Решение по делу № 2-270/2023 от 10.05.2023 - о взыскании компенсации морального вреда, недоплаченной суммы, проценты за пользование чужими денежными средствами.

УИД 11RS0010-01-2022-002613-87

№ 2-270/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Эжвинский районный суд г.Сыктывкара Республики Коми в составе судьи Баудер Е.В.,

при секретаре судебного заседания Осиповой А.В.,

с участием помощника прокурора Эжвинского района г.Сыктывкара Коданевой И.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Сыктывкаре 10 мая 2023 года гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Сыктывкарский фанерный завод» о взыскании компенсации морального вреда, недоплаченной суммы, проценты за пользование чужими денежными средствами,

установил:

ФИО2 к. обратилась в Эжвинский районный суд г. Сыктывкара Республики Коми с иском к ООО «Сыктывкарский фанерный завод» о взыскании компенсации морального вреда в сумме 2 800 000 руб. В обоснование заявленных требований истцом указано, что ее супруг - А. состоял в трудовых отношениях с ООО «Сыктывкарский фанерный завод» с 01.12.2000, работал в должности станочника-распиловщика. В результате несчастного случая на производстве 31.05.2017 А. скончался. В соответствии с актом о расследовании несчастного случая его смерть связана с производственной деятельностью работодателя ООО «Сыктывкарский фанерный завод», нахождение А. на месте происшествия обусловлено исполнением им трудовых обязанностей. Истец полагает, что работодателем допущены нарушения в области охраны труда. Смерть близкого человека повлекла для истца как физические, так и нравственные страдания в виде глубоких переживаний, полученного стресса, чувства потери и горя.

Уточнив исковые требования, ФИО2 к. просит взыскать с ответчика в ее пользу компенсацию морального вреда, причиненного в связи со смертью супруга А., в сумме 2 110 693 руб., а в случае взыскания судом иной суммы, учесть компенсацию морального вреда, назначенную приказом №... от 21.06.2017.; взыскать в пользу ФИО2 к. с ООО «Сыктывкарский фанерный завод» невыплаченную сумму, назначенную приказом №... от 21.06.2017, в связи со смертью супруга А., **.**.** года рождения, в размере 89 610 руб.; взыскать в пользу ФИО2 к с ООО «Сыктывкарский фанерный завод» проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 37955,23 руб. В обоснование уточненных исковых требований истец указала, что сумму компенсации морального вреда, причиненного ей в связи со смертью в результате несчастного случая на производстве ее супруга А., она оценивает в сумме 2800000 руб. При этом, данная сумма подлежит уменьшению на сумму 689307 руб., назначенную к выплате истцу на основании приказа ответчика №... от 21.06.2017, в связи с чем сумма компенсации морального вреда составит 2110693 руб. из расчета: 2800000 – 689307. Между тем, при выплате истцу согласно платежному поручению суммы компенсации работодателем ее супруга была необоснованно удержана в счет уплаты налога на доходы физических лиц в размере 13 % сумма в размере 89610 руб. Данная сумма предъявлена истцом ко взысканию с ответчика с начислением процентов в соответствии со ст. 395 Гражданского кодекса РФ, размер которых по расчету истца за период с 23.06.2017 по 22.03.2023 на сумму задолженности 89610 руб. составил 37955,23 руб.

ФИО3, привлеченный к участию в настоящем гражданском деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, при надлежащем извещении в судебное заседание не явился.

Суд определил рассмотреть дело при имеющейся явке на основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Истец, ее представитель ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании на уточненных требованиях настаивали.

Представитель ответчика ООО «Сыктывкарский фанерный завод» ФИО5, действующая на основании доверенности, с заявленными требованиями не согласилась, указала, что предприятием в полном объеме выполнена обязанность по выплате истцу компенсации морального вреда. Просила принять во внимание, что после смерти работника работодатель предпринял все меры к снижению морального ущерба для семьи. Наступлению несчастного случая способствовало неосторожное поведение самого потерпевшего, грубо нарушившего установленные на предприятии правила охраны труда и техники безопасности. Оспаривала наличие вины работодателя в несчастном случае. Указала также, что работодатель выплатил вдове погибшего предусмотренные Коллективным договором компенсацию морального вреда, предназначенную всем членам семьи работника, в сумме 599697 руб. и единовременную материальную помощь в сумме 14500 руб., а так же произвел перечисление в пользу ФИО2 к иных выплат, хотя и обозначенных как материальная помощь, в размерах 130500 руб. и 100050 руб. (после удержания налога) в счет возмещения расходов на перевозку и погребение и на погашение кредитных обязательств погибшего работника соответственно. Поскольку, у работодателя отсутствовала обязанность по выплате супруге погибшего работника сумм материальной помощи, не предусмотренных локальными актами и нормами трудового законодательства, то указанные суммы подлежат учету при определении общего размера компенсации морального вреда, причитающейся истцу. Таким образом, по мнению представителя ответчика, компенсация причиненного истцу морального вреда произведена ответчиком в полном объеме. Требования о возврате НДФЛ полагала необоснованными, указав, что денежные средства, удержанные в качестве НДФЛ, перечислены в момент их удержания в бюджет, Общество данными денежными средствами не обладает, поэтому они не могут быть у него истребованы.

Выслушав объяснения участвующих в деле лиц, изучив письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего необходимым удовлетворить требования истца о взыскании компенсации морального вреда, определив размер компенсации с учетом принципов разумности и справедливости, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с содержанием ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье являются охраняемыми государством нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Согласно ч. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии с положением статьи 1079 Гражданского кодекса РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (п. 1). Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (п. 2).

