Дело № 2 – 688 / 2025 УИД:28RS0017-01-2025-000791-52
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
20 июня 2025 года г. Свободный
Свободненский городской суд Амурской области
в составе председательствующего судьи Осокиной О.Ю.,
при секретаре Савельевой Л.Ю.,
с участием прокурора Гундаревой К.В.,
с участием истца ФИО2, его представителя адвоката Дегтяревой Т.М., представителя ответчика ФИО9,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ООО «Амурская Теплосетевая Компания» об установлении факта трудовых отношений, защите трудовых прав, компенсации морального вреда, возмещении судебных расходов,
установил:
04.04.2025 ФИО2 обратился в суд с иском, указав следующее. Он проживает в с. ФИО1 --, и в течение длительного времени, ежегодно, на отопительный период, принимался на работу на должность машиниста-кочегара котельной, работающей на твердом топливе и расположенной в этом же селе. При приеме на работу с ним заключались срочные трудовые договоры в письменном виде, с чем он был согласен. Отопительный сезон 2024-2025 года проводило ООО «Амурская Теплосетевая Компания».
01.10.2024 его фактически приняли на работу на должность машиниста-кочегара, установив рабочее время следующим образом: первые сутки с 08:00 до 20:00, вторые сутки с 20:00 до 08:00, следующие двое суток выходные. График выхода на работу висел в котельной. Кроме того, велся журнал учета приема-передачи смен, где расписывались в обязательном порядке как машинист котельной сдающий смену, так и машинист котельной принимающий смену. Приходя на рабочее место он принимал помещение, проверял температуру котлов, чистоту в помещении. Старшим на котельной был мастер ФИО7, который вел табель учета рабочего времени.
01.10.2024 ответчик заключил с ним договор возмездного оказания услуг --. При этом он считал, что это трудовой договор, т.к. он работал по графику смен, подчинялся мастеру котельной ФИО7, и получал заработную плату.
22.10.2024 согласно установленного графика он вышел на работу в дневную смену с 08:00 до 20:00 часов. Котельная работает на угле, оборудована электрическим дымососом, работающим в постоянном режиме. Около 17 часов дымосос отключился. Поскольку продолжение работы без дымососа невозможно, он позвонил мастеру ФИО7 и сообщил о произошедшем. ФИО7 сказал, что прийти не может, что нужно подойти к электрощиту и объяснил какую кнопку нажать. Он нажал указанную кнопку, но результата не было, о чем он сообщил мастеру. Также он позвонил --, рассказал о произошедшем, попросил ее позвонить ФИО8, который также работает машинистом котельной и неоднократно занимался ремонтом оборудования. Дымосос не работал. Позже в котельную пришли мастер ФИО7 и ФИО8. Они поочередно нажимали кнопку на электорощите, но безрезультатно. По их мнению, дымосос отключился из-за перегрева рубильника. ФИО7 сказал, что необходимо заменить рубильник, разделить электрическую нагрузку на дымососы, и пошел искать идентичный рубильник для замены. Пока его не было, примерно через час, ФИО8 снова нажал на ту же кнопку на электрощите и дымосос заработал. Менять рубильник никто не стал.
23.10.2024 согласно установленного графика, он вышел на работу в ночную смену, с 20:00 до 08:00 часов. Около 24 часов дымосос вновь перестал работать. Помня о причине остановки (перегреве рубильника), подождав некоторое время, нажал на электрощите соответствующую кнопку, и дымомос заработал. Примерно через час дымосос вновь отключился. Он подождал определенное время, нажал ту же кнопку и дымосос снова заработал. Через 40 минут дымосос опять отключился. Подождав около 40 минут, он стал нажимать на ту же кнопку и в это время образовавшейся электрической дугой получил сильнейшие ожоги -- степени площадью до 7 % тела.
Он позвонил мастеру ФИО7 и сообщил о произошедшем. ФИО7 приехал, привез с собой журнал по технике безопасности, в котором попросил его расписаться задним числом. Находясь в шоковом состоянии, он расписался в журнале. Далее, мастер ФИО7 увез его в ФИО3-Бузулинскую участковую больницу, где сказали немедленно вызывать скорую из Свободного. Мастер ФИО7 увез его назад в котельную, вызвал скорую. И уже из котельной машиной скорой помощи его доставили в ГБУЗ АО «Свободненская межрайонная больница», где он находился на стационарном лечении в травматологическом отделении с 24.10.2024 по 14.11.2024, получал лечение по поводу полученных ожогов.
Удар электрическим током спровоцировал --. Из Свободненской больницы с открытым больничным его направили в -- отделение Амурской областной клинической больницы (АОКБ), где 15.11.2024 в экстренном порядке выполнили --, т.к. -- 18.11.2024 ему выполнили операцию --.
Далее, его перевели в отделение термических поражений АОКБ, где 04.12.2024 выполнили --, пересадив --
10.12.2024 его выписали из АОКБ с открытым больничным, с явкой к врачу на 13.12.2024 и отметкой в выписке о том, что больничный с 11.12.2024 по 13.12.2024 не закрывать.
