Решение по делу № 2А-1455/2025 от 29.04.2025 - о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей.

№ 2а-1455/2025

УИД 78RS0007-01-2025-000795-96

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

28 апреля 2025 года г. Санкт-Петербург

Колпинский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Александриной И.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Негривода А.И.

с участием административного истца ФИО2,

представителя административных ответчиков ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в режиме видеоконференцсвязи с ФКУ ИК-29 ГУФСИН России по Архангельской области административное дело по административному иску ФИО2 к к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФСИН России о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в Колпинский районный суд Санкт-Петербурга с административным исковым заявлением к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области о присуждении компенсации за ненадлежащие условия содержания по стражей. В обоснование заявленных требований ФИО2 указывает, что в период ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области (далее – СИЗО-1). Условия его содержания были нарушены: санитарная площадь камер была не соблюдена, отсутствовало горячее водоснабжение, имелись двухярусные кровати, два стола, один из которых находится в полуметре от санузла, бетонный пол и сырость, санузел не соответствовал достаточной степени приватности. Административный истец считает, что его права нарушены условиями содержания в камере, в связи с чем, просит признать незаконными действия (бездействие) ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, взыскать компенсацию в размере 300 000 руб.

Административный истец ФИО1 в судебном заседании суду пояснил, что в период нахождения в СИЗО в 2007 г. он приобрел заболевания от которых он страдает по настоящее время, ранее суду пояснил, что он болен гепатитом, ВИЧ, туберкулезом, кроме того, у него проблемы с желудком - язва, вследствие чего, считал, что ему подлежит выплате компенсация, так как указанные им условия содержания привели к ухудшению его здоровья. Просил суд восстановить ему срок для признания действий незаконными. В настоящем судебном заседании суду пояснил, что он приобрел болезни – гепатит, туберкулез и язву желудка. Не смог обосновать в связи с чем, своевременно не обратился в суд, в качестве доказательств в обоснование своих требований ссылался на многочисленные судебные акты вынесенные Колпинским районным судом г.Санкт-Петербурга в отношении лиц, с которыми он в настоящее время отбывает наказание. На вопросы суда о сроках обращения с иском в суд, указал, что ранее он не знал о такой возможности. О нарушении своих прав узнал в 2025 г., после чего обратился в суд. Не отрицал, что с 2007 г. по 2020 г. были периоды, когда он не отбывал наказание и не находился в исправительных учреждениях и изоляторе временного содержания.

Представитель административных ответчиков ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФСИН России –ФИО3 в судебном заседании возражал против удовлетворения требований, суду пояснил, что сроки на обращение с настоящим исковым заявление истцом пропущены и уважительных причин для их восстановления не имеется.

Представители заинтересованных лиц в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения дела.

В связи с чем, учитывая положения статей 45, 96, 100, 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц при условии их надлежащего извещения в порядке статьи 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Суд, в силу ч. 2 ст. 14 КАС РФ, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, создав все условия для установления фактических обстоятельств дела, предоставив сторонам возможность для реализации ими своих прав, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам статьи 84 КАС РФ, на основании фактических обстоятельств дела, с учетом пояснений лиц, участвующих в деле, приходит к следующему.

Ст. 46 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

В соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 г. никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Как разъяснено в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2003 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» в практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.

Следует учитывать, что в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству.

Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

В соответствии с ч. 1 ст. 218, ч. 2 ст. 227 КАС РФ необходимым условием для удовлетворения административного иска, рассматриваемого в порядке главы 22 КАС РФ, является наличие совокупности обстоятельств, свидетельствующих о несоответствии оспариваемых решения, действий (бездействия) административного ответчика требованиям действующего законодательства и нарушении прав административного истца.

В соответствии с частью 1 статьи 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

В соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 г., статей 2, 17, 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Федеральная служба исполнения наказаний является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим правоприменительные функции, в том числе, функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных, функции по содержанию лиц, подозреваемых либо обвиняемых в совершении преступлений.

В силу пункта 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний (утв. Указом Президента Российской Федерации от 13.10.2004 г. № 1314) основными задачами ФСИН России являются исполнение в соответствии с законодательством Российской Федерации уголовных наказаний, содержание под стражей лиц, подозреваемых либо обвиняемых в совершении преступлений, и подсудимых, обеспечение правопорядка и законности в учреждениях, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы и в следственных изоляторах, обеспечение безопасности содержащихся в них осужденных, лиц, содержащихся под стражей, а также работников уголовно-исполнительной системы, должностных лиц и граждан, находящихся на территориях этих учреждений и следственных изоляторов.