В соответствии с пунктом 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» по смыслу статьи 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами. Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне. При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. В противном случае вред возмещается на общих основаниях (например, когда пассажир, открывая дверцу стоящего автомобиля, причиняет телесные повреждения проходящему мимо гражданину).

В случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с Федеральным законом (абзац 8 ст. 220 Трудового кодекса РФ).

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда согласно действующему гражданскому законодательству (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) является одним из способов защиты субъективных прав и законных интересов, представляющим собой гарантированную государством материально-правовую меру, посредством которой осуществляется добровольное или принудительное восстановление нарушенных (оспариваемых) личных неимущественных благ и прав.

В силу ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса РФ («Обязательства вследствие причинения вреда») и ст. 151 Гражданского кодекса РФ.

На основании ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, в том числе, случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 26.01.2010 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного суда РФ N 33 от 15 ноября 2022 года "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации). Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также - ГК РФ). Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага. Так, например, судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного в случае разглашения вопреки воле усыновителей охраняемой законом тайны усыновления (пункт 1 статьи 139 Семейного кодекса Российской Федерации); компенсация морального вреда, причиненного незаконными решениями, действиями (бездействием) органов и лиц, наделенных публичными полномочиями; компенсация морального вреда, причиненного гражданину, в отношении которого осуществлялось административное преследование, но дело было прекращено в связи с отсутствием события или состава административного правонарушения либо ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение (пункты 1, 2 части 1 статьи 24.5, пункт 4 части 2 статьи 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, далее - КоАП РФ) (п. 2 постановления Пленума Верховного суда РФ N 33 от 15 ноября 2022 года "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ) (п. 12 постановления Пленума Верховного суда РФ N 33 от 15 ноября 2022 года "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (п. 14 постановления Пленума Верховного суда РФ N 33 от 15 ноября 2022 года "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего (п. 18 постановления Пленума Верховного суда РФ N 33 от 15 ноября 2022 года "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

По общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ) (п. 19 постановления Пленума Верховного суда РФ N 33 от 15 ноября 2022 года "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Согласно ст. 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии со ст. 1079 Гражданского кодекса РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (ч. 1). Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (ч. 2).

Как разъяснено в п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при разрешении спора о возмещении вреда жизни или здоровью, причиненного вследствие умысла потерпевшего, судам следует учитывать, что согласно пункту 1 статьи 1083 ГК РФ такой вред возмещению не подлежит.

Виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 ГК РФ).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Вина потерпевшего не влияет на размер взыскиваемых с причинителя вреда расходов, связанных с возмещением дополнительных затрат (пункт 1 статьи 1085 ГК РФ), с возмещением вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089 ГК РФ), а также при компенсации расходов на погребение (статья 1094 ГК РФ).

Следует обратить внимание на то, что размер возмещения вреда в силу пункта 3 статьи 1083 ГК РФ может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда - гражданина, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

В силу п. 18 приведенного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации в силу статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

По смыслу статьи 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне.

При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. В противном случае вред возмещается на общих основаниях (например, когда пассажир, открывая дверцу стоящего автомобиля, причиняет телесные повреждения проходящему мимо гражданину).

Под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности). Согласно статьям 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности. На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 ГК РФ). Юридическое лицо или гражданин, возместившие вред, причиненный их работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора, вправе предъявить требования в порядке регресса к такому работнику - фактическому причинителю вреда в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом (пункт 1 статьи 1081 ГК РФ) (п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда. В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ. При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (п. 46 постановления Пленума Верховного суда РФ N 33 от 15 ноября 2022 года "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др. Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае (п. 47 постановления Пленума Верховного суда РФ N 33 от 15 ноября 2022 года "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

По смыслу действующего правового регулирования, компенсация морального вреда в связи со смертью потерпевшего может быть присуждена лицам, обратившимся за данной компенсацией, при условии установления факта причинения им морального вреда, а размер компенсации определяется судом исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных ими физических или нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями этих лиц, и иных заслуживающих внимания обстоятельств дела.

В силу действующего трудового законодательства, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (ст. 22, 214 Трудового кодекса РФ).

Статья 212 Трудового кодекса (в редакции от 03.07.2016) предусматривала, что работодатель обязан обеспечить:

безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов;

создание и функционирование системы управления охраной труда;

применение прошедших обязательную сертификацию или декларирование соответствия в установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании порядке средств индивидуальной и коллективной защиты работников;

соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте;

режим труда и отдыха работников в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права;

приобретение и выдачу за счет собственных средств специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты, смывающих и обезвреживающих средств, прошедших обязательную сертификацию или декларирование соответствия в установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании порядке, в соответствии с установленными нормами работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением;

обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда;

недопущение к работе лиц, не прошедших в установленном порядке обучение и инструктаж по охране труда, стажировку и проверку знаний требований охраны труда;

организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты;

проведение специальной оценки условий труда в соответствии с законодательством о специальной оценке условий труда;

в случаях, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, организовывать проведение за счет собственных средств обязательных предварительных (при поступлении на работу) и периодических (в течение трудовой деятельности) медицинских осмотров, других обязательных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований работников, внеочередных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований работников по их просьбам в соответствии с медицинскими рекомендациями с сохранением за ними места работы (должности) и среднего заработка на время прохождения указанных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований;

недопущение работников к исполнению ими трудовых обязанностей без прохождения обязательных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований, а также в случае медицинских противопоказаний;

информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты;