12.12.2024 он явился в Свободненский травмпункт, откуда был направлен к врачу---.
12.12.2024 он обратился в Свободненскую городскую поликлинику к врачу – --. На вопрос нужен ли ему больничный лист, он, полагая, что больничный продлен в травмпункте, сказал об этом врачу – --. Врач--- осмотрел его, выдал направление на анализы и назначил явку на 26.12.2024.
Позднее на «Госуслуги» ему пришло сообщение из Социального фонда РФ, что больничный закрыт 15.12.2024 и оплачен за период с 27.10.2024 по 15.12.2024 года.
Новый больничный ему открыли при явке к врачу--- 26.12. 2024. На момент подачи иска он находился на лечении и на больничном у врача---. Был направлен на плановую госпитализацию в АОКБ на 08.04.2025, больничный продлен до 11.04.2025.
11.04.2025 больничный продлен до 22.04.2025.
22.04.2025 больничный продлен до 30.04.2025.
01.10.2024 допустив его к работе, фактически ответчик заключил с ним трудовой договор, который не стал оформлять официально. Выполняемая им работа подпадала под трудовые обязанности по должности машиниста (кочегара) котельной, которая имелась в штатном расписании ответчика. При выполнении трудовых обязанностей он находился на оборудованном рабочем месте, подчинялся правилам внутреннего трудового распорядка, режиму выполнения работы, графику смен. Ответчик вел табель учета рабочего времени, фактически отработанного им. Заработную плату он получил за отработанное время за период с 01.10.2024 по 23.10.2024. Больничные листы ему не оплачены.
Произошедший с ним несчастный случай на производстве ответчик скрыл, не расследовал его, и не оплатил ему больничные листы, лишив средств к существованию.
Уточнив требования, просит суд:
признать незаконным договор возмездного оказания услуг -- от 01.10.2024, заключенный между ним и ответчиком,
признать трудовыми отношения, вытекающие из договора возмездного оказания услуг -- от 01.10.2024, с даты начала работы по нему,
обязать ответчика внести в его трудовую книжку запись о приеме на работу 01.10.2024 на должность машиниста (кочегара) котельной,
обязать ответчика заключить с ним письменный трудовой договор о приеме на работу с 01.10.2024,
обязать ответчика направить с Социальный фонд России сведения, необходимые для назначения и выплаты ему пособий по временной нетрудоспособности,
обязать ответчика произвести за него соответствующие отчисления в Социальный фонд России,
обязать ответчика расследовать произошедший с ним несчастный случай на производстве,
взыскать с ответчика компенсацию морального вреда за длительное нарушение его трудовых прав в размере 100 000 руб. 00 коп.,
взыскать с ответчика возмещение судебных расходов, понесенных им на оплату услуг представителя адвоката Дегтяревой Т.М. в размере 21 000 руб. 00 коп. (сложившиеся из оплаты услуг за составление иска в размере 6 000 руб. 00 коп. и представление его интересов в суде в период до 26.05.2025 в размере 15 000 руб. 00 коп.).
В судебном заседании истец ФИО2 и его представитель адвокат Дегтярева Т.М. на иске настаивают.
В судебном заседании представитель ответчика ФИО9 с иском не согласна, т.к. 01.10.2024 истец заключил с ответчиком договор возмездного оказания услуг, который не обжаловал в установленном законом порядке. Услуги, оказанные истцом, были приняты ответчиком по акту и оплачены полностью. На котельной в с. ФИО1 ответчик вел отопительный сезон только 2024-2025 года. К настоящему времени отопительный сезон окончен. Подразделение в с. ФИО1 исключено из штатного расписания. В случае удовлетворения требований истца принимать его на работу некуда. Кроме того, истцом пропущен срок исковой давности на обращение в суд.
В судебном заседании истец ФИО2 и его представитель адвокат Дегтярева Т.М. полагают, что срок исковой давности на обращение в суд не пропущен, т.к. трудовые отношения между истцом и ответчиком до настоящего времени не установлены. Срок обращения в суд, установленный нормами Трудового кодекса РФ, начинает исчисляться с момента, когда устанавливаются трудовые отношения, и если на момент рассмотрения дела трудовые отношения не установлены, то нет оснований для применения трехмесячного срока.
В соответствии с нормами трудового законодательства, срок для трудовых отношений начинает исчисляться с момента получения работником трудовой книжки или приказа о приеме на работу, то есть с момента надлежащего оформления прекращения трудовых отношений, но в данном случае ни того, ни другого не было.
Кроме того, истец не мог обратиться ни к представителю, ни в суд до 04.04.2025, т.к. с 24.10.2024 постоянно находился на больничном, переносил операции, моральные и физические страдания. Состояние его здоровья не позволяло ему обратиться суд. В случае признания судом факта пропуска срока - просят его восстановить, т.к. он был пропущен по уважительной причине, по состоянию здоровья истца.