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом от 15.07.1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее – ФЗ №103-ФЗ от 15.07.1995 г.).

В соответствии со ст. 4 ФЗ №103-ФЗ от 15.07.1995 г. содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В соответствии со ст. 8 ФЗ №103-ФЗ от 15.07.1995 г., следственный изолятор является учреждением, предназначенным для содержания подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу. Одной из основных задач следственного изолятора является - создание условий, исключающих возможность подозреваемых и обвиняемых, содержащихся под стражей скрыться от следствия и суда, а осужденных к лишению свободы, уклонится от отбытия наказания.

Одними из основных целей деятельности учреждения являются: содержание под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, исполнение в соответствии с законодательством Российской Федерации уголовных наказаний; охрана прав, свобод и законных интересов подозреваемых, обвиняемых и осужденных; обеспечение правопорядка и законности в Учреждении, безопасности подозреваемых, обвиняемых и осужденных, а также работников Учреждения и иных лиц, находящихся на его территории; создание подозреваемым, обвиняемым и осужденным условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

Принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека (далее - запрещенные виды обращения). Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц

Условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания (статьи 17, 21 и 22 Конституции Российской Федерации). Возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.

Под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений (далее - режим мест принудительного содержания) реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления, в общественные наблюдательные комиссии (ст. 33 Конституции Российской Федерации, ст. 2 Федерального закона от 02.05.2006 года №59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», п. 2 ч. 1 ст. 15 Федерального закона от 10.06.2008 г. № 76-ФЗ «Об общественном контроле за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания и о содействии лицам, находящимся в местах принудительного содержания», п. 4 ч. 1 ст. 7 Федерального закона от 26 апреля 2013 года № 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», п. 7 ст. 17 Федерального закона от 15.07.1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», ч. 4 ст. 12, ст. 15 УИК РФ, п. 2 ст. 8 Федерального закона от 24.06.1999 г. №120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних»).

Лишенные свободы лица вправе оспорить по правилам Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации действия (бездействие), решения либо иные акты органов или учреждений, должностных лиц, которые нарушают или могут нарушить условия содержания при исполнении названных процессуальных решений (главы 21, 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации) (п.п. 4, 13, 14 названного Постановления Пленума от 25.12.2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания»).

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

Следует также отметить, что Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что применение к лицу, совершившему преступление, наказания в виде лишения свободы предполагает изменение привычного уклада жизни осужденного, его отношений с окружающими и оказание на него определенного морально-психологического воздействия, чем затрагиваются его права и свободы как гражданина и изменяется его статус как личности. Лицо, совершающее умышленное преступление, должно предполагать, что в результате оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах, то есть такое лицо сознательно обрекает себя и своих близких на ограничения, в том числе в правах на общение с членами семьи, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную жизнь (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16.02.2006 года № 63-О, от 20.03.2008 года № 162-О-О, от 23.03.2010 г. № 369-О-О).

Положениями ст. 15 ФЗ №103-ФЗ от 15.07.1995 г. установлено, что в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Как следует из содержания административного искового заявления, ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

Административный истец суду пояснил, что в указанный им период времени его здоровью был причинен вред – он получил заболевания: гепатит, туберкулез и язву желудка, вследствие чего, он в настоящее время продолжает испытывать морально ненравственные страдания, заболевания возникли ввиду ненадлежащих условий его содержания в СИЗО.

Оценивая данные доводы истца, суд полагает необходимым отметить следующее.

В соответствии с медицинскими стандартами оказания медицинской помощи больным вирусным гепатитом, следует, что гепатиту классифицируются по механизму заражения: фекально-оральным механизмом передачи, в том числе через контакт с инфицированным лицом и парентальным способом – инфицирование кровью и половым путем.

Тем же способом происходит заражение туберкулезом, если оно не является осложнением сопутствующего хронического заболевания легких вызванного поражением дыхательных функций организма.

Таким образом, исходя из пояснений Олару следует, что за месяц нахождения в СИЗО -1 он был заражен вирусным гепатитом, туберкулезом, а также приобрел язву желудка, которые на протяжении прошедших 18 лет по настоящее время вызывают у него осложнения и причиняют тем самым морально- нравственные страдания.

Однако, суд полагает необходимым отметить, что в период нахождения в СИЗО-1, Олару сотрудниками изолятора инвазивная медикаментозная помощь не оказывалась и данные об этом истцом не представлено.

