Дело №2-1083/2025 строка 2.137
УИД: 36RS0004-01-2025-000162-03
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
23 апреля 2025 г. Ленинский районный суд города Воронежа в составе:
председательствующего судьи Щербатых Е.Г.
при секретаре Усовой Ю.И.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к Территориальному управлению Росимущества по Воронежской области, Администрации городского округа г. Воронеж о признании права собственности на квартиру в силу приобретательной давности,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с настоящим иском, указывая на то, с 17 сентября 1984 г. состоял в зарегистрированном браке с ФИО17., которая с 1982 г. работала на заводе «Воронежсельмаш» сверловщиком. В 1991 г. ФИО18 была переведена в ЖКО дворником, а в 1996 г. переведена в той же должности в ПЖРЭП-21.
По месту работы ФИО19 и членам её семьи (муж и двое детей) для проживания предоставлялись комнаты в общежитии.
В 2004 г. для улучшения жилищных условий ФИО20 и членам её семьи по месту работы предоставили квартиру по адресу: <адрес>.
Ордер на вселение ФИО21 не выдали.
Постановлением Управы Ленинского района г. Воронежа №20 от 16 января 2008 г. ФИО22 была признана малоимущей и поставлена на учет в качестве нуждающейся в жилом помещении, предоставляемом по договору социального найма.
С 2004 г. истец с супругой и дочерью проживали в предоставленной квартире по адресу: <адрес>, содержали её в технически исправном состоянии, проводили текущий ремонт, оплачивали коммунальные платежи, однако документы на право пользования квартирой ФИО23 так и не были переданы.
Истец ФИО24 с заявлением о предоставлении данной квартиры на условиях социального найма к ответчику не обращался, поскольку данная квартира предоставлялась его супруге.
ДД.ММ.ГГГГ г. ФИО25 умерла.
Истцу стало известно о том, что спорная квартира была передана в порядке приватизации по договору от 15 октября 1992 г. №616/4 в собственность ФИО26., который согласно данным поквартирной карточки и выписки из домовой книги, был снят с регистрационного учета с ДД.ММ.ГГГГ г. в связи со смертью.
При вселении в данную квартиру семье П-вых не было известно, что квартира приватизирована; ими были погашены все имеющиеся долги, которые числились за указанной квартирой, и до настоящего времени, более 20 лет, коммунальные услуги оплачиваются, квартира поддерживается в надлежащем техническом состоянии.
Основываясь на изложенных обстоятельствах, истец полагает, что в силу статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации у него возникло право собственности на указанную квартиру, в связи с чем, просит суд признать за ним право собственности на квартиру по адресу: <адрес> в порядке приобретательной давности.
В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель – адвокат Захарова Э.В. заявленные требования поддержали и просили суд удовлетворить иск в полном объеме, представив сведения о надлежащем и своевременном внесении ФИО1 на протяжении длительного времени платы за жилое помещение и коммунальные услуги, и обращая внимание суда на то, что ФИО27 когда-либо в спорной квартире не проживал и не нёс расходы по её содержанию. Семья П-вых состояла на учете в качестве нуждающихся в предоставлении жилого помещения и обоснованно полагала, что должна быть обеспечена жилым помещением. Ключи от квартиры были вручены ФИО29 её работодателем, в соответствии со сложившимся в то время порядком, при этом было указано на то, что данная квартира освободилась и П-вы могут в неё вселиться. Документы обещали выдать после отработки ФИО28 определенного периода. С 2004 г. в данной квартире всегда проживала семья П-вых и пользовалась ею открыто. На протяжении всего времени никто и никогда о своих правах на указанную квартиру и/или требований о выселении П-вых не заявлял.
Представитель ответчика – Администрации городского округа г. Воронеж по доверенности – ФИО2 против удовлетворения исковых требований возразила, представив письменные возражения (л.д.37-42), обращая внимание суда на то, что спорная квартира занята истцом без законных на то оснований. Семья П-вых состояла на учете в качестве нуждающихся в предоставлении жилого помещения, однако в 2014 году была снята с учета в связи с обеспеченностью общей площадью жилых помещений более учетной нормы. Квитанции по оплате за жилое помещение и коммунальные услуги направлялись на имя ФИО30 о чем истец не мог не знать. После смерти ФИО31 спорная квартира в соответствии с действовавшим ранее и в настоящее время правовым регулированием в федеральную либо муниципальную собственность как выморочное имущество не принималась, и в реестре муниципальной собственности не числится. Однако в настоящее время Администрацией городского округа город Воронеж инициирована работа по выявлению выморочного недвижимого имущества и передаче его в муниципальную собственность.
