Дело № 2-167/2025

УИД Номер

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Таштып 16 сентября 2025 г.

Таштыпский районный суд Республики Хакасия в составе:

председательствующего судьи Осиповой Н.С.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Костяковой Л.В.,

с участием представителя процессуальных истцов помощника прокурора Утенина Д.С.,

истцов ФИО4, ФИО6,

представителя ответчика ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению прокурора <адрес>, действующего в интересах ФИО1, ФИО2, к публичному акционерному обществу «Сбербанк России» о признании кредитного договора недействительным,

УСТАНОВИЛ:

прокурор <адрес>, действующий в интересах ФИО6, ФИО4, обратился в суд с иском к публичному акционерному обществу «Сбербанк России» (далее – ПАО «Сбербанк», Банк) о признании кредитного договора недействительным, мотивируя требования тем, что ДД.ММ.ГГГГ посредством интернет-приложения «Сбербанк-Онлайн» с использованием простой электронной подписи от имени ФИО6 заключен кредитный договор Номер на сумму Номер руб., денежные средства в размере Номер руб. переведены неизвестному получателю. Все действия по заключению указанного договора и перевода денежных средств со стороны ФИО6 совершены неустановленным лицом. Ссылаясь на отсутствие действительного волеизъявление ФИО6 на заключение договора потребительского кредита и получения денежных средств, просил признать договор потребительского кредита от ДД.ММ.ГГГГ Номер недействительным.

В судебном заседании представитель истца помощник прокурора ФИО5 требования поддержал по доводам и основаниям, изложенным в исковом заявлении, обратил внимание, что у ФИО6 отсутствовало волеизъявление не заключение кредитного договора и получение денежных средств. Права ФИО6 нарушены, так как на него возложена обязанность по уплате задолженности. Полагает, что кредитный договор является недействительным (ничтожным), поскольку заключен в отсутствие воли стороны.

Истец ФИО6 исковые требования поддержал, суду пояснил, что у него не было намерения, волеизъявления заключить кредитный договор, денежные средства он не получал, какие-либо товары через интернет-магазин ФИО8 ФИО9 не приобретал. По обстоятельствам заключения спорного договора пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ на его мобильный телефон посредством мессенджера <адрес> поступил звонок от лица, которое представилось сотрудником службы безопасности банка, сообщив, что неустановленное третье лицо осуществляет оформление кредита на его имя на конкретную сумму Номер руб. с предоставлением в залог его автомобиля, назвав марку, номер машины, которые соответствовали данным транспортного средства истца. С целью воспрепятствовать противоправным действиям в отношении своего имущества он совершал действия согласно указаниям работника банка. В ходе телефонного разговора, по просьбе звонившего, им было запущено приложение «Сбербанк Онлайн». Абонент в режиме реального времени инструктировал его, какие операции необходимо совершать в указанном приложении, поступали указания сообщать ему содержащиеся в смс-сообщениях от банка цифровые коды с последующим их введением в интерфейс приложения. При этом он не имел возможности ознакомиться с содержанием открываемых вкладок, включая разделы: кредит, расчет кредитного потенциала, подача заявки на кредит, а также параметры и условиями заключаемой кредитной сделки, поскольку все его действия контролировались звонившим. После обращения в банк с целью получения информации о транспортном средстве, узнал, что на его имя оформлен кредит и денежные средства переведены третьим лицам. Ранее в ДД.ММ.ГГГГ г. он оформлял кредит через онлайн приложение, но оформление проходило в помещении банка совместно с сотрудником, который помогал оформить кредит.

Истец ФИО4 исковые требования поддержала в полном объёме, суду пояснила, что ее супруг ФИО6 кредитный договор не заключал, денежные средства не получал. Их семья уже имела кредит, обременять еще одним кредитом намерений не было. Оспариваемый кредитный договор нарушает ее имущественные права, так как у ее семьи возникли обязательства по оплате кредитной задолженности.