Также из сути и содержания иска и доводов истца не следует, что в период нахождения в СИЗО, он был подвергнут физическому насилию со стороны лица, имеющего хронические заболевания, которые переданы ему половым путем и в связи с чем, сотрудниками СИЗО ему не была оказана помощь, либо он был оставлен в беспомощном состоянии повлекшим по отношению к нему действия сексуального характера.

Олару кроме того, не смог определить для суда лиц, с которыми он находился совместно в камерах и которые являлись бы носителями открытой формы туберкулеза, в результате чего, он приобрел данное заболевание вследствие прямого контакта с ними.

Отсутствуют также, какие либо данные о том, что Олару в силу особенностей его организма на момент поступления в СИЗО требовалась бы специальная диета, либо получение медикаментозных препаратов, отсутствие которых, либо ненадлежащее питание и послужили причиной образования поражения желудочно-кишечного тракта в результате чего, у него на протяжении 18 лет имеется острая форма язвы желудка.

Истец в настоящем судебном заседании суду пояснил, что ответчик обязан хранить его медицинскую документацию и представить ее в суд как доказательство заявленных им требований, что не только противоречит принципам состязательности процесса, но и административным регламентам и нормативным актам, регулирующим деятельность изоляторов временного содержания, в чьи функции не входит сбор и хранение личной документации лиц, в них пребывающих.

В своем исковом заявлении Олару не указал ни одного факта, подтверждающего прохождение им медицинского обследования, установление диагноза, назначения специфического лечения, ссылаясь на то, что он не может предоставить суду свою карту, ввиду боязни ее утраты.

Однако для подтверждения доводов иска истец не только мог указать медицинские учреждения в которых данная медицинская документация хранится, но и сообщить суду сведения, которые могли быть проверены иным способом, нежели истребования амбулаторной карты.

Суд отмечает, что с 2007 г. по 2020 г. имелись периоды, когда Олару не отбывал наказание и не находился под стражей, ни одного документа свидетельствующего, либо подтверждающего его доводы им не представлено, то обстоятельство, что в настоящее время у него могут иметься какие-либо заболевания, не только не означает, что они получены в период нахождения в СИЗО-1, но и не влекут за собой наступления ответственности изолятора, поскольку отсутствует причинно-следственная связь для этого.

Также, суд полагает необходимым отметить, что не имеется ни одного документа, свидетельствующего, что на протяжении всех 18 лет, Олару с 2007 г., с лицами, имеющими указанные им заболевания, контактов вне пребывания в СИЗО-1, не имел.

Отсутствуют и медицинские документы, свидетельствующие о том, что на протяжении 18 лет Олару страдает тяжелой формой поражения желудочно-кишечного тракта, вызванного особенностями его питания в СИЗО -1 в 2007 г. в течении одного месяца.

Олару также не смог определить для суда медицинские учреждения, где он с 2007 г. по 2020 г. наблюдался, обследовался, где и когда впервые ему были диагностированы указанные им диагнозы и когда он был поставлен на специальный профилактический учет.

Суд полагает необходимым указать, что отсутствие документов в период содержания Олару под стражей в 2007 г. (ввиду их уничтожения за давностью лет) не может являться основанием для удовлетворения требований истца только по этому основанию.

Тот факт, что Олару самостоятельно распорядился своими правами обратившись за их защитой по истечении столь длительного периода времени, будучи находясь в местах лишения свободы, ограничен в своих действиях - не освобождает его от обязанности представления доказательств, подтверждающих доводы иска.

Из возражений ответчика СИЗО-1 следует, что отсутствие горячей воды в камере осуществлялось при наличии такой возможности.

Решением ВС РФ от 23.04.2019 г. аб.15 п.42 признан не противоречащим действующему законодательству в части несоответствия стандартам оборудования камер по числу посадочных мест столами и скамейками количеству лиц, содержащихся под стражей, светильниками ночного освещения, телевизорами, холодильниками, а также вентиляционным оборудованием.

Как следует из возражений ответчиков и представленных в материалы дела документов - камерные помещения, в которых пребывал Олару, имели площадь 8 кв.м., были оборудованы спальными местами по количеству лиц, содержащихся в камере, столом, скамейками, посадочными местами, соответствующими числу лиц, содержащихся в камере, санитарным узлом, водопроводной водой, подаваемой централизованно из городской сети (ввиду отсутствия горячей воды в камерные помещения выдавались водонагревательные приборы), полкой для продуктов, вешалкой для верхней одежды, полкой для туалетных принадлежностей, настенным зеркалом, светильниками ночного и дневного освещения, естественным освещением (окном), розетками для подключения электроприборов, вентиляционной отдушиной, централизованным отоплением, на полу линолеум. Унитаз был отдельно стоящим со сливным механизмом и огражден от остального помещения, что обеспечивало его приватность. Вентиляция осуществлялась через вентиляционные шахты. С целью предупреждения возникновения инфекционных заболеваний ежемесячно проводилась профилактическая дезинфекция, дезинсекция и дератизация, санитарная обработка производилась при выявлении насекомых и грызунов.

