Решение по делу № 2-955/2023 от 14.11.2023 - о признании договора дарения недействительным, признании права собственности на долю в праве общей долевой собственности на квартиру.

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 ноября 2023 года город Тула

Зареченский районный суд г. Тулы в составе:

председательствующего Астаховой Г.Ф.,

при секретаре Барановой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4 о признании договора дарения недействительным, признании права собственности на долю в праве общей долевой собственности на квартиру,

установил:

ФИО1 обратилась к ФИО4 с требованиями о признании договора дарения недействительным, признании права собственности на долю в праве общей долевой собственности на квартиру.

В обоснование заявленных требований указано на то, что на основании договора передачи от ДД.ММ.ГГГГ № квартира по адресу: <адрес> была передана в совместную собственность ФИО1 и ФИО4

В спорной квартире ФИО1 проживала вместе с мужем ФИО8 и двумя сыновьями ФИО4 и ФИО10

ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 умер. В порядке наследования по закону после смерти мужа ФИО1 оформила свои наследственные права и осталась постоянно проживать в спорной квартире. Однако, с момента смерти мужа все члены семьи, в том числе и ФИО4, постоянно показывали свое недовольство относительно проживания ФИО1 в спорной квартире, не считались с ней, как со старшим членом семьи, высказывали угрозы в ее адрес.

ДД.ММ.ГГГГ было заключено соглашение об установлении долей в общей совместной собственности на спорную квартиру, согласно которого доли ФИО4 и ФИО1 были определены равными.

Через три месяца после заключения соглашения об установлении долей в общей совместной собственности на спорную квартиру, между сторонами был заключен договор дарения принадлежащей ФИО1 на праве собственности доли в спорной квартире ФИО4

На момент подписания соглашения об определении долей и договора дарения ФИО1 являлась престарелой, ей было 74 года. Также ФИО1 была тяжело больна, а именно: у нее была <данные изъяты>.

Заключать договор дарения ФИО1 не собиралась, поскольку спорная квартира является ее единственным жильем. Кроме того, ФИО1 не имела намерения подарить долю ФИО4, поскольку это ущемит права ее второго сына ФИО10,

Указано, что оспариваемый договор дарения был заключен ФИО1 под принуждением и угрозами со стороны сына ФИО4 и его семьи, которые психологически воздействовали на нее, обещая ее выгнать на улицу в случае отказа подписать договор дарения.

Все последующие годы ФИО1 боялась признаться другому сыну и его семье об отношении и издевательствах в семье ФИО4, поскольку боялась скандала между двумя братьями.

В ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 получила тяжелую травму – <данные изъяты>. Однако, после того, как ее выписали, ФИО4 отказался впускать ее в спорную квартиру, сообщив ей, что она не имеет прав на нее. Все вещи ФИО1 остались в квартире, ФИО4 их не отдает и не впускает истца в квартиру.

Получив выписку из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости, ФИО1, стало известно, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 является единственным собственником квартиры по адресу: <адрес>.

При этом, насколько ФИО1 помнит, она никогда не подписывала никаких документов о передаче принадлежащей ей на праве собственности доли на квартиру ФИО4 Каким образом ФИО4 стал собственником квартиры истцу неизвестно, поскольку у нее отсутствуют какие-либо документы, подтверждающие данный факт. Получить документы в регистрирующем органе для нее также затруднительно, поскольку она находится в преклонном возрасте (92 года) и является инвалидом первой группы.

В настоящее время ФИО1 вынуждена проживать у сына ФИО10 по адресу: <адрес>.

Уточнив в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации свои требования, ФИО1 дополнительно указала на то, что оспариваемый договор дарения она не читала, поскольку доверилась ответчику. При заключении договора она рассчитывала на постоянную материальную и иную помощь со стороны ФИО4, полагала, что условия договора предусматривают ее пожизненное содержание, лечение и уход со стороны ответчика.

Также указано на то, что договор дарения совершен в простой письменной форме, а, значит, нотариус не разъяснял ФИО1 суть и последствия заключаемого договора, в связи с чем, истец заблуждалась относительно его природы, поскольку полагала, что взамен сын будет осуществлять необходимый уход за ней.

После подписания договора дарения фактически передача имущества одаряемому не состоялась, ФИО1 продолжала проживать в спорной квартире более 20 лет, пользовалась мебелью и коммунальными услугами.

В последние годы ФИО1 в спорной квартире стало невозможно проживать, поскольку со стороны ФИО4 уход за ней не осуществлялся, помощь практически не оказывалась, наоборот, со стороны семьи сына в адрес ФИО1 высказывались угрозы, оскорбления, а также побои.

В настоящее время ФИО1 настаивает на том, что не подписывала именно договор дарения доли в квартире. Подписывая договор дарения ФИО1 находилась под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение относительно природы сделки, поскольку полагала, что условия договора предусматривают ее пожизненное содержание.

Заключенный между сторонами договор дарения доли квартиры влечет прекращение у ФИО1 прав собственника в отношении жилого помещения и утрату самостоятельного права пользования спорным жилым помещением, поскольку вторая доля принадлежит ответчику.

