Апелляционное определение по делу № 22-395/2023 от 19.09.2023.

судья Нидеев Е.Н. дело № 22-395/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Элиста 19 сентября 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Калмыкия в составе:

председательствующего - судьи Андреева Э.Г.,

судей - Саранова В.С. и Фурманова И.В.,

при секретаре - Кукаеве Ч.А.,

с участием: прокурора уголовно – судебного отдела прокуратуры РК Семенова А.О.,

осуждённого Б.С.Б.,

его защитника – адвоката Горокоева Л.И.,

осуждённого Б.В.А.,

его защитника – адвоката Мухлаева А.Б.,

осуждённого М.Б.Б.,

его защитника – адвоката Джалова В.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осуждённых Б.С.Б. и М.Б.Б., защитника Мухлаева А.Б. в интересах осужденного Б.В.А. на приговор Сарпинского районного суда Республики Калмыкия от 30 июня 2023 года, которым Б.С.Б. осужден по ч.4 ст.160 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 5 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима; на основаниип. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФвремя содержанияБ.С.Б. под стражей со 2 марта 2019 года по 2 мая 2019 года, с 27 июня 2022 года по 22 февраля 2023 года, а также с 30 июня 2023 года до вступления приговора суда в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима; Б.В.А. осужден по ч.4 ст.160 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 5 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима; на основаниип. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФвремя содержанияБ.В.А. под стражей с 4 марта 2019 года по 4 мая 2019 года, с 27 июня 2022 года по 22 февраля 2023 года, а также с 30 июня 2023 года до вступления приговора суда в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима; М.Б.Б. осужден по ч.5 ст.33, ч.4 ст.160 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 3 года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима; на основаниип. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФвремя содержанияМ.Б.Б. под стражей 30 июня 2023 года до вступления приговора суда в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима

Заслушав доклад судьи Фурманова И.В. об обстоятельствах дела, доводах апелляционных жалоб, возражений на них, выступления осужденных Б.С.Б., Б.В.А., их защитников – адвокатов Горокоева Л.И. и Мухлаева А.Б., поддержавших доводы жалоб по изложенным в них основаниям, М.Б.Б. и его адвоката Джалова В.А. о смягчении наказания, мнение прокурора Семенова А.О. об оставлении приговора без изменения, судебная коллегия

установил а:

Согласно приговору Б.С.Б. и Б.В.А. признаны виновными в совершении растраты, то есть хищении чужого имущества, вверенного им, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, а М.Б.Б. также в совершении пособничества в растрате, то есть хищении чужого имущества, вверенного Б.С.Б. и Б.В.А., группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, при следующих, согласно приговору, обстоятельствах.

В период с мая 2016 года по февраль 2019 года Б.С.Б. и Б.В.А., работая старшими гуртоправами ООО «...» и являясь материально-ответственными лицами, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью личной материальной выгоды, осознавая противоправность своих действий, предвидя и желая наступления общественно-опасных последствий в виде причинения имущественного ущерба ООО «...», похитили путем растраты вверенные им 282 головы крупного рогатого скота, принадлежащие ООО «...», причинив последнему материальный ущерб на общую сумму «...» руб., в том числе при пособничестве М.Б.Б. – на сумму «...» руб.

При этом М.Б.Б., являясь управляющим ООО «...», и выявив в сентябре 2018 года недостачу крупного рогатого скота, умышленно, в нарушение возложенных на него обязанностей по принятию мер по предотвращению ущерба собственнику, осознавая, что своим бездействием содействует сокрытию преступления и дальнейшим хищениям крупного рогатого скота, принадлежащего ООО «...», согласился оказать содействие Б.С.Б. и Б.В.А. в совершении преступления путем не сообщения собственнику поголовья ООО «...» о выявленной у них недостаче и не указания об этом в отчете о движении скота, а также заблаговременного предоставления информации Б.В.А. о предстоящих пересчетах КРС, составления фиктивной товарной накладной о реализации КРС.

Своими преступными действиями Б.С.Б. и Б.В.А. причинили ООО «...» материальный ущерб в особо крупном размере в общей сумме «...» руб., в том числе при пособничестве М.Б.Б. – на сумму «...» руб.

Более подробные обстоятельства совершенного преступления изложены в приговоре суда.

В судебном заседании подсудимый Б.В.А. вину в инкриминируемом преступлении признал частично и показал, что в октябре 2015 года он был принят на должность гуртоправа ООО «...», ему было вверено около 140 голов крупного рогатого скота. На стоянке он содержал личное поголовье КРС. Обеспечение сеном и кормами в хозяйстве было плохое, имелись задержки с выплатой заработной платы. На животноводческой стоянке он работал без помощников. В связи с имеющимися задержками по выплате заработной платы генеральный директор ООО «...» К.Э.В. разрешал ему забивать скот и продавать в счет заработной платы. Поскольку условия для содержания скота были плохие, требовался ремонт кошары, базов, а также дома животновода, с позволения К. он сдавал вверенный ему скот, а вырученные деньги тратил на ремонт и содержание стоянки. Для выполнения плана он самостоятельно привлек к работе в качестве помощника М.А.В., которому платил из собственных средств зарплату в размере «…» рублей в месяц. На предварительном следствии он заключал досудебное соглашение, в котором указал, что К. был в курсе недостачи поголовья и сам брал поголовье КРС для личных нужд. При выполнении плана свыше 80 % в качестве премиальных выплат он получал оставшийся приплод телят. Примерно один-два раза в год при сдаче крови или вакцинации производился пересчет поголовья, при котором использовали сканер для считывания чипов. Данный сканер находился в пользовании зоотехников и у К. В остальное время пересчет происходил номинально, то есть приезжали специалисты, подписывали отчеты и уезжали. Пересчет проводили на территории его животноводческой стоянки, поскольку на стоянке Б.С.Б. отсутствовал раскол. В феврале 2019 года, после того, как на бойне в Астраханской области был найден скот, к нему звонила К.Л.Н. и сообщила, что будет произведен пересчет поголовья на его животноводческой стоянке. С Б.С.Б. в предварительный сговор он не вступал. По просьбе Б.С.Б. он обращался к М.Б.Б. с просьбой выписать накладную на 24 головы КРС, на что последний согласился. Признает вину в хищении 20 голов КРС.

Из показаний обвиняемого Б.В.А., данных им в ходе предварительного следствия и оглашенных в порядке ст. 276 УПК РФ, следует, что с октября 2015 года он работал в должности старшего гуртоправа ООО «...» на животноводческой стоянке, расположенной в 16 км от с... . Кетченеровского района Республики Калмыкия. В гурте у него находилось 138 голов КРС. В период времени с ноября 2016 года по февраль 2019 года он совершил хищение 46 голов крупного рогатого скота из вверенного ему гурта ООО «...»: в ноябре 2016 года – 4 головы, в апреле 2017 года – 2, в мае 2017 года – 3, в ноябре 2017 года – 16, в августе 2017 года – 2, в июле 2018 года – 7, а в период с ноября 2016 года по декабрь 2018 года он продал 20 голов М.Б.А.М.Б.Б. и Б.С.Б. о совершенных им хищениях не знали, полученные денежные средства от реализации КРС он потратил на личные нужды. В ноябре 2018 года М.Б.Б. при пересчете скота выявил недостачу поголовья, после чего он обратился к последнему с просьбой не сообщать руководству ООО «...» о недостаче, пообещал, что возместит недостачу, о которой также был в курсе директор К.Э.В.(т. 5 л.д. 85-97,т.9 л.д. 74-77).

В судебном заседании подсудимый Б.С.Б. вину в инкриминируемом преступлении признал частично, а именно в части хищения крупного рогатого скота в соответствии с предъявленным ему обвинением, за исключением хищения 24 голов КРС, совершенных в январе 2019 года, и совершения хищения группой лиц по предварительному сговору.

Из показаний Б.С.Б., данных им в ходе предварительного следствия и оглашенных в порядке ст. 276 УПК РФ, следует, что он с декабря 2015 года работал в ООО «...» в должности старшего гуртоправа. Ему было вверено 150 голов крупного рогатого скота. В мае 2016 года он из вверенного ему гурта продал неустановленному лицу на продуктовом рынке г. Элисты 1 голову КРС. В июле 2016 года он продал 2 головы КРС на ГАПе г. Элисты неизвестному ему лицу. В декабре 2016 года он продал неустановленному лицу на рынке г. Элисты 1 голову КРС, в феврале 2017 года - 1 голову КРС, в мае 2017 года - 3 головы КРС, в августе 2017 года - 1 голову КРС, в сентябре 2017 года - 5 голов КРС, в январе 2018 года - 2 головы КРС, в марте 2018 года - 5 голов КРС.В сентябре 2018 года он передал С.Г.С. в счет погашения долга 4 головы КРС. В январе 2019 года продал из вверенного ему гурта А.Д.М. 8 и 24 головы КРС. Вырученными от реализации похищенного скота деньгами он распоряжался по своему усмотрению. С целью сокрытия недостачи он во время пересчета брал недостающее поголовье КРС у своего соседа по животноводческой стоянке Б.В.А. Всего им было совершено хищение из вверенного ему гурта 46 голов КРС. В ноябре 2018 года управляющий М.Б.Б. выявил у него недостачу поголовья КРС, при этом он просил его не сообщать об этом руководству ООО «...». Реализацию 24 голов КРС из вверенного ему гурта организовал он и для этого попросил М.Б.Б. предоставить ему накладную на данный скот, которую тот выписал (т.1 л.д. 224-226, т. 2 л.д. 28-39, т.8 л.д. 76-79).

В судебном заседании подсудимый М.Б.Б. вину в инкриминируемом преступлении не признал и показала, что в период с конца мая по декабрь 2018 года по предложению К.И.В. он был принят на работу в ООО «...» на должность управляющего. Работал без оформления трудового договора по устному соглашению с гендиректором К.Л.Н. В его обязанности входили контроль за работой сотрудников Общества, присмотр за хозяйством. В августе 2018 года по его инициативе на стоянках у Б.С.Б. и Б.В.А. был проведен пересчет скота, в ходе которого была выявлена недостача по 50 голов КРС у каждого. В пересчете принимали участие юрист Б.Б.С., завхоз Б.И.Э., ветеринарный врач О.С.С. О выявленной недостаче генеральный директор К.Л.Н. была в курсе. По факту недостачи Б.С.Б. и Б.В.А. пояснили, что они сами разберутся с К.Л.Н. и бывшим директором К.Э.В., который был в курсе данной недостачи. В связи с отсутствием пастбищ, техники и работников, плачевного состояния животноводческих стоянок, наличия долговых обязательств общества, в декабре 2018 года он уволился с занимаемой должности. В какой-либо сговор с Б.В.А. и Б.С.Б. он не вступал, накладную о реализации 20 голов КРС А. выписал по просьбе последних, которые сообщили, что реализуют свой собственный скот.