Выслушав мнение лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, выслушав заключение прокурора, полагавшего, что иск подлежит удовлетворению – суд приходит к следующему.
В соответствии со ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений (ч. 1).
В соответствии с ч. 1 ст. 57 ГПК РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.
В пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 2 от 17.03.2004 г. «О применении судами Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.
Суд распределял между сторонами бремя доказывания и рассмотрел дело по имеющимся в нём доказательствам.
Рассматривая заявление ответчика о пропуске истцом срока для обращения в суд с настоящим иском - суд приходит к следующим выводам.
Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 3 п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса РФ).
Данная норма Трудового кодекса РФ направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (ст. 1, ч. 1 Трудового кодекса РФ; ст. 2 и 7 Конституции РФ).
Сроки обращения работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора установлены ст. 392 Трудового кодекса РФ.
Согласно положениям ст. 392 Трудового кодекса РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 названного Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.
При пропуске сроков по уважительным причинам, они могут быть восстановлены судом (ч. 5 ст. 392 Трудового кодекса РФ).
Положениями трудового законодательства установлены специальные сроки по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения работнику копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности у работодателя по последнему месту работы.
В материалах дела отсутствует приказ о приеме истца на работу, об увольнении истца, сведения об ознакомлении истца с какими-либо документами, связанными с его увольнением.
По мнению представителя ответчика, с настоящим исковым заявлением истец должен был обратиться в суд не позднее 01.02.2015, поскольку 01.10.2024 с ним был заключен договор оказания услуг, и о нарушении своих трудовых прав истец узнал или должен был узнать 01.10.2024.
В соответствии с ч. 1 ст. 14 Трудового кодекса РФ течение сроков, с которыми Трудовой кодекс РФ связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав и обязанностей.
Как видно из материалов дела, отношения между истцом и ответчиком приобретут статус трудовых после установления их таковыми в судебном порядке при разрешении настоящего спора.
После установления наличия трудовых отношений между сторонами они подлежат оформлению в установленном трудовым законодательством порядке, а также после признания их таковыми у истца возникает право требовать распространения норм трудового законодательства на имевшие место трудовые правоотношения, и в частности, требовать взыскания задолженности по заработной плате, компенсации за время вынужденного прогула и предъявлять другие требования, связанные с трудовыми правоотношениями.
Согласно разъяснений, содержащихся в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» по общему правилу, работник, работающий у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 Трудового кодекса РФ). К таким спорам, в частности, относятся споры о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, корда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. При разрешении этих споров и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, судам следует не только исходить из даты подписания указанного гражданско-правового договора или даты фактического допущения работника к работе, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих трудовых прав (например, работник обратился к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений, в том числе об обязании работодателя уплатить страховые взносы, предоставить отпуск, выплатить заработную плату, составить акт по форме Н-1 в связи с производственной травмой и т.п., а ему в этом было отказано).
В силу изложенного суд приходит к выводу, что срок на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора истцом не пропущен, поскольку последний правомерно полагал, что его требования будут разрешены в досудебном порядке, с ним будут оформлены трудовые правоотношения, будет проведено расследование несчастного случая на производстве. Кроме того, учитывая состояние здоровья истца, суд полагает, что он по уважительной причине не мог обратиться к представителю и в суд ранее 04.04.2025.
Учитывая тот факт, что ответчиком наличие трудовых отношений между сторонами до момента установления их судом отрицалось, действие положений ст. 392 Трудового кодекса РФ не может быть распространено на предшествующий период времени.
В связи с этим доводы представителя ответчика о пропуске истцом срока обращения в суд нельзя признать законными, поскольку с учетом положений ч. 1 ст. 14 Трудового кодекса РФ и факта установления трудовых отношений между сторонами при разрешении настоящего спора этот срок должен исчисляться с момента установления такого факта.
В силу изложенного, суд приходит к выводу, что срок на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора истцом не пропущен.
Рассматривая требования истца:
признать незаконным договор возмездного оказания услуг -- от 01.10.2024, заключенный между ним и ответчиком,
признать трудовыми отношения, вытекающие из договора возмездного оказания услуг -- от 01.10.2024, с даты начала работы по нему,
суд приходит к следующему.
В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.
В соответствии с частью 3 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации все работодатели (физические лица и юридические лица, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности) в трудовых отношениях и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.
В соответствии с частью 4 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.
Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется статьей 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации.
В соответствии с частью 1 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации признание отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями может осуществляться:
лицом, использующим личный труд и являющимся заказчиком по указанному договору, на основании письменного заявления физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, и (или) не обжалованного в суд в установленном порядке предписания государственного инспектора труда об устранении нарушения части второй статьи 15 настоящего Кодекса;
судом в случае, если физическое лицо, являющееся исполнителем по указанному договору, обратилось непосредственно в суд, или по материалам (документам), направленным государственной инспекцией труда, иными органами и лицами, обладающими необходимыми для этого полномочиями в соответствии с федеральными законами (часть 1 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации).