Представитель ответчика ПАО «Сбербанк России» ФИО7, действующая на основании доверенности, исковые требований не признала, представила письменный отзыв, указав об отсутствии правовых оснований для признания кредитного договора недействительной сделкой, настаивая на том, что последняя заключена с соблюдением требований действующего законодательства. Пояснила, что истцом не представлено относимых и допустимых доказательств наличия обмана и заблуждения ФИО6 ответчиком при оформлении кредитного договора. При этом до подачи настоящего иска Банку не было известно о возможных мошеннических действий со стороны третьих лиц. ФИО6 получил заемные денежные средства, распорядился ими по своему усмотрению, исправно платит задолженность по кредиту. Также обратила внимание, что по заявленным требованиям пропущен срок исковой давности, который составляет один год.

Выслушав присутствующих лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Исковое заявление подано прокурором <адрес> в интересах ФИО6, ФИО4, в защиту связанных с реализацией предусмотренных действующим законодательством прав, обеспечивающих достойную жизнь, в порядке реализации им полномочий, предусмотренных статьями 27 и 35 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ Номер «О прокуратуре Российской Федерации» и статьи 45 ГПК РФ.

Протокольным определением от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении ходатайства представителя ответчика о передачи дела по подсудности отказано.

Из материалов дела, пояснений сторон следует, что ФИО1 является клиентом ПАО «Сбербанк России»; ДД.ММ.ГГГГ между Банком и ФИО1 заключен договор банковского обслуживания Номер.

ДД.ММ.ГГГГ в рамках заключенного договора банковского обслуживания ФИО1 обратился в Банк с заявлением на получение дебетовой карты и открытии счета Номер

ДД.ММ.ГГГГ к карте истца подключен пакет услуги «Мобильный банк» с привязкой к номеру телефона Номер.

В судебном заседании истец ФИО1 указанные обстоятельства подтвердил, пояснив, что действительно на его телефоне установлено приложение «Сбербанк Онлайн», он зарегистрирован в системе «Сбербанк Онлайн» с привязкой номера Номер на который поступают сообщения от банка с номера Номер.

ДД.ММ.ГГГГ через приложение «Сбербанк Онлайн» от имени ФИО6 и ПАО «Сбербанк» заключен кредитный договор путем подписания индивидуальных условий договора потребительского кредита, в соответствии с которыми Банк предоставил заемщику ФИО1 денежные средства в сумме Номер руб. на Номер месяцев с взиманием за пользование кредитом Номер годовых, а заемщик обязался возвратить полученную сумму и уплатить проценты за пользование кредитом.

Возврат кредита и уплата процентов должны осуществляться ежемесячно в размере Номер., платежная дата ДД.ММ.ГГГГ каждого месяца (пункт 6).

В соответствии с пунктом 17 индивидуальных условий договора потребительского кредита заемщик просил зачислить сумму кредита на счет Номер

Кредитный договор заключен в электронном виде путем подписания договора заемщиком ФИО1 простой электронной подписью.

Банк перечислил на счет заемщика денежные средства в сумме Номер руб., что подтверждается выпиской по счету.

В судебном заседании истец ФИО1 суду пояснял, что кредитный договор не заключал, денежные средства не получал.

Согласно выписки из журнала СМС-сообщений в системе «Мобильный банк» ДД.ММ.ГГГГ. (здесь и далее время МСК) с мобильного устройства выполнен вход в систему «Сбербанк Онлайн» по номеру телефона Номер, принадлежащего клиенту ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ. на номер телефона истца поступило сообщение с текстом «Расчет кредитного потенциала. Код Номер. Никому не сообщайте». В ДД.ММ.ГГГГ. поступило сообщение о том, что кредитный потенциал рассчитан. Подробнее в приложении Сбербанк Онлайн. В ДД.ММ.ГГГГ. поступило сообщение с одноразовым кодом для подтверждения заявки на кредит на Номер годовых, карта зачисления Номер; ДД.ММ.ГГГГ мин. поступило сообщение о перечислении Номер

Как следует из выписок по счету Номер, открытого на имя ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ произведено зачисление денежных средств в сумме Номер руб.; в этот же день в ДД.ММ.ГГГГ. совершены покупки в <адрес> на суммы Номер. соответственно; место совершение операций указана <адрес>

Согласно выписки из ЕГРЮЛ место нахождение <адрес>» <адрес>; основной вид деятельности: торговля розничная бытовыми электротоварами в специализированных магазинах.

