Дело № 2-3797/2022

УИД 34RS0002-01-2021-005213-74

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 ноября 2022 года г. Волгоград

Дзержинский районный суд г. Волгограда в составе председательствующего судьи Зиновьевой С.П., при секретаре судебного заседания ФИО7, помощнике ФИО8, с участием преставителя истца ФИО18, ответчика ФИО3, представителей ответчика ФИО20, ФИО10, экспертов ФИО9, ФИО15, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки. В обоснование иска указано, что ФИО1 являлся собственником квартиры по адресу Волгоград, <адрес>. В настоящее время истцу 87 лет, он имел льготы по уплаты коммунальных платежей. При оплате коммунальных услуг в апреле – мае 2021 заметил, что оплата за коммунальные платежи увеличилась на значительную сумму. У истца имеются два сына ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО3, 1965 г.<адрес> в начале июня 2021 после разговора с ними истцу стало известно, что квартира принадлежит сыну ФИО3 на основании договора купли-продажи, так как он, якобы, продал свою двухкомнатную квартиру по адресу Волгоград, <адрес> ФИО3, который показал договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. Вместе с тем он не заключал с ФИО3 договор купли-продажи квартиры, намерений продать квартиру младшему сыну не имел, денежных средств по отчуждению квартиры не получал. Всегда имел намерение, чтобы квартира после его смерти принадлежала сыновьям поровну, намеревался оформить договор дарения на ФИО2 и ФИО3 по 1/2 части, неоднократно говорил об этом сыновьям, чтобы между ним не было споров и неприязни, они об этом знали оба. Весной 2021 к нему в квартиру приходили какие-то люди для установки газового оборудования, он подписывал какие-то документы. Про это случай он рассказал сыну ФИО3, выразил тревогу, что не знает, что подписывал. После чего по его рекомендации обратился в полицию. Спустя некоторое время после этого случая его сын ФИО3, зная его желание поделить после его смерти квартиру поровну с братом ФИО2, предложил съездить с ним и оформить данную квартиру, чтобы якобы оградить его от мошенников. Истец помнит, что ездил с ним куда-то и что-то подписывал, при этом был уверен, что квартира будет оформлена на ФИО2 и ФИО3 в равных долях и думал, что договором дарения. ДД.ММ.ГГГГ он не собирался продавать принадлежащую ему квартиру. Содержание договора ему не было известно, так как он его не читал. Он не хотел продавать сыну ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ квартиру и лишиться права собственности на нее при жизни. До настоящего времени он оплачивает расходы, связанные с квартирой, поскольку был уверен, что она принадлежит ему. На вопрос, почему он оформил квартиру на свое имя. ФИО3 пояснил, что он так захотел, а ФИО2 не может претендовать, поскольку растратит свою часть. Совершая оспариваемую сделку, он находился в таком состоянии, когда не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, не мог понимать цель сделки, регулировать свое поведение при ее заключении, осмысливать юридическую суть сделки, ее социально-правовые последствия, поэтому волеизъявление по ее отчуждению у него отсутствовало, что в силу п.1 ст.177 ГК РФ является основанием для признания договора купли-продажи недействительным. Более того, исходя из положений ст. 454 ГК РФ на покупателе лежит обязанность оплатить приобретенное имущество, при возникновении спора он должен предоставить доказательства, подтверждающие указанные обстоятельства. Поскольку он находился в состоянии, когда не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, все совершенные им юридически значимые действия являются недействительными и не порождают правовых последствий. Указанное касается не только обстоятельств передачи им ответчику прав на недвижимое имущество, но и обстоятельств, связанных с доказанностью получения им денежных средств. В связи с этим пункт 4 договора купли-продажи квартиры, согласно которому расчет между сторонами произведен в полном объеме, также является недействительным. Иных доказательств передачи денежных средств не имеется, расписок он не писал, оснований для взыскания с ФИО1 в пользу ФИО3 не имеется.

Просит признать договор купли-продажи квартиры по адресу: <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО3, недействительным.

Отменить запись о государственной регистрации права собственности в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, произведенную в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес> на имя ФИО3 в отношении квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

Признать право собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, за ФИО1.