Ответчик – Территориальное управление Росимущества по Воронежской области, будучи извещенным надлежащим образом, своего представителя в суд не направил, о причинах суду не сообщено, в связи с чем, с учетом мнения явившихся участников процесса и на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося ответчика.
Выслушав объяснения сторон, показания свидетелей ФИО32, обозрев материалы гражданского дела №2-4569/2024, исследовав представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии с пунктом 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.
Вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г. Воронежа от 14 ноября 2024 г. по гражданскому делу №2-4569/2024 по иску ФИО1 к Администрации городского округа г. Воронеж о признании жилого помещения выморочным, о признании права пользования жилым помещением на условиях социального найма и о возложении обязанности заключить договор социального найма, установлены следующие обстоятельства, имеющие преюдициальное значение при разрешении настоящего спора.
Истец ФИО1 с 17 сентября 1984 г. состоял в зарегистрированном браке с ФИО33., которая с 1996 г. осуществляла трудовую деятельность в Производственном жилищном ремонтно-эксплуатационном предприятии №21, а с 1997 г. – в МУРЭП-35.
Постановлением Управы Ленинского района г. Воронежа №20 от 16 января 2008 г. ФИО34 составом семьи 4 человека (она, муж – ФИО1, дочь – ФИО3,, сын – ФИО4) была признана малоимущей и принята на учет в качестве нуждающейся в предоставлении жилого помещения по договору социального найма с 27 декабря 2007 г. Жилые помещения, как очередникам, семье П-вых не предоставлялись. Приказом Управления жилищных отношений от 9 декабря 2014 г. семья П-вых была снята с учета в связи с обеспеченностью общей площадью более учетной нормы (наличие в собственности жилых помещений суммарной площадью 66,1 кв.м).
Спорная квартира по адресу: <адрес> была передана в собственность граждан в порядке приватизации по договору от 15 октября 1992 г. №616/4 и по данным БТИ собственником квартиры по адресу: <адрес> числится ФИО35 на основании регистрационного удостоверения №970 от 10 ноября 1992 г.,
Из поквартирной карточки по адресу: <адрес> следует, что с 29 мая 1969 г. в квартире был зарегистрирован ФИО36., на которого был открыт финансовый лицевой счет, и который был снят с регистрационного учета по указанному адресу ДД.ММ.ГГГГ г. в связи со смертью.
Сведения о наличии близких родственников ФИО37 в ГИС «ЕГР ЗАГС» отсутствуют.
Сведений о наличии наследственного дела к имуществу умершего ФИО38 официальный сайт Федеральной нотариальной палаты в сети «Интернет» не содержит.
Граждан, зарегистрированных по указанному месту жительства не имеется, долгов по оплате жилищно-коммунальных услуг не имеется.
Спорная квартира по адресу: <адрес>, в реестрах федерального имущества, имущества Воронежской области, муниципального имущества не учитывается.
Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости право собственности, иные права и/или обременения в отношении жилого помещения, по адресу: <адрес>, не зарегистрированы.
ДД.ММ.ГГГГ г. ФИО39 умерла.
Документов, подтверждающих дату и основания вселения П-вых в указанную квартиру (в том числе, ордер) суду не представлено.
В то же время, из материалов гражданского дела №2-4569/2024 и представленных истцом в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела документов (счетов за электроэнергию, договора на техническое обслуживание внутридомового газового оборудования и акту приема-сдачи к нему) семья П-вых длительное время проживала в квартире по адресу: <адрес>.
Как утверждает истец, в спорной квартире семья П-вых проживает с 2004 г.
Суду представлены квитанции об оплате за жилое помещение («квартплата») за ноябрь 2005 г. и декабрь 2005 г., плательщиком в которых поименован: «ФИО40 (ФИО41.)» (л.д.43).