предоставление федеральным органам исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, федеральному органу исполнительной власти, уполномоченному на осуществление федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, другим федеральным органам исполнительной власти, осуществляющим государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности, органам исполнительной власти субъектов Российской Федерации в области охраны труда, органам профсоюзного контроля за соблюдением трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права, информации и документов, необходимых для осуществления ими своих полномочий;

принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, в том числе по оказанию пострадавшим первой помощи;

расследование и учет в установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний;

санитарно-бытовое обслуживание и медицинское обеспечение работников в соответствии с требованиями охраны труда, а также доставку работников, заболевших на рабочем месте, в медицинскую организацию в случае необходимости оказания им неотложной медицинской помощи;

беспрепятственный допуск должностных лиц федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, других федеральных органов исполнительной власти, осуществляющих государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации в области охраны труда, органов Фонда социального страхования Российской Федерации, а также представителей органов общественного контроля в целях проведения проверок условий и охраны труда и расследования несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний;

выполнение предписаний должностных лиц федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, других федеральных органов исполнительной власти, осуществляющих государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности, и рассмотрение представлений органов общественного контроля в установленные настоящим Кодексом, иными федеральными законами сроки;

обязательное социальное страхование работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний;

ознакомление работников с требованиями охраны труда;

разработку и утверждение правил и инструкций по охране труда для работников с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками органа в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов;

наличие комплекта нормативных правовых актов, содержащих требования охраны труда в соответствии со спецификой своей деятельности.

Как установлено ч. 1 ст. 40 ТК Российской Федерации, коллективный договор - правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения в организации или индивидуального предпринимателя и заключаемый работниками и работодателем в лице их представителя.

В коллективный договор могут включаться обязательства работников и работодателя по вопросам выплаты компенсаций (ст. 41 ТК Российской Федерации).

В силу ст. ст. 5, 9 ТК Российской Федерации в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случаев их предоставления.

Из материалов дела следует, что А. состоял в трудовых отношениях с ООО «Сыктывкарский фанерный завод», на основании дополнительного соглашения к трудовому договору №... от 25.06.2008 переведен на постоянное место работы в должности станочника-распиловщика.

21.05.2017 А. со своего рабочего места госпитализирован в ГБУЗ РК «Городская больница Эжвинского района» по экстренным показаниям в тяжелом состоянии. Его смерть наступила в условиях медицинского учреждения **.**.**.

По факту травмирования работника работодателем в период с 25.05.2017 по 06.06.2017 проведено расследование несчастного случая, по результатам которого составлен Акт №... о несчастном случае на производстве, утвержденный 06.06.2017 генеральным директором ООО «Сыктывкарский фанерный завод».

Согласно приведенным актам рабочее место станочника – распиловщика находится на площадке обслуживания на высоте 1280 мм от пола и оборудовано пультом управления линии с монитором. 20 мая 2017 года в 23 часа 30 минут в соответствии с утвержденным графиком станочник - распиловщик А. пришел на рабочее место, к пульту управления линии форматной обрезки «...» расположенного на площадке обслуживания для приёма-передачи смены. Станочник-распиловщик смены №... С., сдавая смену А. сообщил, что линия работала в штатном режиме без ошибок и неисправностей. В соответствии с набором работ на ППР от 18.05.17 г. на линии форматной обрезки «...» проведена уборка оборудования и замена пил. Со слов С., А. не выглядел больным или уставшим, был общителен и весел. Приняв смену у С., А. приступил к работе на линии обрезки «...» в качестве станочника-распиловщика. По видео материалам видно, что А. в 23 часа 44 минуты кинув «сопроводительную бирку» (бирка для идентификации и прослеживаемости выпускаемой продукции) на пакет распиленной фанеры, спокойно спустился с площадки обслуживания и пролез сбоку лестницы под площадку. При просмотре видео наблюдения явных причин нахождения станочника-распиловщика в опасной зоне не прослеживается. В это же время распиленная пачка фанеры в автоматическом режиме начала движение с подъемного стола на роликовый транспортер (подъемный стол в нижнем положении). В процессе первичного осмотра места несчастного случая и на основании фотоматериалов, подтверждающих не характерное расположение обрезков фанеры (уложенных пучком), комиссия пришла к выводу, что А.., находясь в опасной зоне при работе оборудования, производил уборку обрезков фанеры, находящихся между роликами и платформой подъемного стола выгрузки (расстояние 150 мм). По следам округлой формы на бортовом элементе ограждения, наличию волос и частичек кожи, на нижней части стойки ограждения можно предположить, что голова А. попала между площадкой обслуживания и крайним роликом подъемного стола во время его подъема. Спустя какое-то время, А. выбрался из-под площадки и неуверенной походкой стал подниматься по лестнице на площадку. Во время передвижения по лестнице и площадке А. несколько раз падал и пытался подняться. В 23 часа 50 минут за распиленными пачками фанеры на траверсной телеге к роликовому транспортеру линии «...» подъехал станочник - распиловщик К.. Выкатывая (выгружая) пачку фанеры, К. заметил на площадке обслуживания линии обрезки зеленый предмет, поднявшись на телегу, он обратил внимание на оранжевую футболку. Осознав, что на площадке лежит А., К. добежав до пульта управления, отключил подачу фанеры на обрезку и побежал в комнату старших мастеров сообщить старшему мастеру смены о случившемся. Не добежав до комнаты мастеров, К. встретил оператора М., которой сообщил о случившемся. М. сообщила старшему мастеру смены И. о случившемся. И. с начала смены находилась в клеевом участке цеха, производя запуск клеевальцов. Обход старшего мастера смены начинается с клеевальцов, прессов, далее линии форматной обрезки, сортировки и упаковки готовой продукции. После извещения о несчастном случае, Т. со М. направились к пострадавшему. Увидев А., М. сразу побежала в диспетчерскую для вызова скорой помощи. И. с Другими работниками, дожидаясь скорой помощи, воспользовавшись аптечкой первой помощи, находившейся в комнате приема пищи, оказывали пострадавшему посильную помощь, используя перевязочные пакеты, обтерли лицо от крови. А. был без сознания, дыхание было хриплое. Приехавшие медики скорой помощи оказали пострадавшему первую медицинскую помощь и доставили его в приемный покой ГБУЗ РК «Городской больницы Эжвинского района г. Сыктывкара».