Из сообщения ФИО15», полученного по запросу суда, следует, что ДД.ММ.ГГГГ через интернет-магазин ФИО13 оформлены: заказ Номер: смартфон Номер – 1 шт. цена Номер.; планшет Номер) Номер заказ Номер - смартфон Номер – 1 шт. цена Номер. Указан способ получения: самовывоз из розничного магазина «ФИО10» «<адрес>» (<адрес>, ФИО16). Оба заказа оформлены на клиента с именем ФИО14, контактный телефон Номер. Также представитель ФИО12» сообщила порядок покупки товаров в интернет-магазине ФИО11

Согласно информации <данные изъяты>», направленной по запросу суда, номер телефона +Номер в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ принадлежал физическому лицу – ФИО3.

ФИО1 отрицал как ознакомление с индивидуальными условиями договора потребительского кредита и их согласование с Банком, так и совершение покупок у данного продавца.

Постановлением старшего следователя СО Отд МВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по заявлению ФИО1 в отношении неустановленного лица возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного частью 3 статьи 159 УК РФ; ФИО1 признан потерпевшим по уголовному делу.

Из показаний потерпевшего ФИО1, данных в ходе предварительного расследования уголовного дела, следует, что ДД.ММ.ГГГГ ему на сотовый телефон на «<адрес>» поступил звонок с абонентского номера Номер, звонил мужчина, представился сотрудником Сбербанка и пояснил, что на его имя в Сбербанке кто-то пытается взять кредит и кредитную карту под залог принадлежащего ему автомобиля, назвав номер кузова. Мужчина сообщил, что его сейчас переключит на сотрудника службы безопасности банка, который объяснит дальнейшие действий. После чего ему ответил мужчина, спрашивал его номер карты, однако у него ее не оказалось, тогда мужчина сообщил, что необходимо зайти в личный кабинет приложения «Сбербанк Онлайн». После того, как он зашел в приложение, мужчина ему говорил куда необходимо перейти и сообщил, что сейчас отправит ему на карту сумму Номер руб., а он в свою очередь должен отправить ее частями для того, чтобы закрыть кредит. Он (ФИО1) под диктовку сотрудника безопасности отправил денежные средства в сумме Номер

Из пояснений представителя процессуального истца помощника прокурора ФИО5 следует, что уголовное дело находится в стадии расследования, лицо, совершившее преступление, до настоящего времени не установлено.

Обращаясь в суд с иском о признании данного кредитного договора недействительным, прокурор указал, что кредитный договор заключен посредством системы «Сбербанк Онлайн» в отсутствие волеизъявления ФИО1 на его заключение и получение по нему денежных средств.

Статья 153 ГК РФ определяет, что сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1 статьи 420 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

В пункте 50 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по смыслу статьи 153 ГК РФ при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор и являющегося применительно к пункту 2 статьи 168 ГК РФ третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора, на что обращено внимание в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации Номер, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ (пункт 6).

Материалами дела подтверждается, что в момент совершения противоправных действий на телефон ФИО6 поступали смс-уведомления от кредитной организации с номера 900. Введенный в заблуждение ложными заверениями о необходимости защиты своего имущества (автомобиля), ФИО6 по инструкции третьего лица, действовавшим под видом сотрудника службы безопасности банка, сообщал ему коды подтверждения из данных сообщений, что привело к оформлений оспариваемого кредитного договора.

Статья 434 ГК РФ предусматривают, что договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма. Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 настоящего Кодекса. Письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 438 настоящего Кодекса.

Статьей 820 ГК РФ установлено, что кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

Пункт 1 статьи 160 ГК РФ закрепляет, что сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

В пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» содержится разъяснение о том, что в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся кредитный договор или договор банковского вклада, заключенный с нарушением требования о его письменной форме (статья 820, пункт 2 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из анализа приведенных норм следует вывод, что кредитный договор, подписанный от имени заемщика неустановленным лицом, не может подтверждать соблюдение его сторонами обязательной письменной формы при отсутствии волеизъявления истца на возникновение кредитных правоотношений.