Договор на техническое обслуживание внутридомового газового оборудования №49923 от 26 декабря 2010 г. по квартире по адресу: <адрес> подписан ФИО3 (л.д.12-13).
Истцом также представлены сведения из ПАО «Сбербанк» о том, что со счета ФИО42 в период с 2019 по 2023 г. осуществлялась оплата за жилое помещение и коммунальные услуги (сведения старше 5 лет не хранятся) (л.д.15-24).
Согласно представленной копии финансового лицевого счета ФИО43 по квартире по адресу: <адрес> по состоянию на 22 июля 2024 г. задолженности не имеется (л.д.11).
Истцом представлены также сведения о внесении им платы за жилое помещение и коммунальные услуги в настоящее время (л.д.44-47).
Свидетель ФИО44 в судебном заседании пояснил, что работал на заводе «Сельмаш» и знал ФИО45 которая работала дворником. Так как заработная плата была низкая, люди устраивались на работу в целях получения служебного жилья. Жилье предоставлялось сотрудникам путем вручения ключей от квартир директором. Документы сразу не выдавали, требовали отработки 10 лет. ФИО46. была предоставлена квартира на <адрес>, примерно в 2004 г.
Свидетель ФИО47 суду пояснил, что знает семью П-вых. ФИО48 работала в «конторе ПЖРП» (названия часто менялись) дворником. Николай (ФИО1) супруге помогал. ФИО5 дали квартиру приблизительно осенью 2004 г. рядом с его домом по <адрес>. Ключи ФИО49 выдал директор. Документы на жилье отдавали после 10 лет работы. С момента вселения часто видит ФИО1 вплоть до настоящего времени, ФИО50 не знает.
Свидетель ФИО51 суду пояснил, что с 1989 г. проживает в квартире по адресу: <адрес>, и является соседом ФИО1 Ранее в квартире №№ проживал «Витя», который умер в 2002 г. Квартира была пустая, а в 2004 г. в неё заселились П-вы, которые делали в ней ремонт. ФИО1 проживает в квартире №№ вплоть до настоящего времени. За время проживания П-вы сдавали деньги на покраску подъезда и на иные нужды; сдавал деньги, в том числе и ФИО1 В квартире №№ постоянно проживает ФИО1, чтобы он куда-то съезжал свидетель не видел.
Свидетель ФИО52. суду пояснила, что является дочерью ФИО1 и ФИО53 Квартира по адресу: <адрес> была выдана её матери – ФИО54., так как семья долго состояла в очереди. Прописаны в квартире они не были, однако содержали её. Ей известно, что до них в квартире проживал ветеран. По вселении в квартиру семья П-вых делала ремонт, коммунальные платежи оплачивали на имя ФИО55 За все время требований в отношении квартиры никто не заявлял.
В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В частности, гражданские права и обязанности возникают в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом.
В соответствии с пунктом 3 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях и в порядке, предусмотренных названным кодексом, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом.
Согласно статье 234 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).
Лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, должно доказать наличие одновременно следующих обстоятельств: фактическое владение недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет, владение имуществом как своим собственным, добросовестность, открытость и непрерывность владения.
Недоказанность одного из указанных обстоятельств влечет за собой невозможность признания права собственности на спорное имущество в силу приобретательной давности.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда №22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»:
- давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности;
- давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества;
- давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. В случае удовлетворения иска давностного владельца об истребовании имущества из чужого незаконного владения имевшая место ранее временная утрата им владения спорным имуществом перерывом давностного владения не считается. Передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца;
- владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).
Из указанных выше положений закона и разъяснений, данных Верховным Судом Российской Федерации, следует, что приобретательная давность является самостоятельным законным основанием возникновения права собственности на вещь при условии добросовестности, открытости, непрерывности и установленной законом длительности такого владения.
При этом в пункте 16 вышеназванного Постановления также разъяснено, что по смыслу статей 225 и 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.
Согласно абзацу первому пункта 19 этого же Постановления возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.
Давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, то есть в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).
Наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности.