Не согласившись с принятым по делу судебным решением, защитник - адвокат Мухлаев А.Б. в интересах осужденного Б.В.А. подал апелляционную жалобу, в которой просит приговор отменить ввиду незаконности, необоснованности и несправедливости, вынести новое решение, вернув уголовное дело прокурору в порядке ст.237 УПК РФ. В обоснование своих доводов ссылается на то, что в ходе судебного разбирательства допрошенный в качестве подсудимого Б.В.А. показал, что 12 октября 2015 года был принят на работу старшим гуртоправом в ООО «...». На животноводческой стоянке отсутствовали производственные помещения (базы)для поголовья КРС, в связи с чем он был вынужден обратиться к руководству в лице генерального директора К.Э.В. с просьбой строительства базов и ремонта жилого дома гуртоправа. ООО «...» не осуществляло каких-либо работ по благоустройству животноводческой стоянки, но при этом требовало от Б.В.А. выполнения плана по получению приплода (телят). Генеральный директор К.Э.В. разрешил ему (Б.) осуществлять самостоятельный забой вверенных ему (Б.) поголовья КРС, для последующей реализации, а на вырученные денежные средства осуществить строительство новых хозяйственных построек (базов для КРС и раскола), а также ремонтные работы дома животновода. Получив разрешение, Б.В.А. осуществил забой и реализацию 20 голов КРС, на вырученные денежные средства построил новые хозяйственные постройки (базы для КРС, раскол) и отремонтировал дом животновода. Также денежные средства расходовались на ежедневные нужды, то есть заработную плату помощников гуртоправа, приобретение бензина на насос, для осуществления поилки скота и т.д. Указывает на то, что какого-либо сговора с Б.С.Б. и М.Б.Б. у Б. не было. Б. по просьбе Б.С.Б. помогал последнему реализовывать поголовье КРС, при этом Б. говорил, что забивает и реализовывает скот по указанию генерального директора ООО «...» К.Э.В. Генеральный директор ООО «...» К.Э.В. давал Б. указания на отгрузку КРС, полученные денежные средства от реализации поголовья КРС Б. отдавал К. Указывает на то, что поголовье КРС, содержащееся на животноводческой стоянке старшего гуртоправа Б.С.Б., не было вверено Б.В.А., ввиду чего последний не мог быть признан виновным в совершении растраты поголовья Б.С.Б. Ссылается на то, что в материалах уголовного дела отсутствуют доказательства о вступлении в предварительный сговор подсудимых, вывод о его наличии является произвольным и при таких обстоятельствах квалификация группой лиц по предварительному сговору подлежит исключению из объема обвинения. Считает, что Б.В.А. формально мог совершить растрату вверенного ему поголовья КРС лишь после заключенного договора о полной материальной ответственности, то есть после 25 мая 2017 года. В ходе предварительного следствия были нарушены Конституционные права на защиту обвиняемых Б.В.А., Б.С.Б. и М.Б.Б., а также права потерпевшего. Постановлением прокурора Кетченеровского района уголовное дело возвращалось в Сарпинский МСО СУ СК РФ по Республике Калмыкия для пересоставления обвинительного заключения. Следователь Сарпинского МСО пересоставил обвинительное заключение и уголовное дело в порядке ст. 220 УПК РФ было направлено прокурору Кетченеровского района. Считает, что орган следствия обязан был после принятия к производству уголовного дела выполнить требования ст.ст. 215-217 УПК РФ.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) осужденный М.Б.Б. просит приговор в отношении него отменить, вынести в отношении него оправдательный приговор. Указывает на то, что приведенные в деле доводы о его виновности не свидетельствуют о наличии в его действиях состава какого-либо преступления, он осужден на предположениях потерпевшей стороны и органов предварительного следствия. Выводы органа предварительного следствия и суда о том, что им были совершены действия, а именно пособничество в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст.160 УК РФ, являются противоречивыми и необоснованными. Указывает на то, что доказательств наличия у него при совершении инкриминируемого преступления корыстного мотива не представлено. Ссылается на то, что вопреки разъяснениям Постановления Пленума ВС РФ №29 от 27 декабря 2002 года суд сделал необоснованное заключение о его виновности, положив в его основу надуманную и противоречивую по сути конструкцию, согласно которой, он якобы оказывал пособничество при хищении Б.С.Б. и Б.В.А. в сентябре 2018 года 4 голов КРС и их реализации С.Г.С., в сентябре, октябре, ноябре 2018 года 4 голов КРС и их реализации М.Б.А., которых он вообще не знает. Тот факт, что он работал в качестве управляющего ООО «...» и голословные утверждения представителя потерпевшей А.Г.И. и свидетеля К.Л.Н. о том, что в силу исполнения обязанностей по должности управляющего хозяйством он владел информацией о состоянии в хозяйстве, не могут служить основанием для обвинения его в совершении хищения скота, к которому он никакого отношения не имеет. Отчеты о движении скота он лично не составлял, поскольку это не входило в его обязанности, этим занимался зоотехник, что подтверждается показаниями свидетелей Б.Ц.Г., Б.У.А., Б.Б.С., О.С.С., а также отчетами о движении скота. Считает, что решения следователя ФИО1 об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении него, принятые в ходе расследования уголовных дел в отношении Б.С.Б. и Б.В.А., по своей сути признаны законными и обоснованными. Указывает на то, что судом не дана процессуально-правовая оценка нарушениям, которые были допущены входе производства предварительного следствия. Суд в своем решении указал, что он принимал участие при пересчете скота в составе комиссии в различные периоды времени и знал об имеющейся в хозяйстве недостаче скота, о чем не сообщал собственнику имущества. Однако данное утверждение не соответствует действительности, поскольку в его бытность управляющим, с мая 2018 года по декабрь 2018 года, пересчет скота производился только один раз в сентябре 2018 года, когда и была выявлена недостача скота, о чем он сообщил К.Л.Н. в присутствии свидетеля Б.У.А. Указывает на то, что в приговоре суда не дана оценка его действиям, нет ни одного свидетеля или иных доказательств того, что он причастен к совершению данного преступления, за исключением предположений свидетеля К.Л.Н. и потерпевшей А.Г.И. Он выписал накладную на перевозку 20 голов скота по просьбе Б.С.Б. и Б.В.А., однако при этом не знал и не предполагал об их преступных намерениях. Обращает внимание на то, что для вывода об умышленном нарушении им обязанностей по обеспечению сохранности поголовья скота суд должен был опираться на доказательства того, что такие обязанности были возложены на него трудовым законодательством, локальными актами ООО «...» и трудовым договором. Ссылается на то, что ни в приговоре, ни в обвинительном заключении вообще нет ссылок на документы, в которых зафиксированы трудовые функции (должностные обязанности) управляющего ООО «...», равным образом в приговоре нет ссылок на доказательства того, что его ознакомили с этими функциями (обязанностями). Выводы суда о его уклонении от доведения до руководства ООО сведений о недостачах построены только на показаниях К.Л.Н. При оценке противоречий между показаниями К.Л.Н. и его с Б. показаниями суд в соответствии с принципом презумпции невиновности обязан был истолковать это противоречие в его пользу и признать доказанным факт его с Б. уведомления К. о недостачах. Ссылается на то, что суд доказательством его участия в хищениях называет уведомления гуртоправов о предстоящих пересчетах для принятия ими мер по сокрытию недостачи. Но свидетели К. и О. показали суду, что в ООО «...» управляющие всегда предупреждали о предстоящих пересчетах гуртоправов, чтобы они собрали скот на стоянке для пересчета. Обращает внимание на то, что он достиг пенсионного возраста, ему 65 лет, он имеет ряд хронических заболеваний. На его иждивении находится супруга – инвалид III группы, его здоровье после перенесенной коронавирусной инфекции также ухудшилось, он постоянно принимает медицинские препараты и нуждается в медицинском наблюдении.

В апелляционной жалобе осужденный Б.С.Б., ссылаясь на незаконность и необоснованность, а также несправедливость оспариваемого приговора, просит его отменить, вынести в отношении него справедливое решение.

В письменных возражениях на вышеуказанные апелляционные жалобы государственный обвинитель Абушинов В.В. выражает своё несогласие с изложенными в них доводами и просит оставить жалобы без удовлетворения, а оспариваемый приговор без изменения.

Выслушав стороны, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений на них, судебная коллегия приходит к следующему.

Анализ приведённых в приговоре доказательств свидетельствует о правильном установлении судом фактических обстоятельств дела.

Утверждения стороны защиты об отсутствии в действиях Б.С.Б., Б.В.А. и М.Б.Б. состава инкриминируемых им преступлений проверялись судом первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку вывод суда об их виновности основан на имеющихся в материалах дела доказательствах, исследованных в судебном заседании всесторонне, полно и объективно.

Вина Б.С.Б. и Б.В.А. в совершении растраты, то есть хищения чужого имущества, вверенного им, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, а также М.Б.Б. в совершении пособничества в растрате, то есть хищении чужого имущества, вверенного Б.С.Б. и Б.В.А., группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, установлена и подтверждается следующими доказательствами.

В частности, показаниями свидетеля К.Л.Н., данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ, согласно которым она является учредителем ООО «...», которое, в свою очередь, является учредителем ООО «...». Генеральным директором Общества с 2014 года до 2017 года работал ее племянник К.Э.В. С декабря 2012 года по декабрь 2017 года все поголовье крупного рогатого скота ООО «...» являлось племенным, о чем Министерством сельского хозяйства Республики Калмыкия были выданы соответствующие свидетельства сроком на 5 лет. Скот был чипирован и имел бирки. В 2015 году на должности старших гуртоправов в ООО «...» были приняты Б.С.Б. и Б.В.А., которые проработали до февраля 2019 года. С мая 2018 года в должности управляющего работал М.Б.Б., который осуществлял организацию и контроль за животноводческими стоянками Общества, пересчет скота, составлял отчеты о движении скота. В период работы М.Б.Б., зная об имеющихся недостачах поголовья КРС в гуртах Б. и Б., докладывал, что недостачи не имеется. 31 июля 2018 года была проведена инвентаризация скота, закрепленного за Б. В этот день управляющий М.Б.Б. доложил ей, что у Б. все нормально, недостачи нет. Но юрист ООО «...» Б.Б.С. сообщил ей, что он зафиксировал только 98 голов КРС (вместо 146) и 52 головы молодняка (вместо 125 телят). В этой связи она спросила у М.Б.Б. и Б.В.А., что случилось, на что последние ответили, что коровы разбежались, а 73 теленка они уже ранее зачиповали, поэтому их не загнали в баз. В гурте у Б.С.Б. находилась 141 голова КРС, 2009 года отела, данных коров они держали, чтобы они приносили приплод, который планировался для ежегодной продажи. В гурте у Б.В.А. находилось 144 коровы 2009 года отела, а также в ноябре 2018 года от старшего гуртоправа Б.Б.Н. ему на животноводческую стоянку было передано 145 нетелей, то есть телят 2016 года отела и 43 теленка 2018 года отела. В начале февраля 2019 года начальник службы безопасности ООО «...» К.Э.В. сообщил ей, что на бойне в Астраханской области обнаружены 24 головы стельных коров, поступивших от КФХ «М.Б.Б.», который является управляющим ООО «...». С помощью сканера зоотехником Т.А.К. было установлено, что эти 24 коровы имеют чипы поголовья скота, вверенного Б.С.Б., который потом признался ей, что украл 6 голов КРС. В ходе пересчета у Б.С.А. выявлена недостача 126 голов коров, а у Б.В.А. – 123 голов коров 2009 года отела, 15 нетелей, то есть телят 2016 года отела, и 18 телят 2018 года отела помесного типа с преобладанием калмыцких кровей. Управляющий М.Б.Б. вводил в заблуждение и во время пересчета Б. и Б. перегоняли скот из одного гурта в другой с целью сокрытия недостачи. Позже ей стало известно, что Б. и Б. без ее ведома реализовывали принадлежащий Обществу скот, а управляющий М. их прикрывал и перед пересчетом поголовья давал указания о перегоне скота с одной стоянки на другую с целью сокрытия недостачи(т.2 л.д. 19-23, т.5 л.д. 154-158, т.8 л.д. 47-53, т.10 л.д. 209-213)

Показаниями свидетеля Б.Ц.Г., данными в ходе предварительного следствия, оглашенными и исследованными в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что с 2010 года до 2017 года он работал в ООО «...» в должности зоотехника. С Б.С.Б. он знаком с февраля 2016 года. Б.С.Б. работал старшим гуртоправом на животноводческой стоянке, расположенной в 22 км от с... .. Б. было вверено племенное поголовье КРС в количестве около 150 голов ( т.2 л.д. 220-22).

Показаниями свидетеля А.Т.-А.М., оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, согласно которым в начале января 2019 года он вместе со своим знакомым И.У.А. по просьбе своего брата А.Д.М. осуществлял погрузку 7-8 голов взрослого поголовья КРС с животноводческой стоянки, расположенной недалеко от п. Шатта Кетченеровского района. Во время погрузки на животноводческой стоянке находился только рабочий данной стоянки. Поголовье перевозили на грузовой автомашине И.У.А. (т.2 л.д. 227-229).

Показаниями свидетелей М.Е.В. и Ц.И.А., допрошенных в судебном заседании, согласно которым они в январе 2019 года на автомашине марки «КАМАЗ» с прицепом осуществляли перевозку 24 голов КРС со стоянки, расположенной неподалеку от п. Шатта на бойню в с. Солянка Наримановского района Астраханской области. Прибыв на бойню, они выгрузили скот, и получив оплату, уехали.

Показаниями свидетеля М.Ф.А., допрошенного в судебном заседании, согласно которым ранее он занимался перевозкой скота. Зимой 2019 года к нему обратился парень по имени «Б.» и сказал, что нужно перевезти скот в г. Астрахань. Он согласился и в тот же день он, «Б.» и двое незнакомых ему мужчин выехали на автомашине КАМАЗ на животноводческую стоянку, дорогу до которой указывал «Б.». На стоянке «Б.» и двое его товарищей погрузили в машину около 15-17 голов КРС средней упитанности, после чего они уехали в г. Астрахань на бойню.

Показаниями свидетеля Т.А.К., оглашенными в судебном заседании в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ, согласно которым он работал зоотехником в ООО «...» с октября 2018 года по февраль 2019 года. В тот период в должности управляющего работал М.Б.Б., с которым он ездил по животноводческим стоянкам и производил пересчет поголовья. В качестве животноводов в Обществе в то время работали Б.В.А, которому было вверено около 140 голов маточного поголовья и 120 телят, и Б.С.Б., которому было вверено около 150 голов маточного поголовья. 12 февраля 2019 года ему стало известно, что летом 2018 года в гуртах Б.В.А. и Б.С.Б. во время забора крови была выявлена недостача. По этому поводу К.Л.Н. направляла бригаду для проведения пересчета. Личного поголовья скота у Б.С.Б. не было (т.1 л.д. 152-155, т.3 л.д. 93-96).