На основании изложенного, ссылаясь на нормы действующего законодательства, ФИО1 просила признать договор дарения, заключённый между ней и ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ недействительной сделкой, применив последствия недействительности сделки; признать за ФИО1 право собственности на ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>; восстановить срок на подачу искового заявления.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена своевременно и надлежащим образом. В судебном заседании, назначенном на ДД.ММ.ГГГГ пояснила, что у нее есть два сына ФИО4 и ФИО10 На протяжении длительного времени она жила у младшего сына ФИО4 в квартире по адресу: <адрес>. Вместе с ней в квартире жили ее сын ФИО4, его жена и дети. Впоследствии она осталась жить в квартире только с внуком. Ее внук злоупотреблял спиртными напитками, обзывал и избивал ее, душил, бил ногами и руками. Об этом она сыну не говорила, потому что боялась. Когда она жила в квартире с внуком, ФИО4 с женой ФИО21 приезжали к ней. В магазин и церковь она ходила самостоятельно. Лариса же хотела отправить ее в дом престарелых, чтобы завладеть квартирой. В феврале 2022 года она попала в больницу. В больнице ее никто не навещал и не приезжал к ней. Из больницы ее забрала жена младшего сына ФИО6 ФИО20. Когда она вернулась, то в квартиру по адресу: <адрес>, она попасть не смогла, ключи от квартиры ей не дали. О том, что она не является собственником квартиры ей никто не говорил, никакие договоры и бумаги она не подписывала. В настоящее время она просит вернуть ей квартиру, поскольку после выписки из больницы она там ни разу не была ввиду отсутствия ключей. Она не против, чтобы спорная квартира принадлежала ее сыну, но, она должна жить с ним. В частный дом к ФИО4 она ехать отказалась, потому что у нее есть квартира. Сейчас в спорной квартире живут ее внучка с мужем

Впоследствии, после проведенного ДД.ММ.ГГГГ судебного заседания, в котором были допрошены свидетели ФИО3, Свидетель №1, ФИО11, ФИО12 и ФИО13, в судебном заседании, назначенном на ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 пояснила, что ФИО11 она не знает, и ничего не говорила ей про договор дарения. ФИО13 она также ничего не говорила про договор дарения, она (ФИО13) врет и защищает ФИО21 (жену ФИО4). При этом, ФИО13 недавно была у нее дома, но в больницу к ней не приходила. ФИО4, его жена и дети в больнице ее также не навещали. Также пояснила, что она своему сыну ФИО4 квартиру не дарила, никакой договор дарения не подписывала и не хочет, чтобы квартира полностью принадлежала ФИО4 При этом указав на то, что она не хочет, чтобы он отдавал ей квартиру, а хочет она того, чтобы она и он (ФИО4) жили в ней и ФИО4 был хозяином. Отрицала тот факт, что ездила на день рождения к ФИО4 в дом его жены на <адрес>, указав на то, что ее туда не звали и она там не нужна.

Представитель истца по доверенности ФИО7 в судебном заседании поддержала заявленные ее доверителем требования по основаниям, изложенным в иске, с учетом уточнений. Дополнительно пояснила, что спустя три месяца после заключения соглашения об определении долей в спорной квартире ФИО1 заставили заключить договор дарения, хотя она не собиралась заключать никакой договор. Также на нее психологически давили, угрожали. ФИО1 все время жаловалась на то, что ее оскорбляет и обижает невестка. В ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 упала около двери и сломала шейку бедра. Скорая помощь забрала ее из квартиры. По возвращении домой ответчик не впустил ФИО1 домой, сказав «иди отсюда, ты здесь никто». С того времени ФИО1 проживает у своего второго сына по адресу: <адрес>. При этом, все вещи ФИО1 и документы, в том числе медицинские, остались в спорной квартире, забрать их она не имеет возможности, поскольку ее туда не впускает ответчик. Также полагала, что фактически передача квартиры по договору дарения произведена не была, поскольку ФИО1 после заключения договора дарения продолжала проживать в спорной квартире, пользовалась мебелью и коммунальными услугами более 20 лет. Оспариваемый договор дарения не предусматривал право проживания дарителя в спорной квартире после заключения сделки. При этом, с требованиями о выселении из квартиры к ФИО1 никто не обращался, но в то время, когда она жила в спорной квартире ее били и обижали. Не отрицала, что ФИО1 что-то подписывала, но когда она что-то подписывала, то она не знакомилась с содержанием договора и думала, что заключает договор ренты и что за ней будет уход, который ей необходим как старому и больному человеку. При этом, обращала внимание суда на то, что ФИО1 имеет образование три класса и является не грамотным человеком. Даже при условии, если бы она ознакомилась с содержанием договора дарения, она бы ничего не поняла в силу возраста и образования. Полагала, что срок исковой давности ее доверителем не пропущен, поскольку должен исчисляться с момента, как она узнала о нарушенном праве, то есть с момента, когда ФИО1 выгнали из квартиры и с момента получения выписки из ЕГРН на спорную квартиру.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен своевременно и надлежащим образом, ранее возражал об удовлетворении заявленных истцом требований.