Согласно медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, выданного 24.05.2017 ГБУЗ РК «Городская больница Эжвинского района г. Сыктывкара», пострадавший получил травмы: «...».

Травма относится к категории - тяжелая.

В качестве причины, вызвавших несчастный случай, работодателем указаны: основная: нарушение работником трудовой и производственной дисциплины (13), выразившееся в несанкционированном нахождении в опасной зоне при работающем оборудовании (абз. 3, 6 ч.2 ст.21, абз. 1, ч.1 ст. 214 ТК РФ, п. 1.16.2., 4.9. Инструкции № 28 по охране труда для станочников-распиловщиков линии форматной обрезки «...» цеха фанеры, п.п. 6.4., ч.3 6.5., 6.8. Инструкции № 1100 по охране труда для работающих в ООО «Сыктывкарский фанерный завод», п. 1.3. Приказа № 181 от 29.06.2016г. ООО «Сыктывкарский фанерный завод» «О мерах по повышению уровня ответственности работников Общества в области охраны труда и пожарной безопасности»; сопутствующие: не удовлетворительная организация производства работ (08), выразившееся в недостаточном контроле за безопасным производством работ (ч. 1, 7 абз. 2 ст. 212 Трудового кодекса РФ (в ред. от 03.07.2016), п. 27 раздела II Должностной инструкции старшего мастера смены; п. 1.3. Приказа № 181 от 29.06.2016г. ООО «Сыктывкарский фанерный завод» «О мерах по повышению уровня ответственности работников Общества в области охраны труда и пожарной безопасности».

В Заключении о лицах, ответственных за допущенные нарушения законодательных и иных нормативных правовых и локальных нормативных актов, явившихся причинами несчастного случая, указаны: А. - станочник - распиловщик, не обеспечил личную безопасность (нарушил: абз.6 ч.2 ст.21 ТК РФ, абз. 3, ч. 2 ст. 21 ТК РФ, абз. 1, ч.1 ст. 214 ТК РФ, п. 1.16.2. Инструкции № 28 по охране труда для станочников - распиловщиков линии форматной обрезки «...» цеха фанеры, п. 4.9. Инструкции № 28 по охране труда для станочников - распиловщиков линии форматной обрезки «...» цеха фанеры, п. 6.4.Инструкции № 1100 по охране труда для работающих в ООО «Сыктывкарский фанерный завод», ч. 3 п.6.5. Инструкции № 1100 по охране труда для работающих в ООО «Сыктывкарский фанерный завод», п. 6.8. Инструкции № 1100 по охране труда для работающих в ООО «Сыктывкарский фанерный завод», п. 1.3. Приказа № 181 от 29.06.2016г. ООО «Сыктывкарский фанерный завод» «О мерах по повышению уровня ответственности работников Общества в области охраны труда и пожарной безопасности»); И. - старший мастер цеха фанеры не обеспечила безопасное производство работ (нарушила: 4.1 абз.2 ст. 212 Трудового кодекса РФ, ч.7 абз. 2 ст. 212 Трудового кодекса РФ, п. 27 главы II Должностной инструкции старшего мастера сменып. 1.3. Приказа № 181 от 29.06.2016г. ООО «Сыктывкарский фанерный завод» «О мерах по повышению уровня ответственности работников Общества в области охраны труда и пожарной безопасности».

Степень вины пострадавшего по заключению комиссии составляет - 75 %.

Комиссия по расследованию данного несчастного случая пришла к выводу, что несчастный случай, произошедший со станочником-распиловщиком А., **.**.** г.р., подлежит квалификации, как связанный с производством, и оформлению актом формы Н-1, учету и регистрации в ООО «Сыктывкарский фанерный завод».

По факту смерти А. следственным отделом по г.Сыктывкару СУ СК по Республике Коми проведена проверка.

Постановлением следователя следственного отдела по г.Сыктывкару СУ СК по Республике Коми от 26.06.2017 в возбуждении уголовного дела в отношении И. по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 УК РФ, отказано. Из постановления следует, что в возбуждении уголовного дела по ч. 2 ст. 143 УК РФ в отношении старшего мастера цеха фанеры ООО «Сыктывкарский фанерный завод» И. отказано, поскольку, по мнению должностного лица, в её действиях не усматриваются признаки составов преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 143, так как в ходе проведенной проверки установлено, что А. получил травмы по своей неосторожности в результате грубых нарушения правил охраны труда и нарушений техники безопасности при очистке линии форматной обрезки «...».

Постановление не обжаловано, вступило в законную силу.

Постановлением Государственной инспекции труда в Республики Коми (Сыктывкарский отдел) №... от 30 июня 2017 года ООО «Сыктывкарский фанерный завод» признано виновным в совершении административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 1 статьи 5.27.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 70000 рублей.