Ежедневно производилась уборка с целью недопущения образования грязи и плесени, для чего в каждом помещении имелся инвентарь.

Всем подследственным, обвиняемым, осужденным предоставлялось право приобретения в магазине СИЗО-1 в посылках и передачах в постоянное пользование электрических водонагревательных приборов заводского изготовления.

Вышеизложенное подтверждено представленными в материалы дела справками начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

Как пояснил представитель административного ответчика ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области, административный истец каких-либо жалоб от административного истца относительно нарушения санитарной площади камер в отношении него, в период нахождения в СИЗО - не подавал. Требования санитарной нормы камеры были соблюдены. Согласно ст. 23 ФЗ №103-ФЗ от 15.07.1995 г. подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Капитальный ремонт, изменения конструктивных особенностей, а также переоборудование камер в период 2007 г. по момент закрытия изолятора не проводились.

Частью 1 статьи 61 КАС РФ установлено, что доказательства являются допустимыми, если они отвечают требованиям, указанным в статье 59 этого же Кодекса.

Обстоятельства административного дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими иными доказательствами.

В соответствии с частью 1 статьи 62 КАС РФ лица, участвующие в деле, обязаны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований или возражений.

Согласно пояснениям представителя административного ответчика ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области, административным истцом в нарушение положений статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации не представлено доказательств, доподлинно свидетельствующих о том, что административный истец в действительности содержался с нарушением санитарной нормы.

Суд отмечает, что Олару не представлено доказательств того, что изложенные им в иске нарушения послужили причиной возникновения у него болезней и как следствие морально-нравственных страданий.

Кроме того, суд полагает необходимым отметить, что Олару иск подан на том основании, что это сделали лица, с которыми он в настоящее время отбывает наказание, поскольку в их пользу приняты как он полагает идентичные положительные решения и так как это является безусловным основанием для рассмотрение его иска тем же образом, и не требует какого либо дополнительного подтверждения.

Суд учитывает, что административным истцом не приведено конкретных доказательств, которые бы подтверждали, что нарушение санитарной нормы ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области в отношении него - имели место быть.

При этом в указанной части суд полагает, что действуя разумно и осмотрительно, административный истец мог обратиться с заявлением к администрации ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области с требованиями в установленные законом сроки, что в том числе позволило бы устанавливать обстоятельства не по прошествии длительного периода времени, а в моменте имеющихся по мнению истца нарушений.

В ч. 1 ст. 61 КАС РФ установлено, что доказательства являются допустимыми, если они отвечают требованиям, указанным в ст. 59 этого же Кодекса.

Обстоятельства административного дела, которые, согласно закону, должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими иными доказательствами.

В соответствии с ч. 1 ст. 62 КАС РФ лица, участвующие в деле, обязаны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований или возражений.

В силу ч. 1 ст. 84 КАС РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в административном деле доказательств.

Истец обосновать свое бездействие на протяжении 18 лет, а также представить доказательства невозможности подачи искового заявления в период нахождения в СИЗО и после освобождения – не смог.

Каких-либо доводов, свидетельствующих об уважительности причин пропуска срока кроме ссылок на аналогичные решения суда, принятые в отношении лиц, с которыми он совместно находился в камере – суду не представил.

Таким образом, разрешая заявленные требования по существу, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам, установленным ст. 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд не находит правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

Согласно пояснениям представителя административного ответчика ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области, административным истцом в нарушение положений ст. 62 КАС РФ не представлено доказательств, доподлинно свидетельствующих о том, что административный истец в действительности содержался с нарушением санитарной нормы, повлекшей за собой в том числе вред здоровью.

Суд учитывает, что административным истцом не приведено конкретных доказательств, которые бы подтверждали, что нарушение санитарной нормы камерном помещении ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области в отношении него имело место быть.

Исходя из того, что нормами действующего законодательства предусмотрена обязанность администрации следственных изоляторах во всех случаях размещать лиц, в камеры норма санитарной площади в камере, которой на одного человека должна приходится в размере четырех квадратных метров, принимая во внимание конкретные обстоятельства настоящего дела, в том числе, то обстоятельство, что размещение лиц по камерам в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области осуществляется в строгом соответствии с требованиями ФЗ №103-ФЗ от 15.07.1995 г., суд не находит состоятельными доводы административного истца о ненадлежащих условиях содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

Систематического и постоянного нарушения права ФИО2 судом не установлено, факта причинения ему физических и нравственных страданий, обстоятельства, унижающие его человеческое достоинство, в ходе рассмотрения дела установлены не были.

