УИД 78RS0017-01-2021-006490-71

Дело № 2- 417/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Долинск 20 сентября 2022 года

Долинский городской суд Сахалинской области в составе:

председательствующего судьи Савиновой О.П.

при секретаре Артамоновой Е.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Долинского городского суда гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, публичному акционерному обществу страховая компания «Росгосстрах» о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3, через представителя ФИО4, обратилась в Петроградский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов. В обоснование заявления указано, что 6 декабря 2017 года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «», государственный регистрационный знак № под управлением ФИО2 и автомобиля «ФИО13», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО14, принадлежащего истцу на праве собственности. В результате дорожно-транспортного происшествия её (истца) автомобиль получил механические повреждения. Решением Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 1 июля 2019 года установлено, что дорожно-транспортное происшествие произошло по причине нарушения Правил дорожного движения обоими водителями. На момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность ответчика была застрахована в ПАО «СК Росгосстрах». Согласно экспертному заключению № № от 6 марта 2020 года стоимость восстановительного ремонта автомобиля «», государственный регистрационный знак № без учета износа составляет 486 100,01 рублей, а с учетом износа по Единой методике — 200 700 рублей. Ссылаясь на статью 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации, просит взыскать с ФИО2 разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба – 142 700 рублей, расходы на представителя 20 000 рублей и на оплату госпошлины в размере 4 054 рублей.

Определением Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 17 марта 2022 года гражданское дело передано по подсудности в Долинский городской суд.

7 июня 2022 года ответчик ФИО2 представил возражения по иску, в которых просит применить последствия пропуска срока исковой давности и отказать истцу в удовлетворении иска. В обоснование возражений указал, что срок исковой давности для обращения с иском в суд, по его мнению, начал течь 6 декабря 2017 года (день ДТП) и истек 6 декабря 2020 года, тогда как в суд ФИО5 обратилась 26 апреля 2022 года.

14 июня 2022 года ФИО5, через представителя ФИО4, против применения срока исковой давности возражала, так как срок исковой давности должен исчисляться с момента вступления решения Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга в законную силу, то есть 5 декабря 2019 года, которым установлена вина ответчика в дорожно-транспортном происшествии. Таким образом, срок исковой давности начал течь с 6 декабря 2019 года и на день подачи искового заявления не истек.

21 июня 2022 года ответчик ФИО2 представил дополнительные возражения на отзыв истца, в которых указал, что в справке дорожно-транспортного происшествия установлены его участники, с указанием необходимых сведений. Из объяснений водителя ФИО15, данных инспектору ГИБДД непосредственно после дорожно-транспортного происшествия, следует, что она настаивала на обоюдной вине участников ДТП. Согласно заключению эксперта № от 10 февраля 2018 года установлена вина обоих водителей в нарушении Правил дорожного движения при совершении ДТП. Истец не лишен был возможности своевременно, в пределах срока исковой давности обратиться с настоящим иском в суд. Констатация факта обоюдной вины участников ДТП решением Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга сама по себе не может являться началом течения срока исковой давности, поскольку свидетельствует лишь о размере ущерба, который подлежал установлению в пределах трехлетнего срока исковой давности. Срок исковой давности для потерпевшего (истца) в данном случае исчисляется с момента возникновения ущерба, а не с момента, когда установлена вина второго участника дорожно-транспортного происшествия.

Определением суда от 21 июня 2022 года по ходатайству ответчика ФИО2 к участию в деле в качестве соответчика привлечено публичное акционерное общество страховая компания «Росгосстрах» (далее ПАО СК «Росгосстрах»).

До рассмотрения дела по существу ПАО СК «Росгосстрах» представило возражение по иску, в котором просило оставить исковое заявление ФИО3 без рассмотрения, поскольку ею не соблюден досудебный порядок урегулирования спора.

