоятельства, отягчающего наказание, в действиях осужденного обоснованно судом установлено наличие рецидива, соответствии с п. «б» ч.1 ст.63 УК РФ признаваемого «опасным» видом рецидива.

Принимая во внимание все имеющиеся по делу обстоятельства совершения преступления, суд правильно пришел к выводу о невозможности исправления ФИО3 без изоляции от общества, подробно аргументировав свои выводы, в связи с чем назначил осужденному наказание за содеянное в виде лишения свободы, с учетом положений ст.60 УК РФ.

При этом вывод о возможности исправления осужденного только в условиях изоляции от общества без применения ст.73 УК РФ судом в приговоре аргументирован, и судебная коллегия признает его правильным.

Назначенное судом наказание осужденному в виде лишения свободы является справедливым, по своему виду и размеру оно отвечает закрепленным в уголовном законодательстве РФ целям исправления осужденного и предупреждения совершения ими новых преступлений, а также принципам справедливости и гуманизма.

При этом наказание осужденному судом правильно назначено без учета положений ч.1 ст.62 УК РФ, поскольку судом установлено отягчающее наказание обстоятельство.

Суд обоснованно не применил положения ч.3 ст.68 УК РФ, не усматривает оснований для использования этой нормы и судебная коллегия, и считает назначенное ФИО3 наказание соразмерным содеянному как по своему виду, так и по размеру, с учетом всех обстоятельств по делу и не является несправедливым вследствие чрезмерной суровости, поскольку требования закона при его назначении судом соблюдены в полной мере, смягчающие обстоятельства суду были известны и учитывались в полной мере при назначении наказания.

Изложенные в приговоре выводы об отсутствии оснований для применения в отношении осужденного положений, предусмотренных ч.6 ст.15, ст.82 УК РФ, а также о нецелесообразности назначения дополнительного вида наказания судом мотивированы и соответствуют материалам дела.

Оснований для признания какого-то обстоятельства или их совокупности исключительными, существенно уменьшающими степень общественной опасности содеянного осужденным, позволяющими назначить наказание с применением положений ст.64 УК РФ судом не усмотрено, не находит таковых и судебная коллегия. Следует отметить, что наличие смягчающих наказание обстоятельств само по себе не является безусловным основанием для применения указанных норм закона.

Судебная коллегия, соглашаясь с выводами суда, отмечает, что при назначении наказания осужденному суд первой инстанции не допустил формального подхода к оценке обстоятельств, имеющих значение в этом вопросе, обеспечил соблюдение общеправовых принципов справедливости наказания, его индивидуализации и дифференцированности. Назначенное осужденному наказание чрезмерно строгим не является.

Оснований для изменения вида режима отбывания назначенного наказания осужденному не имеется.

Вопросы о вещественных доказательствах, процессуальных издержках судом разрешены в соответствии с требованиями статей 81, 82, 131, 132 УПК РФ соответственно. Размер причиненного потерпевшему ущерба нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства, установлен материалами дела, в связи с чем обоснованно гражданский иск судом обоснованно удовлетворен на основании в соответствии со ст.1064 ГК РФ.

Вносимые судебной коллегией в приговор суда изменения не влекут необходимость вмешательства в приговор в части назначенного справедливого наказания, поскольку оснований для признания наказания несправедливым вследствие неправильного применения норм уголовного и уголовно-процессуального права, либо чрезмерно суровым, не установлено. Все юридически значимые обстоятельства учтены судом в полной мере при решении вопроса о виде и размере наказания.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.20, 389.28 УПК РФ,

определил а:

приговор Кировского районного суда города Новосибирска от 23 марта 2023 года в отношении ФИО3 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора суда ссылки на заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ по итогам производства судебной психофизиологической экспертизы с применением полиграфа в отношении ФИО3 (л.д.76-87/том2) и на показания эксперта Свидетель№6, как на доказательства вины осужденного в совершении преступления.

В остальном этот же приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО3 и адвоката Пугина А.С. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а лицом, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу, через суд первой инстанции, и рассматривается в порядке, предусмотренном статьями 401.7, 401.8 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: подпись

Судьи: подписи

Копия верна

Судья Ю.В. Близняк

Новосибирского областного суда