Согласно постановлению, ООО «Сыктывкарский фанерный завод» совершено административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 5.27.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях - нарушение государственных нормативных требований охраны труда. Правонарушение совершено 06.06.2017 по адресу ... (линии форматной обрезки фанеры «...» сортировочного участка цеха фанеры) и выявлено в ходе расследования несчастного случая на производстве. В постановлении должностное лицо указано, что ООО «Сыктывкарский фанерный завод», являясь юридическим лицом, действующим на основании Устава, несет ответственность за нарушения законодательства Российской Федерации о труде. Вина юридического лица в совершении административного правонарушения подтверждается материалами расследования несчастного случая. Как установлено комиссией по расследованию несчастного случая, причиной несчастного случая явилась неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в недостаточном контроле за безопасным производством работ, тем самым нарушены требования: ч.1 абз.2 ст. 212 Трудового кодекса РФ, ч.7 абз. 2 ст. 212 Трудового кодекса РФ, п. 27 главы II Должностной инструкции старшего мастера смены, п. 1.3. Приказа № 181 от 29.06.2016 ООО «Сыктывкарский фанерный завод» «О мерах по повышению уровня ответственности работников Общества в области охраны труда и пожарной безопасности».

Постановление не обжаловано, вступило в законную силу.

Оценив представленные суду доказательства, суд считает, что ими подтвержден тот факт, что смерть А. наступила в результате несчастного случая на производстве, оборудование (линия форматной обрезки, предназначенная для обрезки кромок необлицованной фанеры, ламинированной фанеры, ДСП, ЛДСП и раскроя данных материалов на заготовки, серийный номер линии 331.010&151.261, страна-изготовитель Австрия, год изготовления 2010. Линия «...»), использование которого привело к несчастному случаю, принадлежит работодателю пострадавшего - ООО «Сыктывкарский фанерный завод», по своим признакам относится к источнику повышенной опасности. А. непосредственно перед происшествием производились действия на рабочем месте по заданию работодателя.

По убеждению суда, к рассматриваемым правоотношениям сторон применению полежат не только положения ст. 1079 Гражданского кодекса РФ, но и положения ст. 1068 Гражданского кодекса РФ, поскольку анализ вышеуказанных письменных документов позволяет сделать вывод о том, что вина ООО «Сыктывкарский фанерный завод» заключается в том, что должностное лицо предприятия не осуществляло надлежащий контроль за соблюдением работником предприятия правил техники безопасности при выполнении работ.

Погибший А. приходился супругом истца, что подтверждено свидетельством о заключении брака от **.**.**. Таким образом, по вине Общества произошел несчастный случай, повлекший смерть А., чем нарушено принадлежащее истцу неимущественное благо (семейные связи) и причинены значительные нравственные страдания в связи с преждевременной и неожиданной смертью близкого человека, что следует из искового заявления и пояснений истца, ответчиком не опровергнуто.

На основании изложенного, руководствуясь положениями ст. 151, 1064, 1068, 1079 Гражданского кодекса РФ РФ, суд приходит к выводу, что ООО «Сыктывкарский фанерный завод» как работодатель потерпевшего А., являясь владельцем источника повышенной опасности, не обеспечило безопасных условий труда работника, в связи с чем обязано возместить вред, причиненный истцу в связи со смертью ее супруга.

Не вызывает сомнения, что истец испытывала нравственные страдания, поскольку смерть ее супруга является для нее невосполнимой утратой.

При этом, суд не находит предусмотренных законом оснований для освобождения ООО «Сыктывкарский фанерный завод» от ответственности.

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

Из анализа приведенных выше положений действующего законодательства следует, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. Оценка разумности и справедливости размера компенсации морального вреда относится к прерогативе суда первой инстанции.

Ввиду того, что данная категория дел носит оценочный характер, только суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая нормы закона, степень вины ответчика, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

При этом, исходя из положений ст. 1101 Гражданского кодекса РФ и вытекающего из ч. 3 ст. 55 Конституции РФ принципа пропорциональности суд, определяя размер компенсации морального вреда, в рассматриваемом случае обязан установить баланс интересов участвующих в деле лиц: субъективных прав истца, которому причинен моральный вред в связи со смертью близкого родственника - с одной стороны, и причинителя вреда, выступавшего работодателем в отношении А., - с другой. Суд так же учитывает, что гибель человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на целостность семьи и родственные связи. Вопрос же о степени нравственных страданий, перенесенных лицом, обратившимся за соответствующей компенсацией, подлежит учету при определении ее размера.

Суд учитывает, что Государственным учреждением – региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Коми произведены выплаты в связи с несчастным случаем на производстве со смертельным исходом, произошедшим с А.: супруге - единовременная страховая выплата в размере 500000 руб. на основании приказа №... от 23.08.2017, ... Н. - единовременная страховая выплата в размере 500000 руб. на основании приказа №... от 23.08.2017.

Доводы стороны ответчика о наличии оснований для применения к рассматриваемым правоотношения положений ст. 1083 Гражданского кодекса РФ суд находит заслуживающими внимание.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с ч. 1 ст. 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации объяснения сторон и третьих лиц об известных им обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, подлежат проверке и оценке наряду с другими доказательствами. В случае, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет их суду, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны.

Доводы стороны истца о несогласии с выводами комиссии, созданной для расследования несчастного случая на производстве, в части наличия вины пострадавшего суд находит необоснованными. Так, акт о несчастном случае на производстве, произошедшем с А., в установленном порядке оспорен не был, недействительным не признан, является достоверным доказательством обстоятельств несчастного случая. Суд учитывает, что представитель семьи пострадавшего был допущен к участию в расследовании по заявлению истца при подтверждении его полномочий, знакомился с его результатами, что стороной истца не опровергнуто.