В судебное заседание лица, участвующие в деле, не прибыли, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, истец ФИО3, её представитель ФИО4, представитель ответчика ФИО6 просят рассмотреть дело без своего участия, о чем имеются телефонограммы.

Исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

На основании статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 3 статьи 1079 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В силу статьи 1064 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Статьей 929 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно статье 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

На основании статьи 10 указанного закона страховая выплата - денежная сумма, которая определена в порядке, установленном федеральным законом и (или) договором страхования, и выплачивается страховщиком страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю при наступлении страхового случая.

Из статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

На основании статьи 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации Юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В соответствии со статьей 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40 «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной настоящим Федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.

Если все участники дорожно-транспортного происшествия признаны ответственными за причиненный вред, страховщики осуществляют страховое возмещение в счет возмещения вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых ими застрахована.

В случае, если степень вины участников дорожно-транспортного происшествия судом не установлена, застраховавшие их гражданскую ответственность страховщики несут установленную настоящим Федеральным законом обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, в равных долях.

В пункте 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 58 от 26 декабря 2017 года «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснено, если из документов, составленных сотрудниками полиции, невозможно установить вину застраховавшего ответственность лица в наступлении страхового случая или определить степень вины каждого из водителей - участников дорожно-транспортного происшествия, лицо, обратившееся за страховой выплатой, не лишается права на ее получение. В таком случае страховые организации производят страховые выплаты в равных долях от размера ущерба, понесенного каждым потерпевшим (абзац четвертый пункта 22 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО3 является собственником автомобиля «», государственный регистрационный знак №.

Вступившим в законную силу решением Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 1 июля 2019 года, оставленным без изменения апелляционным определением Судебной коллегией по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 5 декабря 2019 года, исковые требования удовлетворены частично, с ФИО16 в пользу ФИО2 взыскана стоимость восстановительного ремонта автомашины в размере 37 530 рублей и компенсация морального вреда в суме 250 000 рублей; в удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Указанным решением установлено, что 6 декабря 2017 года в 12 часов 20 минут в водитель ФИО17 управляя автомобилем «», государственный регистрационный знак №, двигаясь по , при совершении разворота, не уступила дорогу автомобилю «», государственный регистрационный знак № управлением водителя ФИО2, движущемуся во встречном направлении прямо, в результате чего произошло столкновение указанных автомобилей. В результате данного дорожно-транспортного происшествия водитель ФИО2 получил повреждения и с места дорожно-транспортного происшествия был доставлен в

ФИО18 на автомобиле «», подъехав к перекрестку на зеленый сигнал светофора, остановилась на трамвайных путях, что соответствует требованиям пункта 8.5 Правил дорожного движения, ожидала возможности произвести маневр, находясь в колонне из нескольких автомашин, которые также пропускали встречный транспорт для поворота налево на .Траектория движения автомашины зафиксирована в схеме места ДТП и объективно свидетельствует о том, что водитель ФИО19 выехала не перекресток с трамвайных путей.

Но при этом из материалов следует, что водитель ФИО20 начала осуществлять маневр разворота, не убедившись в отсутствии встречных автомашин, и в этом её действия не соответствуют требованиям пункта 13.4 Правил дорожного движения.

В действиях водителя ФИО2 имеется нарушение положений абзаца 2 пункта 10.1 Правил дорожного движения (при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства).

Какие-либо доказательства того, что водитель ФИО2 не имел возможности обнаружить опасность для движения и принять своевременные меры, предписанные Правилами дорожного движения, истцом не представлены.

В соответствии с частью 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Учитывая иной состав лиц, участвующих в настоящем деле, а также то обстоятельство, что истец не была привлечена к участию в деле при разрешении спора о взыскании с ФИО21 в пользу ФИО2 стоимости восстановительного ремонта автомашины и компенсации морального вреда, то и принятое в рамках рассмотрения гражданского дела судебное постановление не может быть принято в качестве преюдициального.