Представитель ответчика по доверенности ФИО14 в судебном заседании возражал об удовлетворении заявленных истцом требований пояснил, что в 1993 году была приватизирована спорная квартира, в которой фактически было зарегистрировано три человека, а именно: ФИО1, ее младший сын ФИО4, а также внук ФИО1 ФИО25. С того времени никто из зарегистрированных в данной квартире лиц с регистрационного учета не снимался. Старший сын ФИО1 Александр одновременно с получением спорной квартиры в 1985 году получил трехкомнатную квартиру в этом же доме для своей семьи, он в ней был зарегистрирован, и, поэтому не участвовал в приватизации спорной квартиры. Свою квартиру ФИО10 приватизировал самостоятельно. Таким образом, на момент приватизации спорной квартиры ФИО1 не жила в ней с двумя сыновьями. Также пояснил, что ответчик ФИО4 и его семья в течение последних пятнадцати лет в спорной квартире не проживали. Они проживали в частном доме, который перешел в порядке наследования по закону к жене ФИО4 ФИО21. ФИО1 жила одна, но до ДД.ММ.ГГГГ ее навещал ответчик со своей женой, а именно: они ухаживали за ней, помогали продуктами, деньгами, обеспечивали ее лекарственными препаратами, возили ее в больницу, в том числе в платные клиники. Никакого давления, насилия и угроз со стороны ФИО4 и его семьи на ФИО1 не было, какого-либо недовольства в отношении своей матери он не выражал. Претензий относительно оказания помощи ФИО1 в ходе рассмотрения дела по существу не высказывала. С ее стороны были лишь претензии к внуку Роману, относительно его плохого отношения к ней, но данные претензии не нашли своего подтверждения. В ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 сообщила ответчику о том, что она составила завещание, в котором спорную квартиру и садовый участок завещала ФИО4 В ДД.ММ.ГГГГ поддерживая свою линию поведения на справедливое распределение недвижимости в семье, где мать и два сына, учитывая, что у старшего сына есть своя трехкомнатная квартира, ФИО1 совершила две сделки, первая сделка – соглашение об определении долей в спорной квартире, вторая сделка – в ДД.ММ.ГГГГ договор дарения доли в спорной квартире. Данные сделки были заключены добровольно, без принуждения, собраны необходимые документы, а, впоследствии, документы сданы в регистрационный центр. То есть была проведена целая процедура по регистрации перехода права собственности к ФИО4, что свидетельствует о том, что ФИО1 читала спорный договор и отдавала отчет своим действиям и понимала их значение. На момент заключения оспариваемого договора дарения ФИО1 было 74 года, на тот момент времени никаких жалоб на состояние здоровья у ФИО1 не было, что подтверждается амбулаторными картами и записями в них за ДД.ММ.ГГГГ. Из жалоб у ФИО1 были лишь жалобы на позвоночник, а также был перелом, сначала один, потом другой. Жалоб, которые позволяли бы сомневаться в ее дееспособности и в том, что она осознавала свои действия, не было. Кроме того, заключением эксперта подтверждено, что ФИО1 собственноручно подписала оспариваемый договор дарения. То обстоятельство, что ФИО1 не выехала из спорной квартиры после заключения договора дарения не свидетельствует о том, что передача доли в праве не состоялась. ФИО1 осталась проживать в спорной квартире, поскольку была зарегистрирована в ней и ФИО4 не был против того, что мать будет проживать в квартире. Кроме того о передаче доли в праве на квартиру свидетельствует то, что в самом договоре имеется указание на это, а также то, что после регистрации перехода права собственности ФИО4 оформил на себя лицевые счета, оплачивал все счета и расходы за квартиру, не проживая в ней. Кроме того, обращал внимание суда на то, что в ходе рассмотрения дела по существу ФИО1 подтвердила, что она не против того, чтобы ФИО4 был собственником квартиры. В один из своих приездов, для того чтобы забрать квитанции об оплате коммунальных услуг, ФИО4 обнаружил, что ФИО1 отсутствует в квартире. Старший брат ему не сказал, что ФИО1 в лифте сломала шейку бедра и попала в больницу. После выписки решался вопрос, кто будет ухаживать за ФИО1, потому что она не могла ходить и находится в престарелом возрасте. Ответчик со своей семьей предложил истцу проживать в частном доме, в котором есть условия для проживания. ФИО1 отказалась и сказала, что будет жить у старшего сына ФИО10, который с этим добровольно согласился. Желания проживать в спорной квартире ФИО1 не изъявляла, требований о вселении в спорную квартиру не заявляла. В настоящее время ответчик не чинит препятствий ФИО1 в проживании и пользовании квартирой, она может в нее вселиться в любое время. Что касается вещей ФИО1, ее вещи на момент выписки были уже вынесены, в спорной квартире оставался какой-то старый халат. Доказательств, подтверждающих, что ФИО1 не впустили в квартиру, не выдали вещи, ключи, суду не представлены. Заявил о пропуске истцом срока исковой давности на обращение в суд с требованиями о признании договора дарения недействительным.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

Как усматривается из материалов дела, квартира по адресу: <адрес> на основании договора передачи № от ДД.ММ.ГГГГ, регистрационного удостоверения, свидетельства о регистрации права собственности принадлежала на праве совместной собственности ФИО1 и ФИО4

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и ФИО1 было заключено соглашение об установлении долей в общей совместной собственности, по условиям которого по соглашению сторон было установлено следующее долевое участие в <адрес>: доля ФИО4 – <данные изъяты> доля ФИО1 – <данные изъяты>

Указанное соглашение было зарегистрировано в установленном законом порядке, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним сделаны соответствующие записи регистрации.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 подарила ФИО4 принадлежащую ей на праве собственности <данные изъяты> долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>.