В силу п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

В пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» вопрос о том, является ли допущенная неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

В акте о несчастном случае на производстве помимо иных лиц, допустивших нарушение требований охраны труда, указан сам потерпевший А., нарушивший установленные работодателем и действующие в соответствующей период времени локальные акты, регламентирующие обязанности работника, правила охраны труда и техники безопасности, с которыми, как следует из материала расследования несчастного случая на производстве, работник был ознакомлен при приеме на работу. Кроме того, из акта о несчастном случае усматривается, что А. прошел вводный инструктаж при приеме на работу в ООО «Сыктывкарский фанерный завод», при переводе на занимаемую на момент несчастного случая должность А. прошел повторный инструктаж на рабочем месте, а так же прошел обучение по технике безопасности, проверку знаний по охране труда по профессии. При таком положении, очевидно, что А. не мог не знать о требованиях правил безопасности производства работ по занимаемой им должности, работа на которой непосредственно связана с оборудованием.

Учитывая изложенное, исходя из установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что в данном случае возникновению вреда, подлежащего возмещению, способствовала грубая неосторожность потерпевшего А., который нарушил установленные работодателем и действующие в соответствующей период времени локальные акты, регламентирующие обязанности работника, правила охраны труда и техники безопасности.

Ответчик, возражая против удовлетворения иска, указывает на полное исполнение перед истцом обязанности возместить причиненный ей смертью супруга моральный вред со ссылкой на условия Коллективного договора, в соответствии с которым определена сумма компенсации в размере 599697 руб., а так же факт добровольной выплаты материальной помощи в суммах 130500 руб. и 100050 руб.

Истец не оспаривает получения указанных выплат, однако полагает, что оказанная ей материальная помощь работодателем мужа обусловлена трудовыми правоотношениями и не может влиять на размер морального вреда, причиненный ей смертью близкого человека. При этом, на нее не распространяются положения Коллективного договора, выплаченная ответчиком сумма в размере 599697 руб. не может быть признана разумной и справедливой.

Проверяя указанные доводы сторон, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с п. 1.21.1 Коллективного договора ООО «Сыктывкарский фанерный завод», утвержденного на конференции трудового коллектива ООО «Сыктывкарский фанерный завод» 22.12.2016, работодатель обязуется в случае гибели работника на производстве выплачивать в качестве компенсации морального вреда единовременное пособие одному из членов семьи (супруг, дети, родители), находящимся ко дню смерти работника на иждивении погибшего единовременное пособие в размере годового заработка (при этом – распределение начисленной денежной суммы между членами семьи производится самостоятельно, без привлечения работодателя).

13.06.2017 ФИО2 к обратилась в ООО «Сыктывкарский фанерный завод» с заявлением о выплате компенсации морального вреда в связи со смертью А. на производстве согласно п. 1.21.1 Коллективного договора.

В связи с произошедшим несчастным случаем ответчиком выплачена в пользу ФИО2 к на основании приказа ответчика №... от 21.06.2017 сумма в размере 14500 руб. на основании п. 7.1.6 Коллективного договора (платежное поручение №... от 23.06.2017).

Приказом ООО «Сыктывкарский фанерный завод» №... от 21.06.2017 принято решение о выплате ФИО2 к в соответствии с п. 1.21.1 Коллективного договора компенсации морального вреда в сумме 689307 руб.

Согласно платежному поручению 23.06.2017 ответчиком на счет истца перечислена сумма в размере 599697 руб.

31.05.2017 истец обратилась к ответчику с заявлением об оказании материальной помощи в связи с кончиной мужа, приложив к заявлению, в том числе, документы, подтверждающие несения расходов по транспортировке останков, комплексу работ по подготовке тела к похоронам, приобретению гроба, обивки, на сумму 123490 руб.

На основании приказа №... от 21.06.2017 на счет истца ответчиком перечислена сумма в размере 130500 руб.

26.09.2017 истец обратилась к ответчику с заявлением об оказании материальной помощи, приложив к заявлению, в том числе, документы, подтверждающие наличие у А. к моменту смерти непогашенного обязательства по кредитному договору №... от 02.09.2011, заключенному с ПАО «Сбербанк России».

На основании приказа №... от 28.09.2017 истцу перечислена сумма материальной помощи в размере 100 050 руб.

Как следует из пояснений стороны ответчика, согласно платежному поручению №... от 02.10.2017 на основании приказа №.../м от 28.09.2017 сумма материальной помощи истцу составила 100 050 руб. (до удержания налога на доходы физических лиц – 115000 руб.), согласно платежному поручению №... от 02.06.2017 сумма материальной помощи истцу составила 130 500 руб. (до удержания налога на доходы физических лиц – 150000 руб.).

Кроме того, 29.12.2017 работодателем в пользу истца перечислена сумма вознаграждения, причитающаяся погибшему А., в сумме 23098,01 руб.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством и приведены выше.

При этом, в силу ст. 184 Трудового кодекса Российской Федерации при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника. Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами.

Такой вид социального страхового риска, как смерть, реализуется при наступлении страхового случая по причине смерти застрахованного лица, в связи с чем выплачивается пособие на социальное погребение, условия, размеры и порядок выплаты которого определяются пунктом 5 части 2 статьи 1.3 и пунктом 6 части 1 статьи 1.4 Федерального закона N 255-ФЗ и по нормам, предусмотренным Федеральным законом от 12.01.1996 N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле".