В соответствии с частью 2 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации в случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров.
В соответствии с частью 3 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.
В соответствии с частью 4 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей статьи 19.1, были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.
В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2.2 определения от 19 мая 2009 г. № 597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.
Данная норма Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (статья 1, часть 1 Трудового кодекса Российской Федерации; статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации).
Таким образом, по смыслу статей 11, 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положением части второй статьи 67 названного кодекса, согласно которому трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя, отсутствие в штатном расписании должности само по себе не исключает возможности признания в каждом конкретном случае отношений между работником, заключившим договор и исполняющим трудовые обязанности с ведома или по поручению работодателя или его представителя, трудовыми - при наличии в этих отношениях признаков трудового договора.
Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 8 и в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).
Разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником трудовыми, следует устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст. ст. 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.
Наличие трудовых отношений может быть подтверждено ссылками на любые доказательства, указывающие на конкретную профессию, специальность, вид поручаемой работы, поскольку работник в связи с его зависимым правовым положением не может нести ответственность за действия работодателя, на котором на основании прямого указания закона лежит обязанность по своевременному и надлежащему оформлению трудовых отношений (ст. 68 Трудового кодекса Российской Федерации).
По смыслу приведенных норм для разрешения вопроса о возникновении между сторонами трудовых отношений необходимо установление таких юридически значимых обстоятельств, как наличие доказательств самого факта допущения работника к работе уполномоченным лицом и доказательств согласия работодателя на выполнение работником трудовых функций в интересах организации.
В данном случае, судом установлено и следует из материалов дела, что 01.10.2024 между ООО «Амурская Теплосетевая Компания» и ФИО2 заключен письменный договор -- возмездного оказания услуг.
В соответствии с п. 1.1 договора, ФИО2 (исполнитель) обязался по заданию ответчика (заказчика) оказывать услуги, перечисленные в п. 1.2 договора.
В соответствии с п. 1.2 договора, он обязался осуществлять обслуживание водогрейных и паровых котлов с суммарной теплопроизводительностью 12,6 ГДж/ч (до 2 Гккал/ч) или обслуживание в котельной отдельных водогрейных или паровых котлов с теплопроизводительностью котла до 21 ГДж/ч (до 5 Гккал/ч), работающих на твердом топливе.
В соответствии с п. 1.3 договора, ФИО2 обязался оказывать услуги лично.
В соответствии с п. 1.4 договора, место оказания услуг – котельная с. ФИО1 ФИО3 ФИО1 отделения.
В соответствии с п. 4.1 договора цена услуг, оказываемых исполнителем в соответствии с договором, составляет 51 724 руб. 00 коп., в т.ч. НДФЛ 6 724 руб. 00 коп.. Вознаграждение за оказанные услуги составляет 45 000 руб. 00 коп..
В соответствии с п. 7.1 срок действия договора с 01.10.2024 по 31.10.2024.
Истец указал, что данный договор он подписал при приеме на работу, т.к. ему сказали, что в дальнейшем трудовые отношения будут оформлены надлежащим образом.
В ходе рассмотрения дела судом допрашивались свидетели ФИО7, ФИО8, которые пояснили следующее. Изначально между ООО «АТК» и всеми работниками котельной в с. ФИО1 были заключены договоры возмездного оказания услуг, принимаемым работникам давался месяц на прохождение медкомиссии. ФИО7 составил график смен, истец выходил на работу по указанному графику день – ночь – двое суток выходных. ФИО7 вел табель учета рабочего времени, и проверял, чтобы каждый работник заполнял журнал приема-сдачи смен. В журнале отражалось, кто из кочегаров сдает смену, кто принимает, показания давления в котле записывались каждые 2 часа.
Указанные свидетели подтвердили обстоятельства, изложенные ФИО2 о том, что дымосос в котельной начал отключаться в дневную смену ФИО2 22.10.2024, что они приезжали в котельную, включали дымосос. И что в ночную смену 23-24.10.2024, около полуночи, ФИО2 при попытке включить домосос получил ожоги электричеством. Из котельной ФИО2 забрала скорая медицинская помощь, больше на работу он не вышел, постоянно находится на больничных.
Также свидетели ФИО7, ФИО8 пояснили, что после Нового года трудовые отношения со всеми (кроме истца) были оформлены надлежащим образом.
В ходе рассмотрения дела судом установлено, что 31.10.2024 между истцом и ответчиком был составлен акт выполненных работ, в соответствии с которым стороны надлежащим образом выполнили свои обязательства по договору и претензий друг к другу не имеют. В акте указано, что вознаграждение исполнителя за период с 01.10.2024 по 23.10.2024 составило 35 560 руб. 00 коп., в т.ч. НДФЛ 4 623 руб. 00 коп.. Вознаграждение составило 30 937 руб. 00 коп..
Указанный акт истец подписывал, находясь на стационарном лечении в больнице. Это обстоятельство подтвердил допрошенный в ходе рассмотрения дела свидетель ФИО7.