Указанный договор также прошел государственную регистрацию в Управлении Росреестра по Тульской области.

Согласно п. 1 ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В соответствии с ч. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

На основании ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно п. 3 ст. 154 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор является выражением согласованной воли оговаривающихся лиц.

В силу ч. 1 ст. 160 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Статья 572 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Положениями ч. 2, 3 ст. 574 Гражданского кодекса Российской Федерации определены требования к форме договора дарения недвижимого имущества, который должен быть совершен в письменной форме и подлежит государственной регистрации.

На основании п. 3 ст. 433 Гражданского кодекса Российской Федерации договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

В силу ч. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно ч. 1 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Поскольку стороной истца оспаривалась подлинность подписи ФИО1 в оспариваемом договоре дарения, по ходатайству представителя истца судом по делу назначалась почерковедческая экспертиза на предмет определения подлинности подписи ФИО1 в договоре дарения от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленного ФБУ Тульская ЛСЭ Минюста России, рукописная запись «ФИО2», а также подпись, выполненная от ее имени, изображения которых расположены в копии договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО1 и ФИО4, выполнены самой ФИО1 Данные почерковые объекты выполнялись исполнителем в привычных для него условиях, без воздействия каких-либо внешних или внутренних сбивающих факторов.

Оснований сомневаться в достоверности и объективности выводов эксперта не имеется, поскольку данное заключение отвечает требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения в соответствии со статьей 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, о чем имеется подписка.

Экспертиза проведена с соблюдением установленного процессуального порядка экспертом, обладающим в соответствующей области специальными познаниями для разрешения поставленных перед ним вопросов, и имеющего длительный стаж экспертной работы. При этом эксперт использовал специальные познания в области почерковедения, изучил весь объем представленных на исследование образцов подписей умершего. Исследовательская часть экспертного заключения составляет значительный объем, в котором эксперт приводит исследованные доказательства, мотивирует и обосновывает их. Заключение является ясным, полным, объективным, определенным, не имеющим противоречий, содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы, выводы, изложенные в заключении, являются последовательными и не противоречат материалам дела и представленным доказательствам, в связи с чем, суд принимает данное заключение как допустимое и достоверное доказательство.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что в материалах дела отсутствуют достаточные, достоверные и допустимые доказательства о поддельности подписи ФИО1 в договоре дарения, заключенном между ней и ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ.

Как следует из материалов дела, доказательств наличия оснований для признания сделки недействительной по ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации истцом не представлено. Стороной истца было заявлено лишь ходатайство о назначении почерковедческой экспертизы. О назначении по делу судебной психиатрической экспертизы истец не ходатайствовал, доказательств наличия в юридически значимый период какого-либо психического расстройства, которое могло бы лишать его способности понимать значение своих действий и руководить ими, не представил.

Заявляя требования о признании недействительным договора дарения, ФИО1 также ссылалась на совершение сделки под влиянием насилия или угрозы, а также на заблуждение относительно природы договора, поскольку полагала, что заключила договор не с целью подарить долю в квартире, а с целью получения ухода за ней и оказания помощи.

Согласно п. 1 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Пунктом 98 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, является оспоримой и может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 1 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом закон не устанавливает, что насилие или угроза должны исходить исключительно от другой стороны сделки. Поэтому сделка может быть оспорена потерпевшим и в случае, когда насилие или угроза исходили от третьего лица, а другая сторона сделки знала об этом обстоятельстве.

Кроме того, угроза причинения личного или имущественного вреда близким лицам контрагента по сделке или применение насилия в отношении этих лиц также являются основанием для признания сделки недействительной.

Сделка, совершенная под влиянием угрозы или насилия, - это сделка, в которой принуждение к ее совершению заключается в оказании на потерпевшего воздействия, направленного на то, чтобы вынудить его поступить в соответствии с волей принуждающего. Действия виновного могут быть выражены в форме психического воздействия на принуждаемого - в угрозе или в форме физического воздействия, в насилии. Насилие выражается в неправомерных деяниях, в частности в причинении телесных повреждений, нанесении побоев, ограничении либо лишении свободы передвижения, причинении вреда имуществу и т.д.

Для признания сделки недействительной насилие и угроза должны быть непосредственной причиной совершения сделки, они также должны быть серьезными, осуществимыми и противозаконными. Кроме того, в отношении угрозы необходимы доказательства ее реальности. Необходимо доказать, что сделка совершена потерпевшим именно потому, что угроза данным действием (бездействием) заставила заключить данную сделку.

В силу п. 1 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Под заблуждением понимается неправильное, ошибочное, не соответствующее действительности представление лица об элементах совершаемой им сделки. Внешнее выражение воли в таких случаях не соответствует ее подлинному содержанию.