Между тем, суд принимает во внимание приведенное судебное постановление на основании части 1 статьи 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации как письменное доказательство, содержащее сведения об обоюдной вине водителей транспортных средств в совершении дорожно-транспортного происшествия. Приведенные обстоятельства не оспорены лицами, участвующими в деле, при рассмотрении настоящего спора.

На момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность ответчика ФИО2 была застрахована в ПАО СК «Росгосстрах».

Посредством телефонограммы 17 мая 2022 года представитель истца ФИО4 сообщил, что истец просит взыскать с ответчика часть ущерба, которую не покрывает страховая, то есть разницу между ущербом по методике Минюста без износа и ущербом по единой методике с износом (то, что должна была страховая компания заплатить). В страховую компанию истец не обращалась, поскольку автомобиль отремонтирован. Страховая компания истца отказала в выплате, поскольку необходимо обращаться в страховую компанию виновника.

Из ответа на запрос суда следует, что ФИО3 обращалась в за выплатой страхового возмещения в результате дорожно-транспортного происшествия, однако письмом от 22 июня 2018 года в выплате отказано, со ссылкой на статью 14.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Согласно ответу ПАО СК «Росгосстрах» на запрос суда от 12 сентября 2022 года, 28 августа 2018 года ФИО3 обратилась с заявлением о выплате возмещения в ПАО СК «Росгосстрах». 4 сентября 2018 года ПАО СК «Росгосстрах» направило ей телеграмму с уведомлением о необходимости предоставить транспортное средство на осмотр. 6 сентября 2018 года Общество продублировало направление телеграммы в адрес ФИО3 Согласно отчета Центрального Телеграфа, телеграммы вручены не были, адресат по извещениям за телеграммами не явился. 13 сентября 2018 года ПАО СК «Росгосстрах», руководствуясь абзацем 4 пункта 11 статьи 12 Закона об ОСАГО, вернул первоначальный пакет документов ФИО3 без рассмотрения, одновременно уведомив истца о том, что она имеет право на повторное обращение.

Согласно экспертному заключению № № от 6 марта 2020 года стоимость восстановительного ремонта транспортного средства истца без учета износа по рыночным ценам составила 486 100,01 рублей; стоимость восстановительного ремонта с учетом износа по Единой методике составила 200 700 рублей. Истец просит взыскать с ответчика разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба — 142 700 ( 486 100,01 рублей — 200 700 рублей) рублей.

При таких обстоятельствах, у истца ФИО3 имеется охраняемый законом интерес в возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего в результате столкновения автомобилей под управлением ФИО2 и дочери истца ФИО22

О том, что ФИО23 приходится истцу дочерью, подтверждается записью акта о рождении № от ДД.ММ.ГГГГ, составленной отделом ЗАГС

Рассматривая заявление ответчика ФИО2 о применении срока исковой давности, который, по его мнению, должен исчисляться с момента дорожно-транспортного происшествия, суд приходит к следующему.

На основании статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28 февраля 1995 года № 2/1 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что заявление стороны в споре о применении срока исковой давности является основанием к отказу в иске при условии, что оно сделано на любой стадии процесса до вынесения решения судом первой инстанции и пропуск указанного срока подтвержден материалами дела.

Истечение срока исковой давности в силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации является основанием к вынесению судом решения об отказе в удовлетворении иска.

Иск, возникающий из обязательства вследствие причинения вреда, может быть предъявлен в суд в пределах общего срока исковой давности, установленного статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, равного трем годам.

Таким образом, применительно к возникшим между сторонами настоящего спора деликтным правоотношениям, срок исковой давности для предъявления требований о взыскании материального ущерба следует исчислять с момента наступления события, вследствие которого причинен имущественный вред, то есть с даты дорожно-транспортного происшествия, поскольку именно с этой даты у ФИО3 возникло право предъявления требования о возмещении ущерба.