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 исковые требования поддержал, пояснил, что сейчас мошенников валом, два или три раза приходили, кому что он подписал, не знает. Ставили на воду, чтобы очищенная шла «надули» его, газовик пришел, тоже поставил. У него два сына, они грамотные, сыновей он не различает, желает, чтобы квартира после его смерти была на двоих. С ФИО3 ездили не имеет понятия куда, на второй Волгоград. ФИО4 сказал, поедем, сделаем и не бойся мошенников. Квартиру продавать не хотел, необходимости не было, не понимал, что продает квартиру, деньги за продажу квартиры не получал. Документ, какой подали, такой и подписал. У него «три класса», слышит плохо, видит также «под 90 лет». В квартире продолжает жить, продолжает платить, никуда не съехал. Когда сказали, сейчас уже понимает, что продал квартиру.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умер (л.д.211, т.1).

Определением Дзержинского районного суда <адрес> умерший истец ФИО1 заменен правопреемником ФИО2 (л.д.49,т.2).

В судебное заседание истец ФИО2 не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, об уважительной причине неявки не сообщил.

Представитель истца ФИО18 в судебном заседании исковые требования поддержала.

Ответчик ФИО3, представители ответчика ФИО20, ФИО10 в судебном заседании возражали против иска, т.к. договор купли-продажи заключен на основе прямого волеизъявления сторон, на определенных ими условиях. На момент совершения сделки ФИО1 был способен понимать значение своих действий и руководить ими, что подтверждено проведенной судебно-психиатрической экспертизой, фактически комплексной, показаниями свидетелей, в том числе сотрудника МФЦ. Денежные средства за квартиру переданы ФИО3 продавцу.

Представитель третьего лица ГБУ "МФЦ "Мои документы" в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

В соответствии с положениями ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав представителя истца ФИО18, поддержавшую иск, ответчика ФИО3, представителей ответчика ФИО20, ФИО10, возражавших против иска, исследовав письменные доказательства, допросив экспертов ФИО9, ФИО15, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 3 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка)…

В соответствии с пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Таким образом, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

Юридически значимыми обстоятельствами в данном случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у истца в момент составления договора купли-продажи, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Суд установил.

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, по договору мены и в порядке наследования после смерти супруги являлся собственником двухкомнатной квартиры по адресу: Волгоград, <адрес>.

У ФИО1 два сына

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., проживает в <адрес>,

ФИО3, 965 г.р., проживает в городе Волгограде,

оба – отдельно от отца.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 (продавец) заключил договор купли-продажи с сыном ФИО3 (покупатель), по которому продал принадлежащую ему квартиру по адресу: <адрес> за 2100 000 (два миллиона сто тысяч) рублей (л.д. 67-68, т.1).

На основании указанного договора в Единый государственный реестр недвижимости внесена запись 34:34:030031:632-34/210/2021-4, согласно которой правообладателем квартиры является ФИО3 (л.д. 27, т.1).

После регистрации права собственности в квартире проживал ФИО1, продолжал оплачивать начисляемые коммунальные платежи, ФИО3 для проживания в спорную квартиру, при жизни отца, не вселялся, лицевой счет на его имя не переоформлялся.

В июне 2021 года ФИО1 выдал доверенность на имя ФИО18 на ведение его дел в федеральных судах (удостоверена нотариусом <адрес> ФИО11, реестр №-н/34-2021-1-347 от ДД.ММ.ГГГГ).

В июле 2021 года ФИО18, действуя на основании указанной доверенности, обратилась в суд с иском от имени ФИО1 об оспаривании договора купли-продажи квартиры.

Как указано выше, при жизни ФИО1, как истец, участвовал в судебном заседании, поддержал исковые требования, дал объяснения по иску, ответил на заданные вопросы. ФИО1 пояснил, что живет один, сам стирает, готовит, платит в банке коммунальные платежи, оформил карточку, снимает наличные денежные средства, немножко делает сбережения (200 тыс.руб. уже есть), по врачам не ходит, таблеток не принимает.

Из показаний свидетелей ФИО2 (сын), ФИО12 (жена сына), ФИО13 (внук истца) следует, что ФИО1 живет один, сам себя обслуживает, ходит в магазин, пользуется карточкой банка, оплачивает за жилищно-коммунальные услуги. Здоровье у него хорошее, в больницах не лечиться, таблетки не принимает. Психически он адекватный, есть забывчивость. Увидев в платежках большую сумму, стал выяснять причину. Выяснилось, что квартира переоформлена. ФИО4 (ФИО3) говорил, что нужно что-то сделать, чтобы квартира не ушла, выстроилась очередь из мошенников, просил документы на квартиру, чтобы оформить квартиру по 50% (л.д.98-111, т.1).