Заблуждение может влиять на юридическую силу сделки только в тех случаях, когда оно настолько существенно, что обнаруживает полное несоответствие между тем, что желало лицо, и тем, на что действительно была обращена его воля. Таким образом, существенным заблуждение будет в том случае, когда есть основание полагать, что совершивший сделку не заключил бы ее, если бы знал обстоятельства дела.

Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен решаться с учетом конкретных обстоятельств дела исходя из того, насколько заблуждение являлось существенным именно для данного участника сделки.

Сделка, совершенная под влиянием заблуждения, является оспоримой, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно положениям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должно доказать наличие оснований недействительности сделки.

Согласно п. 1 договора дарения ФИО1 безвозмездно передала ФИО4 в общую долевую собственность принадлежащую ей на праве общей долевой собственности <данные изъяты> долю в праве на двухкомнатную <адрес> общей площадью 51,2 кв.м, в том числе жилой площадью 29 кв.м.

При заключении договора стороны подтвердили, что договор ими прочитан, содержание договора понятно, права и обязанности понятны (п. 11 договора).

Условия договора дарения сформулированы четко, не позволяют их иную трактовку.

Договор дарения подписан истцом собственноручно, что было подтверждено в ходе рассмотрения дела по существу заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленным ФБУ Тульская ЛСЭ Минюста России.

В ходе рассмотрения дела по существу свидетель ФИО3 показала, что ФИО1 является ее свекровью и проживает в настоящее время с ней (свидетелем), несмотря на то, что зарегистрирована в квартире по адресу: <адрес>. Ранее ФИО1 жила с ФИО4 и его семьей в квартире по адресу: <адрес>. Примерно пять лет назад ФИО4 уехал из спорной квартиры, и ФИО1 осталась проживать в ней с внуком. В ДД.ММ.ГГГГ она заходила в квартиру по адресу: <адрес> видела в ней внука ФИО1 Он проживал в зале, и когда уходил, то закрывал дверь своей комнаты на замок. В комнате ФИО1 не было дверей, висели провода, стоял цемент и были ободраны обои, она жила в очень плохих условиях. О том, что ФИО1 живет в таких условиях ФИО4 знал, но говорил о том, что ремонт в этой квартире будут делать дети. В настоящее время в спорной квартире произведен ремонт и в ней проживает внучка ФИО1 ФИО28. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 сломала <данные изъяты>, ее отвезли в больницу, сделали операцию. После операции она и ее муж связались с ФИО4, сообщили о том, что ФИО1 в тяжелом состоянии, но он отказался забирать ФИО1 в квартиру по адресу: <адрес>. С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 живет с ней и ее мужем в квартире по адресу: <адрес>. ФИО4 и его дети ФИО1 не навещают и не звонят. После выписки из больницы, вещи ФИО1 из квартиры выбросили и вывезли всю ее мебель. Позднее у ФИО1 забрали ключи от квартиры. Как ФИО1 жила с семьей ФИО4 она не знала, близких отношений с семьей последнего у нее никогда не было. Однако, когда ФИО1 стала проживать с ней (свидетелем), то рассказала про угрозы и избиения со стороны внука. Говорила о том, что внук мог прийти ночью домой с друзьями, громко разговаривал с ними, угрожал и кричал на ФИО1 Часа в три-четыре ночи ФИО1 могла позвонить ей (свидетелю), говорила о том, что ей плохо, просила прийти. Она (свидетель) приходила, мерила давление, оно было очень высокое. ФИО1 говорила, что внук на нее кричал. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 приходила к ней и ее мужу домой, у нее была кровь на лице. ФИО1 сказала, что ее избил внук. По данному факту вызывали полицию, но ФИО1 отказалась писать заявление. Пока ФИО1 жила в квартире с семьей ФИО4, он ей постоянно говорили о том, что нужна квартира. Жена ФИО4 Лариса предлагала переехать ФИО1 к ним в дом, чтобы внук ФИО1 один жил в спорной квартире, но ФИО1 отказалась. Никаких претензий к ФИО4 от ФИО1 она не слышала, но ей известно, что внук постоянно скандалил с ФИО1 Даже сосед говорил о том, что внук плохо относится к бабушке. Сосед также говорил жене ФИО4 об этом, но она (жена) отвечала «не лезь». Со стороны ФИО4 в адрес ФИО1 никаких угроз не было, но он и его жена Лариса хотели, чтобы квартира принадлежала ФИО4 Относительно состояния здоровья ФИО1 показала, что она является вменяемой, после операции у нее стало падать зрение, но ей приобрели очки. В настоящее время самостоятельно обслуживать себя она не может. Также показала, что они обратились в Управление Росреестра по Тульской области, чтобы узнать, принадлежит ли ФИО1 доля в спорной квартире. Исходя из выписки из ЕГРН стало известно, что единственным собственником квартиры является ФИО4 После получения выписки из ЕГРН ФИО1 сказала, что ничего не подписывала и не дарила. До сегодняшнего момента ФИО1 считала, что у нее есть доля в спорной квартире.