Показаниями свидетеля У.К.Х., оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, согласно которым с сентября по декабрь 2015 года он работал в должности главного зоотехника ООО «...». В этот период в должности генерального директора общества работал К.Э.В. В декабре 2015 года после пересчета поголовья более 100 голов КРС было передано от работника хозяйства Б.В.А. (т.7 л.д. 156-158).

Показаниями свидетеля Ш.А.А., допрошенного в судебном заседании, согласно которым летом 2016 года, когда он занимался приобретением и продажей мясной продукции и работал в ГАПв г. Элисте, он приобрел у Б.С.Б. тушку говядины, которую последний привез на автомашине марки ВАЗ-2110.

Показаниями свидетеля М.Б.А., данными в судебном заседании и на предварительном следствии, оглашенными в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ (т.6 л.д. 182-186), из которых следует, что Б.В.А. является его однокурсником, а с Б.С.Б. он познакомился через Б.В.А. на животноводческой стоянке последнего, расположенной примерно в 17 км восточнее с... .. Его супруга М.Л.Б. занимается реализацией мясной продукции на центральном рынке в г. Элисте, которой он оказывает помощь. В период с апреля 2017 года по ноябрь 2018 года он приобрел у Б.В.А. 20 голов КРС коров калмыцкой породы средней упитанности, за которые рассчитывался наличными денежными средствами. Иногда он приезжал на животноводческую стоянку один, а иногда вместе со своим зятем Д.Е.О. При этом иногда забой приобретенных им голов коров он осуществлял на животноводческой стоянке у Б.В.А., а иногда КРС увозил на бойню в г. Элисту, расположенную на территории Аршанского СМО, где осуществлял их забой.

Показаниями свидетеля С.М.Н. допрошенного в судебном заседании, согласно которым он проживает в <...>, работает гуртоправом в АО им. А.Чапчаева. В декабре 2018 года у него пропало 9 голов КРС, поисками которых он изначально занимался самостоятельно. В январе 2019 года ему стало известно о пропаже скота у О.Н.Н. По факту пропажи поголовья КРС они обратились к участковому полиции К.В.В., с которым выехали на поиски скота в г. Астрахань. На бойне в Астраханской области ими были обнаружены около 10 голов коров калмыцкой породы, возрастом около 4-5 лет, осмотрев которых, они установили, что это не их пропавший скот.

Показаниями свидетеля А.Д.М., оглашенными в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ, согласно которым он занимается скупкой скота и давно знаком с Б.В.А. и Б.С.Б. С М.Б.Б. не знаком, Д.Б.Г. знает, познакомился с ним на рынке в Дагестане. В январе 2019 года к нему позвонил Б.В.А. и предложил приобрести 8 голов КРС, на что он согласился. Далее он попросил своего знакомого И.У.А. съездить и забрать данный скот, который он в последующем продал в г. Хасавюрте. Оплату частично он произвел на банковскую карту, а часть денежных средств И.У.А. отдал наличными при погрузке скота. После к нему вновь позвонил Б.В.А. и предложил приобрести 24 головы КРС. Он согласился и также перевел часть оплаты на банковскую карту, номер которой ему сообщил Б.С.Б., а оставшуюся часть отдал наличными при встрече с последним в г. Элисте. 31 января 2019 года он вместе со своими братьями И. и Т., а также с И.У.А. прибыл на животноводческую стоянку Б.С.Б. за скотом, который планировали вывезти на нескольких автомобилях марки «Газель», но Д.Б.Г. посоветовал нанять автомашину марки «КАМАЗ», которая прибыла из Ики-Бурульского района. Также Д.Б.Г. рекомендовал ему и И.У.А. сдать данный скот на бойне в с. Солянка Астраханской области, что они и сделали. В последующем на бойню приехали сотрудники полиции, которым он сообщил, что приобрел данный скот на животноводческой стоянке Б.С.Б. в Кетченеровском районе Республики Калмыкия и показал накладную, которую ему передал Б.В.А., выданную КФХ «М.Б.Б.». (т.1 л.д. 97-100)

Показаниями свидетеля Б.У.А., оглашенными в судебном заседании в порядке ч.1 ст. 281 УПК РФ, согласно которым в августе или сентябре 2018 года он по указанию К.Л.Н. совместно с юристом Б.Б.С., управляющим М.Б.Б., зоотехником О.С.С. и заведующей хозяйством Б.И.Э. производил пересчет КРС на животноводческой стоянке Б.В.А. В ходе пересчета была выявлена недостача поголовья КРС. (т.1 л.д. 165-167)

Показаниями свидетеля Б.Б.С., допрошенного в судебном заседании, согласно которым в период с мая 2018 года по январь 2019 года он работал в должности юриста ООО «...». По поручениям К.Л.Н. он выезжал и участвовал при пересчетах поголовья КРС на животноводческих стоянках ООО «...»,на стоянке Б.В.А. он участвовал в пересчете два раза. Пересчет проводили в составе комиссии, в которую входил он, К.Э.В., а также другие работники Общества. На стоянке у Б.В.А. была выявлена недостача поголовья, в каком количестве, не помнит.

Показаниями свидетеля К.Э.В., данными в судебном заседании и на предварительном следствии, оглашенными в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ (т.4 л.д. 71-76, т. 7 л.д. 159-163), согласно которым в период с августа 2015 года по апрель 2017 года он работал в должности генерального директора ООО «...», в последующем без оформления трудовых отношений он работал в обществе, оказывая консультативную помощь. Учредителем данного общества являлась его тетя К.Л.Н. На должности гуртоправов им были приняты Б.С.Б. и Б.В.А. В каком количестве последним было вверено поголовье КРС, не помнит, поскольку тогда в должности зоотехника работал У.К.Х., который занимался данным вопросом. В период его работы поголовье КРС ООО «...» являлось племенным до декабря 2017 года, после чего срок действия свидетельства закончился. Решение о реализации поголовья (взрослого или молодняка) принималось К.Л.Н., после чего в известность также ставили гуртоправа и зоотехника. В период его работы он давал разрешение Б.С.Б. и Б.В.А. на продажу поголовья. Недостачи поголовья КРС в тот период времени у них не было. В хозяйстве имелись проблемы с обеспечением животноводческих стоянок кормами и выплатой заработной платы работникам, за что он и М.С.Д. были привлечены к ответственности. Пересчет поголовья проводился с использованием сканера. О пересчете предупреждали гуртоправа, чтобы последний мог собрать скот для пересчета. Отчеты о движении скота велись зоотехником, который в последующем сдавал его в службу АПК. Зимой 2019 года от сотрудников полиции ему стало известно, что на бойне в Астраханской области был обнаружен скот, принадлежащий ООО «...», после чего он и зоотехник Т.А.К. совместно с сотрудниками полиции выехали на указанную бойню. С юристом Б.Б.С. участвовал при пересчете поголовья на стоянке Б.В.А. уже после обнаружения сотрудниками полиции тушек коров на бойне в Астраханской области. После обнаружения скота на бойне он поехал на стоянку к Б.В.А., где последний обязался восстановить недостачу, а он сообщил, что по поводу возмещения ущерба им нужно разговаривать с К.Л.Н. Более он с Б.С.Б. и Б.В.А. не общался.

Показаниями свидетелей А.М.М. и А.М.М., оглашенными в судебном заседании в порядке п.1 ч.2, ч. 1 ст. 281 УПК РФ, согласно которым они проживали на животноводческой стоянке, расположенной в 20 км от п. Ялмта Целинного района Республики Калмыкия вместе со своим братом А.Т.-А.М. 30 января 2019 года к ним на животноводческую стоянку приехал их брат А.Д. вместе со своим знакомым И.У.А. и попросил помочь в погрузке скота около п. Шатта Кетченеровского района Республики Калмыкия. На следующий день они вместе с братом Д. и И.У.А. приехали на животноводческую стоянку на территории Кегультинского СМО, где их встретили Б.С.Б. и Б.В.А., с которыми они были ранее знакомы. Там также находился Д.Б.Г., с которым А.М.М. был ранее знаком. Затем Б.С.Б. на мотоцикле загнал весь скот в баз, где И.У.А. и Д. отобрали 24 головы взрослых коров, примерно 2009 года отела, хорошей упитанности. Продавцом данного поголовья выступал Б.С.Б. После этого на животноводческую стоянку приехал автомобиль марки «КАМАЗ», куда они погрузили данных коров. По совету Д.Б.Г. данный скот их брат и И.У.А. повезли на бойню в г. Астрахань, куда последний предварительно позвонил и договорился о продаже скота(т. 2 л.д. 223-225, 231-233)

Показаниями свидетеля Д.Б.Г., оглашенными в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, согласно которым примерно с 2008 года он занимается куплей-продажей сельскохозяйственных животных и продукции. Купленный скот он перевозит и реализует на продуктовых рынках, перерабатывающих предприятиях и частным лицам. С Б.С.Б. знаком с декабря 2017 года, также знает генерального директора ООО «...» К. Примерно 6-7 декабря 2017 года он приобрел 17 голов, телок 2016 года отела, средней упитанности, помесной породы с преобладанием калмыцких кровей, которых загрузил на животноводческой стоянке Б.С.Б., расположенной на территории Кегультинского СМО, на принадлежащие ему две грузовые автомашины. За 17 голов КРС он заплатил Б.С. «…» рублей, из расчета по «…» рублей за 1 голову. При этом Б.С.Б. выдал ему одну накладную, выписанную на имя мужчины с кавказской фамилией, пояснив, что в случае возникновения вопросов по поводу приобретения поголовья генеральный директор ООО «...» К.Э.В. знает о сделке и в случае необходимости подтвердит, что данный скот принадлежит ООО «...». Отправив машину под управлением К.М.Н. вперед, он сам направился в п. Кетченеры, где нужно было оформить в районной ветеринарной станции документы на вывоз скота. Получив ветеринарное свидетельство, он направился в отделение полиции, чтобы сделать отметку о том, что вывозит поголовье КРС в Дагестан. В последующем данные 17 голов он продал на рынке в г. Хасавюрте. 31 января 2019 года, встретившись с Б.В.А., они выехали на животноводческую стоянку последнего, куда в последующем также приехал Б.С.Б. и сообщил, что будет сдавать свои 24 головы КРС – коров, 2010 года отела, хорошей упитанности, помесной породы с преобладанием калмыцких кровей. Б.С.Б. пояснил, что продает скот по цене 36 тысяч рублей за голову. После в тот же день на животноводческую стоянку на автомашине марки «Газель» приехали трое мужчин кавказской национальности. Он посоветовал сдать скот в Астраханской области, а именно в с. Солянка Наримановского района. (т.1 л.д. 134-137, 197-205, т.5 л.д. 167-175, т.8 л.д. 169-173)

Показаниями свидетеля М.А.И., оглашенными в судебном заседании в порядке п. 1 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, согласно которым он работал на животноводческой стоянке Б.В.А., который при трудоустройстве пояснил, что у него по документам и отчетности находится гурт в количестве 146 голов, но фактически в гурте было всего 89 голов КРС. Также Б.В.А. предупредил его, что в случае, если кто-то спросит о количестве коров в гурте, то он должен всем говорить, что в гурте находятся 146 голов. Б.В.А. пояснял, что весь скот принадлежит ООО «...», то есть скота, принадлежащего Б.В.А., либо иным лицам, нет. При пересчете скота Б.В.А. пригонял со стоянки Б.С.Б. недостающее поголовье, чтобы скрыть недостачу, а после пересчета возвращал обратно (т.1 л.д. 160-164, т. 5 л.д. 163-166).

Протоколом осмотра документов, содержащих информацию о соединениях между абонентами от 12 июня 2019 года, согласно которому осмотрена и приобщена в качестве вещественных доказательств информация о соединениях между абонентами «…»,«…»,«…»,«…»,«…»,«…»,«…»,«…»,«…» за период времени с 15 июня 2016 года по 10 февраля 2019 года. В ходе осмотра установлено, что абонентский номер «…» (подсудимый Б.С.Б.), в указанный период совершал исходящие звонки и принимал входящие звонки с абонентских номеров «…» (свидетель К.Э.В.), «…» (свидетель А.Д.М.), «…» (подсудимый Б.В.А.), «…» (подсудимый М.Б.Б.), «…» (свидетель С.Г.С.), «…» (свидетель К.Л.Н.), «…» (свидетель Д.Б.Г.), «…» (свидетель М.Б.А.), «…» (свидетель Л.С.В.) (т.3 л.д. 20-25).

Протоколом осмотра документов, содержащих информацию о соединениях между абонентами от 12 июня 2019 года, согласно которому осмотрена и приобщена в качестве вещественных доказательств информация о соединениях между абонентами «…»,«…»,«…»,«…»,«…»,«…»,«…»,«…»,«…» за период времени с 15 июня 2016 года по 10 февраля 2019 года. В ходе осмотра установлено, что абонентский номер «…»,«…» (подсудимый Б.В.А.), в указанный период совершал исходящие звонки и принимал входящие звонки с абонентских номеров «…» (свидетель М.Б.А.), «…» (свидетель Д.Б.Г.), «…» (свидетель К.Л.Н.), «…» (подсудимый М.Б.Б.). (т. 6 л.д. 143-148).