В части 2 статьи 5 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. № 63-ФЗ «Об электронной подписи» определено, что простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

Условия признания электронных документов, подписанных электронной подписью, равнозначными документам на бумажном носителе, подписанным собственноручной подписью поименованы в статье 6 указанного Федерального закона.

В соответствии со статьей 9 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. № 63-ФЗ «Об электронной подписи» электронный документ считается подписанным простой электронной подписью при выполнении, в том числе одного из следующих условий: простая электронная подпись содержится в самом электронном документе; ключ простой электронной подписи применяется в соответствии с правилами, установленными оператором информационной системы, с использованием которой осуществляются создание и (или) отправка электронного документа, и в созданном и (или) отправленном электронном документе содержится информация, указывающая на лицо, от имени которого был создан и (или) отправлен электронный документ (часть 1).

В части 2 статьи 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» указано, что заключению договора должно предшествовать обращение заемщика с заявлением о предоставлении кредита, а в соответствии с пунктом 6 этой же статьи договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств.

Согласно пункту 14 статьи 7 приведенного закона № 353-ФЗ документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с настоящей статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет». При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Таким образом, действующее законодательство допускает возможность заключения кредитного договора с физическим лицом с использованием информационных сервисов и подписания его электронной подписью, признаваемых равнозначными документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, при подтверждении принадлежности электронной подписи в установленном законом или соглашением сторон порядке.

При этом Банк, действуя добросовестно и осмотрительно, учитывая интересы клиента и оказывая ему содействие, должен принять во внимание характер совершаемых операций и предпринять соответствующие меры предосторожности, чтобы убедиться в том, что данные операции в действительности совершаются именно клиентом и в соответствии с его волеизъявлением.

Согласно позиции Банка России, изложенной в Информационном письме от 3 февраля 2022 г. № ИН-02-59/6 «О порядке согласования с заемщиками индивидуальных условий договора потребительского кредита (займа)», индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) подлежат отражению в табличной форме и подписанию заемщиком. При этом частью 14 статьи 7 Закона о потребительском кредите установлена возможность подписания заемщиком индивидуальных условий договора потребительского кредита (займа) также с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность заемщику в соответствии с требованиями федеральных законов.

В рамах поведенческого надзора Банком России выявлено использование кредиторами практик заключения договора потребительского кредита (займа), при которых согласие заемщика выражается посредством совершения действий, свидетельствующих о его согласии с предлагаемыми кредитором индивидуальными условиями (конклюдентные действия), либо телефонного звонка в адрес кредитора с информированием последнего о согласии на получение потребительского кредита (займа) на предложенных индивидуальных условиях. Как в первом, так и во втором случае, по мнению Банка России, устанавливающего правила проведения банковских операций, заемщиком индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) не подписываются ни собственноручной подписью, ни ее аналогом. По мнению Банка России, подобные практики не могут быть признаны надлежащими и соответствующими требованиям Федерального закона № 353-ФЗ.

Из материалов дела, в том числе представленным стороной ответчика документов, следует, что все действия по оформлению заявки на оформление кредита, заключению кредитного договор выполнены путем набора цифрового кода-подтверждения.

Представителем ответчика представлены скриншоты оформления потребительского кредита через мобильное приложение «Сбербанк Онлайн», содержащие клиентский путь, а также даны соответствующие пояснения, в которых расписан порядок согласования индивидуальных условий кредитного договора при оформлении кредита через приложение «Сбербанк Онлайн».

Вместе с тем доказательств реального ознакомления ФИО6 с индивидуальными условиями оспариваемого кредитного договора не представлено.

По информации банка заявка на кредит, электронное подписание кредитного договора и зачисление денежных средств, произведено с ДД.ММ.ГГГГ (время московское) в течение ДД.ММ.ГГГГ секунд, что свидетельствует о том, что ФИО6 фактически условия кредитного договора не согласовывал, времени для ознакомления не имел.

Вопреки требованиям статьи 56 ГПК РФ ответчик не предоставил суду доказательств подтверждающих: действительность волеизъявления ФИО6 на заключение кредитного договора; доказательств, свидетельствующих о том, каким образом с заемщиком согласовывались индивидуальные условия кредитного договора, и каким образом банк убедился в том, что простая электронная подпись выполнена именно от имени заемщика, является ли она аналогом его собственноручной подписи в соответствии с установленными законом требованиям.