Доводы административного истца относительно того, что он испытывал нравственные страдания в период содержания под стражей в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области объективно ничем не подтверждены, как и то, что принесение указанных страданий вызвано или могло быть вызвано допущением какого-либо нарушения со стороны сотрудников ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области условий содержания административного истца под стражей в указанном учреждении, то есть довод о возможном наличии причинно-следственной связи между принесенными страданиям и действиями сотрудников ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области является несостоятельным.

Каких-либо надлежащих доказательств, свидетельствующих о том, что административному истцу были причинены моральные страдания, последним в материалы дела представлено не было.

Разрешая настоящий спор, суд, руководствуясь требованиями действующего законодательства, оценив по правилам ст. 84 КАС РФ собранные по делу доказательства в их совокупности, не находит законных оснований для удовлетворения заявленных административным истцом требований, поскольку исходит из того, что в ходе судебного разбирательства не установлено достаточных доказательств, с бесспорностью подтверждающих допущенные в отношении ФИО2 нарушения условий его содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по городу Санкт-Петербургу.

Согласно статье 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в административном деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимосвязь доказательств в их совокупности.

Анализируя представленные сторонами доказательства в их совокупности, исходя из вышеуказанных норм материального права, учитывая конкретные обстоятельства дела, суд приходит к выводу о том, что условия содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области соответствуют установленным требованиям с учетом режима указанного учреждения, доказательств оспариваемых административным истцом действий административного ответчика ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области в ходе судебного разбирательства не представлено, что свидетельствует об отсутствии у административного истца права на компенсацию.

Суд не усматривает оснований для взыскания компенсации по вышеизложенным обстоятельствам, учитывая отсутствие доказательств причинения ФИО2 нравственных страданий вследствие несоответствия условий содержания истца в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области при наличии вины сотрудников, должностных лиц учреждения, или при наличии их противоправных действий. Обстоятельства дела свидетельствуют о том, что условия содержания административного истца в исследуемой по данным доводам части соотносятся с требованиями Федерального закона от 15.07.1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», доказательств обратного суду не представлено.

Помимо прочего, административным истцом пропущен установленный частью 1 статьи 219 КАС РФ срок для обращения с исковым заявлением в суд, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении административного иска.

Согласно ч. 1 ст. 219 КАС РФ, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

На основании ст.ст. 218, 227 КАС РФ суд в решении может указать на необходимость принятия решения по конкретному вопросу, совершения определенного действия либо на необходимость устранения иным способом допущенных нарушений прав, свобод и законных интересов административного истца только в случае признания незаконными действий (бездействия) и решений государственных органов и должностных лиц. То есть указание на способ восстановления нарушенных прав административного истца без оценки законности таких решений невозможно.

Вопрос о взыскании в пользу административного истца соответствующей компенсации носит производный характер от основного требования, сводящегося к вопросу о законности действий администрации учреждения, в котором он содержался в рассматриваемый период.

В данном случае судом достоверно установлено, что о предполагаемом нарушении своих прав административному истцу стало известно в момент, когда такие нарушения были допущены, то есть в конкретный период времени с 01.04.2007 г. по 06.05.2007 г., однако в суд с иском он обратился лишь 04.02.2025 г., и при этом доказательств, объективно исключающих возможность обращения в суд в установленные Кодексом сроки, административный истец не представил.

Пропуск административным истцом установленного законом срока на обращение в суд, в отсутствие уважительных причин для его восстановления в силу прямого указания, содержащегося в ч. 8 ст. 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, служит самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении административного иска.

При таком положении суд считает необходимым в удовлетворении административных исковых требований ФИО2 отказать в полном объеме.

Согласно ч. 1 ст. 104 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации льготы по уплате государственной пошлины предоставляются в случаях и порядке, предусмотренных законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

Судом истцу ранее была предоставлена отсрочка оплаты государственной пошлины, на основании изложенного, с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

На основании вышеизложенного, руководствуясь положениями статей 175-180 КАС РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении административного искового заявления ФИО2 к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей – отказать.

Взыскать с ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) в доход соответствующего бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

На решение суда лицами, участвующими в деле, может быть подана апелляционная жалоба в Санкт-Петербургский городской суд через Колпинский районный суд Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья И.А. Александрина

Решение суда принято в окончательной форме 29 апреля 2025 года.