Протоколом дополнительного осмотра предметов (документов) от 13 октября 2019 года, согласно которому осмотрены сведения о соединениях абонентских номеров, находящихся в пользовании «…» (подсудимый Б.В.А.), «…» (подсудимый Б.С.Б.), «…» (подсудимый М.Б.Б.), «…» (свидетель К.Э.В.) (т. 8 л.д. 142-145).

Актом недостачи от 4 февраля 2019 года, согласно которому исполнительным директором ООО «...» А.Г.И. в гурте старшего гуртоправа Б.С.Б. установлена недостача 126 голов КРС (т. 1 л.д. 5).

Приказом ООО «...» № 21а от 12 октября 2015 года, согласно которому Б.В.А. принят на должность старшего гуртоправа ООО «...» (т. 6 л.д. 60).

Трудовым договором б/н от 25 мая 2017 года, согласно которому между ООО «...» в лице генерального директора М.С.Д. и Б.В.А. заключен трудовой договор (т. 5 л.д. 11-12).

Свидетельством о регистрации в государственном племенном регистре ООО «...» серии «...» за № «...» от 21 декабря 2012 года, согласно которому ООО «...» являлось племенным репродуктором по разведению крупного рогатого скота калмыцкой породы. Срок действия свидетельства о регистрации составляет 5 лет (т. 2 л.д. 24).

Договором № 4 о полной индивидуальной материальной ответственности от 25 мая 2017 года, согласно которому старший гуртоправ ООО «...» Б.С.Б. принимает на себя полную материальную ответственность за сохранность, порчу, недостачу вверенного ему имущества (т. 1 л.д. 20-21).

Приказом ООО «...» № 23а от 12 декабря 2015 года, согласно которому Б.С.Б. принят на должность старшего гуртоправа ООО «...» (т. 2 л.д. 141)

Договором № 3 о полной индивидуальной материальной ответственности от 25 мая 2017 года, согласно которому старший гуртоправ ООО «...» Б.В.А. принимает на себя полную материальную ответственность за сохранность, порчу, недостачу вверенного ему имущества (т. 9 л.д. 238).

Уставом ООО «...», утвержденного решением общего собрания учредителей от 8 июля 2011 года, согласно которому данное общество является юридическим лицом (ОГРН <***>, ИНН <***>), с юридическим адресом: Республика Калмыкия, Кетченеровский район, с...., ул. Центральная, д.11. Общество осуществляет следующие виды деятельности: животноводство, растениеводство, производство мяса и мясопродуктов, производство прочих пищевых продуктов, транспортная обработка грузов и хранение, оптовая торговля мясом, мясом птицы, продуктами и консервами из мяса и мяса птицы, предоставление прочих услуг. Единоличным исполнительным органом общества является генеральный директор. (т. 9 л.д. 239-245)

Заключением судебной товароведческой экспертизы № 026-013-00162А от 27 июня 2019 года, согласно которому:

- среднерыночная стоимость КРС (корова плем репродукт) 2009 года отела средним весом и средней упитанности на май 2016 года составила – 50 828 руб., июль 2016 года – 50 828 руб., декабрь 2016 года – 48 287 руб., февраль 2017 года – 38 703 руб., май 2017 года – 40740 руб., июль 2017 года – 40 740 руб., август 2017 года – 39721,50 руб., сентябрь 2017 года – 39721, 50 руб., январь 2018 года – 56 967 руб., март 2018 года – 56 967 руб., апрель 2018 года – 59 965 руб., май 2018 года – 59 965 руб., август 2018 года – 58 466 руб., сентябрь 2018 года – 58 466 руб., ноябрь 2018 года – 58 466 руб., январь 2019 года – 50 541 руб.;

- среднерыночная стоимость КРС (бык плем репродукт) 2016 года отела средним весом и средней упитанности на ноябрь 2016 года составила – 25414 руб.;

- среднерыночная стоимость КРС (телка плем репродукт) 2017 года отела средним весом и средней упитанности на декабрь 2017 года составила – 20370 руб.;

- среднерыночная стоимость КРС (корова помесного типа) 2009 года отела средним весом и средней упитанности на май 2016 года составила – 34920 руб., на июль 2016 года – 34920 руб., на декабрь 2016 года – 33174 руб., на февраль 2017 года – 27645 руб., на май 2017 года – 29100 руб., на август 2017 года – 28372 руб., на сентябрь 2017 года – 28372,50 руб., на январь 2018 года – 38703 руб., на март 2018 года – 38703 руб., на май 2018 года – 40740 руб., на сентябрь 2018 года – 39721,50 руб., на январь 2019 года – 37830 руб.;

- среднерыночная стоимость КРС (бык помесного типа) 2016 года отела средним весом и средней упитанности на ноябрь 2016 года составила – 17460 руб.;

- среднерыночная стоимость КРС (телка помесного типа) 2017 года отела средним весом и средней упитанности на декабрь 2017 года составила – 14550 руб.;

- среднерыночная стоимость КРС (бык плем репродукт) 2018 года отела средним весом и средней упитанности на февраль 2019 года составила – 25918 руб.;

- среднерыночная стоимость КРС (телка плем репродукт) 2018 года отела средним весом и средней упитанности на февраль 2018 года составила – 25918 руб.;

- среднерыночная стоимость КРС (бык плем репродукт) 2017 года отела средним весом и средней упитанности на февраль 2019 года составила – 38878 руб.;

- среднерыночная стоимость КРС (бык помесного типа) 2018 года отела средним весом и средней упитанности на февраль 2019 года составила – 19400 руб.;

- среднерыночная стоимость КРС (телка помесного типа) 2018 года отела средним весом и средней упитанности на февраль 2019 года составила – 19400 руб.;

- среднерыночная стоимость КРС (бык помесного типа) 2017 года отела средним весом и средней упитанности на февраль 2019 года составила – 38878 руб. (т.3 л.д. 32-55).

Заключением судебной товароведческой экспертизы №026-013-00171А от 8 июля 2019 года, согласно которому:

- среднерыночная стоимость КРС (корова плем репродукт) 2010 года отела средним весом и средней упитанности на апрель 2016 года составила – 50 828 руб., июль 2016 года – 50828 руб., август 2016 года – 49557 руб., ноябрь 201 года – 49557 руб., декабрь 2016 года – 48287 руб., апрель- июль 2017 года – 40740 руб., октябрь-ноябрь 2017 года – 39721, 50 руб., февраль 2018 года – 56967 руб., июнь-июль 2018 года – 59 965 руб., сентябрь-ноябрь 2018 года – 58466 руб., январь 2019 года – 50 541 руб.;

- среднерыночная стоимость КРС (нетель плем репродукт) 2016 года отела средним весом и средней упитанности на февраль 2019 года составляет – 45 357 руб.;

- среднерыночная стоимость КРС (телка плем репродукт) 2016 года отела средним весом и средней упитанности на декабрь 2017 года составляет – 20370 руб., декабрь 2018 года – 40477 руб., январь 2019 года – 45357 руб.;

- среднерыночная стоимость КРС (корова помесного типа) 2010 года отела средним весом и средней упитанности на апрель 2016 года составила – 34920 руб., июль 2016 год – 34920 руб., август 2016 года – 34047 руб., ноябрь 2016 года – 34047 руб., декабрь 2016 года – 33174 руб., апрель-июль 2017 года – 29100 руб., октябрь-ноябрь 2017 года – 28372,50 руб., февраль 2018 года – 38703 руб., июнь-июль 2018 года – 40740 руб., сентябрь-ноябрь 2018 года – 39721,50 руб., январь 2019 года – 37830 руб.;

- среднерыночная стоимость КРС (нетель помесного типа) 2016 года отела средним весом и средней упитанности на февраль 2019 года составляет – 33950 руб.;

- среднерыночная стоимость КРС (телка помесного типа) 2016 года отела средним весом и средней упитанности на декабрь 2017 года составляет – 14550 руб., декабрь 2018 года – 27499,50 руб., январь 2019 года – 33950 руб.;

- среднерыночная стоимость КРС (бык плем репродукт) 2018 года отела средним весом и средней упитанности на февраль 2019 года составляет – 25918 руб.;

- среднерыночная стоимость КРС (телка плем репродукт) 2018 года отела средним весом и средней упитанности на февраль 2019 года составляет – 25918 руб.;

- среднерыночная стоимость КРС (бык помесного типа) 2018 года отела средним весом и средней упитанности на февраль 2019 года составляет – 19400 руб.;

- среднерыночная стоимость КРС (телка помесного типа) 2018 года отела средним весом и средней упитанности на февраль 2019 года составляет – 19400 руб. (т. 6 л.д. 155-179).

В обоснование виновности осужденных в приговоре приведены и другие доказательства, в частности, показания свидетелей О.Н.Н.,О.С.С. в судебном заседании, К.В.В., К.Т.В., М.С.Д., И.У.А., И.А.Т., С.Р.Б. и К.Р.С., К.Д.Р., М.Л.Б., М.Н.С., Т.Р.И., С.Г.Н., оглашенные в судебном заседании; протоколы осмотров мест происшествия от 3,15 февраля, 13 марта 2019 года, выемок от 6 февраля, 19 мая 2019 года с фототаблицами к ним, осмотров предметов и документов от 6 февраля, 22 марта, 1,10,13 апреля, 19 мая 2019 года; протоколы явок с повинной Б.С.Б. и Б.В.А. от 2 и 4 марта 2019 года; протоколы проверки показаний на месте с участием обвиняемых Б.С.Б. и Б.В.А. от 31 мая и 12 апреля 2019 года; протоколы очных ставок между свидетелем М.Б.А. и обвиняемым Б.С.Б. от 24 апреля 2019 года, свидетелем Б.Ц.Г. и обвиняемым Б.С.Б. от 2 июня 2019 года, свидетелем Б.Ц.Г. и обвиняемым Б.В.А. от 2 июня 2019 года, свидетелем К.Э.В. и обвиняемым Б.С.Б. от 11 апреля 2019 года, свидетелем К.Э.В. и обвиняемым Б.В.А. от 11 апреля 2019 года, а также иные доказательства, содержание и подробный анализ которых имеется в приговоре.

Кроме того, в суде апелляционной инстанции по ходатайству стороны обвинения дополнительно исследованы следующие письменные доказательства:

- акт инвентаризации КРС, вверенного старшему гуртоправу Б.С.Б. от 5 февраля 2019 года, согласно которому комиссией в составе исполнительного директора ООО «...» А.Г.И., зоотехника ООО «...» Т.А.К. и учредителя ООО «...» К.Л.Н., установлена недостача поголовья КРС, закрепленного за Б.С.Б., в количестве 126 коров 2009 года отела из 141 голов калмыцкой породы 2009 года отела, вверенного старшему гуртоправу Б.С.Б. согласно акту инвентаризации от 13 августа 2018 года, отчетам о движении скота за 2018 год (т.2 л.д.25);

- акт инвентаризации КРС, вверенного старшему гуртоправу Б.В.А. от 8 февраля 2019 года, согласно которому комиссией в составе исполнительного директора ООО «...» А.Г.И., зоотехника ООО «...» Т.А.К. и учредителя ООО «...» К.Л.Н., установлена недостача поголовья КРС, закрепленного за Б.В.А., в количестве 123 коров 2010 года отела, 15 нетелей 2016 года отела и 18 телят 2018 года отела, то есть всего 156 голов КРС из 332 голов, вверенных старшему гуртоправу Б.В.А. согласно акту инвентаризации от 13 августа 2018 года, акту забора крови ветеринарной станции Кетченеровского района от 13 августа 2018 года, отчетам о движении скота за период с ноября 2018 года по январь 2019 года, акту приема-передачи КРС от 9 января 2019 года от старшего гуртоправа У.Д.А. к старшему гуртоправу Б.В.А. (т.6 л.д.71).

Тщательно проанализировав представленные сторонами доказательства, дав им надлежащую правовую оценку, как в отдельности, так и в совокупности, правильно установив их относимость, допустимость, достоверность, а в совокупности и достаточность, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о виновности Б.С.Б. и Б.В.А. в совершении растраты, то есть хищении чужого имущества, вверенного им, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, а М.Б.Б. также в совершении пособничества в растрате, то есть хищении чужого имущества, вверенного Б.С.Б. и Б.В.А., группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, при этом верно квалифицировав действия Б.С.Б., Б.В.А. по ч.4 ст.160 УК РФ, а М.Б.Б. - по ч.5 ст.33ч.4 ст.160 УК РФ.

Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, подтверждаются исследованными в суде и приведенными в приговоре доказательствами, получившими надлежащую оценку, при этом суд, раскрыв содержание доказательств, привел мотивы, по которым отверг одни доказательства и признал достоверными другие. Противоречий и неустранимых сомнений в доказательствах судом первой инстанции не установлено, не усматривает таковых и судебная коллегия.