Допрошенная в качестве свидетеля Свидетель №1 дала показания о том, что она знакома с семьей К-ных, поскольку они живут в одном дворе. Чаще всего она общается с ФИО3 (свидетелем) и бывала у нее дома. В квартире у ФИО1 по адресу: <адрес>, она (свидетель) ни разу не была. Но со слов ФИО1 знает, что в квартире много лет делают ремонт, в ее (ФИО1) комнате нет двери, поэтому она не может спать. Раньше ФИО1 жила в квартире по адресу: <адрес> сыном ФИО4 и его семьей, и, вроде, все у них было хорошо. В последние лет 10 они вместе не живут и у ФИО1 появились претензии. Более года назад, когда она (свидетель) пришла домой к ФИО4, то увидела, что ФИО1 лежала с ссадинами на лице. Со слов ФИО4 ей (свидетелю) известно, что ФИО1 прибежала к ней, потому что внук Рома ее толкал и трепал. В настоящее время ФИО1 живет у ФИО4, потому что после того, как она (ФИО1) упала и попала в больницу, попасть в квартиру она не смогла, поскольку не смогла открыть дверь. Спустя время ФИО4 рассказала ей (свидетелю), что был оформлен договор дарения, по которому ФИО1 подарила свою долю сыну ФИО4

Свидетель ФИО11 показала, что она приходится племянницей ФИО4 и крестницей его жене Ларисе. Ей (свидетелю) в настоящее время 39 лет и лет с 5 она знает семью К-ных, поскольку все праздники они отмечали у ФИО4 по адресу: <адрес>. В данной квартире проживала ФИО1 с детьми до ДД.ММ.ГГГГ. Отношения в семье были хорошие. Поскольку умерла мать ФИО21 (жены ФИО4) и она вступила в наследство, то ФИО4 с женой переехали в дом ФИО21, который достался ей по наследству после смерти матери. ФИО1 осталась проживать в квартире по адресу: <адрес>. Когда она (свидетель) приезжала в гости в спорную квартиру, то ФИО1 каждый раз говорила о том, что у ФИО4 должна быть своя квартира и что спорную квартиру она оформила на ФИО4, поскольку у ее другого сына ФИО10 уже есть своя квартира. Об этом она слышала и в ДД.ММ.ГГГГ. В ДД.ММ.ГГГГ на дне рождения ФИО4 ФИО1 говорила ей (свидетелю), что оформила квартиру на ФИО4 путем составления договора дарения в 2005 году. Также ФИО1 говорила, что подарила ФИО4 дачу, и про то, что в ДД.ММ.ГГГГ она составила завещание на ФИО4 Также в ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 говорила о том, что раз у ее сына ФИО10 есть своя квартира, у его (ФИО10) детей есть квартира, дача, то и у ФИО4 пусть будет. Также показала, что когда ФИО1, ФИО4 и его семья жили в квартире, ФИО1 говорила ей (свидетелю), что подарила квартиру ФИО4, а также о том, что это квартира ФИО4 ФИО1, говорила о том, что ФИО4 и его жена ФИО21 ухаживают за ней, кормят и покупают лекарства. После того, как ФИО4 с женой переехали в ее дом, ФИО1 осталась проживать в спорной квартире одна. Лариса ей постоянно привозила продукты и общалась с ней. Спустя время, на два месяца к ней жить приезжал сын ФИО4 ФИО25. Отношения между ФИО1 и внуком были хорошие. Но она слышала о том, что вызывали сотрудников правоохранительных органов якобы по факту того, что Роман избивал ФИО2 В квартире были установлены видеокамеры и тот факт, что ФИО25 избивал бабушку подтвержден не был. Также показала, что сколько бы она (свидетель) туда не приезжала, никакой агрессии со стороны ФИО4, его жены ФИО21 и сына ФИО25 в адрес ФИО1 она (свидетель) не видела. ФИО1, всегда была чистой и ухоженной. ФИО1 в спорной квартире не живет, поскольку ФИО5 (жена ФИО10) забрала ее в свою квартиру. ФИО4 и его жена не могут дозвониться ФИО1, в квартиру, где сейчас живет ФИО1 их не впускают. Последнее, что она слышала, это как ФИО21 звонила ФИО1 и просила ее не ходить в церковь, потому что на улице гололед и она (ФИО1) может упасть. Предполагала, что ФИО1 проживает со старшим сыном ФИО6 и его семьей по собственному желанию. ФИО4 никогда не был против, чтобы ФИО1 жила с ним. Он (ФИО4) неоднократно при ней (свидетеле) предлагал переехать ФИО1 в дом жены, где за ней бы был полноценный уход и присмотр. В спорной квартире она была неоднократно. В данной квартире две комнаты. В последний раз она была в квартире в ДД.ММ.ГГГГ, поскольку навещала свою сестру. ФИО1 в квартире она не видела. Когда она посещала квартиру в ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 жила в спальне, но ходила по всей квартире. Во второй комнате проживала семья ФИО4 В квартире была качественная и чистая мебель, телевизор, техника, и кровать, и диван, стенки, посуда, стиральная машина. В ДД.ММ.ГГГГ семья ФИО4 выехала из спорной квартиры, оставив всю мебель и технику в квартире. Когда она приезжала в ДД.ММ.ГГГГ в квартиру, эта мебель также были в ней, в квартире сделан ремонт.