Далее, судом установлено, что вознаграждение по договору возмездного оказания услуг, указанное в акте выполненных работ, в размере 30 937 руб. 00 коп. истец получил переводом на карту. При этом, как следует из выписки по платежному счету истца, представленной ПАО «Сбербанк», 05.11.2024 ему на карту ответчиком была перечислена заработная плата в размере 30 937 руб. 00 коп..
Истец утверждает, что фактически 01.10.2024 между ним и ответчиком был заключен трудовой договор, согласно которому истец был принят на работу на неопределенный срок на должность машиниста (кочегара) котельной, работающей на твердом топливе (угле), расположенной в с. ФИО1 --. И суд соглашается с данным утверждением истца.
При рассмотрении настоящего спора стороной ответчика не оспорено, что функциональные обязанности истца в период с 01.10.2024 по 24.10.2024 (с фактического допущения в котельную до момента несчастного случая) не менялись. Судом установлено, в том числе из показаний свидетелей ФИО7, ФИО8, что истец в указанное время осуществлял должностные обязанности машиниста (кочегара) котельной. Он подчинялся правилам внутреннего трудового распорядка, ходил на работу в установленные графиком смены. Расписывался в журнале приема и передачи каждой смены. Подчинялся мастеру ФИО7.
Поскольку законом не предусмотрено, что факт допущения работника к работе может подтверждаться только определенными доказательствами, суд при рассмотрении дела исходит из допустимости любых видов доказательств, указанных в ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
На основании представленных в материалы дела доказательств, дав правовую оценку всем представленным в материалы дела доказательствам по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьей 37 Конституции Российской Федерации, статьями 15, 16, ч. 1 ст. 20, ст. ст. 56, 67 Трудового кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что истец с 01.10.2024 фактически был допущен уполномоченным представителем ответчика к исполнению трудовых обязанностей, приступил к работе, которая выполнялась им в условиях и режиме рабочего времени, определенных работодателем, истец подчинялся правилам внутреннего распорядка, принял на себя обязательства соблюдать требования законодательства, предъявляемые в части безопасности жизни и здоровья граждан, пожарной безопасности при оказании услуг по договору. Истцу было предоставлено рабочее место. К исполнению обязанностей машиниста (кочегара) котельной истец приступал по утвержденному ответчиком графику смен. Каждый раз, принимая и сдавая смену на котельной, истец расписывался в журнале. Истец не оказывал услуги по своему усмотрению, а действовал по трудовому распорядку, установленному ответчиком.
Указанные доказательства в силу ст. 57 и ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации свидетельствуют о заключении с ним трудового договора.
В силу императивных положений ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.
При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии между сторонами с 01.10.2024 трудовых отношений, возникших на основании фактического допущения ответчиком истца к работе, несмотря имеющийся письменный договор на оказание возмездных услуг от 01.10.2024.
Суд признает несостоятельным доводы представителя ответчика об отсутствии трудовых отношений между сторонами со ссылкой на то обстоятельство, что документально эти отношения трудовым договором не оформлялись, поскольку такая ситуация прежде всего может свидетельствовать о допущенных нарушениях закона со стороны ответчика по надлежащему оформлению отношений с истцом. Кроме того, данные доводы ответчика противоречат приведенным выше положениям Трудового кодекса Российской Федерации, по смыслу которых наличие трудового правоотношения между сторонами презюмируется и, соответственно, трудовой договор считается заключенным, если работник приступил к выполнению своей трудовой функции и выполнял ее с ведома и по поручению работодателя или его уполномоченного лица. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.
Доводы представителя ответчика о том, что между сторонами сложились гражданско-правовые отношения, не основан на нормах материального права.
Как следует из пункта 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданское законодательство в том числе определяет правовое положение участников гражданского оборота и регулирует договорные и иные обязательства, а также другие имущественные и личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников.
Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
По договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (пункт 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации).
К договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде (статьи 702 - 729 Гражданского кодекса Российской Федерации) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739 Гражданского кодекса Российской Федерации), если это не противоречит статьям 779 - 782 этого кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг (статья 783 Гражданского кодекса Российской Федерации).
По смыслу данных норм Гражданского кодекса Российской Федерации, договор возмездного оказания услуг заключается для выполнения исполнителем определенного задания заказчика, согласованного сторонами при заключении договора. Целью договора возмездного оказания услуг является не выполнение работы как таковой, а осуществление исполнителем действий или деятельности на основании индивидуально-конкретного задания к оговоренному сроку за обусловленную в договоре плату.
От договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица - работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.
Суд признает сложившиеся отношения сторон трудовыми, поскольку они носили длящийся характер и не ограничивались исполнением единичной обязанности, так как истец работал в соответствии с рабочим графиком, на протяжении всего периода работы исполнял установленные договором функциональные обязанности.
Таким образом, указанные требования истца подлежат удовлетворению.