Показания свидетелей согласуются друг с другом по месту, времени и обстоятельствам совершения преступлений, а также соотносятся с письменными доказательствами по делу. Существенных или неустранимых противоречий их показания не содержат. Каких-либо обстоятельств, свидетельствующих об оговоре свидетелями осужденных, наличии неприязненных отношений между ними или заинтересованности в исходе дела, судом первой инстанции не установлено и судебной коллегией также не усматривается. Оснований не доверять показаниям свидетелей не имеется. Более того, указанные лица были предупреждены об уголовной ответственности, предусмотренной ст.ст.307,308 УК РФ.

Достоверность, правильность и объективность протоколов следственных действий – выемок, осмотров предметов и документов, осмотров мест происшествия, у суда первой инстанции обоснованно не вызвала сомнений, поскольку они соответствуют требованиям ст.ст.166,176,183 УПК РФ, подробны и сочетаются между собой, ими бесспорно установлена виновность Б.С.Б., Б.В.А. и М.Б.Б. в совершении инкриминируемых им преступлений.

Проведенные по делу и положенные в основу приговора экспертизы проведены с соблюдением требований ст.ст.195,196 УПК РФ, компетентными экспертами, обладающими специальными познаниями с использованием установленных методик. Все необходимые исследования для дачи заключения по вопросам, поставленным следователем, экспертами были проведены, представленные материалы дела проанализированы в полном объеме.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года №48 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате", противоправное, безвозмездное обращение имущества, вверенного лицу, в свою пользу или пользу других лиц, причинившее ущерб собственнику или иному законному владельцу этого имущества, должно квалифицироваться судами как присвоение или растрата при условии, что похищенное имущество находилось в правомерном владении либо ведении этого лица, которое в силу должностного или иного служебного положения, договора либо специального поручения осуществляло полномочия по распоряжению, управлению, доставке, пользованию или хранению в отношении чужого имущества.

Из изложенного следует, что если на момент посягательства лицо было наделено в отношении похищаемого имущества любым, несколькими или всеми из числа указанных полномочий и возложение таковых имело юридические основания, то имущество считается вверенным лицу, то есть находящимся в его правомерном владении либо ведении.

Как правильно установлено судом первой инстанции, Б.С.Б. и Б.В.А., являясь старшими гуртоправами в ООО «...», осуществляя в соответствии с договорами о полной индивидуальной материальной ответственности от 25 мая 2017 года полномочия по хранению вверенного им указанным обществом имущества в виде поголовья КРС, в период с мая 2016 года по 8 февраля 2019 года совершили хищение путем растраты вверенного им имущества в виде 282 голов КРС, в том числе32 голов при пособничестве М.Б.Б., путем отчуждения указанного поголовья КРС за денежное вознаграждение иным лицам, с последующим обращением вырученных средств в свою пользу, чем причинили собственнику вверенного им имущества ООО «...» ущерб в особо крупном размере.

В этой связи судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что поголовье крупного рогатого скота в количестве 141 головы 2009 года отела было вверено Б.С.Б. собственником указанного имущества – ООО «...» в период времени с 12 декабря 2015 года по 5 февраля 2019 года, а поголовье крупного рогатого скота в количестве 332 голов было вверено Б.В.А. указанным обществом в период времени с 12 октября 2015 года по 8 февраля 2019 года, то есть фактически находилось в их правомерном владении еще до заключения с ними договоров о полной индивидуальной материальной ответственности от 25 мая 2017 года, поскольку указанные выводы суда основаны на вышеприведенных разъяснениях Пленума Верховного Суда РФ, изложенных в п.23 постановления от 30 ноября 2017 года №48,согласуются с установленными судом фактическими обстоятельствами дела и доказательствами по ним, в частности, с показаниями свидетелей К.Л.Н., Б.Ц.Г., К.Э.В., Т.А.К., М.С.Д. и Д.Б.Г., а также письменными материалами дела, в том числе, отчетами о движении скота на фермах Б.С.Б. и Б.В.А., из содержания которых следует, что последние работали в должности старших гуртоправов ООО «...» в период с 2015 года по февраль 2019 года, при этом указанным обществом им было вверено имущество в виде вышеуказанного поголовья КРС, что и позволило Б.С.Б. и Б.В.А., в том числе, при пособничестве М.Б.Б., в инкриминируемый по делу период времени похитить и реализовать имущество ООО «...» в виде 282 голов КРС за денежное вознаграждение иным лицам.

Судебная коллегия отмечает, что указанные обстоятельства не отрицались и самими осужденными Б.С.Б. и Б.В.А. как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании, поскольку как следует из оглашенных в порядке ст.276 УПК РФ показаний данных осужденных, а также показаний Б.В.А. в судебном заседании, последние подтвердили, что работали в ООО «...» в должности старших гуртоправов с 2015 года, при этом, согласно показаниям Б.С.Б. указанным обществом ему было вверено поголовье в количестве 150 голов крупного рогатого скота, а согласно показаниям Б.В.А. ему было вверено поголовье в количестве около 140 голов КРС.

С учетом изложенного, судебная коллегия не может согласиться с доводом жалобы защитника Мухлаева А.Б. о том, что Б.В.А. не являлся субъектом инкриминируемого ему преступления, ввиду того, что по мнению указанного защитника мог совершить растрату вверенного ему поголовья КРС лишь после заключения с ним договора о полной материальной ответственности от 25 мая 2017 года, поскольку изложенный довод противоречит установленным судом фактическим обстоятельствам дела и полностью опровергается совокупностью исследованных судом и приведенных выше доказательств.

Доводы, приведенные в апелляционных жалобах, аналогичные тем, которые выдвигались в ходе судебного разбирательства по настоящему уголовному делу, в том числе связанные с отсутствием в действиях Б.С.Б., Б.В.А. и М.Б.Б. состава инкриминируемого им преступления ввиду отсутствия между ними предварительного сговора, являлись предметом проверки и оценки судом первой инстанции, при этом обоснованно были признаны несостоятельными по мотивам, изложенным в оспариваемом приговоре, не согласиться с которыми у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Так, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о несостоятельности доводов защитников Горокоева Л.И. и Мухлаева А.Б. о том, что обвиняемые Б.С.Б. и Б.В.А. совершили растрату лишь 46 голов КРС и 20 голов КРС соответственно, и в этой связи в остальной части уголовное преследование в отношении них подлежит прекращению за отсутствием состава преступления, поскольку указанные доводы стороны защиты противоречат установленным судом фактическим обстоятельствам дела и полностью опровергаются показаниями многочисленных свидетелей, в том числе, К.Л.Н., Д.Б.С., М.Б.А., Б.Б.С., Б.У.А. и др., актами пересчета скота, иными письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Не могут быть признаны состоятельными и доводы стороны защиты осужденного Б.В.А. о том, что реализация вверенного ему поголовья скота осуществлялась по указанию генерального директора ООО «...» К.Э.В., а вырученные после продажи денежные средства тратились им исключительно на создание необходимых условий труда и благоустройства животноводческой стоянки, а также передавались непосредственно К.Э.В., поскольку какими-либо доказательствами, кроме собственных показаний, вышеизложенные обстоятельства, приведенные стороной защиты, не подтверждаются. Вместе с тем, согласно показаниям свидетеля Б.Б.Л., допрошенного в судебном заседании, последний не смог с достоверностью подтвердить тот факт, что Б.В.А. расплачивался с ним личными денежными средствами. В этой связи суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что вышеприведенные доводы подсудимого Б.В.А. с бесспорностью не опровергают выводы органов предварительного следствия о том, что вырученные от реализации похищенного денежные средства были потрачены последним на личные нужды. При этом оснований не согласиться с приведенной в приговоре оценкой представленных в обоснование указанного вывода доказательств у судебной коллегии не имеется.

Вопреки доводам стороны защиты, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что Б.С.Б. и Б.В.А. при совершении ими при пособничестве М.Б.Б. растраты вверенного им имущества ООО «...» действовали группой лиц по предварительному сговору, поскольку об этом свидетельствует совместный, согласованный и тождественный характер их действий, объединенных единым умыслом и направленных на достижение единого преступного результата в виде хищения, путем растраты, имущества ООО «...», при этом в процессе совершения преступления каждый из осужденных выполнял отведенную ему роль, действия каждого из них взаимодополняли друг друга, в том числе, в части сокрытия от руководства ООО «...» образовавшейся недостачи вверенного им поголовья скота, что также свидетельствует о заранее достигнутой между ними договоренности на совершение преступления и осведомленности о преступном характере совершаемых действий.

По этим же основаниям, ввиду того, что действия Б.В.А. и Б.С.Б. по совершению растраты вверенного им поголовья скота ООО «...» носили совместный и согласованный характер, были объединены единым умыслом и направлены на достижение вышеуказанного единого результата, не могут быть приняты во внимание и подлежат отклонению также доводы жалобы о невиновности осужденного Б.В.А. в совершении растраты поголовья Б.С.Б. со ссылкой на то, что поголовье КРС, содержащееся на животноводческой стоянке последнего, не было вверено Б.В.А.

Не может согласиться судебная коллегия и с доводами жалоб о том, что судом первой инстанции не определены характер и степень фактического участия каждого из соучастников в совершении преступления, поскольку, как верно установлено и отмечено судом в оспариваемом приговоре, действия подсудимых по совершению инкриминируемого им преступления носили согласованный характер, были направлены на достижение единого преступного умысла – хищения вверенного им имущества, принадлежащего ООО «...», при этом об указанном свидетельствуют последовательно совершенные Б.С.Б. и Б.В.А. на протяжении длительного периода времени действия по перегону с целью придания видимости наличия всего поголовья вверенного им КРС при проведении пересчета скота, и тем самым, законности их действий, вверенных им гуртов КРС из одной животноводческой стоянки на другую, использования для забоя и реализации своих животноводческих стоянок, расположенных на незначительном расстоянии друг от друга и способ реализации похищенного поголовья одним и тем же лицам.

Вопреки доводам жалобы защитника Мухлаева А.Б., судебная коллегия отмечает, что все обстоятельства, подлежащие доказыванию, перечисленные в ст. 73 УПК РФ, в том числе время, место, способ совершения инкриминируемых преступлений, а также время вступления осужденных в предварительный сговор, с достоверностью установлены судом первой инстанции, при этом оснований не согласиться с мотивами, приведенными в обоснование принятого решения, у судебной коллегии не имеется.

Вместе с тем, тот факт, что в оспариваемом приговоре не указано место вступления осужденных в предварительный сговор на хищение путем растраты имущества ООО «...», вопреки доводам жалобы, не ставит под сомнение выводы суда о виновности осужденных, поскольку характер совершенных ими совместных и согласованных действий свидетельствует о наличии между ними такого сговора.

Не соглашаясь с утверждениями защитника Мухлаева А.Б. об обратном, судебная коллегия отмечает, что каких-либо нарушений требований уголовно-процессуального закона в ходе предварительного расследования по настоящему уголовному делу, влекущих отмену оспариваемого приговора и необходимость возвращения дела прокурору, допущено не было.

Так, возбуждение уголовного дела в отношении неустановленного лица по признакам преступления, предусмотренного п. "в" ч.3 ст.158 УК РФ, вопреки доводам защитника Мухлаева А.Б., не исключало последующего возбуждения уголовного дела и предъявления Б.В.А. обвинения в совершении более тяжкого преступления, предусмотренного ч.4 ст.160 УК РФ, поскольку окончательное обвинение формулируется с учетом установленных в ходе предварительного расследования обстоятельств, подлежащих доказыванию, предусмотренных ст. 73 УПК РФ. Иное означало бы отказ от уголовного преследования лица, причастность которого к совершению преступления повышенной тяжести установлена в ходе следствия, на основании одной лишь предполагаемой и опровергнутой последующим расследованием дела квалификации преступления, данной на этапе возбуждения уголовного дела, когда обстоятельства преступления в силу объективных причин не могут быть установлены с достаточной полнотой.

Как следует из представленных материалов, постановлением прокурора Кетченеровского района Республики Калмыкия Абушинова В.В. от 16 октября 2020 года настоящее уголовное дело в отношении Б.С.Б., Б.В.А. и М.Б.Б. было возвращено в Сарпинский МСО СУ СК РФ по Республике Калмыкия в порядке, предусмотренном п.2 ч.1 ст.221 УК РФ, для пересоставления обвинительного заключения.

Постановлением руководителя Сарпинского МСО ФИО2 от 19 октября 2020 года предварительное следствие по вышеуказанному уголовному делу было возобновлено, установлен срок дополнительного следствия - 1 сутки.

В этот же день настоящее уголовное дело было принято к своему производству старшим следователем Сарпинского МСО ФИО3, после чего последним пересоставлено обвинительное заключение и вышеуказанное уголовное дело направлено в порядке ст.220 УПК РФ прокурору Кетченеровского района Республики Калмыкия для утверждения обвинительного заключения и последующего направления дела в суд.