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО12 дала показания о том, что знакома с ФИО1, ФИО4 и ФИО10, поскольку они являются соседями. С семьей ФИО4 она состоит в дружеских отношениях. В квартире по адресу: <адрес> ФИО1 проживала с ФИО4 и его женой ФИО21. Кому принадлежала и принадлежит в настоящее время спорная квартира ей (свидетелю) неизвестно. Ее (свидетеля) мать дружила с ФИО21, поэтому они часто ходили друг к другу в гости и тесно общались. До ДД.ММ.ГГГГ семья ФИО4 жила в данной квартире, после чего он (ФИО4) с семьей уехали, а ФИО1 осталась жить в ней. С ДД.ММ.ГГГГ она часто видела ФИО1 Она (ФИО1) ходила в магазин, церковь, любила поговорить. Внука ФИО1 ФИО25 она с ДД.ММ.ГГГГ видела в подъезде пару раз. В последний год она часто видит внучку ФИО1 Она (внучка ФИО1) рассказала, что живет в квартире с молодым человеком и они там делают ремонт. В ДД.ММ.ГГГГ она (свидетель) выходила из дома и видела, как ФИО1 упала на площадке возле лифта. Она (Свидетель) помогла дойти ФИО1 до дома, поскольку ФИО1 очень плохо шла и попросила ей помочь. Квартира ФИО1 была закрыта, она (ФИО1) дала ей (свидетелю) ключ от двери. Она (свидетель) открыла дверь, проводила ФИО1 до кухни, поскольку двери в комнаты были закрыты. Поскольку в <адрес> никого не было, она (свидетель) позвала к ФИО1 родственников из <адрес>. После возвращения из больницы ее забрал второй сын ФИО10 с женой ФИО5 в <адрес>. По какой причине ФИО1 не вернулась в <адрес> ей (свидетелю) неизвестно. Предположила, что ФИО5 медицинская сестра и ухаживает за ФИО1 Также показала, что при встрече с ней (свидетелем) ФИО1 никогда не высказывала претензии в отношении своего сына ФИО4 Она (свидетель) живет в <адрес> квартира расположена через стенку от квартиры ФИО1 Никогда никаких скандалов, шумных компаний, пьяных граждан и громкой музыки она (свидетель) не слышала. Хотя, если даже разговаривать громко, то обычно все слышно. В 2023 году она (свидетель) также была в спорной квартире. Там осталась такая же обстановка, как и была в ДД.ММ.ГГГГ, только обои начали клеить в коридоре.

Свидетель ФИО13 показала, что знакома с семьей К-ных. ФИО1 приходиться ей крестной. ФИО1 жила с сыном ФИО4 и его семьей в квартире по адресу: <адрес>. Данная квартира изначально была в собственности у ФИО4 и ФИО1 в равных долях. В настоящее время собственником квартиры по адресу: <адрес> является ФИО4 Еще в ДД.ММ.ГГГГ шел разговор про договор дарения, но кто точно об этом говорил, она не помнит, поскольку прошло много времени. Также говорили про завещание, согласно которого ФИО1 все свое имущество завещала ФИО4 В ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 с семьей выехали из квартиры и ФИО1 осталась проживать в ней одна. Какое-то время с ней жил внук Роман. ФИО1 всегда была в хорошем состоянии, она могла спокойно сходить в магазин, церковь, готовила себе. Против сына ФИО4 она (ФИО1) никогда ничего плохого не говорила. В последний раз в квартире по адресу: <адрес> она была в ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 проживала в данной квартире, у нее была отдельная комната с балконом. На тот момент времени ремонта в квартире не было. В 2022 году от ФИО5 (жены ФИО10) ей стало известно о том, что ФИО1 сломала шейку бедра и попала в больницу. После того, как ФИО1 сделали операцию она (свидетель) звонила ей. Но ФИО1 перестала отвечать на вопросы, в связи с чем, звонить она (свидетель) перестала. ДД.ММ.ГГГГ она была в гостях у ФИО2 в квартире по адресу: <адрес>. ФИО1 сказала, что сейчас она болеет, идет какой-то воспалительный процесс, у нее что-то с легкими, потому что у нее открыто окно. Также ФИО1 сказала ей (свидетелю, что она любит своего сына Николая и Александра любит, против Николая ничего не имеет, никакой квартиры она не хочет у него отобрать, это все козни ФИО5 (жены ФИО10). Также ФИО1 сказала ей, что никакого заявления в суд на ФИО4 она не писала и не подписывала и впервые слышит об этом.

Оценивая данные показания в совокупности с другими исследованными доказательствами, суд приходит к выводу о том, что они не свидетельствуют о совершении ФИО1 сделки под влиянием заблуждения, либо под влиянием насилия, угрозы, поскольку свидетель ФИО3, будучи невесткой ФИО1 и проживая с ней с ДД.ММ.ГГГГ не осведомлена об отношениях между ФИО1 и ФИО4, поскольку близких отношений с семьей последнего у нее никогда не было, никаких угроз со стороны ФИО4 в адрес ФИО1 она не слышала, свидетель ФИО12 также не слышала никаких скандалов в семье К-ных, свидетель Свидетель №1 общается чаще со свидетелем ФИО3, в связи с чем, ей не может быть достоверно известно об обстоятельствах заключения оспариваемого договора дарения, а свидетелям ФИО11 и ФИО13 со слов ФИО1 еще с ДД.ММ.ГГГГ известно о намерении последней подарить долю в квартире сыну ФИО4, в связи с тем, что ее (ФИО1) другой сын ФИО10, обеспечен жилой площадью.