Рассматривая требования истца
обязать ответчика внести в его трудовую книжку запись о приеме на работу 01.10.2024 на должность машиниста (кочегара) котельной,
обязать ответчика заключить с ним письменный трудовой договор о приеме на работу,
суд приходит к следующему.
В ходе рассмотрения дела судом установлено, что приказ о приеме истца на работу ответчиком не издавался, заявление о приеме на работу от него не принималось, трудовая книжка ответчиком от истца не требовалась. Записи о работе у ответчика в трудовой книжке истца отсутствуют.
Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).
В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.
Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).
В соответствии со статьёй 68 Трудового кодекса Российской Федерации прием на работу оформляется трудовым договором. Работодатель вправе издать на основании заключенного трудового договора приказ (распоряжение) о приеме на работу. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.
Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.
В данном случае, при установлении судом факта трудовых отношений, ответчик обязан оформить их надлежащим образом, издав приказ о приеме истца на работу с 01.10.2024 на должность машиниста (кочегара) котельной, и заключив с ним трудовой договор.
Данные требования истца подлежат удовлетворению.
Рассматривая требования истца
обязать ответчика направить в Социальный фонд России сведения, необходимые для назначения и выплаты ему пособий по временной нетрудоспособности,
обязать ответчика произвести за него соответствующие отчисления в Социальный фонд России,
суд приходит к следующему.
Работодатели - плательщики страховых взносов в течение расчетного периода по итогам каждого календарного месяца обязаны производить исчисление и уплату страховых взносов в государственные внебюджетные фонды: Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования.
В соответствии со статьёй 2 Трудового кодекса Российской Федерации обеспечение права на обязательное социальное страхование признается одним из основных принципов правового регулирования социально-трудовых отношений.
В соответствии с Федеральным законом от 16.07.1999 №1 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования» каждый работник подлежит обязательному социальному страхованию применительно к определенным видам страховых рисков. В качестве страхователей выступают работодатели, обязанные уплачивать страховые взносы (страховые платежи), а в качестве страховщиков - государственные внебюджетные фонды.
В соответствии со статьями 6, 14 Федерального закона от 15.12.2001 № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» работодатель (ответчик) как страхователь по обязательному пенсионному страхованию обязан своевременно и в полном объеме перечислять в Пенсионный фонд Российской Федерации страховые взносы в пользу застрахованного лица (истца).
Требуемые истцом отчисления в установленном порядке страховых взносов на обязательное пенсионное и социальное страхование в отношении истца должны быть произведены ответчиком исходя из не опровергнутого ответчиком довода истца, подтвержденного показаниями свидетелей и письменными доказательствами о том, что в период с 01.10.2024 по 23.10.2024 истец в вырабатывал в полном объеме норму рабочего времени, предусмотренную трудовым законодательством (ст. 91 Трудового кодекса Российской Федерации); не имел в этот период отвлечений от работы (периодов нетрудоспособности, простоев, отпусков с сохранением или без сохранения заработной платы и прочих периодов, являющихся основанием для снижения размеров или не отчисления работодателем за работника взносов на обязательное пенсионное и социальное страхование). Доказательств обратного ответчиком суду не представлено (ст. ст. 56, 67 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Отношения по предоставлению страхователями в отделения Фонда пенсионного и социального страхования сведений о застрахованных лицах урегулированы Федеральным законом «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования».
В соответствии с частью 1 ст. 66.1 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель формирует в электронном виде основную информацию о трудовой деятельности и трудовом стаже каждого работника (далее - сведения о трудовой деятельности) и представляет ее в порядке, установленном законодательством Российской Федерации об индивидуальном (персонифицированном) учете в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования, для хранения в информационных ресурсах Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации.
В соответствии с частью 2 статьи 66.1 Трудового кодекса Российской Федерации в сведения о трудовой деятельности включаются информация о работнике, месте его работы, его трудовой функции, переводах работника на другую постоянную работу, об увольнении работника с указанием основания и причины прекращения трудового договора, другая предусмотренная настоящим Кодексом, иным федеральным законом информация.
В соответствии с Федеральным законом от 01.04.1996 № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования» сведения для индивидуального (персонифицированного) учета представляются страхователями (ч. 1 ст. 8).
В соответствии со статьёй 9 Федеральным законом от 01.04.1996 № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования ; страхователь представляет в соответствующий орган Фонда сведения о работающих у него застрахованных лицах, предусмотренные подпунктами 1 - 8 пункта 2 статьи 6 настоящего Федерального закона, в следующих случаях:
при начальной регистрации застрахованных лиц для индивидуального (персонифицированного) учета в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования;
при приеме на работу граждан или при заключении с гражданами договоров гражданско-правового характера, на вознаграждения по которым в соответствии с законодательством Российской Федерации начисляются страховые взносы, если в отношении этих физических лиц не открыт индивидуальный лицевой счет.