В этой связи судебная коллегия отмечает, что каких-либо нарушений требований ст.ст.215-217 УПК РФ, в том числе тех, на которые ссылается защитник Мухлаев А.Б. в своей жалобе, а именно, связанных с ущемлением конституционных прав обвиняемых Б.С.Б., Б.В.А. и М.Б.Б., а также потерпевшего, на защиту, ввиду непредъявления следователем после пересоставления обвинительного заключения подшитых и пронумерованных материалов уголовного дела для повторного ознакомления, вопреки доводам жалобы, органом следствия допущено не было, поскольку в установленный в рамках возобновленного предварительного следствия срок (1 сутки) каких-либо дополнительных следственных действий, предусмотренных ст.219 УПК РФ, по уголовному делу не проводилось.

Кроме того, до предыдущего направления дела прокурору от 2 октября 2020 года обвиняемые и их защитники, а также представитель потерпевшего ООО «...» были ознакомлены с материалами уголовного дела в полном объеме, при этом о повторном ознакомлении указанные лица не ходатайствовали. Вышеизложенные обстоятельства соответствуют содержанию протоколов, составленных в соответствии с требованиями ст.218 УПК РФ. В этих же процессуальных документах имеются записи о разъяснении обвиняемым их права, предусмотренного ч.5 ст. 217 УПК РФ.

Ввиду изложенного, вышеприведенные доводы защитника Мухлаева А.Б. о наличии оснований, предусмотренных ст. 237 УПК РФ, для возвращения настоящего уголовного дела прокурору, судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку после возобновления предварительного следствия по делу какие-либо дополнительные следственные действия по делу не проводились, в связи с чем повторного предъявления обвиняемым и их защитникам материалов дела для ознакомления в соответствии с положениями ст.ст.215-217 УПК РФ, от органа предварительного расследования не требовалось.

Доводы стороны защиты осужденного М.Б.Б. об отсутствии в его действиях состава преступления со ссылкой на то, что он не был осведомлен о противоправном характере действий Б.С.Б. и Б.В.А., поскольку отчеты о движении скота им не составлялись, и их составление в его должностные обязанности не входило, а также им была выписана накладная о реализации А. 20 голов КРС, в то время, как по версии следствия, Б.С.Б. и Б.В.А. фактически было похищено 24 головы КРС, являлись предметом проверки и оценки судом первой инстанции, при этом обоснованно отвергнуты им, с приведением надлежащих мотивов принятого решения.

Не могут быть признаны состоятельными и доводы осужденного М.Б.Б. об отсутствии по делу каких-либо доказательств его причастности к совершению инкриминируемого ему преступления, за исключением предположений свидетеля К.Л.Н. и потерпевшей А.Г.И., поскольку указанные доводы противоречат установленным судом фактическим обстоятельствам дела и полностью опровергаются совокупностью исследованных судом и приведенных выше доказательств, в частности, показаниями свидетелей Б.У.А. и Б.Б.С., согласно которым в августе или сентябре 2018 года они по указанию К.Л.Н. в составе комиссии совместно с управляющим М.Б.Б. и зоотехником О.С.С. и заведующей хозяйством Б.И.Э. производили пересчет КРС на животноводческой стоянке Б.В.А., в ходе проведения которого была выявлена недостача поголовья КРС; оглашенными в судебном заседании показаниями Б.С.Б., согласно которым в ноябре 2018 года управляющий М.Б.Б. выявил у него недостачу поголовья КРС, при этом он просил его не сообщать об этом руководству ООО «...», реализацию 24 голов КРС из вверенного ему гурта организовал он и для этого попросил М.Б.Б. предоставить ему накладную на данный скот, которую тот выписал, хотя фактически скот А. не продавал; оглашенными в судебном заседании показаниями Б.В.А., согласно которым в ноябре 2018 года М.Б.Б. при пересчете скота выявил недостачу поголовья, после чего он обратился к последнему с просьбой не сообщать руководству ООО «...» о недостаче, пообещал, что возместит недостачу, о которой также был в курсе директор К.Э.В. Примерно в середине ноября 2018 года с его слов в присутствии управляющего М. зоотехник указал в животноводческом отчете находящееся у него поголовье, хотя фактически оно было меньше; показаниями Б.В.А. в судебном заседании, согласно которым по просьбе Б.С.Б. он обращался к М.Б.Б. с просьбой выписать накладную на 24 головы КРС, на что последний согласился; оглашенными в судебном заседании показаниями свидетеля К.Л.Н., из содержания которых следует, что с мая 2018 года в должности управляющего работал М.Б.Б., который осуществлял организацию и контроль за животноводческими стоянками Общества, пересчет скота, составлял отчеты о движении скота. В период работы М.Б.Б., зная об имеющихся недостачах поголовья КРС в гуртах Б. и Б., докладывал, что недостачи поголовья скота в гуртах Б. и Б. нет. В начале февраля 2019 года начальник службы безопасности ООО «...» К.Э.В. сообщил ей, что на бойне в Астраханской области обнаружены 24 голов стельных коров, поступивших от КФХ «М.Б.Б.», являвшегося управляющим ООО «...»; оглашенными в судебном заседании показаниями свидетеля А.Д.М., согласно которым он занимается скупкой скота и давно знаком с Б.В.А. и Б.С.Б. Ему позвонил Б.В.А. и предложил приобрести 24 головы КРС, на что он согласился и также перевел часть оплаты на банковскую карту, номер которой ему сообщил Б.С.Б., а оставшуюся часть отдал наличными при встрече с последним в г. Элисте. 31 января 2019 года он вместе со своими братьями И. и Т., а также с И.У.А. прибыл на животноводческую стоянку Б.С.Б. за скотом, который они вывезли и сдали на бойне в с. Солянка Астраханской области. В последующем на бойню приехали сотрудники полиции, которым он сообщил, что приобрел данный скот с животноводческой стоянки Б.С.Б. в Кетченеровском районе Республики Калмыкия и показал накладную, которую ему дал Б.В.А., выданную КФХ «М.Б.Б.»; протоколами осмотра документов, содержащих информацию о соединениях между абонентами от 12 июня 2019 года, протоколом дополнительного осмотра предметов (документов) от 13 октября 2019 года.

В этой связи, вопреки доводам жалобы осужденного М.Б.Б., вышеперечисленные доказательства, представленные стороной обвинения и исследованные в судебном заседании, обоснованно положены судом первой инстанции в основу обвинительного приговора в отношении последнего, поскольку они с бесспорностью свидетельствуют о наличии в его действиях состава инкриминируемого преступления, предусмотренного ч.5 ст.33ч.4 ст.160 УК РФ.

Проанализировав довод жалобы осужденного М.Б.Б. о том, что в обоснование выводов о его трудовых функциях в качестве управляющего в ООО «...» и об умышленном нарушении им в этой связи возложенных на него обязанностей по обеспечению сохранности поголовья общества, судом первой инстанции в оспариваемом приговоре не приведено каких-либо доказательств, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Как следует из абз.3 ст.16 Трудового кодекса РФ трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Согласно ст. 67 ТК РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя.

Проанализировав оглашенные в судебном заседании показания свидетеля К.Л.Н., согласно которым подсудимый М.Б.Б. в силу исполнения обязанностей управляющего хозяйством владел информацией о состоянии дел хозяйства, в том числе по организации составления отчета о движении скота, в совокупности с письменными доказательствами по делу, а также показаниями сотрудников ООО «...» К.Э.В., Б.Б.С., Т.А.К., Б.Ц.Г., Б.У.А., О.С.С. о том, что пересчет поголовья скота осуществлялся комиссией, в состав которой входил и М.Б.Б., как управляющий ООО «...», суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что М.Б.Б. был принят в ООО «...» на должность управляющего хозяйством, относящуюся к категории руководителей и предусматривающую руководство производственно-хозяйственной деятельностью указанного общества, и в нарушение своих трудовых обязанностей управляющего ООО «...», то есть лица, выполняющего контролирующие функции в отношении гуртоправов, выявив в сентябре 2018 года недостачу КРС на животноводческих стоянках старших гуртоправов Б.С.Б. и Б.В.А., не сообщил собственнику имущества ООО «...» о выявленной недостаче, о чем также не стал указывать в отчете о движении скота, при этом, как справедливо отмечено в приговоре, отсутствие трудового договора само по себе не свидетельствует о том, что подсудимый М.Б.Б. не состоял в трудовых отношениях с ООО «...» и не выполнял в указанном обществе организационно-распорядительные функции.

Ввиду того, что осужденному М.Б.Б. предъявлено обвинение не в совершении растраты путем хищения имущества ООО «...», а в пособничестве в совершении указанной растраты осужденными Б.С.Б. и Б.В.А., доводы М.Б.Б. об отсутствии в его действиях состава инкриминируемого преступления со ссылкой на то, что доказательств наличия у него корыстного мотива при его совершении представлено не было, не могут быть приняты судебной коллегией во внимание, поскольку в силу вышеуказанного предъявленного ему обвинения мотивы, по которым он действовал, правового значения для признания наличия в его действиях состава инкриминируемого преступления не имеют.

Судом первой инстанции верно установлено, что пособничество М.Б.Б. выразилось в том, что он содействовал совершению Б.С.Б. и Б.В.А. хищения имущества ООО «...» путем несообщения собственнику имущества ООО «...» о выявленной в результате хищений недостачи поголовья КРС на животноводческих стоянках последних, заблаговременного сообщения Б.В.А. о предстоящем проведении пересчета вверенного подсудимым поголовья КРС сотрудниками ООО «...», а также в составлении фиктивной товарной накладной о реализации КРС.

Вместе с тем, тот факт, что из показаний свидетелей К. и О. следует, что именно управляющие всегда предупреждали гуртоправов о предстоящих пересчетах скота, вопреки доводам жалобы, при установленных судом фактических обстоятельствах дела, не ставит под сомнение выводы суда о том, что осужденный М.Б.Б. уведомлял старших гуртоправов Б.С.Б. и Б.В.А. о предстоящих пересчетах КРС именно с целью сокрытия от руководства ООО «...» образовавшейся недостачи вверенного последним поголовья скота.

Вопреки доводам жалобы осужденного М.Б.Б., ссылка последнего на постановление от 31 мая 2020 года о прекращении уголовного дела в отношении следователя СО МО МВД РФ «Сарпинский» ФИО1, принявшего решение от 16 июля 2019 года об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении М.Б.Б., как на обстоятельство, исключающее наличие в действиях последнего состава инкриминируемого ему преступления, является несостоятельной, поскольку постановлением руководителя Сарпинского МСО СУ СК РФ по РК ФИО2 вышеуказанное постановление следователя ФИО1 от 16 июля 2019 года было отменено, более того, из текста вышеуказанного постановления от 31 мая 2020 года, на что указано и самим М.Б.Б. в своей жалобе, следует, что основаниями прекращения уголовного дела в отношении ФИО1, ввиду отсутствия в действиях последнего состава преступлений, предусмотренных ч.1 ст.285, ч.2 ст.303, ч.1 ст.292 УК РФ, в данном случае выступили не незаконность вынесенного данным следователем постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении М.Б.Б., а то, что следствием не были добыты доказательства, свидетельствующие об умышленном характере действий ФИО1 и их направленности на незаконное освобождение М.Б.Б. от уголовной ответственности, при этом вынесенное последним постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, по мнению органа следствия, было основано на субъективной оценке собранных следователем ФИО1 доказательств по делу и в этой связи не могло выступать единственным основанием для привлечения последнего к уголовной ответственности.

В этой связи, вопреки доводам авторов жалоб, судебная коллегия приходит к выводу о том, что в оспариваемом приговоре проанализированы все представленные суду доказательства. В частности, показания самих осужденных, свидетелей, а также письменные доказательства по делу. Всем доказательствам дана надлежащая оценка. Достоверными обоснованно признаны те из них, которые соответствуют фактическим обстоятельствам преступления и подтверждены другими доказательствами. Суд в приговоре мотивировал выводы о том, по каким основаниям отвергнуты одни доказательства и признаны достоверными другие.

При таких обстоятельствах судебная коллегия находит приведенные судом первой инстанции в приговоре мотивы оценки доказательств и доводов сторон убедительными, а доводы осуждённых и их защитников по указанным вопросам не основанными на исследованных судом доказательствах. При этом доводы стороны защиты по существу сводятся к переоценке доказательств, которые судом исследованы и оценены по внутреннему убеждению, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ. Вместе с тем, само по себе несогласие с данной судом оценкой доказательств не влияет на правильность выводов суда, не свидетельствует об односторонней оценке доказательств и в силу ст. 389.15 УПК РФ не является основанием для отмены или изменения судебного решения в указанной части.