Само по себе соответствие действий ответчика внутренним правилам банка, направление на номер телефона истца смс-сообщений, содержащих краткую информацию о параметрах кредита, набор цифрового кода-подтверждения, не свидетельствуют о таковом.

Исследованные в судебном заседании доказательства позволяют сделать вывод, что ФИО6 совершались лишь технические действия, позволившие третьему лицу реализовать свое волеизъявление, в пользу кого Банком произведено исполнение обязательств по сделке. С самого начала и до конца ФИО6 руководствовался инструкциями неустановленного лица с целью, противоположной заключению кредитного договора, распоряжению им кредитными денежными средствами, и защите имущества.

В совокупности с другими доказательствами по делу, обращение ФИО1 в правоохранительные органы сразу после того, как ему стало известно о заключении договора, подтверждает его доводы об отсутствии воли на совершение этой сделки.

После перечисления кредитных денежных средств на счет истца в ДД.ММ.ГГГГ. совершены покупки в <адрес> на суммы Номер. соответственно.

Из выписки из журнала смс-сообщений в системе мобильный банк клиента ФИО1 следует, что во избежание мошенничества банк отклонил первую операцию на сумму Номер руб. и приостановил действие карты. Клиенту было предложено ожидать звонка с номера Номер либо самому обратиться по номеру Номер

В судебном заседании представитель ответчика пояснила, что после направления смс-сообщения клиенту об отклонении операции на сумму Номер руб. голосовой помощник Банка осуществил звонок на номер телефона ФИО1 для установления воли клиента на проведение операции.

В судебном заседании ФИО1 подтвердил факт поступления ему звонка от номера Номер, указав, что он ранее был проинформирован сотрудником безопасности банка о поступлении такого звонка и о том, что нужно сказать «да». После чего произведены две операции по переводу денежных средств на сумму Номер.

Более действий по блокировке операций по переводу денежных средств банком не производилось.

Однако данные действия ответчика не свидетельствуют о свободном волеизъявлении клиента, а напротив указывают на его введение в заблуждение.

Так, анализ движения денежных средств по счету ФИО1 указывает на то, что операции, осуществляемые клиентом по распоряжению денежных средств, существенно отличаются от операций по переводам, произведенным в день оформления оспариваемого кредитного договора (ДД.ММ.ГГГГ); совершаемые операции являлись необычными для ФИО6, не были типичными для него, в частности - клиент проживает и зарегистрирован в <адрес> <адрес>, в то время как магазин, в котором совершались покупки, расположен в <адрес>; ранее в данном магазине ФИО6 не совершал покупки. При этом товары были оформлены на имя третьего лица с указанием номера телефона, не принадлежащего клиенту. Банк, признав первую операцию как подозрительную, применил меры в виде блокировки транзакции и ограничения онлайн-операций, что подчеркивает их нетипичность для клиента, обсуживающегося с ДД.ММ.ГГГГ

Совершение в течении короткого периода времени крупных для клиента, обсуживающегося с ДД.ММ.ГГГГ г. операций по покупке в ранее не использовавшемся интерне-магазине обуславливало необходимость проявления Банком повышенной осмотрительности. Непринятие банком мер к блокировке счета и исполнение распоряжений без идентификации клиента и проверки его воли свидетельствует о неразумном и неосмотрительном проведении профессионального участника банковских правоотношений.

Приказом Банка России от ДД.ММ.ГГГГ № Номер, действующим в период совершения спорных банковских операций, установлены признаки осуществления перевода денежных средств без согласия клиента несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции, место осуществления операции, устройство, с использованием которого осуществляется операция и параметры его использования, сумма осуществления операции, периодичность (частота) осуществления операций, получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

При установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию (пункт 3 статьи 307 ГК РФ).