Таким образом, работодатель обязан передавать информацию о приеме на работу каждого работника в Социальный фонд России путем представления единой формы сведений. Эта обязанность не зависит от того, ведется на работника трудовая книжка или нет. В данном случае, судом установлено, что в нарушение трудового законодательства работодатель не передал сведения о приеме истца на работу работника в Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Амурской области (доказательств иному суду не представлено) А потому данные требования истца подлежат удовлетворению.
В соответствии с ч. 1 ст. 183 Трудового кодекса Российской Федерации при временной нетрудоспособности работодатель выплачивает работнику пособие по временной нетрудоспособности в соответствии с федеральными законами. В данном случае с 24.10.2024 истец находится на больничных, которые до настоящего времени работодателем не приняты и не оплачены. Ответчик не выплачивает истцу пособие по временной нетрудоспособности. Истец не может сдать больничные для оплаты в Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Амурской области, т.к. трудовые отношения между ним и ответчиком не установлены.
Данные требования истца подлежат удовлетворению.
Рассматривая требования истца
обязать ответчика расследовать произошедший с ним несчастный случай на производстве,
суд приходит к следующему.
В соответствии со ст. 227 Трудового кодекса РФ расследованию и учету подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.
Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; отравление; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными, в том числе насекомыми и паукообразными; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли … в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни.
В данном случае, ответчиком произошедший с истцом несчастный случай (поражений электрическим током) не расследовался.
Потому данные требования истца подлежат удовлетворению.
Рассматривая требования истца взыскать с ответчика компенсацию морального вреда за длительное нарушение его трудовых прав в размере 100 000 руб. 00 коп., суд приходит к следующему.
Трудовой кодекс Российской Федерации относит право на компенсацию морального вреда в порядке, установленном данным Кодексом, иными федеральными законами, к числу основных прав работника (абзац четырнадцатый части 1 статьи 21).
В силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).
Правовой механизм, установленный частью 2 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, направлен на обеспечение работнику судебной защиты его права на компенсацию не только имущественных потерь, вызванных незаконными действиями или бездействием работодателя, но и физических и нравственных страданий, причиненных нарушением трудовых прав.
Принимая во внимание, что факт нарушения трудовых прав истца установлен, выразился в длительном неисполнении ответчиком возложенной на него требованиями трудового законодательство обязанности по надлежащему оформлению с работником трудовых отношений, своевременной и в полном объеме выплате пособия по временной нетрудоспособности, фактическое лишение истца средств к существованию, сокрытии и непринятии мер к расследованию несчастного случая на производстве, произошедшего с истцом, учитывая длительность нарушения ответчиком трудовых прав истца, суд в соответствии с положениями статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации пришел к выводу о праве истца на получение денежной компенсации морального вреда.
При определении размера подлежащей взысканию компенсации морального вреда суд, учитывая обстоятельства дела, длительность периода нарушения трудовых прав истца, степень вины работодателя в нарушении трудовых прав истца, характер и степень нравственных страданий, которые истец претерпевал в результате нарушения его трудовых прав, длительность неполучения истцом пособия по временной нетрудоспособности по вине ответчика, фактическое лишение истца ответчиком средств к существованию, приходит к выводу о том, что заявленная истцом сумма компенсации морального вреда – 100 000 руб. 00 коп. – уменьшению не подлежит. Размер данной компенсации суд считает разумным и справедливым.
Рассматривая требования истца
о взыскании с ответчика возмещения судебных расходов, понесенных на оплату услуг представителя адвоката Дегтяревой Т.М. в размере 21 000 руб. 00 коп. (сложившихся из оплаты услуг за составление иска в размере 6 000 руб. 00 коп. и представление его интересов в суде в период до 26.05.2025 в размере 15 000 руб. 00 коп.),
суд приходит к следующему.
В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся … расходы на оплату услуг представителей.
В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 ГПК РФ. В случае если иск удовлетворен частично, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (ч. 1).
В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено следующее:
- (пункт 1) судебные расходы, состоящие из государственной пошлины, а также издержек, связанных с рассмотрением дела, представляют собой денежные затраты (потери), распределяемые в порядке, предусмотренном главой 7 ГПК РФ. Принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу;
- (пункт 2) к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц. Перечень судебных издержек, предусмотренный кодексами, не является исчерпывающим;
- (пункт 10) лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек;
- (пункт 11) разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер;
- (пункт 12) расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ);
- (пункт 13) разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле;
- (пункт 28) после принятия итогового судебного акта по делу лицо, участвующее в деле, вправе обратиться в суд с заявлением по вопросу о судебных издержках, понесенных в связи с рассмотрением дела, о возмещении которых не было заявлено при его рассмотрении;
- (пункт 32) лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами, в связи с чем суд вправе отнести судебные издержки на лицо, злоупотребившее своими процессуальными правами и не выполнившее своих процессуальных обязанностей, либо не признать понесенные им судебные издержки необходимыми, если это привело к срыву судебного заседания, затягиванию судебного процесса, воспрепятствованию рассмотрению дела и принятию итогового судебного акта.