Кроме того, в ходе рассмотрения дела по существу ФИО1 поясняла, что она не против того, чтобы спорная квартира принадлежала ее сыну ФИО4 при условии, что она будет проживать с ним. Затем, после допроса свидетелей, в следующем судебном заседании, ФИО1 изменила свои пояснения указав на то, что она своему сыну ФИО4 квартиру не дарила и не хочет, чтобы квартира полностью принадлежала ФИО4 При этом указав на то, что она не хочет, чтобы он отдавал ей квартиру, а хочет чтобы они жили в ней и ФИО4 был хозяином.

Таким образом, ФИО1, проживая на момент рассмотрения дела по существу с сыном, не являющимся стороной оспариваемой сделки, давала противоречивые пояснения относительно желания подарить сыну ФИО4 принадлежащую ей на праве собственности долю в квартире.

Ссылку стороны истца на то, что квартира по договору дарения фактически одаряемому не передавалась, поскольку даритель продолжала проживать в указанной квартире в течение 20 лет после заключения договора суд считает не состоятельной, поскольку из пункта 4 договора дарения квартиры следует, что ФИО1 зарегистрирована в данной квартире. На дарителя обязанность выселиться или сняться с регистрационного учета договором не возлагалась. То обстоятельство, что ФИО1 осталась проживать в квартире после того, как подарила ее ФИО4 само по себе не свидетельствует о том, что квартира не была ему передана. ФИО4 указывал на то, что ФИО1, являясь его матерью, проживала в этой квартире с его согласия, поскольку являлась ему близким родственником.

Довод представителя истца о том, что ФИО1 имеет образование три класса и является не грамотным человеком и даже при условии, если бы она ознакомилась с содержанием договора дарения, она бы ничего не поняла в силу возраста и образования суд считает не состоятельной исходя из следующего.

ДД.ММ.ГГГГ (спустя четыре года после заключения оспариваемого договора дарения) ФИО1 подарила ФИО4 земельный участок с кадастровым № площадью 565 кв.м, расположенный на землях сельскохозяйственного назначения, находящихся в ведении администрации сельского поселения Ильинское муниципального образования <адрес>, предоставленный для коллективного садоводства, находящийся по адресу: <адрес> и расположенное на указанном земельном участке одноэтажное жилое строение без права регистрации проживания общей площадью 30 кв.м.

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 составила завещание, согласно которого она распорядилась принадлежащим ей имуществом на случай смерти и завещала ФИО4 принадлежащую ей приватизированную квартиру, находящуюся по адресу: <адрес> садовый домик с земельным участком при нем в <адрес>

Указанные обстоятельства свидетельствуют о намерении ФИО1 распорядиться принадлежащим ей имуществом в пользу ФИО4

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о том, что совершаемые ФИО1 действия по заключению договора дарения доли в спорной квартире носили добровольный характер, являлись реализацией правомочий, предоставленных законом, и повлекли именно те правовые последствия, на которые они были направлены. Обстоятельств, при которых возможно было бы прийти к выводу о том, что соответствующие действия совершались под влиянием заблуждения, либо под влиянием насилия, угрозы при рассмотрении дела не установлено.

Поскольку достоверных и достаточных доказательств того, что волеизъявление истца, выраженное в договоре дарения, не соответствовало ее действительным намерениям, что сделка была совершена под влиянием насилия, угрозы и заблуждения, а также доказательств того, что состояние здоровья ФИО1 в момент заключения договора дарения спорной квартиры препятствовало истицы осознавать природу заключаемого договора дарения не предоставлено следовательно, оснований для признания договора дарения недействительным у суда не имеется.

Представителем ответчика заявлено ходатайство о применении пропуска срока исковой давности к требованиям ФИО1 о признании договора дарения недействительным.

В силу ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Согласно ст.181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии со ч. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются настоящим Кодексом и иными законами.

В соответствии со ст. 205 Гражданского кодекса Российской Федерации в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Из материалов дела усматривается, что ФИО1 заключила договор дарения квартиры с ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ, а ДД.ММ.ГГГГ обратилась в суд с иском, то есть по истечению года.

В обоснование ходатайства о восстановлении срока на подачу искового заявления истица ссылается на то, что о нарушении своего права она узнала только после получения документов в Управлении Россреестра по Тульской области.

Оценивая указанные стороной истца причины пропуска срока суд не находит оснований для его восстановления, поскольку в ходе рассмотрения дела по существу судом было установлено, что ФИО1 собственноручно подписала оспариваемый договор дарения, ее волеизъявление, выраженное в договоре дарения, соответствовало ее действительным намерениям, истцу о содержании сделки было известно на момент заключения договора дарения, в связи с чем суд приходит к выводу, что срок исковой давности, составляющий в силу п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации один год, истцом пропущен.

руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО4 о признании договора дарения недействительным, признании права собственности на долю в праве общей долевой собственности на квартиру отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы в Зареченский районный суд г. Тулы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированное решение суда составлено 21 ноября 2023 года.

Председательствующий /подпись/ Г.Ф. Астахова

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>