Свидетель Свидетель №1 (специалист ГБУ «МФЦ»), принимавшая документы по сделке, показала, что на сделке присутствовали ее участники «дедушка и мужчина», подпись в договоре поставил ФИО1, договор он читал, «просматривал однозначно», при ней деньги не передавались, это не входит в их полномочия. Сомнений в состоянии участников не было, обыкновенная сделка, никаких неадекватных вещей не было.

Из договора купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ следует, что договор выполнен на двух листах, подписан один лист договора, содержащий пункты от 10 до 15, на листе договора с пунктами от 1 до 9 подписи участников сделки отсутствуют, ФИО1 выполнена краткая подпись, фамилия, имя, отчество ФИО1 выполнены не ФИО1, а иным (неустановленным) лицом.

Согласно консультативной карте диспансерного отделения ГБУЗ «ВОКПБ №» от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 консультирован, установлено органическое расстройство личности и поведения в форме умеренно-выраженного психоорганического синдрома (F-07) (л.д.96, т.1).

Так как юридически значимыми обстоятельствами в данном случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у продавца в момент подписания договора купли продажи квартиры, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня, а с учетом его состояния здоровья и конкретных обстоятельств дела, также наличие свободы волеизъявления, способность понимать характер и значение своих действий и руководить ими, наличие причинной связи между состоянием здоровья ФИО1 и совершением сделки, нарушающей, как указано в иске, его права и интересы, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ назначена амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза в отношении ФИО1

Назначенная амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза не проведена в связи с заболеванием ФИО1 КОВИД-19 и смертью.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по тем же основаниям судом назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза.

По заключению посмертной судебно-психиатрической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (комиссии экспертов ГБУЗ «ВОКПБ №») у ФИО1 выявлялось психическое расстройство в форме «Органического расстройства личности и поведения в форме умеренно выраженного психоорганического синдрома (по МКБ 10 - F07). Указанное подтверждается сведениями о развитии к указанному времени у ФИО1, на фоне хронической ишемии головного мозга II ст. с мелкоочаговой неврологической симптоматикой, Гипертонической болезни, очаговых изменений вещества головного мозга дисциркуляторного характера -прогрессивно снижавшихся на фоне истощаемости и инертности психических процессов - когнитивных нарушений, эмоционально - волевых нарушений, на фоне умеренно выраженного интеллектуального снижения. Отмеченные у ФИО1 при осмотре психиатром расстройства когнитивной сферы находят подтверждение и по материалам данного дела, в частности, при анализе показаний самого ФИО1 в суде по данному делу, показаний свидетелей. Однако, констатированное у ФИО1 при осмотре его психиатром 18/08/2021 года психическое расстройство, на указанный период времени, было выражено не столь значительно, чтобы лишало ФИО1 способности понимать значение своих действий или руководить ими. Таким образом, нет оснований полагать, что на интересующий суд более ранний период времени - период времени оформления оспариваемого договора купли - продажи - на 19/03/2021 года психическое состояние ФИО1 не позволяло бы ему «понимать значение совершаемых им действий и руководить ими при подписании договора купли -продажи от ДД.ММ.ГГГГ года».

В судебном заседании эксперт-психиатр (член комиссии экспертов) ФИО14 подтвердил выводы заключения № от ДД.ММ.ГГГГ, пояснил, что эксперты-психиатры учли результаты прижизненного психологического обследования ФИО1, что отражено на листе 3 заключения, где указано, что ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 отмечались выраженные нарушения в аттенционно-мнестической сфере, низкая интеллектуальная работоспособность, обусловленная выраженным ослаблением мотивационного компонента в сочетании со снижением активности когнитивных функций, истощаемостью процессов, инертности конкретизации в мышлении (на фоне умеренно выраженного интеллектуального снижения). В личности снижение критических, адаптационных возможностей со стеничностью, ригидностью позиции, поведения в целом в сочетании с эмоциональной лабильностью, возможности реакций пассивного протеста.

При назначении судебно-психиатрической экспертизы судом отклонены вопросы, касающиеся наличия у ФИО1 возрастных, индивидуально-психологических особенностей интеллектуальной, эмоционально-волевой сферы, характера, которые могли в существенной степени снизить его способность понимать значение и последствия своих действий ДД.ММ.ГГГГ при продаже его квартиры, как не относящиеся к компетенции экспертов-психиатров, в связи с чем определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству представителя истца назначена посмертная судебно-психологическая экспертиза.