Пункт 1 статьи 10 ГК РФ закрепляет, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

С учетом указанного, суд приходит к выводу о том, что Банк не проявил должной осмотрительности как при заключении кредитного договора, так и при исполнении распоряжения по перечислению денежных средств, допустив нарушение, выразившееся в непринятии повешенных мер предосторожности: не убедился в том, что операции совершаются именно ФИО1 и в соответствии с его волеизъявлением, не довел именно до истца всю предусмотренную законом информацию, не предпринял достаточные меры, направленные на идентификацию клиента и его аутентификацию в информационной системе.

Основанием для принятия таких мер, по мнению суда, являлись не только нетипичные для клиента операции, но и сам факт подачи заявки на получение кредита с последующим незамедлительным распоряжением о перечислении кредитных средств для совершения покупок в интернет-магазине.

Данный вывод согласуется с определением Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ Номер-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Ю. на нарушение ее конституционных прав пунктом 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации».

Установленные обстоятельства свидетельствуют о том, что кредитный договор ФИО6 не заключал, а денежные средства фактически были предоставлены не ФИО1, а неустановленному лицу, действовавшему от его имени.

Заключение договора вследствие мошенничества, при котором потерпевшее лицо не осознает правовые последствия своих действий, считается неправомерным актом, противоречащим существу законодательного регулирования понятия сделки. В отличие от заключения сделки под влиянием обмана, где у лица есть воля на вступление в договорные отношения, которая сформирована несвободно в силу наличия заблуждения относительно каких-либо обстоятельств, в данном случае у потерпевшего отсутствует всякое намерение установить гражданские права и обязанности. В связи с изложенным такая сделка является ничтожной (пункт 2 статьи 168 ГК РФ, пункт 74 постановления Пленума от ДД.ММ.ГГГГ Номер). Следовательно, кредитный договор, заключенный от имени должника в результате мошеннических действий третьих лиц в отсутствие его воли на вступление в сделку, является ничтожным, о чем указано в Обзоре судебной практики по делам о банкротстве граждан, утвержденной Президиумом Верховного Суда Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ

Приведенное не позволяет признать заключенный с ФИО6 в электронной форме кредитный договор установленным законом требованиям, следовательно, исковое заявление прокурора, действующего в интересах ФИО6, подлежит удовлетворению.

Дальнейшие действия истца по снятию остатка денежных средств Номер руб. не свидетельствуют о его намерении заключить с Банком кредитный договор, а лишь указывают на его опасения против противоправных действий со стороны третьих лиц.

Действия ФИО6 по внесению платежей в счет погашения задолженности по основанному долгу и процентам в рамках оспариваемого кредитного договора также не свидетельствуют о том, что между сторонами в установленном законом порядке заключены договорные отношения по займу денежных средств.

Как следует из пояснений ФИО1, денежные средства вносились им с целью сохранения положительной кредитной истории.

Утверждение представителя ответчика о том, что к спорным правоотношениям подлежит применению годичный срок исковой давности, предусмотренный для оспоримых сделок, основан на неверном толковании закона.

Поскольку в соответствии с пунктом 2 статьи 168 ГК РФ незаконность сделки, посягающей на права третьего лица, влечет ее ничтожность, то в силу пункта 1 статьи 181 этого же кодекса срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года, а его течение начинается со дня ее исполнения.

Требования прокурора, заявленные в интересах ФИО2, удовлетворению не подлежат ввиду отсутствия правовых оснований; ФИО2 не является стороной оспариваемого договора. Совершение сделки между ее супругом и Банком само по себе не может рассматриваться как нарушение прав ФИО2, поскольку не порождает для нее юридически обязательных последствий.

На основании статьи 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию госпошлина в доход местного бюджета в размере, определяемом пунктом 1 статьи 333.19 НК РФ.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковое заявление прокурора <адрес>, действующего в интересах ФИО6, удовлетворить.

Признать договор потребительского кредита от ДД.ММ.ГГГГ Номер, заключенный между ФИО1 и ПАО «Сбербанк России», недействительным (ничтожным).

В удовлетворении остальной части искового заявления прокурора, действующего в интересах ФИО2, отказать.

Взыскать с ПАО «Сбербанк России» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Хакасия в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме через Таштыпский районный суд.

Председательствующий Н.С. Осипова

В окончательной форме решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ

Председательствующий Н.С. Осипова