В силу ст. 10 Федерального закона от 12.01.1996 N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" (ред. от 03.07.2016), в случае, если погребение осуществлялось за счет средств супруга, близких родственников, иных родственников, законного представителя умершего или иного лица, взявшего на себя обязанность осуществить погребение умершего, им выплачивается социальное пособие на погребение в размере, равном стоимости услуг, предоставляемых согласно гарантированному перечню услуг по погребению, указанному в пункте 1 статьи 9 настоящего Федерального закона, но не превышающем 4000 рублей, с последующей индексацией исходя из прогнозируемого уровня инфляции, установленного федеральным законом о федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период, в сроки, определяемые Правительством Российской Федерации. В районах и местностях, где установлен районный коэффициент к заработной плате, этот предел определяется с применением районного коэффициента (ч. 1).

Выплата социального пособия на погребение производится в день обращения на основании справки о смерти:

органом, в котором умерший получал пенсию;

организацией (иным работодателем), которая являлась страхователем по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством по отношению к умершему на день смерти либо по отношению к одному из родителей (иному законному представителю) или иному члену семьи умершего несовершеннолетнего на день смерти этого несовершеннолетнего;

органом социальной защиты населения по месту жительства в случаях, если умерший не подлежал обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством на день смерти и не являлся пенсионером, а также в случае рождения мертвого ребенка по истечении 154 дней беременности;

территориальным органом Фонда социального страхования Российской Федерации, в котором был зарегистрирован в качестве страхователя умерший на день смерти либо зарегистрирован в качестве страхователя один из родителей (иной законный представитель) или иной член семьи умершего несовершеннолетнего на день смерти этого несовершеннолетнего (ч. 2).

Социальное пособие на погребение выплачивается, если обращение за ним последовало не позднее шести месяцев со дня смерти. Размер социального пособия на погребение определяется в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи. Выплата социального пособия на погребение производится соответственно за счет средств Пенсионного фонда Российской Федерации, Фонда социального страхования Российской Федерации, бюджетов субъектов Российской Федерации. Из федерального бюджета возмещаются Пенсионному фонду Российской Федерации расходы, связанные с выплатой социального пособия на погребение умерших неработавших пенсионеров, досрочно оформивших пенсию по предложению органов службы занятости (в случае, если смерть пенсионера наступила в период получения досрочной пенсии до достижения им возраста, дающего право на получение соответствующей пенсии) (ч. 3).

Сумма страховых взносов, подлежащих перечислению страхователями в Фонд социального страхования Российской Федерации, уменьшается на сумму произведенных ими расходов на выплату страхового обеспечения застрахованным лицам. Если начисленных страхователем страховых взносов недостаточно для выплаты страхового обеспечения застрахованным лицам в полном объеме, страхователь обращается за необходимыми средствами в территориальный орган страховщика по месту своей регистрации (часть 2 статьи 4.6 Федерального закона от 29 декабря 2006 г. N 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством").

С учетом вышеизложенного отношения по вопросу выплаты работодателем семье пострадавшего от несчастного случая на производстве средств на погребение и возмещения работодателю произведенной выплаты социального пособия на погребение урегулированы специальным законодательством (в соответствующей редакции), и по убеждению суда не могут влиять на правоотношения сторон при разрешении спора о взыскании компенсации морального вреда, причиненного истцу смертью ее супруга в результате несчастного случая на производстве. Кроме того, суд исходит из добровольности со действий ответчика по возмещению истцу расходов на погребение, а так же учитывает, что в силу действующего законодательства компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Суд учитывает, что ответчиком добровольно в соответствии с условиями коллективного договора выплачено в счет компенсации морального вреда супруге погибшего работника 599697 руб.

Доводы ответчика о прекращении обязательства работодателя по возмещению вреда, причиненного истцу смертью А. в результате несчастного случая на производстве (в целом перед всеми членами его семьи), выплатой суммы компенсации в размере 599697 руб. суд находит необоснованными.

Из объяснений сторон следует, что на момент несчастного случая на производстве А. проживал совместно с супругой ФИО2 к и несовершеннолетним сыном Н., **.**.** г.р. По утверждению ответчика и следует из положений п. 1.21.1 Коллективного договора, выплаченная ответчиком добровольно истцу сумма компенсации приходилась на всех членов семьи погибшего работника.

В данном случае сама по себе выплата единовременной компенсации морального вреда супруге погибшего на основании положений коллективного договора, предусматривающего конкретный размер единовременной выплаты на всех членов семьи работника с учетом его заработка, не является безусловным основанием для отказа в удовлетворении заявленных истцом по настоящему делу исковых требований.

Суд считает, что выплаченная ответчиком сумма в размере 599697 руб. не соответствует требованиям разумности и справедливости, не компенсирует причиненный истцу в связи со смертью супруга моральный вред, не является достаточной, в связи с чем усматривает основания для увеличения размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца с ответчика.

При определении степени перенесенных истцом нравственных страданий суд принимает во внимание объяснения истца в судебном заседании о рассматриваемых судом обстоятельствах.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание конкретные обстоятельства дела, индивидуальные особенности истца, характер причиненных ей нравственных страданий в связи со смертью супруга, повлекших, как следует из объяснений истца, необходимость наблюдения у врача-невролога ЛПО АО «Монди Сыктывкарский ЛПК» в период с 22.05.2017 по 22.06.2017, что по времени совпадает с периодом травмирования А. и его нахождения в стационаре ГБУЗ Республики Коми «Городская больница Эжвинского по адресу ...», степень вины ответчика в несчастном случае и наличие со стороны пострадавшего неосторожных действий, содействовавших наступлению несчастного случая на производстве, принятие работодателем мер к уменьшению вреда и поведение ответчика после смерти А. (по возмещению истцу расходов на погребение, выплате в добровольном порядке сумм материальной помощи), учитывает, что ответчиком 23.06.2017 частично выплачена компенсация морального вреда в размере 599697 руб. Кроме того, суд учитывает наличие других лиц, имеющих право на получение компенсации морального вреда в связи со смертью А. в результате несчастного случая на производстве, включая ... А. – Н., а так же требования разумности и справедливости.