По заключению посмертной судебно-психологической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненной экспертом ФИО15 (ООО «Региональный Экспертный Центр «Альтернатива»), у ФИО1 имелись возрастные и индивидуально-психологические особенности интеллектуальной, эмоционально-волевой сферы, характера, которые могли в существенной степени снизить его способность понимать значение и последствиях своих действий ДД.ММ.ГГГГ при продаже принадлежащей ему квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. А именно, существенное ухудшение памяти, трудности усвоения нового, инертность, обстоятельность, низкий уровень когнитивного мышления, нарушение темпа мыслительных процессов, невысокая продуктивность умственной деятельности, общее снижение интеллектуальных способностей, колебания настроения в зависимости от внешних условий, эмоциональная подвижность, преобладание эмоциональной регуляции поведения над интеллектуально-волевой, доверчивость, сговорчивость, безразличие, внушаемость, послушание. Учитывая трудности усвоения нового, низкий уровень когнитивного мышления, снижение интеллектуальных способностей, преобладание в поступках эмоционального над рациональным, а также доверчивость, сговорчивость, внушаемость, послушание ФИО1, он мог на момент продажи принадлежащей ему квартиры поддаваться влиянию со стороны в форме заботы, уговоров, рекомендаций. Возникновению у ФИО1 заблуждения при продаже квартиры могли в существенной степени способствовать родственные отношения ФИО1 с покупателем - ФИО3, отношения отца и сына, выраженное доверие отца к сыну, определённая психологическая зависимость отца от сына. ФИО1, подписывая Договор купли-продажи квартиры, не желал продавать своему сыну ФИО3 принадлежавшую ему (ФИО1) квартиру. С учётом выявленных юридически значимых индивидуально-психологических особенностей ФИО1, обстоятельств подписания им Договора купли-продажи своей квартиры следует считать, что формальная сторона юридически значимого акта - защита квартиры от мошенников, ФИО1 была доступна, интеллектуальную - содержательную сторону ФИО1 не воспринимал, не прогнозировал возможные последствия подписания им предлагаемого сыном ФИО3 документа. В процессе заключения сделки свободного волеизъявления ФИО1 не было, он выполнял прямые конкретные указания сына ФИО3 ФИО1 в полной мере не понимал значение своих действий и не отдавал себе отчёт в справедливости данных действий по отношению к другим своим родственникам.

В судебном заседании эксперт-психолог ФИО15 подтвердил выводы заключения № от ДД.ММ.ГГГГ, пояснил, что результаты прижизненного психологического обследования ФИО1, отраженные на листе 3 заключения № от ДД.ММ.ГГГГ, не влияют на сделанные им выводы.

Заключение судебно-психиатрической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (комиссии экспертов ГБУЗ «ВОКПБ №») суд считает обоснованным, т.к. оно дано комиссией квалифицированных экспертов в государственном экспертном учреждении, имеющих высшее образование, врачей судебно-психиатрических экспертов, длительный стаж работы, экспертиза проведена на основании определения суда по результатам исследования материалов дела, медицинской документации, содержащей результаты прижизненного обследования ФИО1, согласуется с исследованными доказательствами, об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения эксперты предупреждены под подписку, права и обязанности экспертам разъяснены.

Заключение судебно-психологической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненной экспертом ФИО15 (ООО «Региональный Экспертный Центр «Альтернатива»), суд считает обоснованным, т.к. экспертиза проведена компетентным судебным экспертом, обладающим специальными знаниями, необходимыми для производства экспертизы по интересующим суд вопросам, имеющим достаточный стаж экспертной деятельности и квалификацию. Эксперту разъяснены положения 85 ГПК РФ, он предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Заключение № от ДД.ММ.ГГГГ согласуется с другими исследованными доказательствами, в частности, с объяснениями истца ФИО1, допрошенных свидетелей, результатами психологического прижизненного обследования, медицинской документацией. Указание представителя ответчика на выполнение экспертного исследования в «частном» учреждении не свидетельствует об отсутствии у эксперта ФИО15 необходимого образования, квалификации. К заключению эксперта приобщены документы, подтверждающие наличие высшего педагогического образования, ученой степени кандидата педагогических наук, ученого звания доцента, диплома о профессиональной переподготовке на право ведения профессиональной деятельности в сфере судебно-психологической экспертизы, стаж экспертной работы 37 лет.