Исследовав в судебном заседании все представленные, как стороной обвинения, так и стороной защиты доказательства, дав им правильную правовую оценку как в отдельности, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, так и в совокупности, с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о виновности Б.С.Б., Б.В.А. и М.Б.Б. в совершении вышеназванных действий и правильно квалифицировал действия Б.С.Б. и Б.В.А. по ч.4 ст.160 УК РФ как растрата, то есть хищение чужого имущества, вверенного им, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, а действия М.Б.Б. как пособничество в растрате, то есть хищении чужого имущества, вверенного Б.С.Б. и Б.В.А., группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере.

Как следует из п. 1 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

Исходя из приведенных норм закона, приговор представляет собой единый логически связанный документ, резолютивная часть которого должна вытекать из содержания его вводной и описательно-мотивировочной частей. Вместе с тем, судебное решение должно быть изложено таким образом, чтобы исключить возможность двойного толкования выводов суда по ключевым вопросам обвинения.

Между тем, оспариваемый приговор от 30 июня 2023 года вышеприведенным требованиям закона соответствует не в полной мере, поскольку содержит противоречия в выводах суда, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора, относительно установленных в судебном заседании фактических обстоятельств совершенных преступлений, а именно, количества голов КРС, похищенных осужденными Б.С.Б. и Б.В.А.

Так, правильно установив фактические обстоятельства дела, согласно которым из описания преступного деяния, изложенного в приговоре, следует, что подсудимыми Б.С.Б. и Б.В.А. совершено хищение из вверенного им гурта 250 голов КРС, принадлежащих ООО «...», а при пособничестве М.Б.Б. 32 голов КРС, то есть всего 282 голов КРС, суд первой инстанции необоснованно указал в описательно-мотивировочной части оспариваемого приговора на хищение последними 246 голов КРС, а при пособничестве М.Б.Б. также 32 голов КРС.

В этой связи суд апелляционной инстанции считает необходимым внести соответствующие изменения в оспариваемый приговор в указанной части путем включения в него уточняющих сведений о хищении Б.С.Б. и Б.В.А. из вверенного им гурта 250 голов КРС, принадлежащих ООО «...», а при пособничестве М.Б.Б. - 32 голов КРС.

Кроме того, оспариваемый приговор подлежит изменению также в части определения стоимости похищенного Б.С.Б. и Б.В.А. в период до декабря 2017 года поголовья КРС ООО «...» и общего размера причиненного указанному обществу материального ущерба, ввиду следующего.

Так, судом первой инстанции установлено, что в соответствии со свидетельством о регистрации в государственном племенном регистре от 21 декабря 2012 года за №»...», выданным на основании приказа Министерства сельского хозяйства Российской Федерации от 21 декабря 2012 года за №648, ООО «...» в период с 21 декабря 2012 года по 21 декабря 2017 года являлось племенным репродуктором по разведению КРС калмыцкой породы.

Как следует из письма Министерства сельского хозяйства Республики Калмыкия от 28 апреля 2022 года, при утрате статуса регистрации в государственном племенном регистре поголовье КРС сохраняет статус племенного поголовья при наличии племенного свидетельства.

В этой связи, при определении стоимости похищенного имущества суд первой инстанции исходил из того, что в период действия вышеуказанного свидетельства от 21 декабря 2012 года принадлежащий ООО «...» крупный рогатый скот являлся племенным, ввиду чего стоимость похищенного поголовья КРС в период до декабря 2017 года следует определять по стоимости, установленной для КРС калмыцкой породы, а в период с января 2018 года, исходя из его помесного типа.

При таких обстоятельствах, учитывая заключения экспертов № 026-013-00162А от 27 июня 2019 года и № 026-013-00171А от 8 июля 2019 года о стоимости крупнорогатого скота 2009 и 2010 года отела, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что общий размер причиненного Б.С.Б. и Б.В.А. ООО «...» ущерба составил «...» руб., в том числе, при пособничестве М.Б.Б. – на сумму «...» руб.

Между тем, с вышеизложенными выводами суда первой инстанции судебная коллегия согласиться не может ввиду следующего.

Так, в соответствии со статьёй 2 Федерального закона № 123-ФЗ от 3 августа 1995 года «О племенном животноводстве», племенное животное - это сельскохозяйственное животное, имеющее документально подтверждённое происхождение, используемое для воспроизводства определённой породы и зарегистрированное в установленном порядке.

Порядок получения сертификата племенного животного регулируется Приказом Минсельхозпрода России от 6 апреля 1995 года №91 «О введении Системы обязательной сертификации племенного материала (продукции) сельскохозяйственных животных», согласно которому сертификация племенного материала имеет обязательный характер и осуществляется в целях содействия потребителям в компетентном выборе племенного материала, обеспечения идентификации племенного материала, защите потребителя от недобросовестности продавца племенного материала, подтверждения показателей качества племенного материала, предусмотренных действующими нормами и правилами и заявленных ее продавцом.

Как следует из п.5.8 вышеуказанного Приказа №91, независимо от наличия у продавца племенного статуса по итогам аттестации (лицензирования) государственной племенной службы и оформленной в соответствии с требованиями потребителя документации на животных и иную продукцию, а также сертификата госветслужбы, отбор, продажа (передача), использование указанной продукции в качестве племенной без сертификата органов Системы сертификации не допускается.

Таким образом, основным доказательством принадлежности скота к племенному является сертификат, выдаваемый специализированным органом государственной племенной службы, подтверждающий соответствующий статус реализуемой племенной продукции.

Кроме того, необходимо учитывать, что в соответствии со ст.25 Федерального закона от 3 августа 1995 года №123-ФЗ «О племенном животноводстве» ежегодно во всех организациях, имеющих племенную продукцию (материал) проводится бонитировка, то есть оценка животных по комплексу хозяйственно-полезных признаков с целью определения их племенной ценности, а согласно ст.29 вышеуказанного федерального закона организации по племенному животноводству ведут учет данных в области племенного животноводства по формам, установленным специально уполномоченным Правительством РФ государственным органом по управлению племенным животноводством.

Между тем, поскольку сведения о наличии вышеперечисленных документов, в том числе сертификатов на племенную продукцию, выдаваемых соответствующим органом государственной племенной службы, а также племенных свидетельств, отчетов о ежегодной бонитировке крупного рогатого скота ООО «...», в материалах дела отсутствуют, не представлено таковых и в ходе судебного разбирательства, судебная коллегия, вопреки позиции суда первой инстанции, приходит к выводу о том, что бесспорных доказательств, с достоверностью подтверждающих факт принадлежности поголовья КРС ООО «...» в период времени до декабря 2017 года к племенному, по настоящему делу не представлено.

С учетом изложенного, принимая во внимание положения ч.3 ст.14 УПК РФ, судебная коллегия находит необоснованными выводы суда первой инстанции о принадлежности крупного рогатого скота ООО «...» в период действия вышеуказанного свидетельства о регистрации в государственном племенном регистре, то есть в период времени с 21 декабря 2012 года по 21 декабря 2017 года, к племенному, ввиду чего, по мнению суда первой инстанции, стоимость похищенного поголовья КРС в период до декабря 2017 года следует определять по стоимости, установленной для КРС калмыцкой породы, вследствие чего указанные выводы подлежат исключению из описательно-мотивировочной части оспариваемого приговора.

В этой связи судебная коллегия приходит к выводу о том, что стоимость похищенного в период времени до декабря 2017 года поголовья КРС ООО «...» следует определять по стоимости, установленной для крупного рогатого скота помесного типа, исходя при этом из выводов заключений экспертов № 026-013-00162А от 27 июня 2019 года и № 026-013-00171А от 8 июля 2019 года о стоимости крупнорогатого скота 2009 и 2010 года отела, достоверность и обоснованность которых у судебной коллегии сомнений не вызывает. Ввиду изложенного, судебная коллегия считает необходимым внести в описательно-мотивировочную часть оспариваемого приговора соответствующие изменения путем включения в него вышеуказанных уточняющих сведений.

При таких обстоятельствах, оценив стоимость похищенного в период до декабря 2017 года поголовья КРС ООО «...», исходя при этом из выводов вышеуказанных заключений экспертов о стоимости крупнорогатого скота помесного типа, судебная коллегия считает установленным тот факт, что Б.С.Б. и Б.В.А., действуя в группе лиц по предварительному сговору, похитили путем реализации в период до декабря 2017 года, а именно: в мае 2016 года – 1 голову коровы калмыцкой породы, 2009 года отела, стоимостью 34920 руб.; в период времени с мая по июнь 2016 года – 20 голов коров калмыцкой породы, 2009 года отела, стоимостью 34920 руб. на сумму 698400 руб., 20 голов коров калмыцкой породы, 2010 года отела, стоимостью 34920 руб. на сумму 698400 руб.; в апреле 2016года – 4 головы коров калмыцкойпороды, 2010 года отела, стоимостью 34920 руб. на сумму 139 680 руб.; в июле 2016 года - 8 голов коров калмыцкой породы, 2010 года отела, стоимостью 34920руб. на сумму 279 360 руб., 2 головы коров калмыцкой породы, 2009 года отела, стоимостью 34920 руб. на сумму 69 840 руб.,7 голов коров калмыцкой породы, 2009 года отела, стоимостью 34920 руб. на сумму 244 440 руб.; в августе 2016 года - 2 головы коров калмыцкой породы, 2009 года отела, стоимостью 34920 руб. на сумму 69 840руб., 6 голов коров калмыцкой породы, 2010 года отела, стоимостью 34047 руб. на сумму 204 282 руб.; в ноябре 2016 года - 4 головы коров калмыцкой породы, 2010 года отела, стоимостью 34047 руб. на сумму 136 188 руб.; в декабре 2016 года - 1 голову коровы калмыцкой породы, 2009 года отела, стоимостью 33174 руб., 6 голов коров калмыцкой породы, 2010 года отела, стоимостью 33 174 руб. на сумму 199 044 руб.; в феврале 2017 года - 1 голову коровы калмыцкой породы, 2009 года отела, стоимостью 27 645 руб.; в апреле 2017 года - 2 головы коров калмыцкой породы, 2010 года отела, стоимостью 29 100 руб. на сумму 58200 руб.,4 головы коров калмыцкой породы, 2010 года отела, стоимостью 29 100руб. на сумму 116 400 руб.; в мае 2017 года - 3 головы коров калмыцкой породы, 2010 года отела, стоимостью 29 100 руб. на сумму 87 300 руб., 3 головы коров калмыцкой породы, 2009 года отела, стоимостью 29 100 руб. на сумму 87 300 руб.; в июне 2017 года - 5 голов коров калмыцкой породы, 2010 года отела, стоимостью 29 100 руб. на сумму 145 500 руб.; в период с мая по июль 2017 года - 19 голов коров калмыцкой породы, 2009 года отела, стоимостью 29 100 руб. на сумму 552 900 руб.; в июле 2017 года - 14 голов коров калмыцкой породы, 2009 года отела, стоимостью 29 100 руб. на сумму 407 400 руб.; в августе 2017 года - 1 голову коровы калмыцкой породы, 2009 года отела, стоимостью 28 372 руб.,2 головы коров калмыцкой породы, 2010 года отела, стоимостью 29 100 руб. на сумму 58200 руб.; в сентябре 2017 года - 5 голов коров калмыцкой породы, 2009 года отела, стоимостью 28372,50 руб. на сумму 141862,50 руб., 9 голов коров калмыцкой породы, 2009 года отела, стоимостью 28372,50 руб. на сумму 255352,50 руб.; в октябре 2017 года - 18 голов коров калмыцкой породы, 2010 года отела, стоимостью 28372,50 руб. на сумму 510 705 руб.; в ноябре 2017 года - 8 голов коров калмыцкой породы, 2010 года отела, стоимостью 28372,50 руб. на сумму 226 980 руб., 4 головы коров калмыцкой породы, 2010 года отела, стоимостью 28372,50 руб. на сумму 113 490 руб.

На основании изложенного, с учетом вышеприведенных сведений о снижении стоимости похищенного Б.С.Б. и Б.В.А. в период до декабря 2017 года поголовья КРС, принадлежащего ООО «...», а также принимая во внимание данные о количестве и стоимости похищенного поголовья КРС указанного общества за период времени с января 2018 года по 8 февраля 2019 года, верно установленные и рассчитанные судом первой инстанции исходя из стоимости КРС помесного типа, судебная коллегия приходит к выводу о том, что преступными действиями Б.С.Б. и Б.В.А. причинен материальный ущерб ООО «...» в особо крупном размере в общей сумме «...» руб., в том числе при пособничестве М.Б.Б. – на сумму «...» руб., вследствие чего судебная коллегия считает необходимым внести в описательно-мотивировочную часть оспариваемого приговора соответствующие изменения путем включения в него вышеперечисленных уточняющих сведений.

В связи с уменьшением объема обвинения Б.С.Б. и Б.В.А. вследствие снижения стоимости похищенного ими в период до декабря 2017 года имущества ООО «...» и общего размера причиненного в этой связи ущерба, назначенное осужденным Б.С.Б. и Б.В.А. наказание подлежит соразмерному смягчению. Вместе с тем, вносимые изменения не влекут смягчения назначенного осужденному М.Б.Б. наказания, поскольку не свидетельствуют об уменьшении объема наступивших в результате действий последнего преступных последствий, а именно, размера причиненного при пособничестве М.Б.Б. ущерба ООО «...».