Доводы стороны ответчика о необходимости зачета в сумму компенсации морального вреда суммы выплаченной истцу материальной помощи в размере 100050 руб. заслуживают внимания, поскольку истцом не доказано основание получения от работодателя данной выплаты. Таким образом, в отсутствие оснований, предусмотренных Коллективным соглашением, локальными актами, действовавшими у работодателя в спорный период времени, выплаченная ответчиком истцу сумма в размере 100050 руб. может быть учтена судом при определении общей суммы компенсации морального вреда.

В связи с вышеизложенным суд считает возможным удовлетворить требования ФИО2 к о возмещении морального вреда частично, взыскав с ООО «Сыктывкарский фанерный завод» в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 400 000 руб.

Основания полагать о злоупотреблении истцом своим правом при обращении в суд с настоящим иском, вопреки доводам стороны ответчика, отсутствуют.

Разрешая требование истца о взыскании с ответчика не выплаченной суммы, назначенной приказом ООО «Сыктывкарский фанерный завод» №... от 21.06.2017, в сумме 89610 руб., суд приходит к выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения на основании нижеследующего.

Так, согласно пункту 1 статьи 217 Налогового кодекса Российской Федерации (ред. от 03.04.2017) не подлежат налогообложению (освобождаются от налогообложения) следующие виды доходов физических лиц: все виды установленных действующим законодательством Российской Федерации, законодательными актами субъектов Российской Федерации, решениями представительных органов местного самоуправления компенсационных выплат (в пределах норм, установленных в соответствии с законодательством Российской Федерации), связанных с возмещением вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья.

Учитывая изложенное, освобождается от обложения налогом на доходы физических лиц сумма компенсации морального вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, выплачиваемая налогоплательщику на основании решения суда.

Из материалов дела следует, что приказом ООО «Сыктывкарский фанерный завод» №... от 21.06.2017 определена сумма компенсации морального вреда, подлежащего выплате ФИО2 к, в сумме 698307 руб.

Согласно платежному поручению истцу перечислена 23.06.2017 сумма в размере 599697 руб.

Из представленной ответчиком суду справки следует, что размер заработка А. за период с мая 2015 года по апрель 2017 года составил 541824,97 руб.

С учетом изложенного, сумма в размере 599697 руб., выплаченная истцу работодателем 23.06.2017, соответствует размеру компенсации, установленному п. 1.21.1 Коллективного договора ООО «Сыктывкарский фанерный завод».

Учитывая, что сведений об удержании работодателем из единовременной выплаты компенсации морального вреда, выплаченной истцу, налога на доходы физических лиц, его фактическом перечислении в соответствующий бюджет, материалы дела не содержат, суд при вышеуказанных обстоятельствах не может согласиться с доводом истца о необходимости довзыскания с ответчика в пользу истца суммы компенсации морального вреда в размере 89610 руб. со ссылкой на приказ работодателя №.../м от 21.06.2017, поскольку последний является внутренним документом работодателя, не влияющим на обязанность суда определить размер компенсации морального вреда с учетом требований приведенных выше положений действующего законодательства.

Суд так же учитывает, что в обоснование данного требования сторона истца ссылается исключительно на обязательства ответчика вследствие причинения морального вреда, иных оснований для взыскания спорной суммы не приводит, при этом, размер компенсации морального вреда судом определен с учетом конкретных обстоятельств дела, индивидуальных особенностей истца, характера причиненных ей нравственных страданий в связи со смертью супруга, степени вины ответчика и пострадавшего, иных заслуживающих внимание обстоятельств. Указанное свидетельствует о восстановлении нарушенного права истца путем определенной судом компенсации.

В этой связи требование истца о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами, подлежащими начислению на сумму в размере 89610 руб., суд находит не подлежащим удовлетворению, ввиду отсутствия необходимых для этого условий, установленных ст. 395 Гражданского кодекса РФ. Так, оснований полагать, что ответчиком допущено незаконное пользование данными денежными средствами, в ходе разбирательства дела не установлено, истцом соответствующих доказательств не представлено.

В соответствии со ст.103 Гражданского процессуального кодекса РФ с ответчика в доход бюджета муниципального образования городского округа «Сыктывкар» подлежит взысканию государственная пошлина, от которой истец при подаче настоящего в суд была освобождена, в размере, установленном п. 3 ч. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ, т.е. в сумме 300 рублей.

Руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Сыктывкарский фанерный завод» (ИНН ..., КПП ..., ОГРН ...) в пользу ФИО1 (паспорт ...) компенсацию морального вреда в сумме 400 000 рублей.

Исковые требования ФИО1 к ООО «Сыктывкарский фанерный завод» о взыскании денежных средств в размере 89610 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 37955,23 руб. оставить без удовлетворения.

Взыскать с ООО «Сыктывкарский фанерный завод» (ИНН ..., КПП ..., ОГРН ...) в доход бюджета МО ГО «Сыктывкар» государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Коми через Эжвинский районный суд г. Сыктывкара в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 17.05.2023.

Судья Е.В. Баудер