Оснований для признания заключения эксперта-психолога ФИО15 недопустимым не установлено. В целях разъяснения заключения эксперт ФИО15 допрошен в порядке ст. 187 ГПК РФ, и дал ответы на заданные вопросы, подтвердил сделанные им выводы.

В ходатайстве стороны ответчика о назначении повторной судебно-психологической экспертизы отказано определением суда от ДД.ММ.ГГГГ в связи с отсутствием оснований, предусмотренных положениями статьи 87 ГПК РФ.

В связи с изложенным суд считает заключение эксперта-психолога ФИО16 № от ДД.ММ.ГГГГ допустимым и достоверным доказательством.

Оценивая исследованные доказательства в их совокупности, в том числе прижизненные объяснения ФИО1, суд приходит к выводу, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ был хотя и дееспособным, но находился в момент совершения сделки в таком состоянии, когда не был способен в полной мере понимать значение своих действий или руководить ими, с учетом его возрастных (ДД.ММ.ГГГГ г.р.), физических (недостатки зрения и слуха) и индивидуально-психологических особенностей, в том числе интеллектуальной, эмоционально-волевой сферы, характера, существенного ухудшения памяти, низкого уровня когнитивного мышления, нарушения темпа мыслительных процессов, невысокой продуктивности умственной деятельности, общего снижения интеллектуальных способностей. ФИО1 имел доверительные отношения с сыном ФИО3, сопровождавшим его на сделку, что с учетом установленного экспертом-психологом доверия отца к сыну, определённой психологической зависимости отца от сына, свидетельствует, что ФИО1 поддался на уговоры, рекомендации последнего, подписал договора купли-продажи с целью защиты квартиры от мошенников. В процессе заключения сделки свободного волеизъявления ФИО1 не было, поскольку он выполнял прямые конкретные указания сына ФИО3, не прогнозируя последствия и не отдавая себе отчёт в справедливости данных действий по отношению к другим своим родственникам. Установленный порок воли ФИО1 при совершении спорной сделки является основанием для признания сделки недействительной, поскольку соответствующее свободное волеизъявление ФИО1 по распоряжению квартирой отсутствовало.

Согласно пункту 3 статьи 177 ГК РФ, если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса.

Согласно абзацам второму и третьему пункта 1 статьи 171 ГК РФ каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость.

Дееспособная сторона обязана, кроме того, возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны.

Доказательства, достоверно подтверждающие факт передачи денег ФИО1 отсутствуют, при жизни ФИО1 пояснял, что денежные средства он не получал, у него имеются только его накопления. Подпись ФИО1 в договоре купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ на той странице, где имеется пункт 4 о передаче денежных средств, отсутствует. Объяснения ФИО1 также подтверждены материалами наследственного дела, в котором имеются сведения лишь о наличии сбережений на вкладах в Сбербанке с максимальной суммой 388 тыс.руб. Кроме того, сделка от ДД.ММ.ГГГГ является недействительной в полном объеме, в том числе и ее пункт 4 о передаче покупателем продавцу цены квартиры в размере 2100000 руб.

На основании изложенного суд на основании ст.ст. 167, 171, 177 ГК РФ применяет последствия недействительности сделки в виде односторонней реституции и обязывает ответчика возвратить продавцу все полученное по сделке.

Так как продавец умер при рассмотрении дела, его правоспособность прекращена в связи со смертью (пункт 2 статьи 17 ГК РФ), судьба его имущества регулируется Гражданским кодексом Российской Федерации (часть третья)" от ДД.ММ.ГГГГ N 146-ФЗ, основания для признания права собственности на спорную квартиру за ФИО1 отсутствуют.

На основании изложенного иск подлежит частичному удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано. Согласно части 1 статьи 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

На основании изложенного судебные расходы подлежат взысканию с ответчика.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

Иск ФИО2 (СНИЛС <***>) к ФИО3 (СНИЛС <***>) о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки удовлетворить частично.

Признать договор купли-продажи квартиры по адресу: <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 (СНИЛС <***>) и ФИО3, недействительным.

Отменить запись о государственной регистрации права собственности в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, произведенную в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес> на имя ФИО3 в отношении квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

В части иска ФИО2 к ФИО3 о признании права собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, за ФИО1, отказать.

Взыскать государственную пошлину с ФИО3 в пользу ФИО2 в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Волгоградский областной суд через Дзержинский районный суд <адрес> в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья Зиновьева С.П.