Согласно ст. 6 и ч. 3 ст. 60 УК РФ назначаемое подсудимому наказание должно быть справедливым, соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, в том числе с учётом обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, его влияния на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Судом первой инстанции при назначении наказания Б.С.Б. и Б.В.А. в полной мере учтены характер и степень общественной опасности совершенных ими преступлений, данные об их личности, отсутствие отягчающих и наличие совокупности смягчающих наказание обстоятельств, которыми судом признаны: в отношении Б.С.Б. – явка с повинной, частичное признание вины, факт заключения досудебного соглашения о сотрудничестве, положительная характеристика, в отношении Б.В.А. – явка с повинной, частичное признание вины, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка и супруги – инвалида II группы, частичное возмещение ущерба в размере «...» руб., факт заключения досудебного соглашения о сотрудничестве, положительная характеристика.

При таких обстоятельствах, с учётом характера и степени общественной опасности совершённых деяний, относящихся к категории тяжких умышленных преступлений, направленных против собственности, данных о личности подсудимых, совокупности смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на исправление и условия жизни их семей, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о назначении Б.С.Б. и Б.В.А. наказания в виде реального лишения свободы. Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целью и мотивами преступлений, поведением осужденных во время и после их совершения, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел. Не усматривает таковых и судебная коллегия. Выводы суда об отсутствии оснований для назначения Б.С.Б. и Б.В.А. наказания с применением положений ст.73 УК РФ, снижения категории тяжести совершенного преступления, а также назначения дополнительного наказания в виде штрафа и ограничения свободы надлежащим образом мотивированы судом совокупностью конкретных обстоятельств дела, данными о личности виновных, подробно приведенными в приговоре и установленными на основании представленных сторонами сведений. При этом оснований не согласиться с указанными выводами суда первой инстанции у судебной коллегии не имеется. Исходя из наличия смягчающих обстоятельств, предусмотренных п.«и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствия отягчающих обстоятельств, суд правильно применил при назначении наказания Б.С.Б. и Б.В.А. положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Оснований полагать, что суд не учёл какие - либо иные сведения о личностях Б.С.Б. и Б.В.А. или обстоятельства содеянного ими, которые могли дополнительно повлиять на вид и размер назначенного наказания, не имеется, в материалах дела не содержится и стороной защиты не представлено.

В соответствии с п.«б» ч.1 ст.58 УК РФ вид исправительного учреждения, в котором Б.С.Б. и Б.В.А. надлежит отбывать назначенное наказание, определен верно.

С учетом сведений о личности М.Б.Б., характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, конкретных обстоятельств его совершения, отсутствия отягчающих и наличия совокупности смягчающих наказание обстоятельств, которыми судом признаны: пенсионный возраст, наличие на иждивении супруги – инвалида III группы, положительная характеристика, суд первой инстанции пришел выводу о назначении М.Б.Б. наказания в виде реального лишения свободы.

Вместе с тем, как установлено судом апелляционной инстанции, после постановления приговора осужденный М.Б.Б. частично возместил представителю потерпевшего А.Г.И. причиненный преступлением ущерб в размере «...» руб., кроме того, стороной защиты осужденного были представлены медицинские документы - выписка из амбулаторной карты М.Б.Б. от 3 июля 2023 года №302, выданная БУ РК «Кетченеровская районная больница», выписка из амбулаторной карты М.Б.Б. №173/23 от 11 сентября 2023 года, выданная МЧ№7 ФКУЗ МСЧ-30 ФСИН России, свидетельствующая о том, что последний страдает рядом заболеваний, в том числе, в виде гипертонической болезни 2 стадии, артериальной гипертензии 3 степени, с риском ССО4, ИБС, стенокардии напряжения 2-3 ФК, сахарного диабета 2 типа, диабетической ангиопатии, варикозной болезни, ХВН, бронхиальной астмы смешанного генеза, в средне-тяжелом течении, начальной катаракты обоих глаз, хронического бронхита в стадии ремиссии. В суде апелляционной инстанции осужденный М.Б.Б. также заявил о полном признании вины в совершенном преступлении и раскаянии в содеянном, ввиду наличия совокупности смягчающих наказание обстоятельств просил о назначении ему наказания, не связанного с реальным лишением свободы.

В этой связи судебная коллегия считает необходимым внести соответствующие изменения в обжалуемый приговор суда, признав в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ в качестве обстоятельств, смягчающих наказание осужденному М.Б.Б., признание им вины в совершенном преступлении, раскаяние в содеянном, наличие у него заболеваний, а также добровольное частичное возмещение представителю потерпевшего А.Г.И. причиненного преступлением ущерба в размере «...» руб., и в этой связи смягчить назначенное ему наказание в виде лишения свободы.

На основании изложенного, с учетом совокупности вышеперечисленных, в том числе, дополнительно установленных судом апелляционной инстанции смягчающих наказание осужденному М.Б.Б. обстоятельств, в соответствии с которыми он полностью признал вину в совершенном преступлении, раскаялся в содеянном, добровольно частично возместил причиненный преступлением ущерб, что свидетельствует о существенном снижении степени общественной опасности личности данного осужденного и содеянного им, принимая во внимание характер, конкретные обстоятельства и степень общественной опасности совершенного им преступления, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, данные о личности осужденного, согласно которым он является пенсионером, ранее не судим, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, положительно характеризуется, страдает рядом заболеваний, имеет на иждивении супругу – инвалида III группы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что достижение целей наказания по восстановлению социальной справедливости, исправлению осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений возможно без реального отбывания им лишения свободы с применением ст.73 УК РФ, то есть условно, с назначением испытательного срока и возложением обязанностей на осужденного, предусмотренных ч.5 ст.73 УК РФ.

По мнению судебной коллегии, назначение осужденному М.Б.Б. наказания с применением ст.73 УК РФ соответствует требованиям ст.ст. 6,43,60 УК РФ и является справедливым.

Выводы суда об отсутствии оснований для назначения М.Б.Б. дополнительного наказания в виде штрафа и ограничения свободы, а также снижения категории тяжести совершенного преступления, надлежащим образом мотивированы судом совокупностью конкретных обстоятельств дела, данными о личности виновного, подробно приведенными в приговоре и установленными на основании представленных сторонами сведений. При этом оснований не согласиться с указанными выводами суда первой инстанции у судебной коллегии не имеется.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению также в части зачета в срок наказания Б.С.Б. и Б.В.А. времени применения в отношении них меры пресечения в виде запрета определенных действий, ввиду следующего.

В соответствии с п. «б» ч.3.1. ст.72 УК РФ время содержания лица под стражей засчитывается в срок лишения свободы, за исключением случаев, предусмотренных частями 3.2 и 3.3 настоящей статьи, из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии с п.9 ч.1 ст.308 УПК РФ в резолютивной части приговора должно быть указано решение о зачете времени предварительного содержания под стражей, если подсудимый до постановления приговора был задержан, или к нему применялись меры пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста или запрета определенных действий, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ.

При этом, как следует из п.1.1 ч.10 ст.109 УПК РФ, в срок содержания под стражей засчитывается время запрета определенных действий, предусмотренного п.1 ч.6 ст.105.1 УПК РФ, из расчета два дня его применения за один день содержания под стражей.

В соответствии с оспариваемым приговором, судом первой инстанции на основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФв срок наказания в виде лишения свободы Б.С.Б. зачтено время его содержания под стражей со 2 марта 2019 года по 2 мая 2019 года, с 27 июня 2022 года по 22 февраля 2023 года и с 30 июня 2023 года до вступления приговора суда в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, и в срок наказания в виде лишения свободы Б.В.А. зачтено время его содержания под стражей с 4 марта 2019 года по 4 мая 2019 года, с 27 июня 2022 года по 22 февраля 2023 года и с 30 июня 2023 года до вступления приговора суда в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Из материалов дела усматривается, что постановлением Сарпинского районного суда Республики Калмыкия от 22 февраля 2023 года Б.С.Б. и Б.В.А. изменена мера пресечения с заключения под стражу на запрет определенных действий, срок применения которого был продлен судом до 22 августа 2023 года, при этом в соответствии с оспариваемым приговором от 30 июня 2023 года последним изменена мера пресечения с запрета определенных действий на заключение под стражу, ввиду чего они взяты под стражу в зале суда.

Между тем, в нарушение вышеизложенных требований закона, судом первой инстанции при вынесении оспариваемого приговора в срок наказания Б.С.Б. и Б.В.А., осужденным к лишению свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, время применения в отношении них меры пресечения в виде запрета определенных действий, а именно с 22 февраля 2023 года по 29 июня 2023 года включительно, зачтено не было, при этом в нарушение положений ст.72 УК РФ день, когда Б.С.Б. и Б.В.А. уже была изменена мера пресечения с заключения под стражу на запрет определенных действий, а именно, 22 февраля 2023 года, зачтен судом первой инстанции в срок наказания в виде лишения свободы обоим осужденным в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, то есть как время содержания последних под стражей.

Вместе с тем, поскольку в соответствии с требованиями ч.1 ст.389.24 УПК РФ суд апелляционной инстанции не вправе ухудшить положение осужденного по собственной инициативе, при отсутствии соответствующего апелляционного повода, а зачет в срок наказания в виде лишения свободы Б.С.Б. и Б.В.А. вышеуказанного дня – 22 февраля 2023 года, исходя из предусмотренного п.1.1 ч.10 ст.109 УПК РФ коэффициента кратности - два дня применения запрета определенных действий за один день содержания под стражей, а не из примененного судом первой инстанции в соответствии с требованиями п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ более льготного коэффициента кратности, ухудшает положение осужденного, при этом соответствующих доводов об изменении приговора в части неправильного применения правил о зачете наказанияв жалобах по настоящему делу не содержится, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости внесения в приговор соответствующих изменений, а именно, уточняющих сведений о том, что зачету в срок наказания в виде лишения свободы Б.С.Б. и Б.В.А. подлежит время применения к ним меры пресечения в виде запрета определенных действий с 23 февраля 2023 года по 29 июня 2023 года включительно, из расчета два дня запрета определенных действий за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В этой связи судебная коллегия считает необходимым внести в приговор соответствующие изменения, уточнив при этом, что зачету в срок наказания в виде лишения свободы Б.С.Б. и Б.В.А. подлежит время применения к ним меры пресечения в виде запрета определенных действий с 23 февраля 2023 года по 29 июня 2023 года включительно, из расчета два дня запрета определенных действий за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Иных нарушений уголовно-процессуального закона при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции, которые могли бы повлечь изменение или отмену оспариваемого приговора, судебной коллегией не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33, 389.35 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

Приговор Сарпинского районного суда Республики Калмыкия от 30 июня 2023 года в отношении Б.С.Б., Б.В.А. и М.Б.Б. изменить:

- считать размер причиненного действиями Б.С.Б. и Б.В.А. материального ущерба равным «...» руб., в том числе при пособничестве М.Б.Б. – на сумму «...» руб.;

- смягчить назначенное осужденному Б.С.Б. наказание до 4-х (четырех) лет лишения свободы;

- смягчить назначенное осужденному Б.В.А. наказание до 4-х (четырех) лет лишения свободы;

- в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ признать обстоятельствами, смягчающими наказание осужденному М.Б.Б., признание им вины, раскаяние в содеянном, наличие у него заболеваний, а также добровольное частичное возмещение представителю потерпевшего А.Г.И. причиненного преступлением ущерба в размере «...» руб.;

- смягчить назначенное осужденному М.Б.Б. наказание до 2-х (двух) лет лишения свободы;

- на основании ст. 73 УК РФ назначенное М.Б.Б. по ч.5 ст.33, ч.4 ст.160 УК РФ основное наказание в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года лишения свободы считать условным и установить ему испытательный срок 1 год 6 месяцев;

- возложить на М.Б.Б. обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа – подразделения ФКУ УИИ УФСИН России по Республике Калмыкия, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, являться в указанный орган на регистрацию в установленные этим органом дни;

- меру пресечения М.Б.Б. в виде заключения под стражу отменить, освободив его из-под стражи немедленно;

- зачесть Б.С.Б. и Б.В.А. в срок отбывания наказания в виде лишения свободы время применения к ним меры пресечения в виде запрета определенных действий с 23 февраля 2023 года по 29 июня 2023 года включительно, из расчета два дня запрета определенных действий за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осуждённого Б.С.Б., а также защитника Мухлаева А.Б. - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня провозглашения и может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции через Сарпинский районный суд Республики Калмыкия в порядке главы 47.1 УПК РФ в течение 6 месяцев со дня провозглашения, а осужденными, содержащимися под стражей, в тот же срок со дня вручения им копии апелляционного определения. Осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Э.Г. Андреев

Судьи В.С. Саранов

И.В. Фурманов