Для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений статьи 236 Гражданского кодекса Российской Федерации, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником.
Осведомленность давностного владельца о наличии титульного собственника сама по себе не означает недобросовестности давностного владения.
Анализируя установленные по делу обстоятельства, сопоставляя их с приведенными положениями, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1
Так, квартира по адресу: <адрес> находится во владении истца с 2004 г., т.е. более пятнадцати лет.
Получая владение, истец не знал и не должен был знать об отсутствии у него и/или членов его семьи оснований возникновения у них права собственности на спорную квартиру, поскольку квартира была предоставлена супруге истца по месту её работы, в соответствии со сложившимся в то время порядком (обычаем), при котором зачастую жилые помещения предоставлялись сотрудникам работодателем, и объективных оснований сомневаться в законности предоставления жилья у истца не имелось. Более того, в течение срока владения семья истца в установленном порядке признавалась малоимущей и состояла на учете в предоставлении жилого помещения, что предполагало предоставление им жилья по наступлении очереди, которое впоследствии могло быть приватизировано всеми членами семьи. При этом владение квартирой не было предоставлено по договору.
Как следует из собранных по делу доказательств, владение истцом спорной квартирой в течение срока давности являлось открытым и семья П-вых пользовалась квартирой как своей: в квартире производился ремонт, заключались договоры на поставку газа, от своего имени вносилась плата за жилое помещение и коммунальные услуги, П-вы участвовали в общественной жизни многоквартирного дома, общались с соседями, сдавали денежные средства на общественные нужды.
Владение спорной квартирой являлось непрерывным и не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности, что, в частности, следует из показаний свидетелей и платежных документов, за различные периоды времени.
То обстоятельство, что квартира была предоставлена ФИО56., не означает перерыва давностного владения, поскольку истец все время проживал в спорной квартире с ФИО57 и своими детьми одной семьей.
При изложенном, доводы ответчика о том, что владение получено истцом без предусмотренных на то законом оснований при разрешении настоящего спора правового значения иметь не могут.
Возражения ответчика о том, что спорная квартира в силу статьи 1151 Гражданского кодекса Российской Федерации обладает признаками выморочного имущества и подлежит наследованию публично-правовым образованием (в настоящее время городским округом город Воронеж), которым инициирована работа по выявлению выморочного имущества, при этом выморочное имущество признается принадлежащим публично-правовому образованию со дня открытия наследства независимо от осведомленности об этом публично-правового образования и совершения им действий, направленных на учет такого имущества и оформление своего права, на выводы о наличии оснований для возникновения права ФИО1 в порядке приобретательной давности влиять не могут, поскольку как указывалось выше, наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности.
При этом суд отклоняет и доводы письменных возражений ответчика о том, что срок давностного владения ФИО1 следует исчислять не с момента поступления квартиры в его владение, а не ранее истечения срока исковой давности по требованиям об истребовании у него имущества в соответствии со статьями 301 и 305 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно пункту 4 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 16 декабря 2019 г. №430-ФЗ) течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 настоящего Кодекса, начинается со дня поступления вещи в открытое владение добросовестного приобретателя, а в случае, если было зарегистрировано право собственности добросовестного приобретателя недвижимой вещи, которой он владеет открыто, - не позднее момента государственной регистрации права собственности такого приобретателя.
Поскольку в ходе судебного разбирательства установлено, что спорная квартира поступила во владение ФИО1 в 2004 г., к настоящему времени срок давностного владения составляет 21 год.
Сведений о том, что к ФИО1 и к членам его семьи в отношении спорной квартиры когда-либо предъявлялись требования в соответствии со статьями 301, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации, суду не представлено и в ходе судебного разбирательства таких обстоятельств не установлено.
При изложенной совокупности обстоятельств, осведомленность ФИО1 о возможном наличии титульного собственника (ФИО58.), что следовало из квитанций, вопреки утверждению ответчика, не означает недобросовестности давностного владения.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 удовлетворить.
Признать за ФИО1 (паспорт: №) право собственности в силу приобретательной давности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, кадастровый номер: №.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд через районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья Е.Г. Щербатых
решение изготовлено в окончательной форме 13 мая 2025 г.