Непосредственно после произошедшего 6 декабря 2017 года дорожно-транспортного происшествия с участием сторон ФИО3 знала о своем нарушенном праве, так как из объяснений ФИО24. (дочери истца) от 6 декабря 2017 года, в день дорожно-транспортного происшествия управляющей автомобилем истца, имеющихся в материале по факту дорожно-транспортного происшествия следует, что дорожно-транспортное происшествие произошло как по её вине, так и по вине ФИО2, так как оба завершали движение на желтый сигнал светофора.

Согласно выводам эксперта в заключении № от 10 февраля 2018 года виновными в совершении дорожно-транспортного происшествия являются оба водителя, нарушившие Правила дорожного движения.

То обстоятельство, что за рулем автомобиля на момент дорожно-транспортного происшествия находилась не истец, а её дочь, которая активно по интернету искала свидетелей дорожно-транспортного происшествия, заявляла ходатайства о допросе свидетеля, о назначении независимой автотехнической экспертизы (о чем свидетельствуют ходатайства, объявление, размещенное в сети интернет имеющиеся в материале ДТП), не означает, что истец не знала о данных обстоятельствах.

Довод истца о том, что срок для обращения её в суд с настоящим иском не пропущен, так как только решением Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 1 июля 2019 года, вступившим в законную силу 5 декабря 2019 года, установлена обоюдная вина водителей в совершении дорожно-транспортного происшествия, суд считает несостоятельным, по следующим основаниям.

О том, что истец знала об обоюдной вине водителей в совершении дорожно-транспортного происшествия до принятия Дзержинским районным судом города Санкт-Петербурга решения суда, свидетельствуют её обращения за возмещением ущерба сначала в свою страховую компанию в июне 2018 года, а после отказа ей в выплате страхового возмещения, в страховую компанию ответчика ПАО СК «Росгосстрах» - 28 августа 2018 года.

Срок исковой давности для потерпевшего в данном случае исчисляется с момента возникновения ущерба, а не с момента, когда истцом будет определен ответчик по указанным исковым требованиям. Гражданский кодекс Российской Федерации и иные законы не определяют начало течения срока исковой давности с момента, когда истец узнал, кто является ответчиком по возникшему спору как изъятие из общих правил исчисления сроков исковой давности, установленных действующим законодательством.

Дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей «», государственный регистрационный знак № под управлением ФИО2 и автомобиля «», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО25 принадлежащего истцу, произошло 6 декабря 2017 года, в то время как исковое заявление подано ФИО7 в Петроградский районный суд города Санкт-Петербурга 7 октября 2021 года, то есть с пропуском срока исковой давности.

Учитывая, что истец обратилась в суд 7 октября 2021 года, а ответчиком заявлено о применении пропуска срока исковой давности, то суд отказывает ФИО3 в удовлетворении её требования о взыскании материального ущерба по основанию истечения срока исковой давности.

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

На основании статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей и другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В силу части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Поскольку истцу отказано в удовлетворении исковых требований, суд не находит оснований для взыскания с ФИО2 судебных расходов и расходов на представителя в размере 36 054 рублей.

Довод представителя ПАО СК «Росгосстрах» об оставлении искового заявления без рассмотрения, так как истцом не соблюден досудебный порядок урегулирования спора, суд не принимает во внимание, поскольку ФИО3 не предъявляет требование к страховой компании, просит взыскать материальный ущерб с ответчика ФИО2 с учетом разницы между страховым возмещением и фактическим размером ущерба. ПАО СК «Росгосстрах» привлечено к участию в деле по ходатайству ответчика ФИО2 Кроме того, на момент рассмотрения дела, автомобиль истца (со слов представителя истца ФИО4) уже отремонтирован.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

ФИО3 в удовлетворении исковых требований к ФИО2, публичному акционерному обществу страховая компания «Росгосстрах» о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов, отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Сахалинский областной суд через Долинский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий О.П. Савинова

Мотивированное решение составлено 21 сентября 2022 года.