В данном случае, истец не обладает юридическими познаниями. Его интересы в ходе рассмотрения дела представляла адвокат Дегтярева Т.М., которая давала истцу устные консультации, готовила иск, готовила увеличение исковых требований, и участвовала в судебных заседаниях по делу.
Представитель ответчика полагает, что в удовлетворении требований истца о взыскании расходов на представителя следует отказать, т.к. права истца ответчиком не нарушены. Заявлений о снижении судебных расходов нет.
Суд признаёт, что истец имеет право на возмещение за счёт ответчика понесенных им судебных расходов на представителя, т.к. они были вызваны необходимостью обращения в суд и отстаивания своей позиции в ходе рассмотрения дела судом.
При определении разумности судебных расходов на представителя, суд учитывает проделанную представителем работу, оказание представительской и юридической помощи по гражданскому делу, представление интересов истца в суде первой инстанции.
Суд учитывает объём заявленных требований, цену иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность каждого судебного заседания и продолжительность рассмотрения дела, суммы, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются адвокатами и представителями за аналогичные услуги.
Суд полагает, что оплаченная истцом за услуги адвоката Дегтяревой Т.М. сумма в размере 21 000 руб. 00 коп. (сложившиеся из оплаты услуг за составление иска в размере 6 000 руб. 00 коп. и представление его интересов в суде в период до 26.05.2025 в размере 15 000 руб. 00 коп.), с учетом требований разумности и справедливости, не подлежит снижению.
В соответствии со ст. 206 ГПК РФ при принятии решения суда, обязывающего ответчика совершить определенные действия, в случае, если указанные действия могут быть совершены только ответчиком, суд устанавливает в решении срок, в течение которого решение суда должно быть исполнено.
Таким образом, данный срок должен быть установлен независимо от наличия об этом просьбы истца, а продолжительность срока определяется судом исходя из конкретных обстоятельств дела.
Разрешая вопрос о сроке, в течение которого должна быть выполнена возложенная на ответчика вышеуказанная обязанность.
Принимая во внимание обстоятельства дела и характер спорных правоотношений, суд считает необходимым возложить на ответчика обязанность совершить вышеуказанные действия в течение 10 календарных дней с момента вступления решения суда в законную силу.
В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае государственная пошлина зачисляются в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
Таким образом, государственная пошлина, от уплаты которой истец была освобождена при обращении с данным иском в суд, в силу требований ст. 103 ГПК РФ подлежит взысканию в доход местного бюджета с ответчика, не освобожденного от уплаты государственной пошлины, в сумме 3 000 руб. 00 коп. за требования неимущественного характера.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
решил:
удовлетворить иск ФИО2 к ООО «Амурская Теплосетевая Компания» об установлении факта трудовых отношений, защите трудовых прав, компенсации морального вреда, возмещении судебных расходов,
Признать незаконным договор возмездного оказания услуг -- от 01.10.2024, заключенный между ФИО2 и ООО «Амурская Теплосетевая компания».
Признать с 01.10.2024 трудовыми отношения, сложившиеся на основании договора возмездного оказания услуг -- от 01.10.2024, заключенного между ФИО2 с ООО «Амурская Теплосетевая компания».
В течение 10 рабочих дней с момента вступления настоящего решения в законную силу, обязать ООО «Амурская Теплосетевая Компания»:
- внести в трудовую книжку ФИО2 запись о приеме на работу 01.10.2024 на должность машиниста (кочегара) котельной, работающей на твердом топливе, расположенной на ФИО3 ФИО1 отделения,
- заключить с ФИО2 письменный трудовой договор о приеме на работу 01.10.2024 на должность машиниста (кочегара) котельной, работающей на твердом топливе, расположенной на ФИО3 ФИО1 отделения,
- направить в Отделение Социального фонда России по Амурской области сведения, необходимые для назначения и выплаты ФИО2 пособий по временной нетрудоспособности,
- произвести за ФИО2 отчисления в Отделение Социального фонда России по Амурской области, начиная с 01.10.2024 года,
- расследовать несчастный случай на производстве, произошедший с ФИО2 23-24.10.2024 года.
Взыскать с ООО «Амурская Теплосетевая Компания» (ОГРН --) в пользу ФИО2, -- года рождения, уроженца --, паспорт гражданина Российской Федерации --, выдан -- МЛ УФМС России по -- в --, код подразделения --
компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб. 00 коп.,
возмещение судебных расходов, понесенных на оплату услуг адвоката Дегтяревой Т.М. в размере 21 000 руб. 00 коп.,
а всего 121 000 руб. 00 коп..
Взыскать с ООО «Амурская Теплосетевая Компания» (ОГРН --) государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования «город Свободный» Амурской области в размере 3 000 руб. 00 коп..
Решение может быть обжаловано в Амурский областной суд через Свободненский городской суд Амурской области в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.
Решение принято в окончательной форме 03 июля 2025 года.
Судья Свободненского
городского суда Амурской области О.Ю. Осокина